Обсуждение:

Ellsary
23 д.
#
может кто из японистов возмётся на дальнейший перевод?
Greenbonik
1 мес.
#
а вы будете 13 переводить? На редит уже больше половины переведено

https://www.reddit.com/r/OreGairuSNAFU/comments/9y9eic/volume_13_release_megathread_and_announcement/#ampf=undefined
TAYNIK
1 мес.
#
Просто невозможно ждать(... Я уже читаю на 13 томе 6 главы и спасибо группе в вк данного тайтла, но руранобэ тормозит хотя так много проектов мне вас жаль... Надеюсь у вас все будет круче некуда, когда-нибудь)
Calm_one
1 мес.
#
>>28621
Можете сказать какой том идёт после 2 сезона аниме пожалуйста.

12-й
Abctex
1 мес.
#
>>28622
У меня вопрос. 12 том последний в серии, верно?

Нет, ещё два.
Piter_Rudyy
1 мес.
#
У меня вопрос. 12 том последний в серии, верно?
Ответы: >>28623
Роберт )))
2 мес.
#
Можете сказать какой том идёт после 2 сезона аниме пожалуйста.
Ответы: >>28624
ScorpionXXX
2 мес.
#
13-й том по ходу уже вышел. https://kyakka.wordpress.com/volume-13/volume-13-illustrations/
Morjk
2 мес.
#
Надеюсь, я прочитаю этот том в переводе вашей команды
Рано или поздно
Ellsary
2 мес.
#
Пойду поплачу*
Akuposh
2 мес.
#
О, наконец то, спасибо)))
Я так ждал, надеялся и верил...
Mikelandz
2 мес.
#
Все хорошо... Нет, я не плачу...
Спасибо.
user788
2 мес.
#
Аригато
user788
2 мес.
#
Hmmmmmm
bang_boom
2 мес.
#
Это было чудесно. Спасибо за проделанную работу в прошлом и настоящем. Вы - лучшие)
Japananimetime
2 мес.
#
О. Ура. Я дождался, то что в ВК лежит не читал ^__^
Bas026, Calm_one, Hachiman, Lessa спасибо вам за перевод
ascII
2 мес.
#
Ну тут дело, скорее всего, в самом Ватару, он, судя по всему, сам потерял стимул, последний том, в художественном плане, жесть жестяная. Ну это моё имхо...
Calm_one
2 мес.
#
Рад видеть, что нашу работу ценят. Но...
С грустью сообщаю, что на этом анлейт закончен. В силу того, что ранее был сделан перевод с японского на русский, и с него, в свою очередь, перевод на английский, англоязычная команда на данный момент потеряла последний стимул к работе. Потому анлейт достаточно давно стоит на мертвой точке и неизвестно когда сдвинется.
Я надеюсь, что мне ещё удастся так или иначе поработать над этим замечательным тайтлом. Но пока, похоже, перевод здесь будет заморожен.
Раз послесловия пока не будет, я хочу поблагодарить здесь, в комментариях:
-замечательного переводчика Bas026. Наша работа была не очень долгой и тайтл весьма «заковыристым», но я получил большое удовольствие. Возможно, когда-нибудь еще поработаем вместе :);
-Lessa, которая в последний момент сотворила новогоднее чудо и помогла с переводом картинок;
-Хачимана, волшебника цвета и Фотошопа. Спасибо, было очень оперативно и качественно :);
-а также читателей, которые ждали и пока не читали (низко кланяюсь) или не ждали (все мы люди), но всё равно прочли наш перевод.
Спасибо, что были с нами и удачи.
Almeison merkuri
2 мес.
#
Спасибо за работу, а когда остальные главы опубликуют?
Abctex
2 мес.
#
>>28605
12 томе 3 глав чтоли?

8.

Отобразить дальше

Глава 1 — В конце концов приходит весна и снег тает

Зимний холод для меня привычен.

Я ни­ког­да не по­кидал род­ной го­род, по­тому дав­но зна­ком с хо­лодом, очень дав­но. И мне не ка­жет­ся, что зи­ма в Чи­бе – это что-то осо­бен­ное.

Су­хой воз­дух, ре­жущий ле­дяной ве­тер, холод по спи­не – нет в этом ни­чего страш­но­го. Хо­тя и раз­дра­жа­ет.

Мож­но ска­зать, что неч­то при­выч­ное воспринимается как что-то ес­тес­твен­ное и по­тому при­нима­ет­ся без лиш­них воп­ро­сов.

Воп­рос в том, нас­коль­ко жа­ра или хо­лод со­от­ветс­тву­ют при­выч­ной тебе по­годе. Ина­че го­воря, ты не зна­ешь, очень это хо­лод­но или нет, ес­ли ни­ког­да не был зи­мой где-ни­будь ещё.

