Том 6    
Глава 4


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии

Глава 4

— …?

Продолжение сна. Знаешь, что тебе надо на занятия в начальную школу, но как бы аккуратно ни крутил педали, всё время попадаешь не на ту улицу. Никак до школы не добраться. Иллюзорное ощущение отчаяния растаяло в мягких солнечных лучах, пробившихся сквозь щель в занавеске.

Верно, я же в старшей школе, мне совсем не надо в начальную.

Настало утро.

— Доброе утро, Такасу!

— Ох…

Рюдзи медленно вытянул шею, чтобы взглянуть на часы сзади, но знакомых часов на привычном месте не оказалось. Теперь я не смогу узнать время…

— А?!

Рюдзи неожиданно подскочил — он был не в своей комнате, а в гостиной, соединённой с кухней.

— Извини, я выпил молоко из холодильника.

Прошло целых три секунды, прежде чем Рюдзи узнал светловолосого парня, стоящего перед ним, пахнущего молоком, одетого в его футболку с длинными рукавами и спортивные штаны. Да, верно… Он наконец вспомнил всё и сонно потёр глаза…

— Вы оба такие хитрые! Похоже, вы неплохо повеселились ночью! Почему меня не позвали? Я бы с удовольствием к вам присоединился!

Китамура надулся. Рюдзи бессознательно уставился на его лицо.

— Ч-что такое?

— Нет… ничего. Доброе утро…

Это потому, что ты плакал! Но вслух он этого не сказал. Выражение лица Китамуры, сказавшего, что всё путём, было довольно раздражающим. Ну, раз ты так ведёшь себя, я тоже буду притворяться, что ничего не знаю. Так поступают настоящие мужчины. Рюдзи почесал голову, медленно возвращаясь в реальность. По мере того, как он просыпался и понимал, что происходит, складки между бровями углублялись.

Последнее его ночное воспоминание — как Тайга разделила сыр с треской на три порции, но съела только треску. Что за странная девчонка… Рюдзи, похоже, отрубился прямо у столика, пока смотрел, как она ест.

Рюдзи использовал своё сиденье как подушку, всё его тело сильно закоченело. Жалкий вид столика очень смущал его. Чашка лапши, сырное буше, йогурт и прочие продукты, закупленные ночью в круглосуточном магазине, изрядно попахивали вкупе с одноразовыми палочками для еды. Ох! Одноразовые палочки!… Поздно раскаиваться. Исчез ещё один участок тропического леса!…

— Вот дерьмо! Ты действительно увидел мою квартиру в таком виде… теперь я очень смущён.

— Да брось, это ерунда. Моя комната обычно выглядит так же, и дом так же наполняется мусором из круглосуточного, когда друзья моего брата приходят поиграть в маджонг.

— АЙ!!! — Рюдзи вскрикнул и яростно тряхнул головой.

— Это не ерунда! Даже если каждый дом на Земле превратится в такой хлев, у себя я никогда такого не допущу! По правде говоря, я бы не позволил ни одному дому на планете оставаться грязным и неприбранным!

— В-вот как? Извини.

— Нет!!! Не извиняйся! Мой дом действительно в грязи и беспорядке! Убей меня, если я не вычищу всё за тридцать секунд! Мне не будет места на этой планете!

— Ладно…

Рюдзи собрался было вскочить, но обнаружил, что его онемевшая от холода нога придавлена чем-то тяжёлым. Спящей девчонкой, использующей ногу борца за чистоту как подушку, оказалась не кто иная, как Тайга. Дело оказалось не в холоде — просто её голова своим весом затрудняла кровоснабжение. Наверно, Тайга заснула примерно тогда же, когда и Рюдзи… всё ещё сжимая в руке кусок трески.

Погоди, моя онемевшая нога и почему ты так спишь — это не важно. Важно другое — как я мог позволить возлюбленному невинной юной девушки увидеть её спящей на ноге другого мужчины?! Сейчас некогда обсуждать, невинная ли девушка Тайга, или нет! Рюдзи поспешно затряс голову Тайги…

— Тайга! Вставай! Ты очень скверно выглядишь!

Рюдзи злился и раздражённо смотрел на Тайгу для её собственного блага, но…

— Да всё путём. Слишком жестоко её будить, пока она так сладко спит, верно?

Несведущий Китамура изобразил из себя хорошего парня и остановил Рюдзи, аккуратно переложив голову Тайги на сиденье. Тайга довольно мурлыкнула, изгибаясь буквой «С» и снова проваливаясь в глубокий сон.

— Посмотри, какое у неё довольное лицо… действительно милое, с такими длинными ресницами.

— Скажи это ей, когда проснётся…

— Я стесняюсь. И это будет домогательство. Но её спящая фигура излучает такую мирную ауру, словно кто-то прощает тебе все грехи, пока смотришь на неё…

Китамура ласково улыбнулся и опустил голову, глядя на сонное лицо Тайги. Рюдзи ничего не сказал, но подумал — На самом деле ты такой же, как она!

Тайга и Рюдзи не замечали беды Китамуры, и точно так же Китамура не знал о сложных чувствах Тайги, о её честной, запутанной и неуклюжей любви. И все так, все одинаковы. Да, можно найти какое-то утешение, говоря, что все одинаковы, но боль от этого всё равно не утихнет.

Хрусть! Его застывшее плечо хрустнуло.

— Который час? Ого! Уже двенадцатый!

Рюдзи был удивлён. Он сначала думал, что не больше девяти и не знал, что его любимое субботнее утро уже закончилось.

— Я тоже только что встал, действительно, слишком поздно. А теперь… Адский Автомобиль!

— А-а-а-а?!

Китамура неожиданно сгрёб Рюдзи своими натренированными софтболом руками, заблокировав ему конечности и силой потащив на кухню. Это случилось так неожиданно, что лежавший на полу Рюдзи даже выругаться забыл. Что это значит? Такое насилие сразу после пробуждения, такие действия, а главное — эмоции… Это никак не увязывалось с парнем, который плакал ночь напролёт. Но благодаря его жёстким действиям, чувство вялости Рюдзи моментально испарилось.

— Что… Что ты пытаешься сделать?

— А? Тридцать секунд уже прошло. Как ты и просил, выношу тебе смертный приговор. О, ты ещё дышишь.

— Прекрати, идиот! Не нужно мозгов, чтобы понять, что я шутил!

— Смертный приговор — тоже шутка! Гигантский Замах!

— Гр-р!…

— Это очень опасно, не забудь защитить голову!

Если опасно, так не делай! Тело Рюдзи оставалось расслабленным со сна, так что его легко сгребли за ноги и начали раскручивать. Рюдзи быстро закрыл голову руками. Быстрая смерть — быстрое возрождение. Рюдзи мог лишь молиться об этом, бросив тщетное сопротивление. И почему я вляпался в такое… А… Я покалечил окружающую среду? Если так, я с радостью пожертвую своим телом во искупление грехов человечества… Рюдзи закрыл глаза, ощущая себя мучеником, не ожидая, что его тело вдруг полетит в неожиданном направлении.

