Том 1    
Часть 1


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
valvik
1 г.
редактура растянулась
lanfee
1 г.
Да, приквел
mirya
1 г.
Это предыстория что-ли? Про отца Гинозы?

Часть 1

Пролог

Мы сами, собственными руками, можем переделать этот мир.

Томас Пейн, «Здравый смысл»

перевод Харуо Коматсу

Кто будет управлять этим прекрасным новым миром?

Люди, придумавшие <законы>,

или <законы>, придуманные людьми?

Или...

***

У меня было два отца.

Первый умер, когда мне было двенадцать лет, и это был мой биологический отец.

2070 год. Год, когда наше общество выбрало новый путь существования, а старый порядок рухнул; когда Министерство здравоохранения, труда и благосостояния внедрило глобальную систему поддержки обеспечения человеческой жизни и благосостояния «Сивилла» и взяло власть в свои руки; когда был построен новый прекрасный мир и произошел сдвиг общественного сознания. Именно в этот год моего отца не стало.

Позже я встретился с человеком, который стал мне вторым отцом и о котором я должен рассказать. К тому времени я уже был взрослым, пошёл по стопам биологического отца, стал, как и он, полицейским и только приступил к работе в одном из участков столичного департамента полиции. Это случилось в 2080 году.

А мой новый отец ждал меня здесь, на новом месте, — в столичном департаменте полиции, в первом подразделении специального следственного отдела.

Мы не состояли с этим человеком в родстве, но связь между нами стала прочнее уз крови и твёрже железных цепей. Есть только один способ выразить словами природу наших отношений: отец и сын. В этих двух словах заключена вся правда. Он был моим наставником в работе. Я был его учеником, а он — моим учителем.

Мы вместе шли по следам преступников и, подобно двум гончим псам, преследовали их, не давая скрыться, догоняли и вцеплялись в горло.

Я называл его старик Яхиро. Как никто другой, он олицетворял то, чем и должен быть настоящий следователь. Да, его звали Казуджи Яхиро.

И вот сейчас я, Томоми Масаока, собираюсь его убить.

***

Лето в 2093 году припозднилось.

Исполнитель следственного подразделения Бюро Общественной Безопасности (БОБ) Томоми Масаока стоял, запрокинув голову к небу, прижав ладонь к окровавленному боку, и тяжело дышал. В руке он сжимал пистолет, чей один-единственный выстрел пробил в потолке огромную дыру, из которой прямо на Масаоку падал мелкий дождь, заливая пол. Плащ у Масаоки уже промок насквозь, по лицу стекала вода.

Через дыру не было видно луны — лишь тёмные облака, окрашенные постоянно движущимися цветными отблесками городских огней.

Те всполохи едва выхватывали из тьмы заброшенную землю — давно оставленный людьми участок береговой линии, превращённый в свалку. Тут расположился старый 32-этажный жилой комплекс. Когда его строили, нарушили некоторые нормы сейсмической безопасности, в результате чего земля под зданием частично просела. Вдобавок ко всем бедам управляющий комплекса сбежал, оставив дом на расправу дождям и ветрам. Со временем от него остались лишь полусгнившие руины.

Некогда в самом сердце здания двумя гигантскими спиралями извивались эскалаторы, но теперь стояли мёртвыми — совсем пришли в негодность. Ступени много где провалились, опоры легли одна на другую и так образовали железный лабиринт.

Ещё по пути на крышу — выход был совсем рядом — Масаока заметил, что изо рта у него вырывается пар. Пусть до июня и оставались считанные дни, было адски холодно. Тело быстро теряло драгоценное тепло, и, возможно из-за этого, боль почти не ощущалась. Рана не выглядела какой-то особо глубокой или серьёзной, хотя Масаока допускал, что из-за длительного кровотечения чувства у него притупились, но тело уже было на пределе.

Близилась развязка. Так или иначе, всё закончится здесь.

Масаока уже знал, что преследователи поднимаются за ним по лестнице.

Кто это? Он сам или свора его приспешников?

Масаока поспешил выйти на крышу. Внутри здания, где напасть могли со всех сторон: справа и слева, сверху и снизу, — шансов отбиться у него никаких. Пути отступления уже отрезали, оставалась только крыша — лучшее место для последнего противостояния.

Первым, что он почувствовал, выбравшись наружу, был ветер. Нет, настоящий вихрь, обезумевший в желании показать всему миру своё могущество, — и холод его порывов пробирал насквозь. Масаока споткнулся, пол под ним зазмеился трещинами и опасно захрустел, словно тонкий, ломкий лёд.

Порывы ветра усиливались с каждой минутой, дождь наискось хлестал по лицу Масаоки, а тот, прикрыв глаза ладонью, посмотрел вниз. Там, у ног, расстилался громадный город, расплывчатый и едва различимый за пеленой дождя; город, провозгласивший эру безупречного порядка. Токио.

И там возвышались освещённые голограммами небоскрёбы, как будто выросшие прямо из земли, но из-за плохой погоды в тот день их почти не было видно. А те редкие очертания, на какие натыкался взгляд, напоминали контуры могильных плит, поставленных будто для того, чтобы увековечить бесчисленное множество человеческих жизней с начала времен и до сегодняшнего дня. Люди исчезают, умирают каждый день: сегодня один, завтра — другой, — и ничего не оставляют после себя, ни следа в истории. Их имена навсегда стираются из памяти.

Масаока провел левой рукой по лицу. Всю кровь смыло дождём, и вместо неё под ладонью ощущалась лишь скользкая жирная грязь вперемешку с потом.

От напряжения и страха Масаоку слегка потряхивало, ведь угроза была близко.

Ногам передавалась вибрация от пола, и от этого все чувства Масаоки обострились до предела.

Вибрация была аномально ритмична — такой точный ритм невозможно повторить человеку. Источник её постепенно приближался и ускорялся, всё ближе, ближе, ближе... Через пару мгновений высокий звук лязгающего металла ударил по ушам. Масаока крепче сжал пистолет и сосредоточил внимание на руках и ногах.

Враг прибыл.

То, что перелезало через внешнюю стену, было настолько огромным, что Масаоке пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть его.

Это был предназначенный для сноса многоэтажных зданий и перепрограммированный кем-то строительный дрон.

Тело машины с расположенным внутри контрольным центром и восемью длинными лапами по бокам выглядело несуразным, несбалансированным и напоминало формой гигантского стального паука.

Дрон выпустил из конечностей шипы и воткнул их в настил крыши — брызги воды окатили Масаоку с ног до головы. Он вскинул иссиня-черный ствол и направил его на дрона. Однако «говорящий» пистолет хранил молчание и не подавал признаков жизни.

Масаока недовольно цокнул. Взять что-нибудь ещё? Нет, мощности револьвера хватит, чтобы убить человека, но боевую машину не одолеть.

Механические глаза, встроенные в «паучье брюшко», замигали красным, фокусируясь на застывшем прямо под дроном Масаоке. И сразу же одна из лап машины, игнорируя первый закон робототехники, не позволяющий вредить человеку, метнулась к жертве. Масаока сразу же узнал эту быструю и эффективную модель поведения: точно такую же имели дроны БОБ. Согласно протоколу, они поражают цель электромагнитным разрядом. Но конечности «паука» во много раз превосходили силой и массой изначального дрона. Если такая проткнёт — убьёт сразу. Пронзит тело насквозь, подобно копью.

Не раздумывая ни секунды, Масаока бросился в сторону. Бежать особо было некуда: штуковину нельзя обойти, так что оставалось лишь шаг за шагом отступать дальше, по частично разрушенной крыше, балансируя на тонкой грани между жизнью и смертью.

Под ногой что-то треснуло и провалилось. Потеряв равновесие, Масаока упал и перекатился по мокрому от дождя настилу, пока не наткнулся спиной на покрытый ржавчиной остов металлического ограждения. Масаоку загнали в угол.

Металлический паук подтянул лапы и прыгнул прямо на распластавшуюся на краю крыши жертву. Стальной коготь взметнулся вверх и начал опускаться, намереваясь пронзить Масаоку.

Что же делать?

Тело исполнителя моментально дало ответ.

Масаока не стал двигаться.

Он замер, не пытаясь прикрыться руками. Громадный строительный дрон уже возвышался над ним, и Масаока вдруг ощутил себя Давидом, который некогда отважно бросил вызов Голиафу. Но в руке у Масаоки была не праща, а странной формы пистолет без прицела.

Рождённое в результате многочисленных проб и ошибок, вдоволь напившееся пролитой кровью многих стражей закона, оружие исполнителей.

Переносная система психической диагностики и исполнения приговоров, карающий меч правосудия — Доминатор.

«Произведена переоценка уровня угрозы объекта. Включён режим дезинтеграции».

Услышав голос, прозвучавший так неуместно спокойно на фоне смертельной схватки, Масаока скривил губы в усмешке. Похоже, ему повезло, и на сей раз эта штука сработает.

В соответствии с заключением «Сивиллы», оружие трансформировалось, принимая вид столь причудливый, что сразу же напрашивалось сравнение с химерой, чей облик напоминает сразу несколько хищников. Безымянное чудовище открыло пасть, и, в момент, когда Масаока нажал на курок, из неё вырвалась ослепительная зеленая вспышка, которая и поразила цель всей своей разрушительной мощью.

Сделано!

Попав под дезинтегрирующий луч, уже приподнятая лапа паука и его контрольный центр мигом исчезли, а оставшиеся семь лап потеряли точку опоры и половину креплений вдобавок; закачались на ветру и вдруг посыпались вниз, туда, где только что стоял дрон.

Сокрушительная мощь.

От осознания того, что он владеет подобной силой, по телу Масаоки пробежала дрожь радости. И как иначе? Он, самый обычный человек, всегда мечтал, даже предвкушал, как в одиночку справится с настолько громадной машиной.

Но...

Проклятье!

И это же оружие превратило жизнь Томоми Масаоки и его семьи в ад.

Способное самостоятельно принимать решения и отдавать людям приказ спустить курок, оно стало весами правосудия.

Один тот факт, что люди смогли воплотить в жизнь нечто подобное, уже говорил о том, что человечество наконец-то решилось отбросить животные эгоистичные инстинкты, отказаться от насилия, чтобы построить совершенное общество, и так, меняясь мало-помалу, приспосабливаясь, перейти к новой форме бытия.

Теперь абсолютное правосудие в обществе вершится силами самого совершенного в мире оружия.

Теперь впервые в истории человечества появилась возможность избавиться разом от всех преступников.

Теперь можно полностью уничтожить всё зло, выходящее за рамки абсолютного закона.

Теперь человечество достигло рая.

Но есть ли нам место в этом прекрасном новом мире?

Масаока мог бы сказать, что нет. Для такого, как он, места нет нигде. Если бы в этом прекрасном новом мире каждый действительно получал идеально подходящую ему роль, то самого Масаоку и подобных ему погребли бы заживо, закопали, точно реликт, вместе со всеми социальными ролями. И если дела обстоят так, то ему, Масаоке, лучше бы действительно умереть здесь, на крыше этого полуразрушенного и давно заброшенного здания, построенного на металлических сваях. Лучшего места просто не найти.

И тут дождь прекратился.

А когда между порывами ветра повисла тишина, со стороны металлической лестницы раздались шаги — ровная уверенная поступь. В чёрных тучах образовалась брешь, сквозь неё полился лунный свет и достиг крыши, словно кто-то специально включил прожектор перед появлением на сцене Его.

ー Дал себя подстрелить, а потом использовал свою игрушку, но в целом неплохо.

На крышу поднялся мужчина, чьё лицо скрывала белая маска. Высокая худощавая фигура с посеребренными в свете луны волосами, казалось, принадлежит призраку. Бледная кожа, белый плащ, в руках меч с обнажённым, сияющим при свете луны, лезвием — всё настолько безупречно снежное, словно человек этот — чистейшее создание на земле... А на деле — всё то, с чем борется новое общество. Мужчина поднял меч, словно намереваясь пронзить им проплывающую в небе луну, и обронил:

ー Да, я хотел луну.

Это были слова безумного короля Калигулы. Точнее, отрывок из той книги, какую мужчина в белом некогда швырнул Масаоке, чтобы тот ознакомился. Вместе с книгой мужчина в белом швырнул Масаоке и наставления — исполнитель их, конечно же, не забыл:

«Во времена, когда преступникам сложнее жить, чем обычным людям, чтобы выследить и поймать человека, преступившего закон, нужно использовать голову. Чтобы уметь понимать образ мыслей другого человека и стать подобным ему, следует пойти и изучить мысли всего многообразия людей, что остались в этом мире».

ー Много воды утекло с тех пор, как в последний раз виделись, — Масаока первым назвал мужчину по имени, — старик Яхиро.

ー Да, воды утекло немало, в этом ты прав, Маса, — Яхиро пригвоздил Масаоку взглядом. — И, кстати, в последнюю нашу встречу нам не выпало возможности поговорить, — только обменялись парочкой ударов. Скажи: как же ты нашёл меня? Неужели «Сивилла» подсказала?

ー Вовсе нет. Она — всего лишь система, которая говорит нам, что надо делать, а что — нет.

Раньше Масаока и Яхиро понимали друг друга лучше, чем кто бы то ни было. Но теперь они, связанные узами, более прочными, чем узы крови, и более твёрдыми, чем железные цепи, начисто лишились взаимопонимания. И не «Сивилла» с её приказами тому причина. И уж, конечно, не та непознаваемая сила, что зовётся судьбой или роком.

ー Можно сказать, меня привело чутьё сыщика.

То самое чутьё, которому Масаока выучился у человека, стоящего перед ним. Ценой долгих лет тренировок.

До этого дня Масаоку и высмеивали, и называли параноиком, а он не желал выпускать это дело из рук и продолжал расследование со всем упорством и страстью, на какие только был способен, и вот сила воли помогла ему достичь цели.

Но нынешний Яхиро не видел в Масаоке даже такой малости. А теперь и вовсе стал для бывшего ученика преступником. А преступников, как известно, объявляют в розыск, а потом загоняют в угол.

ー Зачем вы убиваете?

ー Потому что живу, — немедленно отозвался Яхиро с таким видом, словно объяснил разом всё. — Сам факт моего существования доказывает, что наше общество несовершенно.

Может ли быть, что этот человек вознамерился превратиться в такое же чудовище, каким был король из пьесы? Калигула, возжелавший луну? Или первое убийство сделало Яхиро таким — кто знает? Масаока не знал. Но верил, что подобному существу на земле нет места, и признание общества не играет здесь никакой роли. Такому человеку не позволено жить.

У Масаоки снова открылась рана, пока он тянулся левой рукой к кобуре, закрепленной на бедре, — вот почему он перепачкал револьвер кровью. Убедившись, что его Rouger SP101 заряжен и снят с предохранителя, Масаока без малейших колебаний вскинул прицел. Палец лег на курок. Тело, не задумываясь, само выполнило привычные действия, продемонстрировав чудеса самоконтроля и выдержки.

ー Старик Яхиро, я исполню приговор.

Прогремел выстрел.

А вслед за тем к Масаоке пришло понимание: он наконец-то убил старика Яхиро, и это было так же предрешено, как и то, что выпущенная из ствола пуля пройдёт по своей траектории и поразит цель. Случилось то, что и предсказывала «Сивилла».

В конце XXI столетия гигантский Арифметический и Логический Процессор «Сивилла», разработанный для того, чтобы подбирать каждому ныне живущему человеку наиболее подходящий путь развития и род занятости, расширил свой функционал и получил абсолютное влияние в новой области, которую после назвали «Закон и порядок».

Вследствие чего общество прошло процедуру психосоматического сканирования, в рамках которой были проанализированы психика и склонности каждого человека и сформирован универсальный психологический стандарт или «психо-паспорт». Душа каждого человека отныне взвешивалась, словно на весах, и за основу анализа брались не преступления конкретной личности — совершенные либо нет, — а те потенциальные польза или вред, какие индивид мог принести обществу. Те люди, у кого в ходе проверки выявлялись преступные наклонности, подвергались изоляции или уничтожению. Посредством исполнения подходящих новому миру <законов>, общество могло теперь решать, кто достоин жизни, а кто — смерти, и таким образом отбирать <людей>, достойных жить в построенном им раю.

Так была создана универсальная концепция поддержания общественного порядка: «коэффициент преступности».

Глава 1

Целый день Масаоку преследовали неприятности.

Мерцающие огни ночного города отражались в исцарапанном стекле циферблата, где секундная стрелка неумолимо ползла по кругу, отсчитывая время. «Может быть, если пристально, не отрываясь, следить за ней, бег времени хотя бы чуть-чуть замедлится? Тьфу, дурацкая идея!» — вот о чём подумал Масаока, пока мчался в потоке машин по Новой Токийской скоростной магистрали, и сразу же эта мысль вылетела у него из головы.

Масаока сидел съёжившись на переднем пассажирском кресле пепельно-серебристого, без единой царапинки, роскошного автомобиля и, глядя в боковое зеркало, провожал стремительно удаляющуюся Нона Башню — та переливалась всеми цветами радуги.

Всего в столице три главных башни: первая находится в Минато, Шибуйя, и это Токийская Башня; вторая и самая высокая — Токийское небесное дерево; а третья, смахивающая на крепость, — Нона Башня. Так они и шли по пути — Токийская, Дерево и Нона Башня.

Близился конец дня. Уже несколько часов Масаока вместе со старшим инспектором провёл в дороге, в его «Бентли GTS» выпуска начала XXI века. Такие автомобили теперь были диковинкой, и вот одна из них словно сошла со страниц учебного пособия по вождению. Не машина — а мечта истинного коллекционера, на какую не пожалеешь любых денег: 12-ти цилиндровый твин-турбо двигатель позволял разгоняться до предельной скорости за считанные секунды, но давления пассажир совсем не чувствовал.

И эта «мечта», точно гигантская акула, преследующая косяки мелких рыбёшек, величественно рассекала поток одинаковых машинок — те двигались слаженно и ровно.

ー Вот так так! Первый день на работе, и уже влип в неприятности, да? Наш отдел — это вещь в себе, у него есть характер. Ну а я прослышал, что новичок у нас — протеже полицейского управления, вот и решил подшутить. Поводил за нос, — невозмутимо признался мужчина за рулем, спутник Масаоки.

Неприятности, которые преследовали Масаоку с утра, видимо, и были той шуткой. А на деле — беготней по всему зданию отдела, но, с точки зрения Масаоки, это было ещё терпимо: главное будет впереди.

Как только Масаока получил адрес офиса специального следственного отдела, куда его и направили по распределению, он и правда всё утро блуждал по зданию. К полудню он окончательно потерялся, и тут на дисплее мобильного терминала высветился входящий звонок с незнакомого номера. Звонивший представился Яхиро и строгим тоном распорядился подойти в течение трех минут к главному входу.

ー Здесь тебя ждёт рабочее место, — загадочно возвестил Яхиро и сразу же отключился.

Если подумать, формулировка была какая-то странная — «здесь тебя ждёт рабочее место». Но Масаока не стал особо размышлять, лишь повертел головой и пустился бегом по коридорам специального следственного отдела. На ходу приложив голубую эмблему к пропускному турникету, Масаока выскочил на улицу. К тому времени солнце уже стояло в зените, и яркие лучи били строго вертикально.

На улице Масаоку ждал автомобиль. Очень старый автомобиль — «Бентли GTS». И очень странный: весь импорт товаров, включая продукцию Великобритании, запретили в 2020 году в рамках правительственных мер по изоляции страны, так что машину, должно быть, привезли ещё до блокады. Настоящий раритет.

Боковое стекло опустилось, показалась голова водителя с ужасно вонючей сигаретой в зубах. В салоне было страшно накурено — дым стоял столбом. Даже от пассивного курения, как известно, темнеет оттенок психо-паспорта, и Масаока мигом осознал масштаб своих будущих страданий.

ー Садись! — командным тоном приказал мужчина. — С сегодняшнего дня вот твой офис.

С тех пор прошло часов десять, и всё это время Масаока колесил с тем мужчиной по Токио без какой-либо видимой причины. «Сегодня — тренировка для новичка-следователя», — объявил мужчина, видимо, старший инспектор, и больше Масаока никаких объяснений не получил. Возможно, просто объехать весь Токио без остановок — и есть та самая тренировка. К вечеру через опущенные стекла ветер нагнал прохлады, и в машине стало зябко, а перед глазами Масаоки всё неслись бесконечной чередой заполненные людьми улицы. В чём был смысл подобного досуга — старший инспектор объяснять не спешил. А для Масаоки время тянулось мучительно медленно. Он даже не мог устроиться со всеми удобствами в кресле, пусть у «бентли» они были бесконечно комфортными и гладкими, с мягким кожаным сиденьем. Но Масаока даже на минуту не мог расслабиться — всё ему казалось, что он сидит в опасной близости от аллигатора-людоеда.

По мужчине с фамилией Яхиро никак нельзя было сказать, что ему уже перевалило за пятьдесят: энергия у него била ключом. Он собирал чёрные волосы в длинный хвост и носил роскошный серебристо-серый костюм — еще не вульгарное, но весьма экстравагантное решение, свидетельствующее о безупречном вкусе. Причём это был не голо-костюм, нет, а самый настоящий, пошитый из натурального шелка, к тому же отлично подогнанный по фигуре владельца. Фигуре, достойной высшей похвалы. Иными словами, выглядел Яхиро по-настоящему стильно.

Яхиро отличался и гигантским ростом — свыше метра девяносто, — но Масаока это не сразу понял: инспектор отодвинул водительское кресло назад, до предела, так что оба мужчины сидели примерно на одном уровне.

Издали Яхиро можно было легко принять за модель или актёра, но стоило только заглянуть в лицо, как ложное впечатление мигом испарялось. Инспектора выдавал опасный блеск в глазах — такой бывает у человека, ненавидящего весь белый свет. Так блестят глаза у голодного хищника, готового оскалить клыки и броситься на любого, кто только попадётся. Это впечатление усугубляли и морщины на лбу Яхиро — глубокие и четкие, словно шрамы. И только эти детали его облика уже выделяли его из толпы: от Яхиро веяло ничем не прикрытой угрозой.

