Том 3    
Глава 3: 12 часов — Дзин

Глава 3: 12 часов — Дзин

Часть 1

Утром, в четыре с половиной часа …

В ночном небе без единого облачка всё ещё ясно сияли звезды. Едва-едва показавшееся на горизонте зарево возвещало о приближении рассвета.

Чувствуя прикосновение холодного ночного воздуха к коже, юноша глубоко вздохнул.

Нежная прохлада заполнила лёгкие, пробуждая ещё не до конца проснувшееся тело. Шелтис с давних пор любил это ощущение.

— М-м… уф…

Шея, плечи, руки и так далее — юноша медленно расслабил всё тело. Он готовился к тому, чтобы последовательно, одну за другой, напрячь все ослабевшие за время лечения мышцы, но в этот момент…

— Шелтис?

Из-за спины послышалось едва различимое шуршание чьих-то шагов в мокрой от росы траве.— Ты уже восстановился? Вроде бы ты говорил, что сможешь тренироваться только на следующей неделе?

Длинные розовые волосы ярко блеснули в предрассветных лучах.

На лужайке около тренировочной площадки стояла девушка в освежающе белом церемониальном одеянии. В руках она держала парные жезлы «розарий».

— О, доброе утро, Моника. И…

— Доброе утро…

К площадке подошла вторая девушка, отставшая от Моники на несколько шагов.

Она была невысокого роста и выглядела несколько хрупкой. Её одежда была такой же, как и у Моники, но вдобавок её голову закрывал механический шлем, который волей-неволей привлекал к ней внимание.

— Ого, ты тоже пришла, Кагура?

— Ты так говоришь, будто не ожидал меня здесь увидеть. Я тоже кадет, поэтому иногда вынуждена тренироваться… А ещё вчера инструктор Юмелда накричала на меня, требуя, чтобы я тоже ходила на занятия.

Девушка удручённо опустила плечи. Судя по всему, она не горела желанием заниматься физическими упражнениями.

— Ты не любишь тренироваться?

— Умеренные разминки я люблю. Но мне лень переодеваться из обычной лабораторной одежды в церемониальную. К тому же тренироваться в шлеме очень неудобно.

Кагура постучала пальцем по краю визора.

«Значит, она его не снимает даже во время тренировок…»

— Заинтересовался?

— Э? А, да. Прости. По мне так заметно?

— У меня большой опыт. Ко мне многие подходят с вопросами.

Кагура подняла два пальца на правой руке, будто подразумевая, что у неё есть две причины носить шлем.

— На этот визор выводится экран компьютера из лаборатории. Благодаря ему я могу следить за выполнением программ даже когда меня нет на месте. А ещё, думаю… ты поймёшь, если скажу, что я из народа Нела.

— Да, я видел некоторых из вас в Софии.

Уши народа Нела отличались от человеческих: они были длинными и заостроёнными, и к тому же покрыты густой шерстью, как у лис. Такая эволюционная особенность развилась у них из-за того, что они обитали в северной части летающего архипелага, где часто случались снегопады. Острые уши позволяли расслышать голоса даже во время снежной бури, а тёплая шерсть защищала от холода.

— Если я сниму шлем, мои уши привлекут внимание, хочется мне того или нет. Не люблю, когда меня разглядывают просто потому, что я из народа Нела. Не хочу, чтобы обо мне судили по внешнему виду, — объяснила Кагура, приложив руки к шлему в тех местах, где должны были быть уши.

— Я так делать не буду.

— Как-то ты слишком быстро ответил…

— Ну да, я ведь в таком же положении. Возьми, к примеру, мою жилетку.

Шелтис отказался от предоставленной Софией белой формы и упорно носил чёрную жилетку, переделанную из церемониального одеяния старого образца. Особого выбора у него не было, так как только в этой одежде он мог скрыть в бою, что на него попало матеки. Но хоть юноша и смирился с необходимостью её носить, терпеть подозрительные взгляды окружающих людей было всё равно тяжело. И как раз потому, что Шелтис прочувствовал эту тяжесть на собственном опыте, он не хотел судить о других только по внешнему виду.

— И правда… — с горечью согласилась Кагура. — В этом смысле мы действительно очень по… — девушка резко прервалась. — А, нет, конечно же нет! Я тебя ещё не признала! Я всё ещё тебя подозреваю и очень опасаюсь!

— Понимаю. Но не беспокойся, я позанимаюсь часок, а потом мне надо будет вернуться в комнату.

При этих словах Моника резко вскинула голову. Она молча указала взглядом на приставленные к скамейке два меча.

— Шелтис, раз ты принёс мечи, значит и в тренировке примешь участие?

— Мне разрешили помахать ими около часа.

Шелтис взял блестящие мечи, фиолетовые кристаллы которых чем-то напоминали аметисты, и проверил, как они ощущаются в руках.

Вчера вечером ему путём долгих уговоров кое-как удалось получить у лечащего врача разрешение на тренировки. Учебные бои всё ещё оставались под запретом, но теперь Шелтис мог хотя бы позаниматься с мечами в одиночку.

После вчерашнего выступления Юми, он просто не мог позволить себе сидеть сложа руки.

— И не жалко тебе тратить драгоценное время тренировок в такую темень? Через два или три часа уже солнце взойдёт… Впрочем, при свете тебя наверняка увидит инструктор Юмелда, и тогда одним часом всё точно не ограничится.

— Вот-вот. Поэтому мне нужно успеть позаниматься сейчас.

Шелтис приподнял левый меч, а правый наставил горизонтально…

Сделав вдох, он быстро рассёк воздух правым мечом. Сияющий фиолетовым клинок разрезал пустоту вертикально, словно разделял море.

Лезвием меча юноша чувствовал тяжесть каждой молекулы воздуха, каждой зависшей в пустоте пылинки, будто взвешивал их на точнейших весах.

«Кажется, идёт неплохо..»

«Напряжение» и «расслабление» мышц, тщательно выверенное направление удара, как будто нацеленного в одну единственную каплю водяных брызг, позволяющие достичь такой точности восприятие и состояние духа — всё было точно таким же, как и две недели назад, до попадания в госпиталь с травмой головы.

«Получится ли то же самое в движении?..» — задал вопрос телу мозг.

Реакция мышц была немного замедленной, но это было лишь следствие продолжительного отдыха. Юноше было достаточно одного понимания, что мышцы выполняют движения с запозданием, чтобы подстроиться под своё тело.

«Получится…» — решил Шелтис, тотчас же оттолкнулся от земли и взмыл в воздух. Тремя наклонными ударами правым мечом и двумя горизонтальными левым он прорисовал в воздухе правильные траектории.

— Ха!

Испустив воинственный крик, Шелтис рассек пустоту обоими мечами.

Рубящий удар вниз, взмах в сторону, разрез, толчок вверх.

Юноша мысленно рисовал правильные траектории и в точности повторял их мечами. Удар одним создавал в воздухе «раны» — области вакуума — и пока этот вакуум не исчез, второй клинок прорезал их заново. Каждый взмах был точным и быстрым. Движение мечей было настолько стремительным, что зрители забывали не только моргать, но даже и дышать.

Шелтис сделал последний взмах и приземлился далеко от того места, с которого прыгнул.

— Ай… больно?

Что-то скрипнуло, и сознание юноши заполнила рассеянная боль.

«Похоже, так напрягаться пока нельзя…»

Приложив руки к вискам, Шелтис глубоко вдохнул, чтобы снять с тела нагрузку.

— Ты в порядке?

— Да… но восстановился я ещё не полностью. Эх, я же вроде бы достаточно сдерживался…

— Придурок, это называется «сдерживался»? — сложив руки на груди, изумлённо проговорила Моника и многозначительно взглянула на стоящую рядом подругу. — Твои впечатления?

— Надо было захватить с собой камеры для замедленной съемки. Его движения намного быстрее, чем у обычного человека. Простыми средствами за ними не уследить, — ответила Кагура с необычным для нее жаром в голосе. — Что это были за приёмы? Какая-то специальная последовательность? Особая школа тренировок? Давай говори.

