Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии

Тишина в чате

Глава 2. Дар

1

Она не была книжным червём, но «Аню из Зелёных Мезонинов» прочла ещё в средней школе. Поэтому она не комплексовала из-за своей внешности, считая это глупым, но могла совершить ошибку, подобно наивному ребёнку, которого приманили безделушкой.

И всё же.

Вот бы нос был чуть повыше.

Вот бы волосы были чуть прямее.

Подобные мысли посещали её, когда она оставалась одна и смотрелась в зеркало.

Низкий нос, ноздри немного раздуты, непослушные волосы, которые не всегда получалось уложить, отрастая ниже плеч, тут же начинали путаться и становились похожи на солому.

Это подтверждало, что генетика до боли беспристрастна.

Ребёнок в равной степени наследует гены и от отца, и от матери, но какие именно — дело случая. От матери ей достались большие глаза и ловкие пальцы, а от отца — низкий нос и жёсткие волосы.

Вот бы ей достались мамины ниспадающие волосы и её высокий нос.

А вот повезло ли ей с маминой чувствительностью к холоду вместо папиных губ и белых зубов — это уже другой вопрос.

Как бы там ни было, родители ни в чём не виноваты, они не в ответе за гены. Зато они дали ей красивое имя.

Нэо.

Мама говорила, что оно означает «нить, создающая звуки». А папа говорил, что оно также означает «новое». Больше они ничего не сказали, но Нэо, будучи на тот момент в младшей школе, каким-то образом поняла скрытый за простым объяснением смысл.

Недавно она узнала, что её имя связано со старым музыкальным инструментом, но это ни на что не повлияло.

Стоя утром перед зеркалом, Нэо улыбалась себе. Поморщив нос, она сказала: «Я пошла!», — и вышла из дома. С собой у неё был портфель и бумажный пакет.

До школы на автобусе пятнадцать минут.

Она прошла через дворы к остановке, и как раз подошёл автобус.

Проведя проездным по терминалу, она взялась за висячий поручень. Автобус не был полон, но в это время сидячих мест уже не было.

Автобус выехал на свою полосу, а Нэо с задумчивым видом смотрела в окно.

За окном промелькнули ряды многоэтажек, затем их сменил другой пейзаж — частные дома и небольшие магазинчики.

Когда её семья переехала сюда шесть лет назад, здесь был пустырь, но за последние несколько лет район разросся. Дорога отсюда до центра по обычной, а не скоростной трассе занимает около двух часов.

Один из пустырей сейчас украшает ресторан фаст-фуда, построенный два года назад. Раньше там всё было усеяно жёлтыми и фиолетовыми цветами, а теперь лишь малая их часть проглядывает из трещин на тротуаре перед зданием.

Менялись не только пустыри. На месте её любимого книжного магазина теперь парковка, а вместо деревянного кафе — бар.

Всё и дальше будет меняться?

Кто-то сказал, чтобы получить что-то новое, нужно выбросить что-то старое.

Так ли это?

Разве можно так узко мыслить?

— А, — произнесла Нэо, увидев в окне на противоположной стороне идущего человека.

Вот опять, подумала она.

Нэо проводила молодого человека взглядом, а когда автобус повернул на перекрёстке, потеряла его из виду.

Снова увидела.

Она не имела в виду, что видела этого человека раньше. Люди могли быть другого возраста и пола. Совершенно точно, это был другой человек. Но Нэо чувствовала, что они не люди. Что-то в них было странное. Если бы её спросили, что именно, она бы не смогла ответить, потому что сама этого толком не понимала. Не походка, не взгляд, не лицо, не фигура, но что-то в них настораживало.

Это началось полгода назад. Она часто их видела на людных улицах. В первый раз — когда ходила с подругой за покупками. Это была пожилая женщина. Сначала Нэо подумала, что она киборг.

Люди, потерявшие конечности вследствие аварии или болезни, которым установили механические протезы, двигаются не так, как здоровые. Например, если человеку заменили руку, то внимательный человек сможет определить, какую именно.

Но нет, не то. Не всё так просто. Однако она не могла понять, что же было не так.

С тех пор, пусть и не специально, Нэо стала замечать подобных «людей» не так, чтобы часто, но как минимум одного в месяц.

Что же это? Может, ещё одно проявление дара? Того, что приводит к неприятным последствиям, но в то же время является удобным…

Нэо бессознательно сжала подол блузы, но быстро постаралась его разгладить. К счастью, ничего не помялось.

Проходя через ворота школы, боковым зрением Нэо заметила, что робот, следящий за общественной моралью, остановил ученика. Видимо, его форма не соответствовала нормам. Парень пытался возражать, но твёрдая хватка не отпускала его запястье.

Уж лучше носить школьную форму как следует, чем стоять и пререкаться с пластиковым мусорным ведром.

Тебя так и будут держать, пока не приведёшь одежду в порядок. Впрочем, если изменения в школьной форме существенные, то их уже никак не исправить. Тогда придётся ждать, когда придёт дежурный учитель.

А в это время вся школа будет над тобой смеяться, и робот повторять: «Одежда не соответствует нормам школы. Одежда не соответствует нормам школы. Одежда не соответствует нормам школы».

Нэо не смеялась. Вместо этого она пробубнила, что он идиот.

Если бы робот проверил содержимое её бумажного пакета, то она пополнила бы ряды этих идиотов.

Нэо прошла на школьный двор, встала на эскалатор справа, прошла по коридору направо. Там был её класс.

2-С.

Занятия ещё не начались, поэтому дверь была открыта.

— Доброе утро!

— Опаздываешь! — ответила ей Сэкинэ Кёко, сидевшая за соседней партой.

У неё были длинные волосы, которыми Нэо восхищалась. А Кёко завидовала имени Нэо, потому что её собственное было слишком обычным.

— Ты же сказала, что сегодня выйдешь из дома пораньше. Я ждала тебя.

Кёко надула губы, а Нэо, всё также держа пакет, сложила руки, прося прощение.

— Волосы никак не могла уложить, — ответила Нэо и потрясла головой из стороны в сторону. Ей даже не помогали стайлинговые средства.

Когда на лицо подруги снова вернулась улыбка, Нэо отдала ей пакет.

Заглянув внутрь, Кёко радостно вскрикнула, и весь класс на неё покосился. Когда она извлекла содержимое, то снова вскрикнула, но на этот раз никто не обернулся.

— Как круто! Не верю! Спасибо!

Кёко благодарила Нэо, не сводя взгляда с блистерной упаковки в своих руках. Дизайн коробки был стилизован под гоночный трек, внутри находилась пятнадцатисантиметровая фигурка на вид бесстрашного молодого человека в чёрном гоночном костюме.

Слегка опущенные веки, круглые ноздри, густые брови, напряжённые губы — по мнению Нэо, его можно было назвать красавчиком.

В комплекте с фигуркой шёл необычный мотоцикл. Он был похож на спортбайк, но с одним колесом. Обтекатель как будто от мотоцикла, но само колесо от грузовика — моноцикл.

То есть это была фигурка популярного гонщика Битвы колёс с транспортом. Кроме того, в наборе были шлем и кубок, а также что-то похожее на меч.

Кёко сказала, что это редкая вещица.