Казалось, что он ублюдок, каких поискать.

Вдобавок Яхиро признался, что специально всё это утро водил Масаоку за нос, а теперь ждал ответного хода.

ー Всё в порядке, инспектор Яхиро, — тщательно подбирая слова, начал Масаока. — Вы простили мне опоздание, и это сводит все мои утренние неприятности на нет.

ー Прекращай нести эту вежливую чепуху, — лицо Яхиро ничуть не смягчилось. Как Масаока и предполагал, старший инспектор был не из тех, кого можно порадовать лестью. ー Кстати, скажи-ка мне, ты ведь изучал юриспруденцию в Иккё?

Неожиданный вопрос бросили так небрежно, будто он — всего лишь мимолётная мысль, но этого хватило, чтобы Масаока напрягся.

И причина в том, что Масаока стал следователем несколько необычным способом. В 2080 году он прошёл ежегодное отборочное испытание, сдал экзамен и явился в столичный департамент полиции. Тут Масаока в течение трех месяцев обучался в школе полицейских, а потом еще три месяца работал по распределению в полицейском участке в Сэндзю. После чего в ноябре получил распределение на освободившееся место следователя в первом подразделении специального следственного отдела. Проще говоря, беспрецедентное для новичка назначение. Злые языки уже мололи, мол, Масаоке досталось теплое местечко исключительно благодаря родственным связям.

ー Почему ты не принял участие во всеобщем профессиональном тестировании? В наше-то время... «Сивилла» определила бы, какое занятие тебе подходит, подобрала бы университет, направила на нужную государству работу, помогла с карьерой. И все возились бы с тобой, как с ребенком в школе, с начала и до конца. Иккё же, с другой стороны, хоть и государственное заведение, но учиться в нем очень тяжело. Тем и славен.

ー Инспектор, что вы...

ー Я про глобальную систему поддержки обеспечения человеческой жизни и благосостояния, иначе говоря, про «Сивиллу». Послушайся ты её, и всё равно бы оказался в полицейском управлении, так ведь? Или я ошибаюсь?

Яхиро спросил это так решительно, что Масаоке не оставалось ничего другого, кроме как кивнуть:

ー Да... Всё так.

ー Или же ты оказался бы в каком-то из центральных министерств? Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния, к примеру? Или в Министерстве земли, инфраструктуры, транспорта и туризма? Что бы выбрали для тебя?

Яхиро помянул два министерства таким тоном, будто хотел намекнуть, что только дурак откажется от чести быть сотрудником одного из наиболее престижных и влиятельных ведомств в стране. Многие считали работу там мерилом успеха. А вот полицейское управление тягаться с министерствами не могло. И не было такого человека, кто бы не знал, какой выбор предпочтительнее.

Яхиро хотел задеть его, и Масаока прекрасно понимал почему. Вдобавок он понимал, что теперь во что бы то ни стало надо объяснить старшему инспектору, в чем тот ошибается. Надо было донести мысль, что он, Масаока, ни в коем случае бы не клюнул на приманку и не пошёл работать ни в одно министерство.

ー Я пришел сюда, потому что у меня есть дело, которое я обязан раскрыть. Ни одно другое место мне не подходит. Поэтому ничего другого я бы не выбрал — только полицейское управление.

Да, только здесь ему и место.

В единственном во всем столичном полицейском департаменте подразделении, которое занимается исключительно нераскрытыми делами. В специальном следственном отделе, что открылся ещё в начале столетия, когда в процессуальном кодексе произошел ряд изменений — ограничения по сроку действия дел были полностью сняты.

И сокурсники в университете, и однокашники в полицейской школе в голос твердили Масаоке, что его выбор сомнителен. А порой и смеялись ему в лицо.

Однако Масаоке было плевать.

Поэтому что всё в его жизни служило одной-единственной цели — добиться назначения в специальный следственный отдел.

Но Яхиро он сказал лишь главное — что хочет завершить одно дело. Раскрывать все карты не было смысла — всё равно что бросать слова на ветер.

ー Позволь дать тебе один совет: не особо надейся на следственный отдел. К нам относятся примерно так же, как и к расхитителям могил, — ужасаются и ненавидят. В этом мире считается: мёртвому лучше оставаться мёртвым, а мы, ослеплённые блеском истины, только тревожим покойника.

Яхиро пристально посмотрел на Масаоку. До сих пор этот человек раскрывал все порученные дела и ни один преступник не остался безнаказанным. Яхиро всегда упрямо шёл по следу и не знал покоя, пока виновного не возьмут под арест. За это инспектора метко прозвали Людоед Казуджи. Кроме того, Яхиро сразу же улавливал, когда ему врут, — по глазам видел. А когда улавливал, не давал жертве покоя — выдавливал всю правду по капле.

Не исключено, что каждый новичок в отделе Яхиро подвергался этой пытке.

ー Есть дело, которое я хочу раскрыть. Немыслимое для нашей страны дело, связанное со смертью моего отца.

Вот только Масаоке бояться не стоило. Он не произнёс ни слова лжи.

ー Зло станет правдой, правда — злом... когда-то давно так сказали три ведьмы.

ー «Макбет»?

ー Вижу, учёба в университете пошла тебе впрок. Теорию ты освоил, пора браться за практику. Без этого полицейским не стать...

Яхиро оторвал мускулистую правую руку от ручки переключения передач и дотронулся до плеча Масаоки. Затем, как при досмотре или желая пыль смахнуть, легко похлопал того от ключицы до карманов.

ー Истина всегда субъективна. Вот почему тот, кто не может влезть в головы к людям, идиот и не жилец. В коллективе играй отведённую тебе роль. Отклонишься от правил — добра не жди. Далее: если хочешь когда-нибудь стать инспектором, выброси из головы всё ненужное. Да, и еще: познакомлю тебя с проверенным мастером, закажешь у него костюм. Считай, будет твоя полицейская форма. И бросай носить эту дешёвку: от дождей голо-костюмы мигом расплываются, только дураком себя выставишь.

Яхиро ощутимо ткнул Масаоку в плечо, и Масаока подумал: кажется, этим жестом его как бы приняли, поэтому решил недовольства не показывать.

Нужно вести себя правильно. Нужно в точности выполнять все приказы.

Время показать себя с лучшей стороны.

Вдруг музыку в машине прервал входящий вызов — зазвонил мобильный терминал, связанный с аудиосистемой. Номер не определился. Получается, кто-то решил анонимно связаться с Яхиро? Интересно...

Инспектор тут же, наплевав на все правила дорожного движения, активировал терминал и резко спросил:

ー Где? — личность абонента его, кажется, не волновала. ー Понял. Успеем добраться раньше парней из участка. Эй, Маса, подержи-ка мне мобильник.

ー Д-да.

Масаока послушно придержал трубку у самого уха Яхиро, пока тот набирал код доступа на передней панели автомобиля. Взвыла сирена. Яхиро дернул ручку переключения передач и вдавил педаль газа в пол — мотор «бентли» взревел. Ускорение просто бешеное: стрелка спидометра уткнулась в предел — 330 км/час. Вел Яхиро лихо, но беседовал по терминалу, на удивление, степенно:

ー Хм-м… если верить описанию жертвы, дело интересное, н-да-а.

Масаока мог только догадываться, о чём доложили инспектору. Выходит, нашли чье-то тело? Вот только убийства — забота первого подразделения убойно-следственного отдела. С чего бы инспектору по нераскрытым делам мчаться на место преступления? Если, конечно, там не что-то другое, ещё более...

ー Все, разговор окончен. Выключи, — объявил Яхиро, и Масаока оборвал звонок.

ー Инспектор Яхиро, куда...

ー Убийство в парке Тацуминомори, нашли тело. В первый же день — да ты у нас счастливчик!

ー Я бы так не сказал. Вы получили звонок по терминалу — разве это не нарушение протокола?

ー А? — Яхиро раскрыл в притворном удивлении рот, а потом насмешливо фыркнул. ー Защита конфиденциальной информации и прочая хрень — слышал о таком? Полицейские частоты могут прослушивать. Терминал гораздо безопаснее.

ー Вот как... Если информацию о расследовании перехватят...

ー В Японии продвинутых преступников хватает — перехватывать разговоры они умеют. Наш враг сидит высоко. Позволить кукловодам дергать нас, точно марионеток, за ниточки, позволить увести нашу добычу… нет, ни за что!

Так Яхиро непрозрачно намекнул, что их враг — Министерство здравоохранения. Масаока ещё в начале разговора догадывался, что инспектор сильно недолюбливает власть, но списал это на здоровое соперничество между ведомствами. Но, судя по всему, дело гораздо серьёзнее.

ー Раз уж ты, парень, так мечтал к нам попасть, сегодняшнее дело как нельзя кстати. Представлю тебя команде, так что веди себя подобающе. Поехали! Сейчас будем работать «в полях». Забудь обо всем, чему тебя учили в полицейской школе. С этого момента делаешь лишь то, что велю, — уголки рта Яхиро слегка изогнулись, и под губой показались зубы.

Это был первый раз, — отметил про себя Масаока, — когда Яхиро при нем улыбнулся. Взгляд его тем не менее оставался холоднее льда и резал не хуже ножа.

В парке Тацуминомори было на редкость пустынно, хотя рядом располагалось несколько жилых комплексов, построенных много лет назад. Также неподалёку громоздились склады. Как выяснилось позже, местные вечером старались не гулять, а дело было как раз к вечеру.

Несмотря на то, что желающих поглазеть не было, заграждение установили. И не могли не установить — иначе вопиющая халатность. Помимо того, что требуется оградить место преступления от посторонних, важно позаботиться и о сохранности оттенка психо-паспорта потенциального свидетеля. Если по какой-то несчастливой случайности обычный человек увидит тело жертвы, почти наверняка оттенок потемнеет.

По этой же причине главное требование при устройстве на работу полицейским — устойчивость психо-паспорта.

Следуя за Яхиро, Масаока свернул с дороги и ступил под зеленый полог плотно растущих деревьев. В одном из уголков парка на высоте одиннадцати метров роились дроны. Они растянули защитные сети, которые наслаивались друг на друга, тем самым образуя завесу.

ー Хорошая работа, спасибо, — обратился Яхиро к ожидающим их перед занавесом мужчине и молодой девушке. Девушка выглядела лет на двадцать пять, чуть постарше Масаоки, которому в этом году исполнилось двадцать три. А вот мужчина на вид старше, может быть, ему было около сорока. Эти двое, по всей видимости, и были «командой Яхиро», а следовательно, старшими по званию, с точки зрения Масаоки.

ー Кто этот парень? — девушка резким движением подняла забрало шлема, сунула руки в карманы байкерской куртки и уставилась на Масаоку. В миндалевидных глазах девушки ясно читалось подозрение.

ー Разрешите представиться, меня зовут Масаока. С сегодняшнего дня распределен в специальный следственный отдел. Рад познакомиться с вами.

ー Хм-м, я — Юй Юки, приятно познакомиться, — тоном, который явно противоречил словам, протянула она и снова оглядела Масаоку с ног до головы. — Надо же, какой вежливый молодой человек! Советую завязать с этим, а то никто не будет воспринимать всерьёз.

ー Ч-что?

Случалось, при первом знакомстве Масаоку пытались задеть или за его счёт показать превосходство — всякое бывало. Но то, что он вежливый, Масаока слышал редко — разве что от пожилых наставников в полицейском участке, где он проходил практику. И тогда это считалось комплиментом.

ー Прекрати цепляться к новенькому, — подал голос мужчина, который присел рядом на корточках.

Он был худощавым, даже костлявым, и носил белый комбинезон, похожий на те, какие носят рабочие на заводе, а ещё испачканные в земле перчатки.

ー Я Сайто, — он снял перчатку и протянул руку. — Рад знакомству. Ты только пришёл, а уже придётся увидеть такую мерзость! Но что поделать, часть нашей работы. Терпи.

ー Я к этому готов. Приятно познакомиться, — Масаока пожал протянутую руку и склонил голову в поклоне. В отличие от Юки, Сайто никак не показывал недоверия, хотя сложно было сказать: он носил солнцезащитные очки, которые не спешил снимать даже вечером.

ー Н-да, сегодня не твой день, ага? — спросила Юки и улыбнулась. От этого выражение её лицо сразу же изменилось. Как оказалось, у неё вообще была богатая мимика — ни одно чувство нельзя скрыть. — Если не хочешь в первый же день писать заявление об увольнении, прими-ка таблетку заранее. Хочешь, поделюсь?

ー Новичок справится. Почему бы тебе не отложить превращение его в жизнерадостного идиота на потом? — Яхиро оттеснил Юки и, пригнувшись, пролез под занавесом. — Неплохо потрудились. Кстати, как вы нашли тело?

ー Чутье сыщика, — похвасталась Юки. — Шутка! Вчера вечером поступило предупреждение о возникновении зоны стресса неясного происхождения. С тех пор прошли сутки, но улучшения не было. Мы сосредоточились на этой области. Парк почти на границе с заброшенной землей, но так как размеры зоны стресса значительно превышали ожидаемые, то Сайто прочесал тут все и в итоге обнаружил труп.

Зона стресса — это такое место, в котором наблюдается одномоментное массовое загрязнение оттенков психо-паспортов граждан. При обнаружении таких зон сразу же объявляют предупреждение. Сохранение психического здоровья граждан — главная задача нового общества, поэтому на опасную территорию не попадёт никто, кроме специальных работников, имеющих допуск. Например, полицейские и следователи.

ー То, о чем ты мне рассказала по телефону, вполне сходится с размерами зоны стресса. Жители, сами того не зная, указали на труп. Где-то здесь совершили преступление, и оттенки психо-паспорта потемнели, хотя никто из местных не понимал почему. Итак, что мы имеем?

ー Изнасилование и убийство.

Сведение о том, что жертву изнасиловали и убили, казалось, не особо тревожило Юки.

ー Признаки ограбления?

ー Нет, — ответил Сайто. — Некоторые вещи сняли с жертвы, но это в основном предметы одежды...

ー Э-э-э, как-то витиевато ты завернул. Выкладывай подробности.

ー ...может, мне стоит воздержаться?

ー Чего колебаться?

ー С нами-то всё будет в порядке, но тут у нас новенький…

Сайто указал на Масаоку.

Где-то здесь в темноте лежало тело. И это всё, что Масаока понимал в этот момент. А ещё он ощущал характерный запах крови — ржавого железа и разложения. Должно быть, тело обезображено, раз Сайто поинтересовался, готов ли Масаока увидеть его. Увидеть всё без прикрас.

Масаока хотел ответить, что с ним все в порядке, но Яхиро перебил его:

ー Парень ещё молодой. Если что, найдет себе другую работу.

А затем без промедления протянул руку к подвешенному к занавесу фонарю и включил свет.

И тогда Масаока увидел тело.

Почти сразу он выбежал из-под занавеса, и его вырвало прямо в жидкую грязь.

Неизвестно, сколько он просто стоял согнувшись, пока не ощутил, как чья-то рука ведет по его спине. Это была Юки. Переносным сканером она измерила психо-паспорт Масаоки.

ー Телом ты слабоват, а вот с психикой все в полном порядке. Показатель в пределах допустимого.

ー Спасибо.

Масаока схватил протянутую ему пластиковую бутылку и прополоскал водой рот. Позади Яхиро переговаривался с кем-то по мобильному терминалу.

ー Это я. Тело, похоже, проходит по делу №39. Нужен детальный осмотр. Откройте лабораторию. Необходимо заключение, наш это случай или нет.

Называя Масаоку счастливчиком, Яхиро не шутил. По статистике, современный сотрудник полицейского департамента сталкивается с убийствами крайне редко. Чтобы выехать на убийство в первый же рабочий день, нужно обладать дьявольским везением. А причина в том, что за десять лет количество совершаемых преступлений сократилось в разы. Всё благодаря «Сивилле», чья сеть разрослась по всей Японии в 2070 году.

По всему Токио на улицах разместили устройства мгновенного распознавания лиц и сканеры, фиксирующие оттенки психо-паспортов проходящих мимо пешеходов. Теперь передвижения любого преступника легко отслеживались, а поимка правонарушителей стала простым и рутинным занятием. Искать легко было и потому, что после преступления оттенок психо-паспорта неизбежно темнел. По результатам исследований Министерства здравоохранения (главного органа, контролирующего сохранность психического здоровья граждан), выяснилось, что если люди с потемневшими оттенками продолжают вести обычную жизнь, то потенциальный риск совершения ими преступных действий многократно возрастает.

Вот почему в обществе, в котором, при условии соблюдения определенных предписаний, можно жить относительно свободно, почти не было людей, готовых сознательно нарушить закон.

В результате в обществе нередко поднимался вопрос, а так ли нужно содержать полицейские структуры, но ответ был всегда один и тот же: да, нужно. Без них никак не обойтись.

Число преступлений критически низко, но не полный ноль.

И совершенно естественно, что при исчезающе малом числе преступлений каждое из них будет всё более жестоким, более изощрённым.

Покинув место преступления, Масаока и Яхиро отправились в район Очаномизу, Тиёда, и въехали на огороженную территорию бывшего университета. Внешняя стена здания была щедро украшена роскошными барельефами, но половина из них обвалилась, а часть увил буйно разросшийся плющ.

Стоило автомобилю подъехать к подземной стоянке, как к грузовым воротам подкатил задом и приготовился к разгрузке маленький транспортник — это были Юки и Сайто. Дрон подхватил тело и образцы грунта, собранные в парке, и скрылся внутри здания.

ー Раньше тут был медицинский университет. Внутри все восстановили, навели порядок, но здание до сих пор аварийное. Никто не знает, в какой момент обрушится, вот про него и забыли, — объяснил Яхиро, вышагивая по коридору.

Как только «Сивилла» стала проникать во все сферы человеческой жизни, в обществе сформировалась новая система образования и воспитания, в рамках которой человек находился под контролем с раннего детства и до совершеннолетия. Со второй половины 70-х годов высшее образование тоже подверглось реформам. Перемены коснулись и заброшенного теперь университета.

Коридор вел все дальше в глубь подземного медицинского исследовательского центра. По пути Масаоке попалось окно во всю стену, и он заглянул туда.

Масаока увидел помещение, выложенное плиткой, в центре которого располагался стол для вскрытия. По бокам от него — всякое медицинское оборудование, как и положено исследовательской лаборатории. Судя по всему, Масаока туда и попал. Причем, вполне вероятно, что тут проводились далеко не официальные исследования, известные разве что некоторым государственным органам.

ー Потом наш отдел выкупил здание университета, и теперь нам время от времени можно им пользоваться.

ー Кажется, у специального следственного отдела большой бюджет…

С тех пор, как преступность в стране стала рекордно низкой, бюджет полицейских институтов стал сокращаться год от года, и теперь по каждой статье расхода шли регулярные проверки.

ー Мы работаем на толстосумов, и эти парни не прочь раскошелиться на оборудование. Но, конечно, не просто так. Мы им должны хорошие результаты.

Но вот П-образный коридор изогнулся в последний раз, и Масаока с Яхиро вошли в лабораторию медицинской экспертизы.

Тело уже успели принести и положить на стол, а изможденный на вид мужчина в белом халате приступил к вскрытию, но, заметив вошедших, прервался и поднял голову. Седые волосы его были собраны сзади в небрежный узел.

ー Это профессор Нитсута из отдела криминалистики, старший эксперт. Умеет проводить вскрытия. Днем работает в лаборатории, а вечером подрабатывает патологоанатомом.

ー По твоему описанию я выгляжу каким-то доктором-самоучкой без образования, — вздохнул Нитсута и снова взялся за инструменты. — Как только вышел на пенсию, сразу же устроился в специальный отдел. Только и всего... Так, прекращаем ненужные разговоры. Хочу поскорее закончить работу и поехать домой. У меня гостит внук.

ー Поверь мне, я тоже. Так что давай, приступай. ... Кстати, Маса, если затошнит, не стесняйся блевать прямо здесь. После вскрытия всё равно будут убирать, — и Яхиро указал рукой в резиновой перчатке на пол.

ー Извините за тот раз. Больше не повторится.

ー Да забудь. Ладно, иди сюда.

Масаока собрал волю в кулак, подошел к Яхиро и посмотрел на стол. С противоположной стороны стояли Юки и Сайто. Казалось, они совсем не переживают. Юки так вообще уткнулась в мобильный терминал и быстро что-то набирала. Большой палец ее без устали двигался по экрану.

Масаока поймал себя на мысли, что и сам чувствует себя спокойно. В ярком искусственном свете выставленное на всеобщее обозрение тело не выглядело чем-то отвратительным.

Это была девочка. Вероятно, ученица средней школы. Одета в блузку и темно-синюю юбку, но и та, и другая были порваны и свисали клочьями. Живот пятнали бурые кровавые отметины вперемешку с землей. Короткие, до плеч, волосы приклеились к измазанному грязью лицу. Во рту девочки Масаока увидел кляп, сделанный из, судя по всему, ее же носового платка с цветочками. Кожа вокруг носа и глаз уже посинела, и это было заметно даже под слоем грязи. По этой детали можно было предположить, что от болевого шока дыхание у жертвы не раз и не два прерывалось.

ー Судя по тому, что признаков спада трупного окоченения пока не наблюдается, предположительное время смерти — вчера вечером.

ー Совпадает со временем возникновения зоны стресса, — кивнул Яхиро. ー Думаю, ты прав.

ー Нам повезло, что её нашли до того, как начала разлагаться… Но умереть в таком юном возрасте... Да еще убита так жестоко… — бормотал Нитсута, ощупывая тело кончиками пальцев.

ー Причина смерти — кровопотеря. Предположительно, из-за раны в брюшной полости, которую вы можете наблюдать. На шее также видны следы удушения, но дыхательные пути не закрыты. Возможно, уже после убийства преступник пытался определить, жива еще жертва или нет.

Нитсута распахнул испачканную кровью блузку девочки. От пупка до паха живот пересекал длинный вертикальный разрез.