— А-а-а-а?!

Рюдзи вмазался в дверь, отделяющую комнату Ясуко от гостиной. Уголком глаза он увидел, как Китамура удивлённо выдохнул, отлетая назад и приземляясь на десять точек.

Потому что…

— Угу… угу…

Девушка, которая должна была мирно спать, без колебаний отоварила предмет своего обожания, уготовив ту же судьбу хулигану, подвергшемуся «Гигантскому Замаху». Она наконец встала.

Её светлые волосы вздымались и опадали в такт дыханию, глаза отекли и опухли, то ли оттого, что она плакала перед сном, то ли от избытка соли, из-под век исходило весьма зловещее сияние. Она пошатывалась, показывая тем самым, что это была всего лишь рефлекторная реакция.

Она, наверно, даже не замечала, что двое парней трясутся в страхе. Всё ещё в полусне, стоя на широко расставленных ногах, монстр открыл глаза без каких-либо проблесков человеческого разума и поднял их к небу, взглянуть на невидимую луну. Бум! Невидимые ограничители её нижней челюсти разлетелись, показались окровавленные клыки, впившиеся во всё ещё зажатые в пальцах кусочки трески с чудовищной силой. Затем монстр зарычал…

— ТАК ШУМНО!…

Это была «боевая машина гуманоидного облика»… Нет, это был Карманный Тигр.

— О… Ты наконец проснулась!…

Китамура сощурился и пал на колени перед грозной сонной девушкой, прикрывая глаза руками от её ослепительного сияния. Но здесь не было источника света — дом Тайги полностью блокировал солнце, напрочь лишая квартиру Рюдзи солнечного света. Рюдзи лишь отпихнул веселящегося Китамуру в сторону…

— Тайга… Тайга. Иди сюда, иди…

— Угу?…

— Смотри… тут то, что ты на самом деле любишь. Холодный… с черничным вкусом…

— Угу. Угу, угу…

Рюдзи открыл холодильник, демонстрируя полусонному и грозному тигру его содержимое. Он вытащил йогурт «BULGARIA», купленный в круглосуточном прошлой ночью, нет, этим утром… Тайга медленно поплелась к Рюдзи, её глаза сфокусировались на холодном йогурте в его руках.

— Вот, выпей. Это твой, так что можешь весь выпить.

— Угу… Угу?… Угу!

Тонкие руки крепко вцепились в йогурт, втыкая в него соломинку. Маленький рот мощно высосал содержимое. Глотка издала звук «Уп». В глаза начало возвращаться человеческое.

— Ах! Здорово! Дай ещё!

Она наконец вспомнила человеческую речь.

— Больше нет.

— А?! Скупердяй! Тогда давай молоко!

— Извини, Айсака, молоко прикончил я.

— Ха!? Да как ты посмел прикончить мой молочный продукт… Ах!!!

Ну что ты ахаешь? Перед ошеломлённым Рюдзи Тайга наконец проснулась и сообразила, что происходит.

— Ки-Ки-Ки-Ки-Ки-Китамура-кун?! Ах!!! Ох!!! Гр-р!!! Ты-ты-ты видел меня спящей?!

Она начала утирать рот… рукавом футболки Рюдзи.

— Извини, видел. Но Айсака сама виновата, что заснула здесь.

— Ох… Рюдзи, что мне делать?! Я сгорю со стыда!!! Он видел меня спящей!!!

— Кроме того, что он видел тебя спящей, ты ещё его… нет, ничего…

Тайга, врезавшая Китамуре со всей силы несколько секунд назад, сейчас была невероятно смущена, что её обожаемый видел её спящей. Она спряталась за Рюдзи, всхлипывая «Как стыдно» и топая ногами.

— Какой кошмар!!! У меня ещё и волосы растрёпаны!!!

— Ой! — Тайга с визгом метнулась в комнату Ясуко, захлопнув дверь с громким Бум!, наверно, прятаться в пустой футон за спящей Ясуко. Она хотя бы наконец продемонстрировала, какая она на самом деле неуклюжая.

— Что ты так волнуешься о… дура!

— Этого удара оказалось достаточно, чтобы прочистить мне мозги.

Друзья скрестили руки перед грудью и кивнули в знак согласия. Но худшее было ещё впереди.

— Ха?!…

— О!…

Персона, открывшая дверь, выглядела как посыльный. В руке она держала пакет, точнее, Тайгу. Её распущенные волосы торчали во все стороны, кожа под глазами казалась чёрной от пота и масла. Лицо без косметики выглядело очень жирным и блестящим, но области вокруг глаз, губ и носа морщинились из-за чрезмерной сухости кожи. Наверно из-за холода она надела старую спортивную куртку Рюдзи времён средней школы прямо поверх чёрной кружевной блузки, из-под которой торчал расстёгнутый бюстгальтер. На нижней части тела оставалась мини-юбка, через полурасстёгнутую молнию на ней весело подмигивало розовое бельё.

Это была мать Рюдзи.

— …

Бам! Ясуко ничего не сказала. Она поставила Тайгу на пол, схватила свою сумочку, лежавшую рядом с подушкой, и с полузакрытыми глазами достала из неё золотистый кошелёк.

— …

Она вытащила из него три тысячеиеновые купюры и сунула их каждому из ребят.

— …

Затем выставила большой палец и указала им на прихожую.

Пьяная кормилица семьи снова исчезла за дверью. Рюдзи начал расчищать завалы в гостиной, тихонько, словно вор, чтобы не нарушить сон единственного кормильца семьи. Китамура умывался под тоненькой струйкой воды. Тайга, стараясь двигаться как можно тише, пошлёпала домой принять душ и переодеться.

Отлично, у всех есть по тысяче иен. Постараемся оставаться вне дома как можно дольше.

***

— Очень сожалею, но сейчас в ресторане час пик и мы не можем выдавать отдельные счета каждому клиенту! Итальянская котлета с рисом, комбинированное блюдо и прохладительный напиток, рис, жареный с грибами и прохладительный напиток, салат, пирог с гавайской тыквой и шоколадный торт. Всего три тысячи триста тринадцать иен! Получено десять тысяч иен! Подтвердите, пожалуйста! Хе! Сдача пять тысяч иен, шесть тысяч иен и ещё шестьсот восемьдесят семь иен! Пересчитайте, пожалуйста! Вот ваш счёт! Спасибо, что обедали здесь, приходите ещё! Добро пожаловать! Места для курящих сейчас все заняты, позвольте проводить вас к столику у окна в зоне для некурящих! Ребята, а почему вы здесь?!

— Мы уже долго ждём, Минорин…

— Ты нас вообще не заметила?

— И вообще, почему ты не можешь давать отдельные счета? Это меня беспокоит.

Чтобы не нарушать прекрасный сон Ясуко, все трое, умывшись и переодевшись, направились искать место, где можно позавтракать — то есть, в семейный ресторан, где подрабатывала Минори и который они хорошо знали.

