Том 13    
Глава 4. Хачиман Хикигая снова тщательно продумывает план


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
7koston
7koston
04.08.2020 12:03
Спасибо 👍
sybir
sybir
27.07.2020 11:14
Чет как-то долго редактируете, и при этом все равно остаются опечатки и кривой перевод
lastic
lastic
26.07.2020 21:35
Хооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооо
оооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооооооооооооо
ооооооооооооооооооооо
borisov
borisov
19.07.2020 13:08
Большое спасибо за старания!
neron mikoto
neron mikoto
19.07.2020 08:14
Продолжение? Наконец-то! А то я уже собрался последние тома у сторонников скачивать, хоть и не хотел читать разные переводы. Теперь подожду полного перевода от вас.
serwak
serwak
13.07.2020 08:11
Ребят спасибо за перевод, только проверьте 12 том. Я его скачал, но там текст странно выглядит, скачивал (docx цветные иллюстрации). Пример: Мол-ча-ние бы-ло дол-гим.
И это как бы читать тяжело, в 13 томе же все нормально.
valvik
valvik
12.07.2020 21:55
Спасибо за перевод))

Глава 4. Хачиман Хикигая снова тщательно продумывает план

Уроки закончились, и в классе стало шумно.

На занятиях я всё размышлял, время от времени вздрёмывая, но теперь хватит. Пора и домой собираться. Накинуть куртку, намотать шарф и подхватить почти пустую сумку.

Моя первая цель — уголок в конце класса, возле окна. Там собрались кое-кто из тех, кто не свалил сразу после звонка.

В центре этой компании сидела королева класса, покручивая свои витые локоны и постукивая ноготком по экрану смартфона. Рядом с ней, спиной ко мне, стояли Эбина с Юигахамой. А дальше, у самого окна, устроились собирающиеся по клубам Хаяма и его питомцы. Все они весело болтали, радуясь наступившей со звонком свободе.

А мне придётся вмешаться в их разговор. Честно говоря, от одной мысли об этом голова болеть начинает. Даже просто подойти к ним — задача, требующая невероятной силы воли.

Но мне позарез нужна помощь Юигахамы, другого выхода нет. Просто сидеть на месте и ждать, пока она подойдёт — натуральное позорище. Будто автор ранобе сидит в прихожей студии звукозаписи и ждёт, когда до него снизойдёт нужная сейю.

Да, я в курсе, что жалок. Но даже такой жалкий человек, как я, должен знать, когда надо проявить отвагу. Так что пришлось взять себя в руки и двинуться вперёд.

Неспешно… очень неспешно… шаг за шагом, словно в театре кёгэн[✱]См. вики. Так медленно, что Миура и остальные совершенно меня не замечали, продолжая весело болтать. Казалось, ещё немного, и я смогу нанести удар Мотоя[✱]Изначально актёр театра кёгэн, впоследствии профессиональный боец реслинга. В одном из поединков он незаметно для соперника зашёл сбоку и нанёс удар ребром ладони в прыжке, чем и дал этому приёму своё имя.

Приближаясь миллиметр за миллиметром, я оказался прямо за спиной Юигахамы и кашлянул.

— …Я уже ухожу, ты как?

— А, ну да. Я тоже.

Спокойно ответила Юигахама, оборачиваясь и подхватывая свой рюкзачок. А затем помахала рукой Миуре и остальным.

— До завтра.

— ОК.

— Пока.

Миура просто кивнула, а Эбина улыбнулась и помахала в ответ.

Двое из питомцев Хаямы недоуменно посмотрели друг на друга, а третий неверяще уставился на нас, ошарашенно моргая. До чего же раздражающие типы…

Сам Хаяма тоже бросил на нас взгляд, демонстрируя невероятно тёплую улыбку. Какого чёрта… Так неловко, что хочется сквозь землю провалиться.

Я поспешно рванул к выходу, пряча лицо в шарф. И притормозил только в коридоре.

Выскочившая следом Юигахама грозно на меня посмотрела.

— Что это сейчас было? Ты что, нормально подойти не мог? Так подкрался, что чуть не до смерти меня напугал!

— Не мог… — вяло пробурчал я, только что истративший почти все свои силы. — Перенервничал…

Она недовольно вздохнула, но потом всё же слегка улыбнулась.

Бок о бок мы дошли до развилки. Налево — спецкорпус, направо — лестницы.

— Что дальше?

— А… ну да, нам надо решить, что мы будем делать… Для начала давай найдём место, где можно спокойно поговорить.

— Как насчёт Сайзерии?

— Годится.

Был ещё вариант с комнатой клуба, но ни я, ни Юигахама его не упомянули. Не потому, что забыли, просто не хотели. Думаю, что и причины у нас схожи.

Комната клуба становится таковой, только когда там она.

Вот почему, наверно, мы больше никогда туда не придём.

