Том 4    
3. Юноша и его чувства к платиновой девушке


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
psychxo
6 д.
Спасибо за очередную качественную главу!
otmorozok
13 д.
почему болтливый волк неожиданно перестал понимать человеческую речь, и стал догадываться, что о нем говорят? переиграл в собаку или автор себе голову отбил?
Отредактировано 13 д.
psychxo
13 д.
Благодарствую за главу! Вы прямо по расписанию)
timerlan
13 д.
Каждой главе я радуюсь как ребёнок, настолько прекрасно это произведение. Большое спасибо что переводите это произведение, да и ещё с такой скоростью. Были-бы деньги я бы отправил донат, ну уж простите.
psychxo
20 д.
Ооооо спасибо за столь годный подгон, теперь будет что почитать в этот вечер)
nitchan
20 д.
Больше спасибо за перевод!
Я один из тех, кто читает и ждёт именно ранобэ, и именно в вашем переводе
Руди, конечно, дурачок. Заявлять, что готов подождать, пока она не разлюбит другого не очень умно. Сомневаться в верности такое себе, откровенно говоря, нужна ли ему в будущем такая возлюбленная?
artemavix
20 д.
Благодарю за ожидание. Мы стараемся радовать читателей. ^^
timerlan
25 д.
Как часто будут выходить главы?
artemavix
25 д.
Постараемся каждую неделю по главе, а там видно будет.
psychxo
25 д.
Спасибо огромнейшее за перевод! А лайков и правда чет маловато будет(
Прекрасная и милейшая история, а никто не читает(
artemavix
25 д.
Все, кто хотел, давно прочитали на рулейте. Конечно, там вебка, но, кажется, ранобэ отличается совсем немного.
psychxo
23 д.
Возможно, но, как по мне, это не повод не читать новеллу. В конце концов чем-то она да отличается, и лично мне было бы еще интереснее читать, подмечая те или иные моменты, которые различаются, находить для себя в том же произведении что-то новое и прекрасное)
timerlan
27 д.
Как мне кажется отличная книга, почему такая низкая оценка вобще не понимаю. Ещё мне кажется это произведение приятнее читать чем смотреть аниме по нему.
asunalightning
27 д.
Капец,а че лайков то так мало на тайтле)
Шикарная же история......

3. Юноша и его чувства к платиновой девушке

Магия исцеления не лечит болезни.

Главный по болезням — Четвёртый архидемон.

Об этом знали все разумные существа в мире.

Считалось, что именно Четвёртый архидемон создал все недуги. Его уникальная магия как-то влияла на живые организмы и вызывала нарушения в их работе. Из-за этого её прозвали магическим истоком, а вызываемые ею феномены — истоковым расстройством.

Истоковое расстройство вмешивалось в потоки магической и жизненной энергий и нарушало их естественную циркуляцию. Поэтому заклинания исцеления работали плохо и практически не помогали, а иногда и вовсе ухудшали состояние пациента.

Основной способ лечения — подавление симптомов лекарствами, по возможности магия восстановления сил и терпение. Много терпения. Приходилось ждать, пока влияние истока не ослабнет и циркуляция энергий не вернётся в норму.

Болезни, вызванные не магическим истоком, а, например, недоеданием или паразитами, поддавались заклинаниям исцеления, однако они зачастую обладали схожей симптоматикой с истоковым расстройством, поэтому священнослужители из храмов Нили настоятельно рекомендовали не заниматься самолечением, а приходить к ним на обследования.

Дейл лениво перекатился на другой бок и бросил толстую книгу на одеяло.

— А-а… Как мне всё это надоело. Забодало лежать. Пройтись бы, размяться хоть немного. Мечом не помахать — сразу заметят, а вот простые упражнения можно.

Шёл третий день постельного режима, и юноша уже весь извёлся от безделья.

Приезжая в столицу по работе, он обычно останавливался в резиденции герцога Эльдиштета и не упускал возможность прикоснуться к передовым знаниям, которые хранила библиотека герцога. Некоторые аристократы жили тем, что высмеивали недостатки окружающих. Дейл не собирался предоставлять им такую возможность и старательно восполнял пробелы в образовании — и без того обширном и разностороннем, стоит отметить. Корнелио Какаче знал своё дело.

Но сейчас даже чтение не приносило Дейлу удовольствие.

— Вот так, тихонечко, чтобы никто не заподозрил…

— Поздно, слуги уже обо всём мне доложили.

Дверь без стука открылась, и в комнату вошёл Грегор.

На самом деле, Дейл давно услышал его шаги, потому и жаловался так громко. Ворочаясь в кровати, он прямо заявил:

— Мне надоело лежать.

— Ты понимаешь, что ещё не выздоровел? Может, Роза и свела влияние истока к минимуму, но даже её благословение не позволяет полностью вылечить тебя.

— Да понимаю, понимаю. Потому и лежу.

— Если тебя это успокоит, те двое заразившихся тоже пошли на поправку. Роза сказала, что ты молодец — оперативно распорядился изолировать их.

— Так ведь у меня на родине храмов Нили нет, вот и пришлось учить всё о болезнях и лекарствах. Здоровье ничто не заменит.

Когда-то все думали, что Дейл станет следующим вождём, поэтому к его образованию подошли с особой тщательностью. Родители, бабушка, старейшины, наставники — никто не пожалел сил, чтобы воспитать из него будущего лидера, который когда-нибудь встанет во главе Тислоу и поведёт их к новым высотам. Не зря лорды приграничных регионов так боялись могучий клан.

Потом Дейлу досталась роль Реки, и ему пришлось покинуть отчий дом, однако знания всё равно пригодились. Они помогли заслужить расположение герцога Эльдиштета, который во главу угла ставил личные качества и заслуги людей, а не их родословную или богатство.

— Вторая обвела нас вокруг пальца. Отец пообещал наказать тех, кто струсил и убежал, — сообщил Грегор.

— Даже немного жалко их.

— Сыскная служба опросила жителей ближайших деревень, но никто ничего не видел и не слышал. Заражённых тоже нет. Похоже, все держались подальше от той виллы.

— Ну и не забывай, что мы перекрыли дорогу. Уверен, это тоже сработало в нашу пользу.

Прибыв в столицу, Дейл немедля отправился на задание.

Нужно было проверить показания Розы, которая утверждала, что после похищения встретила Второго архидемона. Вообще, первыми деревню должны были обыскать разведчики — они же и вычислили её местоположение, — но из-за высокой вероятности натолкнуться на архидемона Дейла попросили сопровождать отряд. Всё-таки он единственный обладал качествами героя.

Спецслужбы перекрыли дорогу и вообще постарались сделать так, словно никакого поселения не существовало.

Как показало следствие, местный лорд прекрасно знал о том, что деревня опустела, а гонцы оттуда не возвращались, но решил скрыть это. В общем, разобрался с проблемой, притворившись, будто её и нет вовсе. Герцог Эльдиштет презрительно назвал его ничтожеством.

На первый взгляд деревня казалась чистой и ухоженной, однако Дейл сразу заподозрил неладное. Стояла неестественная тишина, как будто здесь отродясь никого не было.

Всё стало понятно, когда они начали проверять дома.