— О, я могу только дёрнуть рубильник, который переключает моё поведение с человеческого на режим чисто механического обслуживания в обеденное время… Ха? Китамура-кун?! П-п-почему ты появляешься здесь, словно ничего не случилось?! Я очень волновалась за тебя?! Эй, а что с твоими волосами!

— Извини, по некоторым причинам я сбежал из дома и живу в квартире Такасу.

— Конечно, тут должно быть много причин! Но ты хотя бы неплохо выглядишь! Я успокоилась!

— Извини, что заставил тебя волноваться.

Извиняющийся Китамура почесал светловолосую голову. Одолжив у Рюдзи куртку и спортивные штаны, он выглядел более легкомысленно, чем обычно. Тайга же была весьма энергична…

— Минорин, когда твоя смена заканчивается? Мы подождём тебя, пока едим, так что давай договоримся, куда потом прошвырнёмся!

Тайга надела снежно-белый свитер поверх красного кружевного платья, несколько более кружевного, чем обычно. Она пыталась загладить свою недавнюю оплошность? Она даже намазалась оранжевым бальзамом для губ, чтобы выглядеть привлекательнее. Хорошо, что на этот раз бальзам не оказался в её носу. Рюдзи, одетый как обычно в куртку и джинсы, внимательно разглядывал с головы до ног Минори в форме официантки. Волосы она увязала в хвост.

— Ох, не выйдет, моя смена с одиннадцати утра до восьми вечера. Извините, сегодня без меня. Садитесь сюда, пожалуйста.

— Хо! Что поделаешь, какая жалость…

И мне тоже жалко… Рюдзи посмотрел на шею Минори и вздохнул.

— Если вы не против, возьмите её вместо меня!

Трое проследили за взглядом Минори и удивлённо распахнули глаза.

Она сидела на отдельном месте в зоне для некурящих, отгородившись от мира парой белых наушников, одной рукой покручивая колёсико своего Айпода, а другой наматывая спагетти на вилку. Её прекрасное лицо ничего не выражало, словно ей было до невозможности скучно. Она полностью игнорировала притягивающиеся к ней жаркие взгляды окружающих. Совсем без косметики, одетая в шерстяной свитер, джинсы и балетки без каблуков. Надень это на кого другого — и та сразу превратится в простушку средних лет. Это заслуга известной модели, что она смогла собрать всё в такой замечательный образ. Её присутствие здесь превращало семейный ресторанчик в парижское кафе, а лица остальных посетителей — в простые рисунки.

Это был обед прекрасной девушки. Ами Кавасима кушала в одиночестве. Увидев это, Тайга злобно скривила уголки губ…

— О, а я-то думаю, кто бы это мог быть. Разве это не тупая чихуахуа? Почему ты такая одинокая, что в субботу одиноко лопаешь спагетти?

Её тон немедленно сменился на раздражённый. Но Ами слушала свою музыку и не слышала Тайгу. Она смотрела в другую сторону, наворачивая салат и постукивая ногой в такт музыке.

«А? Ты не слышишь меня? Эй!!! Тупая чихуахуа!!! Одинокая тупая чихуахуа, которая не работает в выходной!!!»

— …

Ами по-прежнему не замечала её. Тайга приготовилась ещё повысить голос, но тут наконец вмешался Китамура. Друг детства, наивный, добрый, всегда ведущий себя как старший брат…

— Эй, лентяйка! Лен-тяй-ка! Лентяйка, которая не работает!

— Ки… Китамура?… Что случилось?

— Ами — лентяйка, непопулярная лентяйка, у которой нет работы! Бедная безработная модель!

— Верно, верно! Тупая чихуахуа — лентяйка! Модель, которой нечего делать! Ленивая чи…

Тайга радостно начала напевать вслед за Китамурой «лентяйка, лентяйка». Их голоса сливались в раздражающую мелодию.

— Лен-тяй-ка, лен-тяй-ка…

— Китамура такой хороший! Такой умный!

Блондинистый идиот и тупой тигр радостно хлопнулись в ладоши, крутясь вокруг совершенно не замечающей происходящего Ами, шумя, подпрыгивая и улыбаясь друг другу. Даже Минори нахмурилась и сказала…

— Ч-что случилось? Китамура-кун, это совсем не смешно! Может он и покрасился потому, что потерял чувство юмора?…

— Не может быть. Китамура никогда не был юмористом… Важнее, что тебя позвали от другого столика.

— Ай! — Минори немедленно надела выражение лица официантки и побежала принимать заказ. Глядя ей вслед, Рюдзи подумал, что Китамура может так поступать из-за недавней ругани Ами в комнате нотаций. Вот он и вскипел, да? Сейчас Китамура уже не был святым, который не ругается и не спорит с людьми, и его поддерживала Тайга, которую все называли «Аристократка царства черни».

— У меня нет работы, так что я расслабляюсь.

— Я люблю работать моделью! Но у меня нет работы! Я ем в одиночестве! Охх… хлип-хлип-хлип-хлип… Охх… хлип-хлип-хлип-хлип… У меня нет работы, так что делайте ваши предложения.

— Это плохо — быть такой свободной! Если ты не модель! Ты всегда будешь бездельничать! Лентяйка, которая ест в одиночестве! Бездельница! Бездельница! Бездельница! Хе-хе! Одиночка! Одиночка! Одиночка! Хлип-хлип-хлип-хлип.

Эта парочка новаторски на ходу создавала новую песню, высмеивая Ами. В компании с Тайгой, зло хохочущей как верный подручный, Китамура даже схватил платок Ами, держа его как микрофон. Китамура, покачивая задницей, готовился к новой волне раздражающего смеха, когда…

— Ты так раздражаешь, что даже не заслуживаешь, чтобы тебя слышали! Идиот!

— Ай!!!

Ами выплеснула остатки своей воды со льдом в лицо Китамуре. На самом деле воды там было мало, главным образом лёд, так что намокли только его щёки и подбородок. Но всё равно холодно, верно? Лицо Китамуры побелело, он отчаянно пытался выловить кубики льда, попавшие под воротник.

Тайга пустым стаканом треснула Ами по голове…

— Если ты слышала нас с самого начала, почему делала вид, что не замечаешь? Дура!

— Больно!

Стакан тут же был выхвачен.

— Ох, я и так жутко занята в обеденное время, а вы, ребята, ещё добавляете мне работы! Пол намочили! Проклятье!

— Это всё Юсаку и мелкотигр!

— Ладно, ладно, не деритесь, сядьте! Ами, пересядь к ним, здесь мокро, мне нужно убрать! Поспеши. Эй, девушка, двигай задницей!

Режим трудолюбия Минори был втрое эффективнее обычного, так что она прогнала всех четверых шваброй, отправив за столик у окна. Заодно перетащила недоеденные спагетти и салат Ами.

— Позовите меня, когда решите, что будете заказывать! Я принесу вам огромную порцию жаркого!

Последнюю часть фразы Минори прошептала, выкладывая три меню на столик с нарисованными лебедями.

— Но я не хочу сидеть с ними?!

— Вот, посмотрите на это! Называется «Большое грибное ассорти»… Обжаренный с грибами рис, грибная котлета и спагетти с грибами! Тут очень мало калорий, так что может быть я смогу взять десерт…

— Намереваешься съесть десерт здесь? А ты не хочешь прогуляться в кафе у вокзала?