* * *

Добравшись до Сайзерии, что возле станции, мы сразу заказали себе доступ к напиткам, взяли по стакану и уселись за стол. Обычно я заказываю себе ещё что-нибудь вроде ризотто миланезе, куриных крылышек или пасты[✱]В итальянском исполнении паста — это макаронные изделия, если кто забыл. Но сегодня мы сюда не есть пришли, так что можно и напитками обойтись.

Правда, пока я посасывал свой напиток через соломинку, сидящая напротив Юигахама уже углубилась в меню.

— Что-то я немного проголодалась. А ты, Хикки? Будешь чего-нибудь?

Она подалась вперёд, бегая пальцем по строчкам меню, лежащего в центре нашего столика на четверых. Вот только не надо столик раскачивать… Да и перекусил я недавно.

— Кстати, а что у тебя в последнее время с обедом?

Услышав мой вопрос, Юигахама бросила меню и откинулась назад.

— Да обычная еда… А почему ты спрашиваешь?

Тихо пробормотала она, отворачиваясь всем телом. Я ощутил, что она пытается втянуть живот, чтобы показаться стройнее… Что лишь подчёркивало, насколько роскошная у неё фигура! Я кашлянул и отвёл взгляд.

— Ты меня не так поняла. Я имею в виду, обычно ты обедала в клубной комнате, верно? А сейчас как?

— А, вот ты про что…

Юигахама облегчённо вздохнула. Призадумалась и неспешно заговорила.

— Юкинон сказала, что пока будет обедать в школьном совете. Так что эти несколько дней я перекусывала с Юмико и остальными… и после школы обычно тоже.

— Ясно.

Она кивнула и припала к своей соломинке.

Юигахама с Юкиноситой почти каждую большую перемену проводили вместе. И после уроков тоже не расставались. До того, как Юкиносита вернулась к родителям, Юигахама и ночевала у неё не раз. И выходные они, наверно, вместе проводили. Но когда началась эта суета с промом, Юкиносита сосредоточилась на работе, так что подобные возможности им вряд ли уже выпадали.

А что будет дальше? Когда закончится пром и мы все перейдём в последний класс, будут ли они проводить время вместе?

— …Ладно, давай сосредоточимся на проме.

Стараясь прервать пошедшие не в ту сторону размышления, я сменил тему и допил свой кофе со льдом. Хоть я и набухал туда много молока и сиропа, он всё равно казался горьким на вкус.

Юигахама опустила взгляд на свой стакан, покусывая соломинку. Сделала глоток и кивнула.

— И что же ты собираешься делать?

Она быстро вернула привычное бодрое выражение лица.

— Я много думал, но похоже, что попытка организовать обычный пром — дело весьма рисковое, — начал я излагать плоды вчерашних раздумий, потирая шею. — Когда предложение изначально отвергают, очень мало шансов, что его впоследствии примут.

Вспоминая опыт работы на школьном фестивале, рождественском мероприятии и кое-где ещё, могу сказать, что пром оказался в очень серьёзной ситуации. На тех мероприятиях идея изначально была одобрена, и перед нами просто стоял вопрос, как сделать всё лучше. Здесь же попечители требуют не улучшить пром, а отказаться от него.

Как ни пересматривай предложение, с уверенностью можно сказать, что пока его базовая концепция остаётся неизменной, не изменится и их точка зрения.

И что особенно важно, один раз его уже отвергли. Это словно клеймо, само по себе способное вызвать негативное отношение.

То, что им не нравятся промы, и то, что идея один раз уже была отвергнута, заставит их смотреть пристрастно. Как ни смешно, решение проблем проведения прома не принесёт разрешения его провести.

Я прикусил соломинку, переходя к выводам.

— …Вот почему нужно новое пристрастие.

Юигахама в задумчивости приоткрыла рот.

— Пристрастие… А! Страсти?

— Нет.

Вот зачем смотреть с видом «я всё поняла», если тебя явно не в ту степь понесло? Ладно, попробую объяснить.

— Пристрастие… ну, это типа предвзятости или предубеждённости… означает создание неверного образа под влиянием мыслительного процесса. Ну, в общем, как-то так.

— М-м-м?.. — качнула головой Юигахама.

Кажется, не поняла. Впрочем, я и сам не слишком хорошо помню формулировки. Тут главное, чтобы было понятно. А ещё важнее, чтобы она поняла то, что я сейчас скажу.

— В общем, чтобы изменить пристрастия, нужно новое предложение, радикально отличающееся от того, над которым работает Юкиносита с компанией.

Рот Юигахамы раскрылся ещё шире. И она с подозрением посмотрела на меня.

— …Зачем?

— Сейчас идея прома сама по себе рассматривается как нечто плохое. Но что случится, если появится ещё более подозрительное предложение? Не станет ли предыдущий вариант смотреться намного лучше в сравнении с ним?

— Понят…но?

А вот мне совсем не кажется, что тебе понятно. Да и вопросительный знак в конце слышен невооружённым ухом.

