Том 13    
Глава 8. Как минимум, я хочу больше не ошибаться


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
7koston
04.08.2020 12:03
Спасибо 👍
sybir
27.07.2020 11:14
Чет как-то долго редактируете, и при этом все равно остаются опечатки и кривой перевод
lastic
26.07.2020 21:35
Хооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооо
borisov
19.07.2020 13:08
Большое спасибо за старания!
neron mikoto
19.07.2020 08:14
Продолжение? Наконец-то! А то я уже собрался последние тома у сторонников скачивать, хоть и не хотел читать разные переводы. Теперь подожду полного перевода от вас.
serwak
13.07.2020 08:11
Ребят спасибо за перевод, только проверьте 12 том. Я его скачал, но там текст странно выглядит, скачивал (docx цветные иллюстрации). Пример: Мол-ча-ние бы-ло дол-гим.
И это как бы читать тяжело, в 13 томе же все нормально.
valvik
12.07.2020 21:55
Спасибо за перевод))

Глава 8. Как минимум, я хочу больше не ошибаться

Когда заканчивается зима?

Мне было не совсем ясно, потому что последние несколько дней температура болталась туда-сюда. Но я всё равно, как ни странно, знал о всех поворотных пунктах. Наверно, потому что мы проходили одну ключевую точку за другой.

Вот почему для меня конец зимы, наверно, наступает сегодня.

Вчера я весь день торчал в своей комнате. Переписывался с Заимокузой, просматривал соцсети, выискивал ошибки на домашней странице, в общем, сплошные заботы.

А потом пришёл понедельник, с которого начинается неделя. Понедельник ненавидят все. Потому что в понедельник сообщают о тех проблемах, которые возникли в выходные.

Класс был полон атмосферой конца года. Выпуск близок, и потому разговоры главным образом крутились вокруг будущих занятий, планов на весенние каникулы или даже выпускных экзаменов. Один я никак во всех этих разговорах не участвовал. Просто сидел на своём месте и слушал.

В ожидании звонка с последнего урока.

Благодаря Харуно Юкиносите, наживка уже была разбросана. У прома, загнанного в угол требованием отказаться от него, появился даже ещё более яркий конкурент. И оппоненты среди попечителей просто не смогут пропустить такую информацию. Их диапазон аргументов уже определён, поэтому, надо полагать, они сделают свой ход быстрее, чем было раньше. Сегодня-завтра.

Предчувствия меня не обманули.

Когда прозвучал последний звонок и общее настроение начало подниматься, к классу быстро подошла Хирацука, словно торопясь куда-то. Заглянула и устало улыбнулась, встретившись со мной взглядом.

— Хикигая. Ты не слишком занят? Тебя вызывают.

Все, кто ещё оставался в классе, дружно покосились на меня, словно Хирацука удачно пошутила. Уже успев к этому моменту собрать вещи, я накинул сумку на плечо и двинулся к выходу.

Хирацука грустно улыбнулась.

— Почему тебя вызывают… Похоже, ты и сам знаешь.

— Ну, я могу придумать кучу причин. Я уже привык, что меня вызывают каждый раз, как что-то случается.

Хирацука пожала плечами, и её грустная улыбка стала ещё печальнее. Я тоже сделал вид, что улыбаюсь, отводя взгляд.

И мне на глаза попались несколько лиц. Одни странно посматривали на нас, другие, те, что сидят в задней части класса, вели себя как обычно.

Миура, не проявляющая к нам никакого интереса, явно скучала, крутя пальцами свои локоны. Эбина смотрела на меня и кивала. Тобе шушукался с остальными «хе-хе, Хикитани накосячил, бе-е». Чёрт бы тебя побрал, Тобе…

Но центр группы, Хаяма, с холодной как у статуи улыбкой не сводил с нас глаз. Не знаю, что он чувствовал, да и знать не хочу, но догадываюсь, что жалость.