ー Одна, две, три... В центре живота имеются три глубокие проникающие раны, ー Яхиро не сводил глаз с разрезов. — Далее он вскрыл ее сверху донизу одним движением. Это не какое-то случайное убийство. У преступника набита рука, и он знал, что делает. Орудие убийства — нож с длинным лезвием, от 20 до 30 см.

ー Повсюду гематомы. Вероятно, следы побоев. — Нитсута поднял лицо и с силой потер ладонями. — Преступник изнасиловал жертву, а затем убил ее принесенным с собой орудием. Затем задержался возле тела, чтобы удостовериться в ее смерти, для чего предпринял попытки удушения умершей. И только потом покинул место преступления.

ー Сайто, ты пробовал опрашивать местных жителей?

ー Вчера с начала заката до темноты шёл дождь. В предполагаемое время убийства полиция уже предупредила о зоне стресса. К этому моменту в парке не было ни души.

ー Раздобудь-ка мне всю информацию по делам за последние десять лет, но не привлекай к себе внимание. Будь осторожен. Что бы ты ни делал, не забывай, что за спиной стоит наготове Министерство здравоохранения.

Размещенные на улицах города сканеры постоянно считывают информацию с прохожих и определяют оттенки их психо-паспортов. Если обнаруживается потемнение оттенков, вызывается бригада из ближайшего центра здоровья или, в тяжёлых случаях, отряд быстрого реагирования. Обе структуры находятся в прямом подчинении у Министерства здравоохранения.

ー Я всегда осторожен.

Сайто дотронулся до оправы солнечных очков. Вероятно, это была одна из игрушек особого следственного отдела — скрытый информационный терминал или что-то в этом роде. Закончив делать что он там делал с очками, Сайто вышел из комнаты.

ー Юки, — окликнул девушку Яхиро. — Жертву опознали?

ー Под описание подходит только один человек, — отозвалась Юки, но от терминала отрываться не стала. — Имя — Эри Ханаширо. Возраст — четырнадцать лет. Проживала вдвоем с матерью в жилом комплексе в Тацуми, со вчерашнего дня дома не была. Обнаружила это мать, вернувшись вечером с работы, и сегодня утром подала заявление о розыске в полицейский участок Ванган. В сети есть форум учащихся той же школы, которую посещала девочка, но ее самой там нет. В школе она мало с кем общалась.

ー Так-так... Похоже, это наша жертва и есть.

Яхиро приподнял юбку девочки и заглянул под нее.

ー Кстати, эта пропавшая девочка чем-нибудь занималась? Какие-то кружки искусства или клуб по интересам, что-то такое?

ー Подождите немного... Да, она принимала участие в театральном кружке. Правда, актрисой не была, занималась реквизитом. Вроде бы рисовала декорации для спектаклей.

ー Н-да, вот оно как. Похоже, он засунул в нее кисти для рисования.

Масаока в шоке поглядел на тело девочки. Если хорошенько присмотреться, можно было заметить, что юбка у жертвы как-то странно оттопыривается между бедер, будто там что-то есть.

ー Посмотришь? Такая мерзость. Словно из фильма про маньяков.

ー ... нет, спасибо, я могу представить, — Масаока мягко отвел в сторону руку Яхиро, который уж было ухватился за край юбки.

ー Молодец, соображаешь. Глупо за один день дважды рисковать оттенком.

ー Преступник воспользовался набором художественных кистей девочки, который был у нее с собой, и поместил часть из них в её гениталии, — сдавленно прохрипел Масаока, и Яхиро легким кивком выразил согласие.

ー Видны следы разрывов и сильного растяжения на половых органах, — подтвердил Нитсута, обогнул стол и переместился к ногам девочки. После чего скатал подол юбки, извлёк из девочки целый пучок больших и маленьких кисточек и положил в металлический поддон рядом. Каждую покрывала густая тёмная слизь. Все присутствующие уставились на кисти в немом изумлении. Казалось, в поддон выдавили несколько тюбиков краски — красный, зеленый, желтый, фиолетовый… Но все цвета смешались и образовали тёмную массу, а кисти раскатились по всему поддону. Подоспевший дрон немедленно взялся за анализ содержимого.

Масаока машинально отвел глаза, а Яхиро спокойно подошел к Нитсуте и встал рядом.

ー Удалось обнаружить образцы спермы?

ー Дрон специально искал их, но ничего не нашел.

ー Что ж, — выдохнул Яхиро, — я видел достаточно. Полагаю, следует поместить заключение к документам, относящимся к делу № 39.

ー Если судить по состоянию тела, преступник один и тот же, — ответил Нитсута, щелкая по панели терминала. — Первая жертва была найдена в 2076 году в безлюдном месте на берегу реки. Серийного убийцу-насильника обнаружить не удалось до сих пор. Эта девочка — двенадцатая по счёту.

ー Всё так. Выходит, это убийство — определенно наше дело. Передай начальнику отдела, что все материалы — мне на стол. Нитсута, приведи тело в нормальный вид.

ー Но я не работник похоронного бюро.

ー Поручи дрону. Закончишь тут со всем этим и возвращайся домой. Проведи время с внуком, поспи.

ー В самом деле?! — Нитсута глубоко вздохнул. — Что указать причиной смерти?

Яхиро скрестил руки на груди, задумчиво уставился в пустоту и, спустя некоторое время, выдал:

ー Четырнадцатилетняя девочка, Эри Ханаширо, возвращаясь домой из школы, попала под сильный дождь, неудачно поскользнулась, упала в канал и была смыта течением. На следующий вечер тело было обнаружено возле берега.

ー Утопленница… достаточно безобидно. А что делать с нехарактерными ранами?

ー Именно поэтому и говорю: приведи тело в порядок.

ー Будет неестественно.

ー Даже если так, все равно надо, насколько это возможно, смягчить удар для матери, потерявшей дочь.

Яхиро отвел с лица девочки прилипшую прядь волос, мягко дотронулся до щеки и какое-то время помолчал.

ー Вот поэтому, в целях предотвращения потемнения оттенка, мы стараемся сразу же кремировать умерших. Особенно это касается жертв аварий... Юки, оставайся на ночь здесь, а утром в первую очередь отправляйся к матери. Раздобудь разрешение на кремацию.

После этого Яхиро развернулся и бросил Масаоке ключ.

ー Маса, ты был молодцом. На сегодня работа «в полях» закончена. Возвращаемся. Только сначала прогрей машину.

«Бентли» заскользил по направлению к Уэно.

За окнами проплывал ночной Токио. Многие кварталы погрузились во тьму. Теперь горела только Нона Башня, а остальные потухли. После заката многое в Токио начинало казаться фантазией.

И вот на город опустилась глубокая ночь. Остановились аттракционы парка развлечений. Исчезло большинство голограмм, украшающих улицы.

Говорят, что японское общество преодолело времена тьмы и смуты, которые пришлись на середину XXI века, и вот страна вступила в эпоху процветания. Однако до сих пор в Токио хватало районов, где при повышении уровня воды в реках затапливало улицы. Но то же самое случалось и в Европе. Несмотря на то, что все цифры и данные в официальных докладах скрывали очень и очень тщательно, не заметить зияющую черноту провалов в городском ландшафте, особенно сейчас, ночью, было попросту невозможно. Казалось, что город местами выел гигантский червь. Воистину, стоит только упасть, как выбраться уже не удастся — утонешь в бездонном болоте. Глядя на темные провалы целых кварталов за окном, Масаока думал, что те схожи с разверзнутыми могилами, чья бесчисленная вереница только и ждет тех несчастных, кому суждено очень и очень скоро сгинуть в них без следа.

ー Что случилось? С университета не проронил ни слова.

ー Нет, всё в порядке.

ー Ложь!

Масаока не хотел смотреть в глаза Яхиро, но цепкий взгляд старика держал его намертво.

ー Если уж врёшь, то делай это убедительно. Если есть претензии, сразу говори, — приказал Яхиро. — Если собрался уходить, то уходи сейчас.

Всего за один день Масаока понял: попади в команду к Яхиру, и чистым тебе не уйти. Перед тем как поступить на службу в специальный следственный отдел, Масаока успел поработать в полиции и в глубине души верил, что любой полицейский в первую очередь должен соблюдать закон и показывать пример. Но лишь за один день он увидел столько нарушений (и кто бы нарушал! блюстители порядка!), что на всю жизнь хватит, а для старших по званию это всё — в порядке вещей.

ー Это нелегальное расследование!

ー Хо-о, продолжай!

ー Это самоуправство! Вы не связались с районным участком, не сообщили в отдел по особо опасным преступлениям, забрали тело и скрылись. Не получили официальное разрешение на вскрытие. А сейчас собираетесь избавиться от следов повреждений! Выдали убийство за несчастный случай и хотите получить разрешение на кремирование у семьи покойной. Я не считаю это правильным выбором.

ー Иными словами, ты хочешь сказать, что мы банда безумцев.

Вслед за тем Яхиро устроил нечто из ряда вон: убрал руки от руля и сложил на животе, а сам откинулся на водительском кресле — практически лег, расслабился, не снимая при этом ноги с педали газа. Про тормоз Яхиро, кажется, совсем забыл. Скоростная дорога была прямой, как стрела, вокруг — ни одной машины, но как только «бентли» остался без управления, кузов мелко затрясло.

А Яхиро всё выжимал педаль газа.

ー Инспектор Яхиро!

ー Эй, успокойся и послушай меня. Сегодня твой первый день, и, должно быть, тебе, раз ты не варился во всем этом по десять лет, любая мелочь кажется странной. Но это и есть наша жизнь. Преступность, может, и снизилась, но пустячные нарушения сменились особо тяжкими преступлениями. Самой мерзостью, какую только можно представить.

Масаока никак не мог вникнуть в слова инспектора — машину сильно трясло. Гораздо сильнее, чем было в начале.

ー Тот, кто убил, очень хитёр и опасен. Или совершенно безумен. В наше время практически невозможно жить не по правилам, а этот ухитряется проворачивать тяжкие преступления и уходить безнаказанным. Парень — полный псих.

Масаока уже чувствовал себя так, словно его заперли в тесном металлическом гробу. Стрелка на спидометре достигла конца шкалы и замерла, уткнувшись в деление. Встречные машины мелькали в лобовом стекле вспышкой и тут же исчезали из вида.

ー И как же нам ловить этого ублюдка — что думаешь?

Яхиро прикрыл глаза и полностью расслабился. Безумно. Невозможно. Глупо.

ー Говорят: если хочешь поймать преступника, начни думать как он. Именно мы, полицейские, ближе всего стоим к тем, кто не умеет жить нормально в нашем обществе. Своими действиями мы наверняка накличем беду — оттенки точно потемнеют. Но нельзя забраться в самую грязь и не испачкаться… Если не будем мыслить как преступник, смотреть на всё как преступник, мы никогда не узнаем, каким видят мир эти твари.

ー Испортить оттенок — согласен. Но что, разве нельзя при этом уважать закон?

Масаока так волновался, что едва дышал. Он не понимал, что движет инспектором Яхиро. Жажда смерти?

Масаоке страшно хотелось закричать: «Останови машину! Сейчас же!» А вот Яхиро, похоже, было плевать, что человек рядом с ним жутко нервничает, сжимает зубы до скрипа. И откуда такое спокойствие? Рано или поздно прямой участок дороги закончится, будет поворот, и если ничего не сделать, то оба — Яхиро и Масаока — совершенно точно погибнут.

ー В чем дело, Маса? О чём задумался? — абсолютно спокойно спросил Яхиро.

«Он не боится умереть? Почему?»

ー Если собрался стать полицейским, в первую очередь научись понимать, что у тебя перед глазами.

«Нет, дело не в этом. Может, наоборот?»

И тут Масаоку осенило. Нужные слова старика всплыли из глубин памяти. «Если уж врёшь, то делай это убедительно» — «учись понимать, что у тебя перед глазами». Яхиро не боится, потому что точно знает: они не умрут.

ー Инспектор Яхиро...

Масаока отстегнул ремень безопасности, тоже разложил своё сиденье и улёгся.

ー А ты отлично справляешься для новичка, хотя отработал всего-то день! — рассмеялся Яхиро с соседнего сиденья.

И тут Масаока резко выпрямился и схватился за руль «бентли» — машина мчалась вперёд на всех скоростях. Без колебаний Масаока вывернул руль до предела — смертельно опасный ход, особенно на скоростной магистрали. Ещё немного, и автомобиль бы ушёл в крутое пике и вылетел с трассы. А дальше — удар, авария, смерть.

Но...

ー Слишком много подсказок, да? — Яхиро цокнул языком. «Бентли» все так же размеренно мчался вперёд. Должно быть, инспектор перевёл машину на автопилот, дернул припрятанный где-то переключатель.

ー С вашей стороны — не очень-то смешно.

ー Мне всего лишь захотелось слегка проучить новичка, готового поорать начальнику в лицо… Как ты? Сильно перепугался?

Все ещё откинувшись на спинку сидения, Яхиро сунул в рот сигарету и прикурил.

ー Думаю, мой оттенок потемнел.

ー В таком случае восстанавливай. Сегодня ты видел изуродованный труп, что не новость, и твоя психика неплохо с этим справилась, но до настоящего полицейского тебе далеко. И в первую очередь придётся тебя учить, раз уж ты сам не понимаешь, почему мы ведем нелегальные расследования.

ー Объясните мне, пожалуйста.

ー А если нет, то что?

ー То я доложу об этом деле начальству.

ー А ты смелый. Это неплохо.

ー Я серьёзно!

ー Да, по глазам вижу, — небрежный тон Яхиро никак не вязался с острым внимательным взглядом.

А Масаока и правда собирался доложить о деле, если, конечно, ему не представят убедительные объяснения. Доложить, пусть выходка и будет стоить ему работы. Специальный следственный отдел находился в прямом подчинении у полицейского управления, и за своеволие там следует неминуемая кара. С другой стороны, в полиции не очень-то любят наказывать своих. Донесёшь — и работать не сможешь. Пострадают абсолютно все.

ー Черт возьми, парень, ты со своим кодексом чести словно диковинный воин из далёкого прошлого! Не то чтобы мне это не нравилось… но попробую объяснить. Все, что ты видел, проходит под грифом «Дело №39». Тебе знакомо это слово?

Яхиро несколько раз упоминал номер дела, но, помимо этого, Масаока ничего не знал.

ー ...нет.

ー Смотри-ка! В школе полицейских ничему теперь не учат, особо многообещающую молодежь. А ведь следовало бы учить, прежде чем выпускать работать. Дело №39 опирается на соответствующую статью №39 Уголовного кодекса.

Масаока напряг память, чтобы вытянуть нужные строчки.

ー Лица с психическими расстройствами не подлежат уголовной ответственности.

ー Точно! И еще одно: недееспособным гражданам положено смягчение наказания… Итак, а знаешь ли ты, что сейчас происходит с большинством арестованных преступников?

ー Что происходит? Предполагаемые законом процедуры, суд...

ー Увы, всё совсем не так. Мы, сотрудники полиции, постоянно рискуем своими оттенками, ходим по самому краю хаоса и безумия и... прячем истину. Меняем её, делаем простой и понятной. В нашем обществе забота о психическом состоянии граждан гораздо важнее абстрактной справедливости.

Далее Яхиро рассказал о том, что Министерство здравоохранения, прикрываясь статьёй №39 из Уголовного кодекса и законом «О предоставлении медицинской помощи гражданам с психическими расстройствами...», отправляло большую часть арестованных без суда и следствия на больничную койку, то есть к себе в учреждения. Там психические расстройства изучали, затем проводили опыты по коррекции поведения и превращению вчерашних преступников в образцовых граждан.

Начиная с 2070 года, когда Министерство здравоохранения прибрало всю власть к рукам, очень многие подозреваемые не доходили до суда, а сразу же признавались невменяемыми.

И многие официальные структуры, включая Министерство юстиции, серьёзно забеспокоились, когда поняли, что влияние Министерства здравоохранения растёт.

ー «Дело №39» — это кодовое название совокупности всех дел, не раскрытых или не дошедших до суда по причине косвенного вмешательства Министерства здравоохранения. Нельзя сказать, что полицейское управление молча терпит, когда на их вотчину лезут посторонние, и протокол противодействия для таких случаев у наших есть. Мы ведём следствие по нераскрытым преступлениям, в том числе по тем делам, которые Министерство здравоохранения присмотрело себе, и так мы будем расшатывать власть наших противников. Всё ради того, чтобы ударить побольнее.

Невероятная история. Получалось, что полицейское управление и следственный отдел в частности — всего лишь пешка, которую перебросили на передовую, и не свои, а высокопоставленные противники.

ー Но я не совсем понимаю. Если главный приоритет — психическое здоровье граждан, как так вышло, что Министерство здравоохранения вот уже четыре года позволяет гулять на свободе преступнику, убившему двенадцать человек? Мне кажется, само существование такого убийцы провоцирует людей — оттенки психо-паспортов темнеют.

ー Ты всё неправильно понял. Никто не говорит, что тому парню позволено гулять на свободе. И Министерство здравоохранения, и полицейское управление охотятся на него днем и ночью, мечтают первыми заполучить драгоценную добычу в свои руки, — Яхиро проговорил это с видом учителя, объясняющего урок нерадивому ученику. — Министерство здравоохранения тоже создало специальный отряд для поимки этого извращенца, он им нужен для каких-то своих целей. А мы, специальный следственный отдел, этому противостоим. Именно поэтому у нас есть разрешение сверху: мы можем делать что угодно, лишь бы расследовать это дело. Разумеется, все наши операции проводятся в строгой секретности. Текущее дело — тоже.

Затем Яхиро добавил:

ー Сейчас это убийство официально пришили к делу №39. Всего в нём имеется двенадцать аналогичных дел об изнасилованиях, отягощенных убийствами. Если окажется, что во всём виновато Министерство здравоохранения, раз там проглядели психопата, мы получим шанс нанести им удар. Так что радуйся: перед тобой открываются невероятные возможности. Теперь пути назад нет. Я чувствую, что ты, парень, готов нырнуть с нами в самую грязь и стать хорошим полицейским. Добро пожаловать с нами на дно болота!

Яхиро протянул руку. Не пожать было невозможно.

ー Рад буду поработать с вами, инспектор Яхиро. — Масаока и сам не знал, сказал он это от чистого сердца или же нет.

Яхиро сжал его руку так сильно, что Масаоке показалось, будто он сунул её в тиски, однако при всем желании он не мог вырвать её из пальцев инспектора.

ー Я думал пригласить тебя к себе, выпить немного за знакомство, но раз уж у тебя встреча с мамой, то ничего не поделаешь. Выпьем в другой раз, — мягко и, кажется, с сожалением пробормотал Яхиро, когда Масаока уже выходил из машины. «Бентли» остановился прямо под вывеской у вокзала Уэно. Перевалило за полночь, но Масаоке казалось, что прошло никак не меньше двое суток — так много событий было за день. Внутри Масаоки зрело странное ощущение. Будто бы всю жизнь он провёл в какой-то параллельной реальности, которая вдруг исчезла, а на смену ей пришёл совершенно иной мир, действующий по другим правилам.

ー Извините.

ー Ничего. Единственный сын выходит во взрослую жизнь, как-никак. Будучи человеком, у которого никого нет, советую цепляться за близкие отношения.

Яхиро уж было тронулся с места, но вдруг передумал и затормозил, высунулся из окна и окликнул Масаоку, который успел отойти на несколько шагов:

ー Я уже говорил, но ещё раз: завтра приезжай в нормальном виде. Надень то, что там носят полицейские, а всё ненужное оставь дома.

Масаока от неожиданности вздрогнул. Инспектор что, видит его насквозь? Понял ли он, что Масаока солгал ему?

ー Даже маленькое пятнышко грязи бросается в глаза, и это впечатление ничем не смыть…

К чему это? Не про него ли? Что думает Яхиро — не угадаешь. Непроницаемый человек. Масаока абсолютно не понимал своего нового начальника.

ー Кстати, парень, ты читаешь книги? — Яхиро порылся в бардачке и вытащил какую-то старую книжку в потрепанной, выцветшей на солнце обложке.

ー Что это?

ー Это тебе домашнее задание. Полицейские постоянно соприкасаются с преступным миром. Чтобы самим не свихнуться, барахтаясь в водовороте безумия, неплохо бы, например, почитать и осмыслить хотя бы эту книгу. Пока что это твой самый лучший учебник. Я про «Калигулу» Альбера Камю. Читай всякий раз, как выпадет свободная минутка, — посоветовал Яхиро.

«Во времена, когда преступникам сложнее жить, чем обычным людям, чтобы выследить и поймать человека, преступившего закон, нужно использовать голову».

ー Чтобы уметь понимать образ мыслей другого человека и стать подобным ему, следует пойти и изучить мысли всего многообразия людей, что остались в этом мире. Образование становится грозным оружием. Незнание приводит к гибели. Ты, парень, мне понравился, поэтому я не дам тебе погибнуть по глупости. Следуй за мной, и я вобью в тебя всё, что тебе надо знать.

«Бентли» тронулся с места. Красные огни задних фар почти мгновенно растворились во тьме. Масаока бросил взгляд на наручные часы и поспешил на встречу. Книга в его руках была единственным мостиком, связывающим мир хаоса и безумия с миром порядка.

Именно тогда Масаока перестал быть полицейским — будто в сказке, в полночь волшебство рассеялось, и вот по улице шёл совершенно обычный гражданин.

***

ー Так значит ты отказался от приглашения начальства? — спросила она, вышагивая рядом со мной.

Я только-только сошёл с последнего поезда на станции Минами-Сэндзю[✱] Южный Сэндзю (прим. переводчика). Слабо освещённая улица тянулась параллельно национальной магистрали, и я всё время слышал гул пролетающих мимо электромобилей. И почти так же гулко и ритмично цокали каблучки моей спутницы.

ー Какой же ты врунишка, Масаока! — захихикала она.

Бледные отблески лунного света танцевали на её волосах.

ー Я просто не сказал всего. Конечно же, я иду к маме, просто не один, а вместе с тобой.

Кажется, на эти слова она чуть рассердилась:

ー А ты не мог позвонить раньше? Я приготовила ужин, и всё зря!