Надо как-то попроще… Я в задумчивости окинул взглядом стол, схватил меню и раскрыл его на последней странице. С богатым выбором десертов.

— Вот, смотри. От сладкого толстеют, верно? И потому десерты и мороженое лучше не заказывать, так?

— Ну да, а чего ты вдруг…

Юигахама неуютно поёжилась и недовольно отвернулась.

— Но если добавить новое мороженое вдвое меньшей калорийности, тебе ведь захочется его попробовать, правда?

— Конечно, я, наверно, сразу два съем…

— Да какого… В общем, вот так.

Картинки в меню как магнитом притягивали её внимание, так что мне пришлось кашлянуть, возвращаясь к исходной теме.

— В целом, план состоит в том, чтобы придумать предложение, которое должно быть отвергнуто. Дать попечителям понять, что им придётся выбирать одно из двух. Предлагаем план-жертву, его отвергают и тем самым одобряют первоначальное предложение.

Сейчас перед ними стоит выбор принять или отклонить имеющееся предложение насчёт прома, предложение А. Но если мы внесём альтернативное предложение, предложение Б, то у них возникает выбор «А или Б». Тем самым мы можем убрать вариант «никаких промов» из списка возможных.

— А… вот что ты имеешь в виду. Сделать план Юкинон и Ишшики низкокалорийным мороженым.

Юигахама было закивала, но тут же остановилась и взглянула прямо на меня.

— Но если они уже решили отменить пром, не отвергнут ли они оба предложения?

— Ну…

Я взялся за голову.

Юигахама сразу указала на слабое место подобной стратегии. Хоть она и дурочка, мозги у неё варят. Хотя она всё-таки дурочка.

Моя стратегия должна хорошо работать против колеблющихся оппонентов. Но если они уже приняли решение, предоставление дополнительного выбора будет далеко не столь эффективно.

Значит, пусть и с запозданием, но надо дать ей понять, что есть ещё один нюанс.

— …На самом деле это не должно быть проблемой.

Юигахама недоверчиво качнула головой.

— На самом деле школа не намерена отменять пром. Иначе они не просили бы нас самих отказаться. Наша школа славится уважением к автономии учеников, фактически это даже школьный девиз.

— Ну да… Если учесть, сколько мероприятий уже было проведено…

Некоторое сомнение в её голосе ещё чувствовалось, но она явно старалась со мной согласиться.

Конечно, полагаться на девизы — дело ненадёжное. Но, как и сказала Юигахама, наши ученики провели не так мало серьёзных мероприятий, вроде того рождественского. И никогда предложения не отвергались. Значит, администрация всегда намеревалась предоставлять ученикам в этом плане большую свободу. Да и Хирацука говорила, что изначально никаких проблем с промом не было.

— Не забывай, что школе надо о своей репутации печься. Если они напрямую запретят пром и слухи об этом распространятся, выглядеть всё будет весьма непрезентабельно. Стало быть, если Юкиносита сможет подготовить достаточно безопасное предложение, заполучить поддержку школы будет не так уж сложно. Тут нам придётся положиться на Хирацуку.

— М-м, — уверенно кивнула Юигахама.

Хирацука в самом деле сумела пропихнуть вариант с самостоятельным отказом. Значит, если мы придумаем второе предложение, у неё будет определённая свобода манёвра при переговорах с попечителями. То есть, на позицию школы можно смотреть с оптимизмом.

А вот попечители — это большая проблема. Чем больше о ней думаю, тем больше впадаю в депрессию.

Я мрачно закусил соломинку.

— Что же до попечителей… Точнее, тех из них, кто громче других кричит… Если мы не будем им прямо противостоять, продемонстрируем разные варианты и заставим думать, что они выбирают из них по собственной воле, это должно понравиться им в достаточной мере, чтобы они прекратили возражать.

В большинстве случаев тех, кто громче всех жалуется, само дело мало интересует. Им нужна победа над оппонентами. А значит, если мы сумеем создать у противной стороны впечатление «Это я всё решил, я вынудил их действовать иначе, я заставил их извиниться», стерпим их критику и претензии, то всё кончится хорошо.

Хотя, честно говоря, звучит не очень убедительно.

Настало время мне самому покачать головой.

— Вот что я думаю. А ты что скажешь?

Вздохнув, я задумался о маме Юкиноситы.

Определённую надежду даёт тот факт, что в школу пришла именно она, а не те, кому не нравится пром. По сути она выступила в роли посланника. Её выступление можно рассматривать и как слова члена совета попечителей, и как слова жены представителя местной власти. Во всяком случае, у меня сложилось такое впечатление.

Впрочем, как и следовало ожидать от мамы сестёр Юкиносита, чем дольше продолжался разговор, тем убедительнее становились её аргументы. Вплоть до полной невозможности возразить.