— Я-я хочу заказать что-нибудь горячее… Что-то, что согреет меня!… Я замёрз! Помираю!

— Может, рис с грибами?

— Не, этого не хочу.

— …Никто меня не слушает! Вот почему я ненавижу общаться с вами!

— Хмф! — Ами быстро прикончила спагетти, демонстрируя плохое настроение. Она отвернулась с выражением явного недовольства на прекрасном лице.

— Я возьму окономияки[✱]жареная лепёшка из смеси разнообразных ингредиентов с мясом и напиток. Кавасима, а почему ты сегодня одна? Нет работы?

Ами свирепо взглянула на Рюдзи, задавшего вопрос вполне серьёзно.

— Я… отдыхаю! Я тоже человек, могу я хоть иногда отдохнуть?!

— Почему ты такая нервная?…

— Да, так страшно. Тупая чихуахуа сегодня в плохом настроении?

— Это скорее её сволочная истинная личность, чем настроение.

— Заткнись! Вы, ребята, похоже, очень довольны собой, особенно вон тот блондинчик! Да кто угодно взбесится, если его всё время называют лентяем! Серьёзно… ну что плохого в том, чтобы в субботу перекусить в одиночку? Разве это преступление?!

Нет, нет, не преступление… Остальные сидящие за столом уткнулись в меню. Ами в раздражении скрестила ноги…

— Хмф!… Я всё ещё в старшей школе, как я могу быть профессионалом, если не буду нормально отдыхать? Я могу только учиться, готовиться к экзаменам и ходить в салон красоты или тренажёрный зал в свободное время. Раньше, до того, как я перевелась сюда, да, моя работа не была обычным позированием. Я снималась для обложек журналов, то и дело «Я снова буду сниматься на обложку?», у меня не было времени отдыхать… Да! Если бы не тот извращенец, из-за которого мне пришлось взять отпуск на целых два месяца, я и в этот месяц была бы на обложке! Как бы то ни было, Ами-тян ни разу не попала на обложку с тех пор! Что происходит?! Вы не считаете, что журналы с лицом Ами-тян будут отлично продаваться?! Твою мать… эти ублюдки, которые свысока смотрят на мои способности!

Похоже, от обвинений в лодырничестве сдетонировал фугас. Тайга, виновница этого, тихо сидела рядом с Рюдзи, не зная, что делать, и смотрела на до невозможности расстроенную Ами…

— Глупая чихуахуа… Ладно, угощу тебя прохладительным. Раз уж ты такая несчастная, что не можешь позволить себе напиток за двести восемьдесят иен…

Она состроила гримасу сожаления, прижав руки к своей плоской груди. Ами пронзительно вскрикнула, едва не взорвавшись от злости…

— Я пью воду не потому, что у меня нет денег на что-то ещё! Вода хорошо выводит токсины! Я пью воду, потому что забочусь о своём теле! Глупый мелкотигр! Ох, ты такая надоедливая! Ладно! Я позволю тебе угостить меня!

Ами сердито вскочила и потопала к стойке с напитками. Рюдзи увидел это и торопливо крикнул ей вслед…

— Эй! Сначала сделай заказ!

Помахав работающей Минори, они заказали «окономияки, жирные грибы с рисом в делом соусе, рис, запечённый с грибами… и четыре прохладительных». Заказ был принят.

Поскольку у них не было ничего ценного, на что кто-либо позарился бы, все четверо покинули свои места и собрались у стойки с напитками, словно овцы на водопое.

— Чем займёмся после обеда?

— М-м… Неловко это говорить, но я сбежал из дома без денег. Тех денег, что дала Ясуко-сан, хватит лишь на еду… Ох, холодно! Кофе, кофе!

— Тогда пойдём куда-нибудь, где тепло, не стоит торчать тут на глазах у Минорин. Где та штука, которой лёд кладут, вроде прищепки для белья?

— Ты имеешь в виду щипцы? Вот они, давай бокал, я положу тебе немного… Кавасима? А ты куда хотела бы пойти?

— М-м… Без калорий, это… а?! Почему ты и меня включаешь?!

— Ну, ты же сегодня свободна? По правде говоря, рядом с тобой Китамура-кун более энергичен. Хоть ты мне и не нравишься, я разрешаю тебе пойти с нами. Ты можешь как следует его подбодрить!

— Погоди, это совсем не то, что я думала… Юсаку стал более энергичным? И что самое главное, разве я не говорила вам, что не хочу связываться с ним? Вы, ребята, совсем игнорируете мои слова!

— Ты уже слишком плотно ввязалась в это дело, чтобы повернуть назад. Посмотри на это лицо, его губы совсем посинели от ледяной воды, что ты на него выплеснула…

— Я не хотела! Он сам напросился!

Эта четвёрка подняла и так не слабый шум в ресторане на новый уровень.

Главная задача сейчас — подбодрить Китамуру-куна. Тайга была готова на всё, чтобы добиться этого.

Она решила это, поедая голубое шоколадно-сырное буше. В четыре утра, незадолго до рассвета. Рюдзи думал так же, как она. «Мы должны очень постараться ради Китамуры!» Эти двое дали себе слово, набивая рот едой.

Но…

— Ну и как успехи в выполнении обещания?

— Он… Он выглядит очень энергичным… в некотором смысле…

— Ты тоже должна что-нибудь сделать, чтобы помочь…

— Могу сказать то же самое и про тебя…

Перед этой парочкой, сидевшей плечом к плечу на холодной скамейке, за зелёной заградительной сеткой общались двое друзей детства с мрачными лицами.

— Почему ты опять промахнулась! Как можно промахнуться по мячу на семидесяти километрах в час? Ами, ты вообще смотришь на мяч? Почему ты не можешь серьёзно отнестись к этому?! Почему ты боишься выложиться?! Когда это стало принято в Японии?!

— Я серьёзно отношусь к этому! Я же впервые в жизни взяла биту в руки, разве это не нормально, что я промахиваюсь? И это ты предложил это место, так почему я должна отбивать?! Сам отбивай!

— В зоне подачи все равны. Это правило всегда справедливо для зоны подачи! Потому что только отбивающий может войти в зону подачи! И отбить! В зоне подачи любой становится отбивающим! Эй! Смотри перед собой! Мяч летит! Смотри внимательно! Фокусируйся на нём! Э-эй! Если не будешь внимательна, он в тебя попадёт!

— А? По-по-по-по-по-по-по-подожди?!

Фьють! Размашистый удар биты просвистел мимо пятый раз подряд. Китамура, играющий роль тренера, высокомерно сидел у панели управления. — Что ты делаешь?! — Он закричал, взъерошил свои золотистые волосы и раздражённо затопал ногами…

— Я же сказал тебе сфокусироваться на мяче! Почему ты даже такую простую вещь сделать не можешь!

— Потому что ты меня отвлекаешь своими разговорами!

— Кусиэда тоже девушка, но она легко отбивает на ста сорока километрах в час!