А ес­ли не зна­ешь, что та­кое теп­ло, зна­чит, ты просто еще не поз­нал его ис­точни­ки. Нап­ри­мер, ды­хание, ко­торым сог­ре­ва­ешь озяб­шие ру­ки. Или шарф, ти­хо шур­ша­щий по ткани кур­тки. Или когда несколько людей сидят рядом, а их колени случайно соприкасаются. Или просто тепло человека, сидящего рядом.

Мель­кнув­шая мысль о тёп­лом при­кос­но­вении так на­пуга­ла ме­ня, что я не­воль­но вздрог­нул. Между прочим, рядом си­дели Юки­носи­та с Ю­ига­хамой. Буквально в нескольких сантиметрах от меня.

Хо­лод­ным ве­чером в приб­режном пар­ке не бы­ло ни­кого, кро­ме нас тро­их. А ес­ли под­нять взгляд, мож­но уви­деть вы­сокие зда­ния, в од­ном из ко­торых жи­вёт Юки­носи­та.

Этот парк сов­сем ря­дом с тор­го­вым рай­оном воз­ле стан­ции. Два ша­га по глав­ной ал­лее, и ты уже на ожив­лённой ули­це. И ве­чер­ний бриз, нес­мотря на бли­зость мо­ря, не та­к уж холодит – его за­дер­жи­ва­ют де­ревья. Но из-за выпавшего сне­га и то­го, что вок­руг ни ду­ши, нам всё рав­но бы­ло хо­лод­но.

Се­год­ня всё то же че­тыр­надца­тое фев­ра­ля.

Ва­лен­ти­нов день, он же день су­шёных сар­дин. Се­год­ня моя сес­трён­ка Ко­мачи от­пра­вилась сда­вать всту­питель­ные эк­за­мены в мою стар­шую шко­лу.

И се­год­ня же мы втро­ём от­пра­вились в оке­ана­ри­ум.

Снег па­дал с са­мого ут­ра. На­пада­ло его не так уж мно­го, но дос­та­точ­но, что­бы его слой был заметен на де­ревьях и тра­ве. Кста­ти, дол­жен за­метить, снег хорошо пог­ло­ща­ет зву­ки.

Хо­тя сом­не­ва­юсь, что та­кой тон­кий слой мо­жет настолько хорошо это делать. Боль­ше по­хоже, что прос­то мы все мол­чим. Мол­чим и смот­рим ку­да-то в ночь.

Как снег недавно, мягко скользят мгновенья. Свет луны смешивается со светом фонарей. И по­тому на­ши фи­гуры яр­ко выделяются на фоне ночи. Пом­нится, в своё вре­мя в фо­нарях сто­яли лам­пы с хо­лод­ным блед­ным све­том. Будь так сей­час, нам ста­ло бы ещё хо­лод­нее.

Но оран­же­вый свет, от­ра­жа­ясь от сне­га, да­ёт ка­кое-то ощу­щение теп­ло­ты. Хоть и ка­жет­ся, что сам снег вот-вот исчезнет от лег­чай­ше­го при­кос­но­вения, этот тёп­лый под­ра­гива­ющий свет го­ворит мне, что па­да­ющие в оке­ан на за­кате свер­ка­ющие сне­жин­ки от­нюдь не плод мо­его во­об­ра­жения.

Снег дей­стви­тель­но идёт. И мы дей­стви­тель­но про­вели этот день вмес­те. Снег – не­оп­ро­вер­жи­мое то­му до­каза­тель­ство, пусть да­же он ско­ро рас­та­ет, когда чуть по­теп­леет.

Ес­ли кос­нёшь­ся его, он ис­чезнет. Ес­ли поп­ро­бу­ешь скатать снежок, он сло­ма­ет­ся, рас­сып­ется. Да­же ес­ли ни­чего с ним не де­лать, зав­тра его уже не бу­дет.

А ес­ли по­года ос­та­нет­ся та­кой же хо­лод­ной, мо­жет ли случиться, что он ос­та­нет­ся здесь нав­сегда?.. Но хва­тит ду­мать об этих бес­смыс­ленных «ес­ли». Я встряхнулся, от­бра­сывая ду­рац­кие мыс­ли. Всё рав­но я уже дав­но по­лучил от­вет, ещё в детс­тве, ког­да сле­пил сне­гови­ка.

Мотнув го­ловой, я под­нялся со ска­мей­ки. И кра­ем гла­за за­метил крас­но-си­ний тор­го­вый ав­то­мат.

— Хо­тите че­го-ни­будь по­пить? — спро­сил я, обер­нувшись.

Де­вуш­ки быс­тро переглянулись и кив­ну­ли. Я то­же кив­нул в знак то­го, что по­нял.

И дви­нул­ся к ав­то­мату, вы­ужи­вая мо­неты из ко­шель­ка.

Для се­бя, как обыч­но, я выб­рал ко­фе. А де­вуш­кам – крас­ный чай в плас­ти­ковых упа­ков­ках. При­сел и быс­тро рас­пи­хал их по кар­ма­нам.