— Никакой системы в них не было. Я просто представил в голове пару подходящих движений и заставил тело их повторить вот и всё.

— Эти движения были импровизацией?.. Ты что, монстр?

— Ничего подобного.

— А?

— Если всерьёз хочешь защищать жриц, это самый минимум необходимых навыков. Хотя нет, думаю, таких будет недостаточно. Я выгляжу неестественно сильным, только если сравнивать меня с другими кадетами.

«Выше кадетов стоят регулярные стражи, а выше них — пятьдесят элитных стражей, из которых жрицы и выбирают «львов».

Вот с ними наверняка возникнут проблемы…»

Из пятидесяти и так выдающихся людей только пять становятся львами. Даже Леон два года назад был просто элитным стражем. Когда-то в их число входил и Шелтис. Поскольку все до единого элитные стражи обладали невероятными способностями, между ними всегда шло напряжённое соревнование. Три года назад Шелтис прочувствовал его накал на собственном опыте.

— А, действительно. Я высказала впечатления простого кадета. Впрочем, я ожидала такого замечания…

«Ожидала?»

— Значит, ты и правда тот… — с загадочным выражением на лице начала бормотать Кагура, но вдруг…

Откуда из-за спины у Шелтиса донёсся щелчок снимаемого предохранителя

— Ложись!

— Э?

«На объяснения времени нет», — в долю секунды принял решение Шелтис и тут же развернулся, одновременно разрезая воздух мечами.

По приглушённому хлопку и мелькнувшей вдалеке вспышке, он предугадал траекторию выстрела.

Пуля с гулким звуком отскочила в сторону.

— Ч-что вы себе позволяете?! — первой вскрикнула Кагура.

К компании Шелтиса размеренным шагом подошли лысый стрелок с двумя пистолетами и невысокая девушка — Иша и Дзин. На плечах их одеяний красовались шевроны регулярных стражей,.

— Ты сумел среагировать просто на звук предохранителя. Как я и ожидал.

— Что ещё за «как я и ожидал»? Какой регулярный страж будет стрелять в человека из-за спины? — возмутилась Кагура, стараясь скрыть волнение за громким голосом.

Её взгляд был направлен на чёрный пистолет в руке у стрелка. От дула до сих пор тонкой белой струйкой поднимался дым.

— Бросьте ваши ужасные шутки. Я доложу обо всём инс…

— Не спеши, Кагура. Ты всё не так поняла. Он с самого начала не целился в нас.

— Чего?.. Что ты несёшь, Шелтис?

— Он стрелял не в нас.

Шелтис указал на землю тем же мечом, которым только что отбил выстрел. На лужайке остался чёрный след. Судя по траектории, пуля должна была пролететь мимо Шелтиса, Кагуры и Моники и попасть в корень крупного дерева.

— Я отбил пулю машинально. Она в любом случае не должна была нас задеть.

— Рада, что ты всё понял. Оправдываться перед инструктором Юмелдой или боссом из-за ложных обвинений было бы мучительно, — поправив собранные в два хвоста волосы и указав на Шелтиса рукой, заявила Иша. — Ладно, ты нам годишься. Разрешаю на один раз присоединиться к нам. Идём.

«Годишься? Присоединиться?»

Не понимая что происходит, Шелтис обернулся к Монике и Кагуре, но встретил такие же озадаченные взгляды. Скорее всего, вся троица подумала об одном и том же, а именно…

— Прости, я не очень тебя понимаю.

— О чём ты вообще? Выражайся яснее.

— Мне кажется, у тебя серьёзные проблемы со способностями к разговору. Могу посоветовать хорошего врача. Как сходишь к нему, готова выслушать тебя ещё раз.

— Ч-ч-чего? Что ещё за жалобы? Я специально пришла сюда, чтобы пригла… У-у-у-у?!

— Успокойся, Иша. Ты опять разгорячилась.

Убрав пистолет в кобуру на поясе, Дзин зажал девушке рот, подразумевая, что дальше говорить будет он.

— Прошу прощения, что напугал вас выстрелом. Я пошёл на поводу у Иши и согласился «тайно выстрелить, чтобы его испытать». Результат ожидаемый.

— В чём ваша цель? — не изменившись в лице, спросила Моника.

— Цель уже объяснила Иша. Мы приглашаем вашего мечника присоединиться к отряду из четырёх регулярных стражей, включая нас, для выполнения миссии.

«Пригласить меня?..»

Дзин и Иша посмотрели на Шелтиса.

— Двадцать девять часов назад кадеты, отправленные патрулировать природный сектор, перестали выходить на связь. Что стало причиной обрыва связи: неисправность устройств или какой-то несчастный случай — неизвестно, но… руководство решило объявить чрезвычайную ситуацию и отправило за ними спасательный отряд. Это произошло двадцать два часа назад, то есть вчера утром.

— Да, я слышал об этом от инструктора Юмелды.

«В спасательный отряд отобрали лучших кадетов, на которых возлагают большие надежды. Если бы я не восстанавливался после травмы, инструктор и меня бы порекомендовала».

— Шесть часов назад мы потеряли связь и с этим спасательным отрядом, — добавив серьёзности в голос, сообщил Дзин.

В глазах молча стоявшей рядом с ним Иши ощущалось волнение, которого Шелтис раньше у неё не видел.

— Они успели отправить сигнал с просьбой о помощи. Когда София попросила доложить о ситуации, с той стороны раздался страшный грохот… и на этом связь оборвалась.

— Это были фантомы?.. — подняв голову, озадаченно спросила Моника.

Используя матеки, фантомы производили странные звуки, хотя их и нельзя было назвать грохотом. Предположение, что спасательный отряд столкнулся с сильным фантомом, было вполне реальным.

— Нет. Группа экспертов всё еще занимается анализом записи, но, как они сказали, те звуки не похожи на матеки. Но и с образцами рёва каких-то опасных животных они не совпадают, — намотав на палец длинные волосы, ответила Иша. — Проще говоря, причина случившегося по-прежнему неясна. Руководство посчитало ситуацию серьёзной, поэтому было решено отправить второй спасательный отряд, но уже из регулярных стражей и послушниц. Мы с Дзином входим в его состав.

— Обстоятельства мне ясны… Но почему вы приглашаете меня в официальный отряд?

«Кадетов иногда приглашают для учёбы в отряд регулярных стражей, но так никогда не делали во время серьёзных миссий вроде нынешней».

— Чтобы ты набрался опыта, — равнодушно объяснил Дзин. — Софии нужен каждый выдающийся страж. Во время того группового боя… мы с Ишей удивились: почему нам назначили в противники кадетов, но после сражения мы поняли намерения инструктора Юмелды. Не сомневаюсь, что с твоими способностями ты уже скоро станешь регулярным стражем.

— И поэтому вы считаете, что мне будет полезно уже сейчас набираться опыта?

Дзин говорил спокойным размеренным голосом. Рядом с ним, гордо выпятив грудь, улыбалась Иша. Хотя они вели себя довольно вызывающе, Шелтис не чувствовал в их словах колкостей.

— Вам меня кто-то порекомендовал? Инструктор Юмелда или, может, кто-то ещё?

— Естественный вопрос, но ответ на него — «нет». Ни инструктор, ни «львы» не имеют к этому отношения. Сначала мы планировали отправиться уже собранным отрядом, но потом Иша вдруг вспомнила о тебе.

— Д-дзин! Этого можно было не говорить!

Взволнованная девушка ткнула стрелка локтем в бок.

— Ты?

— Ну ладно… Раз уж Дзин меня раскрыл, выскажу всё напрямую… — дерзко улыбнувшись, Иша наставил палец на Шелтиса. — Слушай же, я ненавижу проигрывать. После того разгромного поражения я просто не могу сидеть и ждать повторного матча, который ещё и отложился. Я хочу, чтобы ты отправился с нами на миссию и сам убедился, насколько сильнее я стала… Будь мне благодарен, не так часто кадет получает возможность выполнить миссию вместе с регулярными стражами.