— Минори всегда была бейсболисткой! Ай! Больно! Ой-ой-ой! Ты ударил меня битой?!

— Ты не можешь сфокусироваться, потому что всё время жалуешься! Подними голову, сейчас будет мяч! На этот раз ты должна сконцентрироваться и попасть по нему!

— Такасу-кун тоже это видел?! Этот тип ударил меня битой по заднице!

Да, видел. И не могу поверить, что есть ещё люди, которые в таком возрасте бьют других битой по заднице. Рюдзи подтверждающе кивнул, скрючившись на скамейке, обнимая колени. Старенький бейсбольный тренировочный центр с единственной зоной подачи примостился на краю поля для гольфа. То ли из-за отсутствия солнечного света, то ли из-за холодных бетонных стен, то ли из-за загрязнённого воздуха вокруг, но он чувствовал, что в этом тренировочном центре ещё холоднее, чем на улице. Скучающая Тайга сидела так же, обняв колени и громко шмыгая носом.

Когда Китамура предложил пойти в этот тренировочный центр, мы думали, что он хочет поднять себе настроение, потренировавшись, и чувствовали, что это вполне здраво и полезно. Пока мы добирались, всё было хорошо, но как только мы пришли сюда, Китамура немедленно зазвал Ами в зону подачи и устроил ролевую игру, выступая в качестве адского тренера. Хотя бодрый вид Китамуры внушал надежду, Рюдзи чувствовал, что дело идёт совсем не в направлении «здраво и полезно».

— Тебе не кажется, что Китамура стал другим человеком?

— Я чувствовала себя так же, когда ты учил меня жарить яичницу.

— Кто угодно взбесится, если его дом пытаются спалить дотла…

— О, глупая чихуахуа попала.

Бум! Раздался звук удара битой по мячу. Ами впервые в жизни научилась держать биту правильно. Но и звук, и траектория мяча были крайне дилетантскими. Мяч взмыл в небо и шлёпнулся в нескольких сантиметрах от бьющего.

— М-м… Слабенькое попадание. Ладно, поставлю зачёт! Теперь можешь отдохнуть.

— Почему он такой высокомерный?…

Наконец-то освобождённая Ами проползла через защитную ограду и вернулась во внешний мир, передав биту Тайге…

— Отлично, ты следующая жертва. Осторожнее, этот тип — натуральный болтун и извращенец. Ох… не хочу больше с ним связываться, никогда и ни за что.

— Кто следующий? Я сам тебя научу, давай! — Услышав голос адского тренера, Тайга нерешительно взглянула на Рюдзи.

— Давай, сделай его счастливым тренером.

— М-м… Ты прав. Ладно! Китамура-кун! Я следующая!

Тайга стащила шерстяной свитер, подвязала волосы и пролезла через ограждение, с удовольствием вступив в зону подачи. Наверно, она тоже впервые играла в бейсбол, но произвела впечатление, наклонившись к подающей машине и сделав пробный взмах. С закатанным левым рукавом платья она была похожа на самого Итиро Судзуки[✱]знаменитый японский бейсболист, играющий в США. Похоже, в мире родилась Тайга Судзуки.

— Отлично! Начнём с семидесяти километров в час! Начинаем, Айсака!

— М-м!

Ами уселась рядом с Рюдзи, разбирая свои слегка растрепавшиеся волосы. В тот же момент раздался хруст, бита Тайги вошла в прямой контакт с мячом. Мяч описал дугу, поразив цель недалеко от центра. — Ого! — Рюдзи невольно зааплодировал. — Действительно неплохо… — Ами заскучала ещё сильнее.

— Я попала? Вот так? Это не слишком просто? Китамура-кун, неплохо бы увеличить скорость.

Тайга покачивалась из стороны в сторону в развевающемся платье западного стиля, бросая вызов. Китамура смотрел на неё сияющими глазами…

— Неужели я нашёл негранёный бриллиант? О! Айсака! Почему бы такому гению, как ты, не вступить в софтбольный клуб?!

— Потому что я забросила спортивные клубы в средней школе. Я правильно держу?

— Дай посмотреть… Да, именно так! Ты действительно взяла биту правильно, без всякого опыта! Я в восторге от твоего удивительного таланта!

— Да не такая уж я замечательная. Минорин намного лучше.

— Хе-хе-хе.

Тайга смущенно улыбнулась, краснея. Похоже, это неплохо! Китамура тоже выглядит довольным. Счастлив ли он? Рюдзи тихонько наблюдал за ним, чтобы не промахнуться в интерпретации. Но неожиданно на тыльной стороне руки…

— Мне очень скучно, Такасу-кун. Здесь так холодно… Что скажешь, если мы вдвоём сходим куда-нибудь ещё, выпить чего-нибудь согревающего?

Жемчужные пальцы Ами пробежались по тыльной стороне руки Рюдзи, её влажные глаза смотрели прямо на него. Она быстро придвинулась, крепко обхватив его руку…

— Что думаешь?…

Ами склонила голову на сторону, её вишнёвые губы слегка надулись, коричневые глаза смотрели прямо на Рюдзи, почти утягивая его в другой мир. Разум Рюдзи моментально улетучился.

— Давай, пойдём.

— А, эй?…

Рюдзи не оттолкнул Ами и не выказал чувства неприязни, просто резко встал. Поразительно, но Ами издала изумлённый звук, подняв голову и с удивлением глядя на Рюдзи. Рюдзи жестом предложил ей подняться.

— Что, разве не ты просила меня пойти с тобой? Пошли, там есть автомат с соками.

— Почему я чувствую, что это совсем не так, как обычно?… Что ты замышляешь?

— Как грубо. Я не ты, я ничего не замышляю.

— Я никогда не интригую… ладно, проехали.

Ами посмотрела на Рюдзи и встала, сказав…

— Раз так, я тоже хочу кое-что сделать.

Она крепко обхватила руку Рюдзи, словно повиснув на нём.

— Эй… Осторожнее, что ты делаешь!

Лёгкий цветочный аромат духов коснулся его носа.

— Что такое? Ты уже теряешь контроль? Ты такой слабовольный?

Они были почти одного роста, так что лицо Ами почти касалось его шеи. Рюдзи не мог освободиться от её умелого захвата за локоть и запястье, и они склонились друг к другу как любовники.

— Мы ненадолго отойдём!

— Хорошо! Эй, Айсака, мяч будет на ста километрах в час!

— Ха! Правда?!…

Увлечённый Китамура не обратил внимания, но шокированная Тайга широко распахнула глаза, глядя на эту парочку, плотно прижавшуюся друг к другу. В результате она слишком поздно взмахнула битой, пропустив простую прямую подачу.

«Нет, это не то, что ты думаешь!» Рюдзи яростно тряхнул головой, пытаясь взглядом сказать всё Тайге. «Я исчезаю, так что ты остаёшься наедине с Китамурой. Хоть он и более энергичен рядом с Ами, похоже, он переходит на тёмную сторону. Так что я удаляюсь вместе с обычной опрометчивостью Ами, чтобы дать вам шанс». Но Ами, по-прежнему цепляясь за руку Рюдзи, радостно обернулась и показала Тайге язык.