Бан­ка бук­валь­но обож­гла ру­ку, хоть на мгновение пока­залась не­обыч­но хо­лод­ной. По­дер­жи я этот свой ко­фе по­доль­ше, точ­но бы ожог заработал. Быс­тро пе­реб­ра­сывая её из ру­ки в ру­ку, я за­думал­ся, от­ку­да же взя­лось это ощу­щение хо­лода.

И ког­да бан­ка нем­но­го ос­ты­ла, на­шёл от­вет.

Тем­пе­рату­ру, ко­торую чувс­тву­ешь ко­жей, мож­но за­писать циф­ра­ми. Ка­кой смысл им ни при­давай, циф­ры – это все­го лишь циф­ры.

Но я знаю, что есть и дру­гое теп­ло, ко­торое не прос­то тем­пе­рату­ра. И раз­ни­ца меж­ду ни­ми не толь­ко в наз­ва­ни­ях, я ощу­тил её на собс­твен­ном опы­те. Увы, хва­лить­ся тут не­чем, раз я по­нял это толь­ко сей­час.

Есть теп­ло от бан­ки ко­фе за сот­ню и­ен. И есть то теп­ло, что я ощу­тил, ког­да на­ши ко­лени на мгно­вение соп­ри­кос­ну­лись. Оно ку­да теп­лее.

Не об­ра­щая вни­мания на жар бан­ки в ру­ке, я за­шагал к ска­мей­ке. Вспо­миная по до­роге то теп­ло, ко­торое ос­та­валось в мо­ей гру­ди.

Вряд ли мне до­ведёт­ся ис­пы­тать его ещё раз. Мне очень хо­телось, что­бы вре­мя зас­ты­ло, но я про­дол­жал ша­гать.

Мес­то, на ко­тором я си­дел, ос­та­валось пус­тым. Но осоз­нав суть теп­ла, я не мог зас­та­вить се­бя сно­ва сесть на не­го.

Ка­кова же дол­жна быть пра­виль­ная дис­танция меж­ду на­ми? Я до сих пор так и не на­шёл от­ве­та на этот воп­рос.

Пока всё хо­рошо. На­вер­ное, мне можно сде­лать ещё один шаг, ду­мал я, мед­ленно идя к ним.

Как и весь этот год, я приб­ли­жал­ся не спе­ша, пос­то­ян­но про­веряя, мо­гу ли я по­дой­ти бли­же, вмес­те с тем пос­то­ян­но проверяя ощу­щение дис­танции меж­ду на­ми.

Я сме­ло ша­гал, по­ка ни­чего не знал, но за­ос­то­рож­ни­чал, за­метив кое-что. А ког­да по­нял, что ни­чего не по­нимаю, мои но­ги от­ка­зались дви­гать­ся даль­ше.

Ещё шаг. Хо­тя бы пол­ша­га.

Но на этой дис­танции я ос­та­новил­ся.

Улич­ные фо­нари яр­ко ос­ве­щали ска­мей­ку. Те­ни рас­полза­лись во всех нап­равле­ни­ях, пос­те­пен­но про­падая.

Я сколь­знул по ним взгля­дом, дос­та­вая упа­ков­ки с ча­ем и мол­ча про­тяги­вая их де­вуш­кам.

Те, нем­но­го оза­дачен­ные, всё же поб­ла­года­рили ме­ня. Я ак­ку­рат­но пе­редал чай, ста­ра­ясь не ка­сать­ся их паль­цев, и су­нул ру­ки об­ратно в кар­ма­ны.

И ус­лы­шал ка­кое-то пох­русты­вание.

По­копав­шись в кар­ма­не, я по­нял, что это хрус­тит не­дав­но по­дарен­ный мне па­кетик с пе­чень­ка­ми.

Мень­ше пе­ченек в нём не ста­ло, но не ста­ло и боль­ше. И не ста­нет, сколь­ко ни тря­си.

Вот и боль­ше счастья так прос­то не по­лучишь. Пе­тер, Чи­та и Ка­русель* Японские певцы и актёры. К чему они здесь, анлейтер не в курсе. Я тем более. мог­ли бы под­твер­дить.

За­бес­по­ко­ив­шись, не по­лома­лись ли пе­чень­ки, я вы­тащил па­кетик из кар­ма­на. К счастью, ро­зовая обёр­тка их за­щити­ла.

Об­легчён­но вздох­нув, я уж бы­ло соб­рался су­нуть пе­чень­ки об­ратно в кар­ман, но тут ус­лы­шал чей-то вздох. По­вер­нулся на звук и уви­дел, что на па­кетик смот­рит Юки­носи­та.

— Так кра­сиво…

Ка­жет­ся, она смот­ре­ла с ка­кой-то жаж­дой. Ю­ига­хама очень уди­вилась та­кой не­ожи­дан­ной ре­ак­ции, но тут же быс­тро по­далась впе­рёд.

