Том 7    
Глава 2. Скитающийся Зверь и Вне Клетки. Dead_Girl


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 213.87.101.90:
Кажется теперь я понимаю отчего так не любят ранобе.
Идиотизм ситуации просто ...
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 77.34.95.158:
Спасибо за перевод! Буду с нетерпением ждать продолжения)
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 188.187.0.44:
Помолился Фре
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 77.240.161.1:
внимание вопрос... есть ли в этом томе Акселератор?
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 95.105.26.4:
Если почти переведенный анонами 19 том, если кто тут захочет добить - выложу.
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 179.43.147.86:
Помолился Аксюше.
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 95.55.233.209:
С ними можно какнибудь связаться?
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 46.30.167.143:
А сколько вообще людей переводят индекс?
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 109.110.67.62:
Помолился маленькой фее
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 5.166.221.94:
Пропустили "английскую арку"
Биф ор фиш?
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 81.163.167.182:
Я один не вижу первую главу??
Kyono
6 л.
Покаялся.
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 212.87.168.32:
'''Tayon''', "поддался TEAM" - Это отдельный участник TEAM... А поддался, значит согласился переводить...основную серию.
vorfeed
6 л.
Перевод идет также нестандартно как хронология DMC или MGS...
Anon
6 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 81.163.167.182:
как скоро будет перевод? И будете ли вы делать перевод первых томов НЗ?

Глава 2. Скитающийся Зверь и Вне Клетки. Dead_Girl

Часть 1

Откровенно говоря, он не мог сказать, что это не раздражало его.

Цучимикадо Мотохару был магом, заслужившим звание эксперта в Оммё в очень раннем возрасте. Считается, что магия служит для тех бездарностей, кто хочет потягаться с одарёнными людьми. По этой причине он не слишком любил подобные ярлыки, но "гений" здесь было подходящим словом. Настолько он был хорош.

А затем ему дали задание проникнуть в Академгород.

Он должен был проникнуть туда в качестве учащегося, так что ему предстояло пройти процедуру развития эсперских сил. Не требовалось даже читать записи об инциденте с Шерри Кромвель и Эллис Вэрриор, чтобы знать о том, что эсперы не могли применять магию.

Проще говоря, англиканская церковь просила его отказаться от магии.

Он был удивлён тем, что выбрали его, и был зол на высшие чины, избравшие его. Если бы это было продиктовано чувством обеспокоенности кого-то вышестоящего из-за его навыков, то он бы просто рассмеялся и покинул организацию. А вот то, что именно он лучше всего подходил для подобной миссии, смешным не было.

И если бы Цучимикадо Мотохару тогда отказался, равновесие между научной и магической сторонами давно бы рухнуло.

Что-то выше его понимания заставило его принять такое решение.

— Если тебе предстоит играть роль учащегося, то тебе необходимы и все соответствующие отношения.

Той, кто сказал это и пожал плечами, похоже, была Бишу.

— Иначе говоря — семья.

Цучимикадо Мотохару, Цучимикадо Бишу и Цучимикадо Тодзу.

Двое последних не должны были проникать в город. Они просто взяли эти фамилии, чтобы играть роль его семьи вне Академгорода. Но для этого им пришлось отказаться от своих настоящих фамилий — Урабэ и Асия, что не доставляло им удовольствия.

Цокнув языком, Цучимикадо Мотохару ответил: "Эту фальшивку раскроют за полдня".

— Тогда как насчёт того, чтобы смешать ложь и правду? — тут же ответила Бишу.

Подобное решение лежало на поверхности, но она, естественно, подготовилась заранее.

— После прибытия в Японию обойди интернаты. Выбери... маленькую девочку и добавь к нашей "семье". Это должна быть девочка, которая ничего не знает ни о научной, ни о магической стороне. Её существование наверняка смутит аналитиков разведывательного управления Академгорода. Они могут посчитать тебя врагом, но в то же время они явно решат, что делать такое слишком иррационально для врага.

Это было не самым воодушевляющим предложением.

Ему приказали впутать во всё ещё и невинную девочку.

— Это может помочь, но это всё равно не продлится дольше трёх дней. Не вижу смысла.

— Трёх дней более чем достаточно, чтобы перевернуть мир, — сказала Бишу. — Проникни в город и покажи какие-нибудь результаты, до того как разведывательное управление выйдет на тебя. Если сможешь стать незаметным для них, то сможешь выстоять, если тебя попытаются раскусить.

Таковы были дела.

Семья, скреплённая ложью без намёка на любовь.

Критерий, по которому Цучимикадо Мотохару выбрал девочку, был прост: по некоторым обстоятельствам её данные было легко подделать. Не более того.

Итак...

Цучимикадо Мотохару, следуя до Академгорода вместе с девочкой, сказал ей одну вещь: "Если ты не будешь задавать вопросов, какие обстоятельства бы не сложились, я дам тебе всё, что угодно".

Это было что-то вроде договора между ними.

Это был его, как профессионала, способ извиниться перед посторонним, которого впутали во всё это.

Девочка, конечно же, не понимала ситуации и склонила голову в недоумении.

— Ты сделаешь всё для меня?

— В определённых пределах.

— Но...

Девочка улыбнулась, продолжая тихо говорить.

— Если у меня есть такая возможность, то её стоит передать тому, кто в этом действительно нуждается.

— ...

Он не ожидал такого ответа.

Цучимикадо Мотохару отказался от того себя, что был магом. И такого ответа было достаточно, чтобы аккуратно разбудить нечто, что только начало зарождаться в нём.

Часть 2

Диазинон Инсектицид — Токсично.

Это было напечатано крупным шрифтом на боку автоцистерны. Водительская дверь открылась, и Фуган Рюдзо спрыгнул на асфальт. Он бросил несколько монеток в торговый автомат, стоящий на тротуаре, и пару раз вдавил кнопку зелёного чая. Внутри его грузовика был небольшой холодильник, как в гостиницах, но напитки уже закончились.

Тихий электронный сигнал послышался из кармана его рабочей формы.

Он поставил разные сигналы вызова для деловых и личных контактов, и в этот раз вызов был по делу. Он вытащил свой телефон с недовольной гримасой. Ещё больше морщин появилось на лице, как только он увидел, что всё ещё более нелепо, чем он ожидал.

В электронном письме ничего не было написано открытым текстом, однако список невозможных "товаров" скрывался за метафорами и шифрами.

— Авто-зарядная мортира? О чём они думают? Они собираются установить её на спасательного робота, чтобы вызвать какие-нибудь беспорядки?

Фуган не был продавцом оружия.

Он был не более чем конструктором. Шла ли речь о безопасном устройстве или нет, он мог нарисовать чертежи заказчику и отослать их через интернет. Благодаря распространившимся в последнее время сервисам частных видео защита от копирования и средства удаления просроченных файлов стали крайне доступными. У него не возникало проблем с доставкой данных, и одновременно он контролировал случайное распространение информации.

По пути к автоцистерне, держа в руках кучу бутылок, Фуган раздумывал над тем, брать эту работу или нет. Его начальное мнение было восемь против двух. У такой работы не было установленной расценки, но предложенная сумма заставляла задуматься. И не из-за того, что она была маленькой. Она была слишком большой. Это был или новичок, ничего не знающий о таком бизнесе, или же оперативник Анти-Навыка.

(Ну, важно доверять первому впечатлению. Я только что закончил основную работу, поэтому мне не стоит рисковать. В подобном деле не получится выжить, если не доверять своему чутью.)

Думая об этом, он открыл дверь грузовика, чтобы положить бутылки.

Но вдруг...

Кто-то пнул дверь, зажимая Фугана Рюдзо.

— Кх... Бха?!

Всё тело Фугана содрогнулось, словно его укусил динозавр. Это было настолько больно, что было удивительно, что он не начал кашлять кровью. У него могло быть сломано несколько рёбер, но напавшего это не волновало. Руки Фугана были заведены за спину и закованы в наручники. Нападавший схватил его за одежду, крутанул на сто восемьдесят градусов и толкнул на спинку водительского сидения.

Тем, кто напал, был парень с короткими коричневыми волосами, носивший очки с тонкими линзами.

Это был Цучимикадо Мотохару.

— Ха... Ха... Зачем?...

— А как ты думаешь? — спросил Цучимикадо вполголоса. — Почему, по-твоему, продавец оружия вроде тебя сейчас подвергся нападению?

— ...

На мгновение нападавший бросил взгляд куда-то ещё. Фугану нужно было как можно больше информации, так что он попытался проследить за его взглядом, пока парень держал его за воротник. Внутри полуоткрытой двери грузовика был маленький экран автомобильной навигационной системы. У него была функция 1SEG, и он мог транслировать новости.

Фуган видел лишь одну возможную связь.

Последние новости о пожаре, представленном как обычный несчастный случай.

— Подожди! Пожалуйста, подожди! Я не имею к этому отношения. Я только продал чертежи. Только так я могу проложить свой путь в подполье этого города, не замарав рук. Ты ведь не думаешь, что я сделал бы что-то, что разозлило тебя?

— Хочешь сказать, ты не знаешь, где или кем было сделано оружие по твоим чертежам?

Цучимикадо слегка улыбнулся.

Вот только глаза его не улыбались.

— Лжец.

— ...

— Ты боишься, что чертежи опасного оружия распространятся, поэтому пользуешься форматом сетевых сервисов. Я сомневаюсь, что кто-то вроде тебя перестал бы отслеживать их. Ты контролируешь их. Ты проверяешь, чтобы всё это использовалась только так, как было обусловлено в заказе.

— Я-я не делаю этого. Ты просто шантажируешь. Какие у тебя есть доказатель-...

Фуган Рюдзо замолчал.

Это произошло потому, что Цучимикадо внезапно отпустил его воротник. Фуган упал в положение сидя и закашлялся.

И тут он увидел это.

Парень в дорогом пиджаке вытащил коробку с инструментами с пола с пассажирской стороны.

— П-подожди...

— Ты думаешь, что здесь полицейская комната для допросов, где тебе подадут кацудон? Или ждёшь, что я достану улики, запечатанные в пластиковые пакеты?

— Стой! Почему ты достаёшь ключи и монтировки?

— С другой стороны, снимать всё, как они делают в комнате для допросов, не самая плохая идея. Или может даже лучше начать прямую трансляцию? По мне не скажешь, но я знаю, как устроить шоу "отсеки плавник у синего тунца". Я могу показать тебе твоё ещё бьющееся сердце, пока ты ещё дышишь. Знаешь, как трудно извлечь сердце без анестезии?

— ...?!

Фуган чуть не вскрикнул от ужаса, но зажал рот рукой. Цучимикадо решил начать с его мизинца.

— Гх... Гха! Я-я понял... Погоди, стой!!

Затем в дело пошёл безымянный палец.

А потом Цучимикадо потянулся за пухлым среднем пальцем мужчины.

— Стой! Стой! Я скажу...

На самом деле, у Цучимикадо не было времени, чтобы медленно его пытать. Если посторонний бы увидел это и вызывал Анти-Навык, всё было бы кончено. И этот гнилой продавец оружия, имевший дело с тёмной стороной, никогда бы не начал говорить, если бы Цучимикадо просто начал избивать его.

Не всякая боль одинакова.

Некоторые куда ужаснее, чем остальные.

Насколько может напугать единичное применение насилия? В этом случае подготовка была важна. Это как охота на ведьм, где профи выставляют на стол коллекцию проржавевших инструментов с пугающими пятнами на них. Даже если их не пускать в ход, они весьма полезны.

Цучимикадо Мотохару был не только членом научной стороны как житель Академгорода.

Он был также членом магической стороны как эксперт от англиканской церкви, специализировавшейся на инквизиции.

— Я скажу. Я всё скажу. С чего мне начинать?

Как только дрожь Фугана начала перерастать в конвульсии, Цучимикадо схватил его за воротник и впечатал в бок цистерны.

Он медленно произнёс прямо в ухо мужчины.

— Если нас кто-то увидит и помешает, я тебя убью. Поэтому постарайся рассказать мне всё, прежде чем это случится, хорошо?

— ...Я облажался в своё время, — сплюнул Фуган. — Для меня неправильно было иметь что-то вроде чувства справедливости находясь на самом дне. Я мельком увидел то, что видеть не должен был.

— Что именно?

— Погоди...

Фуган Рюдзо покачал головой, пока Цучимикадо держал его за ворот.

— Пожалуйста, пожалуйста. Я знаю, что это кто-то опасный. Я не хочу стать их врагом. Я и так уже хожу по краю! Я считаю, что то, что случилось с твоей подругой было ужасно, но я не хочу умирать здесь с тобой!

— ...

— Я был не в состоянии отследить их! Я принимал участие во многих опасных инцидентах, но это в первый раз, когда я полностью потерял след. Я не знаю, кто это, но я знаю, что они опасны. Это был знак, что я не должен искать дальше. Я не хочу, чтобы такой монстр обратил на меня внимание! Пожалуйста, поверь мне! Я действительно ничего больше не знаю!

— Я вижу. Что ж, хорошо.

— Что ты...? — начал Фуган, прежде чем осесть.

Отпустив воротник мужчины, Цучимикадо достал его рабочий телефон, набирая что-то большим пальцем.

— Я слышал, что ты один из лучших продавцов оружия в городе. Наверняка скопил много денег.

— Я главный конструктор. Просто так получается, что большинство заказов, которые я получаю, связаны с оружием.

— Хорошо придумано, — Цучимикадо стукнул кулаком по цистерне.

— Неразведённый инсектицид. С таким предупреждением даже Анти-Навык не решится открывать цистерну, остановив на КПП или для проверки. И даже если откроют, то запах отпугнёт их. Никто не полезет дальше. И угонщики не позарятся на такой грузовик. Золотые слитки весят достаточно, так что продавцу оружия, не доверяющему сетевым банкам, потребуется сейф на колёсах во время его сделок.

Прокомментировав это, Цучимикадо бросил телефон обратно Фугану. Руки мужчины были скованы за спиной наручниками, так что он не смог поймать его. Но стоило телефону упасть на землю и открыться, как у мужчины округлились глаза.

— Я объявил, что ты сдаёшься, и раскрыл секрет твоего хранилища. Эти гиены прибудут сюда минут через пять-десять.

— А... а...

— Раз уж ты не даёшь мне информацию, то я попробую спросить у кого-нибудь ещё. Это примерно семь миллиардов йен в конце концов. Я почти уверен, что кто-то поважнее присоединится к гиенам. А я прослежу за ними.

— А... Ааа!... Аааааааааааааааааа!!!

Фуган закричал и сел на задницу.

Но прежде, чем предательская атака с помощью оружия, скрытого в ботинке, достигла его, Цучимикадо схватил мужчину и бросил на тротуар.

— Гх... Гха?!

— Я не убью тебя здесь. Так было бы проще, но не буду. Знаешь, почему? — медленно спросил Цучимикадо, опускаясь рядом на корточки. Его холодный взгляд был различим даже за линзами очков, — Потому что так будет эффективнее. Наблюдать за тем, как искалеченное травоядное пожирает стая гиен, будет весьма неприятно. Рекомендую тебе спрятаться где-нибудь и переждать бурю.

Фуган Рюдзо лежал на тротуаре и тяжело дышал, а Цучимикадо без жалости буквально топтал его правое колено.

Он услышал сухой треск смещённого сустава и крик.

— Агх... Агха... Агхаяяя?!