Вот нравится ей подобное. Она отнюдь не скучала, раскатывая аргументы Ирохи. Точнее, не сами разговоры ей нравятся, а чувство победы над оппонентом.

И потому сложно сказать, будет она снова спорить или нет. А значит, для встречи с ней нам надо что-то подготовить… Господи, только не это. До жути не хочу с ней общаться. Она так меня пугает…

Собственно, это и всё, что мне удалось придумать на настоящий момент.

— В общем, мы можем намекнуть, что проведём мероприятие в любом случае, тем самым подталкивая их в сторону выбора хорошо контролируемого варианта.

Подвёл я итог своим размышлениям, выплёвывая изжёванную в хлам соломинку. Юигахама с радостной улыбкой восхищённо уставилась на меня.

— Ничего себе… Хикки, тебе и дальше надо этим заниматься! Работой по разбору жалоб! У тебя отлично получается!

— Ни за что… Ты ошибаешься. К тому же, я вообще работать не собираюсь.

Даже её блестящие глаза не добавляли радости от такого заявления, и я невольно поморщился. Юигахама же по-прежнему радостно улыбалась.

Ты что, и правда считаешь, что такая работа мне подходит? Да займись я ей на постоянной основе, меня в два счёта уволят. Мой план может сработать только за счёт уникальной обстановки в школе. Я же тут не более чем фрилансер.

Не говоря уже о том, что для большинства жалоб отлично работает стандартный подход. Проще некуда, сваливайте всё на начальство! Или отправляйте жалобы в службу поддержки, пусть ими спецы займутся.

— Знаешь, мы по сути работать ещё и не начали. Главные проблемы впереди.

— Что ты имеешь в виду?

Я глубоко вздохнул, подался вперёд, опёрся локтями о стол, принимая позу Гендо[✱]Гендо Икари из «Евангелиона», конечно же., и тяжело заговорил.

— Нам надо заняться подготовкой фейкового плана. В него должны быть вложены серьёзные силы, и со стороны он должен выглядеть совершенно реальным. Иначе его вообще не воспримут как альтернативу.

— Вот, значит, как…

Кажется, Юигахама немного отодвинулась. Я ещё подался вперёд, словно преследуя её.

— Что означает, что у нас нет ни людей, ни времени. И денег у нас совсем нет.

— А что тогда у нас есть?.. — озадаченно спросила Юигахама.

— Сдаётся мне, личностям с переизбытком свободного времени зарплата не нужна… — слегка ухмыльнулся я. — Ученики нашей школы! Абсолютно бесплатная и всегда готовая к эксплуатации рабочая сила.

— Какой кошмар! — схватилась она за голову.

Но факт есть факт, если мы не найдём самых талантливых ребят школы и не выжмем их досуха, иного способа победить у нас нет. Такова новая трудовая система старшей школы Соубу, система, превращающая лучших специалистов в рабов[✱]Недавние поправки в трудовое законодательство Японии ограничивают допустимую переработку. Соответственно, нет возможности оформить сверхурочные легально и с подобающей оплатой.

Юигахама расстроенно понурилась, поглядывая на меня сквозь волосы.

— Но если мы заранее знаем, что этот план отвергнут, кто захочет помогать нам?

— Верно…

Я уставился в потолок.

Она права, если бы мы в самом деле собирались организовать идеальный пром, было бы легче. Но кто захочет сам принести себя в жертву? Разве что полные идиоты или добряки из добряков. Или не совсем нормальные.

Увы, на прямую вербовку надежды нет. Что опять же ограничивает наши возможности.

— Я постараюсь навешать им лапши на уши. Раз уж речь не идёт о деньгах, потом можно будет извиниться, и тогда всё будет…

Я скрестил руки на груди, размышляя, что попросить прощения на коленях — не проблема, если это поможет нам справиться, но вдруг услышал короткий вздох, словно вырвавшийся против воли.

Подняв глаза, я увидел, что Юигахама покачивает опущенной головой, кусая губы. Она ничего не сказала, но тут и без слов всё было ясно.

Не стоило мне говорить такое, не подумав. Очередной раз на те же грабли.

Я глубоко вздохнул, мысленно ругая себя.

— Хотя… давай лучше попробуем рассказать всё как есть. Может, нас и не поймут, но попробуем поискать среди знакомых.

— Хорошо.

Юигахама кивнула и улыбнулась.

Ситуация, в которой мы сейчас оказались — следствие моих ошибок.

А значит, мне надо постараться хотя бы не совершать одни и те же ошибки снова и снова.

Я должен найти другой способ. Отличающийся от тех, что я использовал раньше. Отличающийся кардинально.

* * *

Время текло неторопливо. Скоро опустятся сумерки. До часа пик, когда все ломанутся с работы, было ещё далеко, но станция за окном уже наполнялась людьми.

Я связался с теми, с кем хотел встретиться, и теперь мы просто сидели и ждали, пока они придут. А заодно решили устроить себе ранний ужин.