Это случилось три дня назад, в пятницу. Всё было распродано в одно мгновение. Кёко обошла кучу магазинов, но безуспешно. Вещь крайне редкая, но она всё равно хотела её получить.

Ведь это легендарный гонщик. И на то были причины.Он одолел всех противников в дебютной гонке и был единственным, кто финишировал. Никто и никогда не сражался так, как он. А в день своей победы на праздничном вечере пропал без вести.

На этот счёт ходило много слухов. Например, что он погиб во время нападения бандитов, или убил актрису и пустился в бега. Говорили даже, что его призрак летает в ночном небе над кварталом с высотками, то есть он стал городской легендой, вроде той, что Элвис жив.

В общем, загадочная личность. А Нэо считала его подозрительным.

Но когда Кёко рассказывала о том, какой он замечательный, её глаза блестели. И кажется, что она влюблена в этого гонщика.

А может, так оно и есть.

Видя перед собой танцующую от радости подругу, Нэо подумала, что всё было не зря.

— Спасибо, Нэо, правда, спасибо!

Кёко обняла Нэо, держа в одной руке бумажный пакет, а в другой — фигурку в упаковке. Нэо, улыбнувшись, обняла её в ответ.

— Чек в пакете.

Она никогда не забывала о подобном.

— Хорошо. Сколько там? — спросила Кёко, роясь в пакете в поисках чека, а когда нашла, то удивлённо посмотрела на подругу.

— Да ладно! Как дёшево.

— Да, — ответила Нэо с торжествующим видом, но о своём «даре» ничего не сказала. Не только затем, чтобы не испугать подругу и избежать косых взглядов и издёвок, но и ради такого выражения на лице у её дорогой Кёко.

— Могу я спросить?

Кёко достала кошелёк, снова посмотрела на чек и изогнула свои аккуратные брови. На чеке были указаны название и адрес магазина, а также номер телефона.

— О чём?

— Почему обувной магазин?

Видя замешательство на лице подруги, Нэо рассмеялась.

Прозвенел звонок на урок.

«Дар» — это единственный и самый большой секрет Нэо.

Она никому его не раскрывала. По крайней мере, после переезда сюда так точно. Даже своей подруге Кёко.

Для Нэо этот «дар» был самым обычным делом, но не для людей, которые её окружали.

В первый раз он проявился в детском саду.

Её воспитательница только получила водительские права на управление мотоциклом. Нэо тогда сказала ей, чтобы та никуда не ехала, иначе разобьётся. Воспитательница лишь улыбнулась, но на следующий день на перекрёстке она столкнулась с автомобилем, который не справился с управлением при повороте направо. Ей потребовался месяц на восстановление, и некоторое время она использовала экзоскелет для ног.

Второй раз был во время первых летних каникул в младшей школе.

Она сказала однокласснику, чтобы тот не ехал в Исэ, иначе больше не вернётся в школу. Так и случилось — после каникул мальчик не пришёл в школу. Он утонул в море.

После этих случаев по городу поползли слухи. Что именно о ней говорили, Нэо не знала, но понимала, что люди на неё смотрели отнюдь не дружелюбно.

Родители предостерегали её, чтобы больше она такого не говорила.

Только тогда Нэо впервые поняла, что это было необычно. В глазах её родителей наряду с замешательством читался страх.

«Я не знала.

Так вот оно что.

Другие люди не знают, что будет наперёд.

Ни папа, ни мама даже не знают, что случится завтра.

Только я одна!»

После этого Нэо наконец-то осознала свой «дар». Осознала и никому ничего не говорила, чтобы родителям было спокойнее.

Скорее всего, родители не знали о её способности, они просто отчитали Нэо, чтобы та больше не говорила о несчастьях. Но это помогло ей понять свой «дар». А также то, что она не может открыто им пользоваться.

По правде говоря, после того, как Нэо рассказала об аварии воспитательнице и однокласснику о том, что он утонет, она знала, что будет дальше. Для неё это было чем-то естественным, как видеть глазами, слышать ушами, чуять носом, ощущать вкус языком. Она не считала это чем-то особенным и думала, что все так могут.

Нэо никогда об этом не говорила, но предвидение было для неё обычным делом.

Да.

Предвидение.

«Дар» Нэо.

Она знала о завтрашней погоде больше, чем синоптики, знала, кто стоит за дверью, когда раздавался звонок, при просмотре новостей об авиакатастрофах знала точное число погибших ещё до того, как их успевали объявить, а если новость о похищении, то знала, где держат жертву и когда схватят преступников.

А вчера она точно знала, где сможет купить фигурку, которую так хотела её подруга, по определённой цене. Как Нэо и думала, в обувном магазине, что на углу торговой улицы на привокзальной площади, за стеллажами с кроссовками был спрятан небольшой отдел с игрушками, где находилась экшн-фигрука.

Всё просто.

На самом деле всё решил случай.

В пятницу, когда Нэо слушала старательные объяснения Кёко, она увидела мужчину средних лет: он улыбался на фоне полок с кроссовками с той самой фигуркой в руке. Она знала, что этот человек сам соорудил тот отдел с игрушками, который стал тайным местом для любителей экшн-фигурок.

Нэо подумала, что надо бы сходить и купить.

Но секрет есть секрет, поэтому вслух сказала лишь: «Положись на меня».

И вот сегодня Кёко прыгает от радости, отчего Нэо счастлива.

После школы Нэо и Кёко расстаются на остановке, потому что садятся в разные автобусы. Кёко дальше пересаживается на электричку, а Нэо выходит у торгового квартала. Вообще, следующая остановка ближе к дому, но поход в большой книжный магазин у входа в квартал как внеклассные занятия. Хотя она не была книжным червём.

В это время в магазине пока никого нет, а полчаса спустя парковка на улице заполнится автомобилями людей, возвращающихся с работы домой. Нэо любила проводить это время до наплыва посетителей в неспешном поиске журналов, романов или манги.

Она любила читать, будь то романы или комиксы.

Фильмы смотреть тоже любила.

В общем, Нэо обожала истории и выдуманные миры. В отличие от реального, в вымышленном мире её предвидение почему-то не работало.

Поэтому ей было весело.

И волнительно.

И захватывающе.

Не то чтобы реальность ей наскучила, но иногда её всё доставало. Особенно свидания с мальчиками приводили её в уныние. Нэо знала наперёд всё от места и времени встречи до слов признания и выражения лица, поэтому зачастую чувствовала себя неловко.

Даже если она и начинала общение с мальчиком, то уже через несколько дней знала, когда он возьмёт её за руку, когда обнимет, когда впервые поцелует, когда захочет близости. И даже, когда они расстанутся.

На втором году средней школы ей впервые признались в любви. За всё время Нэо встречалась с тремя мальчиками. Все они без исключения вели себя так, как она и предвидела, затем следовала отчуждённость, как она и предвидела, и отношения естественным образом угасали.

Оно и понятно. Как бы ни проходило свидание, какими бы подарками Нэо ни пытались удивить, она ко всему была готова.

«Да ну их, этих парней», — говорила Нэо подругам, но на самом деле в её словах скрывалась горечь.

Знать всё наперёд — скучно.

Так у Нэо сформировался взгляд на мужчин к семнадцати годам.