— …!

Она совсем не двигалась! Тайга пропустила ещё две подачи, это была опасная ситуация. Огонь в глазах тренера Китамуры запылал ещё ярче.

— Хе-хе-хе, наконец-то мы-на-е-ди-не… Шучу.

Дойдя до общего офиса поля для гольфа и бейсбольного тренировочного центра, Ами немедленно отпустила руку Рюдзи и оттолкнула его. Рюдзи был не слишком удивлён — это обычная реакция Ами.

— Я уже примерно представляю, как ты действуешь. Пока рядом нет Тайги, прилипать ко мне совсем не так весело, верно? Ладно, посиди здесь, схожу куплю тебе сока.

— Сама куплю… Ох, это та-ак скучно.

Ами надела на своё прекрасное лицо скучающее выражение и резко развернулась перед Рюдзи. Глядя на её изящную спину, Рюдзи неожиданно захотел отомстить за все её шуточки.

— Да что ты такое говоришь? Буди честнее, ты же не можешь жить без меня.

— А?!

Рюдзи сделал вид, что собирается обнять её сзади. Это было притворство, но Ами немедленно отскочила и развернулась.

— Ты взвизгнула! Ты взвизгнула!

Рюдзи показал на удивлённую отпрыгнувшую Ами и расхохотался. Он чувствовал, что неплохо отомстил за всех, над кем шутили и смеялись! Ами разинула рот, её лицо покраснело от злости, наверно потому, что её разыграл кто-то вроде Рюдзи.

— Я так… зла! Сок! Ты сказал, что купишь мне напиток!

Ами стояла, расставив ноги, и указывала на древний автомат с бумажными стаканчиками. Сочетание цены 70 иен и древнего дизайна автомата выглядело юмористически.

— Да, да, какой ты хочешь?

— Медовый.

— …Точно? Все модели позволяют себе такие сладкие напитки?

— Да, позволяем! Не суй свой нос в дела, которые тебя не касаются! Серьёзно, ты всегда думаешь о таких мелочах!…

С кофе для Рюдзи и медовым напитком для Ами они уселись у стойки, в слегка украшенной секции для еды.

— Не будь такой сердитой.

— Разве я не сказала, чтобы ты не совал нос в чужие дела?! Не разговаривай со мной! И не смотри на меня!

Кажется, Ами на самом деле разозлилась. Поставив на стойку руку и подперев ей голову, она всем телом отвернулась от Рюдзи. Ами тянула свой напиток с кучей синтетических компонентов. Её спина и плечи источали лёгкий запах духов и дьявольскую ауру. Соответственно, и настроение Рюдзи начало портиться.

— А если я извинюсь? Это была просто шутка, как ты в шутку прилипла ко мне.

— Да я не на это злюсь… Неважно.

— Тогда на что ты злишься?

— Неважно, неважно… Есть много причин, которые не понять Такасу-куну.

Ами, обращаясь к стене, резко оборвала короткий разговор. Но…

— Много причин… Ты разочарована из-за проблем на работе, буйства Китамуры, злишься на мою шутку… Как-то так?

Рюдзи мысленно приготовился к тому, что его будут игнорировать, намереваясь продолжить разговор. Но Ами неожиданно мягко ответила, по-прежнему глядя на стену…

— …Нет, не так. Это не так просто.

Рюдзи словно что-то уловил. Он чувствовал, что в словах Ами есть глубокий смысл, но не мог найти способ, как заставить её этот смысл раскрыть. Похоже, это тоже было непросто, как и то, что сказала Ами.

— Кавасима, ты такая сложная девушка. Определённо, потребуется немало усилий, чтобы действительно понять всё о тебе.

— Если человек не готов прикладывать усилия, чтобы понять меня, он недостоин стать моей второй половиной. И… я стою этих усилий, верно?

Высокомерно высказавшись, Ами резко тряхнула волосами, наконец повернувшись и бросив на Рюдзи свой обычный холодный взгляд. Ну, это хотя бы лучше, чем пялиться в стенку. Рюдзи немного успокоился…

— Ты не единственная, кого сложно понять. Китамура сказал, что покрасил волосы из-за того, что не хочет быть президентом школьного совета. Кто будет ждать этого от него, если он станет хулиганом… Что думаешь? Он сказал правду?

— А?! — жемчужно-белые черты лица Ами наконец повернулись к Рюдзи…

— Вот-почему-я-говорю, неважно, правда это или нет, Юсаку надеется, что «кто-то»… Неважно, я сказала, что не буду вмешиваться в это, так что ты не должен рассказывать мне такие вещи. Я чувствую себя дурой, просто оказавшись рядом с Юсаку.

В этот момент на другой стороне, в тренировочном центре, внезапно завыла сирена.

— Что?!

— Ч-что происходит?!

Учебная тревога? А может, настоящий пожар? Рюдзи и Ами вскочили, но служащие за стойкой остались равнодушными, словно ничего не случилось. Женщина средних лет с толстым слоем косметики на лице тащила за собой что-то огромное.

— Поздравляем!!!

— Поздравляем с попаданием!!!

— Кто попал?

Под аплодисменты служащих…

— Это она! Она замечательная, правда?! И она всего лишь новичок!

Донельзя счастливый тренер широко ухмылялся, показывая на негранёный бриллиант, Тайгу. Та была несколько сконфужена, но смеялась вместе с ним, стоя среди аплодисментов и обнимая огромного плюшевого зверя, которого сунула ей в руки женщина средних лет. На ленте, обвивающей шею этого зверя, красовалась надпись «Поздравления выбившему хоумран!». Рюдзи направился к Тайге, пытаясь выяснить, что произошло…

— И что ты опять натворила?

— Ничего… Похоже, я во что-то попала. Я махнула битой, и мяч попал в центр мишени, зазвучала сирена, и началось всё это…

— Что значит «началось всё это»? Разве это не здорово?! Айсака действительно талантлива! Ты полная противоположность Ами! Хоумран, это великолепно!

— Честно говоря, такой талант мне совсем не нужен.

Ами взглянула на возбуждённого Китамуру, допивая свой напиток. Тайга сунула плюшевого зверя Китамуре, — …Хочешь забрать его? — Китамура радостно принял.

Рюдзи спросил женщину средних лет с толстым слоем косметики на лице…

— Хоумран — это такая редкость?

— Невероятно. Это случается раз или два в месяц.

— Понимаю…

— У тебя глаза как у зверя. Эй, взгляните, у этого парня глаза как у зверя!

— Да, верно.

— Ох-х…

— Дайте посмотреть, у кого?

— Зверя? Змеи! У него глаза змеи! — Это стоит того, если Китамура счастлив. Рюдзи стойко терпел внимание массы женщин среднего возраста, окруживших его.

Солнце склонилось к западу. Соответственно, и ветер стал холоднее.

Скоро пора будет домой. Когда трое уже собрались двинуться к дому Такасу, помахав на прощание Ами…

— О! Какое совпадение!