— Это то, что ты, кусок дерьма, заслужил. По твоим чертежам сделали оружие, убившее мою сестрёнку. И ты не можешь сказать, что не был причастен к этому.

— Чёрт! Будь ты проклят! Я всё ещё в наручниках. Как я должен бежать с такой ногой?

— Не спрашивай меня. Если гиены найдут тебя — тебе конец. Ползи. Это как раз для тебя.

Цучимикадо направился к задней части автоцистерны, игнорируя конструктора, который корчился на земле.

Фуган ничего не мог сделать с раздробленным коленом и руками в наручниках.

Несмотря на тяжёлое дыхание, он громко спросил: "О... Что? Что ты ищешь, ради чего готов зайти так далеко?"

Не оборачиваясь, парень в пиджаке сказал: "Проект Agitate Halation".

Всё изменилось, когда он принял в этом участие.

В этом случае личность человека, бросившего его сестру в море пламени, должна была быть связана с этим проектом.

Часть 3

Учебные учреждения часто создавались на основе государственного финансирования. Вот почему все эти некоммерческие образования не исчезали с течением времени.

Например, библиотеки.

В отличие от средних и старших школ, младшим (в основном) не требовалось волноваться о подготовке к экзаменам. Поэтому в библиотеках при них не было специальных мест для самообучения. Некоторые могут задаться вопросом, в чём же тогда был смысл постройки, но если посмотреть на это ещё раз, то это скорее напоминало детский сад.

— Ня, ня! Санта-Клаус точно, точно существует! Ня!

— Не будь дурой. Санты точно нет!

Несмотря на то, что эта громкая, вносящая хаос перепалка раздавалась тут и там в библиотеке продлёнки, молодая библиотекарша даже не пыталась их остановить. Даже если библиотека должна была быть местом порядка и тишины, у неё было чувство, что так будет лучше, чем если бы была тишина, потому что больше никто не читал. Поблизости был институт основного обучения, совмещавший музей, библиотеку и прочее. Поэтому библиотеке нужно было идти на компромисс, чтобы выжить.

Голубоглазая и светловолосая девочка из начальной школы, находящаяся в центре этого спора, была Фремией Сейвелун. У её класса был спор по поводу реальности Санты. Класс разделился на "он есть" (в основном девочки) и "его нет" (в основном мальчики), и спор уже почти перерос в драку. Каждый раз, когда Фремия шла куда-то, брелок в виде белого жука-носорога на её рюкзаке покачивался из стороны в сторону.

Такой спор не принесёт ничего, кроме печали, поэтому самая умная девочка в классе (в очках) предложила завершить его. Она предложила пойти в библиотеку, чтобы проверить, кто был прав.

И вот...

— Ня! Видите, прямо здесь написано! Во-первых, Санта Клаус существует!

— Ты дура. Это просто книга с картинкам! Японское небо защищено радарами. Если бы сани летали по небу, то об этом давно знали!

— Ня! Во-первых, что такое радар?

— Не знаю, но радар — это радар!

Но тут умная девочка (в очках) нашла книгу, в которой был упомянут НОРАД, известный своей системой противовоздушной обороны, которую можно было использовать, чтобы отслеживать Санту со спутников и радаров. Все запутались ещё сильнее.

Некоторые из мальчиков, уставшие от спора, решили спросить у молодой библиотекарши (с большой грудью). Она пыталась читать научно-фантастический роман (который принесла из дома), но в нём было столько сложных терминов, что без перевода было не обойтись.

— Эй, эй! А Санта правда существует или нет?

— Я принципиально не обсуждаю политику, религию, бейсбол, и в каком магазине Японии продают лучший рамэн.

— А правда, что есть Санта в мини-юбке?

— А? Бородатый старик, носящий мини-юбку?

А потом Фремия, которая ещё участвовала в споре, сделала новое "открытие".

Всё началось с комментария умной девочки (в очках). Она нервно спросила: "Эм, Фремия-тян?"

— Ня! Что такое, Адзуми? Во-первых, ты тоже хочешь сказать, что Санты нет?!

— Н-нет, не совсем.

Девочка по имени Адзуми, похоже, никак не могла решить, стоит ли ей что-то сказать или нет, но наконец она решилась.

— Эй, Фремия-тян, если Санта правда существует...

— Ня?

— Есть история про чёрного Санта Клауса, который крадёт плохих детей. Это тоже правда?

Это стало новой темой для обсуждения.

Паника охватила библиотеку продлёнки.

Часть 4

Как и ожидалось, автоцистерна Фугана Рюдзо была атакована в течение нескольких минут. Как будто кто-то оставил кусочек сахара около муравейника — очень было похоже. Сначала несколько групп схватились из-за неё, однако потом осознали, что всё будет напрасно, если кто-то вызовет Анти-Навык. Решив работать сообща, они взялись за газовые горелки и водомёты с большим давлением, чтобы разобрать цистерну и достать всё золото.

Продавец оружия, который был хозяином грузовика, прятался прямо под ней. Это было крайне рискованное решение, продиктованное его неспособностью к передвижению. Если бы кто-либо из нападавших заглянул под грузовик, то его смерть была бы неизбежна.

— ...

Цучимикадо расположился на крыше соседнего здания.

Он наблюдал за ситуацией, пользуясь биноклем с цифровым увеличением. Одна из гиен, возможно, отмечала время по секундомеру, потому что они закончили работать ровно за семь минут. Через две минуты после этого Цучимикадо услышал сирены Анти-Навыка, но, разумеется, было уже поздно.

(А теперь...)

Цучимикадо глубоко вздохнул и нажал несколько кнопок на боку бинокля.

Он переключился на режим, отображавший светло-голубые линии на городском фоне. Линии были ровными, но с бесчисленными поворотами, словно петлявшими через лабиринт. Естественно, эти линии показывали пути отхода гиен, забравших золотые слитки.

Цучимикадо добавил специальный "запах" в слитки, собранные Фуганом.

(Когда всё идёт так гладко, я начинаю подозревать, что это ловушка.)

Гиены начали драку, едва увидев друг друга, так что они явно не были товарищами. Разные команды, естественно, пользовались разными путями отхода.

Однако Цучимикадо, наблюдавший с крыши, заметил, что разрозненные группы начинают стекаться в одну точку.

(Как я и думал, кто-то поважнее тайно контролирует всех гиен.)

Цучимикадо запомнил это место, а после покинул крышу.

Все гиены собрались в прачечной в седьмом районе. Или, скорее, в её руинах. Ни один из них не был настолько глуп, чтобы просто попытаться забрать слитки. Нужно было "отмыть" их — расплавить и придать иную форму. Для переплавки такого объёма золота требовалось крупное предприятие, так что гиены оставили слитки в прачечной, чтобы ими занялся специалист.

Однако...

Вместо этого человек, направляющий их, разумеется, предпочтёт исчезнуть вместе с золотом.

Цучимикадо спрятался около заброшенной прачечной и ждал, пока гиены уйдут. Наблюдая за зданием, он заметил, что появился кто-то ещё. Он увидел молодую женщину, подъехавшую на машине-уборщике и вошедшую в здание. Цучимикадо последовал за ней.

Двое мужчин были оставлены в качестве охранников, но они опасались лишь оружия или эсперов.

Машина очистки, шлагбаум, дорожные знаки, асфальт.

Они были окружены всевозможными твёрдыми предметами, но они не придавали этому значения. Удар по голове оставил их обоих без сознания.

Чтобы частично предотвратить неожиданное нападение, Цучимикадо забросил мужчин в покинутое здание.

— Привет.

— ?!

Молодая женщина в обтягивающей куртке и длинной юбке резко обернулась и завела руку за спину, но внезапно застыла.

Цучимикадо улыбнулся.

— Верное решение. Если мы тут начнём перестрелку, Анти-Навык тут же объявится. А эти золотые слитки тяжёлые. Придётся бросить сокровище, которое так тяжело досталось.

— Чёрт возьми... Ты ведь "пометил" их, да?! — сплюнула молодая женщина, пиная старую грязную сушилку.

Обломки стиральных машин и сушилок, выстроившихся в ряды вдоль стен, использовались гиенами вместо камер хранения. Дав гиенам инструкции положить слитки в конкретные машины, они сделали так, что одна гиена даже не догадывалась о том, что точно такая же гиена положила своё золото в машину прямо рядом с ней.

— Не ожидал, что за этим стоит Паучья Королева. Ты ведь одна из официальных посредников. Говорят даже, что ты просто ИИ без тела.

— Хватит. Я уже жалею о том, что упустила возможность. И начинаю всерьёз думать о пенсии.

Цучимикадо неслышно вздохнул и спросил: "Хочешь знать, какой парфюм я использовал? Отмыть золото без этого никак не получится. Есть даже запахи, которые остаются при высоких температурах, необходимых для плавления золота".

— Тц. Что ты хочешь взамен?

— Проект Agitate Halation... Кто мог хотеть убить кого-то из-за этого названия?

— Неужели ты думаешь, что я знаю обо всём, чем занимаются высшие чины? Ты переоцениваешь меня.

— Но ты уделяешь особое внимание подчинённым тебе солдатам. Твоя специальность — плести сети и управлять людьми.

— У всего есть пределы. Я могу обвернуть свою сеть только вокруг тех, с кем я работаю в качестве посредника.

Цучимикадо чуть не расхохотался, когда услышал это.

Это была наглая ложь. Но он ожидал такого ответа.

Он уже потерял достаточно времени, так что он сделал себе пометку, что пора ускорить процесс.

— Это могли бы быть правила ведения бизнеса, но что-то не складывается. Ты распространяешь свою паутину повсюду, чтобы контролировать всё поле боя. А это значит, что информации только от союзников недостаточно. ...Ты ведь шпионила за ними? За союзниками, за врагами, за информацией других посредников.

Паучья Королева глубоко вздохнула.

А потом она сказала: "Может, мне стоит отказаться от золота и убить тебя прямо здесь?"

— Полагаю, тебя убьют, если эта информация просочится. Будь я на твоём месте, я бы инсценировал свою смерть, а потом воспользовался бы пластической хирургией. Так уж получилось, что средства на это у тебя есть.

Женщина только стала выглядеть ещё более озадаченной и потрепала свои волосы.

— У меня такое чувство, что ты будешь меня и дальше пытать, если я дам такой ответ, но я не знаю. Но у меня не было дел или подчинённых, связанных с чем-то, что называется Agitate Halation.

— А ты не могла взяться за работу, не зная имени?

— Это возможно, но даже если бы так было, то я наверняка бы услышала это название во время работы. Если бы любая из моих пешек увидела бы то, что не должна, то за этим бы последовал "разбор полётов". В конце концов, есть вещи, которые должны оставаться тайными несмотря ни на что. Тем не менее, — добавила Паучья Королева. — Это эпоха Интернета. Некоторые даже самые опасные задания передаются пешкам без участия посредника. Хотя по мне это больше похоже на самоубийство.

— У тебя есть способы узнать, когда подобное происходит?

— Есть пара пешек, которые выпали из моего контроля посреди другой работы, но это всё, что я знаю. Ты в праве попытать удачу и напасть на них, но весьма вероятно, что в результате ты выяснишь, что они занимались другой опасной работой, никак не связанной с этим Agitate Halation.

— Меня это устраивает, — ответил Цучимикадо, пожав плечами. — Дай список имён. ...Я не ожидаю, что сразу найду нужного. Просто надеюсь, что найду его, когда проверю всех их.

Паучья Королева вытащила из кармана куртки блокнот, набросала несколько имён, вырвала листок, скомкала его и бросила в сторону Цучимикадо.

— Бумага сделана из кукурузного крахмала, а ручка пишет шоколадными чернилами. Если съешь листок, то спокойно переваришь. Понимаешь, о чём я?

Цучимикадо запомнил имена, а затем проглотил листок.

Он поморщился.

— Могла бы хотя бы пожарить и посолить.

— Вот как? Ну, это те, кто проигнорировал мои услуги и взял работу самостоятельно. Можно сказать, они предали меня. Можешь делать с ними всё, что хочешь. Как насчёт того, чтобы обжарить их и добавить немного соли?

Она использовала людей, как хотела, а теперь говорила о предательстве. Возможно, только так можно было выжить во тьме города.

— Я сказала всё, что знаю. ...Как называется запах, который ты добавил в золото?

— Clairpharm №1056.

— Чёрт! Эта дешёвка исчезает при трёхстах градусах!

Паучья Королева выглядела достаточно злой, чтобы проигнорировать ситуацию и начать палить из пистолета, как сумасшедшая, но Цучимикадо лишь ухмыльнулся, показав средний палец, и покинул заброшенное здание.

В записке, что он проглотил, было около десятка имён.

Вероятность того, что один из них или все они были причастны к смерти Цучимикадо Майки, была весьма велика.

Часть 5

Кто же такой этот ужасающий чёрный Санта Клаус?!

Его называли Кнехт Рупрехт. Этого загадочного человека иногда видели в Германии. Хорошим детям подарки приносил красный Санта Клаус, а вот к плохим являлся облачённый в чёрное. Эти дети исчезали в его огромном мешке и больше их никто не видел. Никто не знает, что случается с детьми после этого.

— Нь-няяя...

— Не бойся! Во-первых, Санты вообще нет! Это ненаучно! Нет ни красного, ни чёрного!

— Нет, Санта существует! Во-первых, я знаю правду!

— Тогда и чёрный тоже существует! Он наверняка заглянет к тебе!

— Фьяяя!!

Это было вечером, когда Фремия и остальные дети дрожа направлялись в сторону общежития в тринадцатом Районе. Начальные школы были сосредоточенны в этом районе, а их общежития выполняли больше функций, чем те, в которых жили старшеклассники. Разумеется, многие задались бы вопросом, почему дети были оставлены без присмотра по пути домой, если школа и общежития настолько продвинутые. С другой стороны, им позволяли ходить одним без присмотра по многим важным причинам: это помогало ознакомиться с правилами дорожного движения на личном опыте, это поддерживало их в форме, это улучшало их ориентирование на местности, это развивало чувство направления, это обучало их чтению карт и прочее.

Но...

Это также позволяло рассказывать истории о привидениях по дороге домой.

Для Анти-Навыка не было необычным принимать вызовы о подозрительных незнакомцах, слоняющихся вокруг, но ими всегда оказывались фольклористы или социологи, учащие создавать и разносить слухи.

Умная девочка (в очках) по имени Адзуми нервно сказал: "Э-эм, но чёрный Санта Клаус забирает только плохих детей".

— Ня. И?

— Если чёрный Санта Клаус существует, не будет ли он держаться от нас подальше, если мы будем хорошо себя вести?

Разумеется, это было основной причиной, почему немецкие мамы рассказывали эти истории, но Фремия и остальные об этом даже не задумывались.

— Нь-ня... Ты права. Тогда мы в безопасности! Ня!

— Не делай вид, будто ты хороший ребёнок.

— Ня! Во-первых, если чёрный Санта и придёт, то он придёт к тебе!

Снова началась перепалка. Брелок в виде белого жука-носорога на её красном рюкзаке покачивался из стороны в сторону.

А потом...

Умная девочка (в очках) по имени Адзуми потянула Фремию за одежду. Фремия недоумённо посмотрела на Адзуми, непрерывно смотрящую куда-то вдаль. Она смотрела куда-то вверх. Её взгляд был сфокусирован на крыше одного из зданий, выстроившихся вдоль дороги.