Второй архидемон вволю «повеселилась» с людьми. Возможно, она считала их самыми обычными игрушками и обращалась с ними соответствующе.

В одном из домов она нарисовала картину во всю стену, используя в качестве красок обезображенное до неузнаваемости тело и его внутренности. Только увидев это страшное, мерзкое искусство, даже самые опытные, многое повидавшие на своём веку разведчики поспешили выйти наружу, прижав руку ко рту.

Иногда Вторая ограничивалась одной комнатой, иногда «играла» во всём доме. И везде отряд Дейла находил сцены кровавой резни.

Напряжённые до предела, они подошли к вилле. Расследование показало, что Роза не ошиблась в своих предположениях и она на самом деле когда-то принадлежала богатому торговцу.

Холл встретил разведчиков тишиной и… сияющей чистотой.

Кто-то убрал трупы бандитов, собрал все до единого кусочки мяса и вытер кровь. Если бы не тёмные пятна на ковре, никто бы и не догадался, что здесь произошло убийство.

В самом центре холла сидела молодая женщина в дорогом вычурном платье. Она казалась живой и цветущей… точнее, казалась бы, если бы не пустые провалы глаз и неестественно бледная кожа. С первого взгляда было понятно, что она мертва. Не живой мертвец, а именно труп. Хотя кто-нибудь, пожалуй, мог бы принять её за крайне безвкусную куклу.

Дейл с разведчиками сразу поняли, что это западня.

Но всё-таки им надо было осмотреть женщину, ведь она могла быть Лилией, горничной Розы.

Добровольцами вызвались двое парней — экспертов по части засад. Однако Вторая настроила ловушку так, что она мгновенно срабатывала, как только в радиусе действия оказывался человек, поэтому никто не успел среагировать вовремя.

Женщина взорвалась, выбросив в воздух высококонцентрированный магический исток.

Это был прощальный подарок архидемона. Она догадалась, что Роза расскажет о произошедшем, и приготовила «грязную бомбу» для тех, кто заглянет на виллу после.

Разведчики-добровольцы попали под удар.

Остальные мгновенно окружили их простым, но эффективным двойным барьером, который не позволил токсичному веществу вырваться на волю, и свели урон к минимуму.

Дейл как можно скорее оказал заражённым первую медицинскую помощь. Его отряд целиком состоял из мастеров своего дела, поэтому ценные кадры терять не хотелось. К тому же обладатели сильных благословений имели неплохой иммунитет к истоковому расстройству. Позже их втроём изолировали и в карете вернули в столицу, прямиком в главный храм Нили.

По дороге Дейл всё-таки подхватил лёгкую форму расстройства, но лучшие целители, включая Розу, мгновенно занялись им. Осложнений не наблюдалось, основные симптомы тоже практически исчезли, однако юноше на всякий случай прописали постельный режим.

Пока он маялся от «ничегонеделания», сыскная служба осмотрела деревню, но не обнаружила ни самой Второй, ни каких-либо зацепок, указывающих на её текущее местоположение.

В результате деревню было решено бросить.

Требовалось очень много времени, чтобы распался концентрированный магический исток. Безусловно, несколько высокоранговых служителей Нили очистили бы местность, но тоже небыстро. В общем, игра не стоила свеч.

— Ты написал в Кройц?

— Да, вкратце описал твоё состояние. Но знаешь, мне кажется, лучше бы ты сам написал им.

— Тут такое дело… Доклад я ещё могу составить, а вот с письмами у меня беда. Да и… сейчас не лучшее время, чтобы писать…

— Любовная ссора?

— Н-нет!

Грегор нечасто видел друга в таком состоянии, поэтому не удержался от шутки, однако Дейл отреагировал чересчур бурно. Он даже подскочил было с кровати, но Грегор снова уложил его.

«Он мне с самого начала не понравился. Снова у него что-то с дочкой».

Обычно Дейл ныл, как ему не хватает Латины, и торопился вернуться домой, но на этот раз он приехал в столицу сам, без вызова. Уже это навлекало определённые подозрения.

«Удивительно, но, кажется, я научился неплохо разбираться в нём».

— Что-то произошло?

— У-у-у…

Пусть неохотно, с запинками, но Дейл рассказал Грегору, что случилось. С каждым днём он всё больше чувствовал, что ему прямо-таки необходимо выговориться, и вот наступил подходящий момент.

Грегор догадался, что рассказ затянется надолго, поэтому сел на стул рядом с кроватью, позвал горничную и попросил приготовить чай.

— Латина…

— Ага.

— Призналась, что… любит меня… ну, это… как мужчину.

— Ясно.

— Говоришь так, будто это нечто само собой разумеющееся.

— По-моему, в этом нет ничего удивительного, — спокойно заметил Грегор.

Дейл судорожно вздохнул и продолжил:

— Честно говоря, меня её признание так выбило из колеи, что я сбежал. Думал остудить голову.

— Ты что, маленький?

— Да я и сам уже жалею.

На следующий день Дейл уже пришёл в себя и понял, какую беспросветную глупость сотворил. Может, он и вернулся бы в Кройц, но застыдился и всё-таки уехал в Аосблик, как изначально и планировал.

— Один человек спросил, что я теперь буду делать. И я понял, что до сих пор не задумывался об этом.

— Ясно.

— И тогда меня осенило. — Дейл жалобно поморщился. — Я всего на десять лет старше Латины.

— Ты только сейчас понял это?

— Ага.

Могло показаться смешным, но он действительно осознал это совсем недавно.

— Понимаешь, когда мы только встретились, Латина была настоящей крошкой, сидела у меня на коленях, улыбалась… И я как-то привык, что она моя маленькая девочка. А ведь по возрасту мы с ней не родитель и ребёнок, а в лучшем случае брат с сестрой.

— Да, по твоим рассказам я тоже думал, что она маленькая, поэтому очень удивился, когда приехал за Розой и познакомился с ней.

Грегор вспомнил Кройц и Латину.

«Ну что я скажу. Да, внешне она ещё маленькая, но уже спокойная и уравновешенная, как взрослая, самостоятельная девушка».

— Ну да. Латина — само воплощение милоты.

— Тут не поспоришь.

— Ага.

Дейл расплылся в дурацкой улыбке до ушей.

«Хоть в чём-то не изменился», — хохотнул про себя Грегор.

— Ну так вот. — Юноша вновь посерьёзнел. — Если подумать, то семейные пары с такой разницей в возрасте встречаются довольно часто…

«Например, Кеннет и Рита из их числа. Вообще, это в детстве десять лет кажутся огромной пропастью, но с возрастом на такие мелочи перестаёшь обращать внимание».

— Латина с самого начала была маленькой, вот и запомнилась мне такой. Но она уже не ребёнок.

Дейл вздохнул и окинул взглядом комнату, как будто отыскивая подходящие слова.

— Я не её родственник и я мужчина, поэтому я, по идее, должен держать с ней определённую дистанцию.

— А как же всякие негодяи?

— Вот именно! Как опекун, я был обязан помнить о них!

Кеннет настаивал, чтобы Дейл раз и навсегда прояснил, примет он чувства Латины или нет, и юноша понял, что ему хотел сказать названный брат: «Если собираешься отказать, скажи об этом чётко, чтобы Латина не терзалась неизвестностью».