Юигахама отчаянно сражалась со стоящей перед ней пиццей. То и дело слышалось сдавленное «давай, ну давай же» и леденящий кровь скрежет зубцов круглого ножика для пиццы о поднос. Сдаётся мне, она совсем не умеет им пользоваться.

Неужели всё? Юигахама вздохнула и протянула мне кусок пиццы странной до неописуемости формы.

— Держи, Хикки.

— Э-э, спасибо.

Впрочем, раз уж мне отрезали кусочек, не стоит ругаться на то, как это было сделано. Да и пицца в Сайзерии всё равно вкусная, какой бы формы она ни оказалась.

— Чили будешь?

— Ага, спасибо.

Я подхватил со стола пластиковый флакончик с острым соусом, выдавил немного и впился зубами в ставшую ещё вкуснее пиццу.

Потом нам принесли дорию[✱]Рисовая запеканка., пасту и салат. А потом ещё и мясо будет. Хм, получается шикарнее, чем я себе представлял. Надо дать знать Комачи, что я задержусь и не буду обедать.

Пока я набивал сообщение, Юигахама ловко орудовала ножом и вилкой, словно парой палочек.

— Салата хочешь?

— Давай немного, только без помидоров. Да, и можешь забрать себе все креветки. Мне и мяса хватит.

— Правда? Ура! Но помидоры тоже надо есть, нехорошо привередничать.

— А я и не привередничаю. Просто помидоры не люблю, не выношу, какие они склизкие.

— Э-э… Но ведь потому-то они и вкусные.

Разбираясь с салатом куда более умело, чем с пиццей, Юигахама быстро выложила мою долю на тарелку. Я благодарно кивнул и сказал «спасибо».

Опаньки… Латук оказался покрыт красной помидорной слизью. Пришлось сунуть его в рот с закрытыми глазами и проглотить, почти не жуя.

Ну вот и всё. Вроде как остальные овощи без этой заразы.

Я открыл глаза и увидел, что Юигахама счастливо смотрит на меня, приложив руки к щекам.

— Ты совсем как ребёнок.

Радостно сообщила она мне дразнящим тоном и улыбнулась какой-то взрослой улыбкой. Видя, как девчонка одного со мной возраста смотрит на меня, словно старшая сестра, я невольно смутился и нервно забегал взглядом.

Но куда бы я ни смотрел, мне на глаза попадались то великолепные волосы чайного цвета, блестящие словно ангельский нимб, то большие влажные глаза, то впадинка на ключице, то играющие с кончиками волос пальцы, то блестящие, чётко очерченные губы, то длинные, изящно изогнутые ресницы, и даже слегка покрасневшие мягкие щёки. И всё это захватывало до невозможности.

— Н-некоторые взрослые тоже помидоры не любят…

Кажется, Хирацука тоже их ненавидит… Я опустил голову. Это смущение или застенчивость? В любом случае, я не могу смотреть Юигахаме в лицо.

Я запрокинул голову и упёрся взглядом в кондиционер, делая недовольный вид, мол, переусердствовали тут с обогревом. И глубоко вздохнул.

Вдалеке появилась знакомая огромная фигура. Очки, длинное пальто и кожаные перчатки. Даже будучи одет по сезону, он всё равно ухитрялся выглядеть донельзя подозрительно, стоя у самого входа и нервно оглядываясь по сторонам. Что недвусмысленно говорило о том, что перед нами не кто иной, как самопровозглашённый великий мечник Ёшитеру Заимокуза.

Стоило ему заметить мою поднятую руку, как беспокойство на его лице сменилось облегчением и он бодро затопал к нам. Словно неожиданно воспылавший дружелюбием дикий медведь…

Юигахама почему-то вдруг вскочила, хватая рюкзачок, и шагнула ко мне.

— Кхм.

— А?

— Подвинься.

Недовольно буркнула она, видя мой непонимающий взгляд.

— Ладно, ладно…

Я подвинулся, и она тут же плюхнулась рядом.

В чём дело? Она так не хочет оказаться рядом с Заимокузой? Впрочем, я бы тоже не хотел… Но не слишком ли близко она ко мне пристроилась? Я же так нервничаю, что просто жуть!

— Итак, Хачиман, по какой же надобности ты призвал меня?

Заявил Заимокуза, демонстративно откашлявшись и усевшись прямо передо мной.

Его привычная клоунада помогла мне прийти в себя. Отлично, будь спокоен, дыши ровно и глубоко.

— Расскажу, когда все соберутся. А пока вот, поищи отличия.

Я сунул Заимокузе детское меню. Оно выглядит совсем как обычное, но в некоторых деталях отличается. Обычно так занимают детей, чтобы не суетились, пока ждут заказ. Весьма популярная фича.

— О!.. Непростая задача…

Тот уткнулся в меню. И правда очень удобно… Я и сам не заметил, как у меня поднялось настроение. И в голову пришла идея.