— Ага, совпадение.

К ним направлялась Ясуко с не накрашенным лицом. После освежающего сна её кожа вернула свою юношескую красоту. Ясуко, закончившая делать покупки, тащила по пакету из магазина косметики в каждой руке. Одежда её на этот раз была чуть получше физкультурной формы Рюдзи. Увидев Ами, Ясуко сказала…

— О, у Рю-тяна стала на одного друга больше! Кажется, я уже видела тебя? Давно это было! О, хорошо, что я купила четыре пудинга. Пошли, пообедаешь с нами. Я-тян уже взрослая, может и без пудинга обойтись!

— Да, давно было. Но мне пора домой, так что всем пока.

Ами включила свою милую манеру поведения, пытаясь уклониться от предложения и отправиться домой. Но…

— Рю-тян! Останови её! Я-тян нужны помощники!

— Ха? Для чего?

— Просто останови её немедленно!

На редкость взволнованная Ясуко шептала свои инструкции Рюдзи. Как сын с комплексом матери может не подчиниться? Он быстро догнал Ами. — А? Почему я должна идти к тебе домой? — Рюдзи отбивался от её вопросов простым «Ладно, ладно, просто пойдём и съедим по пудингу», успешно таща её домой вместе с остальными. Но даже он не знал настоящей причины, зачем это надо.

И тогда…

— Уф-уф-уф-уф…

Прикончив пудинги, которые Ясуко выложила на маленький столик, все наконец поняли, что стоит за её действиями. Рюдзи, Тайга, Ами и Китамура удивлённо распахнули глаза, глядя на неё.

Тренировочные штаны Ясуко были закатаны до колен, поверх футболки надет старый фартук, на руках зачем-то резиновые перчатки. В руках же…

— Рю-тян! Давай! Держи Китамуру!

— Ой… Ой!

…чёрная коробочка с надписью «Подходит для любого цвета! Сделает ваши волосы по-настоящему чёрными! Сильнейший восстановитель цвета волос ДЛЯ МУЖЧИН!». Рюдзи наконец понял, в чём дело. В тот же момент Китамура почуял угрозу и взвился как жеребец.

— Тайга! Хватай его!

— А?! Ой, ой!

— Кавасима! Заходи сбоку, не пускай его к двери!

— Ох… Так что всё это значит? Ладно, ладно…

Рюдзи сзади схватил Китамуру за руки, Тайга спереди — за ноги, не давая ему двигаться, почти подняв над полом.

— Погоди, вот так, погоди, погоди, погоди… Ай!…

— Что ты так нервничаешь, идиот? Держите его!

Конечно, Китамура в это время ещё и орал…

— Пре-да-тель! Такасу, ты мне соврал! Ясуко-сан, разве вы не на моей стороне?

— Да. Извини. Конечно, Я-тян хочет, чтобы Китамура и Рю-тян всегда оставались друзьями. Но я позвонила твоему отцу, и он был очень зол. Так что Я-тян думает, что тебе лучше вернуться в нормальный вид, прежде чем идти домой.

— Чёрт, вы даже с родителями связались… Неважно, насколько юной вы выглядите, вы всё равно родитель!

— Рю-тян, держи его как следует. Ами-тян, иди, помоги мне.

Ясуко передала коробку Ами, выдавив немного краски на щётку, и плотно зафиксировала лицо Китамуры. Ами вцепилась ему в уши, помогая удерживать голову.

— Ох… Какая короткая эра светлых волос. Юсаку, просто прими свою судьбу.

— Я не хочу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Упрямый Китамура отчаянно тряхнул головой, заставив Ясуко и Ами отпустить её, мучительно крича.

— Ай!

— Ой!

Китамура выбил инструменты из их рук, и краска полетела на Ясуко и Ами.

— Ай! Плохо! В душ, быстрее! Смой её! Если не смоешь, сама в чёрный цвет окрасишься!

— Ой! Попало! Глаза щиплет!

— Больно! В глаза попало! Воняет! Если сейчас же не смоем, будет паршиво!

В этот момент происходящее напоминало ад. Рюдзи горестно стенал. Татами, пол, стены, потолок… И самое главное, тело! Он отпустил Китамуру, пытаясь пальцами стереть краску, забрызгавшую двух причитающих девушек, и отправив их в ванную сразу, как только они смогли открыть глаза. Оттуда послышались звуки срываемой одежды и льющейся воды.

— Вот почему я говорил, чтобы меня не трогали!…

Рюдзи был зол до невозможности.

— Что ты сказал?!

Услышав слова Китамуры, он даже забыл вымыть руки и развернулся с крайне злым выражением лица, словно намереваясь сказать «Что ты сказал? Ты, наглый белобрысый хулиган!», и он хотел это сказать.

Мои татами… Нет, что это за позиция? Ясуко сделала это, потому что Китамура пришёл в мой дом. Ублюдок, он ещё смеет говорить что-то подобное после того, как устроил остальным столько проблем?

— Мерзавец, что ты пытаешься сделать? Ты сбежал из своего дома в мой дом и ещё хочешь, чтобы мы оставили тебя в покое? Что это за отношение, ведь понятно, что все беспокоятся за тебя? Топай в свой дом и пусть твой злой папаша розгами приводит тебя в чувство!

— Я-я и без твоих слов отправляюсь домой! Такасу — предатель! А я думал, что тебе можно доверять!

— Не твоё дело! Такой негодяй, как ты, даже не знает, как все о нём беспокоятся! Не хочу иметь с тобой дело!

— О, и я тоже!

— Ну и отлично!

Китамура добрёл до двери, потом вернулся за ненадолго забытым призом за хоумран, плюшевым зверем, и яростно хлопнул дверью, уходя.

— Идиот, идиот, идиот!!! Не буду больше о нём тревожиться!

Крикнул Рюдзи в закрытую дверь.

— …!

Тайга упала у ног Рюдзи, с рукой, протянутой к удаляющейся фигуре, глядя на исчезающую иллюзию. Но она могла лишь очень жалобно потрясти пальцем.

***

— Вот почему я говорила это с самого начала. Будешь дураком, если всерьёз отнесёшься к этому типу. О, вкусно. Я правильно сделала, что заказала это, в конце концов!

— Можешь и десерт заказать. Я правда извиняюсь, Ами-тян. Это Я-тян виновата, что втянула тебя во всё это… Глаза не болят? Я правда извиняюсь, что твоя одежда запачкалась…

— Да всё нормально. Хорошо, что я сразу вымылась, так что ни лицо, ни тело, ни волосы не пострадали. А одёжки и так были чёрными, так что надо просто от запаха избавиться.

— Не забудь спросить компенсацию за чистку с Я-тян.

— Да всё хорошо. Достаточно того, что вы меня накормили! Я действительно счастлива сегодня, что все меня угощают!

Ами улыбалась, пребывая в режиме милой девушки. Её волосы уже высохли. Она надела то, что Тайга ночью использовала как пижаму — футболку и тренировочные штаны. Её же вещи пошли в мешок для стирки. Тайга, сидящая рядом с ней, сосредоточенно наматывала спагетти на вилку.