Опоздал я безнадёжно, но, похоже, мне дали ещё один шанс исправиться, — вот облегчение!

ー Прости, поступил я ужасно. В следующий раз будет как ты хочешь, обещаю.

Её звали Саэ, и я любил её.

ー Правда? М-м-м... Что бы такое придумать?

ー А? Нет-нет-нет, только не какую-то очередную глупость!

Я шёл, перекидывался с ней ничего не значащими фразочками, и в тот момент всё, что я увидел за день, — труп маленькой девочки, теперь навечно погружённой во тьму, — было таким далёким, таким нереальным, таким не связанным с моей жизнью. И я испытал прилив радости, ведь теперь-то вырвался, наконец, из этого далёкого нереального чужеродного мира и оказался здесь, дома.

ー Настоящий мужчина слово назад не возьмёт!

ー Ну-у, сделаю всё, что в моих силах...

ー Прекрасно. Теперь-то я точно тебя поймала, — она сузила сияющие озорством глаза и широко улыбнулась.

Красивое личико исказилось в притворно-зловещей гримаске, и мне невольно вспомнилась наша самая первая встреча. Мы познакомились с Саэ в полицейском участке Сэндзю, где я проходил стажировку. Тогда мне, одному из многих, выпала честь обеспечивать безопасность мероприятия, проводимого Министерством здравоохранения. На мероприятии одобренные «Сивиллой» мужчины и женщины могли встретиться и познакомиться друг с другом, чтобы потом образовать семейные пары. Саэ была в ту пору молодым специалистом Министерства здравоохранения, и для неё мероприятие было своеобразной тренировкой социальных умений. Меня, как самого молодого и неопытного сотрудника полиции, приставили к ней в качестве помощника.

Сказать по правде, тот первый день, проведённый в компании Саэ, стал для меня сущим наказанием. Девушка была настолько красива, что я жутко смущался. Кроме того, она в совершенстве знала свою работу, и рядом с ней я чувствовал себя жутким профаном. Мне чудилось, что девушка смотрит на меня свысока, и от этого на сердце становилось всё тяжелее. Оглядываясь назад, я думаю, что, возможно, она уже тогда понравилась мне. Я так отчаянно боялся её разочаровать, что делал всё неправильно, и от этого мне хотелось умереть.

В конце вечера Саэ пригласила меня сходить вместе перекусить.

Я был уверен, что в лучшем случае меня ждёт выговор, а в худшем — меня заменят на кого-то другого. Вместо этого Саэ выпалила: «А ты моложе, чем я себе представляла». После этого она опустила голову и за весь ужин не проронила ни слова.

Меня её молчания озадачило, а когда спросил потом, что бы это значило, Саэ призналась: «Это был мой первый ужин с мужчиной, я и не знала, что сказать».

Когда Саэ в первый раз увидела меня в полицейской форме, она решила, что я намного старше её. Всё валилось у неё из рук. Ей казалось, что меня приставили присматривать за ней, чтобы, будучи новичком, она не сильно напортачила. В результате, она, не переставая, нервничала, не могла сконцентрироваться на работе и хваталась за непосильные для неё задачи. Меня же, как выяснилось, она пригласила поужинать, чтобы извиниться за ненадлежащее выполнение обязанностей.

Вот как-то так и выяснилось, что мы оба составили друг о друге совершенно неправильное мнение. После этого мы разговорились, да так, что не могли остановиться. Мы рассказывали друг другу просто невероятные вещи, вплоть до тех, какие можно обсуждать разве что с близкими друзьями, и просидели в кафе до самого закрытия, пока нас не выгнали на улицу.

Мы оба опоздали на последний поезд, так что пришлось взять такси, и когда я увидел её прощальную улыбку, вдруг осознал, что моё сердце больше мне не принадлежит. Я безнадёжно влюбился в Саэ Гинозу.

С тех пор по работе мы больше ни разу не пересекались. Вместо этого между нами возникла прочная связь, никак не связанная со службой. До сих пор не верю, что мне удалось заполучить такую невероятную девушку! Не могу сказать, что отношения между нами развивались так же бурно и быстро, как в театральных постановках, нет. Скорее, мы постепенно узнавали друг друга и со временем смогли духовно сблизиться.

ー А я и не думала, что ты станешь следователем.

ー Это мой первый день, не знаю, что будет дальше.

Я столкнулся с исключительным делом, о котором не собирался ей говорить. Сердце подсказывало мне, что единственный способ сохранить свой оттенок — это никогда не объединять тот и этот миры воедино.

ー А-а-а. Кстати, без формы ты выглядишь гораздо моложе, тебе идёт.

ー Вот как...

Я вымученно улыбнулся. Это, конечно, хорошо, что ей нравился мой новый облик.

ー Да-да. Так ты выглядишь моим ровесником. В форме ты меняешься. Я каждый раз думаю, что совсем тебя не знаю... до такой степени ты становишься другим человеком.

А ведь именно сегодня я впервые столкнулся с другой реальностью, о которой никому не расскажешь, даже Саэ. И с каждыми днём тайн будет только больше. Именно то, что мне не рассказать, будет влиять на меня день за днём, превращая в совершенно другого человека. Один только день что-то изменил во мне — я это остро ощущал.

«И все же, — подумал я, — хочу быть с ней».

Мои родители спали в тесных гробах в самом дальнем углу семейной усыпальницы. Палочки благовоний за день успели догореть, но бледно-голубые в свете луны цветы всё ещё хранили свежесть. Их принесла утром Саэ, у неё был выходной. Хотя наше семейное кладбище и находилось в Минами-Сэндзю, я родился и вырос в Тачикаве, и поэтому живущая в Кита-Сэндзю[✱] Северный Сэндзю (прим. переводчика) Саэ знала эту местность гораздо лучше меня.

ー Отец, мама, я стал следователем.

Со смерти отца прошло уже десять лет. Мама умерла полгода назад. Она была родом из другой провинции, но десять лет назад, когда отца не стало, объявила, что не хочет, чтобы её хоронили в родном городе. Вместо этого она просила о месте здесь. На церемонию погребения пришло не слишком-то много народу. Из близких родственников — лишь я один. Плюс ещё несколько соседей, которые дружили с мамой ещё до моего рождения. Нет, даже не сравнить с похоронами отца, на которые собралось всё полицейское управление, — церемония прошла до обидного скромно.

До сих пор сожалею, что не поговорил с матерью раньше. До того, как смерть разлучила нас. Моя мама всегда гордилась мужем-полицейским, однако смириться с его гибелью она не смогла. Отец был снайпером в специальном подразделении полицейского управления, то есть служил в SAT. Антитеррористическое подразделение обычно несёт большие потери, поэтому туда традиционно берут холостяков. Но в то время шла война, антиправительственные организации ожесточённо бились с регулярными войсками, и это были самые «жаркие» дни. Полицейские массово гибли, солдат не хватало, и вот почему отца мобилизовали снова. Он был прекрасным снайпером. Таким и оставался до самой смерти. И вот в один день матери пришлось схоронить отца.

В 2070 году состоялась церемония открытия Нона Башни, во время которой повстанцы под управлением организации международных террористов (как объявила впоследствии «Сивилла») напали на гостей церемонии. Жертвами атаки стали сотрудники Министерства здравоохранения и других центральных министерств. Пострадали также полицейские войска, охранявшие мероприятие. Эта террористическая атака стала самой крупной в истории Японии — по числу жертв. Организатор нападения до сих пор неизвестен. И до сих пор не наказан.

Я пошёл работать в полицию по единственной причине — хотел разыскать того организатора. Я хочу знать, почему мой отец должен был умереть. Хочу понять причину.

Когда я объявил, что намерен пойти по стопам отца, стать полицейским, а потом следователем, мама не стала меня отговаривать, но мысленно приготовилась потерять и меня следом. Всякий родитель на её месте посчитал бы, что теперь единственного сына преследует смерть. О переживаниях мамы я узнал слишком поздно. Она умерла внезапно, и внезапно — от старости. В середине двадцать первого века у людей, кому повезло пережить тёмные времена смут, средняя продолжительность жизни была ужасающе короткой.

ー Мама, наверное, ты не одобряла мой выбор…

Сейчас я это понимал.

Однако я пришёл не за тем, чтобы объясняться. Нет, я пришёл поблагодарить родных.

ー Спасибо, мама, — я протянул руку и зажег новую палочку благовоний. — Спасибо за то, что вырастила меня. Только благодаря тебе я сейчас здесь.

Стоило произнести эти слова, как с плеч будто камень свалился. Я ведь всегда делал всё по-своему. И тогда, перед могилой родных людей, вспоминая их лица, я вспоминал прошлого себя и сравнивал с собой нынешним. Нет, прошлого не вернуть, но можно изменить отношение к нему, и так, наверное, самую малость поменять настоящее. Хотелось бы, чтобы настоящее от этого стало только лучше.

ー Хочу вас кое с кем познакомить, — я взял её за руку и подвёл к могилам. ー Это моя любимая, мы обручены и в скором времени станем семьёй.

ー Меня зовут Саэ Гиноза. И, хотя это и не совсем обычная ситуация, я рада знакомству с вами.

Манеры Саэ всегда безупречны, и я в который раз замер на месте, любуясь ею. Думаю, и мама, и отец были бы рады за нас.

Надо было возвращаться. Последний поезд давно ушёл, такси нигде не было видно. Кроме нас на улице — ни одного прохожего. В окрестностях Токио ещё хватало старых кварталов, но там практически никто не жил. Ночью было зябко, и мы с Саэ как-то сами собой держались друг к другу ближе. Саэ оперлась о мою руку.

ー Зайдёшь? Почему-то сейчас мне хочется поболтать о всяком разном.

Решив, куда пойдём, мы медленно двинулись по улице.

Глава 2

На следующий день после обеда Масаока и Сайто посетили пустырь неподалёку от места преступления — бывшую промышленную зону.

Кроме целой вереницы складов там стояли и павильоны, оборудованные под кино- и фотосъёмку. Снаружи они во всём напоминали склад, но внутри — целые комнаты, имитации всего: от домов до офисов. И пока что там квартировались всевозможные изгнанники и отщепенцы.

Изначально заброшенной зоной считался лишь пустырь в районе Ванган — власти признали его официально, но с каждым годом тут и там в столице появлялись островки отчуждения и расползались по другим районам, словно раковая опухоль или какая-нибудь до сих пор не открытая болезнь. Жители соседних районов бежали от заброшенных земель, как от чумы. Их нельзя было заманить туда ни под каким предлогом. Отщепенцы же преспокойно жили на пустырях и старались не соваться в цивилизованное общество, предпочитая держаться своей роли изгоев до конца. Время от времени полиция проводила зачистку пустырей, но от облавы до облавы на заброшенных землях царило беззаконие.

Пустырь, куда заявились Масаока и Сайто, был как раз таким местом.

На грузовой стоянке возле одного из складов обнаружилась толпа бродяг. Завёрнутые в похожие на фольгу одеяла из огнеупорной материи, они спали, тесно прижавшись друг к другу. Из-под одеял выглядывали голые ноги с искривленными жёлтыми ногтями. «Жмутся, как в стае», — подумалось Масаоке, пока он, осторожно переступая через совершенно неподвижные тела, шёл к Сайто — тот ждал его у двери склада.

ー Старик и Юки уже допрашивают, — бросил он. Как и вчера, Сайто надел комбинезон, смахивающий на рабочий.

На щеках у инспектора уже пробивалась щетина, словно утром кое-кто так и не успел побриться. Зато Сайто успел подкинуть Масаоку до места.

ー Есть подозреваемый? — удивился Масаока.

Кажется, распрощавшись с ним накануне, Яхиро вернулся на работу и продолжил расследование. Да и Юки, судя по всему, домой не возвращалась. Ездила по делам с тех пор, как обнаружили тело.

ー Да, что-то вроде того, — тихо прорычал Сайто. По нему нельзя было сказать, что он слишком рад успеху. — Ты уже видел нашего босса?

«Кажется, это он не про Яхиро», — догадался Масаока.

ー Ещё нет.

ー Начальник особого следственного — человек из полицейского управления, карьерист. Конечно, на месте преступления его не увидишь. Зато он — промежуточное звено. Стоит между нами и главным управлением. Через него нам спускают указания те, кто стоят повыше.

ー Что за указания?

ー Срочно закрыть дело — вот такие. Приговор уже оглашён, и для его исполнения не хватает только преступника.

Масаока испытал странное чувство. С одной стороны, он понимал страсть, с какой полицейское управление рвалось утереть нос Министерству здравоохранения, но с другой — думал, а не слишком ли они торопятся? Можно ли так просто поймать преступника, который целых четыре года успешно скрывался от следствия и умудрился прикончить уже больше десятка человек?

ー Старик — прекрасный следователь, но раскрыть дело — не единственная его цель. На первый взгляд кажется, что он действует нелогично, но факт остаётся фактом: он преследует свои цели, и противоборство полиции и Министерства ему на руку. Взять хотя бы тебя: до сих пор новички в нашу команду не попадали. Старик и не рассматривал кандидата, если он не работал «в полях». Даже наша младшая, Юки, до прихода к нам служила в SAT и успела поучаствовать в боевых операциях. Однако вот он ты, совсем без опыта. Считай, пустое место. Так почему тебя назначили к нам?

ー Э-это... — Масаока не знал, что ответить. ー Не знаю. Если вы думаете, что я не справлюсь...

ー Если старик считает, что ты можешь быть полезен, ему виднее.

«Но лично я тебе не доверяю», — видимо, хотел добавить Сайто, но решил оставить при себе.

Он ухватился за ручку тяжёлой металлической двери и потянул на себя.

ー Держись рядом, — приказал Сайто.

Внутри склад перестроили и разделили перегородками на множество отсеков. Масаока и Сайто прошли в первый — тесное помещение с низким потолком. Похоже, здесь что-то вроде продуктового рынка. Конечно, теперь Япония жила на полном самообеспечении и производила достаточно искусственных продуктов из высокопитательных генно-модифицированных зерновых смесей, но вместе с тем население также получало малую толику натуральных продуктов. Считалось, что без органики оттенки темнеют, поэтому за рационом населения, как и за распределением свежих продуктов, строго следили.

Но то, что продавали на рынке, мало походило на органику, одобренную властями. На столах высились уродливые горки толстых окорочков, и набежавшая с них сукровица окрашивала пластик поверхностей в нежно-розовый цвет. Где-то забыли завинтить кран, и теперь вода заливала пол, неприятно хлюпала под ногами. С каждым шагом усиливался запах сырой рыбы.

Масаока ещё не успел купить рабочий костюм и поэтому надел пальто-хаори, о чём теперь жутко сожалел. Тем более что справа и слева от него возвышались прилавки, забитые рыбой и свежими крабами. Запах, который шёл от них, разил просто наповал, и неудивительно, что ткань пальто мигом пропиталась этим зловонием. В начале пути Масаока пытался ступать осторожно, не задевать стенды полами, но вскоре отчаялся, смирился с тем, что одежда уже испорчена, и смело зашагал вперёд. Меньше всего ему хотелось стать для Сайто обузой.

Народу было много — и продавцов, и покупателей, — и все толклись и спешили куда-то. Все, как один, бросали на Масаоку недобрые взгляды. Кое-кто даже цыкал на него. От этой неприкрытой враждебности Масаока чувствовал себя неуютно.

Он ускорил шаг, стремясь пробраться через наводнившие проход толпы. Запах рыбы стоял здесь крепкий. К тому же гнилой рыбы. Вентиляция совсем не работала. И тут Масаока напомнил себе, что рынок — нелегальный закуток огромного склада. Возможно, вентиляционных труб тут сроду не бывало. Пока Масаока протискивался сквозь толпу, ему на глаза попалось нечто смахивающее на птичью голову, упакованную в мешок. Поразмыслив немного, полицейский решил не выяснять, что же это могло быть. Тут, в конце концов, заброшенная земля, облюбованная отщепенцами, а значит, ни эти люди, ни их вещи его не касаются.

Сайто уже благополучно миновал торговые ряды, заваленные тухлым мясом, и ждал Масаоку в лифте. Как только новичок зашёл внутрь, дверца захлопнулась. Заплесневелая тесная кабинка затряслась и поползла вверх.

На третьем этаже лифт остановился. Им навстречу, ступая по ковру из сигаретных окурков, вышел Яхиро.

ー «Мир»? — Сайто поднял один из окурков — те напоминали могильных червей.

ー Мои кончились, вот и купил внизу. Их производят якобы ради мира в обществе, отсюда и название. Подделка, конечно, но неплохая. Не желаешь попробовать?

ー Я лучше воздержусь.

ー А ты, Маса? — Яхиро протянул пачку сигарет.

Масаоке было любопытно, но он и представить не мог, что местные могут понамешать в табак.

ー Я тоже воздержусь.

ー Современная молодёжь очень скучна. Алкоголь не пьёте, не курите, не играете... На что тогда тратить деньги, а?

ー Может, на семью? — предположил Сайто.

ー Вот он, скучный ответ женатого человека.

ー Но и вы, даром что старик, женаты, разве нет?

ー Нет, недавно развёлся, — Яхиро показал два пальца, — во второй раз!

ー Опять? — Сайто как будто удивился. — А теперь почему?

ー Потому что плохой прогноз от «Сивиллы». Наша совместимость была не очень. Так мне было сказано. Вот так вот. С женщинами на первых порах интересно, но дальше — сплошная морока. Куда лучше встречаться только ради секса и со специально подобранными женщинами, но чего нет, того нет.

Не дождавшись ответа, Яхиро снова сунул в рот сигарету:

ー Хотя... куда лучше, если бы в обществе не существовало парней вроде нашего убийцы. Любителей насиловать женщин.

Сказав это, он, не вынимая сигарету изо рта, снял пиджак и закатал рукава рубашки. Бицепсы Яхиро впечатляли.

ー Итак, раз уж вы, парни, прибыли, время приступить к работе.

Подчинённые двинулись за Яхиро в коридор, а там перешли в одну из убогоньких комнат с обшарпанными стенами. Кроме дивана для посетителей, из мебели тут были только стол и стул, да и то казалось, что их приволокли сюда с какой-то свалки.

На стуле, опустив голову, сидел мужчина. У дальней стены прямо на полу пристроилась Юки, но, заметив товарищей, быстро вскочила на ноги.

ー Вы как раз вовремя! Всё готово.

Яхиро приблизился к стулу, что-то проверил за спиной у мужчины и одобрительно кивнул.

ー Как и ожидалось, связала его безупречно.

ー Перестаньте, пожалуйста, — услышав насмешку в тоне босса, Юки поморщилась. — Сказали так, будто я какая-то извращенка.

ー Расслабься, ты для этого слишком серьёзна. Извращенец у нас — вот этот парень.

Масаока ушам не поверил, а потом и глазам. Человек на стуле был связан по рукам и ногам.

ー Со мной останется Маса. А вы оба со вчерашнего дня на ногах, даже не отдыхали. Вот-вот свалитесь, так что езжайте по домам.

После того, как Юки с Сайто ушли, в комнате, не считая подозреваемого, остались лишь Яхиро и Масаока.

ー Второй день работы «в полях». Сегодня будем учиться технике допроса. Итак, местные этого человека хорошо знают. Тут его называют насильником. Почти на каждом клочке заброшенной земли он не раз и не два нападал на несовершеннолетних, за что в итоге и был изгнан. Далее, что касается нашего дела… кстати, я посоветовался с местным главарём, и он любезно сдал мне подонка.

Яхиро легонько пнул ботинком привязанного к стулу мужчину. Тот поднял голову. В его глазах читался страх, а взгляд бегал, не останавливаясь ни на минуту.

ー Вчера произошёл очень неприятный инцидент. Был найден труп четырнадцатилетней девочки. На теле имеются следы изнасилования...

ー Прошу, пощадите! Я ничего не сделал!

ー Ой-ой, не ври мне. Четыре года назад ты объявился на заброшенной земле Акабанэ и совершил нападение на бездомную девочку, так?

Мужчина снова опустил голову, стараясь скрыться от пытливого взгляда Яхиро.

ー Всё было не так... Это была подстава! У меня отобрали все деньги... Изгнали...

ー Допустим. Но ты был так впечатлён умениями девочки, что тебе захотелось ещё. Денег не осталось, но желание никуда не делось, так? И проститутки тебе не подходили, слишком старые. Тогда тебе пришла в голову мысль: а почему бы не напасть на городскую? — прошептал Яхиро на ухо мужчине.

На последних словах тот, словно очнувшись, резко вскинул голову:

ー Нет, нет, всё было не так!

ー Обходя стороной уличные сканеры, ты прятался на безлюдных улицах и в парках, поджидая добычу. Насиловал и затем убивал. Пришельца с заброшенных земель никто не знает в лицо. На пустыри никто не ходит, и для полиции ты почти недосягаем. Но, увы, везде, где бы ни жили люди, рано или поздно рождаются законы. Местные ребята не очень-то любят разгуливающих на свободе насильников… вроде тебя и расправляются с ними, не ведая жалости.

В этот момент Масаока понял, к чему ведёт Яхиро.

Мужчина тоже, казалось, всё понял.

ー Ублюдок! Сделаешь меня козлом отпущения?!

Он задёргался, стараясь освободиться, и ножки стула под ним подкосились. Подозреваемый рухнул на пол и стал биться об него головой. И бился бы дальше, если бы Яхиро не остановил бедолагу.

ー С тобой одни неприятности. Попался и решил убить себя?

Яхиро бросил быстрый взгляд на Масаоку. «Смотри внимательно», — читалось в его глазах.

ー Во время следствия мы работаем ногами. Во время допроса — тоже!

Масаока глазам не поверил. Яхиро с размаху вонзил в живот мужчины твёрдый мыс ботинка. Подозреваемый вскрикнул, а потом застонал.

ー Так-так… что же делать? Начнем с того, что само твоё существование — уже преступление. Мне ничего не будет, если я продолжу тебя бить. Разве что пыль выбью. Ещё разок? — Яхиро снова пнул его, и мужчина с криком сжался в комок.