У входа — стеллажи с журналами, за ними — книжные новинки. Далее — малоформатные издания в мягкой обложке. Она смотрела на книги. Не на те, что были расставлены стопкой, а на те, что были на полках обложками к покупателям.

Там были книги с привлекательным заголовками, которые хотелось купить, но сегодня Нэо не собиралась этого делать. Потому что карманных денег в этом месяце осталось не так много.

Она пообещала Кёко отвести её в тот самый обувной магазин с отделом игрушек в следующую субботу. Нэо живёт неподалёку, поэтому покупать билет на электричку ей не к чему, но нужно оставить немного хотя бы на кафешку.

Кёко улыбнулась. И эту улыбку Нэо снова увидит в субботу.

Если подумать, то Сэкинэ Кёко — первый человек, которому Нэо по-настоящему смогла открыться. Почему-то с ней дар предвидения почти не срабатывал, Нэо практически никогда не знала, что Кёко сделает или скажет в следующий момент. Она раньше не подозревала, что это так приятно.

И сейчас она кое-что «видела», но обрывочно и не так часто, как обычно. Например, Нэо «увидела», как добыть ту фигурку, но при этом она не «видела» радость Кёко.

Это похоже на то, когда ты не в состоянии предугадать, чем закончится книга.

Пребывая в раздумьях, Нэо дошла до последней полки.

Она застыла перед эскалатором. На втором этаже — комиксы и руководства по прохождению игр. Немного подумав, Нэо решила сегодня не подниматься туда, а вместо этого снова посмотреть книги на первом этаже. Но только на этот раз не погружаться в раздумья, а сосредоточиться на обложках.

О, новое произведение Фудзитани Мива.

В конечном итоге Нэо решила не покупать книгу Фудзитани Мивы. Поскольку это бестселлер, то можно и до следующего месяца подождать, вряд ли книга исчезнет с прилавков.

Вернувшись домой, она до самого ужина ничем особо не занималась, потом немного посмотрела телевизор и пошла к себе в комнату.

Сделав домашнюю работу, Нэо выключила лампу и потянулась. Математику она не любила.

Затем посмотрела в окно и вздохнула.

Особняк, в котором жили Нэо с родителями, располагался на склоне холма — Хосигаока, дом № 17.

Район Танабатаяма Роял Таун состоит более чем из тридцати домов, стоящих на невысоком холме. Из окна комнаты Нэо можно беспрепятственно увидеть район у его подножия. А чуть поодаль вдоль горизонта скользит свет — это поезд.

Вокзал загораживает собой другое здание, поэтому его не видно, но оживлённый привокзальный квартал как на ладони.

Уличные фонари, свет в домах и от рекламных щитов, а там — автомобили.

Весь торговый квартал утопал в тусклом свете. А рядом располагался жилой район Танабатаяма, созданный около сорока лет назад. В отличие от Роял Тауна здесь преобладала частная застройка.

Отец Нэо считал его пережитком прошлого, когда проблема жилья не стояла так остро.

Сейчас владение собственным домом — недостижимая мечта, а тот факт, что некогда можно было купить жильё в пригороде за несколько десятков миллионов, звучит как ложь.

Нэо лежала на кровати у окна. Приходя домой, она не снимала школьную форму, только верхнюю одежду. Но если она не переоденется, мама снова будет ругаться.

Пусть за ужином она закрыла на это глаза, но если увидит, что Нэо легла в кровать в школьной форме, то без сомнения сделает выговор.

Нэо разгладила юбку, но так и не захотела переодеться.

— Что-то мне лень… — пробурчала Нэо.

Люди то и дело ленились и откладывали на потом подобные обыденные дела, в итоге родилось современное общество. Био и кибернетическая медицина из года в год развивается, продолжительность жизни увеличивается, население растёт, но при этом никто всерьёз не задумывается над проблемой демографического взрыва…

Что же будет с Землёй дальше?

Погрузившись в раздумья, Нэо увидела здания, стоящие плотными рядами на ограниченной территории, устремлённые в небо и уходящие глубоко под землю.

Только это. Всё остальное было таким же — кучка людей, пытающихся взять под контроль проблему, ещё меньше людей, которые прикладывают усилия для решения этой самой проблемы, а также люди, которые не замечают проблемы, и те, которые её попросту игнорируют, и ещё много разных людей. В общем, мир не катился по наклонной, но и не развивался дальше, а просто лениво существовал.

Проблемы серьёзные и не очень, решают их постепенно. Но разрешив одну, рождается другая. И снова их делят по степени важности и решают…

«И так по кругу.

Жизнь течёт размеренно.

А что насчёт меня?»

Снова увидела.

Вышла замуж за заурядного парня, растит детей и ведёт хозяйство. Она знает наперёд, что будут делать муж, дети, соседи, родители и родственники её и мужа…

Нэо глубоко вздохнула.

2

Утро настало незаметно.

Нэо так и заснула.

— Чёрт…

Юбка задралась и вся помялась. Нэо достала из шкафа новую и переодела, а помятую убрала подальше. Нужно будет погладить её после школы, пока мама не увидела.

Нэо шмыгала носом. Возможно, простудилась.

— Доброе утро, — сказал отец.

Он сидел в гостиной, читал газету и пил кофе. Галстук его был аккуратно завязан, но выступающий живот говорил о непринуждённости.

— Доброе.

— Нэо, ты вчера не принимала ванну? — спросила мама, стоя лицом к раковине. Её длинные чёрные волосы до пояса блестели на свету.

— Да, прости. Делала домашнюю работу и захотелось спать.

Нэо села за стол и принялась пить чай. Мама не должна узнать, что она ещё и пижаму не надевала.

— Так нельзя, девочки должны быть чистоплотны.

В основном родители Нэо придерживались политики невмешательства, но только неряшливость мама никогда не прощала. Поэтому Нэо старалась ответить как можно более мягко и доброжелательно:

— Поняла.

Вместе с тем она посмотрела на отца и на мгновение их взгляды встретились. Но он тут же уставился в газету и, пытаясь как-то отвести удар от дочери, сказал:

— Вот опять, Нэо.

— Что там?

Это сработало. Нэо повернулась к отцу, поедая французские тосты маминого приготовления, и краем глаза заметила, как та пожала плечами.

— Слышала про тот сухогруз?

Удар от неё отвёл корабль-призрак.

— А, ага.

Подробностей Нэо не знала, но даже в школе об этом ходили слухи. Кажется…

— Там же призраки водятся. Или зомби?

— На том судне обнаружили обугленные останки неизвестных существ.

— Что, снова?

Снова.

По словам Кёко, это было такой же городской легендой, как и гонщик-призрак, парящий в небе. Она гласит, что обугленные останки неизвестных существ находят в переулках, канализации, заброшенных домах и зданиях. Ни полиция, ни учёные не знают их происхождение.

Возможно, что это результаты недопустимых научных экспериментов или ещё не открытые виды животных. Да будь они хоть пришельцами, хоть монстрами, самое жуткое в этой истории то, что всегда находят их обугленные останки.

За последний год это перестало быть просто легендой. Даже телевидение и газеты стали освещать эти происшествия, пусть и не так часто. Основным местом действия был район Канто.

По крайней мере в газетах, которые читали в доме Нэо, пару раз об этом точно писали. Тема была злободневной, статьи выходили под заголовками «Загадка летней ночи» или «Тайна современности», сопровождались какими-нибудь броскими фразами.