— Слушай, если мы и в семьдесят останемся одиночками, давай поселимся в одном доме престарелых.

— Это что, новый способ делать предложение? Уверен, мы могли бы купить себе холостяцкую квартиру. И круглый день смотреть там аниме и играть в игры, — небрежно ответил и глазом не моргнувший Заимокуза, не отрываясь от меню.

— Фу, пакость… — с отвращением пробормотала Юигахама.

Мой телефон завибрировал. Наверно, ещё один из тех, кого я позвал, Сайка Тоцука. Но я даже не успел ответить.

— Хачиман.

Он позвал меня тише обычного, потому что мы на людях?

Я поднял глаза. Тоцука стоял рядом с теннисной сумкой на плече. В куртке поверх спортивной формы и с вязаным шарфом на шее. Судя по некоторой расхристанности, учащённому дыханию и красноте щёк, он примчался прямо из своего теннисного клуба. Я невольно улыбнулся и поднял руку.

И моя улыбка тут же застыла.

Потому что за Тоцукой покачивался знакомый синевато-чёрный хвост волос.

Чёрная куртка, рубчатый шарф, открытые длинные ноги и несколько чужеродно выглядящая большая хозяйственная сумка.

Кава-как-её-там кивнула, старательно скрывая недовольство. Я тоже склонил голову в ответ. И повернулся к Юигахаме.

— Я же просил приглашать тех, с которыми можно нормально поговорить! — прошептал я ей прямо в ухо.

— Но ты же позвал чуни…

Юигахама надулась, уткнувшись взглядом под ноги. Впрочем, всё равно уже ничего не изменишь.

— Ну да, гм, с ним действительно сложно общаться, но…

…Но много ли вообще на свете людей, с которыми я могу нормально разговаривать?

С Заимокузой, Тоцукой и даже Кавасаки я более-менее знаком, что внушает определённую надежду. Появись здесь кто-то вроде Миуры, я бы и слова не смог вымолвить.

Тоцука аккуратно уселся рядом с Заимокузой. Кавасаки подтянула стул и пристроилась сбоку, положив ногу на ногу.

— Саки, Сайка, спасибо, что пришли. Хотите что-нибудь перекусить? — протянула им меню Юигахама.

— Я бы не отказался… — смущённо улыбнулся Тоцука. — Немного проголодался после клуба.

— Я пас… Просто чашечку кофе.

Коротко ответила Кавасаки. Наверно, ей ещё дома обед готовить. А сюда она зашла по пути, перед тем, как забрать сестрёнку из детского сада. Так что разговор лучше не затягивать.

Вот принесут Тоцуке, и начнём… Кстати, а Заимокузу насчёт еды никто не спрашивал. Я посмотрел на него, но тот не отрывался от детского меню.

— М-м-м, ещё семь различий не нашёл…

Во даёт. Их же там всего десять.

* * *

Посмотрев, как Тоцука накручивает макароны на вилку и отправляет их в рот, я наконец заговорил.

— Для начала приношу свои извинения за беспокойство, и спасибо что пришли.

Я низко поклонился. Мне было жутко неловко вести себя так серьёзно, так что я ещё какое-то время не поднимал головы. Просто боялся взглянуть на их лица.

Кто-то удовлетворённо буркнул «о-хо-хо», кто-то кивнул, кто-то тихо вздохнул. Какое облегчение. И так понятно, кто как отреагировал, так что сверлить стол взглядом больше не нужно.

Я откашлялся, борясь со смущением.

— Хочу сообщить вам неприятные известия.

— Валяй.

Заимокуза всем видом продемонстрировал, что он внимательно слушает. Тоцука нервно выпрямился. Кавасаки устало качнула головой.

— Вы в курсе, что такое пром?

— Хм. Пока нет, но скоро буду.

Заимокуза схватился за свой смартфон. Какой умный отаку, сразу в сеть полез. А я уж было собрался сам послать его в Гугль, максимально доступными словами объяснив, что это за прямоугольная штуковина перед ним и для чего она нужна.

Судя по гримасе отвращения на его лице, поиски увенчались успехом.

— Гр-р-р… отвратительное мероприятие, служащее лишь для удовлетворения гнусных чаяний нормалфагов и дарующее им короткий миг радости, да? А потом они поступят в университет и будут хвастаться, мол, как мы зажигали в школе, как у нас всё было круто. Заразы…

Заимокуза швырнул телефон на стол. Тоцука заинтригованно покосился на экран. Кавасаки ничего не сказала, но судя по всему, она тоже не отказалась бы взглянуть.

— Так вот, такой пром планируется провести в нашей школе. А мы должны ему противостоять.

Сообщил я. Заимокуза громко хлопнул себя по коленке.

— То есть, мы создаём группу «анти-пром»?!

— …Ну, примерно.

— Да! Мы бойцы «анти-пром»!