ー Ну как? У вас, жителей заброшенных земель, нет никаких прав. Вы сами от них отказались, когда сбежали сюда. Если будешь врать, я тебя убью. Теперь давай разберём, соответствуют ли мои слова истине. Что ты делал позавчера вечером? Явно не лежал в своей постели.

ー В тот день был сильный дождь, и я пошел на берег посмотреть, что стало с лодками. Когда топит, попасть в город проще простого. И безопаснее всего по воде. Для этого нужны лодки. Поэтому я и пошёл проверить, не смыло ли их водой.

ー Ты хочешь сказать, что никто тебя в тот вечер не видел?

ー Всё из-за дождя. Даже не понять, есть ли кто рядом. И несколько лодок всё же смыло. Может, в одной из них и был ваш преступник.

ー Вижу, ты продолжаешь упорствовать.

Яхиро не стал пинать. Вместо этого он достал нож с длинным узким лезвием. Превосходно отполированное, оно отбрасывало зловещие мёртво-синие блики.

ー Эта штуковина чуть покороче той, что использовалась для убийства, и не такая острая. Как считаешь, если повторить ей всё то, что ты проделал с девочкой, не освежит ли это твою память?

ー Пожалуйста, пощадите! Я правда ничего не сделал...

ー Прикидываешься дураком? Ну что ж, мне ничего не остаётся... ー Яхиро приставил нож к горлу мужчины.

Раздался истошный вопль.

ー Пожалуйста, прекратите! Это уже не допрос, а пытка! — не выдержал Масаока. Некоторое время он наблюдал за тем, как разговор медленно перерастает в избиение, и больше терпеть не мог.

ー Не мешай! — Яхиро обернулся к Масаоке и пронзил суровым взглядом.

Затем старший инспектор отодвинул руку от шеи мужчины и выпрямился во весь свой немалый рост, так что Масаока едва стерпел, чтобы не задрать голову и посмотреть Яхиро в глаза. Широкие плечи и массивная грудная клетка, сильные руки, напряженная поза — всё вместе выдавало в старике хищника, готового прыгнуть на жертву. От него так и веяло угрозой.

ー Я получил информацию от доверенного источника. Человека перед тобой многократно уличали в насилии. Это непреложная истина.

ー Если это так, то его надо судить! Но не вешать же вину за чужие преступления! Да что с вами такое?

ー О чём это ты?

ー Инспектор Яхиро, я знаю, что сверху вам спустили указание срочно добиться результатов. Поэтому вы и ведёте себя так. Я слышал, что приговор по этому делу уже вынесен. Но... Это не настоящее расследование. Вы словно пьесу разыгрываете и насильно тащите человека на скамью подсудимых. Настоящий полицейский не должен так себя вести.

ー Между полицейским и следователем — большая разница. Если ты думал стать господином, озабоченным покоем мирных жителей, то ты ошибся отделом.

Полный отвращения взгляд, казалось, пригвоздил Масаоку к месту. Яхиро ухватил его за плечо сильными, словно выкованными из стали, пальцами и с такой силой сдавил, что Масаока на мгновение испугался. Однако даже так молчать Масаоку не заставишь, и он с вызовом поглядел Яхиро в лицо.

ー Между следователем и преступником разница ещё больше.

«Соберись! — скомандовал себе Масаока. — Тебе нужно понять, что же творится в голове у этого человека. Он и остальные расследуют одно из нераскрытых дел, относящихся к так называемому “делу №39”. Иначе говоря, такое, какое, благодаря скрытому вмешательству Министерства здравоохранения, имеет все шансы не дойти до суда. Если так случится, то закон опять будет попран. И если сейчас выдать кого-нибудь за подозреваемого, то как долго продержится обман? Полицейское управление тоже должно это понимать. Даже если они осудят лже-преступника, настоящий-то убийца никуда не денется. Он снова кого-нибудь прикончит, и обман раскроется. Вместо того, чтобы нанести удар по Министерству здравоохранения, полицейское управление лишь даст противнику козырь в руки».

ー Нам спустили приказ найти подозреваемого по этому делу. Неважно, наш это убийца или нет, но кто-то должен быть осуждён. Это вопрос лояльности структуре, только и всего.

Если учесть вообще всё, выходило, что Яхиро с удовольствием ринулся исполнять приказ и схватил первого подходящего человека, мало заботясь о последствиях. Но… погодите, не мог же знаменитый Яхиро сунуть полицейскому управлению настолько очевидную фальшивку, что даже новичок заметит? Масаока знал старика всего лишь день, но уже понимал, что инспектор мог быть кем угодно, но не круглым дураком.

ー Пусть так, но прежде всего мы следователи. Поэтому мы должны вести себя соответствующе. Допрос должен проходить по правилам, — твёрдым тоном потребовал Масаока.

Яхиро округлил глаза, словно увидел перед собой нечто из ряда вон:

ー У-уф, вот оно, значит, как...

ー Что?

ー Ты, парень, как я и думал, достоин всяческих похвал, — Яхиро угрюмо сплюнул на пол, убрал нож, развернулся и зашагал к выходу.

ー Подождите, пожалуйста. А что будет с ним?

ー Он рассказал всё, что знал, и больше не нужен.

ー Больше не нужен, говорите?..

ー Смотри внимательно: вот что ждёт человека, который оступился. Ублюдка будут судить по законам этой земли. Мы лишь купили право немного побеседовать и добиться признания. Но теперь всё кончено. Актер из него вышел никудышный, убедительно разыграть невиновность он не смог. Придумать способ, как выйти сухим из воды, — тоже. Иными словами, полный дурак. Поэтому нам он больше не нужен. Мы возвращаемся. А раз мы его не выкупили, скоро сюда прибегут шавки местного босса. И нам лучше бы уйти пораньше. Не люблю бессмысленное насилие.

Яхиро проговорил это таким серьёзным, не терпящим возражения тоном, что Масаоке не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

А в спины им летели всхлипы и плач брошенного на произвол судьбы человека.

***

Специальный следственный отдел, будучи одним из подразделений полицейского управления, имел собственный офис, расположенный в здании номер два, на центральной улице правительственного квартала Касумигасэки. Как раз рядом с прочими учреждениями. Иначе говоря, прямо под носом у головной организации. Внутри здания — ничего необычного: такой же офис, как и в любом ведомстве. Те же ровные ряды столов, а в конце, на некотором расстоянии, удобном для слежки, — рабочее место начальника отдела.

ー Шеф, текущие следственные мероприятия закончились неудачей. Разрешите удалиться, — после отчёта о следствии Яхиро коротко поклонился и, не дожидаясь ответа, направился к выходу.

Ужасная грубость! Масаока стоял рядом с Яхиро и под гнётом любопытных взглядов чувствовал себя крайне неловко.

ー Эй, Яхиро, подожди-ка, — нагнал их оклик Канако, начальника отдела.

Даже такая малость довела его до одышки. Должно быть, это было связано с чрезмерной его полнотой. Разумеется, современное японское общество пеклось не только о психическом, но и о физическом здоровье граждан. Обычно при первых признаках ожирения сразу же прописывался курс гимнастики, призванной поддерживать пациента в хорошей форме. А у человека в хорошей форме и оттенок хороший. Вот почему в новом мире полные люди стали большой редкостью.

Начальник отдела занимал не обычный компьютерный стул, как все прочие сотрудники, а массивный и прочный, с устойчивыми ножками, способными выдержать огромный вес.

ー Ты получил приказ срочно закрыть дело. Последнее место преступления навело на подозреваемого, но следствие закончилось неудачей? — жалобным тоном уточнил Канако и в растерянности провёл рукой по намечающейся лысине.

Будучи суперинтендантом полиции, он превосходил Яхиро по званию и должности, но создавалось впечатление, что это он в подчинении у Яхиро, а не наоборот.

ー Вот поэтому у меня есть к вам предложение, господин Канако. — Губы Яхиро сложились в язвительную ухмылку. — Я всего лишь ваш солдат, а вы — мой командир. Специальный следственный отдел — ваша армия. Стоит вам сказать «да», и дело будет завершено. Ничего сложного в этом нет. К тому же у меня есть козырь. Подумайте: сейчас вот вы направили к нам одного очень способного новичка, хм? С другой стороны, если мы расследуем это дело как надо, об этом доложат верхушке полицейского управления.

ー Вот оно как...

Канако бросил взгляд на Масаоку и… дружелюбно улыбнулся. Масаока, однако, почувствовал себя так, словно прикоснулся к чему-то скользкому и холодному, — странное и опасное чувство. Но прежде, чем Масаока успел распробовать его, Канако повернулся к Яхиро.

ー Хорошо, будь по-твоему, инспектор Яхиро. Доверяю расследовать дело вашей команде. Срок — до конца этого года. Полная свобода действий.

ー Спасибо, шеф. В случае чего у меня есть ещё несколько козырей.

ー Я надеюсь, инспектор, я надеюсь.

ー Постараюсь оправдать доверие, господин Канако.

Яхиро буквально вылетел из офиса. Будто за ним кто-то гнался.

И только когда оба оказались на подземной стоянке, Масаока осмелился подать голос:

ー Как легко он согласился, я и не ожидал.

У Масаоки камень с души свалился, как только они с Яхиро вышли, — противостояние инспектора и начальника отдела угнетало, как ничто иное.

Неужели и правда всё закончилось так благополучно?

Голос Канако — по сути, голос полицейского управления, но Яхиро стал диктовать свои условия, и Канако безоговорочно их принял. Как же так вышло? Только что полицейское управление горело нетерпением и требовало срочно закрыть дело, а потом пошло на попятный?

ー Парень, ты это сейчас серьёзно? — не поворачиваясь к Масаоке, спросил Яхиро и нарочито тяжело вздохнул.

ー Канако — тот ещё хитрец и умеет доносить, что ему нужно, без лишних слов. Своя рубашка ближе к телу, и он ничего не делает просто так. Никогда не рискует. Минимум риска, максимум пользы — вот его девиз. А ты даже не понял, что подставил шею, да?

ー Я? — до Масаоки внезапно дошло, что именно пытался сказать Яхиро. — Инспектор, вы же использовали меня…

У Масаоки закружилась голова. Этот человек вот так просто сделал его разменной монетой в переговорах с начальством.

Заметив, что Масаока наконец-то осознал, как обстоят дела, Яхиро сказал, не таясь:

ー Новичок с обострённым чувством справедливости самовольно вмешался в ход следствия. Моя команда попыталась остановить его, но ничего не вышло, в результате от новичка пришлось избавиться...

ー Инспектор Яхиро!

Масаока почувствовал, что закипает, и волна его гнева была направлена в меньшей степени на Яхиро и в большей — на себя самого. Масаока корил себя за недогадливость: мог бы и раньше понять, что к чему, ещё когда Яхиро договаривался с отщепенцами о выдаче преступника. Для инспектора просто не существует грани между добром и злом. Он везде извлечёт для себя выгоду, извратит любое правило.

ー Разумеется, это худший сценарий, — наконец Яхиро чуть повернул голову, чтобы искоса поглядеть на Масаоку. В тёмных глазах инспектора как будто танцевало пламя. — Если поймаем настоящего преступника, парень, ты совершенно точно станешь героем. Получится, что новый следователь оказал существенную поддержку и всё такое… Маса, у тебя есть веская причина быть именно в нашем отделе. Ну так пользуйся каждой возможностью. Настоящий мужчина умеет, когда нужно, пойти ва-банк.

Теперь все пути отхода перекрыты. Можно двигаться только вперёд. Яхиро позаботился об этом.

Три дня спустя они снова посетили лабораторию в Очаномизу. День был в разгаре, но здание университета по-прежнему пустовало, как и площадь перед ним. Может, потому, что никто не желал оказаться под обломками аварийного здания.

Масаока спустился вниз, зашёл в комнату, где ранее проводилось вскрытие, и сразу увидел стоящего к нему спиной Нитсуту — тот увлечённо работал. На докторе была рубашка с узорами и красный свитер. Как оказалось, у Нитсуты был выходной, а сюда он приехал поработать из чистого желания.

ー Прошу прощения, немного задержался.

ー Ничего страшного, ты как раз вовремя, — обернувшись, ответил Нитсута. ー Я только что закончил отчёт, так что тебе не придётся ждать. Кстати, что там с Яхиро?

ー У него встреча с другом.

Масаока уже не обманывался и понимал, что Яхиро ни с каким другом не встречался. Скорее всего, пропадал где-то с очередным осведомителем, но не посчитал нужным сообщить коллегам. Может, этот осведомитель — человек из департамента общественной безопасности. Или кто-то ещё.

ー Понятно, дело обычное. Точнее, он долгое время вёл себя необычно, а теперь исправился. Почему-то идёт окольным путём, — усмехнулся Нитсута.

ー Что вы имеете в виду?

ー Яхиро одержим справедливостью. Всеми силами он пытается докопаться до истины. Именно поэтому мы ему так верим.

ー Вот как? Только что его стараниями невиновный человек едва ли не отправился под суд.

ー Да, но в итоге-то ему удалось выторговать для следственного отдела выгодные условия. Не без «туза» в рукаве, как я слышал.

Похоже, даже Нитсута был в курсе, в какую западню угодил Масаока. Ничего удивительного — доктор был такой же частью команды.

ー Иными словами, я что хвост у ящерицы. Чуть что — и отбросили…

ー Тебе нужно научиться понимать истинное положение вещей. С точки зрения Яхиро, ты — козырная карта, которую можно разыграть в нужное время. Ты что-нибудь знаешь про нашего старшего инспектора?

ー В полицейском управлении очень высокого мнения о нём. Больше — ничего.

ー Яхиро пришёл к нам из отдела внутренних расследований.

Масаока даже не удивился, а больше растерялся: пока что всё, что вытворял Яхиро, противоречило его жизненному опыту. Были ли его выходки игрой, причём с самого начала?

ー В отделе внутренних расследований, — продолжил Нитсута, — он блестяще справлялся, изо всех сил боролся с несправедливостью, но потом решил направить свои усилия и талант на борьбу с преступниками, а не сослуживцами. «Так принесу больше пользы», — думал он и перевёлся в следственное подразделение. Но, как тебе хорошо известно, в полиции все друг друга знают и не жалуют бывших безопасников, какими бы хорошими они ни были. Так появился специальный следственный отдел.

ー Я ничего об этом не знал...

ー Знаешь, я ведь обычно не сплетничаю…

ー Но почему тогда?..

ー Сам не пойму. Яхиро возлагает на тебя большие надежды, поэтому будет лучше, если ты скинешь с глаз шоры и отбросишь ненужные сомнения. Всё! Хватит болтовни на сегодня. Мне ещё внука из садика забирать, так что надо бы успеть до захода солнца.

Нитсута натянул поношенный белый халат и подошёл к столу. Затем повернул какие-то рычаги на контрольной панели и подтянул поближе лампы — те крепились к потолку и регулировались.

ー Что касается предыдущих жертв, то все они были кремированы, и поэтому эксгумация и повторное исследование — невозможны. К счастью, в общей базе остались медицинское заключение и все фото- и видеоотчёты экспертизы. Я позаимствовал нужную информацию и сейчас вкратце расскажу самое главное.

Над поверхностью стола появилась полупрозрачная голограмма. Изображение стало ярче и почти сразу приобрело плотность и объём. Благодаря проектору создавалась иллюзия вполне материального тела, уложенного на стол. Это была пожилая женщина, одежда прикрывала только грудь. В нижней части живота — длинный разрез.

ー Первая жертва, — начал Нитсута. — В сентябре 2076 года в районе Сэндзю возле канала было найдено тело. До этого, несколько дней назад, поступило заявление от родственников. Жертва страдала деменцией, имела склонность уходить из дома и теряться. Сначала подумали, что с ней произошел несчастный случай, но, когда её раздели, обнаружились следы сексуального насилия. Нижнее бельё в свёрнутом виде помещено внутрь тела через половые органы. Заключение — изнасилование, затем убийство.

Следом над столом появилась голограмма молодой девушки. На этот раз жертва была полностью обнажена, на животе — многочисленные колотые раны.

ー Вторая жертва. Обнаружена спустя месяц в районе Минами-Сэндзю на территории частной школы. Жертва — двадцатипятилетняя сотрудница этой же школы. Из сумки, которая была при ней на момент исчезновения, преступник достал тетради и поместил внутрь влагалища. Причина смерти — кровопотеря в результате многочисленных ран в области живота. С появлением второй жертвы полиция пришла к выводу, что имеет дело с серийным убийцей. В полицейском участке Сэндзю собрали специальную следственную группу.

Но, словно в насмешку над усилиями полиции, в декабре того же года серия пополнилась ещё двумя жертвами. Когда тела нашли, оказалось, что те почти сгнили. По оценкам экспертов, их убили где-то с месяц назад.

Далее, в январе следующего года, — очередное тело. Потом, после четырёхмесячного перерыва, в мае, — следующая жертва. К этому моменту полиция нашла уже шестой труп. Возраст жертв сильно варьировался. Первой женщине было семьдесят лет. У четырёх последующих жертв возраст постепенно снижался: от двадцати с небольшим до десяти. Обнаруженной в мае женщине было больше тридцати лет.

ー Шесть убийств в течение года, а личность преступника так и не установлена?

ー У следствия было несколько подозреваемых, но веских доказательств не нашлось. После первых шести жертв ещё три были обнаружены в 2078 году и ещё две — в 2079. Потом — затишье. Возможно, преступник опасался следственных мероприятий и временно затаился. Вот так безжалостный серийный убийца одиннадцати женщин улизнул от полиции...

ー И потом опять объявился, с двенадцатой жертвой, и дело попало к нам в руки…

ー Именно, — подтвердил Нитсута. — Полицейское управление потратило уйму усилий и денег, чтобы поймать убийцу, но потерпело неудачу. Поэтому, учитывая все обстоятельства, в этот раз надо действовать более осторожно и скрытно. Надо ещё брать в расчёт противостояние полиции и Министерства здравоохранения. В управлении хотят не столько раскрыть дело, сколько просто поймать кого-нибудь, и неважно, настоящий преступник или нет... Главное — утереть нос министерским.

ー Но ведь если подсунуть им фальшивку, то рано или поздно обман раскроется...

ー Обязательно. Именно поэтому Яхиро использовал тебя, чтобы добиться эксклюзивных прав на расследование.

ー Вы считаете, я должен ему верить?

ー Это ты должен решать сам.

ー В таком случае я выбираю пойти по следу настоящего убийцы!

Такой шанс нельзя было упустить. Если удастся поймать преступника, Масаока сразу же продвинется по карьерной лестнице. Получается, что и назначение, и серийные убийства — лучшее, что могло с ним, Масаокой, произойти.

Всю неделю он торчал в лаборатории — работал в одном из кабинетов. В офисе управления у него был свой стол, но там, как оказалось, с него глаз не спускали. Дело в том, что Яхиро не обманывал: маленькая команда и есть его боевая единица. Ни он сам, ни Юки с Сайто в офисе не сидели, а были в постоянных разъездах по указу Яхиро. Вот и вышло, что только Масаока заглядывал в офис и терпел любопытные взгляды — всем до смерти хотелось узнать, чем же занимается старший инспектор. Необходимость таиться изматывала Масаоку, а бесконечные шепотки за спиной о том, что он чей-то протеже, не позволяли сосредоточиться. Масаока стал появляться в офисе всё реже и реже, пока не перевёлся в лабораторию. «Вот стоит нарушить правила, и пошло-поехало», — подумал он.

У Масаоки была задача изучить и проанализировать все материалы по делу серийного убийцы. Документов скопилось много.

Так много, что нельзя было даже сказать, когда именно их можно прочесть и составить мнение. Но, как бы то ни было, всё упиралось в поиск общих черт, точек пересечения и, в первую очередь, географии преступлений.

Помимо материалов дела Масаока получил от Сайто базу данных Министерства земли, инфраструктуры, транспорта и туризма, и, после долгих часов перекрёстного изучения, он наконец-то определил закономерность.

Первая жертва была обнаружена в районе канала Сэндзю, последняя — в парке Тацуминомори. Можно было бы предположить, что убийства совершались вдоль берегов Сумиды, но по факту жертв находили в каждом районе Токио. На первый взгляд, никакой закономерности.

Но стоило копнуть глубже, и выяснилось, что в непосредственной близости от места преступления всегда не работали уличные сканеры психо-паспортов. И ещё одна деталь: в день убийства всегда случалось наводнение.

Масаока задумался и почти тотчас вспомнил слова подозреваемого, которого совсем недавно допрашивал Яхиро.

«Когда топит, попасть в город проще простого. И безопаснее всего по воде», — вот что было сказано. Те, у кого темнели оттенки, стремились покинуть Токио, перебраться на заброшенные земли. Если бы на границе работали сканеры, беглецов бы арестовали. Но как бежать, как обойти работающие сканеры, если не вплавь? если не взять лодку?

Масаока ещё раз проанализировал географию преступлений. Как он и думал: везде поблизости была заброшенная земля. Иными словами, преступник всякий раз скрывался от сканеров тем, что переплывал на заброшенную землю, а потом — в город.

Неплохое открытие.

После убийства оттенок преступника темнел. Если бы не темнел, убийца бы не прятался, не переплывал на заброшенную землю, а потом обратно — к тому же метод не слишком безопасный — и просто уходил улицами, не прячась от сканеров.

Масаока перепроверил ещё одну догадку, и она переросла в уверенность.

Все преступления совершили ночью, когда шёл дождь. Причём это был не просто дождь, а сильный ливень, после которого фиксировалось значительное повышение уровня воды. Не исключено, что часть лодок в такие дни смывало и уносило куда подальше. Если так, то среди пропавших лодок вполне могла быть и та, которую позаимствовал убийца, чтобы скрыться. И никто не хватился — привыкли к бедствию.

Получалось, что преступник — не какой-нибудь псих, а вполне уравновешенный тип. В обычные дни он успешно прячется среди людей, ведёт себя тихо. Кроме того, вполне осознаёт, что после преступления оттенок темнеет, поэтому тщательно продумывает, как маскировать своё поведение.

К портрету убийцы очень скоро добавился ещё один штрих: этот человек умел возвращать свой оттенок в норму.