Она мельком заметила какую-то черную фигуру.

Это было так быстро, что она не рассмотрела деталей, но она точно увидела чёрную фигуру, на которой было что-то белое и матерчатое.

— Это чёрный Санта Клаус... — прошептала Адзуми.

Он действительно существовал.

И этот чёрный Санта Клаус похитил плохих детей. Подумав об этом, Фремия вздохнула.

— Х-Хамадзура в беде!

— ?

А тем временем Куроёру Умидори, частичный киборг и представитель тёмной стороны, нахмурилась, перепрыгивая с крыши на крышу. Её обтягивающая одежда была сделана из чёрной кожи, а поверх неё был накинут белый плащ с капюшоном.

Она услышала какие-то волнения внизу, поэтому собиралась вмешаться, если что-то бы случилось. (Хотя она была не из тех, кто приходит на помощь в случае чего.)

— Ну, какая разница. У меня есть работа... Ха?!

Куроёру крикнула, пытаясь вернуться к предыдущему заданию. Она чуть-чуть не наступила на девочку в белом платье, которая спала на крыше в обнимку с большой подушкой в виде жука-носорога. Куроёру понятия не имела, откуда это у неё, но кроме этого рядом с ней спала курица, обложившаяся собственными перьями.

— Ммм... Сны такие вкусные... Эта информация стоит того, чтобы её съесть...

— Чокнутая... — пробормотала Умидори, немедленно уходя.

Часть 6

Это была старая история.

Цучимикадо Мотохару успешно проник в Академгород.

На самом деле он переоценил себя, когда посчитал, что продержится три дня. Понадобилось всего лишь тридцать шесть часов, чтобы раскрыть его как шпиона англиканской церкви.

Если бы он хоть чуть-чуть промедлил со своими приготовлениями, то уже был бы убит.

В тот день Цучимикадо Мотохару был вынужден пройти путь от простого шпиона магической стороны до двойного агента, шпионящего как для научной, так и для магической стороны. Всё было согласно плану, однако, обе стороны — Англиканская церковь и Академгород, не были цельными организациями. Он должен был быть крайне осмотрителен, чтобы не получить нож в спину от кого-то ещё.

Закончилось всё тем, что его и Цучимикадо Майку расселили по разным общежитиям, однако их отношения начали постепенно меняться.

— Это хороший знак, — это, скорее всего, была Бишу, которая засмеялась, сказав это по телефону.

Наблюдая за Майкой, он обнаружил, что она всегда готова поделиться чем-то с другими. Она любила печенье и шоколад, но она охотно делилась ими с другими. Она заканчивала свою домашнюю работу пораньше, чтобы дать списать одноклассникам на следующий день. Было бы хорошо, если бы можно было сказать, что она просто любила помогать другим, но как специалист по разведке Цучимикадо Мотохару сразу определил, что ей двигало.

Она хотела быть полезной.

Что же это значит на самом деле, он понял, только осознав, что всё из-за того, что она не хочет быть брошенной остальными.

Именно поэтому она уступала им "первое место" и делилась всем.

Цучимикадо Мотохару поставил перед собой задачу избавить её от этих страхов и волнений. Если он собирался использовать её как члена семьи, то он должен был дать ей все преимущества, которые даёт семья. Он смотрел на это как на совершенствование своего прикрытия.

Но ему не удалось.

Цучимикадо Мотохару всегда был экспертом в шпионаже. При необходимости он мог сфабриковать обстоятельства, встретиться с целью и стать с ней хорошими друзьями за пятнадцать минут. Но тогда даже он не преуспел. Он чувствовал направление её взгляда, изменение тона голоса, дрожь её губ и мельчайшие движения кончиков пальцев. Он мог "прочитать" всё о Цучимикадо Майке по видимым реакциям всего её тела, но любой спланированный разговор заканчивался неудачей.

— Эй, я слышала, что есть школа, обучающая горничных в седьмом Районе.

Она сказала это прямо перед поступлением в среднюю школу.

Она хотела быть полезной. Она даже хотела выполнять физическую работу за других.

Согласно анализу Цучимикадо Мотохару, всему виной были потаённые страхи остаться покинутой.

Но она сказала иное.

— Помогать другим прожить жизнь с улыбкой на лице — самая замечательная мечта, которую я могу придумать.

После того, как она открылась, Цучимикадо кое-что понял.

Он анализировал Майку, думая, что она как и все что-то скрывает. Именно поэтому он совершенно неправильно понял её и дал ей не то, что она хотела.

Цучимикадо Майка не была его противником в его шпионской миссии.

Она была его семьёй.

Она не была той, чьи слова и действия нужно было читать между строк, чтобы действовать первым.

Она, наконец, дала ему осознать этот простой факт.

— А...

В конце концов, Цучимикадо Мотохару ошибался, пытаясь оградить Цучимикадо Майку.

Как если бы кто-то брался за уборку, столкнувшись с горой домашних заданий. Это было ничем иным, как бегством. Он поставил перед собой цель спасти свою сестру в попытке дистанцироваться от давления, создаваемого постоянной угрозой быть убитым научной или магической стороной.

Но теперь...

С того момента Цучимикадо Мотохару молчаливо поклялся на самом деле защищать свою младшую сестру.

Он поклялся защищать настоящего члена своей семьи, который медленно объяснил ему что-то такое очевидное.

Часть 7

Первой была Андзю Харука.

Она была найдена плавающей лицом вниз в восемнадцатом Районе.

Вторым был Куромацу Такао.

Он был найден повешенным на дереве в горах в двадцать первом Районе.

Третьим был Имагава Сигума.

Он был найден с жвачкой, забившей ему горло, в задней аллее пятнадцатого Района.

...

...

...

— !

Цучимикадо перепрыгнул с крыши на крышу. Его взгляд был устремлён на спину человека примерно в пятнадцати метрах впереди.

Он был в пятнадцатом Районе. Эта сцена погони, проходившая в крупнейшем торговом районе Академгорода, началась в подземном торговом центре и переместилась на крыши.

(Не уйдёшь.)

Это был один из тех десятерых, кому, возможно, было поручено убить Цучимикадо Майку.

Быстрый сбор данных показал, что девять из десяти уже были мертвы. И не из-за естественных причин. Теперь, когда их работа по устранению Цучимикадо майки была завершена, их самих похоронили во тьме. Это был наиболее очевидный путь в один конец.

Этот человек был единственным оставшимся в живых.

Он вполне мог оказаться последним, кто мог рассказать о том, кто же на самом деле стоял за убийством его сестры.

(Я не дам тебе сбежать!!! Если ты исчезнешь, то я потеряю всё!)

Все предыдущие жертвы были так или иначе задушены. Вторая жертва была повешена так, что еле-еле могла доставать кончиками носков до земли. Тот, кто убил его, проделал много работы, чтобы смерть наступила именно от удушья.

Словно смесь точного расчёта и жестокой забавы.

Цучимикадо не знал, кто это сделал, но это явно был специалист. Этот человек был достаточным специалистом, чтобы за минуту или даже секунду повлиять на судьбу этих десятерых.

— Ты, дерьмо!

Бегущий человек выхватил что-то.

Ствол был слишком толстым, чтобы принадлежать автомату. Это был ручной гранатомёт.

С глухим звуком тот выстрелил по параболической траектории. Цучимикадо отчаянно прыгнул в сторону.

Но взрыва не последовало.

Вместо этого раздался пронзительный свист.

— Гха!...

(Ультразвуковой оружие!!!)

Оружие было разработано для быстрого подавления врага в местах вроде музеев или арсеналов, где случайных повреждений нужно было избегать любой ценой. Проще говоря, оно использует шум, чтобы разорвать лёгкие изнутри. Жестокая игрушка, заставляющая жертву захлебнуться собственной кровью.

(Но его радиус поражения явно небольшой, раз я смог увернуться в последнюю секунду. Почему он пользуется чем-то таким?)

Мужчина выстрелил второй и третий раз чем-то размером с банку из-под кофе.

Вместо того, чтобы стрелять непосредственно в Цучимикадо, он, казалось, пытался отрезать тому пути к отступлению.

(Он использует часовой взрыватель. Задержка около трёх или пяти секунд!)

Цучимикадо потянулся к спине своего дорогого пиджака и вытащил полуавтоматический пистолет. У него даже не было времени целиться. Он нажал на спусковой крючок, стреляя в летящую гранату.

— А... — удивлённо произнёс мужчина, но Цучимикадо проигнорировал его.

Цучимикадо рванул в просвет между выстрелами.

Мужчина решил, что Цучимикадо не сможет увернуться ещё раз. Он лихорадочно выбросил магазин из своего оружия и поморщился, увидев нечто на экране. Он открыл кожух гранатомёта и прыснул чем-то вроде охладителя во внутрь.

— ...

Первый выстрел Цучимикадо ударил мужчину в плечо. Он не успел даже вскрикнуть, прежде чем второй выстрел попал в баллончик охладителя, который упал к ногам мужчины и взорвался.

С неестественно белым паром, обволакивающим его ноги, мужчина упал лицом вниз с широко распахнутыми глазами. Он, казалось, был не уверен, стоит ли ему касаться лодыжек, которые превратились во что-то напоминающее замороженную рыбу.

— Гха! Гх! У... Мои ноги?

— Не двигайся, — сказал Цучимикадо Мотохару, приблизившись к мужчине, обойдя белый пар. Он сунул пистолет обратно за пояс. — Современные технологии позволяют отогреть твои ноги, но только если тебя аккуратно доставить в больницу. Стоит их повредить, и они уже не вернутся в норму. Рекомендую не провоцировать меня.

— Чёрт! — выругался мужчина, стукнув кулаком по бетонному полу. Он стиснул зубы, но понял, что не может убежать.

— Что ты хочешь?

— Девять твоих коллег были убиты в течение последних нескольких часов. Ты последний оставшийся в живых. Знаешь, из-за чего всё это?

— ...

Пока мужчина молчал, Цучимикадо медленно переместил свою ногу к замороженной лодыжке мужчины.

Сейчас она была более хрупкой, чем печенье.

Человек отчаянно замотал головой.

— Погоди! Стой!

— Скажи мне всё, что знаешь.

— Я... ну, тот, кого они называют "разрушителем"!

— ...?

— Я проникаю в крупные проекты на нижнем уровне. Затем я намеренно устраиваю саботаж и тайно устраняю своих коллег. Те, кто хочет, чтобы их проект был успешен любой ценой, захотят лучших гарантий успеха. Они не захотят больше проблем и повысят плату за каждого отдельного солдата.

(В таком случае...)

Цучимикадо вспомнил имена девяти умерших.

Он вспомнил судьбу команды, отправленной на миссию.

Их смерть не была попыткой прикрыть доказательства заговора с целью убийства Майки.

— Хе. Я нанёс много урона, да?

— Ты, кусок дерьма...

Теперь было понятно, почему он использовал ультразвуковые гранаты с маленьким радиусом поражения, когда другие гранаты были опаснее.

Он был специалистом, который задушил их. Не было точной оценки времени их смерти. Но стало очевидно, что они были убиты за день до того, как могли бы напасть на Майку.

— Но я не ожидал того, что было дальше. Я думал, что остановил всё, убив тех девятерых, но оказалось, что замешано куда больше людей. Общий план продолжает выполняться, и теперь мне не заплатят, потому что я "не сделал свою работу".

— Кто? — спросил Цучимикадо вполголоса. — Кто стоит за всем этим?

— Это всё, что я могу сказать.

— Ты хочешь потерять одну из ног?

— Ровно столько информации я готов обменять на свои ноги! Если собрался делать это, то делай. Я скорее предпочту провести оставшуюся жизнь в инвалидной коляске, чем злить того человека.

— Понятно.

Все эмоции пропали из глаз Цучимикадо.

Даже их следы.

— Тогда я просто обязан сделать что-то похуже.

— Что? — нервно произнёс мужчина, но Цучимикадо проигнорировал его и сунул руку за пазуху.

Он вытащил походную зубную щётку, которую можно было купить в любом магазине.

— Ч-что?

— Как ты думаешь, что я буду делать?

Цучимикадо также вытащил небольшой тюбик, вроде тех, в которых хранится соус для бэнто. Он сжал тюбик и выдавил немного пасты на зубную щетку.

— Если использовать это не по назначению, то можно даже закалённого в боях наёмника заставить плакать как ребёнка. Так как я могу использовать эту обычную зубную щетку таким дьявольским способом? Подсказка: слизистые оболочки.

Цучимикадо оказывал большое психическое давление на мужчину, не раскрывая детали.

Мужчина оцепенел уже через пару секунд.

У него уже были заморожены обе ноги, но теперь он был не в состоянии даже пошевелить пальцами.

— Стой... Подожди! Не подходи!!! Стой!

Мужчина внезапно перестал кричать.

Что-то вроде дротика воткнулась в его шею.

Брошен он был явно издалека.

— !!!

Цучимикадо резко отскочил за наружный блок кондиционера. Но он быстро понял, что этого было недостаточно.

(Что это было? Этот дротик просто взял и свалился с неба?!)

После того, как он залез в щель между кондиционером и бетонным полом, у Цучимикадо наконец появилось время, чтобы обдумать то, что он упустил в спешке.

— ...

Сзади дротика было оперение, а спереди — острая игла, вроде тех, что используют в транквилизаторных дротиках. Однако это явно был не транквилизатор.

— Гх... Бх?!

Мужчина задыхался непонятным образом.

Кожа на шее вокруг раны внезапно стала пурпурно-красной. Место ранения быстро опухало. Словно пластик, плавящийся в огне. Кожа буквально гнулась изнутри, так что его правая сторона лица была обезображена так, что никакая программа опознавания лиц не различит.

— Гх-гха?! Гагаааагхх?!

Цучимикадо цокнул языком, наблюдая за мужчиной, который кричал и корчился на полу.

Он узнал симптомы.

Это была вовсе не редкая штука.

— Муравьиная кислота!!!

Это вещество было обнаружено в пчелином яде. Но мужчина получил такую дозу, что изменения стали протекать почти мгновенно. У него был наружный отёк, и, кроме того, опухшие ткани сжимали его горло.

Другими словами, он задыхался.

Так же, как и девятеро предыдущих.

Убийца выбрал тот же метод, который мужчина использовал в качестве "разрушителя".

(Это должно быть иронично?)

Этот "разрушитель" убил девять человек в одиночку в этот день, но Цучимикадо не думал, что была месть.

Скорее это был человек, стоявший за всем.

Это сделал тот, кто обладал более опасной информацией. И он понял, кого нужно убить, чтобы обрезать все ниточки, ведущие к нему.

(Тем не менее, это довольно жестоко. Его смерть неизбежна, но он будет страдать ещё больше пятнадцати минут, прежде чем, наконец, умрёт!!!)

Обычно яд насекомых использовался, чтобы замаскировать убийство под смерть от естественных причин.

Используя его в таком количестве человек показывал ненормальную одержимость.

И...

(Из чего он стрелял? Это не была обычная снайперская винтовка. Это было прямое попадание в шею лежащей цели. Просто так попасть не получится. Если не стрелять сверху, то никогда не попадёшь в такую мишень!!!)

Было оружие, стреляющее вверх так, что снаряды падали на цель. Однако обычно оно использовалось для стрельбы взрывчатыми веществами с невысокой точностью.