— Но я же всё ещё восстанавливаюсь после травмы.

— Судя по тому, как ты махал мечами — не похоже… Ладно, это была шутка. Поскольку мы с Дзином в отряде, миссия уже, считай, выполнена. Ты можешь взять на себя связь со штабом и оформление отчётов, сражаться тебе не обязательно.

«Насколько же глубокого она всё продумала…»

Шелтиса был рад искреннему предложению Иши. Хотя остальные кадеты держались от него на расстоянии и он не мог даже вступить ни в какой отряд, регулярный страж пригласила его поучаствовать в миссии.

Однако…

— Спасибо…

— Отлично. Теперь быстрей собирайся. Мы отправляемся через час.

— Но в этот раз я вынужден отказаться.

— Э?

Иша удивлённо сверкнула изумрудно-зелёными глазами и несколько раз моргнула.

— Врач строго-настрого запретила мне даже тренироваться до полного восстановления… И к тому же у меня есть одно срочное дело. Думаю, на него уйдёт немало времени. Прошу меня простить, — пожав плечами, слегка поклонился Шелтис.

— Похоже, нам сильно не повезло. Идём, Иша.

— Ага, тут уж ничего не поделаешь. Ну ладно. В следующем групповом бою мы обязательно победим, так что давай быстрей восстанавливайся, чтобы у тебя не было ни одной отговорки.

Многозначительно улыбнувшись, Иша подмигнула Шелтису, быстро развернулась и вприпрыжку побежала за Дзином.

Вскоре регулярные стражи пропали из виду.

— Под срочным делом ты имел в виду исследование фантомов, о котором меня попросил? — нарушила тишину Кагура.

— И его тоже. Но главное, Моника только пригласила меня в свой отряд. При таких обстоятельствах с моей стороны будет эгоистично одному отправляться на миссию вместе с кем-то другим.

— Ну естественно. Я ни за что не стала бы помогать такому человеку, — скороговоркой выпалила Кагура и сразу повернулась спиной к Шелтису.

— Э? Кагура, ты куда?

— В лабораторию. Исследование фантомов — срочное дело, не так ли? Так что не будем тянуть время… Ах да, не пойми меня неправильно. Я взялась за это совсем не потому, что твой поступок произвёл на меня впечатление, мне просто надо победить в соревновании с Эйри, — не оборачиваясь, ответила девушка и ушла к башне.

Проводив её взглядом, Шелтис тяжело вздохнул.

— Похоже, я пока не заслужил её доверия…

— Ну, всё не так плохо, как во время вашей первой встречи. И всё же это проблема. Сложно представить, что она согласится вступить в отряд, если дела и дальше пойдут таким образом, — скрестив руки на груди, подвела итог Моника.

По её лицу было сложно определить, почувствовала ли она облегчение или, наоборот, напряглась.

— Придётся поискать какие-то основания, чтобы она могла тебе верить.

— Угу…

Шелтис не мог смотреть в глаза Монике, поэтому отвел взгляд.

«Рассказать Кагуре о прошлом, чтобы заполучить её доверие… я не могу. Если станет известно, что упавший в Эдем вернулся и внутри него находится матеки, поднимется огромный переполох.

С другой стороны, если Кагура не будет мне доверять, мы не соберём необходимое число людей в отряд, и я не смогу выполнять миссии, чтобы стать регулярным стражем.

Вот это дилемма».

— Что же мне делать?..

Не в состоянии придумать конкретного способа решить возникшую проблему, Шелтис просто смотрел в небо пустым взглядом.

***

Солнечный свет, пробиваясь сквозь витражи, раскрашивал белый коридор бесчисленным множеством пёстрых красок. В залитом ярким светом широком коридоре стояла абсолютная тишина.

София, двести девяностый этаж.

Внутри невероятно высокой, состоящей из двухсот девяносто одного этажа, башни, этот был первым после находящегося на самой вершине «рая». Попасть на него можно было только с помощью лифта, который останавливался лишь на некоторых специальных этажах, включая и те, где жили жрицы.

— Как тихо…

Здесь было слишком спокойно. Слишком беззвучно. В коридоре царила настолько совершенная тишина, что воздух выглядел абсолютно прозрачным.

Казалось, что в этом величественном пространстве даже звуки почтительно застыли, ожидая чьего-то приказа.

— И правда так тихо.

Юми шагала по бесконечному коридору, иногда проверяя, что её голос хоть чуть-чуть отражается от стен.

На столь просторном этаже находилась всего одна комната.

«Шатёр грёз» королевы Салы.

Именно здесь первый человек Софии отдыхала три дня после месяца, проведенного в молитве, поддерживающей Ледяное Зеркало. Это была её личная комната.

Даже жрицы нечасто заходили сюда. Меймел утверждала, что иногда навещает королеву по «личным делам», но вот Юми пришла в эту комнату всего лишь во второй раз.

«Сердце так быстро бьётся…»

Возможно, кто-то бы посмеялся над Юми за то, что она, одна из пятёрки жриц, так сильно нервничает, но подобно тому, как простые люди из жилых кварталов боготворили жриц, так и жрицы искренне почитали королеву. Они хорошо знали, насколько тяжело и мучительно поддерживать барьер, понимали, насколько невероятное достижение — продолжать молитву целый месяц, и потому от всей души восхищались королевой.

И вот, Юми добралась до конца коридора.

Перед ней возвышались такие гигантские металлические двери, что их невозможно было осмотреть полностью не задирая голову. Большая их часть сияла серебром, словно зеркальная поверхность воды, но отдельные важные фрагменты были раскрашены в золотой и небесно-голубой цвета.

— Прошу прощения за беспокойство.

Глубоко поклонившись, Юми положила руку на замок дверей.

Проверка… Соединение с департаментом исследования синрёку установлено… ведётся сравнение… волновой рисунок синрёку совпадает… запрос подтверждения… Личность подтверждена: пятая жрица Юми Эль Суфлениктоль.

Единственным ключом к замку был волновой рисунок синрёку. Посещать эту комнату разрешалось только жрицам, их львам и нескольким служанкам.

Двери с торжественным звуком разошлись в стороны.

По ту сторону простиралось захватывающее дух голубое небо.

Три из четырёх стен комнаты были стеклянными, а за стеклом начиналось небо на высоте двух тысяч метров над землёй.

Почему из комнаты, расположенной в центре этажа, было видно небо, Юми не знала, однако синева за стеклом была столь безмятежной и необъятной, что она подавляла любые сомнения.

Пол устилал снежно-белый ковёр.

Из мебели в помещении были только стоящие в углу маленький столик и шкаф — больше ничего. Учитывая, что комнатой пользовались всего три дня в месяц, ничего необычного в этом не было, но такая пустота сильно контрастировала с величественным образом королевы.

В центре находилась гигантская кровать с балдахином.

С навеса спускались кружевные красные занавески. По бокам изумительная полупрозрачная ткань балдахина была отделана оборками.

По ту сторону тонкой ткани виднелся человеческий силуэт.

— Добрый день, Юми. Прости, что пришлось подождать.

Услышав голос королевы, Юми торопливо поклонилась.

«Что же делать, что же делать?..»

Заранее заготовленное приветствие испарилось из головы девушки, и она сумела только пробормотать что-то невразумительное:

— Н-нет-нет! Это я должна просить прощения за то, что помешала вашему отдыху!

— Ну что ты, не стоит так стесняться, — сдержанно рассмеялась королева по ту сторону кружевной ткани. — Можешь взять вон тот стул в углу. На столе — кувшин с водой. Если захочешь пить — пользуйся.

— Х-хорошо. Большое спасибо.

Благодаря неожиданно простой манере речи королевы Юми почувствовала себя легче.

«Повезло… Госпожа Сала, разумеется, проявляет ко мне снисхождение, но в любом случае говорить формальными фразами мне было бы куда тяжелее.