И утренняя статья — уже третья — была, наверное, такой же.

— Ого, пишут, что «специалисты не исключают внеземное происхождение существ».

Предсказуемо. А что это за специалисты?

— Слишком мрачно для утра, дорогой, — пожаловалась мама, что тоже было предсказуемо. Она повернула голову и изогнула брови, но всё равно была прекрасна.

И нос высоко посажен.

Отец лишь пожал плечами, спрятался за газетой и подмигнул Нэо. Та ответила тем же.

И пока она ела французские тосты, думала лишь о том, что всё это враньё. Если правда окажется до абсурда нелепой, то все о ней тут же забудут. Ведь никто не может даже представить, что будет дальше с этими «таинственными существами».

Поэтому вывод такой — никаких таинственных существ нет. И наряду с неопровержимыми доказательствами убеждена в этом, наверное, только она сама.

Тосты были вкусные, аромат чая восхитительным, но время не стоит на месте. Пора было идти в школу. Нэо вышла из дома через пять минут после отца, а перед этим посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась.

Когда она пришла в школу, Кёко ещё не было.

Закончился первый урок, а она так и не появилась, простыла, наверное.

Нэо попробовала ей позвонить, только не на домашний, а на сотовый. Трубку никто не взял, и она оставила сообщение, а ещё на всякий случай и написала: «Почему не пришла? Простыла? Я волнуюсь. Пока. Нэо♥».

Уроки закончились, но ответ так и не пришёл.

Тогда Нэо подумала, что странно всё это. Раньше Кёко никогда не оставляла непрочитанными её сообщения так долго.

Последнее средство — позвонить ей домой.

Трубку взяла мама Кёко.

Утром она вышла из дома как обычно. И после этого пропала.

3

На следующий день Кёко снова не пришла в школу.

До окончания занятий прозвучало обращение от классного руководителя ко всему классу с просьбой от имени родителей Кёко помочь в её поисках.

Скорее всего, это значило сообщить о чём-нибудь подозрительном, но в классе поднялся гул и ничего более.

Нэо молчала.

Она просто окаменела.

На следующий день место рядом с Нэо всё ещё пустовало, новостей о Кёко не было. Чувство беспокойства начало разрастаться так, что даже кусок в горло не лез. И спать она стала не более трёх часов в сутки.

В пятницу на большой перемене Нэо вызвали в кабинет директора. Там были ещё классный руководитель и два полицейских. Они пришли расспросить о том, было ли что-нибудь подозрительное в словах и поступках Кёко перед исчезновением, намекала ли она, что хочет сбежать из дома, есть ли место, куда она могла бы уйти, и всё в таком духе. Ведь все знали, что девочки дружат.

Но на все вопросы Нэо отвечала — не знаю. И добавила, что Кёко не сбежала бы из дома, не сказав ей, а значит, с ней точно что-то случилось.

Наступила суббота, а дело не сдвинулось с мёртвой точки.

Кёко не отвечала на звонки, а когда количество отправленных ей сообщений превысило отметку в полсотни, Нэо больше не могла их слать. Значит, память переполнена, и Кёко не читала сообщений.

А может, не могла прочесть.

В выходной день Нэо не покидала комнату, даже не вставала с постели, укутавшись в одеяло. Она сжимала в руках любимый перламутрово-розовый телефон и ждала, уставившись в экран, когда Кёко с ней свяжется. Родители не входили в её комнату.

У Нэо болел желудок и голова. Но мучительнее этих болей было стараться ни о чём не думать. Всякий раз то и дело перед глазами всплывало лицо Кёко, а Нэо изо всех сил пыталась отогнать от себя эти мысли.

Ей было страшно.

Она боялась увидеть самое худшее.

Нэо всем сердцем беспокоилась о Кёко, но старалась совсем о ней не думать. А тем временем мигрень и боли в желудке становились сильнее.

Она была взволнована, а если бы успокоилась, то заметила бы одну очень важную деталь: её боли напрямую связаны с исчезновением Кёко.

Только когда свет, льющийся из окна, стал красным, Нэо наконец обратила на это внимание.

Закутанная в одеяло, она сидела на коленях на кровати и, глядя на заходящее солнце, подумала, что вот скоро и закончится суббота.

И тут из груди вырвался вздох: «Ах...».

Всё тело покрыла гусиная кожа.

Кажется, раньше такого никогда не было.

— Забыла.

А сейчас вспомнила.

У неё же было видение о Кёко в субботу. Нэо «видела», как она улыбается ей. И это должно было произойти сегодня, но…

Но сегодня она не встретилась с Кёко.

Кёко пропала.

— Нет…

Видение не сбылось!

Почему?

Такого никогда не было.

Невозможно. Это всё равно, как если бы кто-то постучал её по плечу, а обернувшись, она никого бы не увидела. Это странно.

По спине Нэо прошла дрожь, она почувствовала холод в районе лопаток.

Нэо убедилась, что Кёко не просто пропала. Это было не похищение, не побег из дома, не несчастный случай — не всё так просто. Что-то странное происходит, и исчезновение Кёко часть этого. Нэо подумала, что и она тоже в это втянута.

4

В воскресенье утром шёл дождь.

Родители переживали за Нэо, но когда она сказала, что пойдёт прогуляться, они не стали её отговаривать.

Нэо взяла зонт с цветочным узором и поехала к дому Кёко сначала на автобусе, затем — на поезде.

Показались дома соседнего района. Они такие же по размеру, как и тот, в котором живёт Нэо. Однако, если в Роял Тауне автоматические замки с кодовой системой, то здесь — система распознавания по сетчатке глаза.

Нэо старалась не попадать в поле зрения камер наблюдения, если система заметит её, то тут же передаст сигнал, и в квартире Кёко раздастся звонок. Она вовсе не хотела заходить к ней домой, просто сегодня началось её расследование.

Нэо раскрыла зонт, и ушла.

Кажется, она не всё предусмотрела. Расследование едва началось, а её белые кроссовки и штанины джинс уже промокли насквозь, а последние ещё и к лодыжкам прилипли. Непослушные волосы от влаги вели себя ещё хуже, чем раньше.

Но Нэо продолжала идти вперёд под шум капель дождя, бьющихся о зонт.

Зарядил ливень, дворники проезжавших мимо машин двигались в бешеном темпе. В пространстве между машинами и дорогой время от времени виднелся белый свет. Это был путь на станцию.

В то утро Кёко была здесь. Нэо посмотрела на наручные часы — вероятно, в это же самое время. Но в школу она не пришла. Что-то произошло по пути.

Скорее всего, полиция и семья Кёко делали то же, что сейчас делала Нэо. Однако, в отличие от них у Нэо был «дар». Она не знала, может ли видеть прошлое так же, как и будущее, но попробовать стоило.

На улице почти никого не было. Может, люди проводят дождливый выходной дома, а может, разъехались кто куда.

По тротуару на противоположной стороне под зонтиком шли бабушка с внуком. Позади себя Нэо услышала шаги — это был юноша-бегун в дождевике, он обогнал её. А впереди шла женщина средних лет, которая свернула в жилой район прежде, чем они пересеклись.

Ничто не привлекло её внимание.

Никто не привлёк её внимание.