— Ага! Па­кетик и мас­та, я столь­ко их ис­ка­ла!

— Че­го? Мас­та? Ка­жет­ся, это при­ветс­твие в Ин­дии?

— При­ветс­твие – «на­мас­те», — при­ложи­ла ру­ку к вис­ку Юки­носи­та. — А она го­ворит про лен­точку.

— По­ража­юсь, сколь­ко ты пом­нишь вся­кой ерун­ды о при­ветс­тви­ях, хо­тя са­ма ма­ло с кем здо­рова­ешь­ся.

— Ты нас­толь­ко глуп? Пра­виль­но поп­ри­ветс­тво­вав че­лове­ка, лег­ко за­вязать с ним дру­жес­кую бе­седу. При­ветс­твия на­до знать обя­затель­но, — Юки­носи­та грус­тно и ус­та­ло хмык­ну­ла. — Впро­чем, в тво­ём слу­чае при­ветс­твие сле­ду­ет зас­чи­тывать за целый раз­го­вор.

— Ну да. Вот по­тому-то я и пред­по­читаю ни­кого не при­ветс­тво­вать.

— Хик­ки, те­бе так слож­но с кем-то пе­реб­ро­сить­ся па­рой слов?!

Ну а что тут по­дела­ешь, ес­ли ме­ня зо­вут «Хик­ки»* Общепринятое сокращение от «хикикомори», если кто забыл. Пра­виль­но ведь го­ворят, что имя оп­ре­деля­ет по­веде­ние. Кста­ти, а ведь я дей­стви­тель­но при­вык, что Ю­ига­хама зо­вёт ме­ня «Хик­ки»… Рань­ше я бы нап­рочь иг­но­риро­вал то­го, кто так ко мне об­ра­ща­ет­ся. Мо­жет, да­же пок­раснел бы, от­вернул­ся и начал бурчать что-нибудь протестующее… Ну да, как же. Я поп­росту с са­мого на­чала ка­питу­лиро­вал и поз­во­лил ей так се­бя на­зывать.

Зна­чит, мас­та – это «masking tape», клей­кая лен­та, да? Лад­но, за­пом­ню. Хо­тя по­нятия не имею, что это за лен­та и для че­го она нуж­на. Кста­ти, гос­по­жа Юки­носи­та, а вы неп­ло­хо раз­би­ра­етесь в мо­лодёж­ном слен­ге. Ка­кой сюр­приз.

Я по­косил­ся на Юки­носи­ту, и она улыб­ну­лась в от­вет, слов­но про­читав мои мыс­ли.

— «Masking tape» – это клей­кая лен­та, ко­торая по­нача­лу при­меня­лась ис­клю­читель­но для за­щиты по­вер­хнос­ти от крас­ки при ма­ляр­ных ра­ботах. Но сей­час её не­ред­ко ис­поль­зу­ют как ук­ра­шение.

— Ага! Так мно­го ми­лых лен­то­чек, нас­то­ящий мэй­нстрим! И для па­кети­ков, и для тет­ра­док.

Слу­шая Ю­ига­хаму, я сно­ва прис­мотрел­ся к па­кети­ку. И впрямь за­меча­тель­но выг­ля­дит. Зо­лотис­тая лен­точка и узо­ры в ви­де ма­лень­ких от­пе­чат­ков со­бачь­их ла­пок. От­личный ди­зайн.

Ю­ига­хама по­чему-то за­нер­вни­чала, её взгляд за­метал­ся из сто­роны в сто­рону.

— Прав­да, нас­чёт вку­са я не уве­рена… Но я очень ста­ралась.

Она ре­шитель­но ус­та­вилась на ме­ня. Её серь­ёз­ные глаза не ос­тавляли сом­не­ний, что она не шу­тит.

— По­нят­но… Я и не сом­не­ва­юсь, — без вся­кого сар­казма от­ве­тил я, пог­ла­живая па­кетик.

Не сом­не­ва­юсь, что она и впрямь ста­ралась изо всех сил. За вкус не по­ручусь, не про­бовал, но она яв­но сде­лала всё, что мог­ла, хо­тя сов­сем не уме­ет го­товить. Уве­рен, она всю ду­шу вло­жила в эти пе­чень­ки.

А зна­чит, мне сле­ду­ет выс­ка­зать­ся чес­тно, бе­зо вся­кого об­ма­на или при­ук­ра­шива­ния. Но Ю­ига­хама слов­но за­ранее зна­ла, что я хо­чу ей от­ве­тить.

— Прав­да? Хик­ки, ты же сам так го­ворил, да? Ти­па «пос­та­рай­ся изо всех сил, и это обя­затель­но оце­нят».

Она зас­ме­ялась и гор­до вски­нула па­лец, вы­пяти­в грудь.

— …За­пом­ни­ла?