Однако… её голос звучит как-то слишком юно?..»

Юми мысленно готовилась к формальному разговору, и, возможно, поэтому, когда королева заговорила в простой и свободной манере, её голос показался девушке намного моложе, чем обычно. Нет, его даже можно было назвать детским.

«Голос лет на двадцать... Нет, даже меньше?..»

— А кстати, Юми.

— Да?

— Твоя вчерашняя речь получилась просто замечательной. Все были от неё в восторге.

— А?!..

Юми разом выдохнула весь запас воздуха, который скопился в лёгких за время напряжённого ожидания.

— К-к-к-к-как?.. Вы всё видели, госпожа Сала?!

— Да. Я наблюдала за твоим выступлением из этой комнаты с помощью дальнего зрения.

«К-как мне неловко… Щеки прямо горят. Наверняка я сейчас до ушей покраснела».

— Ну… я… наверно слишком много себе позволила…

— Ничего подобного. Наоборот, ты дала людям очень важное знание… А теперь перейдём к делу.

Королева по ту сторону занавеса медленно приподнялась на кровати.

— Ты хотела что-то со мной обсудить, не так ли?

— Д-да!

Юми резко пришла в себя. Ей показалось, будто королева видит ее насквозь, и поэтому она невольно выпрямила спину.

— Здесь только мы с тобой. Ты можешь говорить свободно.

— Хорошо…

Ухватившись за одежду в районе груди, Юми попыталась успокоить быстро бьющееся сердце.

«Что я хочу спросить и о чём я хочу узнать… Если я сейчас сбегу, то встретиться с королевой в следующий раз можно будет только через месяц. Спрашивать нужно сейчас».

— Не могли бы вы рассказать мне о матеки?

— Удивительно. Ты задаешь вопрос о матеки сейчас, когда уже давно стала жрицей. Что именно ты хочешь узнать?

Юми почувствовала взгляд королевы даже сквозь полупрозрачный занавес.

— Существует ли способ очистить матеки, если оно находится внутри человека?..

— Для очищения матеки используют заклинания типа «таинства». Как раз они получаются у тебя лучше всего, разве нет?

— Да, но…

Юми уставилась на пальцы руки, которую держала на груди.

Белые пальцы и розовые ногти. Всего месяц назад по ним текла её собственная кровь.

«Тот, кого я так долго ждала, наконец вернулся. От радости я попыталась его обнять… Но хоть мы и встретились после двух лет разлуки, нам, как и прежде, не дозволено даже прикоснуться друг к другу.

Резонанс Элберта… Нас ранило эта отвратительное, сводящее с ума пламя, которое появилось из-за того, что моё синрёку и его матеки отторгают друг друга.

А две недели назад Илис сказала: «На ум приходит только одно объяснение… Юми, ты обладаешь самым мощным синрёку среди всех пяти жриц. Ты единственная отторгаешь матеки Шелтиса потому… что твоё синрёку слишком сильное».

В ночь, перед тем как Шелтис отправился на лагуну, я узнала… что резонанс Элберта, происходит только между им и мной.

Это слишком… слишком жестоко…»

— Сейчас я не могу очистить это матеки.

Слишком сильное матеки и такое же синрёку настолько отторгали друг друга, что не срабатывали даже заклинания таинств. Юми долго размышляла над этой проблемой, но так ничего и не придумала, поэтому у неё осталась только одна надежда — обратиться за советом к королеве.

— Тогда почему бы тебе не попросить о помощи других жриц.

— Я об этом думала…

«Отторжение возникает только между мной и Шелтисом. Если Сюнрей много-много раз подряд будет накладывать на Шелтиса заклинания таинств, возможно, ей удастся очистить матеки. Но…»

— Но я надеюсь очистить его сама.

«Да, я хочу сама убрать матеки из Шелтиса.

Интересно, слушал ли он мою вчерашнюю речь? Он ведь стремится стать «львом» ради меня.

Тогда чем же мне ответить на его чувства?

Я не хочу просто ждать. Я хочу сделать что-нибудь для него.

Вот поэтому я не могу доверить это дело никому другому. Это только моя роль, которую я не хочу никому отдавать… Я хочу стать не просто жрицей, а такой жрицей, которой Шелтис будет гордиться.

Настоящей жрицей таинств».

— Мне кажется, способ очистить матеки существует. Я подумала, что уж вы, госпожа Сала, можете его знать.

— Как интересно. Давай пока отложим вопрос, знаю я его или нет. Судя по твоим словам, у тебя есть какие-то основания утверждать, что способ полностью развеять матеки действительно существует.

— Причина моей уверенности — Код Софии [Седьмой небесный ритм].

Юми прямо встретила пристальный взгляд королевы.

— Я… помню, что случилось в соборе. Да, матеки и синрёку отторгают друг друга. Я знаю об этом по собственному опыту, но…

— Хотя Код Эдема [Седьмой истинный ритм] — это тоже матеки, двери собора не стали его отторгать.

«Я до сих пор не могу забыть тот миг.

Фантомы вторглись в Софию. Они окружили нас с Сюнрей. И тогда двери собора, которые должны защищать от любого матеки, открылись перед песней Шелтиса».

— Матеки и синрёку… действительно полностью противоположны. Но мне кажется, это не вся правда. Я уверена, в них обоих ещё есть секреты, о которых не знают даже жрицы.

— И поэтому ты считаешь, что в Коде Софии тоже содержится какая-то особая сила?

— Да.

Воцарилась тишина.

Спустя, как показалось Юми, целую вечность, королева по ту сторону занавеса вновь заговорила:

— Начну с вывода: это почти невозможно. Дело в том, что нынешний Код Софии это всего лишь «переложение», которое предназначено только для моего синрёку.

— Переложение?

— Тебе не стоит глубоко об этом задумываться. Обстоятельства этого дела настолько сложны, что один только рассказ о них займёт целую ночь. Кроме того, внутри тебя существует и другая возможность.

«Другая возможность? Даже представить себе не могу, что имеется в виду. Я думала, что если и есть какая-то возможность изъять из Шелтиса матеки, то она может быть скрыта только в Коде Софии».

— Значит, способ очистить матеки есть! Так что же это…

— Юми, я понимаю, что ты готова цепляться за любую соломинку. Но не забывай, что ты жрица. Ты пятая жрица, жрица таинств, и поэтому должна управляться с заклинаниями этого типа лучше, чем все остальные… Понимаешь, к чему я веду?

— А…

Юми почувствовала, как её перегретые эмоции постепенно утихают.

Королева подразумевала: «Раз ты жрица таинств, значит должна найти этот способ сама».

— Прошу прощения…

— Хе-хе, не стоит извиняться. За год, прошедший с того момента, как ты стала жрицей, Меймел тебя только хвалила. Она говорит, что ты действительно очень стараешься. А она ведь нечасто кого-то хвалит, не так ли?

«Меймел?.. Ах да, она говорила, что иногда поднимается на этот этаж…»

— А кстати, Юми. Я тоже хотела тебя кое о чём спросить.

— Д-да? Я вас слушаю.

— Ничего такого особенного в моём вопросе нет… А ты, как я уже говорила, можешь выпить воды из графина. В этой комнате несколько сухо.

— С-спасибо, воспользуюсь вашим предложением.

«Как вовремя… У меня от напряжение в горле совсем пересохло».

Юми взяла стеклянный графин в форме лебедя, налила воды в стоявший на столе стакан и отпила из него, наслаждаясь прикосновением к холодному стеклу.

— Юми, какие у тебя отношения с Шелтисом Магной Йелле.

— ~~~~~~~~Буэ?!

Девушка живописно выплюнула только что набранную в рот воду.

— Кха… кха… кха… у… Что вы имеет в виду?!

— Ты ведь хочешь вылечить именно его? Ты хочешь очистить его от матеки. Ты желаешь этого как жрица? Или же как девушка?