Конечно, какое-то время он ходил с тёмным оттенком, но после лечения корректирующими препаратами очень быстро восстанавливался. Потом преступник какое-то время жил спокойно, пока не решался убить кого-нибудь. Судя по всему, он строго следил за психическим здоровьем и фиксировал каждое изменение оттенка.

Он не рисковал понапрасну, не шёл убивать, пока не успокоится полностью; терпеливо ждал подходящего случая и только потом потакал своему желанию и атаковал.

Если бы убийца жил на заре становления нового общества, его бы сразу вычислили по диким дозам корректирующих препаратов, но теперь, когда вся Япония подсела на таблетки, а цифры оборота лекарственных средств год от года пробивали потолок, найти такого человека — что искать иголку в стоге сена. Злоупотребляющих было слишком много.

То же самое можно сказать и про способ побега. В Токио хватало пристаней и каналов, берегов, куда можно было причалить, поэтому любой мог перебраться по воде куда угодно и откуда угодно. И при этом не нарваться на ненужное внимание.

Психологический портрет преступника оставался слишком размытым. Нужно было подойти к анализу с другой стороны.

Масаока решил пройтись. По дороге он написал Юки и попросил её составить ему компанию. Она быстро ответила и согласилась.

Внезапно Масаока поймал себя на мысли, что даже не вспомнил про полицейскую рацию.

С Юки они договорились встретиться в Тацуми, в небольшом кафе возле торгового центра. Масаока успел занять столик на веранде второго этажа и устроиться в кресле, когда к стоянке внизу подкатил мотоцикл. По городу Юки ездила только так. Сняв шлем, девушка нацепила вместо него бейсболку — возможно, чтобы спрятать примятые шлемом волосы. «Кажется, она из тех женщин, кто трепетно печётся о своей внешности, — подумал Масаока. — И ей всё равно, что сидеть в кафе в головном уборе невежливо».

ー Прости, что заставила ждать, — бросила она, приблизившись к столику.

К ним подошёл дрон-официант, и Юки попросила пирожное с чаем. Когда и то, и другое принесли, Масаока принялся объяснять, что ему дало изучение документов. Юки, казалось, совершенно его не слушала, а только сидела, ковыряла ложечкой пирожное и время от времени выдавала какие-то невнятные звуки, чтобы показать, что следит за рассуждениями.

Масаока закончил свой рассказ, и только тогда она нарушила молчание:

ー Всё, что ты говорил про места преступлений и прочее, конечно, интересно… но ты же не мог позвать меня ради этого?

ー Да, — Масаока кивнул. — Господин Нитсута ввёл меня в курс дела и рассказал про наших жертв. Тут собрано всё.

Он протянул толстую папку, плотно набитую листами. Так гораздо надёжнее, чем пользоваться электронными носителями, особенно если нужно сохранить секретность, как в этот раз.

Юки бросила взгляд на пачку листов и наморщила лоб.

ー Ну не в кафе же смотреть.

Как ни странно, но, кроме неё и Масаоки, на террасе не было никого — все посетители, даже влюблённые парочки и студенты, предпочли остаться внутри. Может быть, из-за прохладной погоды.

ー Пойдём в другое место?

ー Нет, тут нормально. Тут вряд ли полюбопытствуют, чем мы занимаемся. Но, если честно... от этого убийцы у меня мурашки по коже... Настоящий извращенец. Ему без разницы даже, кого убивать — девочку, бабушку...

Жертвы и правда были разными: между самой старшей и самой младшей — пропасть в шестьдесят лет. Иными словами, убийце могла подойти любая женщина, будь она ребенком или старушкой.

ー Раса его тоже не интересует, так? Не понимаю… Тогда зачем? — задумчиво произнесла Юки.

Среди жертв попадались и полукровки. В Нагасаки вёлся строгий учет граждан, каждого иностранца и полукровку регистрировали и присваивали ему идентификационный номер. Самая младшая жертва, школьница, имела такой номер.

ー Каждой жертве он запихивал принадлежащие ей вещи во влагалище. А ещё у каждой — ножевые ранения в брюшной полости. Вот что сходится. Да, а ещё следы удушения.

ー Причём дыхательные пути не закрыты, душили уже после смерти, чтобы проверить, выжила жертва или нет.

ー Предусмотрительный мерзавец...

ー Осторожный и скрытный тип, да. Разработал для себя план и всегда чётко ему следует, повторяя одни и те же действия по схеме.

ー Но, если он всегда следует плану, выходит, что как убийца он совсем не развивается...

ー Ч-что?

ー Эй, не смотри на меня так! — Юки пихнула Масаоку ногой.

Пусть и незаметно, под столом, но со всей силы. Масаока украдкой потёр колено.

ー Многие преступники совершают первое убийство, а потом тупо реконструируют его раз за разом, потому что думают: раз так сошло с рук, значит, всегда повезёт. Но потом они всё-таки ошибаются, потому что теряют бдительность, упускают что-то из виду.

ー Но наш убийца не такой, — продолжала рассуждать Юки. — Да, он с самого начала понимал, что сильно рискует. Поэтому… да, именно поэтому подбирал жертв так, чтобы точно обошлось…. Когда ты это понял, решил позвонить мне, ага? Прости, что пнула!

ー Именно! Как вы и сказали, преступник должен иметь какой-то свой критерий отбора жертв.

ー Поэтому ты решил переключиться на поиск общих черт у наших жертв. Вижу, новичок оправдал ожидания!

ー Спасибо, но пока рано меня хвалить... Итак, я занялся поиском общих черт преступлений и обратил внимание на кое-что, что было у каждой женщины. Но, прежде чем включить это в рапорт, требуется проверка, которую сам я провести не могу.

Масаока забрал из рук девушки документ, нашел нужную страницу и снова протянул ей.

Юки быстро просмотрела документ.

ー Да, вижу, почему ты привлёк к делу меня, — она задумчиво кивнула. — Хорошо, сделаю. А ты за это оплатишь мой счёт. Я сейчас немного на мели.

Юки встала, и Масаока поднялся за ней следом.

Вдвоём они оседлали мотоцикл Юки и направились к расположенному неподалёку жилому комплексу. Их целью была квартира девочки, последней жертвы. Её мать, пусть рабочий день был в самом разгаре, оказалась дома. После смерти дочери оттенок у женщины потемнел, и ей пришлось взять выходные, чтобы восстановиться.

Юки уже бывала у неё, и женщина встретила её как знакомую. Масаоку представили как человека, который первым обнаружил тело девочки. Мать жертвы посмотрела на него серьёзным взглядом, полным глубокой благодарности. Масаоке было неловко обманывать её, но и сказать правду он не мог — не имело смысла. Женщине уже сообщили, что её дочь погибла в результате несчастного случая.

Все вместе они подошли к семейному алтарю и зажгли палочки благовоний. С полки алтаря счастливо улыбалась девочка. На фото она носила школьную форму. Да, она ничем не была похожа… но Масаока почему-то вспомнил отца. Может быть, потому, что и та девочка, и отец погибли вот так внезапно, преждевременно. А сами жили, мечтали, стремились к чему-то… пока их жизнь не оборвалась.

Для девочки всё закончилось в четырнадцать. А что сам делал Масаока, когда ему было четырнадцать? О чём думал? Он не мог вспомнить ничего конкретного. Должно быть, считал, что впереди у него — целая жизнь. Наверное, то же самое думала и девочка. Конечно, она и представить не могла, что умрёт. Но ей повстречался безжалостный психопат, и вот теперь её нет.

Когда Масаока размышлял об этом, его брала такая ненависть! А потом злость на полицейских, которые не смогли поймать убийцу и представить суду. Масаока злился и на себя — он так ничего и не сделал.

ー Масаока, послушай, — Юки, которая стояла подле, незаметно ущипнула его. — Слёзы — это лишнее. Не переигрывай.

ー Но я не...

Масаока поспешно провёл рукавом по лицу и смахнул непрошеные слёзы. Юки рассеянно пробормотала:

ー Хороший ты человек...

«Нет, вовсе нет!» — мысленно возразил Масаока. Потому что он собрался с помощью Юки выведать кое-что у матери, убитой горем. Ложь на лжи! Нет, хорошие люди не станут врать.

Масаока вежливо простился с женщиной и вышел из дома...

Спустя двадцать минут Юки подошла на стоянку автомобилей.

ー Вас долго не было.

ー Да, неожиданно заболтались. Нашлось кое-что общее.

ー Например?

Мать девочки не походила на болтливую женщину, готовую ни с того ни с сего обсуждать с кем-то личную жизнь.

ー А-а-а, всякие женские проблемы, как совмещать семью и работу...

ー Вы замужем?

ー В нашей команде только ты не женат... Так, теперь о том, что ты хотел узнать. Мне удалось обходными путями задать вопрос. В точку! У девочки был синдром Рокитанского.

ー Правда?

Синдром Рокитанского — патология, которая проявляется у одного из пяти тысяч. Описывается как неразвитость матки, формируется у эмбрионов женского пола. Чаще всего патологию находят у пациента в период полового созревания. Синдром попадает под закон о конфиденциальной информации, поэтому узнать о его наличии третьим лицам в большинстве случаев невозможно. Как выяснил Масаока, каждая из жертв страдала тем или иным заболеванием репродуктивной системы.

ー Кстати, девочка наблюдалась у психотерапевта?

ー А ты как считаешь? —Юки нахмурилась. — Конечно! Или ты думаешь, есть люди, готовые спокойно с этим жить? Болезнь лишает женщин самого главного. Не думаю, что, узнав о таком, кто-то способен сохранить свой оттенок незамутнённым. Ну разумеется, она посещала центр психологической поддержки.

ー Понятно. Вот она, точка пересечения наших пациентов, мы нашли её. Все наши жертвы страдали похожими заболеваниями, испытывали в связи с этим стресс и проходили лечение в специализированных лечебных учреждениях.

И, если предположить, что подозреваемый мог знать об их состоянии, сразу же напрашивался вывод, что убийца так или иначе связан с реабилитационными центрами. Надо искать там.

Масаока прервался, заметив, что Юки вот уже некоторое время пристально смотрит на него.

ー Что-то случилось?

ー Нет, ничего. Помнишь, я сказала тебе, что ты хороший человек? Так вот, это не так.

ー Д-да?

Такое услышать да ещё в лицо — не слишком-то приятно.

ー Ты замечательный человек! — Юки сложила руки на груди, подумала немного и провозгласила: — Мало того, что ты порядочный и справедливый, так вдобавок хладнокровен, как старик Яхиро, — можешь пользоваться любыми методами, лишь бы раскрыть дело. И с чувствами людей считаться не будешь… если так нужно. Ты прекрасно адаптируешься.

ー Это комплимент?

ー Тебе можно доверять как следователю. Заметно, что ты стараешься хорошо делать свою работу. Теперь понятно, что же разглядел в новичке инспектор и почему взял к нам. Думаю, он видит в тебе преемника.

С этими словами она опустила забрало шлема и отвернулась.

***

ー А ты, я вижу, за короткое время много чего успел, — присвистнул с довольным видом Яхиро.

Масаока подготовил отчёт уже на следующий день, и, чтобы послушать его, в Очаномизу собралась вся команда. Из лаборатории убрали стол для вскрытий, сдвинули медицинское оборудование и превратили комнату в переговорную.

ー В медицинских учреждениях психотерапевтов хватает. Многие из них контактируют с пациентами, чьи оттенки сильно потемнели, поэтому врачам положены корректирующие препараты. И никто ничего не заподозрит, если психотерапевт превысит дозу. Перед нами классический случай волка в овечьей стае. Должно быть, подозреваемый — хороший актёр.

ー Наш подозреваемый работал раньше психотерапевтом в медицинском центре в Кото, но потом перевёлся в Минато. До сих пор работает там. Мы должны взять ордер и немедленно направиться к нему. Уверен, что в его доме мы найдём орудие убийства.

ー Погоди-ка… мы не можем вот так просто запросить ордер — велика вероятность, что информация дойдёт до преступника. Наш злодей напрямую подчиняется Министерству здравоохранения. Если что, коллеги моментально прибегут поделиться новостями. Не будем забывать, что имеем дело со злоумышленником, который мало того, что накопил целую груду корректирующих препаратов, но и целых четыре года повторял преступления. Повторял до мелочей. И сохранил оттенок относительно светлым. Если так подумать… перед нами идеальный подопытный кролик. Идеальный для Министерства здравоохранения. По этой же причине мы не пойдём к нему домой с обыском, — пояснил Яхиро.

Он резонно заметил и другое:

ー Всё это время он тщательно готовился к преступлению, соблюдал строгую секретность, а в периоды затишья наш убийца очень осторожен. Стоит нам напугать его непродуманными действиями, как он сорвётся с места и ударится в бега. Пути отхода он уже заготовил, не сомневайтесь. Учитывая, что он отлично ориентируется в заброшенных землях и прекрасно изучил водные маршруты, отыскать следы, если сбежит, будет трудно. Поэтому лучше действовать скрытно.

ー Но, инспектор Яхиро, если он успеет восстановить оттенок, есть вероятность, что будет новая жертва. Мы же понятия не имеем, когда ждать нового преступления, — попытался возразить Масаока.

Может, для следователя он слишком торопился, но время текло сквозь пальцы. Масаока боялся опоздать. Их цель — не из тех подозреваемых, кого можно оставить на многие месяцы и не бояться, что он начнёт действовать.

ー Ничего подобного. У нас есть всё необходимое. Следуя моим указаниям, Сайто очертил круг потенциальных мест преступлений. Добавим нарытое тобой, и мы сможем предсказать, когда подозреваемый выйдет на охоту. Ключевой фактор — место разлива реки. Наш убийца слишком предсказуем и методичен. В ночь следующего шторма мы начнём охоту. Возьмём его с поличным.

Губы Яхиро сложились в мерзкую ухмылку. Примерно в такую же, как в день, когда нашли труп девочки. Но взгляд старшего инспектора был не как у охотника, готового поймать зверя, а как у куда более крупного хищника, который вот-вот кинется на хищника помельче и сожрёт его.

***

Теперь я могу с юмором рассказать о том, как прошла моя свадьба. Но когда я проживал тот день, видел всё собственными глазами, мне, признаюсь, было не до смеха.

Мы с Саэ поженились в самом начале 2081 года, в январе. Ни у неё, ни у меня почти не осталось родственников, поэтому на свадьбу мы пригласили наших друзей. Точнее, коллег. Стоит ли напоминать, что я работал в полицейском управлении, а Саэ — в Министерстве здравоохранения?

Иными словами, за праздничным столом собрались представители враждующих группировок… ну или правительственных структур. Атмосфера была такая, будто мы праздновали не свадьбу, а вели переговоры в духе гангстеров. Мы с Саэ мечтали просто испариться.

К счастью, в основном враждебно настроились полицейские (и среди них хватало мужчин), а подруги Саэ из Министерства вели себя в меру доброжелательно. Если бы за столом сидели мужчин и с той, и с другой стороны, обязательно бы разгорелась ссора, а там дошло бы до драки.

Взять того же инспектора Яхиро: он бы без колебаний ответил на оскорбление насилием, но… бить женщину? Не в его правилах. Поэтому, когда одна из девушек неловким движением облила его чем-то из бокала, Яхиро не стал корчить недовольную гримасу, а мило улыбнулся и продолжил флиртовать.

Лучше всего о вражде между полицейскими и Министерством расскажет то, как прошёл наш банкет.

Взять, к примеру, главное блюдо: по рекомендации Яхиро мы заказали всё натуральное у специальной кейтеринговой компании. Гости со стороны полиции ели всё и много, а вот министерские не притронулись ни к одному из блюд — извинялись, говорили, что может потемнеть оттенок. Гости Саэ отказались и от алкоголя, поскольку употребление спиртного ведёт к временному потемнению оттенка. Некоторые оправдывались тем, что сидят на таблетках, при которых пить вообще нельзя. Мои же гости притащили бочковое сакэ — постарался следственный отдел — и приговорили всё без остатка. К слову, Саэ тоже пила, поскольку в принципе любит алкоголь… Но когда её коллега из Министерства всё-таки решилась, то получила жуткое отравление — такие были побочки у её таблеток. Если бы не своевременное и умелое вмешательство Сайто, дело могло бы кончиться плохо. К счастью, у него были при себе подходящие лекарства. По его словам, ещё со времен службы обычным полицейским в Синдзюку он выучился, что нужно делать в таких случаях.

Ближе к середине вечера большинство гостей всё-таки расслабились, заговорили непринуждённо. И тут, когда я ловко лавировал между болтающими и смеющимися людьми, на мне остановился чей-то ледяной пронизывающий взгляд. Ощущение будто водой из ведра окатили. Я заозирался, пытаясь понять, кто же смотрит на меня, и наткнулся на Канако, начальника отдела. Он добродушно улыбнулся и кивнул мне, отчего всё его огромное, словно бочка, тело заколыхалось, но в его глазах я не увидел и тени веселья. Потом он подошёл к нам, чтобы поздравить новобрачную, и взгляд у него стал откровенно оценивающим.

И причина яснее некуда: следователь спутался с министерской. Напрашивался вопрос: если они станут любовникам, как много он выдаст? А если поженятся, выдаст ещё больше? Где гарантии, что следователь не будет пересказывать жене, чем занимается весь отдел? С точки зрения Канако, Саэ была в лучшем случае пустышкой, которой умело пользовалось Министерство, а в худшем — умелым манипулятором. Но от истины это было бесконечно далеко. Мы с Саэ, понимая, насколько наш случай уникален, договорились никогда не говорить о работе. И о том, что всегда будут вещи, которые мы не сможем рассказать друг другу.

По правде, мы поженились так скоро, ведь боялись, что нас в любой момент разлучат — могло прийти указание сверху. Но, расстанься мы или нет, нам бы не удалось вернуть себе доброе имя. Поэтому мы просто смирились с тем, что рискуем потерять работу, — для нас было важнее встретить старость вместе, идти вперёд рука об руку.

Устраивать свадьбу в самый разгар следствия, пожалуй, не слишком умное решение, но теперь мне хочется думать, что это был лучший выбор из всех возможных.

Поначалу я планировал дождаться конца расследования (мы занимались делом серийного насильника-убийцы), но потом пришёл к Яхиро за советом, пытаясь понять, жениться мне или нет. Старик отчитал меня, сказал, что девушка не подходит на роль жены следователя, но в конце концов выслушал меня и дал добро. Более того, настоял, чтобы я поторопился: «Если собрался, то готовься к свадьбе прямо сейчас», — не посоветовал, а приказал он.

Причина, скорее всего, была в том, что я оставался разменной монетой и гарантией безопасности Канако. Иными словами, если бы дело благополучно раскрыли, от меня бы избавились на следующее утро. Но зайди следствие в тупик, и я бы исправно отыграл козла отпущения.

«Так что давай извлечём из паршивой ситуации пользу», — вот что предложил инспектор Яхиро.

Сразу после свадьбы я и Саэ переехали в недавно купленную квартиру в районе Минами-Сэндзю. Я подал заявление на ипотечный займ, и его рассмотрели и одобрили на удивление быстро.

Так уж получилось, что Саэ зарабатывала больше меня, поэтому она взяла весь семейный бюджет на себя. Я же тратил почти что весь заработок на покупку вещей, которые требовал с меня Яхиро, а именно: на костюм и ботинки из натуральной кожи. Поскольку голо-костюмы мне запретили, на покупку одежды уходили просто астрономические суммы. Я знал, что всегда смогу одолжить у Саэ и мне не откажут, тем более что по меркам её зарплаты это были совсем крошки, но гордость не велела просить. А в целом дела шли хорошо, мы справлялись.

И не заметили, как были женаты уже месяц.

ー Мне пора, я ухожу!

Было обеденное время, и я, быстро проглотив приготовленную Саэ еду, надел пиджак. В тот день у меня был выходной, но появились дела, и пришлось срочно выйти на работу после обеда. Так я и сказал Саэ.

На самом деле близилась развязка нашего нераскрытого дела, и я ходил в нервном предвкушении, но Саэ, увы, не мог сказать ни слова.

ー Подожди немного, — Саэ оторвалась от мытья посуды, вытерла руки о фартук и потянулась к моей шее. — Криво завязал галстук, дай-ка перевяжу.

ー Ох, прости.

ー Конечно, лучше, когда он затянут сразу под верхней пуговицей, так более стильно… Но у тебя толстая шея — ничего не поделаешь.

Саэ умела завязывать галстуки как никто. Ещё девочкой она помогала с галстуком отцу, ныне покойному. По рассказам Саэ, он был немного помешан на хороших костюмах. В доме он также держал коллекцию дорогого западного алкоголя и, судя по всему, был немного снобом.

ー На твоего отца я совсем не похож, да?

ー Пожалуй… Он был в чём-то слабым и чувствительным, как женщина. С очень белой кожей. Похож на актера.

Наверное, именно от отца Саэ унаследовала свою красоту. А вот открытость и честность — это, должно быть, подарок от матери, госпожи Акихо. Всякий раз, встречаясь с ней, я отдыхал душой.

ー С ним я соперничать не могу…

ー Но ты мне нравишься гораздо больше, Масаока. Ох, до меня сейчас дошло, я ведь тоже теперь Масаока, — пробормотала Саэ, стыдливо опустив голову.

ー Так и есть, так и есть.

Я снова повернулся к выходу. Конечно, стоять вот так и перебрасываться ничего не значащими фразочками (пусть и наполненными взаимной любовью) хорошо, но надо было идти.

Я верил, что скоро всё закончится и мы сможем провести целый день вместе, заняться какими-нибудь приятными пустяками. Думая так, я надел пальто и вышел на улицу навстречу холодному ветру. Стоял самый суровый месяц зимы — февраль. До весны было ещё далеко.

Обернувшись, я остановил взгляд на прибитой возле двери табличке: «Масаока. Томоми, Саэ». Некоторое время я просто стоял и смотрел на неё, не трогаясь с места. Дверь снова открылась.

ー Ты ещё не ушёл?