И наконец, там была ещё Юигахама. Быстро сообразив, что означает появление Хирацуки, она бросила собираться и выскочила из класса, прихватив лишь свою куртку.

В коридоре она нас догнала. Наверно, хотела помочь, но я не могу опять на неё полагаться. Я и так всё время полагался на неё, но теперь хочу разобраться самостоятельно.

— На встречу зовут только меня, так ведь?

— Так. Хотя насчёт встречи я не уверена. Мне просто велели позвать ответственного человека.

— Ну да, значит, меня.

Хирацука вздохнула, горечь на её лице смешалась с сарказмом. Юигахама, нервно следившая за нашим разговором, с неловкостью подала голос.

— Но я думаю, было бы лучше, если бы я тоже пошла…

— Всё нормально, я сам разберусь.

Небрежно бросил я. Юигахама хотела сказать что-то ещё, но в итоге промолчала. Поджала губы и слегка кивнула.

Её странное поведение привлекло моё внимание, и я было повернулся к ней, но Хирацука хлопнула меня по плечу.

— Не надо переживать, я же тоже здесь. Ничего страшного не случится.

Она явно хотела успокоить Юигахаму, и та кивнула, слабо улыбаясь.

— Тогда я отойду.

— Угу. Если что, звони.

Юигахама слегка махнула рукой, и мы с Хирацукой пошли дальше. Я не отрывал глаз от фигуры в белой куртке, с засунутыми глубоко в карманы руками, топая на шаг позади.

— Всё в соответствии с твоим планом?

Поинтересовалась Хирацука у моего отражения в одном из окон коридора, слегка повернув голову.

— …Да вроде как, по большей части.

Честно говоря, не всё идёт по плану, но необходимый минимум достигнут. Для меня это очень неплохой результат.

— Очень похоже на твои методы, — с мрачной иронией усмехнулась Хирацука. — Есть шанс победить?

— Это вряд ли. Как бы то ни было, другого пути нет.

Окна сменились стенами, и я больше не видел её выражения лица. Лишь услышал вздох.

— …Неплохой ответ. Мне такие вещи нравятся.

Фигура Хирацуки вдруг исчезла. Я знал, что она просто завернула за угол и теперь спускается по лестнице, но всё равно поспешно прибавил шаг. Осознал, что сделал, и грустно усмехнулся.

Скоро ли я начну искать эту фигуру каждый раз, как что-то случится? Я представил себе и на секунду замер. Потом медленно начал спускаться по лестнице, расстояние между нами возрастало. Вот так, мне безусловно придётся смириться с нашей разлукой.

Мы оба молчали, тишину нарушали лишь звуки наших шагов.

На площадке Хирацука развернулась ко мне, махнув своей белой курткой.

— Хикигая, у тебя время найдётся? Не обязательно сегодня, можно завтра или послезавтра.

Я прикинул своё расписание. Сегодня мне ещё надо будет кое с чем разобраться, но с завтрашнего дня я и правда свободен.

Клуб, надо полагать, работать не будет. Вне зависимости от того, получится с промом или нет.

Эта мысль заставила меня задержаться с ответом. Звуки наших шагов словно заполняли молчание.

— …Ну, в общем-то я свободен.

— Вот как. Хорошо…

Хирацука о чём-то глубоко задумалась.

— …Хорошо, тогда сходим поесть рамена!

Она обернулась, тряхнув волосами, и я увидел, что она улыбается, словно одержав победу.

Я криво усмехнулся и кивнул.

* * *

Мы наконец добрались до приёмной, и Хирацука постучала в дверь. Ей ответил спокойный голос человека, вызвавшего меня. Мне показалось, что я уже слышал его раньше. Похоже, нас удостоила визитом мама Юкиноситы.

Вслед за Хирацукой я вошёл в комнату. Изящная фигура, стоявшая возле окна, повернулась к нам. Она была затянута в сиреневое кимоно, умеренно украшенное цветками персика, и правда очень красиво.