(Ещё одна мерзкая часть передовых технологий? Или способность некоего эспера? Так или иначе, это не простой противник.)

Цучимикадо услышал сухой звук, повторяющийся с разными интервалами.

Человек уже не мог даже схватить себя за шею. Его руки были вытянуты и бились в конвульсиях. Они стучали по бетону, порождая тот звук.

— Ч-чёрт...

Мужчина повернул голову и посмотрел на Цучимикадо.

Опухоль уже была не на правой стороне лица. Его ни разу не били, но было уже тяжело отличить лицо от затылка.

— ...Помоги... Мне...

— Дерьмо!!!

Он ничего не мог сделать. Стоит ему высунуть голову, как в него тоже выстрелят этим пчелином ядом.

— Я не могу ничем помочь. Но это твой последний шанс на предсмертное слово. Позволишь ли ты им смеяться последними или используешь свой последний вздох, чтобы отплатить им. Решать тебе!

— Я... не хочу... умирать...

Цучимикадо услышал булькающий звук.

— ...Помоги... Мне... Я... не хочу... умирать...

— Перестань. Ты должен был знать, что у тебя не будет достойного конца, когда ты вступил на этот путь.

— ......

Было невозможно сказать, где были глаза мужчины, но он всё ещё смотрел на Цучимикадо. Мужчина не мог нормально выражать эмоции, но Цучимикадо понял, какими тот был переполнен.

Цучимикадо цокнул языком и сказал.

— Это зубная паста.

Он бросил тюбик к руке мужчины.

— Там маловато карбоната магния, но он имеет свойство мышечного релаксанта. Проглоти всё! Это позволит высвободить твою трахею!

— Я-я выживу?...

— Да.

— Ты правда спасаешь меня?...

— Да, а теперь быстро! Хочешь умереть из-за того, что медлил?!

Лёжа на спине, мужчина отчаянно ухватился за тюбик с зубной пастой. Он едва мог держаться за него, но собрал все свои силы, чтобы очень медленно поднести его ко рту.

— ...Спасибо... ты... — сказал мужчина, который едва был в состоянии составлять слова. Цучимикадо не хотел слушать. — Спасибо... Ты так...

Нельзя было сказать, были ли открыты глаза мужчины, но пара капель упала из них. И затем мужчина назвал одно имя.

Эту информацию Цучимикадо сильнее всего хотел найти.

Имя человека, стоящего за всем.

— ...

В следующее мгновение всё тело мужчины начало биться в жутких конвульсиях. Это произошло в тот момент, когда он выдавил зубную пасту в рот.

Карбонат магния внутри не имел того свойства, о котором говорил Цучимикадо.

Было очевидно, что случится, если что-то закупорит небольшой зазор, оставшийся в горле мужчины.

Цучимикадо никак не мог спасти этого человека.

И он дал единственное, что мог: освобождение от боли и страха.

(...Чёрт возьми.)

Он до сих пор не знал, где был снайпер, или как он выстрелил, но тот точно знал, что Цучимикадо был здесь. И он сомневался, что снайпер отпустит его, раз тот получил информацию от этого мужчины. Цучимикадо, возможно, придётся прождать десяток часов, прежде чем он сможет выползти из-под этого наружного блока кондиционера. Он не мог позволить себе застрять здесь. Цучимикадо Мотохару стиснул зубы, прячась в небольшой щели между кондиционером и бетонным полом.

(Я должен пробиться на этаж ниже.)

В обычной ситуации это было бы невозможно. Он не мог разрушить толстый бетонный пол голыми руками. Он прошёл развитие эсперских сил Академгорода, но получил только возможность создавать тонкую мембрану, закрывающую порванные сосуды. Её было невозможно применить для разрушений.

Однако...

Он умел кое-что ещё. Можно было назвать это его козырем. Взамен он рисковал получить порванные сосуды по всему телу.

(Я не знаю, сколько ещё раз смогу использовать этот козырь, но я должен использовать его здесь!)

Магия.

Это напоминало азартную игру "живи-или-умри".

Имя, которое назвал тот мужчина на грани смерти...

(Член совета директоров...)

Часть 8

Цучимикадо Мотохару сбежал от снайпера, уничтожив крышу здания с помощью магии и найдя убежище внутри. Всё его тело издало неприятный протяжный звук, и кровь начала пропитывать его одежду в некоторых местах. Каждый раз, когда он вдыхал, он чувствовал вкус крови.

(Черт... Такой отвратительный исход уже при первом использовании!)

— Кха, кха!!!

У него был повреждён какой-то толстый кровеносный сосуд.

Он знал это, но у него не было времени, чтобы вызвать скорую помощь.

Снайпер скоро поймёт, что упустил Цучимикадо. Стоит ему это осознать, как он тут же свяжется с человеком, ответственным за проект Agitate Halation, и поместит того под защиту. И если этот человек скроется, то Цучимикадо навсегда упустит шанс добраться до ответственных за смерть Майки.

Он усилием воли успокоил своё дыхание и просто на всякий случай воспользовался подземным тоннелем, чтобы пробраться через торговый район.

С того момента, как тот человек назвал ему имя, он уже знал, куда идти.

Большая часть начальных школ Академгорода была расположена в тринадцатом Районе, поэтому он получал дополнительное финансирование правоохранительных организаций из бюджета. Для готовности к наихудшим вариантам там также было расположено несколько крупных больниц.

Одна из этих больниц официально считалась частью университета, но на деле была предназначена для единственного пациента. Она могла обслуживать более пятисот пациентов каждый день, но это было "побочной" возможностью.

— Доктор.

— Да-а.

Женщина лет тридцати обернулась, когда молодая медсестра окликнула её. Женщина носила белый халат, но он скорее принадлежал доктору или учёному. Её ногти были ухожены, а волосы распущены. С точки зрения санитарных норм она не годилась для работы, но никто не мешал ей.

Это было прямым доказательством того, что это была не обычная больница.

Медсестра, одетая в розовый халат, говорила весьма невыразительно.

— У меня есть результаты исследований для мистера Гераскофобии. У меня также есть расписание анализов для "Я-толстая-из-за-заговора-жареных-цыплят"-тян и жалобы на больницу от Помешанной на чистоте принцессы. Пожалуйста, займитесь всем этим.

— ...Гм, Рэнса-тян. Ты можешь давать пациентам дружеские прозвища, но не произноси их за пределами сестринской.

Женщина в белом халате, которая должна была быть "доктором", покрутила указательным пальцев в воздухе.

— Ещё кое-что, Рэнса-тян.

— Что такое?

— Это больница, так что контролируй своё пользование электричеством.

Медсестра склонила голову в недоумении.

Она читала свой доклад с экрана мобильного телефона.

— Он у меня в режиме полёта, так что не передает никаких сигналов.

Я не об этом.

Рэнса оставалась бесстрастной, и "доктор" в белом халате горько усмехнулась.

А затем...

Внезапно флуоресцентные лампы на потолке начали мигать. Они скорее затухали, чем моргали, прежде чем вернуться к нормальной работе.

— ...

Рэнса хранила молчание, слегка сжимая кулаки перед грудью.

Послышался глухой звук, и щека "доктора" застыла.

— Рэнса-тян, ты медсестра. И в чём заключается работа медсестры?

— Питание перешло на аварийный генератор.

— Похоже, что так.

В больнице было много новорождённых и людей, подключённых к аппаратам жизнеобеспечения, так что атака на генератор была вопросом жизни и смерти. Тем не менее, выражение лица "доктора" совершенно не изменилось.

Электроэнергия в Академгороде вырабатывалась с помощью ветряков, так что даже в случае нападения на часть из них шансы остаться без электричества были крайне малы. И даже если такое могло произойти, больница имела запасные генераторы под землёй.

Свет в коридоре даже на секунду не пропал.

То же самое было и с остальным оборудованием.

Они даже не требовали перезапуска.

— Нооо любой, кто попытается атаковать это здание, будет знать об этом.

— Я уничтожу их.

— Это значит, что настоящая цель вовсе не та, которая кажется такой на первый взгляд.

— Я уничтожу их.

— Пожалуйста, Рэнса-тян. Пожалуйста, дай какой-нибудь другой ответ.

— Доктор, вы сказали "пожалуйста" дважды.

— Ты хочешь сейчас поговорить об этом?

Противник атаковал энергоснабжение больницы, будто пытаясь вызвать перебои в подаче энергии.

Но никакого реального ущерба это не нанесло бы из-за аварийной системы питания.

Если противник не был глуп, то он знал об этом.

И всё же он рискнул сделать это.

Значит, смысл нападения был в ином. И был ли он связан с переводом больницы на аварийные подземные генераторы?

— О, проклятье.

"Доктор" хлопнула себя рукой по лбу.

Это было нужно, чтобы узнать, какие помещения будут запитаны первыми! Даже если для восстановления требуются доли секунды, энергия всё равно сначала подаётся к самому важному оборудованию!!! Это делает бессмысленным лабиринтную застройку больницы и наличие скрытых помещений.

— Поиск завершён. Важнейший приоритет имеет Важная Морозилка на пятом нижнем уровне.

— Рэнса-тян, что я тебе говорила о прозвищах? ...Но, думаю, наибольшая опасность исходит от Холодильника для Критических Патогенных Образцов. Так что, Рэнса-тян, пусть несколько солдат проверят его.

— Принято. А что вы будете делать?

— А я эвакуируюсь на всякий случай☆ Это протокол, в конце концов.

Махнув рукой перед лицом, "доктор" вошла в пустую комнату лечения ультразвуком. Она заперла за собой дверь и отодвинула металлический короб машины с предупреждениями о высоком напряжении на нём. За ним показалась небольшая дверь, ведущая в шахту лифта. Спустившись по лестнице техобслуживания она смогла оказаться непосредственно в подземном гараже.

— Физические нагрузки так утомляют, — пожаловалась она.

— Прошу прощения, — ответил ей голос.

"Доктор" застыла на месте, а затем медленно оглядела комнату. Она понятия не имела, где он прятался, но окровавленный парень стоял рядом с ней, прислонившись к стене. Это был Цучимикадо Мотохару.

— ...

После короткого молчания, "доктор" попыталась спрыгнуть в шахту лифта. Но Цучимикадо был быстрее. Он оттащил её от проёма, схватив за шею, и толкнул спиной к коробу устройства с предупреждением о высоком напряжении. Затем он схватил блок управления, свисающий с потолка на кабеле.

Её тело неестественно дёрнулось, и она рухнула на пол.

— В следующий раз это будет не так быстро. Я устрою вам электрический стул, пока у вас глаза не закипят.

— Гх... Кха.

"Доктор" подавилась липкой слюной, пытаясь что-то сказать.

Её руки и ноги дрожали, поэтому она не могла встать.

— Гм, не мог бы ты объяснить, что происходит?

— Совет директоров, — произнёс Цучимикадо холодным голосом. — Любой человек с таким уровнем доступа к информации будет иметь некоторое понимание того, что происходит здесь. И он будет знать, что я способен на убийство.

— П-подожди. Ты совершаешь ошибку. Эта больница является...

— Да, я знаю. Этот объект является ловушкой для террористов, замаскированной под место собраний совета директоров. Никто, пробывший во тьме хоть немного, и не подумает нападать на такое опасное место. ...Но весь фокус в том, что член совета директоров и правда здесь! Идея распространить слух о том, что это ловушка, просто показуха. Не так ли?

— Хе. Эх-хе-хе.

— Якуми Хисако. Эта старуха является одной из двенадцати ВИП-персон и имеет особое влияние на медицину. Именно из-за неё я здесь.

— Эта больница построена как лабиринт. Я сомневаюсь, что сама знаю и треть её путей. Как ты собираешься найти помещение, где находится эта старуха?

Я уже говорю с ней, Якуми, — Цучимикадо слегка ткнул на кнопку в блоке управления, свисающего с потолка. — Любой человек, настолько близко связанный с медициной, может пройти омолаживающие процедуры. Я знаю, что ваш реальный возраст — за семьдесят. Так как насчёт того, чтобы мило поболтать?

"Доктор" вздохнула.

Взгляд Якуми Хисако полностью изменился.

— Если ты знал, что имеешь дело со старухой, то почему использовал ток?

— Ваши кости и органы здоровее, чем у меня.

— Что ты хочешь?

Якуми посмотрела на выход из помещения лечения ультразвуком.

Там не было никаких признаков хоть кого-то. Ведь Якуми сама заперла дверь изнутри.

— Это из-за проекта Agitate Halation? Или из-за того пожара в общежитии, который должен был держать тебя под контролем?

— ...

Кулак Цучимикадо Мотохару издал неприятный звук.

— Если хочешь убить меня, давай, — Якуми улыбнулась, разводя руками, всё ещё дрожа, лёжа на полу. — Но тогда ты никогда не узнаешь правды.

— ...Я знаю, — ответил Цучимикадо с коротким вздохом. — Этот проект начат членом совета директоров, но не вами. А им.

— Тогда почему?

— В отличие от вас, я понятия не имею, где он. И поэтому мне нужно плечо, чтобы взобраться на этот уступ.

Пока он говорил, Цучимикадо сунул руку в карман брюк.

Якуми Хисако напряглась, когда она увидела, что он вытащил.

Это был цилиндрический стеклянный контейнер размером с мизинец. Цучимикадо прочитал этикетку вслух.

— Wild Card Coccus. Помечено "очень опасно".

— ...

Это были бактерии-убийцы с высокой вирулентностью.

Их способ заражения был очень сложным, и они могли смешиваться с другими микроорганизмами и множиться. Они могли попасть через воздух, воду, кровь или даже через контакт с кожей. И они могли быть ещё опаснее, если смешаются с лактобациллами или другими распространёнными патогенами.

Ясуми Хисако вспомнила, что Рэнса отправилась к "Важной Морозилке" на нижнем уровне.

Никто даже не заметил, как он проник сюда.

Это было странным. Но он уже был здесь.

— Пробраться сюда было легко, но я никак не мог найти способ уйти незамеченным. Я решил намеренно отключить тревогу, чтобы отвлечь охранников, пока ВИП, вроде вас, покажет мне выход.

— Ты же не думаешь использовать вирус в переговорах...

— Но он не сможет игнорировать меня, не так ли? — Цучимикадо помахал пробиркой. — И у меня нет времени убеждать его в том, что я серьёзен. Вот почему вы дадите мне возможность быстро убедить его.

— ...?

— Члены совета директоров должны иметь средства связи друг с другом. Там должно быть несколько номеров, по которым с ним можно связаться. Покажите это. Если с номера Якуми Хисако ему сообщат о предстоящем нападении, он поверит.

Якуми пыталась показать пальцем, но он не слушался. Цучимикадо присел и обыскал её. Он вытащил розовый смартфон.

— Пароль 7071, — сказала Якуми как будто выплевывая слова. — Ты точно знаешь, к кому обращаться?

— Всё в порядке, — Цучимикадо использовал свой большой палец, чтобы ввести короткое сообщение и отправил его на один из адресов, записанных в телефоне. — Каидзуми. Каидзуми Цугутоси. ...Он просто старик, но этот ублюдок заполучил такого монстра, как Кумокава Сериа, вместо советника.

Часть 9

— Что думаешь?

— Это плохо.

В высотном здании в третьем Районе Кумокава Сериа дала однозначный ответ на вопрос Каидзуми Цугутоси. Они были в шикарном офисе, который занимал весь этаж и был отделан в основном антикварным деревом. Нежная классическая музыка наполняла воздух, но даже она не успокаивала.