Да­же уди­витель­но. Та­кой па­мяти не грех по­зави­довать. Ну да, го­ворил. И не врал, нап­ро­тив, выс­ка­зал­ся со­вер­шенно ис­крен­не. Прос­то я очень сму­ща­юсь, ког­да мне на­поми­на­ют мои же сло­ва. И, вспо­миная их, час­тень­ко желаю сго­реть на мес­те от сты­да.

Ока­залось, прав­да, что сму­ща­юсь не я один.

— Ну, это… Не то что­бы за­пом­ни­ла, ско­рее, прос­то не мог­ла за­быть… По­нима­ешь, по­нача­лу твои сло­ва ме­ня оше­ломи­ли, ну и…

Ю­ига­хама сму­щён­но хи­хик­ну­ла и по­ёжи­лась. Слу­шай, за­вязы­вай, а то и я за­нер­вни­чаю! В ре­зуль­та­те я то­же сму­щён­но хмык­нул. На­ши взгля­ды встре­тились, и Ю­ига­хама пос­пешно от­ве­ла гла­за.

— Ну, Хик­ки всег­да бол­та­ет что-то та­кое. Я уже при­вык­ла.

— Вер­но, он боль­шой лю­битель ко­сячить, — фыр­кну­ла Юки­носи­та.

— Угу, угу, — энер­гично за­кива­ла Ю­ига­хама.

Зна­ете, луч­ше бы вам дер­жать своё мне­ние при се­бе.

— Сда­ёт­ся мне, я тут не один та­кой, — бро­сил я не­доволь­ный взгляд на Юки­носи­ту. — А са­ма-то, гос­по­жа На­наме­сита* «Нанаме» – косой, искривлённый (яп) ?

— Что за при­митив­ная при­выч­ка ко­веркать фа­милии…

Она мрач­но по­коси­лась на ме­ня. Ю­ига­хама за­дум­чи­во на­мор­щи­ла лоб.

— И прав­да, та те­рапия жи­вот­ны­ми…

— Ну да, и это то­же. Да­же не бе­русь ска­зать, об­ма­ныва­ет она ожи­дания или все их пре­вос­хо­дит.

Я пос­крёб щё­ку, сог­ласно ки­вая нем­но­го сму­щён­ной Ю­ига­хаме. Тог­да на­ши от­но­шения бы­ли до­воль­но на­тяну­тыми, по­тому-то мы и не воз­ра­жали. Сей­час я бы точ­но не пре­минул спро­сить «Чёрт возь­ми, что она тво­рит?». На­вер­но, на­ши мыс­ли сов­па­ли, по­тому что Ю­ига­хама то­же кив­ну­ла в от­вет.

— Как бы ска­зать… Ду­маю, она прав­да очень ум­ная, но…

Упс, а вот и «но». Ког­да го­ворят «но», всё ска­зан­ное до не­го мож­но спо­кой­но от­бро­сить. На­вер­но, Ю­ига­хама име­ла в ви­ду что-то вро­де «она прос­то хо­тела по­иг­рать с ко­тиком».

Не го­ворить по­доб­ное вслух – это то­же про­яв­ле­ние доб­ро­ты. За­дай я пря­мой воп­рос, по­лучил бы в от­вет длин­ное и бур­ное оп­ро­вер­же­ние. И по­тому я заг­нал про­сящи­еся на­ружу сло­ва об­ратно в грудь.

А вот у Ю­ига­хамы скры­вать не по­луча­ет­ся. Пос­мотри­те на её грудь… ко­неч­но, та­кое не скро­ешь.

— Ну, Юки­носи­те по­рой ве­зёт.

Её по­пыт­ка сгла­дить си­ту­ацию нат­кну­лась на ле­дяной взгляд Юки­носи­ты.

— Не луч­ше ли ска­зать та­кое про се­бя?

— Не-не-не. Ког­да мы иг­ра­ли с той па­роч­кой, я ше­вели­ла моз­га­ми по пол­ной.

Эти сло­ва про­буди­ли во мне не са­мые ве­сёлые вос­по­мина­ния о дав­ней схват­ке в дай­фу­го с клу­бом иг­ро­ков.

— Прав­да? А мне ка­жет­ся, те­бе прос­то по­вез­ло.

— Д-да ка­кая раз­ни­ца? Ве­зение – это то­же та­лант! Это же был мой день рож­де­ния, ко­неч­но, мне дол­жно бы­ло по­вез­ти. Тог­да мно­го че­го хо­роше­го слу­чилось, я бы­ла прос­то счас­тли­ва.

Ю­ига­хама опус­ти­ла го­лову, её по­нача­лу гром­кий го­лос за­тих до шё­пота. А вот не на­до о том, что те­бя так сму­ща­ет. А то я вспо­минаю ис­то­рию с по­дар­ком, и мне хо­чет­ся сквозь зем­лю про­валить­ся. Моя го­лова то­же опус­ти­лась са­ма со­бой.

