Том 3    
Глава 1. Грянула осенняя буря


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
Artemus
4 г.
Признаться, долгое время я думал, что не будет такого произведения, которое я без зазрения совести смогу назвать гениальным, которое действительно может "взять за душу". До тех пор, пока не начал сначала смотреть, а потом и читать Кошечку. Замечательный перевод от вашей команды лишь скрасил прочтение, первые 3 тома прочёл с огромным удовольствием и с нетерпением жду следующих.
P.S. но, может, всё-таки чуть-чуть сгладить "кансайское искажение"? Не думаю, что этот диалект в японском прям настолько отличается, как в получившемся переводе. Хотя, конечно, могу и ошибаться.
бурда
4 г.
>>8540
Признаться, долгое время я думал, что не будет такого произведения, которое я без зазрения совести смогу назвать гениальным, которое действительно может "взять за душу". До тех пор, пока не начал сначала смотреть, а потом и читать Кошечку. Замечательный перевод от вашей команды лишь скрасил прочтение, первые 3 тома прочёл с огромным удовольствием и с нетерпением жду следующих.
P.S. но, может, всё-таки чуть-чуть сгладить "кансайское искажение"? Не думаю, что этот диалект в японском прям настолько отличается, как в получившемся переводе. Хотя, конечно, могу и ошибаться.

Не, кансайский очень даже отличается от токийского. Как, собственно, и прочие диалекты.
generalstas
4 г.
В 3 части 4 главы, когда едут в аэропорт "Найдём им раньше" Может "их", а не "им"? и мне кажется лучше бы смотрелось "я (всё) понял", а не "я протер глаза", но вам виднее
psenomorf
4 г.
О, спасибо! Специально тянул с чтением 3 тома, ради развязки в финале)
winrealist
4 г.
Одно из немногих ранобе, перевода которого я жду! Спасибо большое!
generalstas
4 г.
очень жду перевода и надеюсь, что переведете все до конца. Буду класть вам по 300р за том!
Prizrak_Alexandr
4 г.
Ребят, вы лучшие!!! Жду не дождусь полного перевода, чтоб на несколько часов выпасть из реального мира)
Marsik
5 л.
+++
rindroid
5 л.
[quote="GeRaIn"]Риндроид, а ты будешь сверять 1-2 тома с япом ?[/quote]
Только если в будущем)
rindroid
5 л.
[quote="Adamantius"]Риндроид, у меня такой вопрос: если брать за основу «нихонго норёку сикэн», то на каком уровне сейчас находитесь именно вы?[/quote]
По этой системе мои навыки не получится оценить, я могу что-то не знать из "низкоуровневой" грамматики, но знать что-то из "высокоуровневой".
бурда
5 л.
[quote="GeRaIn"]Риндроид, а ты будешь сверять 1-2 тома с япом ?[/quote]
Если бы он это решил делать, проду вы бы ДООООООЛГО не дождались.
GeRaIn
5 л.
Риндроид, а ты будешь сверять 1-2 тома с япом ?
666satan
5 л.
НАЧАЛООООЧЬ,НАКОНЕЦ-ТО НАЧАЛОООСЬ!!!
спасибо за перевод,эдит и редактуру!!!!!!!
но все-равно буду ждать перевод целиком,что-бы прочитать за 5 дней и потом плакаться,что мало xD
adamantius
5 л.
Риндроид, у меня такой вопрос: если брать за основу «нихонго норёку сикэн», то на каком уровне сейчас находитесь именно вы?
Тёма
5 л.
И вопрос: может ли кто подсказать есть ли возможность достать на просторах интернета тома на японском?
Тёма
5 л.
Салют! Выражаю наиогромнейшую благодарность тем, кто занимается адаптацией для нашего восприятия сего произведения! ( как-то так)))
EndriL
5 л.
Ждем, верим, надеемся!!!
adamantius
5 л.
Риндроид, ну как там успехи с япом?
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 5.165.97.232:
Что ж, будем усиленно ждать. Успехов в изучении японского.

Глава 1. Грянула осенняя буря

Часть 1

— Совсем не понимаю чувства людей...

Шёл первый день сентября. Проснувшийся в кои-то веки самостоятельно, а не из-за кошек, Канда Сората рассеянно глядел в потолок и бурчал себе под нос.

Комната 101 в Сакурасо. Интересно, сколько раз он встречал тут утро? Прошло уже больше года, как он жил в притоне проблемных учеников. Тело и душа настолько привыкли к новому жилищу, что Сората чувствовал себя как дома и без проблем вставал рано утром.

Но сегодня всё было немного по-другому. Хотя парень не мог даже приоткрыть сонные глаза, в голове царила удивительная свежесть, а в теле поселилось необъяснимое напряжение.

— Вообще не понимаю...

Если бы вместо этого у него сильно сдавило в груди или его скрутила невыносимая боль, было бы даже лучше.

— Ну ладно!

Чтобы сменить пластинку у себя в мозгах, Сората приподнялся и скрестил ноги на кровати.

Кошки на душе у парня скреблись по вполне понятной причине. Ему не давали покоя результаты недавнего прослушивания.

Сората хотел забыться в шумной компании жителей Сакурасо, глядя на фейерверки, но даже целой ночи не хватило, чтобы всё забыть.

Он хотел перекрыть неприятные воспоминания приятными. А что делать дальше — толком не знал, и это сильно мучило его.

Но он понимал, что бесконечные размышления ничем не помогут...

— Вот блин. Сегодня начинаются уроки... Сколько там времени?

Сдерживая зевок, парень глянул на часы около подушки.

Стрелка показывала полпятого.

— Так ещё ночь.

Сората потёр сонные глаза. Хотелось завалиться обратно, но тревожные мысли всё равно не позволили бы ему погрузиться в мир сновидений.

— Эх... — вздохнул Сората и сделал глубокий вдох. И тут же ощутил непривычный аромат. Не то чтобы незнакомый, но и не совсем уж обыденный. — Это же...

Вроде пахло краской, которую используют для рисования. С чего бы в его комнате стоял такой запах?

Парень озадаченно осмотрел тускло освещённую комнату и приметил нечто странное на стене. Хотя ещё вчера там были монотонные, безвкусные обои, в одном месте их полностью изрисовали.

Наибольшее внимание привлёк рисунок гигантского робота-кота, стоящего на задних лапах. Вокруг здоровяка вилась куча других гигантских монстрокотов, которые, видимо, с ним боролись. Стиль и цветовая палитра создавали сказочную атмосферу, помимо которой в рисунке чувствовалась интересная сюжетная составляющая. Неужто фан-арт по новому аниме?

— Что это тут?

Хотел бы Сората, чтобы это оказался сон. Но парень прекрасно знал, что здесь, в Сакурасо, живёт пришелец, привыкший устраивать подобные розыгрыши. Если выбирать между сном и реальностью, то придётся признать реальность более правдоподобным вариантом.

Пока Сората ломал голову, как избавиться от граффити, дверь, которую оставили приоткрытой для семи подобранных кошек, с силой распахнули с другой стороны.

— Утречка, Кохай-кун!

В комнату нагрянула инопланетянка из комнаты 201 — Камигуса Мисаки, как всегда в приподнятом настроении. И на лице у неё красовалась лучезарная улыбка без малейшего раскаяния за содеянное. Девушка будто уже собралась в школу — надела форму и закинула на плечо сумку.

Не очень-то полезно для здоровья общаться с Мисаки сразу после пробуждения.

— Бесит вот так просыпаться. Приходи, когда я просплюсь.

Сората плюхнулся на кровать и закрыл голову подушкой.

— Уже утро, Кохай-кун! Пора в школу!

— Полпятого — это ещё ночь!

— Если больше трёх, то уже утро!

Мисаки настырно пыталась вырвать подушку.

— В три часа ещё даже день не сменяется!

— Второй семестр начинается только сегодня, а Кохай-кун почему-то уже размяк! Почему ты сношаешься с подушкой?! Подушка, верни моего Кохай-куна!

Требуя не пойми что, Мисаки вырвала её, и Сората тут же лишился последней защиты.

— А теперь, Кохай-кун, взбодрись! Побежали в школу!

— Школа ещё закрыта! — резко ответил Сората и поднялся. Теперь-то он проснулся полностью.

Когда Сората посмотрел на Мисаки, упёршую руки в бёдра, то увидел за её спиной стену, всю изрисованную граффити, после чего глубоко вздохнул в сердцах. Действительно, лучше бы это был сон.

— Пожалуйста, сотри потом всё за собой.

— Это Галактический кот Няборон!

— Ты вообще не слушаешь!

— Это персонаж многосерийного аниме, которое я придумывала аж со времён детсада! Смотри, в центре — главный герой Няборон! Последнее оружие для защиты Земли от нянгороидов. Двадцать лет назад их прогнали с Земли, потом изучали их соматические клетки, растили, затем искривили пространство-время, и получился робот — гибрид земной науки и науки инопланетных захватчиков. Кстати, он ростом 333 метра, прям как Токийская башня! Легко запомнить, правда?

Для наглядности рядом располагалось точное изображение Токийской башни. Хотя какая разница...

— Этот день я планировал прожить серьёзно и спокойно! А ты всё испортила! Верни мне мою депрессивную юность!

С появлением Мисаки от утренней безмятежности не осталось и следа. Похоже, уходить в себя в Сакурасо не приветствовалось.

— Если так хочешь узнать, я тебе объясню! Представь себе драму о самоотверженных мужчинах, которые посвятили своё тело и душу разработке Няборона!

— Эээ, да-да, я понял. Ты в любом случае расскажешь...

По большому счёту, она Сорату вообще не слушала.

— Няборон прошёл целую кучу проверок! Во время разработки мы потеряли несколько товарищей, выбились из графика, потому нам сократили бюджет. Пускай на бумаге всё работало, на деле мы совершали ошибку за ошибкой, робот всё не запускался, и боевой дух у всех упал ниже плинтуса! В итоге несколько разработчиков сдались и попытались убежать из лаборатории. И тогда директор Нэкомата[✱]Нэкомата — мифическая двухвостая кошка. сказала: «Куда же вы отправитесь, если уйдёте с этой работы? А, неважно. Не буду останавливать. Но если вы готовы ухватиться за свою цель, почему бы вам не вписать свои имена в историю науки? Подумайте о павших товарищах...» И воодушевила она всех своей речью!

— В самом деле отличная драма для мужиков! Прям повеяло классикой!

— Если всё полностью рассказывать, стукнет пять~ Как поступим?

— Я немного заинтригован, но лучше как-нибудь потом!

— Тогда продолжу про Няборона. По концепту Галактический Кот Няборон — крутецки-прекрутецки крутой робокот.

— Можешь не рассказывать! И что за дурацкий концепт?! Чушь кошачья! Что со мной происходит?! Как я в это вляпался?.. Кто-нибудь, объясните дураку! И заодно спасите!

Мольбы Сораты никого не достигли.

— Пилот Няборона должен отвечать особым требованиям, а именно — он должен познать горести жизни.

— Что за критерии такие?!

— Чтобы разогреть негативный реактор до критической точки, необходим большой жизненный опыт! Подходящий на роль пилота главный герой Нэкосукэ в начале первой серии уже десять лет как встречается с Нэкоко, и на радостях они играют свадьбу, но в назначенный день двадцатилетнее молчание прекращается, появляются нянгороиды и снова пытаются захватить Землю и её ресурсы, вот беда! Старшего брата Нэкокити убивают нянгороиды прямо на глазах у Нэкосукэ, отчего он громко зарыдал и распустил нюни, но тут же воспылал желанием отомстить и восстал против проклятых нянгороидов!