«Если я останусь её опекуном, то нужно провести между нами границу, определить дистанцию, которой мы должны придерживаться, чтобы не поползли всякие нехорошие слухи. Я-то ладно, переживу, но Латина — девушка, её эта мерзость не должна коснуться».

— Обычно мы с Латиной всегда вместе.

— Ну знаешь…

— И другим наверняка кажется, что у нас… ну, отношения.

«А всему виной то, что я до сих пор видел в Латине малышку и обращался с ней соответствующе. Боги, да мы же спали вместе, под одним одеялом! Разумеется, я ни о чём таком не думал, но как это выглядело со стороны! Ни одна порядочная девушка в её возрасте не позволяет себе такого!»

— Ну и, что будешь делать? — спросил Грегор, глотнув чая.

Дейл искоса взглянул на него, промычал что-то нечленораздельное, потом немного подумал и ответил:

— Я… Я хочу быть с Латиной. Всегда. Я никому её не отдам и не отпущу от себя.

Простое ясное желание.

Бесхитростный ответ.

Дейл давно смирился с тем, что, скорее всего, умрёт не своей смертью и, можно сказать, отстранился от окружающего мира. Однако потом в его жизни появилась Латина, маленькая девочка, одной улыбкой исцелившая истерзанную душу.

Сердце Дейла сжималось каждый раз, когда он представлял, как умрёт первым и оставит её одну, но он знал, что этого не избежать. И раз уж судьба отмерила им всего несколько десятков лет, то пускай они будут наполнены лёгким искрящимся счастьем.

«Иной раз можно пойти на поводу у собственных желаний, ничего такого в этом нет».

— В таком случае у тебя только один выход, — сказал Грегор.

Дейл много думал и наконец-то понял, что для внутреннего покоя ему хватит одной лишь улыбки Латины, а ей — чтобы он был рядом. И если он способен принести ей счастье, то никого другого искать не надо. В конце концов, он всегда хотел сделать её самой счастливой девушкой на свете.

— Я всегда считал, что меня ждёт брак по расчёту.

— Понимаю, — кивнул Грегор. Он был в курсе обстоятельств клана Тислоу.

Тислоу обладали силой, превосходящей многих низших аристократов. Герцог Эльдиштет не мог не считаться с ними. Дейл, следующий вождь, настроился без возражений жениться на той, кто принесёт клану пользу, будь она дамой в возрасте или маленькой девочкой, его давней знакомой или девушкой, с которой он впервые увидится лишь в день свадьбы.

«Такова моя судьба», — говорил он.

— Я был готов заглушить чувства и принять любую девушку… И даже девочку младше Латины.

— Да, в браках по расчёту такое не редкость.

— Ну да.

Потом его выбрали Реки, и роль будущего вождя — а вместе с ней и брачные обязательства — взял на себя Йорк. Дейл получил относительную свободу, но всё равно не торопился искать жену.

— Поэтому я уверен, что с Латиной я буду счастлив.

«Но это я. А Латина… Латина — демон. Она проживёт намного дольше меня. Да, я буду счастлив, видя, как счастлива она. Однако я состарюсь. Наверное, и глазом не успею моргнуть, как превращусь в дряхлого деда, а Латина так и останется молодой, цветущей. И тогда я, возможно, буду думать далеко не о счастье…»

Он легко мог представить, как окружающие начнут порицать его и обзывать старым пердуном, охочим до молоденьких девочек.

И это уже был повод заволноваться.

Другого будущего Дейл для себя не видел.

Впрочем…

— Впрочем, это подождёт, — беззаботно сказал он.

— А? — недоумевающе переспросил Грегор.

— Ну, рано ещё принимать окончательное решение.

— Да?..

— Ага. Латина, конечно, уже не ребёнок, но ещё и не взрослая.

Дейл с натянутой улыбкой помахал перед собой руками, и Грегор сразу понял, что означали эти практически прямые линии.

— Пусть немного подрастёт, а там видно будет.

«Я же не педофил какой-нибудь! Ну и это… стесняюсь я немного».

Тут раздался стук в дверь.

— Войдите, — громко сказал Грегор.

В комнату зашла… точнее, чуть ли не вбежала горничная.

Одно это уже настораживало. Герцогскому роду Эльдиштет служили лучшие из лучших выпускников специальных школ. Их было очень непросто вывести из себя, напугать или переполошить. Видимо, произошло что-то действительно серьёзное.

Горничная торопливо прошептала что-то на ухо Грегору. Юноша шумно вдохнул, вскочил на ноги и вытянулся по струнке.

— Отец.

Мгновением ранее порог комнаты переступил посетитель — седой мужчина с приятными чертами лица и острым, проницательным взором. В его присутствии невольно хотелось выпрямиться, но не от страха, а от уважения и почтения.

Это был глава самого известного рода Лабанда и второй по влиянию человек в королевстве — Владимир рот Эльдиштет. Приставка «рот[✱]Rot (нем.) — красный.» означала, что он имеет право унаследовать трон.

Человеку такого положения не требовалось приходить сюда лично. Одного его слова было бы достаточно, чтобы Дейл, даже находясь при смерти, немедля явился к нему на ковёр.

Не ожидавший увидеть герцога Дейл не успел привести себя в порядок, но всё равно попытался встать с кровати и поклониться. Владимир остановил его лёгким взмахом руки.

— Вижу, ты чувствуешь себя хорошо.

— Да, — ответил Дейл.

«Зачем он пришёл ко мне лично?..» — удивился юноша, а потом внезапно оцепенел.

Из-за герцога робко выглянула девушка с сияющими платиновыми волосами.

— К тебе посетитель — любимая дочь, о которой я столько слышал. Она очень волнуется за тебя. Счастливчик, — усмехнулся Владимир.

— Да…

Дейл не смог бы придумать ответ получше, даже если бы захотел. Внешне он казался спокойным, но в его голове царил полнейший хаос, обрывки мыслей метались туда-сюда, сталкивались и переплетались друг с другом. Наконец среди них оформилась одна более-менее связная:

«Я ещё не готов! Убежать бы!.. Да нельзя».

Он загубил росток слабоволия на корню.

Пока он паниковал, Латина поблагодарила герцога:

— Ваше Превосходительство, нижайше благодарю вас за оказанную доброту.

— О, не стоит, — добродушно ответил Владимир. — Мне было приятно познакомиться с тобой.

В его присутствии простые люди не имели права даже присесть. Разумеется, Латина нервничала, но не заикалась и не запиналась. Учтивые манеры гармонично дополняли прекрасную внешность. Девушка не посрамила бы себя, даже обращаясь к самому королю.

«Кто она? Кто эта величественная особа? Куда делась моя милая, непосредственная Латина?»

Дейл смотрел на неё и не узнавал.

А потом он заметил кое-что и едва удержался, чтобы не расхохотаться в голос.

За Латиной кто-то вилял хвостом.

Теперь юноше всё стало ясно. Очевидно, одними внешностью и вежливостью Латина не расположила бы к себе герцога. Владимир уже много лет находился при дворе и давно привык общаться с самыми красивыми и манерными девушками королевства. Впрочем, стоило отдать Латине должное — вряд ли среди молодых аристократок нашлась бы та, кто затмила бы её природную красоту.