— Зна­чит, те­бе так вез­ло, по­тому что был твой день рож­де­ния… — вдруг про­бор­мо­тала про се­бя Юки­носи­та.

— Да ка­кая раз­ни­ца?! Глав­ное, что мы вы­иг­ра­ли.

Ю­ига­хама, ка­жет­ся, бы­ла чем-то не­доволь­на. Юки­носи­та в от­вет лишь кач­ну­ла го­ловой. Я не­воль­но ус­мехнул­ся, гля­дя на них.

Она пра­ва. Не­важ­но, как мы иг­ра­ли, важ­но, что вы­иг­ра­ли. Та­кой её оп­ти­мизм не раз вы­ручал ме­ня. Да и Юки­носи­ту то­же.

Юки­носи­та то­же это по­няла. Приг­ла­дила во­лосы и сог­ласно кив­ну­ла.

— Да… Глав­ное – по­беда.

— Опять за своё. Как же ты не­нави­дишь про­иг­ры­вать, — не­воль­но ус­мехнул­ся я.

— Су­дя по тво­им сло­вам, ты сам про­иг­ры­вать лю­бишь, — пе­реве­ла взгляд на ме­ня Юки­носи­та.

— Да нет… Я всег­да ста­ра­юсь вы­иг­рать.

Прав­да, так и есть. Но де­вуш­ки, ка­жет­ся, ме­ня не слу­шали.

— Ну да, как с тен­ни­сом и дзю­до… — вздох­ну­ла Ю­ига­хама, сог­ла­ша­ясь с Юки­носи­той.

— Что на­зыва­ет­ся, всё насмарку, — ме­лан­хо­лич­но по­дыто­жила та.

Ка­жет­ся, они ви­дят ме­ня в очень не­выгод­ном све­те. На­до бы это поп­ра­вить.

— Да причём тут насморк? Там другое было... Хотя по­яс­ни­ца пос­ле дзю­до бо­лела.

— Это прос­то фи­гура ре­чи, — разозлилась вдруг Юки­носи­та. — К вра­чу хо­дил? Боль в по­яс­ни­це мо­жет иметь да­леко иду­щие пос­ледс­твия.

— Ты так о нём за­ботишь­ся?! — удив­лённо вски­нулась Ю­ига­хама. — Я-я, кста­ти, то­же за не­го пе­режи­вала.

Спа­сибо вам, ко­неч­но, за ва­шу за­боту, но луч­ше бы вы её тог­да про­яви­ли, ког­да мне бы­ло боль­но… Впро­чем, раз уж они та­кие за­бот­ли­вые, не грех и по­яс­нить.

— Да хо­дил я к вра­чу. К ос­те­опа­ту, прав­да. За­то вы­бил се­бе ос­во­бож­де­ние от физ­куль­ту­ры.

— Что ты сде­лал?! — Ю­ига­хаме, ка­жет­ся, моё са­модо­воль­ство не пон­ра­вилось. — А я ещё за те­бя пе­режи­вала!

Уве­рен, тог­да ты за ме­ня ни фи­га не пе­режи­вала.

— Впро­чем, и та­кой ерун­дой за­нимать­ся ве­село, ког­да все вмес­те, — быс­тро до­бави­ла она, за­метив мой уко­риз­ненный взгляд.

— В са­мом де­ле?

Про ерун­ду не спо­рю, а вот нас­чёт «ве­село, ког­да все вмес­те» сом­не­ва­юсь.

— Ну да, с Юми­ко, Хи­ной, Ха­ято, Са­ем, Ко­мачи… — Ю­ига­хама гор­до вы­пяти­ла грудь. — Ве­село, ког­да все вмес­те. Как тог­да, на лет­них ка­нику­лах, — и за­дум­чи­во ус­та­вилась ку­да-то вдаль. Юки­носи­та сог­ласно кив­ну­ла.

— Лет­ний ла­герь, да? Не знаю, ве­село ли, но скуч­но там не бы­ло… А ты ни­кого не за­была?

Я мыс­ленно пе­рес­чи­тал всех, кто там был.

— Там ещё Хи­рацу­ка бы­ла… Впро­чем, она учи­тель, так что вряд ли сто­ит при­чис­лять её к этому на­шему «все вместе».

— …Но я ду­маю, ей то­же бы­ло ве­село.

Юки­носи­та нах­му­рилась. Не по­нимаю. Впро­чем, Хи­рацу­ке и прав­да тогда было ве­село… А, там же ещё То­бе был. Ну и чёрт с ним. Это же все­го лишь То­бе. Я те­бя пом­ню, и хва­тит, по­кой­ся с ми­ром. Нас­лу­шал­ся не­бось от Ха­ямы о мо­их стран­ностях. Хо­рошо бы, все кро­ме ме­ня об этом за­были.