— Эээ... Кстати, а сколько времени занимает эта история?

— Дня три, наверное.

Весёлое лицо Мисаки выглядело зловеще.

— Завязывай! Пусть я и встал полпятого, могу ещё и опоздать ненароком!

— Но! Нянгороиды могут раздавить человечество лапами и даже не заметить! Их не победят ни солдаты из плоти и крови, ни даже истребители!

— Это какие же лапы у них должны быть? Как им тогда по Земле ходить?

— После всех мучений Нэкосукэ принял решение! Таковы главные события первой серии! Спустя долгие десять лет Нэкосукэ наконец женится на Нэкоко, но вскоре подаёт на развод! Чтобы познать всю подноготную жизни! «Я не позволю раздавить человечество. Извини. Я не прошу понять меня. Презирай меня. Честь имею», — говорит он Нэкоко и уходит в закат! А потом плутает по глухой улице со слезами на глазах, и его заливает дождь!

— Как сильно Нэкосукэ переживает! А как же крутой-прекрутой парень? И никто теперь не говорит «Честь имею»!

— И вот Нэкосукэ становится пилотом Няборона!

— Только и делают, что воюют с нянгороидами, чудесно, чудесно. Всё, конец!

— Кохай-кун, ты балда~ Неужели тебе нравится сбивать мне настрой?

— Это у тебя, что ли, настрой сбит? Почему бы тебе не рассказать это Дзину-сану? Он напишет сценарий, и выйдет отличное аниме.

— Может, и так, но...

— А? Что?

Вот теперь у Мисаки точно сбился настрой. Она приуныла и присела рядом с Соратой.

— Дзин... не приходит домой.

Похоже, Сората умудрился наступить на мину.

— Он спит не дома...

Мисаки обхватила колени и сжалась.

— А, нет, это... Прости.

— Сейчас он спит с другой...

Мисаки любила Митаку Дзина, друга детства. Любила безумно, чего никак не ждёшь от ветреного человека вроде неё.

Не в силах смотреть на девушку, Сората скользнул глазами по рисунку на стене. Если он не найдёт другую тему для разговора, то будет паршиво. При нынешнем раскладе Мисаки совсем упадёт духом.

— Сэмпай, смотри! Что это?!

Он указал куда-то на стену. Там располагался огромный, мускулистый, горбатый нянгороид, пускающий клубы дыма изо рта. Его шерсть стояла торчком, как у дикобраза.

— О... Как и ожидалось, Кохай-кун! Дошло наконец, да? Это один из шестерых боссов, Айн Котоспин!

Мисаки тут же пришла в себя.

— Кстати, остальные боссы — это Тубай Котоглаз, Драй Которот, Фия Котозык, Фунф Котоням и Нэкокити Котодрак.

— У одного из них имя больно выделяется. Разве не так звали погибшего брата Нэкосукэ?

Сората почувствовал себя дураком, зачем-то запомнив имена. Но с другой стороны, если он вернул Мисаки в привычную колею, то всё отлично.

— Вот оно! Нэкокити на самом деле выжил и перешёл на тёмную сторону!

— Э? Зачем?

— Нэкокити безответно любил Нэкоко! Но когда Нэкосукэ всучил Нэкоко документы на развод и довёл её до слёз, Нэкокити пришёл в ярость!

Как ни гляди, отношения сложные. Хотя Нэкосукэ принял вызов Нэкокити, этим он заставил брата переметнуться на сторону врага. И всё из-за какой-то девушки... Не та история, которую серьёзно воспримешь спозаранку.

— Вернёмся к сюжету. Появившийся в третьей серии босс Айн Котоспин оказался настолько сильным, что шестьдесят процентов человечества тут же вымерло!

— Да Землю вообще не защищали!

— Да ещё и Нэкосукэ убило обломками, прежде чем он сел в Няборона.

— Он же главный герой!

— Что же теперь ждёт Землю?!

— Давай, устрой уже армагеддец.

— Но оставался луч надежды. Не только один человек познал все горести жизни! Пилотировать Няборона решила Нэкоко, которая на пике счастья получила документы на развод!

— Да какие уж тут горести жизни, Нэкоко ведь... только вышла замуж и тут же развелась, бывший муж умер — как тут не упасть духом. Но при этом она смогла стать пилотом? А у неё крыша не поехала?

— Кохай-кун, девушки сильные! Более того, Нэкоко летала на истребителе Воздушных Сил Самообороны, потому её чутьё пилота суперкрутое! Нэкосукэ даже рядом не стоял!

— Тогда делай из неё пилота с самого начала! Верни Нэкосукэ!

— Ты ничего не понимаешь, Кохай-кун~ Смерть Нэкосукэ шокировала Нэкоко, и она воспылала жаждой мести. Она так горевала! И не собиралась уступать! Не собиралась сдаваться! И её всё достало! В первый год их отношений Нэкосукэ крутил шуры-муры с другой молоденькой киской, но Нэкоко пришибла не его, а её!

— Жуть! Жуткая Нэкоко! А можно ли главному герою быть таким? Сколько детей это посмотрит? Ты хочешь им психику сломать?

— Каждый раз Нэкоко рвала на клочья нянгороидов, а временами даже вытворяла бросок кобры!

— Какая сильная Нэкоко~ Круто~

Как и ожидалось, Мисаки увлеклась рассказом, и вскоре терпение Сораты закончилось. Такими темпами у него скоро расплавится мозг.

— Сменим тему! — Мисаки строго тыкнула в Сорату пальцем. — Я собираюсь тебе кое-что рассказать.

— Как резко сменила!

Мисаки повела палец куда-то в сторону. И указала на часы.

— Эти часы стоят.

— А?

В ответ на услышанное парень дважды проверил их. Секундная стрелка в самом деле не двигалась.

— Э! Эээ, а сколько тогда сейчас времени?!

Он в спешке схватил телефон и пристально посмотрел на дисплей. А там значилось восемь часов.

Уже пора собираться в школу. И правда, в комнате ведь светло даже без включённой лампы.

— Надо же было батарейке сесть именно сейчас...

— Не в том дело, Кохай-кун!

— А в чём?

— О батарее позаботилась я!

Мисаки подняла над головой пальчиковую батарейку.

— Не устраивай таких приколов! — проорал Сората, пронёсся мимо Мисаки и выбежал из комнаты. Уже было поздно жаловаться.

Пешком отсюда до школы примерно десять минут. Из общежития Сората обычно выходит в 8:20. Если поспешить, то ещё можно успеть, но только в том случае, если он один.

Сорате приходилось кое за кем присматривать. За девушкой, живущей в комнате 202, — Сиине Масиро. Пять минут, чтобы её разбудить. Пять минут, чтобы прибрать волосы. Пять минут, чтобы заставить её переодеться. Пять минут, чтобы перекинуться бессмысленными фразами. Пятнадцать минут, чтобы запихать ей в рот завтрак. Десять минут, чтобы разбудить её во второй раз. Ещё пять минут, чтобы потрепаться не пойми о чём. Добавить сюда всякие мелочи — и они сто пудов уже не успеют вовремя.

Когда Сората бежал по коридору и пытался придумать, как бы им не опоздать, сзади возникла Мисаки и махом его обогнала.

— Я пошла!~

Она жизнерадостно вылетела в прихожую. Не провожая её, Сората понёсся в ванную, чтобы умыться. И тогда он почувствовал под ногами что-то мягкое и резко остановился.

Робко посмотрел на пол. Там что-то валялось. Женская пижама. Кружевной лифчик и небрежно скомканные белоснежные трусики.

Нисколько не смутившись и не растерявшись, Сората посмотрел в потолок.

Совершенно ясно, кому оно всё принадлежало. Как ни гляди, именно эту пижаму и трусы Сората вчера приготовил для Масиро... Ничего удивительного, что он узнал их.

— Надо же было так разбросать.

Не желая оставлять одежду на полу, Сората собрал пижаму и лифчик и сложил вместе.

— Я ей мамочка, что ли?

Наконец, он поднял трусы и свернул их. Его сердце неожиданно забилось быстрее. Ткань в его руке была ещё тёплая. Тёплая от человеческого тела.

— Стойте, неужели это...

Трусы сняли практически только что. У парня вспотели ладони.

— Почему она оставила их тут?!

Нужно как можно быстрее их куда-нибудь запрятать.

— Если меня заметят...

Его жизнь определённо подойдёт к концу.

В тот же миг Сората услышал позади себя шаги, прозвучавшие для него как погребальный звон.

— И что будет, если заметят?

Напряжённо выпрямив спину, Сората повернул голову.

Там, перед входом в ванную, стояла Аояма Нанами, заехавшая летом в комнату 203. Она уже оделась в школьную форму и полностью собралась к выходу. Похоже, ей опоздание не грозило.

Взгляд Нанами тут же упал на содержимое рук Сораты: пижаму, лифчик и скомканные трусы.

— Хотела тебе кое-что сказать попозже, но, может, выслушаешь сейчас?

— Попозже? Ты уверена?

Отчего-то Нанами улыбалась и пребывала в хорошем настроении.

— В-всё не так! Я просто выполняю свои обязанности!

— А со стороны не похоже.

Улыбка Нанами пугала. Поскольку в глазах отсутствовала напрочь.

— Т-тогда на что похоже со стороны?

— На превращение[✱]Японское слово «превращение» звучит как «хентай»..

За ответом в карман она не полезла.

— Куколки в бабочку?

— Человека в отброс.

Сората испытал на себе презрительный взгляд.

— Всё не так! Сиина разбросала тут одежду!

— Фу~ Нахватал ещё тёплое бельё Масиро, а потом перекладываешь вину на неё.

Сората в спешке запихал пижаму и нижнее бельё в стиралку.

Для укоров Нанами выбрала неподходящее время. Сората не забыл, что нужно собираться в школу.

— Да, а где Сиина?

Словно в ответ на его вопрос открылась дверь в душевую.

— Звал?

Из душевой повалил горячий пар, от которого запотело зеркало. Сората на автомате посмотрел в сторону голоса.

Посреди клубов пара стояла голая Масиро. Сияние её белоснежной кожи ослепило Сорату.

Масиро смотрела на него. А он на Масиро. И оба хлопали глазами.

Сората ни закричал, ни замахал руками, а молча захлопнул снаружи дверь в душ.

— Вот и всё.

— Что значит «вот и всё»?!

Нанами упёрла руки в бока и укоризненно посмотрела на парня.

— Если думаешь, что я при каждой неловкой ситуации буду паниковать, ты сильно ошибаешься.

— И ты говоришь это, когда у тебя кровь из носа пошла?

— Э, правда?

Сората вытер запотевшее зеркало и проверил своё лицо. И правда, у него пошла носом кровь, потому он поспешил заткнуть ноздри тканью.

Дверь позади него приоткрылась. В зеркале парень увидел, как сквозь щель за ними подглядывает, словно пугливая уличная кошка, Масиро.

— Сората ворует бельё?

— Нет!

— Подглядывает?

— Это случайно вышло!

— Хочешь посмотреть?

— Если покажешь мне!

Отчаявшись, Сората ответил честно.