Мама Юкиноситы села за стол, на котором уже стоял кофе, и предложила нам сесть тоже. Я молча повиновался. Хирацука уселась рядом со мной.

— Мы ведь, кажется, недавно встречались?

— Да… Приятно было познакомиться.

Её формальная улыбка напомнила мне Харуно, и я криво улыбнулся в ответ. Честно говоря, такое у меня паршиво получается. Мама Юкиноситы заметила, что я нервничаю, и приложила руку ко рту, улыбаясь, словно глядя на забавную зверюшку.

— Тогда начнём… Могу я осведомиться о цели вашего сегодняшнего визита?

Заговорила Хирацука. Мама Юкиноситы мягко улыбнулась и достала свой смартфон.

— Да, верно. Тогда перейдём прямо к делу… Это вы придумали?

На экране лежащего на столике смартфона красовался официальный сайт подставного прома.

Поглощённый мыслью, что наступает решающий момент, я хмыкнул. Мне хотелось, чтобы подобное бесстыдство потребовало дипломатии. Хоть такое ощущение кризиса и называют случайным триггером, нет иного выхода, как призвать к компромиссу.

— Это может быть мнение некоторых учеников. В наши дни среди старшеклассников немало незаурядных личностей.

С некоторым сарказмом слегка перефразировал я слышанное ранее. Мне в бок врезался локоть Хирацуки. Мама Юкиноситы посмотрела на нас с улыбкой.

— Понятно…

Она приложила руки к вискам и слегка прищурилась. Сейчас она напоминала мне большую кошку, вышедшую на охоту.

Меня начало терзать дурное предчувствие, по коже побежали капельки пота. Не хочу хвастаться, но предчувствия меня никогда не подводят.

— Альтернативное предложение — не самый плохой ход, но у него есть ряд недостатков. К тому же, даже увеличив число вариантов, всё равно не обойтись без решения фундаментальных проблем. Что вы по этому поводу думаете?

Её взгляд и тон стали намного холоднее, чем до того. Даже мурашки по спине побежали. Спрашивала она, похоже, именно меня, но ответ найти никак не получалось.

Мама Юкиноситы отвергла наш липовый вариант, потому что он противоречил первоначальному предложению. Неужели ей рассказала Харуно? Да нет, вряд ли та стала бы рассказывать матери что-то, что может вызвать разлад во мнениях.

Иначе говоря, она видит наши планы насквозь. И могла сразу всё понять, а значит, они были разрушены ещё до того, как начали реализовываться.

Потеряв дар речи, я ошарашенно смотрел на маму Юкиноситы.

Она была спокойна и собрана. И улыбалась, прикрывая рот веером, будто наслаждаясь происходящим. Она словно с интересом ждала, какой же ход я придумаю дальше.

Глядя на неё, я мог лишь криво усмехнуться. Всё, что я намеревался сказать, полетело к чёрту. Нет смысла о чём-то говорить, если она называет мой план прямым противопоставлением первоначальному варианту. Да и Хаяма, и Харуно раскусили фальшивость моего предложения с первого же взгляда. Я проиграл уже в тот момент, когда решил, что могу обмануть кого-то вроде мамы Юкиноситы.

— Настоящая проблема — это отказ от прома, — поспешно вмешалась Хирацука, видя, что я затрудняюсь с ответом. — Вполне вероятно, что часть учеников не примут такое решение. Есть определённый риск, что всё будет происходить вне нашего контроля. Поэтому было бы разумно выбрать вариант, который был бы в определённой мере управляем нами. Школьный совет пересмотрел свои планы, чтобы найти компромисс, который удовлетворил бы обе стороны.

Она передала лежащие на столе документы маме Юкиноситы и мне. Пробежав их глазами, я увидел те исправления, о которых недавно говорила Юкиносита. Мама Юкиноситы с немного кислым выражением лица тоже без особого интереса пролистала документы.