Это была Саэ, обутая в лёгкие сандалии. Она потянулась ко мне через порог.

ー Счастливого пути!

Мы обнялись, и я почувствовал на щеке её теплое дыхание. На мгновение я полностью забыл о зиме и холоде.

И тогда я поклялся: в этот день и во все прочие, что бы ни случилось… я обязательно вернусь к Саэ.

Глава 3

С самого утра стояла ясная погода, словно сама природа приветствовала первый день весны. Не было ни малейшего намёка на дождь, но к вечеру небо затянулось внезапно набежавшими тучами. Лучи заходящего солнца так и не достигли земли — вместо них упали первые капли дождя. Потом солнце окончательно скрылось, наступил вечер, а дождь перешёл в настоящий ливень, да такой, что дворники не справлялись: лобовое стекло заливало, и за потоками воды ничего не было видно.

Тогда-то и поступило полицейское предупреждение о появлении зоны стресса в Мотоазабу, Минато. Речка, протекающая неподалеку, имела обыкновение в сильный дождь разливаться так обширно и бурно, что эти подтопления неизменно попадали в новостные сводки. Когда дождей не было, река напоминала тонкий ручеёк, вяло несущий свои воды к Токийской гавани. Но стоило начаться ливням, как ручеёк разрастался до бурлящего грязевого потока, сметающего всё на своем пути.

С улиц обозначенного зоной стресса района моментально исчезли прохожие. Заросли кустарника на берегу реки казались единым густым массивом теней — так потонули в черноте окрестности.

Обычно, когда полиция объявляет о зоне стресса, местные стараются лишний раз не выходить на улицу, а жители соседних районов обходят стороной заражённую территорию. Те же прохожие, кому не повезло попасть под действие зоны, спешат как можно скорее покинуть опасное место, держась при этом подальше от других таких же бедолаг. Пара часов — и улицы вымирают.

На границе тёмного участка мигнули и погасли огоньки уличных сканеров психо-паспортов.

По улице кто-то шёл. Какая-то женщина укрывалась от непогоды под нежно-розовым зонтиком и торопилась поскорее попасть домой.

Это была Юки.

«Вторая машина на связи, — из мобильного терминала с запущенным групповым чатом раздался голос Сайто. — Приманка начала движение».

Масаока неотрывно следил за голубым огоньком, мигающим на карте района, выведенной на автомобильный экран. Это были данные GPS с мобильного терминала Юки. Огонек появился на выходе из станции метро Акабанэбоши и теперь продвигался в глубь квартала вдоль железнодорожных путей. Автомобиль Сайто следовал за ней по противоположной стороне улицы, выдерживая выбранную дистанцию.

ー Первая машина на связи, вас понял, — подтвердил Масаока. — Инспектор, Юки начала движение. Нам тоже пора выдвигаться.

Они вместе с Яхиро сидели в «Бентли GTS», припаркованном за углом бывшего здания посольства.

ー Не торопись. Мы с тобой руководим операцией. Ты слишком волнуешься.

ー Преступник придёт?

ー Придёт. Нашему злоумышленнику ничего другого не остаётся, кроме как послушно играть по нашим правилам, — беспечно ответил Яхиро и вдруг заговорил так, словно и был тем, кого они ищут:

ー Моя цель — женщина, не способная выполнить своё предназначение. Место выбрано идеально — разлившаяся речка и заброшенная земля рядом. Сканеры отключились на плановое обслуживание, а на самом месте их вовсе нет. Кроме того, ливень. А ещё объявили о зоне стресса. Всё прекрасно совпало. Теперь надо лишь убить жертву по раз и навсегда выбранной схеме. Три удара в живот, и затем вскрыть сверху донизу. Должно быть, им очень больно, но я затыкаю им рот носовым платком и вместо криков слышу только мычание. Их даже немного жаль. В такой сильный дождь никто не услышит и не придёт на помощь, но я всё равно проверю, мертвы ли они. Понаблюдаю до последнего вздоха. Всё будет хорошо, обязательно. Сегодня я убью. Когда прекратит кровоточить живот, я сожму ей шею. Проверю, что смерть наступила, и посмотрю, что именно она взяла с собой. Прошлая девочка говорила на сеансе, что всюду носит с собой кисточки для рисования, но эта женщина вечно смотрит в мобильник, больше у неё ничего с собой нет. В таком случае придётся раздеть и набить ей живот одеждой. Точно так же я сделал в самый первый раз…

ー Не надо говорить так, словно инспектора Юки убьют!

Детальное описания процесса вызвало у Масаоки тошноту.

ー Современная молодежь, на удивление, суеверна, — Яхиро усмехнулся. — Однако, если мы верно воссоздали ход его мыслей, следующее преступление случится именно здесь. В таком случае других жертв больше не будет.

ー Неужели он действительно клюнет на приманку? В городе, как мне кажется, хватает женщин с подходящими заболеваниями…

Важно было взять убийцу-насильника с поличным. Для этого отдел во главе с Яхиро и разработал подробный план ловли на живца.

ー Первая машина приманке, — позвал Юки Яхиро. — Слишком медленно идёшь. Ускорься.

«Так я мигом покину зону, — отписалась Юки. — Иду достаточно быстро».

ー Хорошо. Рядом с тобой скоро покажется старый железнодорожный мост. Если от него пойти вниз на юг, вдоль путей, окажешься на границе с заброшенной землёй. Что-то мне подсказывает: обычные люди стараются пройти там как можно быстрее. А ты, детка, сейчас самая обычная законопослушная гражданка. Ни с кем не разговаривай, веди себя как примерная жёнушка, озабоченная проблемами со здоровьем. Вот, кстати, представь, что будешь делать сегодня за ужином?

«Что доктор посоветовал, — написала Юки. — Улучшать оттенок».

В конце прошлого года Юки нанесла визит в центр психологического здоровья в Минато, где работал подозреваемый. С собой она принесла полный комплект документов с вымышленным диагнозом и записалась на приём к подозреваемому. Представилась домохозяйкой, проживающей вдвоём с мужем в районе Адзабу-Дзюбан. Супруги были озабочены отсутствием детей и решили обратиться в клинику, чтобы выяснить причины. Узнав о своем заболевании, Юки пришла в сильнейшее расстройство, повлекшее за собой сильное ухудшение оттенка. На момент обращения в центр психологического здоровья она уже с месяц лечилась от бесплодия.

Надо сказать, что оттенок Юки и в самом деле был затемнён — всё для того, чтобы привлечь внимание подозреваемого и показать ему, что из Юки выйдет идеальная добыча. Как и все те, кто оказывался в такой же ситуации, Юки старательно изображала крайнюю озабоченность, как бы сохранить оттенок психо-паспорта.

«Я не могу иметь детей обычным способом, — опять написала Юки. — Но могу воспользоваться ЭКО».

ー Понятно... где ты сейчас? — Яхиро вдруг прервал игру и задал вопрос деловым тоном.

Он словно хотел предупредить, что да, играть роль важно, но и забываться тоже не стоит.

«Всё ещё не добралась», — написала Юки, прекратив отыгрывать бездетную домохозяйку. — Я пришла в специальный следственный, потому что вышла замуж и не могла остаться в армии. Признаться, я немного засиделась».

ー Вот что я хочу услышать от незаменимого члена нашей команды, — с удовольствием проронил Яхиро. — Знаешь, детка, возможно, именно ты станешь ключевой фигурой нашего дела.

«Неожиданно».

ー Всё вокруг нас нуждается в тщательном анализе. Нужно учиться понимать окружающих, и тогда мир станет предсказуемым.

«Слишком сложно, инспектор».

Яхиро и Юки ещё некоторое время обменивались колкостями, как вдруг Юки замолчала. Судя по карте, инспектор как раз прошла старый мост.

ー Второй номер первой машине, — подал голос Сайто. — Автомобильное движение в районе моста полностью перекрыто из-за наводнения. Дальнейшее наблюдение невозможно.

ー Неважно. Что там у заброшенной земли?

ー Несколько лодок сорвалось с привязи, их несёт течением.

ー Как и предсказывали, отлично. Ну что ж, вот оно, наше поле битвы. Удочку с наживкой забросили, будем ждать, когда рыбка клюнет.

Яхиро что-то набрал на панели встроенного в автомобиль терминала, откинулся в кресле, вытащил из бардачка книжку и открыл на заложенной странице. Надел очки и, полностью расслабившись, погрузился в чтение.

ー Как вы сейчас можете читать?

ー Это «Посторонний» Альбера Камю. Переживаю тут за главного героя, — пояснил Яхиро. — Конечно, он преступник. Но почему? Он убил человека без малейшего сочувствия, но я, как читатель, не могу отделаться от мысли, что на самом деле он невиновен. Если присмотреться, то те, на чьей стороне справедливость, вызывают лишь отвращение... Н-да, видимо, пока что случай выше моего понимания.

ー Так вы пытаетесь понять, что творится в голове у нашего убийцы?

ー Вовсе нет, — Яхиро отвлёкся от чтения и задумчиво склонил голову набок. Затем сунул закладку между страниц, захлопнул книгу и убрал обратно.

ー Наш убийца-извращенец — типичное порождение системы, где все одержимы здоровьем собственной психики.

ー За ним больше десяти жертв. Это что, по-вашему, типично?

ー Возьмём, к примеру, жертв Чикатило — пятьдесят две девочки. Фишер — более десятка детей. Если сравнивать с известными психопатами прошлого, наш убийца выглядит, на удивление, жалко. Его мотивы более чем прозрачны. В конечном счёте он лишь пытался восстановить оттенок. И всё.

ー То есть как? Он восстанавливал оттенок убийствами? Но мы полагали... наоборот...

ー Если приглядеться, вывод очевиден. Может, на него так действует работа психотерапевта. Но если проследить за динамикой изменения оттенка, то наверняка окажется, что он попадает в пограничное состояние ещё до убийства.

ー Убийствами он восстанавливает свою психику?

ー Как я и говорил, жалкий тип. Ненавидит себя за то, что вынужден исполнять роль, навязанную всемогущей системой. Пытается исправить ущерб, нанесённый его самооценке, ведь бедняга столкнулся с несоответствием идеального действительному. Слабый дух. Иначе справляться с проблемами не умеет, — презрительно выплюнул Яхиро.

ー Да, но пойти на преступление, чтобы поправить оттенок…

ー Нас уверяют, что психо-паспорт — количественные данные, отражающие состояние человеческой души, — Яхиро уставился в темноту за лобовым стеклом неподвижным взглядом. Не было видно ни зги, одна лишь пустота и бесконечный поток воды.

ー Э-э-э...

ー Психосоматическое сканирование отслеживает состояние психики и склонности личности. Говорят даже, что «Сивилла» анализирует человеческую душу, но я думаю, что психо-паспорт не может выявить нашу истинную сущность. С помощью него можно лишь оценить состояния нервной системы, измерить влияние окружения на душевное состояния индивида. Но вот душа в прямом смысле этого слова остаётся по-прежнему непознаваемой субстанцией. Что творится внутри человека — добро там или зло — мы не можем протянуть руку, пощупать и узнать. И понять, кто же стоит перед нами. В нашем обществе принято ошибочно оценивать людей по количественным изменениям, которые лишь фиксируют, что творится в психике под гнётом жизненных обстоятельств. И это называется «душой». Вот почему тот, кто несёт в себе зло, может совершить преступление и достигнуть душевного равновесия, привести оттенок в порядок. Тот же случай, что и с добрыми людьми, когда они совершают добрые поступки. Короче говоря, в двадцать первом веке мы спроектировали идеальное для психопатов общество — если говорить начистоту.

Яхиро объяснял всё это совершенно спокойным тоном, но Масаоке стало не по себе. Он был в такой растерянности, что не мог из себя и слова выдавить. Единственное, что он понял как никогда ясно: Яхиро не одобряет устройство нового мира. Он чувствует непримиримую ненависть, которая сосредоточена, если подумать, на заправляющей всем системе.

ー Совершая убийства, наш преступник пытается исправить неправильное в себе, — объявил Яхиро. — Подобно последней жертве, его мать, ныне давно покойная, страдала синдромом Рокитанского. Она не могла забеременеть обычным способом и родила ребенка с помощью ЭКО. Кончилось тем, что наш убийца додумался обвинить во всех грехах мать, которая не сумела привести его в этот мир обычным путём. Не исключено, что мать как-то бросила ему в сердцах, мол, проблемы с его оттенком связаны как раз с тем, что он родился неестественно. В общем, хладнокровные убийства — символический акт убийства матери.

Вспарывая животы жертвам, убийца воссоздавал правильные родовые пути, и это на время исправляло его психо-паспорт. Ничего другого ему не оставалось. Никаких других способов восстановления затемнённого оттенка он просто не знал.

Однажды он заметил, что существует нечто, благотворно влияющее на его психику. Смерть женщины. Полнейшей незнакомки… нет, на самом деле каждый раз это была вернувшаяся к нему мать. Подобно призраку, она выбиралась из могилы, вселялась в других женщин и подбиралась к нему, чтобы портить его психо-паспорт. А призрака, как известно, надо изгнать. Вот он и убивал носителя. Снова и снова.

ー Нам нужно донести до преступника основную мысль, — продолжал Яхиро. — В этом обществе царствует идеальный порядок, где отклонениям нет места. Несовершенным жить не позволено. Зло должно быть осуждено и наказано по справедливости.

И тут автомобильный терминал ожил. Из динамиков раздался неясный шум.

Убийца пришёл.

ー Вторая машина первой, — голос Сайто был спокоен, хоть в нём и слышалось напряжение. — Цель объявилась.

ー Вперед! — скомандовал Яхиро и оскалился, впервые показывая, как же он зол.

Он быстро вернул сиденье в вертикальное положение, и «бентли» рванул с места. Мотор взревел — машина резко набирала скорость. С оглушительным рёвом автомобиль вылетел на перекресток Нинохаши, проскочил его, игнорируя светофор, и резко остановился. Яхиро отдал Масаоке приказ:

ー Скоро всё закончится. Тут место нашей охоты. Возьми его!

ー Есть!

Масаока бросил взгляд на панель терминала и убедился, что позиция Юки не изменилась. После этого он резко распахнул пассажирскую дверь и выскочил наружу. Ливень усилился. Пролегающая вдоль берега автомобильная дорога была перегорожена какой-то непонятной конструкцией, и машина Яхиро остановилась как раз напротив. Вдалеке мерцал огонёк — это был фонарь, который, точно свет у наживки, манил ночную рыбу. Быстрее! Быстрее! Скорее на сцену, действие почти началось!

Масаока бросился к фонарю, возле которого кружились, словно в танце, две фигуры. Завеса дождя не давала разглядеть, что происходит, но было понятно, что двое сцепились в схватке. Юки, превосходный боец и мастер единоборств, почему-то проигрывала, и неприятное предчувствие вдруг посетило Масаоку.

ー Юки! — крикнул Масаока, и более крупная фигура тут же бросилась бежать в сторону дороги, ведущей к заброшенной земле.

Масаока подскочил к припадающей на одну ногу Юки.

ー Это он с тобой сделал?

ー Так точно, — ответила она. — Прощу прощения. Ударил меня в правое бедро. Будь с ним внимательнее, он чем-то накачан. Какой-то восстановительной смесью, похоже. Вывернулся из моего захвата и ударил. Он сильный и быстрый, будет сложно его взять.

ー Понял.

ー Следуй за ним, если дашь добежать до реки — считай, всё.

ー Да!

Масаока кинулся в сторону заброшенной земли. По бокам от проложенных кем-то узких деревянных мостков виднелись стоящие группками невысокие здания, построенные нелегалами.

Несмотря на сильнейший дождь, вдоль дороги проглядывалось множество людских силуэтов. Или это были тела? Неважно, нельзя отвлекаться! В темноте он наступил на кого-то спящего или же мёртвого, но Масаоке было некогда выяснять.

Доска закончилась, и ноги по щиколотку погрузились в воду. На этот раз река поднялась особенно высоко. Дальше мостки уходили под воду. Вдалеке торчал остов какой-то постройки. Подобно разбегающимся из затопленного подпола мышам, жители заброшенной земли сновали вокруг со скарбом в руках, загружались в оставшиеся лодки и уносились прочь, увлекаемые грязным беснующимся потоком. Речка вела к Токийской гавани, а там уже начинался район Ванган с самой большой заброшенной территорией во всём Токио — конечный пункт прибытия беженцев.

Все эти суетящиеся люди, сами того не зная, сильно помогли Масаоке: они спешно разбирали привязанные лодки, не позволяя убийце украсть одну из них. Накануне Яхиро распустил слух о том, что полиция готовит зачистку, и теперь местные рвались поскорее уйти из опасного места. Преследуемый по пятам полицией преступник не мог найти ни одной незанятой лодки.

Когда Масаока настиг убийцу, тот, уже побеждённый, ждал его, стоя по колено в воде. Хрупким телосложением он напоминал подростка, но лицо его было исчерчено глубокими старческими морщинами.

Сомнений не оставалось. Это был он, человек, который изнасиловал и убил двенадцать жертв.

ー Полиция! — выкрикнул Масаока, пытаясь перекрыть гул дождя и рёв несущегося потока. — Вы арестованы на месте преступления!

Загнанный преступник внезапно бросился на Масаоку. В руке он сжимал длинное сверкающее лезвие. По форме оружие напоминало необычайно длинный, свыше тридцати сантиметров, кухонный нож. Без сомнения, это и было орудие убийства. На лезвии виднелись тёмные пятна — бесспорное доказательство, что именно с этим оружием напали на Юки.

Предупреждать было некогда, поэтому Масаока тут же схватился за револьвер, но вот беда — застёжку кобуры заело. Фатальная ошибка.

Лезвие свистнуло в воздухе. У Масаоки ноги увязли в грязи, и он понял, что увернуться не сможет. Он попытался отклониться корпусом, но безуспешно — слишком медленно! Перед глазами мелькнула серебристая вспышка. Холодный металл прикоснулся к щеке, и в тот же миг лицо словно опалило огнем. Хлынула кровь.

Порез был, однако, не опасный, и Масаока сосредоточился на действиях противника. Не обращая внимания на боль, Масаока успешно уклонился от следующей атаки — упал на колени и отклонился назад, пропуская лезвие над собой, а затем резко качнулся вперёд, выпрямляясь. И нанёс удар.

После замаха преступник всё ещё держал руку опущенной. Да, убивать беззащитных женщин подозреваемый научился, но вот драться с тем, кто может дать отпор, как-то не привык. Внезапный удар Масаоки сбил его с ног — преступник запаниковал. Бестолково взмахнув ножом, он попытался проткнуть Масаоке живот, но Масаока оказался быстрее: выхватил револьвер, свой верный Ruger SP101, быстро прицелился и прострелил руку противника. Револьвер выплюнул пулю с коротким лаем.

Мужчина истошно завопил. Пальцы, сцепленные на рукоятке ножа, разжались.

Масаока потянулся подобрать оружие, но в ту же секунду преступник решился на отчаянную атаку. Накачанный коктейлем из всевозможных медикаментов, он едва ли осознавал, что вообще делает. Раздробленной кистью он зачерпнул грязную воду и плеснул в лицо Масаоке. Темнота, дождь и грязь тут же ослепили следователя, и от этого он взбесился не на шутку. Больше всего Масаоку пугало то, что преступник сбежит, и от этой мысли волна ненависти захлестнула его с головой.

ー Я-я-я л-л-лечил их! Не делал н-н-ничего плохого! ー взвизгнул преступник, с трудом выговаривая слова.

Масаока махнул кулаком в сторону голоса.

ー Я п-п-помню л-л-лицо с-с-следователя.

Масаока, зажав пистолет в руке, несколько раз наотмашь ударил преступника.

ー Я и-с-с-скал в ба-ба-базе данных граж-ж-ж-дан.

Слова пробудили в душе какой-то другой страх. Масаока понял, что хочет, чтобы преступник во что бы то ни стало заткнулся.

ー Т-т-твоего от-т-т-ца то-то-то-же.

«Твоего отца тоже», — слова коснулись его ушей, и мир Масаоки раскололся на две части.

ー У-у-у-уб-б-бей!

«Его надо убить! Преступник оказал сопротивление, попробовал скрыться, кричал бессвязную ерунду...» — холодные чужие мысли забрались Масаоке в голову.

А в темноте всё кричали что-то бессвязное, немыслимое, оскорбительное. Чей-то ненавистный мерзкий голос. Нужно положить этому конец. И тогда не будет жертв. Перед глазами Масаоки проплывали распластанные тела безжалостно убитых женщин. И… портрет убитой девочки. От этого воспоминания болезненно сжалось сердце. Там, с высоты семейного алтаря, она улыбалась улыбкой человека, который верит, что завтрашний день обязательно наступит. Никогда больше эта девочка не улыбнётся.

«Дело №39» — раздался в голове голос Яхиро. По сути, ничего не значащая борьба двух ведомств, и она ложится на одну чашу весов, когда на другой — смерти невинных женщин. Преступления, которые можно было предотвратить, свершились. И всё из-за слишком широкого толкования статьи № 39 Уголовного кодекса и закона о предоставлении медицинской помощи психически нездоровым гражданам. Преступники, которые заслуживают лишь кары, успешно избежали наказания. Вместо этого их со всеми удобствами держат в специальных учреждениях.

И тогда-то Масаока ощутил, что щёки у него мокрые. Стоявшие перед глазами изуродованные тела жертв исчезли. Вместо этого перед ним возникло распухшее от ударов лицо преступника, теперь багрово-фиолетовое. Тот лежал прямо в грязи и захлёбывался собственной кровью. С каждым тяжёлым вдохом на его губах вспенивались пузырьки. И даже в таком состоянии преступник пытался сопротивляться.

Левая рука Масаоки с силой сдавила горло мужчины, перекрывая ему кислород. В правой всё ещё был револьвер. Осталось четыре пули. Надави чуть на спусковой крючок, и одна из них вылетит из ствола.

ー Довольно! — прикрикнул Яхиро. Он возник словно из ниоткуда.

Или это не он, а игра воспалённого воображения?

ー Не превращайся в этого ублюдка. Не обязательно лезть в грязь по самые уши.