И всё же юная демоница заслужила его благосклонность.

Прежде всего, свою роль сыграло то, что она была приёмной дочерью Дейла, его самым слабым местом и поводом вызвать его исключительный гнев. Юноша никогда не скрывал, что за Латину отомстит кому угодно.

Также возможно, что внимание герцога привлекли её волосы — длинные, густые, сверкающие ярче драгоценных камней и, что важнее всего, редкого цвета платины. Особое значение имело то, что этот цвет был наследственным, а не вызванным проявлением магии.

Но самое главное…

«Л-Латина… зачем ты привела с собой “пса”?»

Мало кто не заинтересовался бы щенком мифического волка.

Винд расслабленно сидел на полу и чесал шею задней лапой, с наслаждением вытянув обычно спрятанные крылья.

«Вы только посмотрите — развалился, как у себя дома, зевает во всю пасть! Хоть бы немного уважения проявил!» — невольно возмутился Дейл, отчасти даже завидуя ему.

Неожиданное появление Винда больше всего выбило его из колеи.

Герцог посмотрел на Дейла, красноречиво намекая, что хочет потом услышать детали, и оставил их. Юноша проводил его растерянным взглядом — он до сих пор не оправился от потрясения…

«Детали?.. А, это он про Латину? Конечно, я расскажу ему! Я готов круглые сутки говорить о том, какая она милая и очаровательная! Да он и сам, наверное, сейчас понял это».

…Или уже немного оправился.

Он снова повернулся к Латине.

Девушка по-прежнему сохраняла идеальное спокойствие, достойное королевы. Она всегда была милой, но сейчас предстала перед Дейлом именно красивой, причём настолько, что дух захватывало.

«Теперь понятно, почему меня все ругали за слепоту. Видимо, я просто игнорировал Латину, а ведь она действительно выросла. Конечно, она ещё не взрослая девушка, но уже не маленькая девочка…»

Он отстранённо слушал, как Латина здоровается с Грегором, а потом в голове молнией вспыхнула одна мысль:

«Погодите-ка! Тут что-то не сходится».

— Латина…

— Что?

— Что… Что ты здесь делаешь?

Это был очень глупый вопрос, но он возымел неожиданный эффект.

Маска возвышенной красоты слетела с лица Латины, и она снова стала прежней очаровашкой.

— Я узнала, что ты заболел, — с хрипотцой ответила она.

— А-а…

«Чёрт!»

Из больших серых глаз потекли слёзы.

Дейл всегда терялся, когда Латина плакала. Вот и сейчас он заметно переполошился.

— Н-но ты же прочитала, что со мной ничего серьёзного не случилось и меня лечат?

— Да, — кивнула девушка и, всхлипывая, продолжила: — Но… Но… Я боялась… Я так боялась! Что больше никогда тебя не увижу! Я боялась… Что ты… Покинешь меня, как Раг!

Дейла будто окатили холодной водой из ведра.

«Так вот почему она так испугалась».

Давным-давно Латина рассказывала о своём отце. В те времена она только начала учить язык людей, поэтому смогла передать только суть, но Дейл всё равно её понял.

Смарагди никогда не отличался крепким здоровьем, однако отправился в изгнание вместе с дочкой, чтобы оберегать её от опасностей. В странствиях он серьёзно подорвал силы и в конечном счёте умер в лесу неподалёку от Кройца.

А причиной его недомогания было истоковое расстройство.

Болезнь унесла дорогого Латине отца, а теперь приковала к постели и Дейла. Неудивительно, что девушка запаниковала.

— Латина…

— Прости… Прости меня, Дейл. Я больше никогда не буду капризничать, не буду говорить то, что ты не хочешь слышать… Только… Только… Не покидай меня… Прошу, позволь мне быть рядом с тобой…

«Точно… Она всегда была такой».

Маленькой девочкой Латина рассталась с близкими и покинула родные земли, поэтому изо всех сил пыталась вести себя так, чтобы не потерять ещё и новый дом — всегда улыбалась, не ныла, не капризничала, ничего не выпрашивала.

Дейлу было больно смотреть, как она во всём ограничивает себя. Он вволю баловал дочку, потакал её маленьким прихотям и невинным шалостям, делал всё, чтобы она была собой, и не раз просил ничего от него не утаивать.

Он знал, что Латина сейчас сказала не то, что на самом деле чувствует, а то, что он хотел услышать, и это его совершенно не устраивало.

Заметив краем глаза, как Грегор тактично удалился, Дейл обнял плачущую, дрожащую девушку.

— Латина… — прошептал он, и она вздрогнула. — Это я должен извиняться. Латина, пожалуйста, прости меня… за то, что заставил тебя так волноваться.

— !..

Она судорожно вдохнула, пытаясь что-то сказать, но не смогла.

— Прости меня. Я хочу многое сказать тебе… Я должен это сделать, но прежде всего — прости.

Латина замотала головой, но Дейл остановил её и нежно провёл ладонью по волосам.

«Они такие гладкие, шелковистые… И так отрасли! А я совершенно не обращал внимания. М-м, а этот запах, такой сладкий… Это не мыло, нет. Она что, бальзамом начала пользоваться?..»

— Латина, я… Я не твой отец, но я буду с тобой. Всегда. Нет…

Латина схватила Дейла за руку и всем телом прижалась к нему. Она всегда делала так, когда боялась или переживала. Юноша успокаивающе погладил её по спине, вытер слёзы с длинных ресниц и, загнав смущение подальше, улыбнулся.

— Я прошу тебя быть со мной. Отныне и навсегда. Латина, ты согласна?

— Дейл?

Дейл вспомнил, что много лет назад Латина точно так же плакала у него в объятиях, а он смотрел ей в глаза и видел в них своё отражение. И сейчас он сказал ей те же слова, что и тогда, но наполненные другим смыслом:

— Конечно, когда-нибудь я умру и оставлю тебя. Но давай будем вместе до того самого часа, хорошо?

— Дейл…

— Только я попрошу тебя немного подождать. Вот подрастёшь ещё чуть-чуть, и тогда я… ну… признаюсь тебе как следует.

Он не смог продолжить — мешали смущение и непонятная гордость.

Латина же посмотрела ему в глаза и прямо сказала:

— Дейл, Дейл…

— А?

— Я люблю тебя.

— О-оу.

Голос предательски подскочил.

Дейл не думал, что услышит такое сразу после своей скомканной речи.

— Я люблю тебя. И любила всегда-всегда. Для меня ты с самого начала был не отцом, а самым дорогим, самым любимым человеком на свете.

— У-у…

Он в очередной раз поразился тому, насколько красивой выросла Латина. Её мокрые от слёз глаза были способны покорить сердце любого мужчины, но лично Дейлу напоминали те моменты, когда она маленькой плакала у него в руках. Да и миловидное личико, покрасневшее до самых кончиков ушей, пока ещё принадлежало той девочке, которую он помнил.

И Дейл не мог не радоваться этому — так у него оставалось время разобраться в своих чувствах, настроиться и принять тот факт, что их отношения изменятся.

«По крайней мере, я надеюсь не затягивать с этим слишком долго».

— Дейл, я… Я хочу быть с тобой всегда.