Хирацука по сути высказалась в русле моих идей. Если рассматривать подставной пром как реальную альтернативу, это серьёзный аргумент в нашу защиту.

Мама Юкиноситы с несколько обеспокоенным видом покрутила головой.

— Понятно… Похоже, вы собираете аргументы для убеждения, но я не знаю, поймут ли их… Там тоже могут оказаться упрямые люди.

Она грустно улыбнулась. Кажется, пусть не дословно, но что-то такое я уже слышал.

— Даже если вам есть, что сказать, чтобы убедить их, им надо прийти сюда.

Не слушая, что она говорит, я прикрыл глаза, роясь в воспоминаниях. Если я не ошибаюсь, Харуно Юкиносита говорила, что её не волнует, как пройдёт пром.

Почему же тогда мама Юкиноситы пришла сюда?

Ответ прост. Потому что возникла проблема.

У мамы Юкиноситы есть способ её решить и есть нужный для этого инструмент. Достаточно просто прекратить дискуссию. Она предпочитает решать проблемы без лишнего шума. То есть, просто манипулируя.

Вот почему мы предложили альтернативный вариант прома — чтобы вынудить её к более конструктивным действиям. Цель сама по себе верная.

Мы просто неверно провели линию разграничения. Инструменты есть инструменты, к ним неприменимы понятия «друг» или «враг».

На этот раз мама Юкиноситы выступила в качестве посланника. Она лишь переговорщик, посланный другой стороной.

Мой противник — не она. Она просто фигура на доске. Сильнейшая фигура, королева.

В таком случае у меня ещё остаётся один козырь.

Которым, пожалуй, больше никто в мире воспользоваться не смог бы. Пусть меня даже за один-единственный раз не простят, настолько это низко.

Но если других карт у меня нет, выбора нет тоже. Надо играть.

— Можем мы попросить вашей помощи, чтобы убедить тех, о ком вы говорите?

Не ожидая, наверно, такого заявления с моей стороны, мама Юкиноситы наклонила голову. Таким невинным движением, что я невольно улыбнулся. До чего же похоже они реагируют, когда слышат что-то неожиданное.

— Есть ведь способ их убедить, правда? Тогда не будет ли зависеть конечный результат от того, кто именно говорит?

Важно не что говорят, а кто говорит. Слова, конечно, заезженные донельзя, но правдой от того они быть не перестают. Упрямых попечителей можно переубедить, если с ними вместо меня будет говорить мама Юкиноситы. Они так же поймут, что их оппонент повыше их рангом. Именно потому я попросил её помощи.

По сути сей финт можно назвать захватом королевы противника.

— …Ведь говори с ними кто-то вроде меня, кого никто не знает, вышло бы не слишком убедительно.

С сухим смешком и жалостливым голосом я сделал шах неизвестному чёрному королю.

— Неправда. Я думаю, что вы весьма преуспели за столь короткое время. До такой степени, что мне даже стало интересно, кто же это был.

Мама Юкиноситы улыбнулась и качнула головой, словно и правда была впечатлена. А затем слегка нахмурилась.

— Прошу прощения, могу ли я спросить ваше имя?

Хирацука схватила меня за руку, стараясь удержать от ответа. Она прекрасно понимала, что если я назову своё имя, другая сторона сможет что-то из этого извлечь.

Но мой ответ был уже предопределён, когда прозвучал вопрос. Осталось лишь исполнить роль одной из фигур на доске.

Одной из тех, которыми никогда не пользуются. И которым нечего делать, кроме как занимать место на доске.

— Я Хачиман Хикигая.

Хирацука слегка вздохнула, словно сдаваясь, и отпустила мою руку.

— Хикигая…

Тихо повторила мама Юкиноситы, приложив руку ко рту и опуская глаза. Потом, кажется, что-то вспомнила и подняла голову.