— Не наглей! — обругала его Нанами. А вот Масиро приняла немного задумчивый вид. — Масиро, ты тоже не удумай чего лишнего!

— Если Сората хочет, я не против.

— Отлично, тогда я хочу!

— Не переигрывай! Масиро, быстрее переодевайся!

Нанами схватила Сорату за шкирку и выкинула из ванной.

— Сиина, поспеши!~ — крикнула Нанами и закрыла дверь, и Сората приготовился выслушивать нотации. Но Нанами лишь слегка вздохнула. Неужели она уже устала от всего этого и сдалась? Лучше уж тогда отругала бы его. — Я уже выхожу.

— Пожалуйста, наори на меня!

— Канда-кун, думай, о чём просишь. Мы, наверное, уже опаздываем.

Точно устала.

— Нет! Я в том смысле, чтобы ты не бросала меня!

— В любом случае времени нет, потому хватит. С сегодняшнего дня у меня утренние собрания в комитете.

— А? Комитете?

— Комитет культурного фестиваля.

— Эээ~ Ты себя лишней работой нагрузила.

Культурный фестиваль старшей школы при университете Суймэй, известной как Суйко, прославился на всю округу, потому что не походил на фестивали в обычных школах. Каждый год 3 ноября праздновался День культуры, который длился целую неделю. В нём принимал участие и торговый квартал на дороге Красных кирпичей, потому фестиваль выходил за рамки школьного события и становился общегородской кульминацией торжества. Само собой, из всех культурных событий в окрестностях фестиваль привлекал наибольшее внимание.

Работа в комитете много включала много всего и в будущем оправдывала себя, но с другой стороны, была печально известна своей чрезмерной волокитой.

— Аояма, ты точно справишься?

О школе и комитете он не беспокоился, но Нанами зарабатывала сама себе на жизнь, к тому же хотела воплотить в реальность мечту стать сэйю и посещала дорогостоящие занятия. Должно быть, уставала она изрядно.

Уже бывало, что Нанами от перенапряжения не выдерживала, вот почему Сората немного беспокоился.

— Справлюсь.

— Звучит не очень убедительно.

— Не знаю, что и сказать... Дел свалилось жуть как много... Придётся... положиться на тебя...

Голос Нанами немного ослабел. Её глаза тревожно задрожали, и она ожидающе посмотрела на Сорату.

— Нельзя?

— Не, нет, всё нормально.

При виде такой Нанами Сората почувствовал себя странно. Наверное, потому что обрадовался, что на него готова положиться кто-то столь сильная, как она.

— Раз так, я правда могу рассчитывать на помощь?

— Угу, ладно.

— Смотри не забудь.

— Понял, понял, не опоздай.

— Это скорее к тебе относится, Канда-кун. Увидимся в школе.

Парень помахал рукой, и Нанами приободрённой походкой вышла наружу.

— Глянешь на вас, так с самого утра уже тошнит.

Нарисовалась учительница изобразительных искусств Сэнгоку Тихиро — комендант Сакурасо, проживающая прямо здесь. Оделась она сегодня в роскошный костюм, надухарилась чем-то молодёжным и сделала мощный мейкап. Видно, настроилась она серьёзно. Неужели готовится к началу второго семестра? Или нарядилась на ночную тусовку? Хотя какая разница...

— Разве можно говорить ученику в лицо, что вас от него тошнит?

— Канда, если ты опоздаешь в первый же день, я тебя так отделаю, что вовек не забудешь, так что готовься.

— Знаете, сэнсэй, вы первоклассный учитель, в каком-то смысле я вас даже уважаю.

— Если где-то накосячишь, достанется мне. Ты ведь понимаешь?

Если в школе таких учителей считали надёжными, то с миром явно что-то не так.

— И прихвати Масиро и Акасаку.

— Чего, ещё больше на мою голову проблем вываливаете?!

В соседней от Сораты комнате под номером 102 жил Акасака Рюноске — настоящий хикикомори, который не появлялся в школе уже как минимум пять месяцев. А в Сакурасо его и вовсе никто никогда не видел, и временами его существование ставилось под сомнение.

— Какой ты холодный. Тебя совсем не заботят друзья?

— А вас-то ученики заботят, сэнсэй?!

— Нее~ Какая мне с того выгода?

Наговорив несусветицу, Тихиро быстро затопала в школу.

Оставшийся один Сората поглядел на дверь комнаты 102 в коридоре и позвал её жильца.

— Эй, Акасака~ Сегодня начинается второй семестр~

Разумеется, никто не ответил.

Решив, что лучше отправить сообщение, Сората вернулся к себе и взял сотовый.

«Сегодня начался второй семестр.»

Следом пришёл неожиданно быстрый ответ. Вероятно, ответила программа-автоответчик Горничная.

«В настоящий момент Рюноске-сама проверяет, какой вообще толк от второго набора упражнений из радио-передачи, которые напоминают движения гориллы. Поэтому я не в силах передать ему долгожданное сообщение от Сораты-сама. Приношу свои извинения и надеюсь на ваше понимание. От Горничной, которая хочет штамп в паспорте от хозяина.»

Как и ожидалось, ответил не Рюноске. Интересно, чем он вообще там занимался? Неужели тем самым? Придумывал новые шутки для Горничной? Наверное. На том и сойдёмся.

Сората сдался и вернулся ко входу в ванную, где теперь позвал Масиро. Прождал он достаточно, потому она уже должна была переодеться.

— Сиина, ты оделась?

— Сората.

— Если ещё нет, поторопись. Мы опаздываем.

— Принеси мне во что переодеться.

— Ты это говоришь сейчас?! Чем ты занималась?!

— Стояла голой, — услышал Сората, уже затопавший на второй этаж, и чуть не упал.

В комнате Масиро он взял пиджак и блузку от формы, юбку с носками, плюс прихватил с кровати комплект нижнего белья, а для пущей надёжности ещё и банное полотенце, и вернулся в ванную.

Всё это он передал Масиро через дверную щель.

— Форма? — почему-то спросила она.

— Для особо сообразительных: сегодня начинается второй семестр.

— Второй семестр?.. — промямлила она так, словно узнала новое слово.

— Ты знаешь, что такое второй семестр?

— Какое-то название.

— О.

— Не пробовала ещё.

— Да ты лопнешь, если его съешь!

— Да?

— Ну-ка быстро надевай форму! Если опоздаем, меня отделают так, что мало не покажется!

Поторопив Масиро, Сората вернулся к себе, переоделся, взял сумку и снова намылился на второй этаж. Там запихал школьные вещи Масиро, проспавшей все каникулы, в сумку и помчался вниз.

Что за наказание с побегушками с утра пораньше? Утром же должна царить умиротворённая атмосфера... Всё вернулось на круги своя.

Когда он спустился на первый этаж, из ванной вышла переодевшаяся Масиро. Вот только с мокрыми волосами, одним носком на ноге и неопрятно торчащей блузкой.

— Эй~ Слышь, ты! Переоденься нормально!

— Сората сказал одеться быстро.

— В таком виде всё равно нельзя!

Парень взял банное полотенце и вытер девушке волосы. Времени не хватало, потому пришлось отказаться от фена. Достав из корзины в ванной носок, Сората присел перед Масиро, чтобы натянуть его на неё.

— Давай, подними ногу.

Масиро приподняла правую ногу. На которой уже красовался носок.

— Дурочку включила, да?!

— Не включила.

— Тогда в чём дело?!

— Не знаю.

— Кто-нибудь, дайте мне таблетки от головы!

Следом Масиро подняла голую ногу — белую, стройную, гладкую и блестящую — и дала надеть на неё носок, а потом сама поправила край блузки. Всё было готово... Если подумать, в корзине с носком забыли ещё кое-что.

Розовые трусы.

— Эй...

Масиро попыталась выйти из ванной первой.

— Сората, мы опаздываем.

— Сначала надень трусы!

— Но ведь мы опоздаем. Ничего?

— Ну и что!

В уме Сораты всплыл момент из прошлого, который ему не хотелось бы вспоминать.

Он вспомнил про случившееся в апреле. Тогда приключилась пренеприятнейшая история, когда Масиро пошла в школу, не надев нижнее бельё. Всего его мысли на целый день заполонили её трусы, и видок у него был соответствующий. От второго такого же дня Сората предпочёл бы воздержаться.

Он всучил девушке трусы.

— Сората же сказал поспешить.

— Не забывай, жизнь — ещё не самое ценное, что можно потерять!

Никак не отреагировав на ценное замечание Сораты, Масиро нехотя встала перед зеркалом и прямо на глазах у парня просунула по очереди ноги в трусы.

Она действовала настолько непринуждённо, что Сората забыл отвести глаза.

Масиро натянула трусы и одновременно выпрямилась. Продемонстрировала округлости своей задницы сквозь юбку и подняла обеими руками розовую ткань до драгоценной части своего тела, беспокойно провела руками по новому элементу одежды и поправила наконец неопрятные края блузки.

— Оу, оу, оу! Ты!..

— Морской котик из тебя никакой.

— Ну-ка цыц! Я ухожу, а ты одевайся! Один вынос мозга!

— Сората странный.

— А каким мне после всего увиденного быть?

Масиро проверила край юбки.

— Видел?

— Нет, но лучше тебе быть осторожнее!

Неважно, видел или нет, когда Масиро поелозила у себя под юбкой, навоображал он себе достаточно непотребств.

— Ты точно отдаёшь отчёт своим действиям?

Сегодня начинался второй семестр, заново стартовала школьная жизнь, но Сората совершенно не знал, что делать.

— Всё будет в порядке.

— Совсем не уверен.

— Сората что-нибудь придумает.

— Не рассчитывай сразу же на меня! Хоть немного-то во мне сомневайся!

Потеряв интерес к разговору и отчаявшемуся Сорате, Масиро отвернулась от него.

— Слушай, Сората.

— Что ещё?!

— Мы опаздываем.

— Кто бы говорил! Хватит бесить меня!

Вспомнив о нехватке времени, Сората схватил Масиро за руку и помчался с ней к выходу.

Наступило 8:30 утра.

Возможно, если бежать со всех ног, можно успеть. Вот только о себе дали знать хилые ноги Масиро, расхлябанные за летние каникулы. Более того, если Сората не тянул её за собой, она даже не пыталась бежать. Парень вдруг призадумался, какие же могут поползти в школе слухи, когда они примчатся вместе, крепко держась за руки.

— Тогда не оставляешь мне выбора.

Его внимание привлёк оставленный у входа велосипед — олицетворение бабского велика. Похоже, его бросил за ненадобностью предыдущий жилец. Старый агрегат покрывала подозрительно толстая ржавчина, но в нынешней ситуации если велосипед хотя бы просто будет на ходу, то уже сгодится.

Сората закинул в корзину их сумки и уселся на сидушку.

— Сиина, назад! Быстро, быстро!

Масиро молча села и свесила ноги с одной стороны.

— Держись крепче, чтобы не упасть.

Она обхватила Сорату обеими руками и прижалась к его спине. Тот ясно почувствовал температуру её тела, стройного, но мягкого. Он ведь только что из ванной её вытащил — девушка чудесно пахла.

— Не прижимайся ты так! Мы же разобьёмся!

— Сората думает только о себе.

— Кто же из нас прав? Давай в суд наведаемся и там решим!

Чтобы отвлечься от ощущения девичьего тела за спиной, Сората направил в ноги на педалях побольше сил.