Кумокава бросила на огромный стол несколько отчётов, сидя в кожаном кресле, которое должно было принадлежать владельцу офиса.

— Ты понимаешь, о чём я, да? Я не про этот Wild Card Coccus.

— Я прекрасно осознаю это, — сказал с горечью старик.

Прогресс проекта Agitate Halation. Краткое описание организаций и одиночек, замешанных в нём. Список всех, кто был замешан в подозрительном пожаре в общежитии: как жертв, так и исполнителей. Вся информация, необходимая, чтобы прийти к истине этого инцидента, была выложена на этом столе.

И в то же время...

Очевидно, что это значило, что вся информация у них.

— Это по-прежнему очень плохо.

— Но вы предсказывали, что это может случиться.

— Да, но это худший из сценариев. Что мы должны делать? — спросил Каидзуми, ткнув пальцем в один из документов.

Его палец, казалось, пытался проткнуть лоб человека на фото.

Цучимикадо Мотохару.

На данный момент опаснейший из бешеных псов.

Изначально он никак не был связан с планом, но теперь его нельзя было игнорировать. С Цучимикадо нужно было разобраться, даже если это замедлит выполнение основного плана.

Кумокава Сериа раздражённо вздохнула, глядя на ученика первого или второго класса из её школы.

— Если мы увеличим численность охраны, он просто проскользнёт мимо них. Если останемся здесь, то он атакует средства эвакуации. Даже если мы заманим его в пустующее здание и взорвём, то он просто инсценирует свою смерть, а потом убьёт нас во сне, когда мы утратим бдительность.

Самое страшное в этом шпионе было то, что он не обладал огневой мощью или подвижностью как у голливудских героев фильмов. Его истинная способность была в фальсификации информации. Было это правдой или нет? Кто был врагом, а кто союзником? Было ли безопасно думать, что ты победил, или нет?

— Таким образом, нам остаётся только ждать, пока он придёт?

— Да. Но сначала отозвать обычных охранников. После того как вырубишь лес, там негде спрятать дерево.

Собрать достаточно военной мощи и использовать верную стратегию позволило бы получить преимущество, но не в этом случае. В лучшем случае этот парень использует это против них.

— Но я не думаю, что всё ограничится разговором.

Этого следует ожидать после того, что мы сделали, — сказала Кумокава раздражённо.

Она смотрела на фотографию школьницы, погибшей в огне пожара в общежитии. Кумокава знала о "младшей сестре" Цучимикадо Мотохару, но не чувствовала ничего, кроме раздражения, вспоминая её лицо.

Взрослый мир не был так добр.

У них отличный план, и они должны следить, чтобы он принёс плоды. Если бы люди разбирались с каждой клишированной историей мести, тот, кто во главе, менялся бы два раза на дню. У них не было на это времени.

— После того, как устраним всё, что он сможет использовать, мы можем послать кого-то перехватить его. Я подготовлю всё так, что единственным способом попасть сюда для него будет взлом парадной двери. Там и займёмся им.

— Нужен кто-то сильный, что бы встретиться с ним лицом к лицу. Есть идеи?

— Да, — коротко ответила она. Она недавно сказала, что это входит в её часть обязанностей как советника, компенсирующего недостатки клиента. — Я пойду. И использую метод, который люди вроде него ненавидят больше всего.

Часть 10

— ...

Скрываясь возле высотного здания, где прятался Каидзуми Цугутоси, Цучимикадо Мотохару отключил несколько устройств. Он использовал направленный микрофон и лазерный жучок, использующий окна, чтобы отслеживать ситуацию, но не услышал ни звука.

Он решил, что это выходит за рамки того, что множество солдат может сохранять молчание, или же что в здании установлена великолепная система защиты от прослушки.

(Он отозвал всю охрану. Пытается ли он заманить меня?)

Если этот человек боялся за свою жизнь, то трудно было представить, что Каидзуми воспользуется автомобилем или вертолётом. Потому что это позволило бы всё закончить одним выстрелом из наплечного гранатомёта. Если предположить, что мужчина не собирался этого делать, то зачем отозвал охрану?

(Он хочет убедиться, что я не смешаюсь с охраной, и хочет быть точно уверенным в моей смерти. Кто-то очень опасный ждёт меня внутри.)

Можно было бы взорвать всё здание, стоило бы ему зайти достаточно далеко, но противники знали, что у него есть образец Wild Card Coccus. Если они были достаточно умны, чтобы понимать, что вместе со смертью Цучимикадо имеют шансы выпустить опасный вирус, то никогда не воспользуются такой глупой стратегией в третьем Районе, полном административных и дипломатических учреждений.

И в любом случае он должен был покончить с тем, кто виновен в смерти Майки.

Не имеет значения, ловушка ли это. Всё, что имело значение, так это то, что его цель была здесь.

— ...Пора, — пробормотал Цучимикадо, бросая прослушивающее оборудование в придорожный мусорный контейнер, как будто оставляя себе единственный путь идти вперёд.

Учитывая количество и расположение входов в здание, Цучимикадо решил, что контрмеры будут приняты одинаковы для всех них. Он смело прошёл через главный вход, ведущий в вестибюль.

Вестибюль был в три этажа высотой и даже был украшен тропическими деревьями и бесчисленными водопадами. Полукруглая стойка приёмной была расположена напротив, а входы были оборудованы металлоискателями по обе стороны, но не было видно ни администратора, ни охраны.

— Я так и думала, что ты выберешь этот путь.

Женский голос, казалось, заполнил всё пространство размером с баскетбольную площадку.

Цучимикадо посмотрел вперёд.

Аккуратная лестница соединяла первый и второй этажи, но была больше похожа на декорацию, чем на реально функционирующую. Черноволосая девушка в зимней школьной униформе-матроске стояла на втором этаже.

Это была Кумокава Сериа.

Она была советником Каидзуми Цугутоси. Вполне возможно, что она была не просто помощником, а вдохновителем, стоявшим за всем проектом.

В любом случае, она приняла активное участие в смерти Цучимикадо Майки.

Она была мишенью для мести.

— При всей твоей подготовке ко всему этому, ты выбрала неудачное место, чтобы ждать меня здесь, — сказал Цучимикадо спокойно. — Ты не увернёшься от пули с такого расстояния. И укрыться тебе не за чем.

— Прекрати. Разве ты не слышал, как я говорю, что думала, что ты выберешь этот путь? У этого здания девять входов. И ты выбрал первый, о котором я подумала. ...Разве этого не достаточно для того, чтобы понять, что я полностью "читаю" тебя?

Кумокава Сериа не была важной персоной, если речь шла об эсперском потенциале Академгорода.

Точно так же она не преуспела в обращении с оружием или в техниках убийства.

Однако она сама проложила свой путь во тьму и работала с ней, пока не была буквально поглощена советом директоров.

И для этого была причина.

Она могла контролировать сердца людей. И делала это без использования особых сил или наркотиков. Она манипулировала людьми, используя лишь слова. И на таком уровне это могло конкурировать с ножами и пистолетами.

— Есть много различных фокусов, но всех их можно разделить на два типа: первые перестают быть интересны после того, как их раскрыли, а вторые сохраняют своё значение даже после того, как всё вскрылось. Не требуется объяснять, какой из них труднее повторить.

— Проект Agitate Halation настолько важен? — пробормотал Цучимикадо. Наконец, он стиснул зубы, подавляя гнев, который был настолько силён, что, казалось, уже клубился рядом с ним. — Неужели он настолько важен, что ради него надо было убивать мою маленькую сестру?!

— У меня нет причин отвечать тебе.

— Забыла, что у меня с собой бактериологическое оружие?

— Ты про Wild Card Coccus? И где же он? — спросила Кумокава с насмешливой улыбкой. — Ты никогда не планировал притащить такую опасную бактерию на поле боя. У тебя не хватило смелости. Я знала, что ты ни за что не притащишь живые бактерии у себя в кармане и никогда не заразишь сам себя, чтобы справиться со мной. Если бы я не знала этого, то никогда бы не появилась здесь без маски и защитного костюма.

— Как ты можешь быть уверена в этом?

— По тому, как ты пытался убедить нас, что у тебя он есть. Наиболее действенным способом было распылить его вокруг заранее. Но ты предпочёл не делать этого. Ты выбрал идиотский способ связаться с нами по и-мейлу со специального адреса. Ты практически заявил о том, что хочешь, чтобы мы поверили во всё это, несмотря на твоё нежелание предъявить доказательства.

Она попала в точку.

Бактерия была опасна, но легко уничтожалась путём продолжительного воздействия мощным ультрафиолетом. Это было сделано специально на случай, если кто-то решит использовать бактерию как оружие. У Цучимикадо с собой и в самом деле был образец бактерии, но на пути сюда он остановился в солярии. Содержимое пробирки было мертво.

— Так ты прочитала моё досье, до того как я прибыл?

— Ты из тех, кто думает, что отличается от других живущих во тьме города. Можно сказать, что у тебя есть профессионализм, присущий это области. ...Или можно сказать, что у тебя слабое сердце, которое находит это оправданием тому, что ты делаешь. Ты мог привлечь стольких людей по пути сюда, но тогда бы они все барахтались во тьме. И поэтому ты никогда бы не стал использовать такое неизбирательное оружие, как Wild Card Coccus.

— Тогда, может, ты "прочтёшь" мою боль?

— По-моему, это будет ужасно клишировано.

— Думаю, так и есть, — признался Цучимикадо. А потом злобно ухмыльнулся. — Но ты не смогла понять всё. Все твои расчёты могут быть точны, но это не имеет значения, если исходные данные неверны.

— Не думал ли ты о том, что ты так считаешь только потому, что я тебе это позволила?

— Даже если так, всё в порядке. В любом случае...

— ...Больше нечего обсуждать.

Цучимикадо Мотохару и Кумокава Сериа пришли к одному выводу одновременно.

Этот человек на моём пути.

Мне надо устранить его для достижения своей цели.

Цучимикадо сделал первый шаг.

Он завёл руку за спину, вытащил автоматический пистолет и прицелился в Кумокаву, стоящую на втором этаже. Он нажал на спуск, и раздался пронзительный визг очереди.

Тем не менее, он не попал.

И не потому, что Кумокава двигалась крайне быстро. И она не использовала какие-то трюки или сложные манёвры вроде отталкивания от колонн и стен. На самом деле она медленно двигалась. Она шла вниз по лестнице, покачиваясь, словно протискиваясь сквозь толпу.

И тем не менее...

— Ты думаешь, что твоё "сердце" исчезнет, если ты возьмёшь в руки автоматическое оружие? — Кумокава Сериа тонко улыбнулась, спускаясь вниз по лестнице. — Это ничего не меняет. Пока его держит рука человека, человеческое сердце будет истекать кровью. И это создаёт пробел, который можно использовать. Пули мощные, но они поражают всего девять миллиметров. Сместись всего на девять миллиметров по прямой, и пуля пройдёт мимо. Понимаешь, что это значит?

— Тц!

Цучимикадо цокнул языком и завёл левую руку за спину. Он решительно вытащил Г-образный пистолет, но не остановился на этом.

И тот не просто выскользнул из его пальцев.

Пистолет, идентичный тому, что был у него в правой руке, пролетел по широкой параболе и попал в голову Кумокаве.

Мгновение спустя широкая ударная волна ударила по всем направлениям.

То, что было похоже на пистолет, на самом деле было замаскированной гранатой. Технически, пули, оставшиеся в магазине, были взорваны с помощью электрического тока, в результате чего пистолет буквально разорвало изнутри, разбросав острые осколки во все стороны.

Это было смертельно на трёх метрах и могло ранить на десяти.

На деле у людей без особых способностей вроде Кумокавы не было и шанса избежать атаки. За серой пылью должен был быть цветной ад.

Но...

— И ты думал?...

Он услышал голос.

Тот пришёл из-за серой пыли.

И ты думал, что твоё "сердце" исчезнет, если ты используешь взрывчатку?

— Проклятье!!! — кричал Цучимикадо, стреляя короткими очередями и подбегая к лестнице.

Он не пытался убить её; он пытался удержать её на месте. Оружие больше не давало ему преимуществ. На деле, стена из пыли скрыла всё от Цучимикадо и дала ей шанс на контратаку.

Выберет она бежать или убивать...

Настал её черёд.

Часть 11

Кумокава Сериа не умела телепортироваться. Её тело не было достаточно выносливым, чтобы выдержать попадание пули или взрыв.

И как же она выжила при прямом попадании гранаты?

Уловка, которая покажется глупой, будучи раскрытой.

(Я ничего не могу сделать, так что остаётся один шанс.) — думала Кумокава, медленно идя через пыль.

(Цучимикадо облажался. Он бросил взрывчатку не так далеко, как думал. Стена позади меня в основном из белого мрамора. Это помогло сбить его чувство расстояния.)

Разумеется, если бы Цучимикадо выбрал время и тщательно прицелился, он никогда бы не допустил такой элементарный просчёт.

То, как "легко" Кумокава уклонялась от пуль, сильно повлияло на его душевное равновесие.

Кумокава изначально предполагала использование взрывчатки, по мощности сравнимой с гранатой. Она знала, как будет думать беспощадный человек вроде Цучимикадо, когда столкнётся с тем, кто читает его сердце, и что он принесёт с собой в таком случае.

(Всё идет по плану. Мне даже не нужно вносить коррективы. Покажи же что-нибудь, Цучимикадо. Хоть что-то. Где твоя клишированная месть? На данный момент ты умрёшь до того, как мы сделаем тридцать ходов.)

Смертельное представление продолжалось.

Она не бегала и не перекатывалась по земле, как в боевиках. Это выходило за пределы её возможностей. Она создавала ситуацию, когда её противник не мог знать, как далеко она может зайти. Получив контроль над чьим-то сердцем, она использует страх наиболее эффективным способом. Её цель будет скована страхом, утратив свой потенциал. В худшем случае даже сама перестанет дышать.

Но сейчас...

Было бы ошибкой делать "следующий шаг", будь то внезапная атака или побег, пока противник отрезан стеной пыли.

Был только один оптимальный вариант.

Двигаться медленно.

Идя напрямик через пыль и отбросив в сторону своё преимущество, она только усилит психологическое давление.

Кумокава спустилась по лестнице, пройдя сквозь пыль.

В следующее мгновение Цучимикадо Мотохару оказался рядом с ней.

Он, вероятно, решил, что его пистолет бесполезен. Он использует нечто сложнее и будет полагаться на свои кулаки, чтобы достать Кумокаву.

Сначала он выбросил руку на уровне лица... чтобы скрыть удар ногой, похожий на резкое нажатие педали водителем, направленный на большой палец её ноги.

Раздался звук удара, но Кумокава успела отдёрнуть ногу до того, как удар достиг её. Его атака провалилась Но, как уже было сказано, у Кумокавы Серии не было никаких шансов честно справиться с Цучимикадо Мотохару и его стилем "Разящего удара", сочетающего запрещённые приёмы из всех видов единоборств.

И всё же она успешно увернулась.

Она и убийца в дорогом пиджаке смотрели друг на друга вблизи.

(Его мышцы настолько напряжены, что замедляют его, и он так сильно борется со страхом, что теряет подвижность. Всё кончено, Цучимикадо. Ты теперь на том же уровне, что и средняя старшеклассница.)