После того, как волосы Ясуко и Ами высохли, все четверо пошли ужинать в итальянский ресторан у станции. Ясуко настаивала, что сама расплатится в знак извинения за хлопоты Ами.

— Кавасима, поесть здесь действительно здорово?

— Да, а почему ты спрашиваешь? Здесь вкусно готовят, мне нравится.

— Не понимаю… Разве ты не ела спагетти на обед?…

— Да. Разве итальянцы не едят спагетти на завтрак, обед и ужин? Ох, Такасу-кун, ты думаешь, что я действительно пустоголовая? Значит, ты правильно меня понимаешь! Обо мне всегда так говорят! И Айсака-сан тоже понимает правильно!

— Хе-хе. — Долгожданные жеманные манеры Ами наконец прорезались, когда она посмотрела на Тайгу, лучезарно улыбаясь. Тайга никак не отреагировала, полностью игнорируя повернувшуюся к ней Ами и продолжая играть своими спагетти. Ясуко сказала Тайге…

— Тайга-тян… Это Я-тян виновата, что Китамура разозлился… Извини…

Тайга немедленно вскинула голову…

— Угу… Нет, я не злюсь на Я-тян! Я тоже помогала держать Китамуру. Должно быть, он злится на меня…

Тайга тряхнула головой, но в её голосе явно не хватало её характерной силы воли. Может, она расстроилась, подумав, что Китамура на неё разозлился? Она тихо сидела рядом с Ами, похоже, ей не хватало сил даже на то, чтобы донести спагетти до рта. Но если об этом спросить Рюдзи, он мог бы сказать, что Тайге незачем расстраиваться из-за Китамуры и что им лучше оставить его в покое. Это было единственное, что они могли сейчас сделать. Насколько нормальным может быть парень, который явился в таком жалком виде, нуждаясь в сочувствии, да ещё и кричит «не трогайте меня»?

— И что тут плохого? Мы уже убедились, что Китамура именно таков, как о нём говорит Кавасима.

— Ох… — Ясуко взглянула на сына, загрузившего в рот большую порцию спагетти…

— Рю-тян, ты не должен злиться на Китамуру. Ты не должен говорить так, когда на самом деле беспокоишься о нём. Слышишь меня? И мы должны быть счастливы, что такая милая гостья, как Ами, ужинает с нами сегодня! Ладно, ладно, улыбнись!

— Ясуко-сан! Такасу-кун не может быть счастлив, потому что я здесь!

— А-а? Вот как? Это странно, но Ами-тян такая милая.

— Потому что у Такасу-куна уже есть «это»!

Кхе! Самое время, чтобы в глотку Рюдзи попал соус чили. О чём она говорит? Он действительно хотел выяснить, но безостановочно кашлял. Ясуко в замешательстве подняла голову…

— Это?

Кхе, кхе! Теперь поперхнулась Тайга. Она была шокирована, потому что рука Ясуко указала прямо на неё. На лице появилась гримаса крайнего отвращения, их действия зеркально повторяли друг друга. О чём именно думает Ами? Та продолжила с ангельской улыбкой на лице…

— Нет, не то, кое-кто другой!

— Ха! Это не Тайга-тян?! Хнык! Я-тян всё время надеялась, что Тайга-тян станет невестой Рюдзи и членом нашей семьи!

— Ч-что ты такое говоришь… Кхе, кхе! Кавасима! Что за чушь ты несёшь?!

— О, Такасу-кун не хочет, чтобы родители знали о подобных вещах? Как бы ты ни скрывал это, члены семьи всё равно узнают, что ты выйдешь на следующий уровень не с Айсакой-сан, а с другим человеком. Но всё хорошо, Ясуко-сан! Если вы хотите, чтобы Айсака-сан стала членом вашей семьи, вы просто должны удочерить её, поскольку в семье Айсака нет понятия кровного родства.

— А, это тоже вариант! Но Я-тян не знает, что за человек мать Тайги-тян…

— Вы обе чересчур разболтались! Держите себя в руках! Несёте всякую чушь, как сейчас!

Рюдзи не выдержал и оборвал их разговор. Этот разговор людей, не представляющих себе положение Тайги, был слишком близок к её сердечной ране.

— Рюдзи, самый болтливый здесь ты.

Но выражение Тайги совсем не изменилось. Она лишь тряхнула волосами…

— Я не хочу, чтобы Рюдзи или кто-то ещё вмешивался в мою жизнь. Я не против, чтобы так продолжалось, потому что я могу жить одна. Я могу брать деньги, когда они мне нужны, я умею мыть посуду, я даже знаю, как жарить яичницу. У меня нет никаких проблем, когда я живу одна, и я вообще не боюсь будущего!

Знаешь, как жарить… яичницу?… Рюдзи неожиданно захотел опровергнуть её заявление, но…

— Лживая девица! Как прискорбно!

— Не видать тебе счастья, потому что меня совершенно не волнует, что думает глупая чихуахуа.

Тайга не поддалась на провокацию Ами и продолжала лопать спагетти. Рюдзи неожиданно задумался. В ответ на провокацию Ами она лишь сказала, что готова жить одна, так? Действительно ли она хочет жить вместе с Китамурой? Но на лице Тайги не было никаких признаков сомнения при словах «жить одной», наверно, она действительно так чувствует. У Рюдзи впервые возникли мимолётные подозрения.

Тайга, которую он себе представляет, и настоящая Тайга — это две большие разницы? Насчёт «не могу понять других» Рюдзи и Тайга были весьма схожи. Может, дистанция между ними не так мала, как им кажется? И их слова — лишь слабое отражение правды?

Рюдзи слушал раздражающее бормотание Ами.

— Хмф. Ты действительно думаешь, что сможешь хорошо жить одна? Я поначалу думала, что именно ты не сможешь простить Юсаку, что именно ты сильнее всех злишься на его действия…

В итоге Ами оставалась вместе со всеми почти целый день. Отправив её домой, семья Такасу и Тайга отправились к дому вместе, с Ясуко во главе.

— Рюдзи.

Тайга заговорила, шагая в ногу с Рюдзи.

— Глупая чихуахуа намекала на Минорин, да? Так я и думала… Минорин любит всякие ужастики и заявляет «ненавижу ужастики»?

— Да, я помню.

— А Китамура сказал, что не хочет быть президентом школьного совета? Может, это намёк на то, что на самом деле он хочет быть президентом?

Рюдзи хотел было сказать «Не хочу больше связываться с Китамурой», но промолчал.

Китамура упоминал об этом. И перед тем, как он это сказал, что-то произошло между ним и президентом школьного совета… и он не сказал мне правду, сколько бы я его ни спрашивал. Хотя Рюдзи уже устал заботиться об этом парне, он всё равно беспокоился, что с ним может что-то случиться.

— Может быть это шанс…

— Раз уж дело дошло до этого, других вариантов нет, так что…

— Мы должны сделать его президентом школьного совета.

Рюдзи неожиданно пришла в голову ужасная идея.

Завтра было воскресенье, так что времени на подготовку достаточно.