Велосипед лениво стартовал от входа в Сакурасо и начал медленно набирать скорость, двигаясь вниз по дороге.

Ветер приятно обдувал вспотевшую кожу. Влажность ещё была высокой, но воздух первого сентябрьского дня отчётливо намекал на приход осени, а по невзрачному небу расплылись бледные облака, добавляющие в картину прохладного сезона недостающие краски.

Тогда-то до Сораты дошло, что летние каникулы закончились. И тут же, словно облако в небе, исчезло ощущение долгого отдыха.

Теперь Сората ощущал себя совершенно иначе, не как в начале прошлогодних летних каникул, когда ничего не хотелось делать, кроме как залезть в машину времени. Интересно, насколько он изменился после тяжёлой презентации своего проекта. И после знакомства с Масиро. Ответить он не мог. Не мог, но точно знал, что жаждет продвигаться вперёд.

Нетерпение отозвалось пульсирующей болью в груди, но Сората захотел сорваться на бег.

Потому к началу второго семестра он относился с воодушевлением, а езда на велосипеде странным образом успокаивала.

Нетерпение, захлестнувшее Сорату этим утром подобно урагану, стало его движущей силой.

— Слушай, Сиина.

— Сората нарушил обещание.

Он обещал называть её по имени, когда они наедине.

— Слушай, Масиро.

Пришлось немного напрячься.

— Что?

— Постарайся с серийным выпуском.

— Угу.

Показалось, что Масиро чуть сильнее в него вцепилась. Нет, наверное, воображение разыгралось.

— Ты тоже.

— Ммм?

— Я тебе помогу.

Сората ничего не смог ответить на неожиданное заявление Масиро.

Внутри него разлилось тепло, и хотя он попытался посмеяться про себя, лицо залилось румянцем. Странно. Не думал он, что так приятно, когда кто-то помогает.

И он самозабвенно сконцентрировался на педалях. Чтобы не упасть, Масиро плотнее прижалась к нему, но теперь отчётливо ощущалась граница между ними.

Постоянно Масиро задевала его за живое.

Поначалу его напрягало, когда она вела себя в школе, как дурнушка, но при виде того, как она старалась изо всех сил, он сам не заметил, как постепенно стал задумываться о своём будущем.

Каждый день она поражала его импульсивным поведением. До недавнего времени её манеры казалась ему скверными. Но теперь всё изменилось. Теперь стало весело.

Прежде всего нужно налечь на программирование. Сората ещё продолжал делать наброски плана, но дальше ему хотелось создать что-нибудь играбельное. Захотелось не просто подготовить отличную презентацию, а создать нечто по-настоящему интересное.

Когда они проехали мимо детской площадки, Масиро прижалась головой к его спине. У Сораты появилось дурное предчувствие, и когда он глянул назад, как и ожидалось, Масиро закрыла оба глаза: от её размеренного дыхания слегка приподнимались и приспускались плечи.

— Не спи!

— Проснулась.

— Молодец, но больше не спи!

Картины слева и справа сменяли друг друга.

— О чём ты говорил с Нанами? — спросила Масиро, не открывая глаз. — О чём вы говорили возле душевой?

— М? Ааа, это... Говорили про фестиваль, комитет, всякое такое.

— И всё?

— Ага, но в чём дело?

— Если всё, то ладно.

— Ну нет, ничего не ладно.

— Сората и Нанами ведь товарищи.

— Не то чтобы очень близкие.

— Можешь не извиняться.

— Я не извиняюсь! А, кстати, хотел спросить, с чего это ты утром умываться пошла?

Масиро появилась в его жизни в апреле, и с тех пор ему приходилось за ней следить.

— Потому что волосы пропахли краской.

— Любишь рисовать с утра пораньше, да?

— Впервые пробовала настенную живопись.

Так, это, что сейчас сказала Масиро?

Настенная живопись. Никаких сомнений.

— Погоди-ка!

Загорелся красный, и Сората резко затормозил. От инерции Масиро вжалась в его спину.

— Нос расквасился.

— Мне без разницы! Лучше расскажи про живопись в моей комнате!

— Это я.

— Так ты соучастница!

— Сората не запрещал.

— Как я мог во сне что-то сказать?

— Обычно ты просыпался.

— Не желаю от тебя такое слышать!

Будь Сората в своём обычном состоянии, он бы обязательно открыл глаза. Вот только прошедшей ночи ему не хватило, чтобы отдохнуть после первой презентации в его жизни. Если добавить время на подготовку, то мучения длились целую неделю, потому ничего удивительного, что он беспробудно заснул.

— Айн Котоспин хорошо получился.

— Этот дикобраз — твоя работа?!

— Очень сильная работа.

— Каким это местом сильная?

Сорате уже стало по барабану на суть разговора.

— Уже близко.

— Где?! Что близко?!

— Травма.

— Очень хочу увидеть, что же там такое!

— Он пришёл, чтобы победить Няборона.

— Почему ты такая воодушевлённая?! Зафанатела от фантазий Мисаки?!

— Мне нравится Мисаки. Она интересная и милая.

— Тоже думаю, что она хороша. Вот только у неё шило в одном месте!

Пока Сората ждал зелёного и ругался с Масиро о бесполезном, около них остановился полицейский лет тридцати на велосипеде.

Их глаза встретились и...

— А, утречка, — легкомысленно поприветствовал парень.

— Доброе утро, — пришёл бодрый ответ. В этом городе важно было поддерживать хорошие отношения с соседями.

Свет светофора всё не менялся.

Полицейский перевёл взгляд на Масиро на заднем сиденье и открыл рот, намереваясь что-то сказать. Но прежде чем он успел, к нему обратился Сората.

— Сентябрь уже, а до сих пор жарко, да?

— М? Ааа, правда.

Светофор наконец-то загорелся зелёным.

— Ладно, нам в школу. Извините.

Парень вежливо поклонился и с невинным лицом закрутил педали.

— Хорошо, берегите себя... А, эй, стой! Подожди! Вдвоём кататься ведь опасно!

— Чёрт, не прокатило!

Полицейский стёр с лица улыбку и вдарил по педалям, решив погнаться за ними.

— Отстаньте, пожалуйста!

— Закон должен быть один для всех!

— Не делайте из мухи слона!

Сората не собирался тратить время на бесполезные споры и ускорился, вложив остаток сил в ноги.

— Слышь, пацан, не убегай!

— Если мы опоздаем, возьмёте на себя ответственность?!

— К делам полиции это не относится.

— Тогда, боюсь, к пониманию мы не придём!

Парень погнал ещё быстрее.

— Сората, — прозвучал как всегда равнодушный голос Масиро.

— Я сейчас занят!

— Это срочно.

— Давай вкратце!

— За нами едет странный человек.

— Да знаю!

— Доложить?

— Это коп!

Полицейский упорно продолжал преследовать убегающего Сорату.

— Стоять! Остановиться! Парень, который едет в школу с милашкой после жаркой ночи, остановись!

— Ничего такого не было!

— А что тогда?!

— Сората — мой хозяин.

Масиро совсем не умела держать язык за зубами.

— Хватит уже нести всякий бред!

— Какие интересные у вас отношения! Вот я учился в унылой школе для мальчиков, а вы меня стращаете! Непростительно! Теперь ты точно не убежишь, пацан! — по-звериному завопил полицейский.

— Не туда вы свой пыл направляете! Что я вам сделал?!

— Даже не думай, что убежишь! По мне не скажешь, но в школьные времена я был фиктивным членом клуба Вандерфогеля[✱]Вандерфогель — международный клуб любителей дикой природы и путешествий. и каждый день устраивал свидания!

— Подумаешь! Не тянете на грозного противника!

Футбол, в который Сората играл до средней школы, хорошо сказался на его физической форме. Парень, хоть и вёз Масиро, а не только себя, проигрывать не собирался. Когда-когда, а теперь позволить себя поймать он не мог.

Полицейский уже начал выдыхаться.

— Подожди! Даже если убежишь, я уже знаю, что вы живёте в Сакурасо! Не надейся уйти!

— Эй! Уже и полиция Сакурасо на учёт поставила? Мы вам бандиты, что ли?!

— Вы в группе риска!

— Не говорите это в открытую!

Постепенно крик полицейского становился всё дальше и дальше.

— По-подожди. Подожди... Прошу...

Преследователь явно сбавил скорость. Решив окончательно выиграть гонку, Сората использовал все оставшиеся силы и максимально ускорился. Постепенно в мышцах накопилась молочная кислота, и ноги стали отказывать. Но парень всё равно продолжал крутить педали.

— Я... не буду злиться... Остано... витесь...

Нисколько не проникшись последними словами, Сората полностью оторвался от преследования.

Кое-как добравшись до школы, Сората прошёл мимо зыркающих школьных друзей и откатил велосипед на стоянку. О себе дал знать первый день занятий: опоздал далеко не только Сората.

При нынешнем раскладе к концу дня вся школа прознает о том, что он приехал вдвоём с Масиро, обязательно поползут слухи, которые превратятся в приторные любовные истории про их с Масиро совместные летние каникулы.

Но он не мог себе позволить сейчас об этом беспокоиться.

После смертельного поединка с полицейским Сората истратил до дна всю свою энергию. Когда новоявленный чемпион слез с велосипеда, у него подкосились ноги, и он уселся на асфальт. Вытянутые конечности так гудели, что он вряд ли смог бы сразу подняться.

Дыхание не хотело успокаиваться, а тело требовало больше кислорода.

— Теперь... иди... в класс...

— Угу.

Хотя Масиро ответила положительно, но с места не двинулась.

— Со мной... всё нормально...

— Угу.

Как и ожидалось, Масиро стояла как столб.

— Меня дождёшься?

Она слегка покачала влево-вправо головой.

— Где шкафчик?

— Вон что... Так вот какая ты. Погоди пять сек. Приду в себя...

Приведя в порядок дыхание, парень наконец поднялся на ноги.

Когда Сората и Масиро начали разворачиваться в сторону кампуса, по ту сторону ограды остановился малолитражный автомобиль округлых форм. С пассажирского сиденья вышел знакомый человек. Ученик третьего года обучения из комнаты 103 в Сакурасо — Митака Дзин.

Он помахал вслед удаляющейся машине и подождал, пока та не скроется из виду. Затем проворно вскарабкался на ограждение и перемахнул на внутреннюю территорию школы.

Когда поднявший глаза Дзин приметил Сорату и Масиро в трёх метрах, он направился к ним, подавляя зевок.

— Что, уже любовные покатушки до школы устраиваете? Завидую вам.

— Мы от копа удирали! Душа чуть в пятки не ушла!

Стоило Дзину подойти ближе, как внимание привлекла рана у него на щеке, похожая на царапину.

— Откуда у тебя это?

— А? Ааа... Норико-сан зарядила со всей дури.

Дзин приставил к своей щеке ноготь и сымитировал движение пылкой любовницы. Сората приподнял брови, а Масиро стала с любопытством разглядывать рану.

— Что должен сделать человек, чтобы такое с ним сделали?

— Хотел бы я, чтобы девушки не бесились, когда во сне путаешь их имена, — сказал Дзин и зашагал в сторону кампуса. Сората последовал за ним, ведя за собой Сиину.

— Тебе не больно?

— Офигенно больно.

При всём этом Дзин улыбался.

