Том 2    
1. Девочка разговаривает о работе и деньгах

1. Девочка разговаривает о работе и деньгах

Прошло полтора года с тех пор, как Латина поступила в школу при храме Асфара.

Таверна «Танцующий оцелот» гудела, обсуждая одно очень важное событие.

Кеннет и Рита Крюгеры ждали прибавления.

Дейл поздравил счастливую пару и спросил:

— Раз такое дело… то нам с Латиной, наверное, лучше съехать?

Супруги дружно ответили:

— Съезжай. Только Латину оставь.

— Да. Ты как хочешь, но Латина пускай остаётся.

— А?..

— А ты чего ожидал?

— Вот-вот. Рита теперь будет меньше времени работать: сначала выносит ребёнка, потом будет воспитывать его. Без Латины мы пропадём. Хотя я всё равно хотел к тестю с тёщей обращаться…

— Ты есть вы эксплуатируете Латину?

— Ну почему сразу эксплуатируем. Я плачу ей, всё чин по чину.

— Что?! — изумился Дейл. Он впервые слышал об этом.

— А, точно, я же не говорил тебе… Мы официально наняли Латину. Конечно, только на дневную смену, она же ещё маленькая. Соответственно, получает она неполную зарплату. Но это всё равно неплохие деньги, — гордо выпятил грудь Кеннет.

— Как так? Я же никогда не видел у Латины денег! — потрясённо проговорил парень.

— Так она их откладывает, — беспечно объяснил Кеннет.

Всё началось около полугода назад.

Латина неуверенно топталась неподалёку от Кеннета. Похоже, она хотела что-то спросить, но не решалась.

— Ты чего? Что-то случилось?

— Ну... У меня есть просьба... Можно?

— Как же я тебе разрешу, если ничего не знаю? Говори, — подбодрил её Кеннет.

— Понимаешь, мне нужны деньги.

— Деньги? Хочешь что-то купить? А почему Дейла не попросишь?

Девочка ещё больше смутилась.

— Дейл и так заботится обо мне. Когда мне нужно что-нибудь, он просто идёт и покупает всё и сразу. Если я попрошу у него деньги, он, наверное, не откажет… Но и спросит, зачем они мне.

«Значит, она понимает, что Дейл балует её», — мысленно отметил Кеннет, а вслух сказал:

— Тоже верно, у тебя есть всё и с избытком, да? Так что ты хочешь?

— Свои собственные деньги, — тихо повторила Латина.

Она не любила капризничать и требовать исполнения своих прихотей, поэтому Кеннет тоже с радостью исполнял её скромные просьбы. В разумных пределах, разумеется.

«Но деньги… Тут я должен посоветоваться с Дейлом, её опекуном».

— Дейл сделал мне столько подарков, а мне нечего дать ему взамен, — призналась Латина.

Вот почему она начала этот разговор.

— М-м… Кстати, да, у него же скоро месяц рождения.

— Да, и я хочу сделать ему подарок.

Девочка застенчиво посмотрела на Кеннета и робко улыбнулась.

«Нет, это просто преступление! Нельзя же быть настолько милой! — воскликнул про себя Кеннет и уже спокойнее добавил. — Но это меняет дело. Теперь я не могу рассказать обо всём Дейлу».

— То есть ты хочешь сделать ему сюрприз, да?

— Ага! Дейл сначала удивится, а потом обрадуется. И я тоже. Или так нельзя? — сразу же спросила Латина, склонив голову набок.

Кеннет задумался.

«Что ни говори, а я дорожу Латиной. Пусть и не ослеп от любви к ней, как один обалдуй. Надо ей как-то помочь. О, придумал!»

— Латина, я учу тебя готовить и позволяю помогать мне на кухне, так?

— Так.

— Давай теперь будем рассматривать это не как помощь, а как работу. Я и платить тебе буду, как полагается. Что скажешь?

— А можно? Я же ещё маленькая, — усомнилась девочка.

«Молодец, сообразительная. Любой другой сразу клюнул бы на деньги», — похвалил её Кеннет.

— Ты права. Обычно дети идут в подмастерья после того, как закончат начальную школу. Отличники, кстати, могут учиться дальше.

— Понятно. Тогда подмастерьем можно, — кивнула Латина.

— Или ты хочешь продолжить обучение?

Кеннет прекрасно знал, какая она умная. К тому же он кучу раз слышал, как Дейл хвастается оценками дочки.

Латина запросто могла податься в науку.

— Тут такое дело… Я же демон.

— Угу, демон.

— И я очень люблю учиться. Я хочу вырасти и сделать столько всего!

Похоже, Латина смирилась со своим долголетием.

— Пока что я хочу научиться у тебя всему, чему только смогу. Моя нынешняя цель — готовить так же вкусно, как и ты.

— Значит, и мне нельзя расслабляться.

— М? Тебе тоже?

— Естественно. Я приложу все усилия, чтобы остаться твоей целью.

Немного подумав над смыслом сказанного, Латина насупилась.

— У-у, тогда мне будет очень трудно догнать тебя!

«Но она не сдалась и не сказала, что это невозможно», — широко улыбнулся Кеннет.

Вынырнув из воспоминаний, он сказал:

— Я был уверен, что ты обо всём догадался, когда получил подарок на праздник рождения.