— И я. Обещаю, что мы будем вместе до самого конца.

Немного успокоившись, Дейл поцеловал Латину в щёку. Совсем как в тот раз.

— Оторвать?

— Чего? Не понимаю, что ты хочешь сказать, но, кажется, ты рассердился…

В отличие от тактичного Грегора, Винд остался в комнате. Забравшись под кровать, он смотрел, как Дейл с Латиной обнимаются, и глухо ворчал.

Дейл предупреждающе сверкнул на него глазами.

«Только попробуй сделать… что бы ты там ни задумал. И вообще, не мешай нам. Где твоя деликатность? Хотя ты же зверь, какая деликатность, о чём это я… Но с другой стороны, ты необычный зверь…» — размышлял он, а потом его как будто молнией ударило.

— Латина, не забудь потом показаться Розе! Всё-таки у меня истоковое расстройство, пусть и в лёгкой форме. Ты можешь заразиться.

«Да, вероятность низкая, но это же моя Латина!»

— Не волнуйся, не заражусь, — улыбнулась девушка.

— Почему?

— Что-нибудь лёгкое я ещё подхватила бы, но не истоковое расстройство. Я вообще не могу заболеть тяжело или смертельно, — ответила Латина с таким видом, будто это очевидно.

— Как так?

«Что-то новенькое. Расовая особенность демонов?»

Латина недоумённо склонила голову набок и пояснила:

— Раг говорил, что сила архидемонов не трогает тех, кто отмечен богами и кого защищает судьба, и что меня как раз защищает судьба, поэтому мне ничто не угрожает.

— Ни разу о таком не слышал.

— Правда? — искренне удивилась Латина.

«Те, кто отмечен богами… А, это, наверное, про мощные благословения. Но вот судьба. Что значит «защищает судьба»? Хм, мне кажется, или Латина когда-то уже упоминала об этом?» — задумался Дейл.

— Латина… А что за судьба защищает тебя?

Девушка немного подумала.

— Я и сама не знаю.

Дейл хотел надавить, но сдержался — понимал, что если переусердствует, то Латина испугается и вообще ничего не скажет. Иногда она проявляла удивительное упрямство.

— А это… Это что-то плохое? Оно может как-то навредить тебе?

— Не знаю, — повторила Латина, взглянула на Дейла и, догадавшись о его тревогах, поспешила добавить. — Честно, я не знаю. Так было всегда, с моего рождения. И мои родители относились к этому, как к самой обыденной вещи. Я понятия не имела, что у других всё не так.

— Вот оно как…

Похоже, эта защита имела общие черты с благословением. Его природу тоже было непросто объяснить, особенно тем, кого обделили боги.

Так что Дейл решил сменить тему и получить ответ на один вопрос.

— И всё-таки, Латина.

— М?

— Что ты тут делаешь?

— Э?

— Прошло всего три дня с тех пор, как я вернулся в столицу и попросил Грегора написать письмо в Кройц. Тут что-то не сходится.

Вот почему Дейл так удивился, когда увидел Латину.

Сам он мог добраться от Кройца до Аосблика за два дня, если бы нещадно гнал лошадь и постоянно восполнял её силы магией. Однако Латина не умела скакать верхом, а на дилижансе она доехала бы минимум за неделю, без учёта пересадок.

С какой стороны ни посмотри, прошло слишком мало времени.

Латина вздрогнула и напряглась.

Дейл мгновенно узнал её реакцию. Латина всегда так вела себя, когда задумывала скрыть что-то от него или устроить розыгрыш вместе с друзьями.

«Она что-то замышляет! Какая же она очаровашка!» — думал Дейл, специально позволял провести себя и таял от умиления, изо всех сил стараясь не расплыться в улыбке. Он обожал смотреть, как дочка страшно нервничает, то и дело поглядывая на него, а потом от всей души радуется успеху.

На этот раз юноша тоже удержал чувства в узде.

— Ты убежала, ничего не сказав Кеннету и Рите?

Латина покачала головой.

— Нет, я спросила разрешение у Кеннета. И он сказал, что раз я еду в столицу, то надо тщательно подготовиться.

А потом она сказала то, от чего Дейл чуть не охнул в голос:

— На самом деле, сперва я хотела убежать, но меня остановили и отругали.

Они с Дейлом не приходились друг другу родными, но кое в чём были очень похожи.

— И всё-таки… Как ты так быстро добралась до столицы?

— Ну… Понимаешь… Я была с Виндом…

Латина неуверенно отвела взгляд, но потом настроилась и выложила свою историю.

Винд же звонко гавкнул как ни в чём не бывало.

Письмо из столицы было коротким, но содержательным. Грегор не забыл упомянуть о том, что Дейл заболел несильно и что его сейчас лечат лучшие священнослужители Нили, включая Розу.

Однако Латина всё равно запаниковала.

Она рванула было к выходу из таверны, но Кеннет вовремя перехватил её.

— Латина!

— Пусти! Я должна бежать к Дейлу!

Девушка рванулась, но не сумела освободиться от цепкой хватки бывшего авантюриста и яростно посмотрела на него.

— Отпусти меня!

Серые глаза горели отчаянной решимостью.

Кеннет спокойно, твёрдо ответил:

— Нет.

Латина немного отшатнулась. В прошлом Кеннет возглавлял отряд искателей приключений и выработал командный голос.

— Латина, ну куда ты побежишь прямо так? Опомнись.

Побледневшая Рита подбежала к ней и обняла со спины.

Теперь Латина не могла вырваться, если не хотела навредить ей и малышу, поэтому Кеннет отпустил её.

— Но… Но!.. — дрожащим голосом выдавила девушка и, слабо качая головой, умоляюще посмотрела на наставника. Тот выдержал её взгляд.

— Хочешь отправиться в столицу? Тогда подготовься как следует — собери одежду, составь маршрут. А иначе дорога будет очень долгой и трудной. Ты же должна знать это.

— Э?

— Кеннет?

Удивилась не только Латина. Рита тоже недоумённо уставилась на мужа.

Но Кеннет не ответил им, а повернулся к завсегдатаям.

— Жильвестр, у тебя есть надёжные знакомые в столице?

— Парочка найдётся.

— Тогда напиши Латине рекомендательные письма. Так, теперь… Нужна информация по тракту между нами и Аосбликом. Кто-нибудь может помочь?

— Я. Мои клиенты как раз из столицы.

— Добудь мне последние сводки, а также составь список гостиниц, в которых может без проблем переночевать молодая девушка.

— Сделаю. Поспрашиваю знакомых и к вечеру всё узнаю.

— Спасибо. Дальше…

Кеннет быстро раздавал указания.

Ошеломлённо глядя на него, Латина проговорила:

— К… Кеннет…

— Что?

— Ты не будешь останавливать меня?

— А ты хочешь?

— Нет. Я хочу отправиться к Дейлу.

— Тогда собирайся. Сложи одежду и всё остальное. Я потом проверю.

— У-угу!

Девушка стрелой взлетела по лестнице на чердак.

Проводив её взглядом, Рита недовольно спросила у мужа:

— Кеннет, что это сейчас было?