— Чьё же имя я назвал, Норико-сан так и не сказала. В машине она даже рот не открыла, я прям перепугался. Кого же? Асами-сан, Кана-сан, Мэйко-сан, Судзунэ-сан Руми-сан?.. Вообще не помню~ Короче, не дали мне спокойно поспать.

— Походу, ты назвал имя Мисаки-сэмпай.

— ...

Дзин проглотил язык. Но быстро опомнился и шутливо заявил, пожимая плечами:

— Ну и ну, неужели Сората стал мужиком?

— Пока шрам не исчезнет, ты не сможешь ни с кем переспать, да?

Если какая-то любовница, кроме Норико-сан, спросит про рану, он ничего не сможет ответить.

— Придумать бы идеальную отмазку, чтобы любая девушка повелась. Идеи есть?

— Побудь прилежным учеником и ночуй в Сакурасо.

— Не самый плохой вариант.

Сората не надеялся на успех, но Дзин не стал отбрыкиваться и согласился.

— Ну, я всё равно не смогу какое-то время ночевать не дома.

— Что-то мешает?

— М? Ааа... Мисаки тебе ничего не сказала?

Если речь зашла о Мисаки, то всё серьёзно.

— Погоди, ты о чём? Чего задумал?

— А ничего.

— Или всё же чего?! Рассказывай!

Болтая, они успели дойти до шкафчика для сменки. Прозвучал звон, знаменующий начало второго семестра. Ученики вокруг переполошились и поспешили в классные комнаты. Дзин тоже сказал им поспешить и ушёл вперёд один.

Одна только Масиро переобувалась в школьные туфли в своём обычном темпе.

— Давай немного побыстрее! Я же тебя жду, забыла?

Если он опоздает, то так огребёт от Тихиро, что вовек не опомнится. К тому же класс общего направления располагался справа, а класс изобразительных искусств — слева, потому тут ему придётся с Масиро разойтись.

— Слушай, Сората.

Масиро схватила за рукав уже почти бегущего Сорату.

— Что такое?

— А где класс?

— Чё?

И как её вообще понимать?

— Где класс? — не меняя интонации, переспросила Масиро.

— Как ты могла забыть за лето?!

На крик парня Масиро слегка наклонила голову набок.

— Неужели придётся заново объяснять, где тут что?..

— Угу.

— Что значит угу?!

Итак, второй семестр начался под тяжёлые вздохи Сораты.

Часть 2

В классе, где он впервые оказался после сорокадневных летних каникул, царила отнюдь не учебная атмосфера.

Одноклассники чесали языками о прошедшем лете, болтая так воодушевлённо, будто пытались друг друга переговорить. Почти все жаловались на начало второго семестра, но чувствовалась в их речах и нотка нетерпения — ни один человек не бесился по-настоящему. Им просто нужно было о чём-то поговорить при первой встрече после каникул, вот и рассказывали, как им всё надоело.

В общем, все делились впечатлениями. Раз уж пошёл второй год старшей школы, нужно смириться с концом летних каникул.

То ли в силу возраста, то ли времени года, но больше половины разговоров шло о любовных приключениях.

Болтали примерно о следующем: вернулся домой и попал на встречу выпускников средней школы, там встретил девушку, которая нравилась, стрельнул у неё телефон, а по пути домой на радостях пнул фонарный столб и сломал ногу, не получил за лето ответа на свою SMS, зря только ногу сломал — ответила она только сейчас, когда он уехал.

А ещё много трепались о том, кто с кем из какого класса начал встречаться и кто за лето стал взрослым. И откуда они вообще обо всём узнают?

А вот о Сакурасо распустить слухи было проще всего.

— Это, вы знали? Аояма-сан бегает за Кандой и даже заехала в Сакурасо ради него.

И вовсе она не ради Сораты заехала.

— Нет-нет, я точно слышал от того, кто в курсе, как Канда сказал ей: «Живи у меня», — и заставил переехать.

Её вещи самовольно перевезла Мисаки. Не она ли выступает тем самым «кто в курсе»?

— Знаете~ Они даже в одной комнате живут~ Ах~ Нанами такая сме~елая!

С чего пошли такие слухи?

— А ещё, скажу по большому секрету, она ждёт ребёнка.

Если это большой секрет, как можно его столь помпезно выдавать?.. Да и не может она никого ждать.

— Н-не жду я никого! — завопила Нанами, потеряв терпение.

— Так-так~ А само действо ты не отрицаешь, да?~

Одноклассники решили поупорствовать.

— Ни-ничего не было! И комнаты у нас разные! Хватит придумывать ерунду! О-о чём вы думаете?!

Девушка хотела выразиться пожёстче, вот только лицо у неё залилось румянцем, в результате чего возражение прозвучало неубедительно.

— Канда-кун, ты тоже не молчи, объясни всё нормально!

— Эээ~ Я-то тут при чём...

Его отговорки лишь позабавили класс.

Затем подключилась парочка девчонок, с которыми Нанами сдружилась в последнее время... высокорослая Хондзё Яёй из клуба софтбола и низкая, круглотелая Такасаки Маю. Они просто завалили её вопросами. Наверное, решили, что имеют на это полное право, раз Нанами дала слабину.

Кроме как о Нанами, много болтали о других жителях Сакурасо, которые вроде как проникли глубокой ночью в школьный бассейн, купались там голышом, а потом захотели взорвать школу с помощью фейерверков.

Благодаря всем этим разговорам первый день учёбы стал для Сораты и Нанами настоящим испытанием.

— Чего только не было в первый день. Кое-как пережили.

Вечером, во время ужина, Нанами рассказывала всем в Сакурасо о событиях в школе.

— Впредь постарайтесь вести себя прилежно и сдержанно, как и положено старшеклассникам. Хорошо?

Солнце уже зашло, часы показывали семь вечера.

За обеденным столом собралось шестеро. По часовой стрелке: Тихиро, Мисаки, Дзин, Сората, Масиро и Нанами. На столе стояло: жареная рыба, что-то из баклажан, охлаждённый яичный пудинг и рис с мисо-супом.

— Вы слушаете? — спросила Нанами, взбодрив скучающих едоков.

— Да-да, — равнодушно ответил Дзин.

— Отвечай один раз!

— Дааа~ — Теперь Мисаки.

— Не растягивай «да»!

Глядя на то, как распинается Нанами, Сората понёс ко рту жареную рыбу.

Масиро сидела с таким блаженным лицом, будто её ничего вокруг не касалось, и выковыривала из яичного пудинга семена гинкго. Извлечённые ложкой семена она подносила ко рту Сораты и как бы предлагала их съесть.

Отвлекаться лишний раз тот не хотел, потому молча проглотил предложенное. Рот заполнился специфическим вкусом гинкго. Этой же ложкой Сиина без задней мысли полезла к себе в пудинг.

— Сиина, послушай, что говорит Аояма.

— Зачем?

— Аояма ведь сказала нам вести себя подобающе? К тебе это тоже относится.

— И к Канде-куну, — обрушила Нанами словесную атаку на неподготовленного Сорату.

— Э?! А я тут при чём?!

Он точно такого не ожидал.

— Сората тоже в ответе.

Масиро как будто ликовала. Нанами приобретала всё более и более надутый вид. Сората хотел проявить характер, но, поскольку смысла сейчас особого в этом не было, нехотя ответил:

— Уху.

— Не уху, а да!

На бойкую Нанами с ухмылкой глядела Тихиро, попивая пиво из банки. Как ни гляди, то, чем сейчас занимается Нанами, — её обязанности. Ведь обязанности по перевоспитанию проблемных учеников Сакурасо возложили на Тихиро.

— Аояма так помогает, что бы я без неё делала, — сказала начистоту Тихиро, и Нанами глубоко вздохнула.

— Вот бы мне туда, где тихо и спокойно… — отстранённо пробормотала она себе под нос.

— Если найду такое место, дам тебе знать.

— Спасибо... Слабо верится, но буду ждать.

Похоже, первое посещение школы после переезда в Сакурасо давалось Нанами нелегко. Если подумать, Сората в прошлом году испытывал то же самое. Под конец первого семестра его сослали в Сакурасо, а когда после летнего перерыва настала пора вновь идти в школу, она показалась ему совершенно другим местом... Ему чудилось, будто вокруг него выросла незримая стена.

— Когда-нибудь случится и что-нибудь хорошее.

— Хорошо, если так.

Нанами посмотрела на Сорату с некой надеждой, но тот не понял её и предложил девушке баклажаны.

— Будешь?..

— ...

Не произнося ни слова, Нанами протянула палочки и утащила немного. Похоже, он ошибся. Надо было предложить яичный пудинг.

Когда Сората потерял бдительность, Мисаки утащила у него остатки еды.

— А~ Сэмпай, чего творишь?!

Мисаки с довольным видом быстро захомячила их.

— Нечестно угощать одну Нанамин!~ Люди все по рождению равны!

— Если настаиваешь на равенстве, и про мои права не забывай! Да и нет у пришельцев таких прав!

— Я верю, Кохай-кун готов помогать всем безвозмездно!

— Хватит мне на сегодня быть добрым!

— Что ты так расшумелся из-за гарнира?

— Да что вы понимаете, сэнсэй!

— Канда, рис ведь можно есть и без гарнира?

— Не говорите, как Мария-Антуанетта!

На услышанное Сората отреагировал тем, что схватил тарелку с рисом и встал из-за стола, чтобы никто не помешал ему съесть его. Примерно в тот момент раздался звонок в дверь, извещающий о госте.

Всеобщие взгляды мигом сосредоточились на Сорате, который как раз поднялся на ноги.

— Да, да, я открою.

Бессмысленно было сопротивляться, потому он покорно поплёлся ко входу, перебирая тапочками, и отворил ворота.

Тут же ему в глаза ударил яркий свет, и парень прищурился.

Перед ним стояла девушка. Её длинные волосы золотого цвета изумительно мерцали в лунном свете. Синева широко открытых, прелестных глаз походила на море в стране вечного лета. А мягкие щёчки приподнялись от нежной улыбки.

— Добрый вечер. Прошу прощения за поздний визит, — поприветствовала она. Стоило Сорате встретиться с ней взглядом, как он залился румянцем, и у него подскочил пульс.

Обтягивающая блузка подчёркивала выпирающие груди и тонкую талию, ниже которой оказалась гофрированная юбка. Чем-то одежда напоминала школьную форму. Незнакомка производила впечатление грациозной и невинной девушки.

— Эээ...

Наверное, выпускница. Если описать её одной фразой, она — сногсшибательная красотка. К тому же она не походила на уроженку восточной островной страны.

При виде неожиданного визитёра у Сораты исчезли все мысли.

— Неужели вы поражены моей красотой? — плутовато засмеялась дивчина, словно пытаясь снять с него напряжение.

Она хорошо говорила по-японски. Но, несмотря на это, Сората на автомате выдал:

— Ай кэннот спик инглиш!

И так же на автомате захлопнул дверь.

— Фух~ Едва пронесло.

Парень смахнул со лба мнимый пот.

Но спустя миг дверь распахнулась с обратной стороны.

Вновь появившаяся светловолосая красавица оглядела Сорату и приторно улыбнулась.

— Я чудесно владею японским, но... вы же меня понимаете?

— Прошу прощения. Я не уверен в своём английском, потому растерялся.

— Какой интересный человек.