— Понимаю… Ты…

Я продемонстрировал формальную улыбку в ответ. Хоть я и не умею это так же хорошо, как Хаяма или Харуно, но я очень старался. Может даже что-то получилось, потому что Хирацука выглядела немного ошарашенной.

Тут есть одна проблема. Назвавшись, я не имею права ошибаться ни в словах, ни в поведении. Наглость, грубость, даже чрезмерное подлизывание могут быть расценены как угроза.

Я загнан в угол. Отныне мои ошибки станут моими провалами, станут чем-то, что даст оппонентам преимущество. Вот почему я должен вести себя искренно и дать понять, что у нас нет дурных намерений.

— Мы тогда причинили вам большие проблемы. Ваши родители были очень заняты, приношу извинения, что мы не смогли встретиться с ними.

Совершенно формальные слова, голова, опущенная ровно на положенный угол, не выше и не ниже. Мама Юкиноситы просто выполняла то, что сочла своим долгом. Без всяких ненужных эмоций.

Просто одна из форм дипломатического этикета. Ничего лишнего, только то, что требуется.

— Приносим извинения за проблемы, причинённые одним из наших людей. Как ваша нога? Приносим свои извинения за доставленные неудобства.

— Полностью выздоровел, благодаря вашей помощи, — вежливо ответил я. — Нога стала даже крепче, чем была. На проме сможете посмотреть, как я танцую.

Я выставил ногу и демонстративно постучал ей по полу. Мама Юкиноситы весело рассмеялась, прикрывая рот рукой.

— Бог мой, какие скверные манеры…

Хирацука ткнула меня кулаком в бок, что помогло мне наконец перестать паясничать. Я мысленно обругал себя за такую глупость и даже не стал глубоко вздыхать.

Мама Юкиноситы прищурилась, всё ещё смеясь.

— …крепкие нервы, — тихо пробормотала она.

Она изучающе посмотрела на меня таким холодным взглядом, что я буквально застыл. В глазах, которые словно видели меня насквозь, я чувствовал неприязнь.

Но вскоре её взгляд отпустил меня. Она прикрыла рот веером, тихо хихикая. Так уж она смеётся, когда ей и правда смешно.

— Я помогу.

— Большое спасибо.

Отвечая, я до конца старался сохранить самообладание. И вытер пот со лба, сделав вид, что приглаживаю волосы. Рубашка плотно прилипла к телу, горло пересохло настолько, что даже больно было дышать.

Собственно, всё, что я сделал, это назвался и поговорил о том давнем несчастном случае. Ни имя, ни разговор сами по себе не имеют никакого значения. И потому любой, кто его слышал, может придавать ему какое угодно значение.

Мама Юкиноситы защёлкнула веер, стирая с лица улыбку.

— Хорошо… Я поговорю с попечителями. Учителю тоже желательно присутствовать.

— Мы подстроимся под ваш график.

Я вполуха слушал, как взрослые договариваются. Нервное напряжение спало, вместо него накатила усталость. Сам того не замечая, я уставился в потолок, глубоко вздохнул и впал в оцепенение.

— Хикигая, можешь кое-то сделать?

— Д-да.

Я даже вздрогнул от неожиданности. Кажется, я многое прослушал.

— Я сейчас не могу уйти. Передашь Юкиносите, чтобы продолжила пересматривать план выпускного? Как ты ей это скажешь, решай сам.

— Э-э… Понял…

Ответил я, не понимая сути разговора. Хирацука просто кивнула, её глаза недвусмысленно торопили меня. И верно, до прома остаётся всё меньше времени. Те, кто принимает решения, должны побыстрее всё узнать.

Я поднялся. Сидящая напротив мама Юкиноситы улыбнулась.

— Хикигая. Давай встретимся ещё раз.