— Ты же видишь, в каком она состоянии. Если мы её остановим, она выскользнет наружу и убежит. Если уж она решилась на отчаянный поступок, то пускай хотя бы подготовится к нему. Тогда, может, поступок будет не таким уж и отчаянным.

Никакие уговоры не помогли бы. Латина отправилась бы в Аосблик, даже если ей для этого пришлось бы победить Кеннета. Также она могла сделать вид, что послушалась, а сама тем временем тайком ускользнула бы из таверны.

Латина отличалась редким упрямством. Если она решала сделать что-то, переубедить её было практически невозможно.

«Да и не можем же мы вечно опекать её со всех сторон, — подумал Кеннет. — Ну попрошу я привратников не выпускать её из города, а дальше что? Крики, слёзы, истерика? Это никому не надо».

— Вообще, я хотел бы, чтобы ты собрал для Латины группу из надёжных женщин… — начал он, обращаясь к Жильвестру.

— Но я так быстро не успею, да, — вздохнул бывший авантюрист.

Женщины редко становились искателями приключений. Даже известный, обладающий широкими связями Жильвестр Делиус в короткие сроки не нашёл бы столько, чтобы хватило на полноценный отряд.

Тут в зал выглянул Винд. Видимо, его привлекли шум и суматоха.

— Лучше уж доверить Латину Винду, чем всяким подозрительным типам, — сказал Кеннет, заметив волчонка.

— Ну да, не все взрослые заслуживают доверия, — согласился Жильвестр.

Винд вопросительно гавкнул, услышав своё имя.

Понятия «авантюрист» и «джентльменство» имели мало общего. Какой-нибудь негодяй запросто мог воспользоваться состоянием Латины, под предлогом утешения сблизиться с ней и, к примеру, изнасиловать. Это тот случай, когда страж оказывается страшнее разбойника.

— Латина-то дойдёт до столицы, в этом я не сомневаюсь. Посты есть, за трактом следят, ямы латают. Куда больше меня беспокоит её безопасность.

— Как у юной леди с магией?

— С атакующей у неё проблем нет, насколько я знаю. Но она всё-таки больше по защите и поддержке. Себя сохранить она точно сумеет. Главное — чтобы хватило времени произнести заклинание.

Благодаря искусному контролю энергии Латина без труда управлялась со сложными заклинаниями. Также её какое-то время учила Роза, ещё один выдающийся маг. После её уроков девушка значительно расширила свой арсенал.

— В таком случае, пёс и правда будет надёжным телохранителем.

— Гав?

Винд почувствовал, что Кеннет с Жильвестром снова заговорили о нём, и непонимающе склонил голову набок.

— Жильвестр, как приручители проводят в город своих подопечных?

Приручители, в большинстве своём практикующие срединную магию, подчиняли себе обычных и магических созданий. Четвероногие, крылатые или чешуйчатые спутники были их незаменимыми боевыми товарищами и, разумеется, сопровождали своих хозяев в городах и на постоялых дворах.

— Точно не знаю. Вроде для этого есть особый артефакт… Эй, ты, позови Кевина! — приказал Жильвестр сидящему рядом молодому парню.

Тот мигом умчался исполнять поручение.

Рита какое-то время наблюдала за ними, потом в сердцах бросила: «Ай, чёрт с вами!» — и, активировав Доску объявлений Акдара, принялась просматривать последние новостные сводки, касающиеся окрестностей. Она тоже знала, как упорно Латина добивается своего, поэтому решила не мешать ей, а помочь, каким бы опасным ни было предприятие.

Если бы одиночная поездка была невозможной с самого начала, они остановили бы Латину всей таверной. Впрочем, даже так у них могло ничего не получиться — слишком уж умелой была девушка.

В ожидании Кевина Рита раздобыла карту, проложила по ней маршрут с учётом всех остановок и пересадок — прямого рейса от Кройца до Аосблика не было, — а также с помощью авантюристов записала перечень всевозможных советов и предупреждений.

Вообще, достать карту — задача не из лёгких. Чем она подробнее, тем ценнее и дороже. Если бы не связи завсегдатаев т особый статус «Оцелота» как точки доступа к информационной сети, то у Риты ничего не получилось бы.

Вскоре пришёл Кевин в сопровождении чёрного волка.

Этот авантюрист был известен тем, что неизменно ходил на задания с парой зверей — волком и волчицей. Однако сейчас ему пришлось взять отпуск — волчица пережила первые роды и растила волчонка. Потому-то приручитель и откликнулся на просьбу Жильвестра так быстро.

Винд выглянул из-за стойки, настороженно рассматривая чужака, вторгшегося на его территорию. Сам чужак делал вид, что не замечает его, однако шевелил ушами, ловя каждый звук.

— Артефакт? Вот он.

Кевин указал на мощную шею волка, которую охватывал узкий ремень с металлической бляшкой.

— Если в двух словах, звери инстинктивно ненавидят его. Именно поэтому ошейник служит превосходным доказательством, что приручитель либо контролирует своего спутника срединной магией, либо отлично выдрессировал. Без него вас не пустят ни в один город.

— Значит, с ошейником Винд сможет сопровождать Латину?

Кеннет взял у Кевина запасной ошейник-артефакт, покрутил его в руках и показал Винду.

Волк шумно обнюхал его и всем своим видом выказал отвращение.

— Нет. Не нравится.

— Выбирай: либо без него и дома одному, либо с ним и с Латиной.

— Ладно. Потерплю, — тотчас ответил он.

«Как предсказуемо».

— Я слышал об этом волке… Он согласился сам, без принуждения срединной магией. Невероятно. Насколько же простираются возможности Принцессы фей? — ошеломлённо проговорил Кевин.

— Лучше не думай об этом. Она наша юная леди, и этим всё сказано, — усмехнулся Жильвестр.

Подготовка к дороге проходила быстро, но обстоятельно.

Латина решила надеть то же, что носила в путешествии четыре года назад. Разумеется, она давно выросла из накидки, но та по-прежнему оставалась отличным артефактом с великолепными защитными свойствами. К тому же размер не имел значения — стояло тёплое лето, да и девушка собиралась останавливаться в гостиницах. Рита специально рассчитала маршрут так, чтобы исключить возможность ночёвок в полях и лесах. Это авантюристы и путешественники в обязательном порядке носили длинные плотные плащи — заворачивались в них, когда разбивали лагерь на открытом воздухе. У Латины же не было в этом необходимости.

— Латина, надеюсь, ты взяла волшебную палочку?

— Да. Но я и без неё хорошо колдую.

— Я знаю. Но с палочкой окружающие видят, что ты маг. Так ты хотя бы внешне будешь похожа на авантюриста.

— Потому что на странствующих женщин часто нападают?

— Ну да, типа того.

Её старая палочка была детской, тренировочной, но очень хорошей и качественной. По некоторым параметрам она даже превосходила артефакты начинающих авантюристов.

Для разбойников и грабителей одинокая хрупкая девушка — не более чем отличная добыча. Но всё меняется, когда у девушки есть с собой палочка, посох или кольцо. Даже самый отпетый бандит дважды подумает, стоит ли нападать на мага, ведь тот может огрызнуться в ответ, и очень больно. И если есть возможность выдать Латину за странствующего мага, лучше сделать это. Ради её же безопасности.