Девушка хихикнула, элегантно прикрыв рот ладонью. Да и прочие её жесты и фразы были преисполнены редким изяществом.

— Мне приятна ваша похвала.

— Я вовсе не хвалю вас.

— Я вполне себе понял, что вы смеётесь надо мной.

— ...

— ...

Между ними повисла странная тишина.

— В общем, не могли бы вы позвать Масиро?

— Эээ, а не представитесь ли вы?

Она не походила на плохого человека, но стоило на всякий случай убедиться.

— Прошу меня простить. Меня зовут Рита Эйнсворт.

Сората где-то уже слышал её имя.

— Вы жили в одной комнате с Сииной?

— Да, та самая Рита.

Она расплылась в улыбке.

Такой же фамилией обладал учитель Масиро по рисованию. Неужели совпадение?

Пока парень колебался, спросить об этом или нет, ко входу подошла Масиро.

— Сората, что случилось?

Как только Масиро увидела Риту, она распахнула глаза во всю ширь.

— Здесь Рита.

— Масиро!

В тот миг, когда её назвали по имени, лицо Масиро засияло такими красками, какие обычно в ней не углядишь.

Девушка с босыми ногами помчалась к Рите и прыгнула ей на грудь. Они обхватили друг друга за спины и покрепче обнялись, словно чтобы убедиться в существовании друг друга.

Масиро уткнулась лицом в плечо Риты и умиротворённо закрыла глаза. Она вела себя как уличная кошка, эмоционально привязанная лишь к своей родне. Так показалось Сорате.

— Хорошо выглядишь.

Рита отстранилась от Масиро.

— Угу, ты тоже.

От обеденного стола подошли любопытствующие Мисаки, Дзин и Нанами.

— Ух ты~ Прям куколка, — озвучила своё впечатление от Риты Мисаки.

— Офигенная красотка. Кто ты? — продолжил Дзин.

Нанами молча поглядела на Риту, Сорату, а потом перевела взгляд на Масиро.

Позже всех к входным дверям подошла Тихиро с банкой пива в руке.

— Ну, и кто тут, Канда?.. О, неужто Рита?

— Как давно мы не общались. Тихиро-сан, вы тоже хорошо выглядите.

Сората зыркнул на Тихиро, спрашивая взглядом, знает ли она её. Но та не ответила. У неё закончилось пиво, и она отошла обратно к столу.

«Ну, если Тихиро — двоюродная сестра Масиро, то ей немудрено знать Риту», — заключил Сората.

— Но, Рита, что случилось?

От вопроса Масиро у Риты вспыхнули глаза. Сората не понимал, что происходит, но от давящей ауры, которую испускала вокруг себя Рита, у него одеревенело тело.

У него появилось дурное предчувствие. Обычно, когда приезжают из Англии, заранее уведомляют о приезде. Интересно, ради чего приехала Рита? Масиро точно не знала о её приезде. Тихиро тоже.

— Заклинание Золушки закончилось.

Ничего не понимая, Масиро наклонила голову набок.

— Если говорить по-японски, я прибыла с Луны за принцессой Кагуей.

Сорате этого объяснения хватило, чтобы уловить суть. Теперь он вроде бы понял цель Риты. Его мышцы незаметно для него наполнились силой. А позади себя он почувствовал волнение Дзина и Нанами.

Не понимала одна только Масиро.

— Ты о чём?

Рита два раза вздохнула и решительно посмотрела на неё.

— Пожалуйста, давай прямо сейчас вернёмся в Англию.

— Прямо сейчас?! — удивлённо воскликнул Сората. Нанами спросила то же самое, только шёпотом.

Рита бросила взгляд на Сорату, а потом снова обратилась к молчащей Масиро.

— Отец и мать узнали из публикации в журнале, что Масиро отправилась в Японию ради того, чтобы стать мангакой.

Теперь не удалось выдавить из себя ни единого слова. Не то чтобы Сората не предвидел такого, но когда столкнулся с этим в реальности, всё его тело будто сдавило невидимыми тисками. Даже почудился треск дробящихся костей.

— Масиро, они всё-таки против? — со смиренным видом прошептала Нанами на ухо девушки. Та решительно кивнула.

— Я не вернусь.

— Я знала, что ты так скажешь.

— ...

— Прошу, подумай ещё раз. Какие шедевры могут создать твои пальцы! Пройдёт сто, двести, ещё больше лет, а люди всё будут их помнить. Уверена, твои руки произведут на свет невиданные доселе творения.

«Шедевры, которые войдут в историю. Как помпезно звучит», — хотел уже высказаться вслух Сората, но выпустил лишь стон, который никто не услышал.

Атмосфера повисла совсем не весёлая. Рита отнюдь не шутила насчёт истории и говорила на полном серьёзе. К тому же Масиро не высказывалась против. Она только слушала с обычным для себя выражением лица.

Казалось, что Масиро, равнодушно глядящая на Риту, постепенно удаляется вдаль. Наверно, то же самое подумали и все остальные присутствующие. Потому никто особо не вмешивался в разговор.

Масиро ничего не говорила. Может, и не думала ни о чём. Но даже на миг не отводила глаз от Риты, которая продолжала гнуть свою линию.

— Пожалуйста, вспомни. Людей, которые пришли на выставку твоих работ в картинную галерею и зарыдали от нахлынувших эмоций. Они ждут твоего возвращения. Ждут с нетерпением твоих следующих работ. Пожалуйста, скажи, что ты думаешь.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что это очень важно.

— Когда я захотела стать мангакой, Рита поддержала меня, — сказала Масиро, впервые отведя в сторону глаза. Какой беспомощной она выглядела...

— Это...

Рита пристыженно опустила взгляд и что-то проговорила, смотря в пустоту.

— Масиро неправильно поняла. Я никогда не поддерживала тебя в этом.

— Рита...

— Скажу больше, я не желаю видеть, как ты тратишь время и талант на какую-то мангу. Потому, прошу, вернёмся в Англию, — словно умоляя, сказала Рита и взяла Масиро за руку.

— Я не вернусь.

Масиро спокойно убрала свою руку назад.

— Родители готовы приехать в Японию прямо сейчас. Если это произойдёт, независимо от твоих намерений тебя заставят покинуть японскую школу, вернуться в Англию и пойти в английскую школу. Потому, прошу, подумай ещё раз. Прими решение сама и вернись вместе со мной.

— Уезжай одна.

— Пока ты не вернёшься, я уехать не могу!

— Уезжай.

Стиснув зубы, Масиро подняла обе руки и попыталась выпихнуть Риту на улицу. На лице Риты прочиталось подлинное непонимание того, что произошло. Для всех остальных присутствующих действия Масиро тоже стали полной неожиданностью.

Наверное, большой силы она не приложила — Рита не упала на пол. Но она чуть не потеряла равновесие и вылетела через входные двери на улицу.

— Масиро!

Не обращая внимания на крики обиженной Риты, девушка захлопнула двери и заперла их на ключ. И не могла поднять от стыда глаза.

— Подожди, пожалуйста! Выслушай меня! Масиро...

Рита несколько раз ударила по воротам. Но грохот, который разносился от её ударов, ничего не дал.

Сохраняя молчание, Масиро направилась на второй этаж.

— Эй, Сиина!

Хотя Сората помчался за ней к лестнице, его голос не достиг девушки. Вместо этого сверху послышался мощный хлопок закрывшейся двери.

— А нам-то что делать?

— Да всё нормально ведь. Забудем про малышку Риту.

— Аояма, какая ты холодная.

— Канда-кун, та девочка тебе, что ли, друг?

— Какая разница, друг она или враг.

Он вернулся вниз и вышел через входные двери. Рита уже успела уйти.

— Я очень даже понимаю, каково это, когда близкие люди против тебя, — сказала Нанами, смотря себе под ноги, а потом быстро подняла взгляд и натянуто улыбнулась. Её отец выступал против её желания стать сэйю. Обычно она не показывала беспокойства в этом плане, но ведь это не значит, что она нисколько не переживала.

С Масиро, видимо, всё точно так же. А вплоть до сегодняшнего дня и мысли такой возникнуть не могло. Что кто-то на неё давил, и она сильно переживала. Она жила по своим правилам и сама принимала решения. Потому Масиро не дрогнула. Потому не сбилась с пути... Потому, кто бы что ни говорил, кто бы что ни подумал, Масиро не забывала о своих целях.

Вероятно, потому-то никто из них не смог достучаться до её сердца.

Но такой человек точно был. Тот, кто мог подействовать на Масиро. Речь шла о девочке по имени Рита Эйнсворт. Не о Сорате...

— Посмотрю, что с Масиро.

Нанами пошла наверх. Сората попытался последовать за ней, но его за плечо схватит Дзин.

— Если не знаешь, что сказать, лучше остановись.

— ...

Слова застряли в горле.

— Если ты сам не до конца определился со своей позицией, ей может показаться, что ты тоже против манги. А этого Масиро-тян сейчас боится больше всего.

Ноги замерли. Доказывая, что Сората признал слова Дзина. Вот почему он решил довериться Нанами.

— Чего такое мрачное лицо, Кохай-кун?! Масирон же не вернётся, сама сказала.

Хоть Мисаки так и высказалась, на душе у парня лучше не стало.

После разговора с Ритой он не на шутку перепугался и не знал, как побороть нарастающее, гнетущее чувство. Он знал, что Масиро гениальна, но никогда не думал о том, что она может войти в историю.

Интересно, каково оно, когда твоими работами восхищаются даже через сотни лет после твоего ухода из жизни. Сората не мог представить. Не мог выразить словами. Не мог даже почувствовать. Но, пускай он не понимал всего, он знал, что это классно. Потому запутался.

— Слишком много думаешь о ненужном и всё усложняешь. Аояма-сан ещё нет, а вот ты, Сората, на чьей ты стороне?

— Я на стороне справедливости. — Мисаки вознесла к потолку кулак.

— Да я и не знаю...

— Та девка — злая колдунья, которая хочет выкрасть принцессу. Разве нет?

Можно было и не думать, чтобы прийти к такому умозаключению. Ясный перец.

Но пускай он и понимал, было поздно. Потому что в его сердце поселилось сомнение. Правильно ли, если Масиро не вернётся в мир искусства?..

Часть 3

Видимо, немного переев, Сората растерял аппетит и не стал брать добавку, а когда помыл посуду, быстро заперся у себя.

Пытаясь отвлечься от паршивого настроения, парень засел за изучение программирования. И пока копался в функциях, решил попробовать себя на практике. Требовалось написать исходный код и запустить его, и Сората разбирал каждую допущенную ошибку, но в конце концов не смог разобраться ни в одном из заданий.

Никак не получалось сосредоточиться. Позже он стал запускать написанный код без всякой надежды на его работоспособность.

Сората глянул на часы. Близилась полночь.

Если в скором времени не пойти спать, завтра будешь как мокрая соль.

Перед сном он вышел на кухню за водой. А когда потопал обратно, спонтанно остановился около входных дверей.

Рита больше не возвращалась. Интересно, ей есть где переночевать? Не голодная ли она? Есть ли у неё деньги? Не попала ли она в неприятности, оказавшись в незнакомой стране? Пускай на японском она говорит свободно, но ведь здесь не Англия. К тому же... она привлекает всеобщее внимание, и какой-нибудь мужик стопроцентно к ней пристанет.

Стоило парню начать об этом думать, как негативные мысли хлынули в голову нескончаемым потоком.