— Хе-хе-хе… Прошу прощения…

Я сухо засмеялся, не давая прямого ответа, поклонился и вышел из комнаты. Чес-слово, предпочёл бы никогда больше с ней не встречаться…

* * *

Быстро пройдя по школьному зданию в надвигающихся сумерках, я добрался до комнаты школьного совета. Остановился перед дверью и постучал. И глубоко вздохнул, ожидая ответа.

Шагов слышно не было, но дверь вскоре открылась. Из комнаты повеяло теплом. Надо полагать, там был включён обогреватель.

За дверью обнаружилась девушка в очках и с заплетёнными волосами. Если я правильно помню, секретарь совета. Она явно узнала меня и впустила.

Я благодарно кивнул и вошёл. Прямо передо мной за столом возился с какими-то бумагами вице-президент, причитающий «времени нет… совсем времени нет…». Хорошо, хорошо, страдай дальше.

Оглядевшись, Юкиноситы я не обнаружил. Заметил лишь Ишшики, сидящую за столом в дальнем конце и грызущую какие-то печеньки. Она тоже заметила меня и качнула головой.

— …Я тебя не звала.

А что, мне и прийти нельзя, если меня не зовут? Ну да, нельзя. Но не успел я открыть рот, чтобы всё объяснить, как Ишшики хлопнула в ладоши.

— А, ты хочешь помочь? Стремишься быть слугой? Свободная рабочая сила?

В какую степь тебя понесло? Чего ты скачешь? Нет, Ирохасу есть Ирохасу. Я устало уронил плечи, чувствуя, как сила покидает меня.

— Подожди, пока новички придут. Я тебя кое с кем познакомлю. Ладно, где Юкиносита?

Поинтересовался я после обычного обмена репликами. Ишшики повернулась и уставилась на простой стол, за которым обычно та сидела.

— Ха-а, знаешь, а её здесь нет.

Кажется, Ишшики и сама только что это заметила. Значит, Юкиносита ушла недавно.

Наверно, ей не понравилось, что обогреватель так жарит. Как бы то ни было, раз Юкиноситы здесь нет, то и мне тут делать нечего.

— Тогда не бери в голову. Пока.

— Эй, эй, ты куда?! Зачем приходил-то?!

Я быстро потопал к выходу, пока Ишшики пыталась остановить меня. Но слово «Зачем» мне вдруг кое-что напомнило. Ишшики мне рассказывать не велели, но пожалуй, она должна знать. Я остановился и обернулся.

— Ах да. Ваши предложения по прому решили принять. Так что давайте, готовьтесь. Удачи.

— А-а… А?!

Ишшики всем телом развернулась ко мне, разинув рот. Так, если она захочет узнать подробности, мне придётся пересказать ей всю историю, а это слишком неприятно. Пора сваливать, пока она ещё не въехала.

* * *

Я ещё не решил, куда мне идти, но ноги сами собой направились именно туда. Думаю, именно там она и должна быть.

Пустой коридор спецкорпуса. Я почти год ходил по нему в клуб. Наверно, сейчас я смогу пройти по нему с закрытыми глазами.

Наконец я увидел дверь. Встал перед ней, оглядел и взялся за ручку. Вроде бы такую же, как и во всех остальных комнатах, но я чувствовал, что никогда не забуду, какая она холодная и твёрдая.

Если я потяну за неё, дверь скрипнет и откроется.

Передо мной не что-то странное, обычная комната.

Но я чувствовал, что она отличается от других. Потому что в ней находится одна знакомая девушка.

Юкино Юкиносита под заходящим солнцем и ветром стояла у окна и смотрела наружу.

Окно было широко распахнуто. Словно для того, чтобы сменить атмосферу в комнате, которой давно никто не пользовался. Занавеска трепыхалась на ветру.

Даже если бы настал конец света, эта девушка всё равно вот так стояла бы здесь. Так похоже на то, что я воображал себе.

Моё тело застыло, мысли замерли. Даже потерпев поражение, я всё равно не переставал восхищаться.