— Вы… о нём знаете?

— Заражены матеки бывают многие, но только у одного человека матеки находится внутри.

«И правда, всё так. Королеве всё это известно, а значит, ни обмануть её, ни уйти от вопроса мне не удастся».

— Наверное… и так, и так.

— То есть и как жрица, и как человек?

Юми молча кивнула. Королева по ту сторону занавеса должна была видеть её жест.

«Должно быть, госпожа Сала на меня рассердится… Возможно, она посчитает меня негодной жрицей из-за того, что не могу отбросить личные чувства... Но я всё равно не могу отказаться от них».

— Ну, хвалить мне тебя не за что, но ничего плохого в твоём настрое я тоже не вижу.

— Э? А?..

— А ты думала, я на тебя рассержусь? У тебя всё на лице написано.

Королева по ту сторону полупрозрачного занавеса приложила руку к губам и сдержано рассмеялась.

— Я предупреждаю тебя только одном: ты не должна забывать долг жрицы, слишком увлёкшись мыслями о ком-то одном. Ни о чём больше. Быть жрицей не означает отбрасывать человеческие чувства.

— А… да, хорошо.

Королева выражалась очень туманными фразами. Юми не могла понять, читает ли она нравоучения, ругает или же хвалит её.

— Впрочем, не оказать тебе никакой помощи, было бы слишком жестоко. Я дам одну единственную подсказку насчёт скрытой в тебе возможности.

«Скрытой во мне возможности? Подсказку?..»

— Юми, ты же знаешь о заклинании в «глазах» Сюнрей?

— А?.. Да, знаю. Оно позволяет ей видеть «форму» синрёку, верно.

— Да. Как тебе известно, каждая жрица справляется с определёнными заклинаниями лучше других. Ты — с таинствами, которые очищают матеки. Меймел — с барьерами, которые распространяют синрёку на большую область. Ну а заклинания типа «территория», например дальнее зрение или телепатия, проще говоря, такие, которые позволяют что-то ощутить, лучше всего получаются у Сюнрей.

Все жрицы были сильны в своём типе заклинаний.

Но некоторые из них умели пользоваться особыми техниками, которые считались редкими даже в их специализированном типе.

Одной из таких жриц была самая младшая из нынешней пятёрки — Сюнрей.

— «Глаза» Сюнрей видят форму синрёку каждого человека. Эта форма отражает наш характер. Сюнрей посмотрела и на тебя, не так ли?

— Меймел рассказала мне о ней, когда я стала жрицей...

В тот день Меймел сказала:

«Синрёку — это волна чудес, которую человек обретает в момент рождения, и потому она тесно связана с духом. Его форма — это «образ» человека.

Увидеть форму синрёку — всё равно что заглянуть в сердце к человеку. Сюнрей смотрит на неё и таким образом определяет, кому она может доверять.

Она скована цепями страха, и потому это заклинание — дарованное ей средство выживания…

Именно так среди тысячи с лишним стражей она нашла владельца «солнечного камня», той формы синрёку, которая сияет так же ярко, как солнце, и которая заключит её в тёплые объятия.

Это был Леон. Вот поэтому Сюнрей выбрала его своим «львом»».

— Ну а дальше, Меймел ведь рассказала тебе о своей форме?

— Э… Насколько я помню, у неё — «чистейший кристалл».

«Честно говоря, я не понимаю, чем Сюнрей руководствуется, когда даёт такие названия, но она никогда не лжёт. Наверное, она и правда увидела в синрёку Меймел такой образ».

— Вернёмся к главной теме: ты помнишь, какая у тебя форма?

— Р-разумеется! Меймел сказала мне дорожить этим знанием. Поэтому у меня в заклинаниях…

ele So Phi-a-s Arma-Riris

[Всеми желаниями, что мне подвластны…]

«Внутри вступительной строфы, которая приводит в действие моё синрёку есть слово Arma-Riris [Амариллис].

Это и есть мой образ».

— Моя форма — цветочный бутон.

— Верно.

«В тот день, когда Сюнрей посмотрела на мою форму, у неё в руках была иллюстрированная книжка о растениях.

Она сказала: «Юми, твоя форма — цветочный бутон… Почти такой же, как вот здесь…» — и показала на маленький цветок с алыми лепестками — амариллис.

Он ярче роз, и чище пламени. Этот цветок несёт в себе истинный красный цвет».

— Э… Н-но, госпожа Сала, какое это имеет ко мне отношение?

— Когда-нибудь ты поймёшь. Когда твоё синрёку вырастет, а твой образ расцветёт, — ласковым, как у заботливой матери, голосом ответила королева. — Ты можешь где-то останавливаться, или куда-нибудь заходить по пути, но я скажу тебе только одно: Юми, сделай так, чтобы дарованная тебе одной возможность расцвела. Это единственный способ исполнить твоё желание.

— Я… запомню ваши слова.

«Значит, такой способ есть!

Пусть наш разговор был довольно абстрактным, но не думаю, что госпожа Сала стала бы лгать просто для того, чтобы дать мне надежду. А значит, способ очистить матеки Шелтиса существует!

Уже это знание — шаг вперёд. Уже этого мне достаточно… чтобы не сдаваться, как бы тяжело ни пришлось».

— Большое вам спасибо. Мне стало немного легче.

— Рада, что смогла тебе помочь. Я много от тебя жду.

— Конечно! Теперь, прошу меня простить.

Быстро и глубоко поклонившись, Юми вышла из «шатра грёз».

Когда жрица со светло-золотыми волосами покинула комнату…

— Уф… — глубоко вздохнула та, кого звали королева Сала.

Её голос был похож на свежие зелёные листья. Он звучал куда моложе, чем на официальных выступлениях и даже чем во время недавнего разговора с Юми. Это был голос маленькой девочки.

— Трудно… Так трудно… правильно выбрать время, чтобы рассказать то, что нужно.

Вздохнув, королева вытянула руку и приподняла полупрозрачный занавес кровати. Сощурившись от ударивших в глаза ослепительно ярких солнечных лучей, она вновь опустила его.

— Ещё так светло… Хотелось бы сходить в баню, но в такой час я привлеку слишком много внимания. Придётся подождать ночи.

«Всё равно после месяца молитвы для поддержания Ледяного Зеркала тело плохо меня не слушается. Нужно ещё немного отдохнуть».

— Посплю до ночи, — ни к кому не обращаясь, пробормотала Сала и вновь рухнула на кровать.

Часть 2

София, одиннадцатый этаж, общежитие кадетов.

— Итак, вопрос номер тридцать два. Отвечай, представив, что ты фантом. Ты прорвал барьер и вторгся на летающий континент, кого ты будешь атаковать в первую очередь: людей или здания?

— Наверное, не людей…

— Вопрос номер тридцать три. Почему?

— Потому что так действовало большинство фантомов, которых видел.

— Значит, ты сделал вывод на основе сходных ситуаций в прошлом? Тогда вопрос номер тридцать четыре…

— П-постой! Дай мне хоть немного передохнуть! И кстати, у меня тоже возникли вопросы! — вскинув руку, перебил что-то быстро печатающую девушку Шелтис.

— Если вопрос касается содержания моих вопросов, я его не принимаю. В остальном — готова тебя выслушать.

Кагура, как обычно смотрела в экран компьютера, и отвечала юноше, не переставая ловко стучать пальцами по клавиатуре.

— Эм… сколько ещё это будет длиться?

— Как я и объяснила вначале:до тех пор, пока я не соберу достаточно данных, чтобы мне было от его отталкиваться при выявлении закономерностей поведения фантомов.

— Но я уже целый час только и делаю, что отвечаю на твои вопросы.

— Просто ты слишком часто медлишь с ответами. С Моникой мы разобрались за полчаса. Правда, Моника?

Кагура повернулась к розововолосой девушке, и та кивнула в ответ:

— Да. Мои вопросы немного отличались, но я отвечала быстро.