Она была уверена в своей победе.

Но тут...

Она услышала хлюпающий звук. В какой-то момент Цучимикадо Мотохару вытянул свою правую руку. И она ощутила неприятное скребущее ощущение за своим веком.

Он выдавливал её глаз.

Даже не так, он сунул больной и указательный пальцы за него, сжал и вытаскивал его.

Контроль Кумокавы был не более чем обманом. Она лишь ненадолго смогла обмануть этого человека, который обучался всему долгое время. Это внушало уважение, даже если этого хватило всего на один удар.

Но...

Но!

Но!!!

— Ха-ха! Да, это оптимальный ответ, Цучимикадо!

— ...?

Несмотря на то, что произошло, Кумокава улыбнулась.

К тому времени, когда Цучимикадо понял, что происходит, было уже поздно. Кумокава, игнорируя отвратительное чувство, идущее из глубины её глазницы, выбросила вперёд правую руку. Пистолет, по размеру меньше, чем колода карт, выскочил из её рукава.

В нём было всего два патрона, и Сериа не слишком хорошо с ним обращалась.

Но Кумокава получила расстояние и время, которого хватит и любителю.

Выстрел отдался ей в живот.

Тёмно-красная дыра появилась на левом боку Цучимикадо, и он застонал. Он рухнул назад так, что глазное яблоко Кумокавы потянулось за ним, вырываясь с корнем. Несмотря на кровь, заливающую её лицо из пустой глазницы, Кумокава продолжала улыбаться.

(Обычный человек должен быть вооружён, если сталкивается лицом к лицу с раненым зверем. Плохо подкованный человек попытался бы просто отбиться оружием. Но я поймала тебя твоим же страхом, так что даже такие простые истины испарились из твоего ума.)

— О... Поэтому ты был так наивен... — Кумокава сунула пистолет обратно в рукав формы, прикрыв пустую глазницу рукой и смотря оставшимся глазом на Цучимикадо, который лежал на лестнице. — Ты из тех, кто смакует свою месть. Именно так должна была пройти эта история мести. Как только ты стал пытаться убить меня как можно быстрее, ты должен был осознать, что я просто управляю тобой.

Цучимикадо Мотохару всё ещё не двигался.

Держа руку прижатой к лицу, Кумокава начала уходить отсюда. Она подошла к проходу, окружавшему холл на втором этаже, и достала своё портативное устройство. Активировав VoIP приложение, она позвонила кому-то.

Она говорила с Каидзуми Цугутоси, членом совета директоров, который ждал её на верхнем этаже.

— Всё кончено. Бешеный пес, сорвавшийся с цепи, пожалел об этом.

— Не похоже, что это было легко. Как всё прошло?

— Глаз — небольшая цена для девушки-любителя за победу над таким монстром.

Рука девушки заскользила по лицу. Она почувствовала неприятное тепло на всей его поверхности. Ей казалось, что голова увеличилась в размерах.

— Пожалуйста, приготовьте часть, отделённую в Микро Косме. Я смогу справиться с болью через самовнушение, но это не лучший вариант. Проще было бы вернуть недостающие части.

— Поня... Я... распоря...

Она как будто теряла сигнал, потому что голос Каидзуми как будто отдалялся.

Но потом Кумокава поняла, что на самом деле это не так.

(Что? Что-то с моими ущами?...)

Изменения шли изнутри её тела. Она почувствовала неприятное давление в груди. Сначала она подумала, что это из-а потери крови, но это всё равно было странно.

(Очень похоже на самовнушение вроде плацебо, но всё как-то иначе... Что же? Я никогда такого не чувствовала раньше!!)

Держа руку на лице, она облокотилась на перила. Её ощущение верха и низа становилось всё более неопределённым. Она понятия не имела, говорил ли ей что-то Каидзуми через портативный коммуникатор, и держала ли она вообще его в руках.

Это был...

Это был...

Цучимикадо Мотохару, шевелящий окровавленными губами, лёжа лицом вниз на лестнице.

Он что-то бормотал себе под нос.

— Эй, вы, куски дерьма. Время ублюдской работы. (Я смиренно прошу вашей помощи как молота и гвоздей.)

Магию можно разделить на широкие категории инфекционной и подражательной магии.

Относящаяся к разделу инфекционной может использовать вещи наподобие ногтей или волос. Самый популярный способ использования проклятья с целью удалённого поражения цели заключался в уничтожении её части.

Да.

Вырвав ей глазное яблоко, Цучимикадо мог использовать смертельную атаку.

— Как на линии сборки. Пошлите пулю в сердце этой сучки! (Я укажу на моего заклятого врага своей рукой. Следуйте этой плоти и крови, свяжите проклятьем их обладателя!)

Завершая проклятье, Цучимикадо легонько поцеловал глазное яблоко.

Он услышал влажный кашель, а затем что-то тяжелое рухнуло на пол.

Он успешно нейтрализовал свою цель.

Но в то же время самого Цучимикадо била дрожь от потери крови, пока он сам лежал на полу. Глазное яблоко выскользнуло из его пальцев.

Он использовал магию во второй раз.

Каждый кровеносный сосуд в его теле вскрикнул.

Он глубоко закашлялся и увидел, что его слюна была окрашена в красный.

— А... Кха, кха! Кха! Кха, кха!

Липкая кровь могла закупорить его трахею, но ему каким-то образом удалось откашляться, дав доступ кислороду. Затем он медленно встал.

— Разве я не говорил тебе? У тебя была информация обо мне лишь с научной стороны. Без данных с магической стороны ты никогда бы не завершила моё досье...

Даже дети знают о проклятии Уси-но Коку Майри. Он использовал распространённое заклинание, используя волосы вместо куклы. Оно било свою цель издалека, но любой маг успел бы принять контрмеры, как только почувствовал бы симптомы. Проклятие было эффективно только против тех, кто ничего не знал о магии.

(Проклятье... Может было быстрее поискать её волосы в её мусорке...)

Цучимикадо поднимался по лестнице, переставляя непослушные ноги.

Он не был настолько беспечен, чтобы воспользоваться лифтом, но тот, похоже, всё равно не работал. Использование пожарной лестницы было бы удобнее, но такой очевидный путь наверняка вёл в ловушку. А это был путь напрямик.

(Я мог бы попробовать воспользоваться вентиляцией, шахтой лифта или мусоропроводом, но они наверняка заминированы.)

Цучимикадо вздохнул.

Он никогда бы не попался в ловушку, расставленную рядовым членом тёмной стороны. Но эти "сюрпризы" были оставлены Кумокавой Серией. Даже если бы он был в лучшей форме и имел время на поиски, он не был бы уверен в том, что нашёл и обезвредил их все.

(Но ставил ли эти ловушки сам Каидзуми? Нет, он не будет участвовать в бою. Это означает, что он не знает, где его подчинённые заложили ловушки. У него нет выбора, кроме как остаться здесь. Он настолько озабочен своей защитой, что не станет двигаться.)

Если у Цучимикадо был безопасный путь на верхний этаж, то не имело значения, сколько времени на него потребуется.

Думая об этом, Цучимикадо сжал и разжал кулаки, проверяя хватку.

Он прошёл через приёмный холл, осматривая декоративную обстановку. Он осмотрел силуэт всего здания.

(Мне нужно три точки опоры в любой момент времени. Выносы не должны быть большими. Полутора сантиметров должно хватить.)

Третий Район часто служил местом дипломатических миссий, так что важное значение имела эстетика зданий. Здание, построенное известным дизайнером с нуля, будет иметь больше элементов, чем требуется. Этим можно было воспользоваться. Если бы это было прямоугольное здание с гладкими стенами, у него не было бы и шанса.

— ...

Проверив основной маршрут, Цучимикадо направился к одному из девяти выходов.

Ему для начала требовалось выйти наружу.

А дальше ему нужно было забраться на пятидесятый этаж без страховки.

— Гх... — застонала Кумокава Сериа.

Она, наконец, осознала, что лежит на полу второго этажа высотного здания.

(Что... Случилось? Меня... Спасли? Нет...)

Её сознание всё ещё было мутным. И она понятия не имела, как долго продержится. Ей казалось, что она не может открыть глаза, как если бы моргала слишком часто.

Цучимикадо Мотохару не преследовал её.

Также не было активировано ни одной ловушки на пути. Если бы какая-то из них сработала, то ей автоматически пришло бы электронное извещение.

(Тогда он вышел на улицу? Чёрт, насколько же ты вообще безрассуден?)

Эта идея пришла к ней раньше, но взгляд с тридцатого этажа всё изменил. Она отказалась от неё, думая, что это невозможно без должных навыков скалолазания.

Тем не менее, он выбрал этот путь без колебаний.

Напугало её не то, насколько безрассудно это было, а то, что он превзошёл её ожидания.

— Гх!...

Она попыталась встать, но в итоге смогла лишь слабо пошевелить пальцами рук и ног.

Встать было бы трудно.

Её передатчик всё ещё был у неё в руке, и она могла им воспользоваться. Но было бесполезно предупреждать Каидзуми об опасности. Старик не был в состоянии сражаться. Был бы это бой или побег, он проиграл бы, стоило ему только выйти на поле боя.

Ей нужен был кто-то ещё.

К счастью, Цучимикадо Мотохару выбрал безумную идею подняться на пятидесятый этаж. И это значило, что ему потребуется много времени, чтобы достичь цели. Даже если она вызовет кого-то с другого конца города, он доберётся сюда раньше, чем пальцы Цучимикадо сомкнутся на горле Каидзуми.

Ей нужен был кто-то, кто был эффективен в такой ситуации.

Ей нужен был кто-то, кто знал, кто она такая.

Ей нужен был кто-то, кто приехал бы по единственному вызову.

Она осознавала опасность, но не могла дать бешеному псу убить члена совета директоров.

Большим пальцем она набрала номер. Она напрягла все свои силы, но заскрипела зубами, когда поняла, что их не хватит, чтобы набрать даже пятьдесят символов. Затем она приложила файл, который автоматически активировал ловушку и маскировал сигнал под вызов сотового телефона. Наконец, она слабо нажала кнопку отправки.

(Нет...)

Стоило ей нажать кнопку, как ощущение пронзило её.

У неё было очень плохое предчувствие. Она даже не была больше уверена, что это была её идея. Как если бы идея ударилась в неё, словно бильярдный шар, после её столкновения с Цучимикадо.

(Не может быть...)

Но было уже слишком поздно.

"Сообщение отправлено" — высветилось на экране.

— ...Уу...

Она услышала слабый стук.

Передатчик выскользнул из её пальцев.

Часть 12

Этот старик обычно никогда не брал в рот и капли алкоголя.

Но не из-за чувства умеренности или сдержанности. Он наслаждался музыкой, театром, антиквариатом и искусством. Он даже купил лошадь и мог представить соответствующие сцены при просмотре расписания поездов или исторических дат. Своим вкусам и хобби он придавал больше значения, чем обычный человек. Но, по его мнению, табак, алкоголь и прочие вещи, которые притупляли чувства, лишь мешали наслаждаться всем остальным. Он предпочитал полностью наслаждаться своим свободным временем всю свою жизнь. Можно было назвать это его принципами.

Этот старик, Каидзуми Цугутоси, вытащил бутылку ирландского виски с полки, где он хранил предметы, подготовленные для приёма гостей. Он налил коричневую жидкость в хрустальный стакан и уставился на её поверхность. Иные сказали бы, что выражение его лица было твёрдым, как скала, он же назвал бы его жалким.

Ему оставалось только пить в такой неприятный момент.

Он никогда раньше не использовал алкоголь, чтобы сбежать от всего.

Старик решился, схватил стакан и залпом выпил алкоголь так же, как феодалы в древности пили яд, когда их замок был окружён врагами. Сначала он почувствовал тепло, разливающееся по шее и быстро передающееся в голову. Каидзуми чувствовал себя так, будто задыхался.

Он произнёс это только после того, как дно стакана коснулось прочного стола.

— Итак, он здесь.

Стоило ему это сказать, как закалённое стекло, покрывавшее стену за его спиной, треснуло и разлетелось. Каидзуми остался сидеть, повернувшись на стуле. Солнце уже почти село, оставив ночную сцену освещаться многочисленными искусственными огнями. Кровожадный зверь проигнорировал порыв ветра и медленно вошёл в кабинет.

Цучимикадо Мотохару был окрашен кровью в красный. Тёмно-красное пулевое ранение на его боку окрашивало одежду в других местах свежей кровью. Часть крови была его, а часть, вероятно, принадлежала кому-то ещё. Из-за восхождения на здание без страховки его пальцы побелели и дрожали.

Но его взгляд, скрытый за тонкими стёклами очков, всё ещё принадлежал хищнику.

Он спокойно спросил: "Вы готовы?"

— Думаю, что да, — ответил Каидзуми Цугутоси, опустившись в большое кресло.

Глаза Цучимикадо чуть сузились.

— Ваш конец не будет быстрым. Ваш путь к смерти будет долгим и болезненным. Знаете, почему?

— Я взялся за такой важный проект с полным осознанием того, что он повлияет на жизни многих. Я был готов с момента, как сел в это кресло.

— Вы пытаетесь казаться холодным и бесчувственным? — сплюнул Цучимикадо.

Юноша всеми силами пытался сдержать желание разорвать этого старика на части. Но даже этого было недостаточно. Просто убить его было бы недостаточно, чтобы утолить его ярость.

Его месть должна утолить весь его гнев.

Если нет, то он потеряет возможность выместить всю свою злобу и подчинится ей. Он станет мстительным духом, вечно ищущим следующую жертву.

Цучимикадо знал, что был всего в нескольких шагах от этого.

— То, в чём вы участвовали, не более чем убийство. Как и у меня.

— Верно, — честно признался Каидзуми.

Он был слишком стар, чтобы обманывать самого себя, думая, что у его действий не было последствий. Он участвовал слишком во многом, чтобы этого не знать. Тем не менее, он не был из тех, кто колеблется, если его действия можно было посчитать злом. Каидзуми Цугутоси больше всего боялся, что его разум и чувства притупятся, но в результате привлёк слишком много внимания к себе, и он был почти сыт этим по горло.

— Но действительно ли ты сам понимаешь, что происходит?

— ...

— Если ты убьешь меня любым способом, до которого додумаешься, то ты добьёшься своей мести. Вряд ли кто-то скажет, что это осчастливит твою младшую сестру, но это определённо удовлетворит тебя. Но твоя месть закончится здесь. Ты получишь её, так и не узнав правды.

— ...Ну и что? — сплюнул Цучимикадо в ответ. — Мне теперь уже плевать, что такое проект Agitate Halation. Моя задача — отомстить всем, кто ответственен за смерть Майки. Я убью всех, кто в этом участвовал. Вы будете сигнальным выстрелом над охотничьем полем. Вы будете не больше чем жертвой, которую увидят остальные.

— Говоришь, отомстить всем, кто в этом участвовал?

Каидзуми легко улыбнулся.

Алкоголь, казалось, немного помогал.

— Значит твоя месть закончится только с твоей смертью?

— ...

— Я не просто говорю, что смерть твоей сестры косвенно связана с твоим расследованием проекта Agitate Halation, — продолжил Каидзуми, когда не получил ответа. — Я знаю, что случилось. Я не дурак, и у меня есть много возможностей. У меня была возможность узнать, что случилось. Всё очень просто.