Юкиносита заметила, что здесь кто-то есть, и развернулась, качнув волосами. На мгновение она удивлённо распахнула глаза, но тут же улыбнулась.

— Добрый день.

— …Угу.

Она закрыла окно. Занавеска прекратила трепыхаться, и в комнате наступила тишина.

Свет заходящего солнца заливал всю комнату. Юкиносита прислонилась к подоконнику, в солнечных лучах её волосы сияли ещё ярче, заставляя меня слегка прищуриться.

— У тебя какое-то дело?

— Нет, меня просто попросили передать тебе кое-что насчёт работы.

— Понятно. Извини, что тебе пришлось идти так далеко.

— Ничего страшного.

Я подхватил ближайший к двери стул и поставил его на то место, где всегда сидел. И жестом предложил Юкиносите тоже сесть. Кажется, она слегка опешила, но я упорно ждал. Наконец она вздохнула, словно капитулируя, и уселась на ближайший к окну стул.

— Насчёт прома. В итоге ваш доработанный план приняли. Судя по всему, тех попечителей, что были против, убедят и заставят смириться.

По идее Юкиносита ещё не должна была об этом знать, но она совсем не удивилась, даже бровью не повела. Странно.

— Вот почему… я проиграл.

— Да… — наконец пробормотала Юкиносита, глубоко вздохнув. — Ты победил.

— …Почему?

— Потому что так всё закончилось опять благодаря твоим методам. По сути, это твоя победа.

Вспоминая связь между презрением к себе и смехом над собой, я высказал сомнения, таящиеся в моей душе.

— …Ты же всё равно всё предвидела. Ты же отлично знаешь мои методы, верно? Значит, в итоге ты и победила.

И Хаято Хаяма, и Харуно Юкиносита знали о фиктивном плане проведения прома и сразу же его раскусили. Я лишь сумел поставить шах королю, перетянув маму Юкиноситы на нашу сторону. Так что ничего удивительного, что не уступающая им по проницательности Юкино Юкиносита может насквозь видеть поверхностное мышление Хачимана Хикигая.

Способ, которым Юкиносита и Ишшики продвигали свою идею, был весьма уязвим. Но именно он натолкнул меня на мысль представить два варианта, один из которых будет отклонён, а второй поддержан.

Юкиносита прикрыла глаза, её шея вздрогнула.

— Не факт. Пока существовала оппозиция прому, наши доводы могли просто не услышать… Но я подумала, что ты мог бы что-нибудь с этим сделать.

Она улыбнулась. Что ж, для Юкиноситы естественно всё предвидеть. Я хотел было возразить, но сумел лишь криво усмехнуться.

— Доверие — тяжёлая штука… Даже удивительно.

Юкиносита грустно улыбнулась, словно смущаясь. У меня перехватило дыхание.

— Я так сильно от тебя зависела, что не могла думать иначе…

Её глаза были полны грусти и сожаления. Я просто не мог в них смотреть, поэтому быстро отвернулся и заговорил.

— …Даже если так, это никак не меняет тот факт, что победа за тобой. Условием было воплотить пром в реальность своими методами. В итоге принят оказался твой план, твои методы.

— …Ты не возражаешь против моей победы?

Её голос был еле слышен. Мне хотелось, чтобы она перестала говорить так, и я трижды кивнул, по-прежнему глядя в сторону.

— Тогда… на этом наше состязание окончено. Ты выслушаешь то, что я скажу?

Я не мог притвориться, что не слышал её слов. Перевёл взгляд на Юкиноситу и увидел, что она сжала губы и стиснула кулаки, кажется, справившись со слабостью. Она ждала от меня ответа, одно её веко подрагивало.

— …Нет, не так. Да, на этот раз ты победила. Но это не значит, что ты выиграла всё состязание.

— Что касается условий победы, победитель этого матча выигрывает и всё состязание. И проигравший должен выполнить желание победителя… Я ведь тебе говорила.