— Ааа... Чёрт!

Сората надел туфли и понёсся к входным дверям. Расслабиться он уже не смог бы, потому выбора не оставалось. Он сам себя гнал на улицу, хотя толком ничего не понимал. Вот и нет. Он идёт не спасать её, а чтобы задать один вопрос.

Куда ушла Рита — неизвестно. Прежде всего нужно проверить станцию.

Едва парень вышел из дверей, то тут же почувствовал рядом чьё-то присутствие. Там сидела Рита, прислонившись спиной к каменной стене.

Девушка подняла влажные глаза и поглядела на внезапно появившегося Сорату.

— Долго... Слишком долго... Дольше всех на свете... Меня комары покусали...

Теперь девушка выглядела смущённой, расчёсывая белоснежные ноги.

— Долго?.. Я разве что-то обещал?

— Когда красавица попадает в беду, мужчина бежит её спасать.

Фраза, покинувшая её губы, на удивление не показалась абсурдом, поскольку сказала она прописную истину.

Извиняясь перед Ритой, Сората протянул ей обе руки, а когда она взялась за них, потянул на себя.

— Итак, Рита-сан, где вы сегодня?

— Нигде.

— Ели?

— Не ела.

Словно в подтверждение её слов желудок Риты мило проурчал.

— Это... это у меня живот пустой.

Она застеснялась и отвела взгляд.

— Такое даже в Японии можно не пояснять.

— Я была бы рада, если бы вы назвали ваше имя.

— Канда Сората.

— Сколько вам лет?

— Шестнадцать. Ровесник Масиро.

— Мы одного возраста, да? У вас миленькое личико, и я подумала, что вы моложе.

— А вы так взросло выглядите. Думал, вы старше меня.

Сложно было по внешнему виду определить возраст иностранки.

— Можно просто Рита, Сората.

Наверное, она имела в виду, что хочет говорить с ним менее формально.

— И больше не нужно говорить со мной почтительно, хорошо?

Не походило, что она сама собирается говорить с ним неформально.

Рита показала естественную улыбку. Она ей по-настоящему шла, отметил Сората.

— Ко-короче, прошу внутрь.

Сората пригласил Риту и открыл дверь.

Зайдя в Сакурасо, первым делом он отправил Риту на кухню и устроил ей поздний ужин. То ли в желудке у неё было шаром покати, то ли стряпня Дзина внушала доверие, но Рита лопала за обе щёки. В итоге навернула где-то три порции. Да как в её маленьком теле могло столько поместиться?

После трапезы Сората отправил девушку в ванную, а сам побежал готовить ей кровать. По всей справедливости, её стоило поселить в комнате Масиро, но, наверное, после случившегося им будет неудобно находиться рядом.

Нанами заснула, потому к ней уже не попроситься.

В комнате Мисаки, куда уже давно он не заглядывал, громоздилось оборудование и бланки для анимации — человеку там упасть негде. Хлама зашкаливало — пол грозился в любой момент провалиться в комнату Сораты, расположенную прямо под комнатой Мисаки.

— Если Риттан хочет остаться, вэлкам! — вопреки всему сказала Мисаки, сооружая кровать из бланков для анимации, и Сората вежливо отказался. Если иностранка подумает, что все в Японии такие чокнутые, быть беде. Хотя Мисаки странная не только по меркам японцев, но и по меркам целой вселенной.

Последняя надежда оставалась на комнату коменданта Тихиро, куда парень и заглянул.

— Если подобрал бездомное животное, сам о нём и заботься. Я тебе не мамка.

— И правда~

Ему дали отворот поворот.

Оставались комнаты короля пикапа Дзина и соседа-отшельника Рюноске, но их Сората отмёл с самого начала. По вполне понятным причинам.

Когда Сората вернулся к себе, сразу же заменил постельное бельё. А потом на скорую руку привёл в порядок залежи журналов на полу.

И тут из ванной объявилась Рита.

Отчего-то она предстала в довольно вызывающем виде, обмотав вокруг себя одно только банное полотенце и демонстрируя соблазнительные плечи, окрашенные румянцем.

— Мне не во что переодеться, можно попросить у тебя что-нибудь из одежды?

— А? Почему не во что?

— Потому что ничего не взяла.

— Почему?!

— Я планировала сразу вернуться, а одежду одолжить на пару дней у Масиро.

Если подумать, при ней не было ничего, что напоминало бы багаж.

— Ты приехала в Японию налегке? Какая храбрая!

Рита обхватила себя руками и отвернулась.

— Пожалуйста, не смотри на меня так. Мне стыдно.

— П-прости!

Поспешно отведя взгляд, Сората сунул руки в бельё для стирки на кронштейне для занавески. Мужские шмотки давать ей не хотелось, и выбор остановился на единственном приемлемом варианте: пижаме и трусиках Масиро.

— Это твоё?

— Будь так, я точно был бы извращенцем. Это Сиины.

Сората подождал снаружи, и девушка переоделась.

— Так значит... Сората — парень Масиро? — спросила Рита сквозь дверь.

— Вот и нет.

— Так значит... Ты безответно влюбился в девушку, живущую с тобой под одной крышей, и в тебе бушует неудержимая юношеская страсть, готовая излиться наружу?

— Как её бывшая соседка, ты должна понимать, что Сиина совсем неприспособлена к жизни.

— Понятно, Сората — японский «Дежурный по Масиро»?

— Э? У вас в Англии тоже есть такое?

— По этой причине никто не хотел жить с ней в одной комнате. И да, теперь можешь войти.

Когда он зашёл в комнату, Рита уже переоделась и сидела на крае кровати. Хотя он уже привык к этой пижаме, на Рите она казалась меньше размером и выглядела незнакомо. Из пуговиц девушка не застегнула только две верхние, и Сорате открывался прекрасный вид на ложбинку. Конечно, это лучше банного полотенца, но женская фигура в обтягивающей пижаме обладала совсем уж колоссальной разрушительной силой.

— Это твоя комната?

— Т-точно. В остальных комнатах не открыли, так что перетерпи.

— Я впервые оказалась в комнате мальчика. Так волнуюсь.

— А вот я весь на нервах!

Рита с большим интересом осмотрела интерьер. Комнату населяла орава кошек, на стене красовалась странная картина — наверняка девушка задумалась, в порядке ли у парня с головой.

Особенно её взгляд зацепился за картину на стене.

— Примерно половину нарисовала Масиро, так ведь?

— Посмотрела и сразу догадалась?

— Мы с шести лет вместе ходили в мастерскую дедушки.

Как и ожидалось, она носила фамилию Эйнсворт не случайно.

— Ты тоже рисуешь картины, — сказал Сората, чтобы поддерживать разговор, но Рита резко отвернулась.

— Теперь не рисую... Бросила рисовать...

В тот же миг парню показалось, что говорить ей на эту тему очень тяжело. Чтобы смягчить атмосферу, Сората спросил:

— А что так?

Затем Рита, словно в танце, развернулась к нему, приставила указательный палец к губам и озорно улыбнулась.

— Тайна — украшение девушки, так что это секрет[✱]«Секретные сведения»© Асахина Микуру. Простите, не удержался (прим. ред.).

Посчитав, что донимать её вопросами и дальше будет грубо, Сората решил идти спать. Завтра будет новый день, и, наверное, подвернётся шанс её расспросить.

— Можешь спать на кровати. Постельное бельё я поменял.

Сейчас кровать занимали семь кошек, всем своим видом показывая, что хозяева тут — они. Поскольку великодушно уступать место они не собирались, Рите оставалось только смириться.

— А я посплю на кухне.

Стоило Сорате собраться в коридор, как его тут же остановили.

— Я не могу выгнать хозяина комнаты и остаться в ней одна. Не то ещё подумаешь, что англичане обделены манерами.

— Я не сужу о целой стране по таким мелочам, так что не волнуйся.

— В любом случае, Сората, спи, пожалуйста, здесь.

— Эээ, я всё же молодой, здоровый парень... Уверена?

— Неужели Сората — волк? — без видимого напряжения спросила Рита.

— Хотел бы я им быть...

Интересно, как можно стать таким, как Дзин? Как переступить черту? Сората до сих пор не мог себе вообразить.

— Я не против. Пожалуйста, спи вместе со мной.

— Э?! Вместе?!

— Разумеется, я имею в виду в одной комнате, но... Ты хочешь более тесные отношения?

— Н-нет, нет, не говори ерунды!

Поглядев на залитое краской лицо Сораты, Рита забавно улыбнулась. Похоже, она его дразнила.

— Умерь свою страсть. А то вдруг в волка неожиданно обратишься.

— Да это форменная пытка. Пойду-ка я спать на кухню.

Этим он определённо поможет им обоим.

— Если ты собрался спать на кухне, то и я с тобой пойду.

Несмотря на хрупкий внешний вид, она проявляла упорство духа. В этом плане она напоминала Масиро.

Решив, что убеждать её бесполезно, Сората сдался.

Вместо ответа он распластался на полу и уронил голову на дзабутон[✱]Дзабутон — японская плоская подушка для сидения. Обычно используется для сидения на полу, но его также используют, когда сидят на стуле. Имеет квадратную форму с длиной стороны 50-70 см и толщиной в несколько сантиметров., как на подушку.

— Я буду спать на полу, а ты иди в кровать...

— Мне уже лень вставать.

Издавая стон, Рита поглядела вниз на Сорату. За её выпирающими, огромными грудями просматривались немного озадаченные глаза. Слишком соблазнительная картина.

Сората перевернулся на бок и повернулся к Рите спиной.

— Ты хороший человек, Сората. Потому-то чуточку стесняешься.

Он не совсем понял, к чему это она, но уже не стал отвечать.

Дёрнул за провод-выключатель и вырубил свет.

Рита ещё что-то говорила, но Сората её не слушал. Он закрыл глаза, но в скором времени к нему притёрлась одна кошка. Судя по шёрстке, черепаховая Кодама.

— Ай, нет, прекрати... Щекотно...

Похоже, Рите тоже досталось от кошек.

Хоть Сората и пытался заснуть, у него ничего не выходило. Ум оставался предельно ясным. Наверное, потому что совсем рядом лежала девушка. Но парень понимал, что дело не только в ней.

Слова Риты задели Сорату за живое.

Шедевр, который оставит след в истории.

Масиро вполне могла бы его нарисовать. Нельзя исключать такую возможность.

Лёжа в темноте, Сората перевернулся на спину и уставился в потолок. Глаза постепенно привыкли. Слышалось дыхание Риты. Вероятно, она ещё не спала.

— Ты ведь хочешь что-то у меня спросить? — раздался голос Риты. — Потому-то ты и пошёл меня искать?

Казалось, она видела его насквозь.

— Сиина правда такая потрясная?

— ...

— Я-то не очень секу в искусстве.

— ...

— А? Спишь?! Сама же спросила.

— Подумай немного, ладно?

— Подумай о чём?

— О том, что я чувствую, когда слышу... про способности Масиро.

Отчётливо произнесённые слова прогремели, словно колокол в голове. Её голос не изменился ни по темпу, ни по тону, но Сората по опыту понял, что атмосфера в комнате накалилась.

А причину он не понимал. Не понимал, но когда задал вопрос, который нельзя задавать, на него снизошло внезапное озарение.

И тут ему вдруг подумалось, что он мог ранить Риту. Неосознанно... Только это он и понимал.