Только что в сети вычитал, да? Не надо так уверенно бросаться незнакомыми терминами… Из-за его бурной реакции мой голос упал почти до шёпота.

— Ну, это, понимаете… да, как-то так.

— Что?! Нет!

Рявкнула Юигахама, ошарашенно уставившись на меня. Громко, очень громко. Какие же вы оба громкие. И не стоит так резко поворачиваться, а то я кое-что едва локтем не задел. И не надо меня трясти.

Ну что за дела? Я огляделся. К счастью, народу было немного, соседние столики пустовали. Пожалуй, сначала надо поговорить с Юигахамой с глазу на глаз.

— Прошу прощения, мы на минутку вас оставим.

— Не возражаю.

Получив разрешение от Заимокузы, я встал, повернулся к Юигахаме и поманил её рукой. Она неохотно поднялась.

Мы отошли и сели за пустой столик. Юкигахама сразу же схватила меня за плечо, с подозрением глядя на меня.

— О чём ты? Разве мы не собираемся сами организовать пром?

— Да, да, план таков… Но ты же сама видишь, как Заимокуза реагирует. Как ему всё объяснить, не убив энтузиазм?

Я покосился на Заимокузу. Тот, судя по всему, продолжал ругать пром. Тоцука молча кивал, Кавасаки вообще его не слушала. Прямо как трое незнакомцев, собравшиеся в одном баре за рюмочкой.

— Ну… — поморщилась Юигахама. — Но ведь нельзя же не сказать им правду.

— Да скажу я, скажу… Но если что пойдёт не так, помогай. Пожалуйста.

Я умоляюще сложил ладони перед грудью и склонил голову.

— …Ну что с тобой поделаешь, — вздохнула Юигахама.

Она улыбнулась, вставая. И мы пошли обратно к своему столику.

* * *

Заимокуза нетерпеливо смотрел на нас. Интересно, он уже успокоился?

— Должен сообщить вам ещё одно неприятное известие, — начал я, прочистив горло.

— Валяй.

Он сел попрямее.

— Понимаете… мы, конечно, противостоим прому, но не как «анти-пром». Мы будем делать свой пром.

— Что?!

Заимокуза в недоумении качнул головой. Тоцука и Кавасаки отреагировали аналогично. Оно и понятно, но всё равно как-то неловко получается. Но пока я соображал, что сказать дальше, к разговору подключилась Юигахама.

— Юкинон и Ироха занимаются промом, но совет попечителей и руководство школы хотят, чтобы они отказались от своей затеи. Вот мы и решили предложить другой пром, как-то так.

— …Хм.

Кавасаки отреагировала без особого интереса, но её глаза блеснули удивлением. Она что, впервые слышит про требование отказаться?

— План Юкиноситы и Ишшики был отвергнут советом попечителей. И даже если они его доработают, скорее всего, им снова откажут. Поэтому мы решили подготовить альтернативное предложение. С двумя вариантами нам, возможно, удастся создать ситуацию, в которой один из них придётся принять.

— Юкиносита знает?

Голос Кавасаки оставался холоден, но в глазах блестело беспокойство. Я покачал головой.

— Нет, не знает… если быть точным, я ей не говорил. Да, и вы тоже ничего никому не говорите, пожалуйста. Если план раскроют, ничего не получится.

Кавасаки недоверчиво посмотрела на меня. Тоцука, кажется, тоже был озадачен. Только Заимокуза закивал, барабаня пальцами по столу.

— Угу, угу, психологический трюк… Предложить несколько вариантов, чтобы создать впечатление, что выбирать придётся только из них…

— Да, примерно.

Одного этого недостаточно, так что картина получается не совсем полная. Но суть передана верно.

Тоцука кивнул и негромко заговорил, словно подводя итог.

— Это значит, что ты всё равно будешь противостоять прому.

— Конечно. И я надеюсь, что вы поможете нам с нашим планом…

Я замолчал, размышляя, что сказать дальше.

Тоцука выпрямился, глядя прямо на меня. Сейчас в нём не чувствовалось его обычной мягкости и безмятежности.

— Хачиман, позволь мне кое-что уточнить. Иначе разговор как всегда закончится непонятно чем. Мне бы этого не хотелось.

Несмотря на смущённый вид, в его словах звучала сильная воля. Я даже потерял дар речи, никак не ожидая от него чего-то подобного. Но так и есть, я обычно никому ничего не рассказываю, точнее, даже не пытаюсь, просто резко обрывая всё. Не слишком честное и безответственное поведение с его точки зрения, надо полагать.

— Чего именно ты добиваешься?

Я вопросительно посмотрел на него, не совсем понимая, что стоит за его словами. Тоцука задумчиво поскрёб щёку.

— Судя по всему, непохоже, чтобы ты на самом деле хотел организовать пром. И это меня беспокоит… Как беспокоит и то, что ты скрываешь всё от Юкиноситы. Ты пытаешься добиться чего-то другого?