Нэо не ожидала, что в воскресенье утром на улицах будет так пусто, хотя, возможно, всему виной был дождь.

Наверное, стоило прогулять школу и прийти сюда в будний день. Тогда и людей было бы побольше, и удалось бы найти какие-нибудь зацепки.

Нет. Так нельзя.

Если она прогуляет школу, то родители будут волноваться. Есть только сегодняшний день.

Нэо показалось, что людей стало больше — она пришла к станции. За перекрёстком виднелся универмаг.

Нэо осмотрелась.

Перед станцией был кольцевой разъезд, один автобус и несколько такси. Нэо стояла перед кафе, по обе стороны от которого находились магазинчик и часовая мастерская. Из-за дождя и машин было плохо видно, что на противоположной стороне, но тоже какие-то магазины.

Не здесь.

Что бы ни произошло с Кёко, вряд ли это случилось в людном месте, ведь зацепок никаких.

Когда Нэо повернулась, то чуть не столкнулась с бизнесменом, который шёл позади неё.

— Простите.

И в этот момент её позвали по имени.

— Что?

Полный мужчина в костюме лишь на миг посмотрел на Нэо с недоумением и прошёл мимо.

Нэо осмотрелась по сторонам.

Не сказать, что перед станцией было мало людей, но никто из них её не звал и даже не смотрел в её сторону.

— Нэо…

Снова.

Кто-то звал её по имени, кто-то, кого она знала.

— Где ты?

— Нэо…

Наконец-то она поняла. Этот голос раздавался из переулка между кафе и часовой мастерской.

— Нэо, ты опоздала.

Знакомый голос. Его она слышала и раньше. Его она никогда не забудет.

Не может быть, но всё же…

— Кёко?

Это был её голос, но её саму нигде не было видно. Переулок был чуть шире плеч Нэо, и из-за пасмурной погоды солнце его не освещало.

— Нэо, я ждала тебя, — голос определённо звучал из темноты переулка.

— Кёко.

Тьма в переулке содрогнулась, Нэо почувствовала боль в переносице.

Как только Нэо подумала, что Кёко жива, то сразу же поняла, что всё это время верила, что это не так. На глаза навернулись слёзы.

— Я пришла за тобой.

— Да, я верила...

— Выходи.

— Иди ко мне...

— Хорошо, — ответила она быстро.

Нэо сложила зонт, оставила его перед переулком и вошла во мрак.

— Где ты, Кёко?

— Дальше, иди дальше…

— Хорошо.

«Предвидение не подвело меня. Я думала, что мы должны были встретиться в субботу, но на самом деле сегодня. Сейчас мы пойдём с ней в тот магазин. И Кёко улыбнётся. И я тоже».

— Кёко.

— Нэо…

— Кёко.

— Нэо…

— Кё!..

Внезапно земля ушла из под ног.

Нэо даже не успела закричать. Она провалилась.

Сначала она испытала шок, затем в нос ударила жуткая вонь, а после — дикая боль от ушибленного копчика.

Было темно, ничего не видно.

Нэо сидела съёжившись, а вокруг слышалось журчание воды. Больше ничего она не ощущала.

Нэо встала и взвыла от усилившегося тошнотворного запаха.

— Кёко, где ты? — голос звучал странно, словно в туннеле, тогда она поняла, где находится.

Канализация.

— Кёко! — закричала Нэо.

— Я здесь, — прозвучал ответ.

Близко.

Очень близко.

Позади.

Обернулась.

Темно, хоть глаз выколи, но впереди определённо кто-то был.

— Кёко?

— Да.

— Слава богу.

Нэо протянула руку.

— Пойдём…

Она хотела сказать «домой», но не смогла закончить фразу.

То, чего коснулась Нэо, была не Кёко. Она отдёрнула руку, но ощущение от прикосновения к чему-то странному осталось. Как будто это было живое существо с кожей, покрытой мелкими камешками. Причем кожа вывернута наизнанку, скользкая жировая прослойка была снаружи, но вместе с тем, там была ещё и жёсткая шерсть, напоминавшая шипы, которые шевелились…

— Кёко.

— Нэо.

— Наконец-то я тебя нашёл.

Третий голос был мужским.

— Я надеялся, что обойдётся без канализации.

Из-за эха Нэо не понимала, откуда именно раздавались приближающиеся шаги по воде. А разглядеть в кромешной мгле она ничего не могла.

— Девочка.

Это мне?

— Глаза закрой.

Что?

Поздно.

Внезапно мрак рассеяла вспышка света.

Тогда Нэо увидела Кёко. Её лицо. Только лицо!

Ги-и-и-и!

Кёко издала звук, словно кто-то провёл ножницами по стеклу.

Её лицо со сжатыми зубами и закрытыми глазами было прямо перед Нэо.

Впрочем, можно ли было назвать это «Сэкинэ Кёко»?

Нэо не могла кричать. Перед ней извивалось нечто с вывернутой наизнанку кожей, покрытой мелкими камешками.

Монстр.

Чудовище.

Ёкай.

Только голова принадлежала Кёко, а вместо тела было множество переплетённых щупалец, извивающихся как у осьминога или кальмара. Нэо тогда коснулась одного из них, и у каждого были ответвления. Сотни мелких плетей били по поверхности сточных вод.

Рядом из-за поворота показалась узкая труба. Она была короткой, но извергала яркое пламя.

В ярком свете «Кёко» кричала.

Ей было больно.

От света.

Вдруг кто-то схватил Нэо за руку и оттянул.

Нэо в спешке восстановила равновесие, а в это время между ней и «Кёко» вклинился парень.

— Девочка, — сказал парень в кожаной куртке, не оборачиваясь к ней. В его руке было огромное оружие чёрного цвета.

— Да?

— Ты её знаешь?

Кто этот парень? Что с Кёко?

И что вообще происходит?

Нэо с трудом выдавила из себя «да».

— Ясно.

Парень так и не обернулся.

— Тогда помолись за неё.

В следующее мгновение щупальца «Кёко» раскрылись и попытались схватить парня, но он оказался проворнее. Затем раздались оглушительные звуки. Когда Нэо поняла, что это были выстрелы, всё было кончено. «Кёко» с громким плеском упала навзничь.

Нэо краем глаза заметила зияющую дыру у «неё» во лбу.

Огромная волна сточных вод чуть не сбила её с ног.

— Ты в порядке? — кто-то спросил Нэо, поддерживая её за руку.

Это была девушка. Она была раз в сто красивее, чем мама Нэо.

— Дзё, позаботься о ней.

— Ага.

Парень обернулся. Он был похож на пирата: щетина на лице, повязка на правом глазу, а под ней шрам от лба до щеки.

Его лицо…

Парень неожиданно схватил Нэо за талию, и, вскрикнув от неожиданности, Нэо вновь оказалась во мраке.

Что произошло?

Что это было?

Красная вспышка под ногами озарила переулок. Совсем рядом с собой Нэо увидела в земле круглое отверстие.

Канализационный люк.

За долю секунды парень выпрыгнул с Нэо на поверхность.

Вместе со светом из люка стали выходить зловонные испарения. Нэо отвернулась, чтобы её не стошнило.

Она встретилась с парнем глазами. Его лицо освещал свет из люка, а в его повязке Нэо видела своё отражение.

— Плохи дела были, — сказал парень и ухмыльнулся.