— Что просто?

— Правда, — напряжение пошло по лицу старика, когда он улыбнулся. — То, что произошло в начале. Что привело тебя к этой мести.

Взгляд за очками Цучимикадо не дрогнул.

Тем не менее, его брови слегка дёрнулись. Эксперт вроде Кумокавы Серии мог бы прочесть его состояние по этому выражению лица.

И...

Каидзуми Цугутоси, член совета директоров, решительно заявил.

— Это ведь ты поджёг общежитие и убил свою собственную сводную сестру, не так ли?

Наступило молчание.

На самом деле нежная классическая музыка продолжала играть, но эти двое её не замечали. Эта песня, которая прославляла создание человечества, больше не могла вызвать какого-то отклика у Цучимикадо или Каидзуми.

— Или, если быть точным, ты узнал, что некая группа собирается атаковать твою семью в целях влияния на тебя и твоё вмешательство в проект Agitate Halation, так что ты сделал первый ход и "убил" её. Ты похитил её, поджёг общежитие и подделал официальные записи. Ты убил свою младшую сестру, чтобы защитить её. Вот что на самом деле произошло.

— ...Даже если так, то что из этого?

— Если это так, то твоя месть не более чем фарс. Вероятная смерть никогда и не случалась, а ты здесь заявляешь, что отомстишь за неё, рискуя собой! Отомстишь за что? Ты прикидываешься кровожадным монстром, чтобы затянуть смерть своей сестры подальше во тьму?

— Да, — почти простонал Цучимикадо. Его тон был как у того, кому только что объяснили элементарную вещь, которую знали все. — Это не имеет значения. Мне правда плевать.

— ...?

— Если бы я не "убил" Майку, то её убила бы какая-нибудь группировка, или кто-то ещё убил её раньше или позже. С этим я ничего не мог поделать. И этого было достаточно. Просто осознания того, что кто-то угрожает её жизни, хватило, чтобы дойти до точки кипения. Это дало мне повод сражаться.

— Но это слишком отличается от твоих прошлых действий. Ты всегда оставался "за кадром". Кто вообще поручил тебе расследование проекта Agitate Halation? Не важно, через скольких людей прошли инструкции, твой посредник никогда бы не захотел, чтобы ты действовал так очевидно.

— Разумеется, нет. — Цучимикадо шагнул через осколки стекла. — Вы... Вы действительно думаете, что в такой ситуации я могу спокойно выполнять мою работу? Вы действительно не понимаете таких очевидных вещей? Вы настолько проржавели, что мне нужно объяснять всё с самого начала? Хорошо, я объясню.

Он остановился на секунду.

А потом он заговорил так, будто признавался в каком-то преступлении.

— Каидзуми, я убил свою младшую сестру.

Его голос был странно вежливым.

Или, возможно, это можно было описать, как голос человека, потерявшего свою суть и все эмоции.

Рот Цучимикадо Мотохару произносил слова куда более искусственно, чем игравшая в комнате музыка.

— Неважно, что это только на бумаге. Неважно, что на самом деле никто не умер. Неважно, что её школа горничных дала внезапное поручение убрать несколько старых зданий. Неважно, что сейчас она в замешательстве натирает пол. Неважно, что сейчас она здорова и понятия не имеет, что её общежитие сгорело, а она должна быть мертва. Неважно, что её комната, мебель, вещи и всё остальное восстановят до того, как она закончит свою работу.

Цучимикадо не держал в руках ножа или пистолета.

Отличительной ауры того, кто был сокрушён, было достаточно, чтобы сломить Каидзуми.

— Я всё равно её убил.

Это был крах его идеалов.

Это был пустой остов его убеждений.

Это предательство доверия, ставшее ненавистью. И сила этого доверия привела к такой ярости, которую просто так не успокоить.

— Всё дело в том, Каидзуми, что я поступил со своей маленькой сестрёнкой так, как должен поступать только за кулисами во тьме. Да, я знаю. Я знаю, о чём вы думаете. Я обманывал и врал ей всё это время. Такие правила я поставил себе и не думал, что кто-то меня поймёт. Но даже так, я переступил черту! Я поклялся, что никогда не приведу сестру в этот грязный мир! Но вы заставили меня сделать это! Вы! Это было то, что я поклялся никогда не делать! И всё же вы не оставили мне ничего иного, кроме как сделать это!!!

— ...

В этот момент выражение лица Каидзуми Цугутоси было слишком сложным, чтобы описать его стандартной эмоцией. Но Цучимикадо не замечал этого. Он показал на старика и выкрикнул обвинения, словно даже не знал, кого обвиняет.

— Вы теперь понимаете, Каидзуми?! Понимаете?! Вы... Нет, все вы разрушили всё, что я создал! Как долго, вы думаете, я могу поддерживать свою рациональность и целесообразность сейчас? С меня хватит. И теперь, зная это, я решил разобраться со всеми, кто с этим связан, прежде чем забуду, как стоять на ногах! Я разберусь со всеми, из-за кого мне пришлось убить мою сестрёнку!

— Тогда, — сказал Каидзуми спокойно. — Позволь мне дать тебе один совет. Проект Agitate Halation куда глубже, чем ты думаешь. Зайдя так далеко, повернуть обратно не получится. И... готовься. Ситуация будет только ухудшаться.

— О чём вы? — сплюнул Цучимикадо, глядя на старика. — Вы тот, кто стоит за ним! Или вы хотите сказать, что создана внешняя группа, оцепляющая его, которую вы не можете контролировать? Или у вас есть преемник, который займётся всем в случае вашей смерти?

— Ты скоро поймёшь, — ответил Каидзуми с медленным вздохом. Его руки, стиснувшие подлокотники кожаного кресла, были покрыты потом. — Ты не будешь меня слушать, что бы я сейчас не сказал. Это нормально, просто знай, что здесь всё не закончится. ...Кажется, это был успех. Ситуацию сложно назвать хорошей, но, похоже, лучший вариант будет в самом, самом конце.

— Хватит паясничать, — пробормотал Цучимикадо, делая большой шаг вперед.

Он руками смахнул всевозможные отчёты со стола и с силой открыл ящик. Он начал вытаскивать предметы оттуда, бросая их на стол.

— Авторучка! Кусачки для ногтей! Лекарство от простуды! Вы всё ещё пишете письма в эпоху и-мейлов? Тогда у вас должен быть клей-карандаш, нож для бумаги и печать! Имеете ли вы хотя бы представление, сколько боли можно доставить только этими предметами? Я покажу вам. Не думайте, что вы сможете умереть от шока. Выделив компоненты лекарства от простуды, я могу принять меры против этого. Помните, что я сказал? Ваш путь к смерти будет долгим и болезненным. Вы можете быть уверены, что узнаете всё позже, но просто знайте, что вы расцветёте ещё при жизни, как раффлезия. Жизнь — это урок с начала и до конца, так что убедитесь, что сохраняете внимание. Я научу вас отрицательным методам, которые человечество придумало с тёмной улыбкой!

— Вот как, — Каидзуми вздохнул, всё ещё сидя в кресле. — Я думаю, будет жестоко их использовать на твоей непросвещённой младшей сестре.

Цучимикадо молча замахнулся кулаком.

Оглушив старика этим ударом, Цучимикадо молча примотал ему руки и ноги к стулу проводами.

Он начал с блестящего ножа для бумаги.

У того не было лезвия, так что им сложно было поранить. Тем не менее, это означало, что им можно было продлить чьи-то страдания, если использовать должным образом.

— Я оставлю ваше лицо нетронутым, — его слова были острее, чем нож в руке. — Но не из-за доброты. Большая часть ваших пяти чувств расположена там. Тем не менее, я буду тщательно уничтожать всё остальное. Видение изменений вашего тела будет куда более шокирующим, чем вы думаете. Это будет первый шаг. И вам с ужасом придётся принять то, что это только первый шаг.

— Вряд ли это случится, — с кровью, текущей из уголка губ, Каидзуми смотрел Цучимикадо прямо в глаза. — Я сомневаюсь, что у тебя есть время.

— У вас нет пешки в запасе. Кумокава Сериа потерпела поражение. Ни один нормальный солдат не сможет найти расставленные ей ловушки. Ваши союзники смогут добраться сюда только по трупам товарищей. Вот почему вы не вызвали подкрепление, не так ли?

— Не важно, на чьей стороне они будут.

— Вы хотите сказать, что появится герой, защищающий справедливость, не связанный с этим? Если бы мир был так устроен, то тьма не просуществовала бы так долго, как сейчас.

— Кто-то идёт, — заявил Каидзуми решительно. — Герой идёт. Но это не что-то вроде совпадения. Ты частично узнаешь правду, когда это произойдёт. Можно назвать это необычной игрой в бильярд. Или одной из форм взаимного уничтожения, наверное. В любом случае ты узнаешь, как и во что был вовлечён.

— Что?

Как только Цучимикадо нахмурился в замешательстве, раздался негромкий сигнал тревоги.

Офис был со звукоизоляцией, но внутренний динамик сообщил Каидзуми, когда лифт прибыл.

Когда он понял, что кто-то пришёл, напряжение прошло сквозь кожу Цучимикадо, словно ток. Что-то было не так. Что-то было очень, очень неправильно. Кто-то был в состоянии нормально пользоваться лифтом, ловушки Кумокавы Серии не были активированы, и кто-то приехал вмешаться, как заявил Каидзуми. Но то, что чувствовал Цучимикадо было связано не с этим.

Проблему можно было упростить.

Каидзуми сказал, что это было похоже на игру в бильярд.

Цучимикадо Мотохару и Кумокава Сериа столкнулись. Её поражение от него позволило "кому-то ещё" появиться. Словно биток, ударивший один шар, вызвал цепную реакцию, сталкивая шары до тех пор, пока один не окажется в лузе.

— Знай, я понятия не имею, кто пришёл. Этот человек мог не сделать ничего плохого или не иметь злого умысла, — Каидзуми говорил быстрее, чем раньше. Это подсказало Цучимикадо, что он чувствовал, что у него не было времени. — Тем не менее, этот человек, безусловно, будет твоим врагом. ...Чёрт. Почему я до сих пор этого не понял? Их целью было не заставить нас обоих проиграть. Я никогда не был даже одной из их целей! Они хотели, чтобы ты и кто-то другой столкнулись! С самого начала — с самого, самого начала, — всё было ради того, чтобы обезвредить тебя! Всё это уходит корнями в покушение на твою сестру! Ответ был у меня перед глазами!

— ...

(Что?)

Голову Цучимикадо Мотохару наполнили вопросы.

(Кто держит кий в этой игре, и на какую лузу они нацелились?! Моё столкновение с Кумокавой и Каидзуми были не более чем путём к завершению? Тогда что же я начал здесь?!)

Победа над одним врагом создала нового. Но это не простой случай мести. С точки зрения бильярда это было как бить по шару, который стоял прямо напротив другого, но здесь всё было иначе. Движение было намного сложнее. Это было одним из видов трюков, где шары перепрыгивали через другие, чтобы достичь нужного.

Он решил забраться на пятидесятый этаж, потому что его противником была Кумокава Сериа. Этого бы не случилось, будь там другой враг, другой шар.

То же можно сказать и про его ранение на пути в офис Каидзуми.

Один человек против другого.

Один герой против другого.

Что, если была система, свободно создающая условия в неопределённом месте и времени, где два человека должны были столкнуться?

Что, если предстоящий бой был последним? Что, если он был создан заранее, чтобы точно загнать шар в нужную лузу? Что, если именно поэтому шар по имени Цучимикадо Мотохару пустили столкнуться со всеми остальными шарами?

— Скажите мне... — сказал Цучимикадо человеку, привязанному к стулу проводами. — Скажите мне! Как вы связаны с проектом Agitate Halation? То, как вы обо всём говорите, звучит почти как!...

Я работал, чтобы уничтожить проект Agitate Halation. Как и ты, я посчитал одного из стоящих за ним слишком опасным. Вот почему я и предположил, что они хотели загнать оба наших шара в лузу. Я предположил, что они хотели, чтобы мы победили друг друга. Я решил, что мой провал в остановке этого проекта достаточен, чтобы считать себя виновным в смерти твоей сестры. Если бы ты уничтожил проект после моей смерти, то мне бы этого было достаточно. И ты всё равно не принял бы правду, даже расскажи я тебе.

— Как это могло случиться?

Он неправильно выбрал цель для мести.

Он вредил себе, преследуя не ту цель.

И теперь кто-то, кого выпустили, как и его, пришёл сюда, чтобы покончить с ним.

Шаров на пути можно было избежать и ударить только по нужному, загнав тот в лузу, если бить под правильным углом.

Но было уже слишком поздно, когда он понял это. Он не мог изменить ситуацию сейчас.

— Что ты будешь делать? — спросил Каидзуми. — Если мы оба проиграем, то остановить проект будет некому. Это худший из возможных поворотов событий! Если собираешься бежать, то делай это сейчас. Неужели нет способа для тебя сейчас спокойно уйти?

Но его не было.

Враг контролировал весь бильярдный стол.

— У меня нет выбора, — решили Цучимикадо, успокаивая дыхание. Тяжелые двойные двери медленно открывались перед его глазами. — Я не знаю, кто это. Они могут быть хорошими, но могут и плохими. Но я не могу позволить себе проиграть здесь. Я должен осуществить свою месть! Я не могу позволить этому закончиться здесь!

Но...

Слова Цучимикадо были словно инъекцией стойкости после впадения в отчаяние. И они прервались, прежде чем он смог закончить.

Его глаза широко раскрылись.

Его голос задрожал, когда он увидел, кто вошел в комнату.

— Ты... шутишь...

Но, задумываясь над этим, он понял, что это могло быть то, чего он боялся больше всего.

Часть 13

Камидзё Тома вошёл внутрь высотного офисного здания в третьем Районе.

Когда он думал об этом, то всё, что привело его сюда, казалось странным. Всё началось с того, что его обманул Цучимикадо Мотохару и бросил в Школьном саду. Там он понял, что всё связанное с алтарём Короля Мудрости было ложью, и там же он узнал, что сестра Цучимикадо, Майка, погибла. Девушка, которую контролировала Шокухо Мисаки, номер пять в Академгороде, как-то помогла ему выбраться. Пока он был там, его телефон был выключен, чтобы никто не мог засечь его, но после этого он получил анонимное письмо с неопределённого адреса, в котором говорилось, где был Цучимикадо. Следуя указаниям, он прибыл в третий Район, а потом дошёл до этого лифта.

А сейчас...

Камидзе вошёл в большой офис, который никогда не видел в своей обычной жизни.

Несмотря на то, что офис был на пятидесятом этаже, закалённые стёкла были выбиты, а документы разбросаны по полу. Старик, которому, вероятно, принадлежал этот офис, был привязан проводами к креслу, а рядом с ним стоял Цучимикадо. В отличие от обычного состояния, его волосы были покрашены в коричневый, на нём был шикарный пиджак и очки с тонкими стёклами, и он был весь в крови.

Ситуация явно была не нормальной.

В то же время Камидзё чувствовал нечто в этой ситуации.

Безнадёжное чувство вроде того, как если бы шар, который не должен был оказаться в лузе, был вынужден сделать это вне зависимости от того, куда ударил биток.

— Что... Что происходит? — спросил Камидзё в замешательстве.