— Нет, я…

Но серьёзный взгляд Тоцуки не дал мне ляпнуть первое, что пришло на ум.

— Извини, Хачиман, я понимаю, что объяснить это во всеуслышание может оказаться непросто. Но мы действительно хотим тебя понять.

Какое-то время я молчал, размышляя. Все смотрели на меня, кто настойчиво, кто озадаченно. Мой мечущийся взгляд упал на обеспокоенное лицо Юигахамы.

— Хикки…

Я ощутил, что она вцепилась в мой рукав под столом. Чувствуя её тепло, я прикрыл глаза.

Да, я понимаю. На сей раз мне и правда следует рассказать всё начистоту.

Я не первый раз обращаюсь к ним за помощью. Состав немного изменился, но ситуация та же. Тогда я всё скрыл, воспользовавшись благовидным предлогом и полагаясь на их доброту.

Но сейчас всё иначе. Пусть это до жути неловко, но я могу рассказать им всю правду, без единого слова лжи.

Может, это покажется им неразумным и нелогичным. Но это будут мои слова, а не позаимствованные у кого-то и не придуманные.

— По правде говоря, мне всё равно, что там будет на проме… Юкиносита хочет организовать его собственными силами. И не хочет, чтобы я помогал.

Я медленно открыл глаза.

— Но я всё равно хочу, чтобы пром воплотился в реальность… вот что я думаю.

Мой взгляд упал на радостно улыбающегося и кивающего Тоцуку. Словно камень с души свалился. Я набрал воздуха в грудь.

— Вообще говоря, я хочу разработать новое предложение как заведомую жертву. Как аргумент, единственная цель которого — протащить предложение изначальное. Если вы, понимая это, всё равно готовы помочь, помогите, пожалуйста.

Я склонил голову, ожидая ответа. И ощутил, как Юигахама ещё крепче вцепилась в мой рукав.

Молчание длилось несколько секунд. В тишине слышалось лишь чьё-то дыхание.

Затем послышался глубокий вздох. Я поднял голову и увидел, что Кавасаки виновато смотрит на меня.

— Извини. Я сейчас помогаю Юкиносите и не могу всё бросить. Дела надо доводить до конца.

Она выпрямилась. Рука, только что подпиравшая подбородок, легла на бёдра. Смотрелось всё просто замечательно.

— Понимаю. Хорошо, что ты помогаешь Юкиносите. В конце концов, это именно её пром должен быть реализован. Так что действуй.

— Я бы и без твоей просьбы всё сделала, — пробормотала Кавасаки, отворачиваясь. И тихо добавила, — Но… я за тебя болею.

Тоцука с улыбкой посмотрел на неё.

— Я занят в клубе, так что времени у меня маловато… Но если потребуются люди, просто дай знать. Теннисный клуб тебе поможет. Всё ж таки я президент.

Он гордо похлопал себя по груди. Мне сразу стало спокойнее.

— Спасибо. Буду рассчитывать на тебя.

Помощников больше не стало, но всё равно, осознание, что в случае чего есть кого позвать на помощь, изрядно обнадёживает. Открытые ребята из теннисного клуба могут оказаться очень кстати.

Я облегчённо вздохнул и почувствовал, что меня похлопали по рукаву. Юигахама молчала, но и без слов было понятно, насколько она рада. Смотреть на неё было неловко, так что я просто слегка кивнул в ответ.

Серьёзного прогресса не наблюдается. Но определённое продвижение есть. Помаленьку, шаг за шагом…

— М-м-м-м…

Молчавший до сих пор Заимокуза вдруг то ли замычал, то ли застонал. И вскочил. Тоцука с Кавасаки тоже встали, давая ему пройти. Заимокуза вышел из-за столика и остановился спиной ко мне.

— …Сейчас Лаки в западной Чибе? Нет, скорее Эйс.

Бормотал он, тыча пальцами в экран смартфона. Мы с Юигахамой обменялись непонимающими взглядами. Единственное, что я понял, это что он называет игровые центры.

— Заимокуза… ты чего?

Поинтересовался я, решив, что не стоит бросать его в таком состоянии. Заимокуза развернулся, сунул руки в карманы и широко улыбнулся.

— …Что ж, полагаю, иного выбора нет.

Ежу понятно, что он опять притворялся, но выглядело всё почему-то весьма убедительно. Нет, правда, это в самом деле было круто.

— Тебе нужны люди. Зарезервируй завтра для меня время, я с тобой свяжусь.

Широкими шагами он двинулся к выходу. Это странное, но почему-то захватывающее зрелище заставило меня на мгновение застыть.

— Извини за беспокойство и спасибо! — крикнул я ему вслед, приходя в себя и поднимаясь.

Заимокуза остановился и развернулся.

— Надейся! И жди!

Ответил он, взмахивая полами пальто и вознося руки к небу. Ну, блин. Не в ресторане же… Но, честно говоря, смотрелось опять очень круто.