Его лицо.

Оно казалось знакомым.

Правый глаз не видно, но левый со слегка нависшим веком, маленький круглый нос, густые брови, поджатые губы — по мнению Нэо, вполне себе симпатичный.

Неужели?

Вряд ли…

Но…

Нэо вспомнила логотип на блистерной упаковке.

— Самурай Дзё…

Кёко застрелил её же кумир.

5

Когда из люка перестал литься свет, переулок погрузился во мрак.

Похоже, что Далия закончила «утилизацию» лазером.

А девушка обеими руками вцепилась в Дзё и не собиралась отпускать. Он запросто мог бы высвободиться, но не сделал этого.

— И что ты собираешься делать? — спросила Далия Дзё, у которого на руке повисла девушка.

— А что тут можно сделать?

Дзё понимал, что надо было скорей убираться отсюда. Прохожие, почуяв зловоние, скорее всего, уже вызвали полицию или департамент здравоохранения. Ведь это, как-никак, были испарения сточных вод, содержащие экскременты и прочие отходы.

Лучше бы дождь лил посильнее.

Рано или поздно кто-нибудь сюда придёт.

Вдвоём с Далией они бы как-нибудь справились, но вся загвоздка была в Нэо.

То есть проблема была не в том, что их увидели. Они и раньше спасали горожан, которые вот-вот должны были стать жертвами зоон. Во время того же случая в подземке там находилось несколько десятков человек. Но никогда прежде спасённые не прилипали к спасителю.

К тому же…

— Она меня, походу, знает.

— Да. Это проблема.

Если оставить её здесь, то полиция, или департамент здравоохранения, или прохожие позаботятся о девушке, с ног до головы покрытой сточными водами. Потом начнут выяснять, что случилось и проверять канализацию, обнаружат следы охоты и сразу же поверят в её показания. Тут всплывёт имя Курокавы Дзё.

Хуже некуда.

Тогда оживятся СМИ, чтобы выяснить, правда это или нет. И если они узнают, что человек, которого считают мёртвым, на самом деле жив, то всё усложнится. Тем более, что он — легендарный гонщик Битвы колёс. Да и вряд ли эта девочка понимает, что здесь происходит.

— Вы…

Девочка крепко сжимала руку Дзё, уткнувшись в неё лицом. Её голос дрожал.

— Кто вы? Что вы сделали с Кёко?

— Девочка, — сказал Дзё и почесал голову свободной рукой, — я спас твою знакомую.

— Убил.

— В такой ситуации другого способа спасти не было.

— В какой такой ситуации? Ничего не понимаю.

— Я же говорю…

Дзё посмотрел на Далию, та лишь пожала плечами, а выражение лица осталось прежним.

Выбора нет.

— Хочешь знать?

Это был единственный выход.

— Хочу.

Дзё высвободил свою руку из её хватки. Та не сопротивлялась.

Девочка была ростом по грудь Дзё. В темноте этого не было заметно, но взгляд у неё был беспокойный, а на лице читалась враждебность.

— Что будешь делать, если я сейчас исчезну?

— Расскажу всем, что Самурай Дзё жив и убил мою подругу.

Ожидаемо.

— А если я всё объясню, молчать будешь?

— Может, буду, а может, нет.

— То есть решишь, когда узнаешь?

— Да.

Самое время глубоко вздохнуть.

— Если узнаешь, жизнь больше не будет прежней.

— Пускай.

Её маленькие губы побледнели и дрожали. Шмыгнув низким носом, девочка сказала:

— Всё равно уже поздно.

Она права.

— Далия.

— Да?

— Берём её с собой. Подгони машину к переулку.

— Знай, я не восторге от того, что ты вовлекаешь в это гражданских.

— Ты бы не забывала, что я и сам гражданский.

— Поняла.

Весь путь до машины девочка сверлила взглядом Дзё.

Несмотря ни на что, работа шла по одному сценарию: сбор информации, сравнение со статистикой, выводы и чутьё.

Далия могла лишь отсортировать полученную информацию, а затем отправить Дзё — так было надёжнее. Но она бы и не задумалась о том, как бы перехитрить эту тварь, которая без конца эволюционирует.

Возможно, потому что она не Мисаки.

Однако глупо полагаться на того, кого уже нет. Лучше не зацикливаться на том, что идеала не достичь, а принять тот факт, что это невозможно и двигаться дальше.

Сегодня с одним разобрались. Была, конечно, опасность, что люди заметят, но охота увенчалась успехом, возможно, благодаря тому, что было решено не проводить её лишь в ночное время. В результате не понадобилось долго гнаться за тварью — факт, а также удалось спасти жизнь девочке — тоже факт.

Хотя эта спасённая жизнь принесла с собой проблем.

Когда Дзё вышел из душевой, девочка, которая приняла душ первой, сидела на диване в гостиной.

Непохоже было, что она чувствовала себя как дома: руки на коленях, взгляд устремлён вперёд. Совсем как Далия, которая принесла девочке сменную одежду, а затем, очевидно, отправилась в специальный очищающий аппарат.

Девочка мельком взглянула на Дзё с голым торсом, окутанного паром, и снова уставилась вперёд.

Ну и ну.

Отодвинув стеклянный стол, Дзё сел напротив неё. На девочке был лёгкий фиолетовый свитер. Не стоит говорить о том, кому он принадлежал раньше.

— Извини, что заставил ждать.

— Ничего, — ответила девочка и посмотрела на Дзё.

Или лучше сказать, сверлила его взглядом. Её маленькое тело переполняли недоверие и злоба. Волосы высохли и напоминали складной веер, и казалось, что от гнева они взъерошились ещё больше.

— Ты даже чай не предложишь?

Ой.

— Прости. Сейчас организуем.

— Не надо уже. Скажи лучше, кто вы такие? — спросила девочка, совсем не двигаясь, словно бы примёрзла.

— Как ты правильно заметила, я Самурай Дзё.

— Так зовут твою фигурку. А настоящее имя?

Вот оно что. Она не знает меня, просто где-то видела экшн-фигурку. Либо сделана была на славу, либо там ещё и фотография прилагалась.

— Курокава Дзё.

Дзё решил представиться ей, ведь это проявление вежливости. По отношению к той, что сидела перед ним, и той, другой девушке.

— А тебя как зовут?

— Юки Нэо.

— Нэо?

Девочка вдруг выпрямилась и напустила на себя важный вид.

— «Нэ» как первый иероглиф в слове «музыка» и «о» как сочетание иероглифов «нить» и «человек».

— Ясно. Ну так что? — спросил Дзё, положил локти на колени и наклонился вперёд. — Что ты хочешь знать?

— Всё.

— Давай по порядку.

— Хорошо. Что случилось с Кёко?

— Умерла.

Зрачки Нэо в миг сузились.

— Ты пытаешься разозлить меня или хочешь, чтобы я возненавидела тебя?

Ух ты, жуть.

— Да нет же. Просто в мире есть вещи, которых лучше не знать.

Это была не уловка, Дзё действительно так думал.

— Если узнаешь больше, то правда не будет пути назад. Ты уже не сможешь вернуться к мирной жизни. Однако, если ты не попытаешься ничего выяснить, то несколько месяцев тебя, возможно, будут мучить кошмары, и несколько лет тебя будут съедать злоба и ненависть.