Но Масаока всё никак не мог очухаться.

ー Тебя зовут Томоми Масаока. Ты — следователь первого подразделения специального следственного отдела.

Яхиро схватил его за руку и забрал револьвер. Затем один за одним разжал пальцы, сомкнувшиеся на шее преступника. Ухватил за плечо и потянул на себя, принуждая встать на ноги.

ー О-он... — начал Масаока, и голос у него сорвался.

ー Всё хорошо. Благодаря тебе, парень, ублюдок больше никуда не денется... Хотя ты, конечно, слегка перестарался.

Мужчина затрясся, будто в конвульсиях. Было ясно, что теперь он никуда не убежит.

ー Вот как...

Масаоке вдруг стало тяжело дышать. Он буквально задыхался. Каждый вдох давался ему с трудом, словно он напрочь забыл, как вообще надо дышать. Словно его бросили в воду, и тело свело судорогой.

Запоздало он почувствовал боль: тупую, но сильную. Он попытался сообразить, что болит, и с удивлением обнаружил костяшки пальцев сбитыми, содранными до мяса, залитыми кровью: преступника и его собственной. Даже бесконечный ливень не мог смыть всё без остатка. Масаока уставился на руки, которые покрывали почти чёрные пятна.

ー Я едва не убил его...

ー Всё в порядке, парень. Не убил же. Он заразил тебя жаждой крови. А ты, парень, каким бы крепким ни казался, всё равно лишь дитя своего времени. Под влиянием внешних факторов вы ломаетесь от стресса, но это беда всего нашего общества. Безумие заразно — хорошо, что я подоспел вовремя. На твоём психо-паспорте вряд ли скажется. На-ка, возьми сигаретку. Поможет успокоиться.

Яхиро, спрятав сигарету от дождя, щёлкнул зажигалкой и протянул Масаоке уже зажжённую. Первая затяжка шипом вонзилась в лёгкие, но эта боль принесла Масаоке облегчение. Ему показалось, что вместе с табачным дымом он выдохнул весь тот яд, который пустил в него преступник.

ー Как бы то ни было, ты, парень, отличный следователь. Даже слишком, — Яхиро умело наложил повязку на обе руки и щеку Масаоки. — Как я и говорил, чтобы выследить цель, следователь должен без лишних самокопаний уметь отклоняться от правил и мыслить как преступник. Иного способа противостоять тем, кто регулярно преступает закон, не существует. Но, если вовремя не остановиться или переусердствовать, рискуешь превратиться в такого же монстра. Иными словами, волкодав не должен превратиться в волка. Следователь обязан чётко понимать, где пролегает черта, которую нельзя переступать ни при каких обстоятельствах. Кстати об этом... Не стоит ожидать чего-то такого от новичка, но ты, парень, молодец. Хорошо справился!

Яхиро нагнулся, пошарил рукой в продолжающей подниматься воде и поднял трофей, который достался им от преступника. Яхиро приставил лезвие к кончику носа мужчины.

ー Нападение на должностное лицо, препятствие правосудию... Ношение холодного оружия, что является таким же преступлением, как и ношение оружия огнестрельного. Взят на месте преступления с поличным... Также двенадцать случаев изнасилования, сопряжённых с убийством. Ублюдку светит высшая мера наказания. Прикидываться невиновным бесполезно. Психо-паспорт опровергнет любые прошения. Судьба его уже предрешена. Всё, что он сейчас пытался сказать, было записано. Ему остаётся лишь размышлять, что там его ожидает в тюрьме.

Пинком он поставил преступника на колени и скрутил обе руки у него за спиной. После отдал распоряжение Масаоке:

ー Застегни наручники. Это, следователь Масаока, твоя добыча.

***

Начиная со следующего утра для Масаоки потянулись безрадостные дни.

Пока он лечился, ему велели оставаться дома, и, кроме врача, к нему никто не приходил. От Яхиро не было вестей уже три дня, и Масаока начал беспокоиться.

Может ли быть, что начальство подняло вопрос, а не превысил ли Масаока полномочия? Вдруг он применил больше насилия, чем допускалось во время задержания? У него самого остался шрам на щеке… но и у арестованного повсюду следы побоев.

Сам преступник в тот же день был доставлен в полицейское управление. Теперь им занимались другие люди. В соответствии с указаниями Яхиро все документы были собраны и приведены в полный порядок ещё до ареста. Убийце предстояло стать разменной фигурой в политической игре. Всё это время отдел Яхиро готовился, чтобы всадить в Министерство здравоохранения пулю, но вот глупая ошибка Масаоки могла стоить исключительного шанса. И всё тогда напрасно. Пока у Масаоки затягивались раны на теле, беспокойство бередило душевную рану. И с каждым днём становилось только хуже.

И это было ещё не всё. Несмотря на то, что дело считалось закрытым, Масаоку не отпускало чувство незавершённости. Он и сам не знал, что именно не даёт ему покоя.

Неделю спустя, утром, он получил вызов от Яхиро. Подскочив, он схватил мобильник в руки.

ー У меня к тебе дело. Ты можешь приехать?

Накинув наспех пиджак, Масаока поспешил к зданию полицейского управления в Касумигасэки, где его ожидал Яхиро.

В первую поездку на «бентли» Масаока был полон мрачных предчувствий, но теперь он, привычно устроившись на пассажирском кресле, тут же ощутил, как все страхи улетучиваются, а недельное напряжение отпускает. Наконец-то он сможет вернуться к работе!

ー Ты в порядке? Всё зажило?

ー Да, всё хорошо. Останется лишь небольшой шрам.

ー Это пустяки. Поехали.

Яхиро тронулся с места. Машина набрала скорость и, выбравшись на длинную магистраль, помчалась по направлению к району Ванган.

ー Думаю, стоит отметить твоё первое успешное дело. Есть одно неплохое место. Я угощаю.

ー Большое спасибо.

Яхиро пребывал в отличном настроении и даже насвистывал какую-то мелодию. Масаока задумался, а на самом ли деле его пригласили только ради обеда.

И тут его подозрения подтвердились. Яхиро повернулся к Масаоке и пробормотал:

ー Как думаешь, наш преступник действительно псих? Я тут засомневался в собственных выводах. Слишком уж... жалкий для того портрета, что мы нарисовали.

Всё же встреча не просто так…

ー Какие-то проблемы с нашим делом?

ー Нет, не волнуйся. Подготовка к приведению приговора в исполнение идёт в полном соответствии с протоколом, ー Яхиро усмехнулся.

Масаока немного успокоился, но тяжелое чувство, поселившееся в груди, не отпускало. Что-то было не так, но что? Дело успешно закрыто...

В памяти снова всплыло лицо преступника. То, что он кричал... его прерывающийся голос…

ー Не знаю, — Масаока покачал головой. — Под конец он точно был невменяемым.

ー В том-то и вопрос. Мог ли этот человек и в самом деле постепенно сходить с ума, планируя раз за разом все эти убийства ради восстановления оттенка? Если он продолжит вести себя так, как при аресте, может быть назначена экспертиза. Будут проверять, отдаёт ли он отчёт в своих действиях. Возможно, он станет настаивать на собственной невменяемости, и тогда его признают невиновным. А может, он действительно психически нездоров. Свихнулся за эти годы. Но какое это имеет отношение к совершённым им убийствам? — со злостью продолжил Яхиро.

Преступление есть преступление. Двенадцать человек зверски убиты. Вскрыты ножом. Среди жертв были и дети, и старушка. Это и есть истина. Какими бы ни были причины, преступник должен понести соответствующее наказание. У этого правила не должно быть исключений. Если не следовать букве закона строго, на смену ему придёт беззаконие, при котором люди запросто станут убивать друг друга без особых причин. Это всё уже было, когда страна переживала тёмные времена. Плохие люди безжалостно расправлялись с хорошими, и жизнь тогда превратилась в ад.

ー Эй, парень, что ты чувствуешь теперь, когда арестовал настоящего убийцу?

Яхиро повернулся к Масаоке. В словах инспектора чувствовалась сила, но вот в глазах — ни тени эмоции. Лишь абсолютное спокойствие. Казалось, что Яхиро — всего лишь сторонний наблюдатель, который следит за жизнью общества, но не участвует, что бы там ни происходило.

ー Я не знаю.

ー Ты должен радоваться, нет? Своими руками обезвредил и задержал убийцу.

ー Я бы радовался, если бы пострадало меньше людей... — Масаока не особо верил, что и правда следует говорить Яхиро такое.

В конце концов он понял, что именно его мучает, но боялся высказаться и показать себя слишком уж самонадеянным.

ー У тебя по лицу видно, что ты хочешь сказать. «Если всё так просто, почему за четыре года никто так и не поймал убийцу?»

ー Инспектор, я...

ー Ты прав. В среднем, чем более давнее дело, тем сложнее его раскрыть и тем больше времени длится следствие. Однако нам потребовалось едва ли три месяца, причём не просто провести следствие, но и поймать убийцу. Обычно такого не бывает. Неужели мы настолько лучше всех тех бесчисленных следователей, которые работали над делом раньше? Вряд ли. Судя по тому, как всё закончилось, убийцу должны были поймать ещё несколько лет назад.

«С делами под грифом “№39” всегда так», — добавил Яхиро, словно жалуясь.

ー Когда их раскрываешь, не испытываешь удовольствие, а мучаешься безнадёжным вопросом, не специально ли оставили преступника разгуливать на свободе?.. До сих пор не знаю, вот честно. Правильным ли путём идёт наше общество? Нас уверяют, что раньше мы были на самом дне, а теперь вот выплыли и живём хорошо. Почему тогда ублюдки вроде нашего парня остаются безнаказанными? Я не утверждаю, что старый мир был понятнее нынешнего, но в те времена, когда я только стал полицейским, линия между добром и злом была гораздо чётче. Любого человека, преступившего закон, ждала неминуемая кара.

Яхиро говорил странным сдавленным голосом, словно изо всех сил пытался подавить кипящие внутри чувства. Масаока вгляделся в его лицо и увидел, что тот едва сдерживает рвущуюся наружу ярость. Масаока так и не осмелился спросить, что это за ярость, почему она. И так было понятно, что у Яхиро много тайн, и раскрывать их он ни перед кем не собирается. Но эти эмоции владели Яхиро всего лишь несколько минут, какой-то миг, и вдруг исчезли без следа.

ー Правосудие должно исполняться законными методами в соответствии с чётко прописанными процедурами. Если постоянно искажать смысл процедуры, в итоге мы получим лишь массу докладов о совершённых ошибках. Вышестоящие организации тоже должны это понимать, так ведь? Где-то потерялось понимание, что <закон> служит в первую очередь для защиты <людей>. Министерство здравоохранения намеренно изменило работающие схемы правосудия... Я должен принести извинения. Для того, чтобы иметь возможность по-настоящему расследовать это дело, мне пришлось использовать тебя, парень.

ー Я совсем не возражаю, если благодаря этому удалось поймать убийцу, — Масаока действительно теперь понимал, что именно и зачем предпринимал старик Яхиро. С самого дня их знакомства и до этой минуты.

Масаока ещё не знал, что в словах инспектора было правдой, а что — ложью. Если он и лгал, то делал это безукоризненно. Этот человек не гнушался любых методов — лишь бы сделать то, что следует сделать. Но именно поэтому Яхиро можно было доверять, как никому в этом мире. «Чтобы однажды достичь своей цели, я должен научиться у него вот так вот идти вперёд, не останавливаясь ни перед чем», — подумалось Масаоке.

ー А ты оправдал все мои ожидания, — губы Яхиро изогнулись в усмешке. — На этом закончим с жалобами. Наша работа — искать и ловить плохих ребят. Преступления должны быть раскрыты. Что бы там ни происходило с обществом, суть нашей работы не меняется.

С этими словами Яхиро протянул Масаоке папку с документами.

ー Что это?

ー Новые материалы по нашему делу. Убийства совершены разделочным ножом, как следует из отчёта. Кстати говоря, десять лет назад нельзя было приобрести такого рода нож, не имея лицензии шеф-повара. Если это так, то где наш злодей раздобыл орудие убийства?

Услышав, что у дела есть продолжение, Масаока затаил дыхание.

ー Парень утверждает, что получил его в подарок от одного благодарного пациента. Стоило нашему убийце взять нож в руки, как оттенок сразу же ухудшался. Такое вот дьявольское оружие. Да, к слову, от того пациента он узнал кое-что любопытное. Где же это... ах, да! Во время печально известной атаки на Нона Башню 2 февраля 2070 года — тогда пострадало рекордно много ребят из правительственных войск и полицейских — среди конфискованного у мятежников оружия был и этот нож. Да, он самый.

***

Обычно я стараюсь ни с кем не обсуждать тот день, когда умер мой отец. Более или менее спокойно говорить о нём я научился, лишь став полицейским. Характер работы развил у меня способность отстранённо смотреть на вещи.

Семья знала, чем занимается отец, но лишь в общих чертах. Никто не мог сказать, что конкретно он делает, потому что сам он никогда не вдавался в детали. Я знал только то, что отец работает в полиции, но и понятия не имел, что служит он в специальных войсках SAT. Не знал, что «Сивилла» направила его в отдел по борьбе с террористами. Выставила против мятежников, потому что он был неплохим снайпером.

В день его смерти открывали Нона Башню, и у её подножия собралось множество представителей из всех центральных министерств. Туда направили солдат и полицейских, чтобы обеспечить безопасность мероприятия. После атаки тела многих гостей так и не нашли. Об этом я тоже ничего не знал до поры до времени.

В тот день я был в школе, и вдруг нас распустили по домам. Я пошёл на улицу поиграть с товарищем. И даже подумал тогда: сегодня лучший день! До сих пор виню себя за эту мысль. Глупо, конечно.

Когда я вернулся домой, мама сильно рассердилась на меня. Даже кричала. Я был ошарашен — мама никогда не кричала, даже голос не повышала, когда отчитывала меня за проступки. Но тогда она была в ярости. На дисплее мобильника действительно было несколько пропущенных вызовов, которые я проигнорировал, рассудив, что всё равно в это время сижу на уроках, а если вернусь домой, только буду путаться под ногами. Вот и пошёл не домой, а играть, и это же сказал маме. Но мама всё равно ругала меня, и я не понимал почему. Тогда мне казалось, что она помешалась.

Как выяснилось намного позже, мамино помешательство не шло ни в какое сравнение с тем, что с того дня охватило меня самого.

Мама уже получила известие о смерти отца. Узнала: тело настолько деформировано, что его нельзя будет забрать.

Из новостей и разговоров выходило, что после террористической атаки и последующего подавления восстания площадь просто раскурочило. Террористы использовали столько взрывчатки, что людей разнесло ошмётками.

Чудесным образом голова и лицо отца остались в сохранности. Пуля вошла прямо в правый глаз, пробила затылок насквозь, и сквозь дыру вытекло мозговое вещество.

Перед похоронами отцу привели лицо в порядок, но голову зафиксировали таким образом, чтобы ни в коем случае не была видна затылочная часть.

В самом конце церемонии крышку гроба открывают, чтобы можно было вложить цветы и деньги в руки усопшего, но в этом случае обычаями пришлось пренебречь. Цветы положили в гроб заранее, а ту часть, во время которой все подходят проститься с покойником, полностью пропустили.

Сложно в это поверить, но чуть больше десяти лет назад население было вооружено чуть ли не до зубов. Наш мир был крайне опасным местом, и способов убить человека, орудий преступления ходило великое множество. Оружие тайно производили в самой стране и привозили из-за рубежа; порой конфискат продавали на стороне. Только в 2070 году Министерство здравоохранения выпустило закон, регулирующий продажу и распространение всех видов оружия, наркотических и лекарственных веществ. Этот закон стал одним из основных в новом кодексе и имел огромное влияние на дальнейшее развитие нашего общества.

В то же самое время Министерство здравоохранения разработало законы, регулирующие контроль и поддержку психического здоровья граждан. На практике для обеспечения выполнения новых правил Министерством здравоохранения были внедрены наблюдение и контроль за любым трафиком внутри страны.

Теперь у нас не достать нелегальное оружие и медикаменты. Всё производство и распространение лекарств сосредоточено в одних руках. Если подумать, Министерство здравоохранения сейчас имеет монополию на производство и распространение абсолютно всего. И это лишь один из примеров, насколько широко распространяется его власть.

Ах, прошу прощения, я совершенно отклонился от темы. Возможно, мне просто не очень хочется продолжать свой рассказ, несмотря на то, что он почти что закончен. Осталось совсем немного.

С отцом прощались дважды. В первый раз это была общая церемония, посвящённая всем погибшим при исполнении полицейским. Она поражала и ужасала своей абсурдностью. Взять хотя бы тот факт, что гостей, пришедших проститься, было едва ли больше, чем гробов. Или тот факт, что все без исключения полицейские умерли ранней и насильственной смертью. Думать об этом было больно.

Сама церемония растянулась на долгие часы. Почти всё время ждали. Прощальные речи были короткими до неприличия. Отовсюду доносился плач уставших детей, но гораздо страшнее звучали всхлипы и стоны жён и родителей погибших, не говоря уже о родственниках и друзьях.

Прощание, которое устроила потом мама, сильно уступало общей церемонии, но пришло, на удивление, много гостей. Если бы не пригласили мастера церемоний, вероятно, образовался бы настоящий хаос. Старших родственников не было совсем. Родители отца и мамы, а также дяди и тёти, принадлежали поколению, которому не повезло родиться в самое тяжёлое для нашей страны время. Неудивительно, что никого не осталось в живых.

Я здоровался с гостями и раз за разом выслушивал слова сочувствия. Несмотря на юный возраст, мне удавалось хорошо держаться. Я не плакал. А меня за это хлопали по плечу и хвалили, хотя я чувствовал жуткую грусть, глубокое сожаление и вину.

Ни тогда, ни после я так и не проронил ни слезинки.

Правильнее будет сказать, что я просто не мог плакать. Ни в день, когда получил известие о смерти отца; ни во время похорон, когда подошел проститься к гробу и увидел лицо отца в последний раз; ни во время кремации, когда в огромной печи взметнулись ввысь языки пламени; ни в день, когда мы получили урну с прахом и поместили её в семейную усыпальницу.

ー Может быть, именно по этой причине я и не хотел ни с кем говорить о смерти отца. Мне казалось, что, возможно, я не совсем человек, раз не могу даже плакать, — так завершил я свой длинный рассказ.

Моя слушательница тут же покачала головой.

ー Не думаю, — уверенно сказала Саэ. — Просто твои чувства отключились. Знаешь, как это бывает? На человека обрушилось горе, и он как будто замирает, каменеет, не в силах пошевелиться. Он знает, как должно быть, но не может проявлять чувства.

ー Может, и так.

Я удобно устроился на диване в гостиной, потягивал налитый Саэ чай и задумчиво смотрел сквозь окно на веранду, залитую светом заходящего солнца. Утром мы почтили память отца — в тот день была тринадцатая годовщина, — затем пообедали в ресторане в Уэно и сразу же вернулись домой, и я чувствовал себя совершенно разбитым. К костюму я уже успел привыкнуть, но в церемониальных одеждах было тесновато и дышалось с трудом. Чёрный цвет давил на психику. В последнее время в обиход пытались ввести белые траурные одеяния, так как было убедительно доказано, что обилие чёрного ухудшает оттенок психо-паспортов, но в массах нововведение не прижилось. Традиции оказались сильнее.

Тринадцатую годовщину отца было решено совместить с третьей годовщиной смерти матери. Поминальная церемония проходила в семейной усыпальнице в Минами-Сэндзю.

Ранее мама всегда устраивала поминки самостоятельно, и, оказавшись в роли организатора в первый раз, я совершенно растерялся. Лишь благодаря поддержке моей супруги Саэ и её матери, госпожи Акихо, я мог не стыдиться, как всё устроил. Но всё это благодаря госпоже Акихо, да простит она мою некомпетентность. С самого начала она вдохнула в меня уверенность. Только с её помощью я смог довести до конца поминальную службу и теперь мог не беспокоиться о том, что неупокоенный дух отца станет преследовать меня в этом мире.

Госпожа Акихо проживала одна в Кита-Сэндзю. Наша же с Саэ квартира располагалась в Минами-Сэндзю. Иными словами, мы жили как раз на таком расстоянии, чтобы в случае чего можно было добежать туда и обратно.

ー Когда умер папа, я уже училась в старшей школе, но, несмотря на это, рыдала навзрыд. На похороны пришли лучшие друзья и родственники, и все утешали меня. Но мама провела всю церемонию без единой слезинки. Выглядело так, словно она совершенно равнодушна. Вечером все разошлись, и мы остались с ней вдвоём у алтаря на всю ночь, чтобы не дать погаснуть благовониям, и вот тогда я забеспокоилась. Мама не могла зажечь ни одну палочку. Это показалось странным, и я спросила у неё, что происходит. Выяснилось, что все палочки промокли насквозь от маминых слёз. Столько их было! Мама, наконец, осознала, что папы не стало, — так мне и ответила. Поэтому я всю ночь, вместо мамы, следила за благовониями и зажигала всё новые палочки. Мама же так сильно переживала и так плакала, что в конце концов заснула, совершенно обессиленная.

ー Но я до сих пор не могу плакать...

Я положил голову Саэ на колени. Траурная юбка её была гладкой на ощупь, и я ощущал смешанный запах духов и благовоний. Саэ нагнулась и обняла меня. Ухо моё прижалось к её груди, и я слышал биение сердца. Окутанные теплом, словно солнечным светом, оба мы долгое время сидели, не проронив ни слова.

Наконец, Саэ встрепенулась, и на лице её засияла улыбка.

ー Посмотри-ка! Вся мокрая от твоих слёз!

На белой блузке ее явственно виднелось тёмное мокрое пятно.

Краем сознания я заметил, что в тот день 2082 года, в день тринадцатой годовщины со смерти отца, число лет, что я провёл с ним, сравнялось с числом лет, которые я провёл без него. И теперь этот разрыв будет только увеличиваться. Мысль об этом была бесконечно печальной. Но именно она помогла мне заплакать.