Цучимикадо заманил его в Школьный сад историей об алтаре Короля Мудрости, чтобы он не увидел это? Тем не менее, Камидзё отказывался верить в то, что всё происходит только из-за жестокости Цучимикадо. Это не было просто желанием доверять своему другу. Ситуация слишком отличалась от того, что мог сделать Цучимикадо. Сцена перед глазами Камидзё была больше похожа на расширенный вариант ситуации, когда кто-то со злости бьёт другого по голове пепельницей. Цучимикадо никогда бы не действовал так просто, даже если бы прибегнул к насилию. Даже если было что-то, что он не мог простить, Цучимикадо всё равно бы выложился на полную, сохраняя цель и рациональность, добиваясь идеальной победы. Так почему?

Выражение на лице старика, примотанного к стулу, изменилось, будто он что-то понял.

— Подождите... Он всего лишь только остановил шар? Если так, то это плохо. Шар, который ударил враг, это ты, Цучимикадо! Следующий шаг ещё не предопределён. Если ты прекратишь движение, соударение шаров приведёт к...!

Старик замолк, когда Цучимикадо вытащил пистолет и ударил его рукоятью в заднюю часть шеи.

Когда мужчина потерял сознание, Цучимикадо уставился на Камидзе.

— Ками-ян, как много ты знаешь?

— Ничего. Ничего вообще! Цучимикадо... я...

— Самый плохой ответ. Это не даёт мне ничего, чтобы обосновать своё решение, — сплюнул Цучимикадо. — Но по твоим глазам, как я понимаю, ты, по крайней мере, знаешь о смерти моей сестры. Я должен отомстить за это. Было ли это совпадением, или я был обманут, я бегу в неправильном направлении, но то, что я должен сделать, не изменилось. Я буду продолжать. И этот путь, по которому ты никогда не последуешь за мной, Ками-ян!

Крича, Цучимикадо без колебаний направил свой пистолет на Камидзё.

Камидзё напрягся, но он не услышал выстрела. Вместо этого раздался тихий металлический щелчок.

— Так что это ещё один результат моего столкновения с Кумокавой. Серьёзно, это чёртова игра в бильярд.

Цучимикадо цокнул языком и отбросил пистолет в сторону.

— Цучимикадо...

— Слова здесь не нужны.

Тело Цучимикадо неуверенно содрогнулось.

Дух.

Это было единственное, что держало его на ногах.

— Из-за тяжести ранений у меня нет времени для долгой беседы. А так как ты не знаешь ситуации, то у тебя нет аргументов, чтобы переубедить меня. ...Ками-ян и я. Кто-то ударил так, что мы оба попадём в одну лузу. Там нас ни ждёт ничего, кроме насилия!

— Стой, Цучимикадо! Дерьмо!

Но у него даже не было времени, чтобы ругаться.

Цучимикадо резко шагнул вперёд и рванул на Камидзе с огромной скоростью.

Рукопашный бой начался.

Камидзё Тома знал, что Цучимикадо Мотохару был хорош в запрещённых приёмах и был готов без промедления использовать их, если нужно. Он знал, как много боли наносят такие удары, но он всё равно использовал их. Он оставлял свои мысли, стискивал зубы и переживал каждую трагедию, чтобы в итоге не допустить ещё большой трагедии. Таким он был человеком.

Таким был его стиль боя, и таковы были его принципы.

Таким был противник, которого Камидзё никогда бы не смог победить.

Тем не менее...

И всё же...

— Ч-что?

Камидзё, изогнул верхнюю часть тела, уклоняясь от руки, безжалостно летящей в него. Ему удалось. Он также избежал пальцев, целящих в его глаза, и ноги, пытавшейся сбить его с ног. Иногда он уклонялся, иногда блокировал.

Дело не в том, что скорость Цучимикадо упала.

На самом деле, несмотря на все раны, Цучимикадо всё ещё был быстрее Камидзё.

Но...

Эта скорость была бессмысленной.

Когда он прежде победил Камидзё превосходящими силами, от него исходило чувство безнадёжного отчаяния. Теперь его не было.

Камидзё не видел ничего, кроме действий перед глазами. Ничего, кроме движений. Ничего, кроме явлений. Это всё, что было. Это было, как если бы он смотрел на пустую оболочку человека по имени Цучимикадо Мотохару. Это было лишь тенью его прежнего, это даже нельзя было назвать его руинами.

Итак...

— Что ты делаешь?

Раздался глухой звук удара.

Цучимикадо не ударил Камидзе одним из своих запрещённых приёмов. Наоборот. Это был дилетантский удар, когда кто-то размахивал кулаками так сильно, как мог. Он прилетел прямо в челюсть Цучимикадо с ужасающей точностью.

Верхняя часть тела Цучимикадо покачнулась.

Камидзё нанёс чистый удар, но ничего не почувствовал в своём сердце.

После удара Цучимикадо продолжал идти вперёд, и Камидзё был вынужден отбиваться руками и ногами. Каждый удар попал по Цучимикадо. Все они в конечном итоге попали. Каждый раз юноша вздрагивал. Его ноги становились всё более неустойчивыми. Это не был Цучимикадо, которого Камидзё знал. Как если бы профессиональный боец валялся пьяным в грязном переулке. Сердце Камидзё был наполнено подавляющим отчаянием.

— Что ты делаешь?!

Он хотел, чтобы Цучимикадо сказать ему, что он всё понял неправильно.

Он хотел услышать, что это была всего лишь игра. Он хотел, чтобы парень перевернул всё одним профессиональным ударом.

Он хотел, чтобы парень показал ему разницу между любителем и экспертом, а потом нагло заявил, что сам со всем справится.

Но всё же...

Звуки сильных ударов раздавались снова и снова. Цучимикадо Мотохару, наконец, рухнул на пол. Камидзё забрался на него сверху. Он снова, и снова, и снова опускал кулак на парня, в то время как слёзы наворачивались на глаза.

— Что это? Что это, чёрт возьми? Это действительно ты? Ты Цучимикадо Мотохару?! Нет, это не ты. Независимо от того, был ли ты ранен, или в какой ты ситуации, ты никогда не был так слаб, чтобы проиграть мне!!!

Сам факт победы в этом бою был вроде богохульства.

Как если бы толпа проигнорировала великого композитора, вложившего свою сердце и душу, и аплодировала бы кому-то, кто в шутку положил руки на рояль.

— ...

Даже придавленный всем весом Камидзё Цучимикадо извернулся и плюнул тому в лицо кровавой слюной. Он пытался ослепить его или заставить отвлечься и потерять равновесие? В любом случае Камидзё просто заблокировал такую слабую попытку ладонью. Он был в состоянии это сделать.

У Цучимикадо Мотохару, похоже, закончились идеи.

Свет в его глазах погас, и он рухнул затылком на пол.

Почему это произошло?

Что Камидзё получил от этой победы?

Всё закончилось прежде, чем он понял, что было причиной, или что получилось в результате. Он даже не мог представить, какие идеалы преследовались в этом столкновении. Он не мог представить, что каждый хотел достичь с риском для жизни. Его противник был простым человеком, но он даже не мог представить, как бы всё кончилось, будь обстоятельства иными.

И всё же...

Всё было кончено.

— Что, чёрт возьми?...

Чистые капли срывались с век Камидзё.

— Что, чёрт возьми?!

Это были самые горькие и жалкие слёзы победителя.

Он инстинктивно понимал, что это вкус позора.

— Я не должен был победить независимо от того, как старался... Должен быть какой-то подвох. Что-то, чего я не знаю! Чёрт возьми, не заставляй меня принять это. Я даже не знаю, кому я позволил выиграть! Кому я здесь дарю победу?! Цучимикадо, с кем ты сражался? Я ведь не был твоей финальной целью? Почему ты должен был продолжать драться, так мучая себя?!

Он не получил ответа.

Возможно, больше это не имело значения.

— Почему ты должен был врать мне?! Что здесь происходит? Это какой-то несчастный случай? Как... Как ты вообще связан с этим?!

Цучимикадо Мотохару проигнорировал Камидзё, позволяя всему закончиться.

Не важно, сколько костяшек домино было поставлено, они не продолжат падать, если между ними встанет крепкая стена. Камидзё просто бы стоял, как эта стена, пока не знал всей компоновки домино.

— Ответь мне, Цучимикадо! Ответь мне! Чёрт возьми. Чёёёёёёёёёёёёёёрт!

Похоже, Цучимикадо не собирался говорить ещё хоть что-то. Камидзе поднял голову и огляделся. Старик был всё ещё привязан к стулу проводами и был без сознания. От него толку не будет.

Офис был расположен достаточно высоко, да и окна были выбиты, так что внутрь врывались мощные порывы ветра. Груды документов, разбросанных по полу, взмыли в воздух. В них было многое: проект Agitate Halation, люди, связанные с ним, список тех, кто преследует проект, пожар в ученическом общежитии, список и преступников, и жертв, и частичный расчёт действий Цучимикадо Мотохару в течение последних двух часов.

— ...

Камидзё схватил один из документов.

В нём было имя того, кто был центральной фигурой проекта Agitate Halation, и кого искал Цучимикадо.

Член совета директоров Академгорода. Одна из немногих первичных VIP-персон.

И это имя было Якуми Хисако.

Между Строк 2

Некоторая больница в 13-м Районе обладала необычным оборудованием и обеспечением из-за связи с университетом... Или, по крайней мере, таким было официальное объяснение. Там была большая электрическая печь, которая меньше чем за минуту могла избавиться от заражённых органов, там было нанотехнологичное фармакологическое оборудование для производства, способное быстрее чем за минуту делать то же, что мембраны и клапаны органов, и прочее. Даже для больницы при университете в ней было слишком много оборудования, которое было из ряда вон выходящим.

— Хи-хи-хи.

В палате, которая выглядела более санитарно, чем любая другая, в которой захотел бы остаться нормальный пациент, рассмеялась женщина.

Это была Якуми Хисако.

Эта тускло освещённая комната, тайно названная "комнатой планирования", была единственным местом, где она могла расслабиться и чувствовать себя непринужденно.

— Хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи! Ха-ха!! Гья-ха-ха!! О, я не могу остановиться. Я не могу, я не могу, я не могу, я не могу!! И-хи-хи-хи-иии! Я-я не могу удержаться от смеха! Я умираю!

Медсестра, которую звали Рэнса, склонила голову в замешательстве.

— Произошла ошибка в эксперименте.

— Это прекрасно, это прекрасно. Цучимикадо не сделал достаточно, чтобы убить меня. Он отпустил меня. Его ненавистный враг был у него перед глазами, и он даже не понял! Он сошёл со своего пути, уклонившись от нужного шара, и послал совершенно ненужный в сторону Камидзё! Ха-ха! Это был огромный успех!

— Пошло это на пользу или нет, но ошибка — всё-таки ошибка. Вы не должны уделить этому больше внимания?

— Всё в порядке, — ответила Якуми со слезами на глазах. — Если бы проект Agitate Halation вышел за пределы допустимой погрешности, я была бы мертва. Я появилась на бильярдном столе и всё ещё жива. ...Это подтверждает это. Agitate Halation теперь не остановить. Теперь мы можем перейти к заключительной фазе проекта. Давай погрузим всё в хаос.

— Доктор, я должна напомнить вам, что основная цель Agitate Halation — в его практическом применении...

— Я знаю это. Это всего лишь побочный эффект. Нооо это в природе человека — наслаждаться, если можешь, — сказала Якуми Хисако небрежно, а Рэнса сверилась с графиком, стоя рядом с ней. — Кстати, есть ееещё работа, с которой мне нужно разобраться на данный момент? Если возможно, я бы хотела сконцентрироваться на Agitate Halation.

— Ничего, что требовало бы вашего внимания, доктор. Жирная-тян, Морщины-сан и Мистер Психоделик — все чувствуют себя хорошо.

— Эти прозвища мне ни о чём не говорят. Таааак, что с Эндзу-сан?

— Частный клинический тест моделирующего геля, перестраивающего структуру холестерина, начался. Количество регулируют для получения точных данных, но тромб должен образоваться в течение недели. Пока ещё рано судить, чтобы знать наверняка, но, скорее всего, из этого выйдет отличное оружие для убийства, способное обмануть судебно-медицинскую экспертизу.

— А как насчёт Акинай-сан?

— Частный клинический тест регулирования уровня вдыхаемого кислорода с помощью низкочастотного вмешательства начался. Он позволит уменьшать или увеличивать концентрацию кислорода в крови без использования лекарств. Пока ещё рано судить, чтобы знать наверняка...

— Этот не для убийства, так он в порядке?

— Мы рассчитали значения, необходимые для использования этого в качестве нелетального оружия, увеличивающего количество морщин и пятен у цели. Хотя, если изменить значения, то можно вызвать смерть от гипервентиляции.

— Хорошо. И, наконец, как Кевин-сан?

— Доктор, в чём смысл технологии, растворяющей кости, но оставляющей цель в живых?

— Нам это поручили, так что мы будем этим заниматься. Возможно, это будет средством наказания или вообще чьим-то больным фетишом.

— Его иммунная система ещё требует внимания, но он чувствует себя хорошо.

— Хорошо, — сказала Якуми Хисако с поклоном. А потом она вздохнула. — У нас, конечно, было много проблемных пациентов в последнее время.

— И вам определённо доставляло удовольствие затаскивать их во тьму.

— Но я что-то не слышала возражений, вызванных чувством справедливости. Конечно, если бы я их услышала, то тут же пресекла бы.

Якуми Хисако затем небрежно добавила: "Что за жестокий мир".

Это всё, чем для неё были жизни людей. Если они раздражали её, она посылала их во тьму, если они нравились ей, она чудесным образом спасала их. В любом случае она легко отбирала жизни. Она не относилась к ним серьёзнее, чем к тому, что она будет на завтрак — тост или рис.

— А теперь. Я вышла из графика, так что давай позабавимся.

В комнате планирования была устанвлена белая доска. Несколько фотографий были прикреплены к ней с помощью магнитов, и толстые линии соединяли их.

— Где та точка усилия?

— Мы уже нашли Фремию Сейвелун. Согласно отчёту этого Кихары, она хорошо прогрессирует.

— Противовес?

— Куроёру Умидори уже направлена. У неё нет "указаний", но считается, что оппозиция будет затронута по—своему.

— Тогда продолжай так, как и планировалось, Рэнса-тян.

— Поняла, — тут же ответил Рэнса, всё ещё стоя рядом.

Якуми Хисако подошла к столу, стоящему в комнате планирования. Она вытащила дротик из стакана для карандашей, в котором торчало ещё несколько приспособлений для письма. Дротик был окрашен чёрными и жёлтыми полосами. Любой бы естественно опасался живого существа, окрашенного в такие цвета.

Когда был создан специальный патрон, названный Снайпер Би, эта версия, с большим размером, была создана для проектирования. Меньшие версии закладывались в магазин, работающий на сжатом газе.

Когда она сжала дротик между большим и указательным пальцами, из него потекла прозрачная жидкость. Она небрежно бросила его.

С громким стуком дротик точно пронзил одну из фотографий.

Это была фотография...

— Начинается заключительный этап. Спервааа, давай сдвинемся с мёртвой точки и оборвём жизнь этого человека.

Жидкость стекала со лба человека на фото.

Это была не кровь. Это была муравьиная кислота, пчелиный яд, который они любили использовать.

— За этим потянется всё остальное. Весь мир будет обновлён☆