— То есть мне нужно выбрать?

— Тебе сколько лет?

— Семнадцать.

— Уже взрослая. Тогда да. Твой выбор, твоё решение.

— Решила. Расскажи мне всё.

— Так я и думал, — сказал Дзё, вздохнул и встал. — Пошли.

Дзё пригласил её в свою комнату.

Нэо злилась.

Как бы Кёко не изменилась, это была она. А он без колебаний застрелил её. Такое прощать нельзя. Но она пошла за ним, чтобы узнать, что же произошло с её близкой подругой.

И в то же время ей было страшно. Поэтому Нэо изо всех сил старалась не показывать виду, но её усилия пошли прахом, когда она увидела, что было в комнате.

От удивления она открыла рот.

— Это что?

Нэо оглядела комнату. Она не была похожа на спальню жестокого, хладнокровного и злого человека.

В дальнем углу стоял огромный стол с компьютерным терминалом, рядом — кровать. Это были все нормальные предметы мебели. Кроме этого вдоль стен были расположены стальные полки, а на них — множество экшн-фигурок.

Там были персонажи из супергеройских сериалов, 3D аниме, комиксов — герои, монстры, роботы. Детские игрушки. Все полки были заполнены ими. И не только полки, но и прикроватный столик, изголовье кровати, экран монитора — они были повсюду.

— Хобби.

— Как глупо, — произнесла Нэо с усмешкой.

Дзё повернулся и улыбнулся.

— Правда?

Нэо снова взяла себя в руки.

— Я поняла, что ты дурак, теперь рассказывай.

— Ага. Садись.

Дзё сел на кровать, а Нэо — на стул перед столом. Дзё немного задумался, потом сказал:

— Для начала запомни два слова — зоон и Азаэль.

— Зоон и Адаэль.

— Азаэль.

— Азаэль. Запомнила.

— Хорошо, приступим.

Это история, в которую сложно поверить.

2037 год.

Тридцать два года назад.

Тогда были предложены проекты, нацеленные на повышение адаптационных возможностей человечества в условиях ухудшающейся окружающей среды. Одним из них был проект «Азаэль». С помощью искусственного вируса, названного Азаэль, учёные хотели спровоцировать ускоренную эволюцию на клеточном уровне.

— Никогда об этом не слышала.

— Потому что это секретный правительственный проект.

— И что это значит?

— Молчи и слушай.

Проект провалился.

Подопытные животные, заражённые вирусом, обрели невероятные адаптивные способности, но вместе с тем получили и мешанину из генетической информации.

— Мешанину?

— Например, когда рыбы эволюционировали в земноводных, у них пропали плавники, а вместо них выросли конечности.

— Знаю.

— Но в генах земноводных информация о плавниках сохранилась. Просто она не нужна. Понимаешь?

— Понимаю.

— И таким же образом ненужная информация, которая была исключена из процесса эволюции, сохранилась и в твоих, и в моих генах. А также в генах земноводных, рыб и более древних существ.

— Это мешанина. Поняла, дальше.

Был и ещё один просчёт. Все заражённые животные, восполняя калории, которые тратили в результате происходящих с ними сильных физических изменений, превратились в хищников.

Если они переставали есть, то умирали.

Другими словами, заражённые вирусом Азаэль видоизменяются и едят всё, что движется. То есть, они превращаются в чудовищ.

Это и есть зоон.

— А Кёко?

— До конца дослушай.

Проект «Азаэль» был заморожен.

Но из-за несчастного случая вирус просочился в мир. Это произошло в 2063 году.

Не знаю, где располагалось это учреждение, но в его округе было проведено расследование. Однако ни следов зоон, ни останков их жертв обнаружено не было.

Все вздохнули с облегчением.

Если зоон не добудет достаточно пищи для поддержания происходящих с ними физических изменений, то примерно через двадцать часов он станет немощным и в конечном счете погибнет. То есть либо никто не заразился вирусом, либо заразился, но не смог себя прокормить и умер.

Но это были поспешные выводы.

Зоон выжил, просто скрывался.

— Врёшь.

— Не вру.

— Врёшь. Если бы такие монстры существовали, кто-нибудь обязательно их увидел.

— Я тоже так думал.

Была причина, по которой никто не заметил. Очень простая, до которой на удивление никто не додумался — следов не остаётся.

Зоон — это жестокий хищник. Если он охотится, то обязательно съест добычу. Поэтому свидетелей нет. А трупы под действием вируса превращаются в новых зоон и исчезают с места происшествия. Теоретически не остаётся ни одного следа.

Спустя пару лет, в 2065 году, была поймана одна особь.

— По правде говоря, я был её жертвой.

— Но ты ведь жив.

— Типа того.

Курокава Дзё был единственным, кто выжил после нападения зоон.

Ради его превосходных боевых навыков Биохимическая лаборатория при министерстве обороны провела на нём операцию по киборгизации. И так он стал тем, кто выслеживал зоон — охотником на зоа. Собирал информацию, проводил расследования, сражался с зоон и уничтожал их.

Он занимался этим на протяжении трёх лет.

Однако Дзё узнал кое-что. Да, первоначально проект «Азаэль» был направлен на увеличение продолжительности жизни человечества, но в то же время мог быть применён в качестве биологического оружия.

Исследования якобы замороженного проекта на самом деле втайне продолжались. А охотник на зоа, помимо того, что был средством против зоон, являлся также и участником эксперимента, цель которого выяснить, кто лучшее оружие — зоон или киборг.

Всё, начиная от нападения на Дзё и заканчивая его киборгизацией, было спланировано.

— Моя подруга, которая это заметила, была убита.

— Этой лабораторией чего-то там?

— Да.

— И что ты сделал?

— Как что? Задницы им надрал.

Дзё вторгся в Биохимическую лабораторию при министерстве обороны и уничтожил всех зоон, предназначавшихся для исследований, и человека, убившего его подругу. Этот человек был ключевой фигурой в исследованиях вируса Азаэль.

— Я подозреваю, что утечка вируса тоже его рук дело, но сейчас этого уже не выяснить.

— Ну и?

— Ну и всё. Теперь я делаю то, что ты уже видела.

— Значит, зоон ещё на свободе.

— Да. Сколько их не уничтожай, конца и края не видно. Смотри.

Дзё протянул руку к терминалу, и на экране появилась карта. Когда он объяснил значение мигающих огоньков, Нэо невольно вздрогнула.

Побег из дома.

Пропажа без вести.

Насильственная смерть.

Так много?

Кёко тоже всего лишь одна из этих красных огоньков?

Огни всё продолжают загораться, значит, их действительно так много, как он и говорит?

Просто никто об этом не знает…

Монитор погас.

Нэо, как могла, с безразличным видом произнесла: «Хм». Но дрожащий подбородок её выдал.

— Не можешь поверить?

— Не могу.

Хотя она поверила.

— Ясно.

— Покажи доказательства.

Точно, доказательства. Без них никто не поверит.

— Ты же видела.

— Я про тебя.

Про зоон и Азаэль Нэо поняла, всё сошлось. Но парень перед ней… Киборг? К тому же боевой? Какая чушь.

— Про меня?

— Да. В школе нас учили, что боевые киборги запрещены конвенцией.