— Прости.

— Не по правилам извиняться, если не знаешь за что.

— И за это прости.

Рита показала подобие улыбки.

— Я прощу тебя, но только сегодня.

— Спасибо...

— И только сегодня всё тебе объясню.

— Да ладно, я уже не спрашиваю.

— Нет... Я подумала... Наверное, будет лучше, если ты узнаешь.

И что это значит? Он сильно заинтересовался, но рта лишний раз не открыл.

— Масиро поражает.

— То есть?.. — беспечно спросил в ответ Сората, не улавливая её настроения. И ему тут же пришлось пожалеть о своём бездумном высказывании.

— Я хотела бы, чтобы она... исчезла.

Даже достигнув опасной грани, Рита не переменилась в голосе. Этим она истязала ему душу, забрасывая его мысли в лабиринт, из которого не видно выхода. Ведь Сората совсем не мог уловить, что же она подразумевала...

Он даже не знал, можно ли сейчас посмеяться, пошутить или просто ждать продолжения, потому держал рот на замке.

— Сората, ты тоже будь осторожнее, ладно?

— В смысле?

— Если будешь рядом с Масиро, то сломаешься. Как я...

— Ясно… — невнятно выдавил из себя он.

Казалось, в глубине груди Риты поселилась тьма. Казалось, её сердце опутали ветви дремучего, нескончаемого леса. В который постороннему лучше беспечно не соваться, иначе ему грозит плутать там вечно. Настолько мощными оказались слова Риты.

— Но ты не волнуйся, ладно? Я точно увезу Масиро... Точно...

На этом и Сората, и Рита замолчали. И попытались уснуть в столь бессонную ночь.

На следующее утро Сората открыл глаза, ощущая на себе чьё-то давление. Он подумал на кошку, но, как оказалось, ошибся.

На нём пристроилась Рита, упавшая с кровати.

Сладострастное ощущение женского тела, мощное даже по сравнению с Мисаки, изрядно смутило Сорату. Говоря откровенно, парень почувствовал себя на коне, чего не скажешь о времени, проведённом с Масиро.

— Рита, просыпайся! А то из клетки вырвется мой внутренний зверь!

— Ммм~ Зачем... Не шуми.

Она проснулась только лишь наполовину.

Будто перепутав Сорату с дакимакурой с функцией будильника, девушка принялась стучать ему по голове, пытаясь попасть по кнопке выключения, и всё не открывала глаза.

Парень попытался вылезти из-под приклеившейся Риты.

В тот самый миг в дверь постучали.

— Канда-кун? Уже за восемь, ничего? Ты встаёшь?

Голос принадлежал Нанами.

— Ни-ничего! Я встаю!

— Нууу~ я же сказала, замолчи, — бросила полусонная Рита в сторону двери, энергично подняв лицо.

— Эй, ты что творишь?

— Это ты скажи, Канда-кун! Почему я слышу у тебя женский голос?

Нанами приложила силу и выбила дверь.

Тут же позади девушки появилась уже переодевшаяся в форму Масиро. Интересно, это Нанами её разбудила и переодела?

И увидели они картину маслом: Сората и Рита боролись на полу.

— Доброе утро.

Хотя парень поприветствовал их чётко и ясно, от Нанами ему достался ледяной взгляд, от которого застыла кровь в жилах.

— Даже если можно сжалиться и приютить на ночь, настолько сблизиться за одну ночь — уже слишком.

— Нет, всё не так! Если кого и винить, то только Риту за её манеру спать!

Ожидая возмущений от Риты, Сората отпихнул её голову в сторону и каким-то образом умудрился вскочить на ноги.

— Уфф~ Вы настолько сблизились, что уже на «ты»?

Только он подумал, что влип, как стало слишком поздно.

— Сората, ты помогаешь Рите?

Взгляд Масиро устремился прямо на Сорату.

Одна единственная фраза отчего-то поразила его в самое сердце.

«Всё не так», вертелось на языке.

— Да, помогает.

Раздалось вместо этого, когда Рита вцепилась ему в руку, перебив его.

Получился замечательный сэндвич из его левой руки и выпирающих частей девичьего тела.

— Э! — утробно проорал Сората.

— О!

— У!

Нанами и Масиро посмотрели на парня с неприкрытым отвращением.

— Ведь прошлой ночью он был такой заботливый.

— Тебя могут неправильно понять!

— Канда-кун, почему так каждый раз?!

Нанами сжала дрожащие кулаки.

— Каждый раз выходит что-то сумасбродное!

— А ты и рад...

Их взгляды рыскали по грудям, бёдрам и ягодицам Риты.

— Рита, отодвинься от Сораты. — Масиро надула губы.

— Зачем?

— Сейчас же отодвинься.

Рита ещё сильнее прижалась к нему.

— Если согласишься вернуться в Англию, я отодвинусь от него.

Затем взгляд Масиро перебежал обратно на Сорату.

— Сората — враг.

— Какой враг?!

— Мы провели вместе ночь, а ты так грубо себя ведёшь.

— Да что ты несёшь?!

— Сората ведь тоже считает, что Масиро должна направить свои усилия в мир искусства?

— Нет, это...

Когда он искоса глянул на Масиро, ему показалось, что у неё на лице проступило одиночество. Однако подрагивали у неё лишь глаза, потому Сората списал это на воображение.

И тогда Рита нанесла завершающий удар.

— Ты ведь и сам не уверен, да?

— В-вот по-потому и… — непроизвольно запнулся он, стоило ей высказаться о его чувствах.

— Я решила, что до возвращения Масиро в Англию поночую в комнате Сораты.

— Э? А меня спросить?!

Сората ведь рассчитывал только на одну ночь.

— Я поняла. Как тебе угодно, — сказала Масиро и устремилась из комнаты, чтобы поскорее скрыться с глаз.

— А, стой, Масиро!

За ней последовала Нанами.

И им на замену в дверном проёме показались лица Мисаки и Дзина.

— Поздравляю, Кохай-кун! Теперь ты стал взрослым! Я тебя благословляю!

— На сегодня титул Короля динамо переходит к тебе. Полагаюсь на тебя, Сората.

Высказав, что хотела, парочка тут же двинула в школу.

Очередь дошла до Тихиро.

— Канда, я уже давно хотела сказать, но ты достал, — заявила она.

— Сэнсэй, вас мои дела не должны касаться!

Разумеется, ничего больше она не сказала и тоже развернулась в сторону прихожей.

Парень попытался последовать за ней, но Рита продолжала висеть у него на руке, потому ничего не вышло.

И тогда вернулась Масиро. Прижимая к груди подушку.

Бесцеремонно войдя в комнату Сораты, она поднесла подушку к кровати и добавила её к постельному комплекту.

— Ты что делаешь?

— Теперь я живу здесь.

— Ты бездомная, что ли? И вообще, ты же не спишь на подушке!

Идея с подушкой не предвещала ничего хорошего.

— Рита поселилась у тебя.

— У неё совсем другая ситуация!

— Я не против. Поспим вместе как в старые добрые времена, поболтаем.

— Слышьте, это моя комната! Дайте мне решить, плиз!

Запоздало вернулась и Нанами. Она что-то прятала за спиной. Хотя нет, не прятала. Там оказалась любимая дакимакура Нанами — Торадзиро.

— Тогда и я...

— Аояма, хоть ты будь нормальной! На коленях прошу!

— Ра-разумеется, я же шучу. Просто шучу. Шучу-шучу. Пошутить решила.

— Не надо четыре раза повторять!

— Ко-короче! Останется ли Рита-сан в Сакурасо, мы решим на собрании общежития!

— Сората, ты ведь будешь за?

Рита приблизилась к нему.

— Сората дурак.

Масиро подняла подушку над головой и бросила в Сорату. Почуяв опасность, он на автомате закрыл собой Риту, но, как оказалось, зря.

Масиро, которая словно находилась на грани, сжала кулаки. Но потом схватила Нанами за руку и молча вывела её из комнаты.

— Ай, полегче, Масиро, не тяни так!

Голос Нанами быстро стих вдали.

Буря, наконец, миновала, и парень вздохнул. Рита, прицепившаяся к его руке, тоже успокоилась.

Да что вообще тут произошло с утра пораньше...

— Эээ, Рита-сан, нельзя ли уже нам расцепиться?

— Огромная тебе благодарность и тысяча извинений. Я отплачу тебе своим телом.

— Ты хоть понимаешь, что говоришь?!

— Фигура у меня достойная, потому попрошу за один раз примерно десять тысяч иен.

— Нечего брать цифры с потолка! Да ещё и попадать в точку! И вообще, можешь не утруждаться. У тебя ноги дрожат. Поди заставляешь себя, да?

Сората тоже уже был на грани. Вряд ли он ещё дольше выдержит эту убийственную пытку. Казалось, его здравый смысл отправился в длительный загул.

— Меня раскрыли? Жаль, начала соблазнять я неплохо, но вот с парнями никогда не встречалась, вот почему опыта тесного общения немного, — пояснила Рита, наконец-то отодвигаясь от Сораты.

Голова болела. Не на физическом уровне, а на душевном... Нет, кажется, теперь заболела и на физическом.

— Эх~

Сората понуро свесил голову.

В тот миг он почувствовал перед собой кого-то.

— Буяните с самого утра. В зоопарке брачный сезон?

В дверях показались чьи-то ноги.

Ставшие привычными школьные штаны — мужские. Дзин ушёл какое-то время назад. К тому же тонкий голос явно принадлежал не ему.

На самом деле, Сората не слышал этот голос уже несколько месяцев.

Парень нерешительно поднял взгляд. Тонкие ноги, худое тело, белая кожа. Плюс ко всему незрелые черты. Колышущиеся от сквозняка волосы доставали до спины, и по внешнему виду сложно было сказать, к какому именно полу относится знакомец.

— Т... т... т... Ты...

— Тыква?

— Нет! Но-но ты, что ли, голограмма?

— Хотел бы я, чтобы такое побыстрее изобрели.

— Ты киборг?

— Будь так, я бы намного раньше закончил Горничную.

— Тогда настоящий Акасака?!

Последний раз он показывался перед весенними каникулами. И вот, спустя пять месяцев, они снова встретились. Как бы то ни было, манера общения Рюноске нисколько не отличалась от того, как если бы он в очередной будний день приветствовал одноклассника.

— Канда, ты тоже пошустрей. Опаздываешь.

И тут же затворник исчез в коридоре. Похоже, ушёл в школу.

— И нечего выпрыгивать как чёрт из табакерки! — утробно проорал Сората ему вдогонку, пытаясь разбавить неразбериху у себя в голове.

2 сентября.

В тот день, во время обеденного перерыва в школе, в экстренном порядке провели собрание Сакурасо. Беспорядочные споры за перерыв не закончились и продлились аж до пятого часа. В отчёте собрания записали следующее:

«С четырьмя голосами против трёх Рите Эйнсворт-сан позволено ненадолго остановиться в Сакурасо. Давайте жить дружно». Секретарь: Канда Сората.

«П.С. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак. Сората дурак». От: Сиина Масиро.

«П.С.С. Канда-кун развратник!» От: Аояма Нанами.

«П.С.С.С. Так Сората-сама любит побольше? Ненавижу!» От: Горничная.

«П.С.С.С.С. Давайте жить дружно! Ребята, слышите?!» От: Канда Сората.