— Вот-вот. Мне кажется, Шелтис, ты до сих пор не поставил себя на место фантома. Тебе нужно вжиться в роль.

— Я буду очень стараться… — взяв себя в руки, тяжело вздохнул Шелтис.

Началось всё после того, как юноша, поужинав в столовой на тридцать шестом этаже, вернулся к себе в комнату.

Будто специально выбрав время, к нему заявились Кагура и Моника, и вскоре дело дошло до этого бесконечного опроса. Шелтис был готов сотрудничать, так как это была часть исследования фантомов, о котором он и попросил Кагуру, но всё же отвечать на вопросы в течение часа было действительно нелегко.

— Перерыв окончен. Вопрос номер тридцать четыре. Отвечай, представив, что ты фантом. Слева от тебя лежит красивая девушка, справа стоит широкоплечий мускулистый страж с мечом. Кого ты атакуешь?

— Ужасно тяжелый вопрос…

В конце концов…

Примерно через два с чем-то часа Кагура убрала руки от клавиатуры, закончив вбивать данные в компьютер.

— Этого должно хватить. Благодарю за помощь.

— Вопросы закончились?

— Да. Осталась только моя часть работы, от тебя больше ничего не требуется. Тебе тоже спасибо, Моника, — скороговоркой ответила Кагура и вновь уставилась в экран.

Шелтис не мог видеть её глаз из-за визора на шлеме, но был уверен, что девушка даже не моргает.

— И правда, долговато вышло, — сочувственно улыбаясь, вздохнула Моника.

— Я не виноват, — отозвался Шелтис и уселся на край кровати.

Его комната была куда теснее, чем относительно просторная лаборатория Кагуры. Здесь не хватало ни места ни стульев на троих.

— Прости, что я так присматриваюсь… Но в твоей комнате нет никаких отличительных черт. Даже не поймёшь парень тут живёт или девушка, — с любопытством осматривая помещение, заметила Моника.

— У тебя так же?

— Ну да, я…

— Нет, комната Моники ещё более пустая. У неё почти нет ни косметики, ни повседневной одежды, поэтому и места для хранения вещей ей не требуется, — уловив суть разговора, ответила Кагура.

— Ну… у-у-у… — почему-то замялась Моника, но затем она быстро пришла в себя. — К-кагура! Вместо того, чтобы отпускать замечания о чужих комнатах, занималась бы лучше анализом. Не ты ли хвасталась, что уже сегодня со всем разберёшься?

— Только что закончила.

Тысяча строк разных символов бежали по экрану, словно пар от кипящей воды. Внезапно они все разом исчезли, а в центре экрана высветилась надпись: «результаты вычислений».

— И что получилось?

— Могу сказать только «ожидаемая неожиданность». Сейчас распечатаю.

Как только Кагура прикоснулась пальцем к экрану, тут же заработал установленный на стол принтер. Через несколько секунд он выплюнул два одинаковых двухстраничных отчёта.

— Вот, Шелтис, Моника, можете сами всё посмотреть.

— Так… на первом листке одни формулы. Это и есть результат вычислений?

Первый листок до краёв заполняли математические выкладки. Причём там были не только знаки равно или не-равно, но и множество таких обозначений, которые Шелтис никогда прежде не видел.

— Именно так. Если описать его словами, то получится та самая «ожидаемая неожиданность», о которой я уже говорила. По этим данным становится очевидно, насколько абсурдны поведенческие принципы фантомов и как сильно они отличаются от человеческих.

Распечатав ещё один листок для себя, Кагура, периодически в него указывая, продолжила читать результаты:

— Возьмём к примеру вопрос, что фантом выберет приоритетной целью: людей или здания? Если людей, то кого: взрослых или детей, мужчин или женщин? Тех кто в красной одежде или тех, кто в жёлтой? Если здания, то нападёт ли он сначала на отель или на офисную высотку? Я задавала вам обоим эти вопросы, но в итоге получила результат «ваши ответы вообще ничего не значат».

— Ничего не значат?

— Да. В ваших ответах просматривается закономерность. Например, ты, Моника, выбираешь приоритетом сильных противников, а Шелтис предпочитает быстро разобраться со слабыми. И так далее. Однако у фантомов вообще нет никаких склонностей. Они выбирают противников так, будто играют в лотерею.

— То есть они атакуют всех подряд, без разбору?

— В том-то и главная проблема, что так утверждать нельзя, — серьёзным голосом ответила Кагура. — Как бы тут лучше выразиться… я чувствую, что у фантомов есть какие-то совершенно нечеловеческие, пока ещё нам неизвестные законы, которые невозможно выразить математически. Впрочем, эту теорию уже много раз рассматривали во всех прошлых исследованиях.

— И пока эти законы не открыты, сделать мы ничего не можем?

— Разумеется, можем! — очень многозначительно улыбнулась Кагура.

Казалось, будто она только и ждала повода сказать эту фразу.

— Все объяснения потом. Для начала посмотрите на второй лист непредвзятым взглядом.

Последовав предложению девушки, Шелтис взял второй лист.

В отличие от заполненного формулами первого, на этом была схема со множеством ярких отметок. На карте летающего континента были разбросаны бесчисленные красные треугольники. Кроме того через различные точки континента шла неразрывная синяя линия.

«Какая загадочная карта… Красные треугольники и синий след. Обозначения разного цвета почти нигде не пересекаются. Должно быть, они основаны на разном наборе данных».

— Как вы уже, наверное, догадались, перед вами карта летающего континента. Красные треугольники на ней — это места, где фантомов обнаруживали два или более раз. А синяя линия — это область, где фантомы, возможно, появятся в будущем, если исходить из полученных результатов.

— Подожди, Кагура. Можешь кое-что пояснить? Если красные треугольники — это места, где часто находили фантов, разве не логичнее считать их зонами вероятного появления в будущем.

— Прошлая статистика к фантомам не применима, — с почти абсолютной уверенностью в голосе ответила Кагура на вопрос Моники. — Вероятней всего, обнаружение фантомов в одном и том же месте несколько раз — это просто совпадения. Поэтому я взяла за основу метод мышления, который полностью противоположен человеческому. Я посчитала, что ваши и мои ответы на определённые вопросы являются типичными для всех людей, поэтому для расчетов использовала полностью им противоположные.

— И это сработало?..

— Конечно же, нет, — как-то уж слишком легко отвергла собственные действия Кагура. — Ведь сам по себе любой компьютер построен в соответствии с человеческими принципами мышления. Я даже сбилась со счёта, сколько раз он выводил сообщение «ошибка в формуле» или «ошибка вычислений»… Но всё это было ожидаемо. Если бы этого не случилось, я бы оказалась в тупике, — с невиданным прежде жаром, силой и вдобавок уверенностью, принялась объяснять девушка. — Синяя кривая на карте — это территории, где произошли ошибки. После многих сотен и тысяч ошибок бесчисленные точки областей неизвестности сложились в одну пограничную черту.

«Выйти за пределы человеческого разума… За область вычислений созданных людьми компьютеров… Вычислить точки необъяснимости и, раз за разом соединяя их, получить границу неизвестности… Вот так Кагура представляет себе законы Эдема, где живут фантомы?»

— На синей линии есть несколько областей, отмеченных кружками. Определить их было сложнее всего… Проще говоря, это зоны с наибольшим значением «невычислимости».

— Всего пять мест…

«Два в природном секторе, три в биотопе. Значит, Кагура прогнозирует, что фантомы появятся именно там?»

— На этом объяснение закончено. Времени у меня было немного, но я добросовестно сделала всё, что могла. Если у тебя есть вопросы, готова на них ответить.

— В математической части отчёта я ничего не понимаю, но… — крепко сжав в руке распечатанные листы и посмотрев прямо в лицо Кагуре, проговорил Шелтис. — Спасибо, я применю результаты твоего труда с пользой.

— Хорошо. Но, как мы и договаривались, на этом наше сотрудничество завершено. В этот раз я согласилась на твою просьбу из-за Эйри и Моники, но не рассчитывай, что я буду помогать тебе и в дальнейшем.