У искусственных органов и особенно протезов рук и ног есть строгие технические стандарты. Также их производство регулируется международным законодательством. Проще говоря, у человека не должно быть тех способностей, которыми не обладают обычные люди. А значит, боевых киборгов не существует.

— Я поверю в то, что ты рассказал, если ты и правда боевой киборг.

Дзё не ответил. Он лишь смотрел на Нэо. Одним глазом.

— Хорошо.

Дзё вытянул правую руку по направлению к Нэо.

— Показываю медленно.

Как только он это сказал рука раскрылась от локтя до запястья, как лепестки цветка.

— Ого! — воскликнула Нэо.

Рука и правда механическая.

Что за искусный протез? Внутри, очевидно, металлический, а снаружи как будто самая настоящая человеческая кожа.

За несколько секунд до раскрытия руки Нэо отчётливо видела поры, волоски и даже родимое пятно!

Но более необычным было то, что скрывалось внутри.

Строение этого протеза значительно отличалось от того, что был изображён в учебнике по физкультуре.

Конечно, у каждого производителя свои протезы, но этот выглядел странно. Здесь не было ни искусственных мышц, ни нервов. Вместо них там крепились черные блестящие стальные детали.

— Что это?

Когда Нэо с опаской протянула руку вперёд, несколько кронштейнов, располагавшихся внутри руки, вытолкнули детали наружу. И не только из открытой части, но и из плеча.

— Смотри.

Чёрные детали собрались в ладони у Дзё.

Теперь она поняла.

Эти детали — части оружия.

Его он держал в руке в тот раз.

В ладони Дзё появился рукоять, к нему присоединились другие детали: спусковой крючок, ствол и что-то ещё цилиндрическое.

И вот готовое оружие.

Кронштейны быстренько вернулись обратно в руку, в которой, если приглядеться, можно заметить, что кроме тонкой искусственной кости больше ничего не было. То есть руку заполняли складные кронштейны и части оружия, а энергия, обеспечивающая движения, поступала благодаря внешней оболочке и скелету.

Даже Нэо понимала, насколько это продвинутые технологии.

Оболочка закрылась, и рука Дзё стала прежней. От настоящей не отличить, хотя при внимательном рассмотрении были заметны места стыков, напоминавшие старые царапины.

— Теперь веришь? — спросил Дзё.

Глядя на собранное оружие, Нэо могла лишь безмолвно кивнуть.

— Если это обнародовать, поднимется шумиха. А если узнают, кто я, работать станет сложнее. Всё-таки известной личностью был. Понимаешь?

Нэо понимала.

Конечно, непросто разобраться в истории с зоон и вирусом Азаэль, а произошедшее в канализации вообще невероятно. Но другое дело парень, сидящий перед ней.

Даже если он и не боевой киборг, то кто?

А если он всё-таки боевой киборг, значит, и всё, что он говорил о зоон и вирусе Азаэль, тоже правда. Если это обнародовать, поднимется шумиха, тем более, когда узнают, что здесь замешан легендарный гонщик, значит…

В общем, Нэо только и могла, что кивать головой, как болванчик.

— Пообещай, что сохранишь это в тайне.

Кивнула.

— Вот и славно.

Дзё улыбнулся.

Оружие он убрал в мгновение ока. Вот что он имел в виду, когда говорил, что покажет медленно. Это была обычная скорость. Нэо даже не успела понять, что произошло.

Дзё поднялся.

— Я провожу тебя.

Нэо растерянно кивнула.

«Вот блин», — приличное время спустя подумала Нэо. Она не заметила, как переоделась в свою уже выстиранную одежду, на парковке, похожей на ангар, села в ту же машину, на которой сюда приехала, а воспоминания об этом были обрывочными, словно произошло это очень давно.

И вот так её, ничего не понимающую, мягко выпроводили из дома.

Нэо не могла понять, как так вышло — она дала обещание.

Обещание есть обещание.

В общем, Нэо провели.

Она вздохнула.

— Что-то случилось? — спросила женщина за рулём. После того, как они сели в машину, Далия впервые заговорила.

— Ничего, — ответила Нэо сердито и облокотилась на спинку заднего сидения. За окном виднелся торговый квартал перед станцией. Скоро стемнеет.

Дождь уже закончился.

— Скажи.

— Что?

— Он всегда такой?

— Кто, Дзё?

— Да.

— Что ты имеешь в виду?

— Как будто смотрит на людей свысока…

— Да, — ответила быстро, не раздумывая. Это насторожило. — По крайней мере таким он себя показывал.

— Показывал?

— Да. Уже несколько месяцев он ни с кем не разговаривал. Ты — первая.

Врёт.

— Но с тобой-то он разговаривал.

— Я говорила о людях.

— Что?

— Похоже, он ничего не рассказал. Я не человек, а андроид.

Что?

Что-о?

Что-о-о-о?

— Врёшь!

— Не вру.

Невероятно!

Ещё никто не создал высококачественного андроида, которого не отличить от человека, даже разговоров о подобных исследованиях не было!

— Доказать?

Нэо хотела было сказать «да», но в итоге сказала, что не стоит.

Она поглубже зарылась в пассажирское сидение.

Дзё был прав, Нэо больше не могла вернуться к обычной жизни. Теперь она знает, что за мирной жизнью скрывается много неизвестного.

Вирус, изменяющий живых существ.

Монстры, поджидающие в темноте, чтобы съесть человека.

Киборги и андроиды, которых не отличить от живых людей из плоти и крови.

От мыслей о Кёко сердце сжималось. И она не могла простить Курокаву Дзё за то, что он безжалостно её убил. Это было неизменно, но факт оставался фактом — в тени этого мира происходило немыслимое, и он продолжал с этим сражаться.

В то время, как никто об этом не знает.

И она тоже не знала.

— Но знаешь…

Нэо подняла голову, услышав голос женщины. Мягкий, словно бархат, скользящий между пальцами, пусть даже он был создан программой.

— Дзё не получает наслаждения от сражений, и не по своей воле он оказался в таком положении. В глубине души убийства зоон приносят ему боль. Такой он человек. Можешь в это поверить.

В этот момент их глаза встретились в зеркале заднего вида. В них читались нотки грусти. Хотя она была андроидом.

— Он привёл тебя домой, всё объяснил. Знаешь, зачем?

— Чтобы я пообещала не рассказывать о нём.

— Не могу отрицать. Но была и другая причина, — впервые за время их беседы слова Далии прервались. Лишь на доли секунд, но они показались Нэо вечностью. — Он не мог бросить тебя там.

— Что?

— Он не мог бросить напуганную девочку, с ног до головы покрытую сточными водами,одну, и уйти.

— Неужели?

Этот жестокий, хладнокровный и злой человек, живущий в той дурацкой комнате?

— Это правда. Уж не знаю, осознавал он это или нет, но Дзё такой человек.

У неё и правда добрый голос.

Родители встретили Нэо с улыбками на лицах. Похоже, они волновались.

Но за ужином она не могла посмотреть им в глаза. Родители что-то весело рассказывали, как ни в чём не бывало, но Нэо лишь притворно улыбалась и время от времени говорила что-нибудь в тему.

После душа она пожелала им спокойной ночи и ушла к себе в комнату.

В ту ночь ей приснился кошмар. Во лбу у Кёко зияла дыра.