Мно­го че­го бы­ло ле­том, что вре­залось в па­мять. И ос­та­лось горь­ким осад­ком в ду­ше. Я прос­то не мог про­иг­но­риро­вать Ру­ми Цу­руми, боль­но уж она мне кое-ко­го на­поми­нала. Пусть по­нятие «все» до­воль­но размытое, но желание быть как «все» дав­ило на нее вполне даже конкретно. Это дав­ле­ние ед­ва не сло­мило её, а мо­жет, мне прос­то хо­телось, что­бы его не бы­ло.

То, что получилось в итоге, вряд ли мож­но наз­вать хо­рошим.

Но она всё же про­тяну­ла ру­ку, да­же по­нимая, что всё фаль­шь. И я еще хранил в себе слабую надежду, будто мо­литв­у за неё. Хо­телось бы, что­бы это была одна из вещей, о которых помню толь­ко я.

Впро­чем, вос­по­мина­ния ос­та­ют­ся у всех, кто про­шёл че­рез что-то вмес­те. Быть мо­жет, ей то­же хо­чет­ся, что­бы пом­ни­ла толь­ко она.

— На фей­ер­верке то­же бы­ло ве­село, — ска­зала Ю­ига­хама, под­ни­мая го­лову к не­бу.

Я не­воль­но то­же пос­мотрел вверх. Нет, ни ги­гант­ских ог­ненных кру­гов, ни зо­лото­го дож­дя, лишь уголь­но чёр­ное ноч­ное не­бо.

— Фей­ер­верк, да?

— Ты пом­нишь? — нем­но­го драз­ня­щим то­ном спро­сила она.

— Ну да, — ответил я в привычной самоуничижительной манере, пожимая плечами. — Я же обыч­но во­об­ще ни­чем не за­нима­юсь, так что та­кие дни за­поми­на­ют­ся.

А про­ходя че­рез что-то вмес­те с кем-то, по­луча­ешь об­щие вос­по­мина­ния.

Раздался лёг­кий сме­шок, и снова воцарилось мол­ча­ние.

Юки­носи­та глу­боко вздох­ну­ла, слов­но ста­ра­ясь раз­ру­шить нас­ту­пив­шую ти­шину.

— Вос­по­мина­ния ос­та­лись лишь о па­ре из со­рока дней ка­никул…

— Ну, ка­нику­лы есть ка­нику­лы. И за­метить не ус­пе­ва­ешь, как они уже всё… За­то по­том за­бот хва­тало.

— Да, осенью дел бы­ло мно­го.

— Угу… А всё из-за пред­се­дате­ля ор­гко­мите­та…

Сто­ило мне вспом­нить ту пер­со­ну, как в го­лосе сра­зу про­реза­лась неп­ри­язнь. Ю­ига­хама расс­тро­ен­но при­куси­ла гу­бу.

— Хм-м… Я про­мол­чу.

Ох, Ю­ига­хама, слиш­ком уж ты доб­рая! Обыч­но в та­ких слу­ча­ях сра­зу приговаривают к выс­шей ме­ре! А вот Юки­носи­та, кста­ти, по­жала пле­чами. На­вер­но, у неё есть своё мне­ние. От­лично! Уж она-то из­бытком доб­ро­ты не стра­да­ет!

— Ви­нова­та не толь­ко Са­гами.

— О, ты её имя наз­ва­ла…

— Мог бы и сам наз­вать, раз уж за­гово­рил об этом.

Юки­носи­та при­ложи­ла ру­ку к вис­ку и хму­ро пос­мотре­ла на ме­ня. Я несколько раз кивнул, приз­на­вая свою ви­ну. Она про­чис­ти­ла гор­ло и про­дол­жи­ла.

— Мно­го тог­да при­чин бы­ло, по­чему всё так по­вер­ну­лось.

Слиш­ком абс­трак­тно и не­оп­ре­делён­но. Хо­тя как тут ещё ска­жешь? Мы всё рав­но по­няли,что она име­ет в ви­ду.

Без­думное про­тал­ки­вание сво­их ин­те­ресов, уп­рямс­тво, сва­лива­ние от­ветс­твен­ности на чу­жие пле­чи и так да­лее. Но про­ходя че­рез всё это, мы ма­ло-по­малу уз­на­вали друг дру­га. И мне ка­жет­ся, что мы по­лучи­ли кое-ка­кие но­вые от­ве­ты. Для каж­до­го свои, но в ито­ге, на­вер­но, один об­щий от­вет для всех.

— И всё-та­ки гра­фик был слиш­ком плот­ным.

Мы с Ю­ига­хамой друж­но кив­ну­ли.

— Ну да. А сра­зу пос­ле – школь­ная по­ез­дка.

— В ко­торой мы то­же ока­зались очень за­няты.

Я не стал уг­лублять­ся в те­му. А вот Юки­носи­та с Ю­ига­хамой – на­обо­рот.