— Какая ты строгая…

— Если ты ответишь на «тот вопрос», я могу передумать… Ладно, не будем об этом. Моника, а ты что собираешься делать? Будешь проверять результаты моих вычислений вместе с Шелтисом? Предупреждаю сразу, это не официальная миссия. За эту проверку вы не получите баллов и, очень вероятно, вообще, потратите время зря, — резко, но справедливо заметила Кагура.

«С просьбой заняться анализом фантомов обратился я. Монике не обязательно проверять его результаты вместе со мной. Чем тратить время на такие мелочи, ей было бы лучше выполнить как можно больше миссий и заработать баллы.

Она ведь тоже хочет как можно скорее стать регулярным стражем…»

Шелтис незаметно взглянул вбок на девушку и… так удивился неожиданному зрелищу, что у него даже дыхание перехватило.

«Моника… улыбается?»

— Разумеется. Куда Шелтис, туда и я, — качнув длинными розовыми волосами, быстро ответила Моника.

На губах у неё играла едва-едва заметная улыбка.

— Пусть это и не одна из миссий для кадетов, но я пригласила Шелтиса в отряд, чтобы мы вместе стали регулярными стражами. Так что я последую за ним.

— Ты так ему доверяешь?..

— Да. Точно так же, как доверяешь мне ты.

Кагура притихла. Это была самая долгая пауза, какую она когда-либо делала.

— Мне самой интересно, насколько точны результаты моего анализа… — несколько раздражённо скрестив руки на груди, наконец заявила она. — Просто отдать отчёт и сбросить с себя остальную работу не в моём характере. Шелтис, когда будешь отправляться на проверку, сообщи мне. Я съезжу с тобой.

— Ты уверена?

— Если бы Моника отказалась ехать, то и я бы не стала навязываться. Но я хочу проверить результаты вычислений. Если в указанных мной местах мы обнаружим фантомов… Встречаться с ними мне, конечно, не хочется, но зато я получу доказательства, что моя теория верна, — отвернувшись в сторону, ответила Кагура. — Ладно, пойду я к себе. Время уже позднее… у-у-х…

На последних словах девушка начала клониться в сторону.

— Кагура?

— Я в порядке, Моника… Просто… немножко устала после тридцати трёх часов работы без сна и отдыха.

Неуверенно поднявшись на ноги, Кагура положила руки на стоявший рядом стол и постепенно привела в порядок дыхание.

— Эх ты, всегда одно и то же…

— Ага. Надо будет принять горячий душ и немного вздремнуть.

Под взглядом неловко улыбающейся Моники, Кагура шатаясь вышла в коридор. Глядя на её хрупкую спину, Шелтис неосознанно нахмурился.

— Чувствую себя немного виноватым…

«Тридцать три часа. Почти столько и прошло с нашей первой встречи. Получается, согласившись на мою просьбу, Кагура всё это время без сна и отдыха занималась анализом фантомов. А ведь вначале она совсем не хотела за него браться…»

— Обычное дело. Такой уж у неё характер. Давай лучше обсудим, что нам теперь делать? — закрыв дверь в комнату, спокойно предложила Моника,

В руке она до сих пор держала распечатанный Кагурой отчёт.

— Спешить нам некуда, но раз мы уже получили результаты, почему бы не проверить какое-нибудь место сразу.

— Начнём с ближайшего.

По карте огромного летающего континента шёл синий след. Пять кружком на нём обозначали области, где по прогнозу Кагуры, могли появиться фантомы.

Два из них находились в природном секторе, ещё три в биотопе.

Ближайшим был…

— Четвертый район в западной части природного сектора?.. Не так уж близко, но и не далеко. Летающий корабль брать смысла нет, на машинах Софии мы доберёмся туда за пять или шесть часов.

— Весь этот район — большая травянистая равнина. Самое то для лёгкой прогулки.

Встав рядом с сосредоточенно вглядывающейся в карту Моникой, Шелтис включил установленный в комнате регистрационный терминал для стражей. Введя свой идентификационный номер с жетона и пароль, он начал бронировать одну из машин, имевшихся в распоряжении департамента обороны.

Вдруг Моника обошла его сбоку и заглянула в лицо.

— Слушай, у меня тут возник один вопрос. От Эйри уже приходили какие-то сообщения?

— Если ты имеешь в виду, занималась ли она тем же анализом, что и Кагура, то пока нет. Она говорила, что осмотр Илис может занять много времени, так что её результатов придётся ещё подождать. А что именно тебя интересует? — недоуменно склонив голову на бок, спросил Шелтис, и Моника, немного замявшись, отвела взгляд.

— Ну, я подумала: было бы замечательно, если результаты вычислений Эйри и Кагуры совпадут, но вероятность этого… эх, неудобно так о них говорить… крайне низка.

— Да, скорее всего.

Шелтис вполне мог понять сомнения Моники.

Он обратился за помощью к двум разным людям, и результаты их анализа вполне могли различаться. В таком случае кому из них он должен доверять?

— Кому из них ты поверишь? — резко спросила девушка.

— Обеим, — пожав плечами. Беззаботно ответил Шелтис. — Я проверю все возможные места появление фантомов, какие укажут и Кагура, и Эйри. Если удастся что-нибудь найти — это успех, а даже если и нет — будем считать, что нам просто не повезло.

— Похоже, нам и правда придётся облазить весь континент, — изумлённо усмехнулась Моника и повернулась к двери. — На сегодня, пожалуй, всё. Если придут результаты от Эйри — сообщи.

— Хорошо. Ну, спокойной ночи.

Едва заметно кивнув, девушка вышла из комнаты.

Когда звук её шагов перестал доносится из коридора, Шелтис вновь развернулся к терминалу.

Он не рассказал Монике о своих опасениях.

— Это просто совпадение? Даже если и так, то…

Немного уняв быстро бьющееся сердце, Шелтис развернул окно на терминале и перешёл с экрана бронирования транспортных средств на следующий.

Перед ним развернулся список людей, которые в настоящий момент использовали машины.

Сотрудник: Иша Иш Ишмаэль.

Цель: Срочный приказ (другое); Место назначения: природный сектор, западная часть, район №4.

— Полное совпадение.

Подперев подбородок рукой, Шелтис посмотрел на лежащую у его локтя карту с отметками Кагуры о возможных местах появления фантомов.

Одной из пяти наиболее вероятных областей, отмеченных синими кружками, и ближайшей к Софии был именно четвертый район в западной части природного сектора.

«Значит, то место, куда мы собирались съездить, и то, куда отправились Иша с Дзином, совпали».

— Бывают ли такие совпадения?..

«Их отряд послали на помощь кадетам, с которыми была потеряна связь. И в том же месте Кагура предсказала появление фантомов».

«Они успели отправить сигнал с просьбой о помощи. Когда София попросила доложить о ситуации, с той стороны раздался страшный грохот, и на этом связь оборвалась… Причина случившегося по-прежнему неясна», — вспомнил Шелтис рассказ Иши.

— Причина неясна?..

«Сначала пропала связь с отрядом кадетов, который патрулировал природный сектор. Потом и с посланным на их поиски спасательным отрядом. Теперь на помощь отправили регулярных стражей, включая Ишу и Дзина…»

Юноше сдавило грудь неприятное предчувствие, от которого он никак не мог отделаться.

«Не похоже, что причина обрыва просто в неисправности устройств связи. Но тогда в чём? Если это не фантомы и не дикие звери, то…»

— Надеюсь, с ними ничего не случится.

Шелтис прислонился к спинке стула, посмотрел в потолок и закрыл глаза.

Часть 3

— Апчхи. Апчхи!

Громкий чих Эйри торжественным эхом разнеслось по роскошно обустроенной комнате.

— Э… Да что за? Почему я чихаю? Это из-за кондиционера?

Закрыв рот рукой, девушка шмыгнула носом.