Слушая её невозмутимый голос, я вдруг понял, что мои губы пересохли. И вспомнил, что она действительно такое говорила. Подгоняемый нетерпением и отчаянием, я кое-как сумел заговорить.

— …Это была просто фигура речи, разница во мнениях.

Юкиносита судорожно вздохнула.

— Тогда… тебе решать, — тихо прошептала она.

Увидев её мимолётную прозрачную улыбку, я смирился со своим поражением. Она знала, что если скажет так, я не смогу ответить иначе.

Я решил уважать её собственные решения, поддерживая её независимость, и потому никому не могу позволить что-то решать за неё. Даже себе.

Вот почему она приняла мой вызов. Отбрасывая все разногласия, всю путаницу, всё непонимание. Чтобы завершить спор и эти отношения.

— Я не могу решать… Это всё равно, что я единолично выбрал бы победителя. К тому же, Юигахама тоже участвует в состязании. А решаться всё должно по собственному усмотрению и предвзятому мнению Хирацуки. И это своего рода…

Я не мог принять такой конец. Я не мог позволить всему закончиться вот так и потому быстро заговорил. Я не знал, ни как заставить её подождать немного, ни как остановить. Забыв даже дышать, я хватался за пустяки.

— …Буду честной.

Прервала меня Юкиносита, грустно улыбаясь и глядя на меня влажными глазами.

— Это было весело. Впервые в жизни. Я была счастлива, думая, каким уютным было время, что мы провели вместе…

Она говорила о счастье так, словно готова была вот-вот разрыдаться. Я не мог ни спорить с ней, ни остановить её. И бессильно уронил руки. Юкиносита кивнула, словно благодаря меня.

— Я никогда не спорила и не боролась, как все… и не плакала перед другими. Я так нервничала, когда мы куда-то шли вместе, я впервые не знала, что делать… Я даже не знала, что можно так полагаться на кого-то. Вот почему что-то пошло не так…

Я смотрел в потолок, слушая, как она дрожащим голосом рассказывает от том, о чём я не спрашивал. Садящееся солнце резало мне глаза, но я не мог позволить себе закрыть их. И просто вздохнул.

— Такая имитация отношений неправильна. Это определённо не то, чего ты хотел.

Я понял, что конец уже близок. И наконец взглянул ей в лицо.

— Со мной всё в порядке. Со мной… теперь всё в порядке. Ты спас меня.

Вытирая кончиками пальцев заблестевшие слёзы, Юкино Юкиносита улыбнулась прекрасной улыбкой.

— Вот почему и этот спор, и всё состязание пусть так и закончатся.

Если таков её ответ, мне нечего возразить. Цель помочь ей достигнута. Созависимость ликвидирована вместе с отношениями. Воля парня всё так же тверда.

Я не хочу выполнять чьи-то желания. Работа клуба окончена.

Вот почему у меня ничего не осталось. Все нити, связывавшие меня с ней, оборваны.

— Хорошо… Я проиграл.

Вздохнул я. И задал вопрос, выполняя последнее лежащее на мне обязательство.

— Я слушаю тебя. Что я должен сделать?.. Я сделаю всё, если это в моих силах.

Я сам себе поклялся, что сделаю всё возможное. Любой ценой.

Юкиносита вздохнула, словно бы с облегчением. И произнесла слова, которые, должно быть, хранились в самой глубине души.

— Пожалуйста, выполни желание Юигахамы.

— Ты уверена?

— Да. Такова моя просьба.

Она закрыла глаза и кивнула, словно заботясь о ком-то. Я улыбнулся самой мягкой улыбкой, какую только мог изобразить.

— …Хорошо.

Я поднялся со стула. Юкиносита не шевельнулась. Расстояние между нами росло в такт моим шагам, пока я выходил из комнаты.

И затем я мягко и осторожно закрыл дверь, словно удерживая себя.