— Тот кошелёк… А ведь правда, материал и нитки для вышивки были далеко не дешёвыми.

Латина тщательно, стежок за стежком, сшила небольшой кошелёк, украсив его узором из разноцветных нитей, который дополнительно укреплял конструкцию и заодно служил защитным оберегом.

— Я был так тронут, что даже не подумал об этом.

— Ну да, в этом весь ты.

— В каком смысле?

«В каком, в каком. В том самом», — усмехнулся Кеннет.

Он не присутствовал при вручении подарка, но легко мог представить, как Дейл, обрадовавшись, чуть не задушил Латину в объятиях и сделал с ней два-три круга по комнате.

«Наверное, Латина сшила кошелёк таким потому, что хотела, чтобы с Дейлом ничего не случилось во время его долгих отлучек… Интересно, а он хоть раз использовал его по назначению? И что станет с магическим существом, которое стянет его?.. Не, лучше не думать об этом».

— Кстати, это тоже она мне подарила, — добавил Кеннет, указав на чёрный фартук с вышитым в углу оцелотом — отличный символ таверны.

— То-то он такой милый…

Похоже, Латина научилась отлично шить.

— Короче, я плачу ей, — вздохнув, вернулся Кеннет к теме разговора. — Как-то раз я спросил, что она делает с деньгами, и она ответила, что копит. Мол, «у каждого есть свои запросы». Поэтому я отвёл её в храм Азрака.

— То есть у неё есть свои сбережения?

— Да.

Голубой бог Азрак покровительствует делам, так или иначе связанным с деньгами.

В его храмах можно обменять валюту, взять займ или сделать вклад. По сути, это простые банки.

Многие из служителей Азрака умеют устанавливать личность клиента, поэтому очень сложно выдать себя за другого человек и прикарманить чужое.

Также храмы Голубого бога предоставляют хранилища для личных вещей. Человек может положить туда драгоценные металлы, камни или просто деньги и получит что-то вроде сберегательной книжки, где будет указана общая сумма имеющихся средств. То есть это одновременно банковская ячейка и личный счёт. Поэтому мало кто хранит сбережения и сокровища дома, если только он не находится в какой-нибудь глуши, где о храмах Азрака и слыхом не слыхивали. В основном этой услугой пользуются авантюристы и путешественники — те, кто большую часть времени проводит в дороге.

Вернуть свои вещи можно только в том храме, где ты их оставил, а вот снять деньги — везде. К слову, чаще всего вкладчики обращались именно за этим.

Также храмы-банки славились своими сильными стражами-наёмниками, уступающими, пожалуй, только боевым монахам Красного бога Ахмара.

Люди частенько шутили по этому поводу. Дескать, храмы Азрака охраняются почище многих крепостей. Впрочем, в каждой шутке есть только доля шутки…

— Латина очень умная. Она сразу спросила, почему люди хранят деньги в банке, а не у себя дома.

— Кстати, я же никогда не рассказывал ей, для чего нужны разные храмы, — кивнул Дейл.

— Я так и понял, поэтому сделал это вместо тебя. Сказал, что божественные избранники не могут поступиться своими профессиональными обязанностями.

— Вообще, могут, — возразил Дейл. — Но, если преступник попадётся, и его вину докажут, он предстанет перед судом. И тогда его лишат благословения и дадут пинка под зад.

Храмы широко занимались общественной деятельностью — проведением судебных разбирательств, обучением детей, совершением банковских операций — только из-за того, что боги ревностно защищали свои владения.

Да и простой народ шёл в храмы, потому что верил во всевышнюю власть, а не в добросовестность служителей.

Конечно, боги Радужного пантеона берегли своих избранников, однако преступников карали беспощадно — навсегда забирали у них частичку своей силы, которая называлась благословением. И не прислушивались ни к каким мольбам.

Характеры благословения и наказания зависели от «сферы деятельности» того или иного бога. Например, многие служители Азрака умели идентифицировать людей по воде — голубой жидкости, составляющей большую часть организма. И судил Азрак своих последователей не за убийства и изнасилования — хотя это тоже тяжкие грехи, — а за воровство и растраты, то есть присвоение чужого имущества.

Только имеющий благословение мог стать священнослужителем.

С одной стороны, это означало, что, лишившись его, преступник навсегда покинет храм. С другой, квалифицированным наставникам и банкирам доверяли намного больше, чем репетиторам и менялам с улицы.

Тот же Асфар требовал от своих последователей «направлять тех, кто ищет знания», и «возвращать на путь истинный заблудших». Поэтому он сурово покарал служительницу, жестоко оскорбившую свою маленькую старательную ученицу.

Привилегией обращаться напрямую к богам обладали только старшие священнослужители. К таким обращениям относился, например, суд, которым Дейл угрожал настоятельнице.

И парень, занимавший высокое положение в иерархии духовенства, прекрасно понимал, что вправе требовать его.

— Ну так что, Кеннет, сколько Латина уже накопила?

— Прошло всего полгода… Хотя с её-то усердием она запросто могла скопить себе на приданое, а?

— И заикаться об этом не смей! Я не отдам её никому! — вскричал Дейл. В его глазах блеснули слёзы.