Латина покинула таверну на следующее утро.

Кеннет с Ритой вышли проводить её. Теодора будить не стали.

— Береги себя. Я тебя очень прошу, — взмолилась Рита.

— Пожалуйста, не волнуйся. Всё будет хорошо, — попыталась успокоить её Латина. Она чувствовала угрызения совести, приглушаемые, впрочем, бесконечной благодарностью. — Спасибо, что отпустили меня.

— Не теряй голову. Будь сдержанной, рассудительной, хладнокровной, — дал последнее напутствие Кеннет.

— Хорошо, — кивнула Латина и поклонилась. — Я пошла.

Выйдя из таверны — и чувствуя спиной взгляды Кеннета и Риты, — она направилась к станции дилижансов. Рядом трусил Винд, беззаботно помахивая хвостом.

По дороге девушка внезапно остановилась, настороженно осмотрелась, убедилась, что за ней никто не наблюдает, и присела перед волчонком.

— Винд.

— Гав?

— Давай сделаем кое-что. Только никому не говори, ладно?

— Ау-уф?

— Можно, я поеду на тебе?

В Тислоу Латина какое-то время училась у Корнелио Какаче и от него узнала, что тракт между Кройцем и Аосбликом специально построили не прямым, с множеством обходов и отъездов. Причин этому было несколько. Самая главная носила стратегический характер — с таким расположением дорог враги шли бы к сердцу королевства дольше, и столица успела бы подготовиться к обороне. Также в учёт шёл рельеф местности: реки, холмы, леса. В общем, поездка в столицу уже из Кройца занимала много времени, а из приморского Куалле ещё больше.

В отличие от конных и пеших путников, драконы могли лететь по прямой. Именно поэтому они добирались до столицы намного быстрее.

Латина знала об этом и подумала: «А не попробовать ли мне отправиться в столицу не по земле, а по воздуху?»

— Я постараюсь поддерживать заклинания магического барьера и ослабления гравитации, чтобы как можно меньше нагружать тебя. Давай попробуем? — спросила она у Винда, и волк отозвался звонким лаем.

Вообще, поддерживать несколько заклинаний на протяжении долгого времени очень рискованно, однако Латина была одна, никто не мог предупредить её об этом. Опекуны тоже не ожидали, что она окажется способна на такое безумство.

Выбравшись из города, Латина с Виндом немного потренировались летать на малой высоте, а потом отправились в путь.

И у них всё получилось.

Впрочем, юный Винд летел не так резво, как дракон — магическое существо, дитя неба, — и быстро уставал. Латине тоже требовалось часто отдыхать от магии, поэтому она решила последовать совету Кеннета — быть сдержанной и рассудительной.

Они переночевали в каком-то городе и на следующий день добрались до столицы.

Разумеется, Латина не полетела прямо на городскую стену, а приземлилась на почтительном отдалении и проделала остаток пути пешком. Ей очень не хотелось попасть под огонь противовоздушных сил.

Миновать въездные ворота в Аосблике было в несколько раз сложнее, чем в Кройце. К счастью, Латина имела при себе рекомендательные письма, адресованные известным людям и подписанные характерным размашистым почерком Жильвестра Делиуса. О славных подвигах Жильвестра помнили до сих пор. Это в «Оцелоте» он сидел и потягивал дешёвую выпивку, как самый обычный человек, но в высшем обществе его ждал бы роскошный приём.

Стражники на вратах чуть не лишились чувств от изумления, и, пожалуй, никто не стал бы винить их в этом.

Перед ними стояла девушка, сопровождаемая мифическим волком с качественным ошейником приручителя, а также имеющая при себе рекомендательные письма от легендарного авантюриста, в которых говорилось, что она — приёмная дочь не менее знаменитого Дейла Реки.

Естественно, служба безопасности поспешила пропустить Латину без лишних вопросов.

В Кройце многие привыкли к исключительности Принцессы фей, но в столице о ней никто не знал.

Впервые оказавшись в Аосблике, девушка растерялась.

— А что теперь?

— Гав.

К счастью, рядом с ней был верный Винд.

Кеннет с завсегдатаями предупредили Латину, что мало попасть в Аосблик, надо ещё добиться приёма у герцога. И вот это уже практически невозможно. Он — один из самых высокопоставленных людей королевства, она — обычная простолюдинка, пусть и дочь Дейла. Стража особняка могла запросто дать ей от ворот поворот. Письма Жильвестра тоже не гарантировали успех, но хотя бы немного повышали его вероятность.

— Что же делать… — пробормотала Латина, беспомощно озираясь по сторонам, а потом её вдруг осенило. — Ах да! Вроде бы Роза сейчас в столице. Может, посоветоваться с ней?

— Гав?

— В храм Нили может войти любой желающий. Может быть, она согласится попросить за меня у герцога.

— Гав.

С поддержкой Винда Латина немного повеселела.

В городе каждый знал, где находятся храмы Нили и больницы при них. Спросив дорогу, девушка уверенно направилась к улице, вдоль которой выстроились магазины, ориентированные на путешественников.

— Потом я нашла Розу — она как раз добровольно помогала в храме — и заручилась её помощью.

Розу назначили ответственной за Дейла, поэтому она могла посещать резиденцию даже без предварительного уведомления. К тому же она была дочерью бургграфа, с самого детства общалась с обитателями особняка и давно имела разрешение от герцога наносить визиты. Именно она и провела Латину внутрь и там внезапно представила её самому Владимиру.

«Хорошо, что я захватила своё лучшее платье и ещё в храме переоделась в него, а то посещать дом человека такого пошиба в дорожной одежде было бы невежливо», — подумала тогда девушка.

Старательно вспоминая уроки Розы, Латина поздоровалась с герцогом и, увидев тёплый огонёк в синих глазах своей провожатой, поняла, что справилась.

К слову, Владимиру уже рассказали, что резиденцию посетила Роза, а вместе с ней пришла любопытная особа — ненаглядная дочь Дейла, которой он всегда хвастался, в сопровождении мифического зверя. Даже главный камергер, многое повидавший на своём веку, не сразу понял, как с ней обращаться, и решил на всякий случай незамедлительно доложить о неожиданной гостье.

Владимир распорядился пригласить обеих девушек к себе.

Немного поговорив с ними, он в благодушном настроении решил лично навестить Дейла. Юноша, конечно, переполошился, но постарался скрыть это. Впрочем, герцог — настоящий ветеран придворных интриг — мгновенно раскусил его и вдоволь повеселился.

— Вот так Роза привела меня сюда… Дейл? Что случилось?

— Да так… Погоди секунду, дай всё осмыслить.

В конце рассказа Дейл не выдержал и схватился за голову.

Он не ожидал, что Винд сыграет настолько большую роль в этом коротком приключении.

Латина не приручала его срединной магией и не дрессировала, у них отношения вообще напоминали равные, дружеские. Взять хотя бы то, что девушка просто попросила повезти её, и волчонок с готовностью согласился.

После стольких лет совместной жизни с Латиной Дейл несколько отдалился от общепринятых принципов.