Или же кто-то распускает о тебе слухи, — тихо, будто с трудом сдерживая смех, заметила лежащая перед ней Илис.

Сейчас к механическому кристаллу были подсоединены несколько кабелей, и специальные приборы измеряли её вычислительное пространство.

— Хм, и кто же? Юто сказала, что ей надо уехать. Шеф наверняка уже спит. Остаётся Шелтис или, хотя это было бы очень неожиданно, Кагура.

Есть ещё более неожиданная возможность — они оба, — радостно замигала Илис.

— Э-э-эх, Наверное, они до смерти завидуют мне из-за того, что я остановилась в таких чудесных апартаментах.

Глубоко усевшись на мягкий диван, в котором тело, казалось, тонуло, Эйри принялась правой рукой вводить в терминал какие-то данные, а левой потянулась за стоявшей на столе чашкой.

— Впрочем, они действительно замечательные. Подумать не могла, что внутри Софии есть такой шикарный отель.

На потолке мягко сияли люстры ручной работы, на устилающем пол ковре были изображены орнаменты в виде листьев и лоз. В одной только гостиной можно было без проблем играть в салки. Ванная была выстлана природным молочно-белым камнем, отполированным до бриллиантового блеска. Всё убранство комнаты, включая даже вельветовые занавески на окнах, было дорогим и роскошным.

Так выглядели номера отеля на двести сорок седьмом этаже Софии.

Изначально в этих помещениях могли поселиться только высокопоставленные гости из различных значимых организаций, как например правительство, однако Илис взломала систему и под чужим именем забронировала номер для Эйри.

— Ух, больше всего мне нравится то, как здесь просторно. Сюда можно притащить сколько угодно техники и возиться с ней. Кабели не перепутаются, предохранители не вылетят из-за слишком большой мощности.

Хи-хи, такое объяснение очень в твоём духе.

— Я хотела и Юто с собой взять. Как жаль, что ей именно в это время пришлось куда-то уехать… У-а-а-а. Тьфу. Что-то после чихания я совсем расслабилась.

Едва успев подавить зевок, Эйри помотала головой.

Хотя она выпила уже далеко не первую чашку горячего кофе, почти сорок часов работы без сна и отдыха всё-таки сказывались.

Ну, ты же так сосредоточенно занимаешься моим осмотром. Я очень тебе благодарна.

— Да ладно тебе, мне ведь тоже весело.

Все необходимые для осмотра инструменты Эйри создала с нуля под чутким руководством Илис, и к тому же с применением методов, теорий и материалов, которые обычно никто никогда не использовал. Всё это доставляло Эйри невероятное удовольствие.

Наверно, её порывы можно было называть страстью к творчеству.

Фантастические предложения «вот здесь я бы сделала так» или «а вот это я бы улучшила таким образом», рвались из воображения девушки наружу, словно вода из бесконечного источника.

— Ох, погоди-ка минутку. Мне надо записать пару идей.

Эйри достала из кармана комбинезона толстую, как справочник, записную книжку. Вначале книжка была вдвое тоньше, но девушка вновь и вновь подкладывала в неё новые страницы , и толщина постепенно выросла до нынешнего состояния.

Положив на уже очень плотно исписанную страницу закладку, Эйри принялась строчить новые заметки на пока ещё пустом пространстве.

Ого, неожиданно.

— Ты о моём записной книжке?

Ага. Я была уверена, что ты всё хранишь в электронном виде, а тут вдруг бумага. Не думала, что ты из сторонников аналоговых средств.

По возбуждению в голосе Илис становилось очевидно, что она и в самом деле удивлена.

— Честно говоря, с ней неудобно. У меня не очень красивый почерк, да и пишу я без какой-либо системы.

Тогда почему ты ей пользуешься?

— Хм-м., наверное, как раз из-за этого неудобства. Всё записанное в электронном виде слишком просто скопировать. Даже когда ты думаешь, что удалил все записи, на самом деле они могут где-то остаться. Мне не нравится это ощущение. Да, мне неловко, когда кто-то смотрит в мою записную книжку, но зато прочитать, что в ней написано, не может никто кроме меня.

Ответом была тишина.

— Это так странно?

К-конечно нет! Я думаю, ты совершенно права! — поспешно замигала Илис.

— А-ха-ха. Тебе не обязательно быть со мной вежливой.

Нет-нет, дело совсем не в этом… Тебе, наверное, будет смешно услышать такое от машины, но, по правде говоря, глядя на тебя, я вспоминаю прошлое… И вот, я немного заблудилась в море воспоминаний. Меня захлестнули чувства.

— Ого, и что же ты вспомнила?

Одну женщину, которая была очень на тебя похожа. Она тоже часто делала пометки в записной книжке. Когда её спрашивали «почему именно книжка», она отвечала: «ну, мне же будет неловко, если мои записи прочтут». Она, как и ты, была механиком.

— Хе-э…

«Какой интересный человек. И механик, и даже причина носить записную книжку у нас одна и та же».

Она была твоей точной копией: и внешностью, и характером… Ах да, но при этом она была очень рассеянной. Когда она писала техническое задание, обязательно ошибалась хотя бы в одном важном месте. Думаю, в нынешней эпохе ты даже более способная, чем она.

Эйри молча слушала, как Илис тихо, но с явным воодушевлением рассказывает о прошлом так, будто знакомит с самым дорогим для неё человеком.

И конечно же девушка поняла, что этой женщины уже нет в живых.

— Она была тебе дорога?

Да.

Эйри долго раздумывала над словами Илис.

«А, так вот почему Илис попросила об осмотре меня».

Что-то не так?

— Нет, всё в порядке, — невольно улыбнувшись, быстро покачала головой Эйри.

«Наверняка наши образы наложились. Мой и той, дорогой ей, женщины.

Наверное, Илис сама этого не заметила.

Как раз поэтому она и позвала меня, пока Шелтис был в госпитале. Когда ей стало по-настоящему одиноко, она неосознанно позвала человека, которому доверяет больше всего. Точнее, меня, потому что я на неё очень похожа.

Какая же… как же милая машина с человеческими слабостями».

—Ну-ну, ты такая хорошая девочка, Илис.

Э?.. С-стой, Эйри, не надо меня гладить! Мне же щекотно!

Реакция механического кристалла была довольно забавной. Когда Эйри начала гладить её по поверхности, она мелко задрожала.

— Слушай, а та женщина?..

Да… Она моя…

И вдруг Илис без единого предупреждения затихла, а свет внутри её кристалла погас.

— Э, что?.. Илис? С тобой что-то не так?

Сначала Эйри подумала, что при осмотре Илис произошла какая-то ошибка, но все подсоединённые к кристаллу провода были на местах, приборы, оценивающие вычислительные функции, не выявили никаких неисправностей. На первый взгляд, никаких повреждений видно не было.

— Э-эй, Илис! Ты что, заснула?

А?.. Ой, прости. В сети Софии появилась информация, которая меня немножко заинтересовала, вот я к ней и потянулась.

— Хо, ты попыталась её перехватить? Так нельзя, Илис. Если ты будешь так делать, осмотр не даст корректных результатов… Впрочем, я думаю, ты и сама это знаешь.

«Получается, эта информация настолько важна, что Илис решила всё равно её добыть.

Но сейчас ведь уже поздняя ночь. Все уже давно спят».

В департаменте обороны, а если точнее, в главном управлении стражей началось экстренное заседание… Более того, его уровень секретности установлен приказом королевы. Похоже, в нём примут участие даже жрицы и львы.

— Кажется, всё и правда очень серьёзно.

«Я обычный человек, поэтому не знаю всех тонкостей и правил в Софии, но чтобы вызывать жриц посреди ночи нужна действительно важная причина… Интересно, что же там происходит?»

— Неужели фантомы?

Нет. В таком случае использовался бы особый канал связи. Здесь что-то другое… Но ясно одно — случилось что-то, требующее немедленных действий. Я схожу посмотрю. — ответила Илис и снова затихла.