«И как мне объяснить всё герцогу? А если он спросит, как Латина приехала сюда? Мне что, выложить ему всё правду? Так ведь в стране ни у кого нет личных летучих существ. Это дело стратегической важности, между прочим! Хотя… Я очень сомневаюсь, что кто-нибудь другой умудрится приручить летучих волков. Они же должны будут доверять ему настолько, что разрешат вычёсывать пушистые животы. А если кто другой сунется, ему сделают большой кусь и одним махом лишат головы. Да, Латина — единственная в своём роде…»

Размышляя, Дейл негромко застонал.

Латина удивлённо заглянула ему в лицо, встретилась с ним взглядом и довольно улыбнулась.

— Что?

— Ничего, — с прежней улыбкой ответила девушка.

Дейл вспомнил её любимую фразу: «Ты же рядом».

Она всегда говорила так и счастливо улыбалась.

— Ладно, как-нибудь разберусь… — смущённо пробормотал юноша.

«И вообще, это подождёт. Моя милая Латина здесь, рядом со мной! Это главнее всего, а остальное образуется!.. Ну, хотелось бы верить, что образуется...»

В итоге Дейл наконец-то разобрался как в своих чувствах, так и чувствах Латины.

И чистосердечно покаялся перед самим собой.

Латина, как и всегда, была бесконечно милой.

Юноша по-прежнему использовал это слово, чтобы описать её, но уже вкладывал в него несколько иной смысл.

Теперь он не удивлялся, почему его все ругали.

Естественно, его все ругали! Ведь даже его твердолобости должен быть предел!

Он дурак? Наверное, дурак.

Повторяя эти слова раз за разом, вздыхая и каясь, Дейл встал на ноги менее чем за неделю.

У него и так была лёгкая форма истокового расстройства, а присутствие Латины только ускорило выздоровление.

И каждый день Дейл постепенно менял своё отношение к ней.

Сидя рядом с кроватью, Латина разговаривала с Дейлом и, ненароком встречаясь с ним взглядом, нежно улыбалась. Когда юноша касался прядей распущенных волос, она чуть вздрагивала и краснела. Теперь Дейл понимал, что это не неприязнь из-за переходного возраста. Иногда в серых глазах вспыхивали язычки жаркого пламени, и Дейл уже знал, что они означали. Стесняясь, он отводил взгляд, и тогда девушка грустно вздыхала, но потом снова улыбалась как ни в чём не бывало.

Как оказалось, фильтр «маленькой девочки» сильно влиял на его восприятие. Без него Дейл ясно видел, что перед ним сидит влюблённая девушка.

Когда он перебарывал смущение и привычным жестом гладил её по голове, Латина довольно, счастливо улыбалась.

Её волосы всегда были гладкими и блестели, точно изысканный шёлк. Дейл любил проводить по ним рукой и сперва делал это в знак похвалы, но потом стал гладить Латину при каждом удобном случае. И ей очень нравилось. Вот и сейчас девушка неосознанно подставляла голову и прижималась щекой к его ладони.

Это выглядело по-настоящему очаровательно.

Латина и не подозревала, но её невинные поступки разжигали в сердцах парней желание. Если бы она узнала об этом и научилась пользоваться своими чарами, то смогла бы вертеть ими как вздумается и разбивать сердца десятками. А ведь у девушки и в мыслях не было ничего подобного!

Её почитатели запросто могли организовать культ поклонения Принцессе фей. Хорошо, что они пока ограничивались фан-клубом.

Латина ни капельки не боялась Дейла, несмотря на то, что он был мужчиной. Возможно, это в ней говорили отголоски детства, но юноша всё равно немного пугался.

«Она такая беззащитная и доверчивая. Я практически уверен, что если… попрошу её об этом, то она без колебаний отдастся мне, — со страхом думал он, а потом мысленно давал себе пинка за такие мысли. — Прошу, не смотри на меня! Не улыбайся так открыто! Ещё рано! Слишком рано для этого!» — умолял он.

Но Латина продолжала улыбаться ему, ни о чём не подозревая.

Впрочем, на самом деле всё было не настолько плохо.

Латина ещё росла.

Казалось, она начала округляться в груди и бёдрах, однако, скорее всего, во всём стоило винить воображение. Они нормально не виделись почти целый месяц — сперва размолвка из-за неудачного признания, потом бегство, — но Латина мало изменилась. Она и сама частенько жаловалась по этому поводу: мол, подруги уже выглядят как приличные девушки, одна я маленькой хожу.

Самое интересное заключалось в том, что Латина приближалась к периоду взрывного роста.

Бабочка готовилась вырваться из кокона на волю.

Латина зря боялась, что гены Мов негативно скажутся на её внешности.

С каждым месяцем она становилась краше и краше, а головная боль Дейла — сильнее и сильнее.

Она стояла в незнакомом месте, однако каким-то шестым чувством понимала, где находится.

Это был мир, раскрашенный в чёрное и белое — в смешение всех красок и совмещение всех цветов видимого спектра.

Одновременно бесцветный и всецветный.

Она стояла в этом мире. Неведомом и в то же время знакомом.

В огромном зале, который в свою очередь располагался внутри маленького сада.

И она знала, почему всё так устроено.

Её окружали семь кресел, разных по форме и размерам, расставленных через одинаковые промежутки.

Возле одного стояли окровавленные мечи, перед другим — кувшин с обыкновенной водой, вокруг третьего обвилось высохшее дерево, на четвёртом лежала толстая стопка книг.

Но все они имели одну общую черту.

Это были троны.

И на них кто-то сидел. Самих… правителей было не разобрать, лишь блёклые-блёклые образы и исходящую от них энергетику.

Она обошла троны по кругу и остановилась перед первым — единственным пустующим.

Он вскоре должен был обрести владельца.

И она попала сюда, потому что отвечала всем требованиям.

Однако она не хотела садиться на него.

Именно из-за этой своей предрасположенности она однажды уже лишилась всего и не собиралась вновь испытывать эту боль, предавать бережно хранимые в сердце чувства.

— Мне это не нужно. Я не хочу, — проговорила она, качая головой.

Её желание было другим…

— Латина? Что с тобой? — раздался любящий голос.

Девушка проснулась, спросонья заморгала, а потом вспомнила, что находится в самом безопасном месте на всём белом свете — в его объятьях, в комнате, наполненной счастьем и драгоценными воспоминаниями.

— Приснился страшный сон?

Сколько она помнила, Дейл всегда говорил так и мягко гладил её по голове.

И прикосновения его большой тёплой ладони изгоняли все нехорошие воспоминания и кошмары.

Латина любила, когда Дейл гладил её по голове и восхищался её волосами. Скорее всего, он не догадывался, но его будничные слова и жесты были очень дороги девушке.

— Всё хорошо.

«Как я могу бояться, когда я рядом с тобой, в самом спокойном месте».

— Не волнуйся, всё хорошо, — повторила Латина, улыбнулась, прижалась к Дейлу щекой, словно котёнок, и вновь погрузилась в сладкую дрёму.

Девушка не хотела думать о том, что когда-нибудь утратит его тепло. Она хотела лишь одного — быть вместе с ним и радоваться переполняющему её счастью.

«Но вечно так продолжаться не будет. Что ты будешь делать, когда он уйдёт?» — спросил внутренний голосок.

Латина не ответила и поспешила уснуть, чтобы не думать об этом.