— У нас да­же сво­бод­но­го вре­мени про­гулять­ся и пос­мотреть на дос­топри­меча­тель­нос­ти не бы­ло. Раз­ве что Ки­ёмид­зу, да? И там, где мно­го то­рий? Да­же мес­тных де­лика­тесов как сле­ду­ет не поп­ро­бова­ли… А, за­то в той ки­ноде­рев­не бы­ло здо­рово! И в до­ме с при­виде­ни­ями!

— Для ме­ня дом с при­виде­ни­ями был бы са­мым неп­ри­ят­ным мес­том, по­жалуй…

Юки­носи­та от­нюдь не раз­де­ляла вос­торгов Ю­ига­хамы. Ну да, мы в раз­ных клас­сах и по­тому хо­дили по от­дель­нос­ти, но лич­но я сом­не­ва­юсь, что Юки­носи­та пош­ла бы в дом с при­виде­ни­ями, да­же будь она с на­ми. Не лю­бит она та­кое. Да и я то­же, меж­ду про­чим.

— Ду­маю, са­мые ин­те­рес­ные мес­та мы всё-та­ки по­сети­ли. Рё­ан­дзи, Фу­сими Ина­ри, То­фуку, Ки­тано Тэм­ман и так да­лее… Да и в дру­гих мес­тах я то­же по­быва­ла. Что же до еды, в гос­ти­нице по­дава­ли то­фу и су­ки­яки с удо­ном. А ещё я схо­дила в ка­фе, в ко­торое всег­да хо­тела зай­ти.

Она выг­ля­дела очень до­воль­ной… Ага. Зна­чит, ка­фе, в ко­тором мы зав­тра­кали тем ут­ром – это твоя идея. Впро­чем, за­веде­ние стиль­ное, еда бы­ла вкус­ная, так что грех жа­ловать­ся…

— А ещё ра­мен… — до­бави­ла Юки­носи­та, слов­но вспом­нив что-то.

— Ра­мен? — оза­дачен­но кач­ну­ла го­ловой Ю­ига­хама.

Юки­носи­та за­мол­ча­ла, и я тут же под­хва­тил, уво­дя раз­го­вор в сто­рону.

— Да, в Ки­ото пол­но зна­мени­тых ра­мен­ных. Ки­таси­рака­ва и Итид­зёдзи, ска­жем, очень по­пуляр­ны. Будь у ме­ня боль­ше сво­бод­но­го вре­мени, обя­затель­но схо­дил бы… Не го­воря уже о Та­ка­яси, Тен­тенью…

— А? Че­го?

— Да ни­чего. Прос­то ра­мен­ные, ку­да мне хо­телось бы схо­дить. Не бе­ри в го­лову.

— Л-лад­но…

От­лично, от по­доз­ре­ний Ю­ига­хамы из­ба­вились, те­перь мож­но вер­нуть­ся к ис­ходной те­ме.

— Ну вот, а по­том опять хло­поты на­чались. Толь­ко с Са­гами ра­зоб­ра­лись, как тут же Иш­ши­ки за­яви­лась.

— Ха-ха… Те вы­боры школь­но­го со­вета – это и прав­да бы­ло неч­то, — грус­тно хо­хот­ну­ла Ю­ига­хама.

Юки­носи­та нем­но­го по­нури­лась, и я пос­пешно про­дол­жил.

— А как толь­ко за­кон­чи­лись вы­боры, на­чалась под­го­тов­ка к рож­дес­твенско­му ме­роп­ри­ятию. Со все­ми её КОН­ЦЕПЦИ­ЯМИ, ИН­НО­ВАЦИ­ЯМИ и про­чими МОЗ­ГО­ВЫМИ ШТУР­МА­МИ.

— Да уж, по­нять его бы­ло поч­ти не­воз­можно… — ядо­вито фыр­кну­ла Юки­носи­та. — Впро­чем, и то, что ты го­воришь, по­нять не лег­че.

Она бод­ро рас­пря­милась, и её тут же при­об­ня­ла Ю­ига­хама.

— За­то мы на ха­ляву в Дис­ней­ленд схо­дили! И слав­но по­весе­лились! И сколь­ко все­го с Пан-са­ном на­купи­ли!

— …По­жалуй, да. По­лучи­лось неп­ло­хо.

Ю­ига­хама зас­ме­ялась, гля­дя пря­мо на Юки­носи­ту. Та от­ве­ла взгляд. При­ят­но бы­ло ви­деть их та­кими.

Ну да, это и впрямь бы­ло неп­ло­хо.

На­вер­но, всё, что мы тог­да де­лали, име­ло смысл. Всё ли воз­можное мы сде­лали, что­бы по­мочь Иш­ши­ки? Мо­жет и нет. По­мог­ли ли мы в ито­ге Ру­ми Цу­руми? Не знаю. И по­нятия не имею, по­чему она так ска­зала.

Но по край­ней ме­ре всё это бы­ло не нап­расно.

На­вер­но, имен­но эта мысль по­мог­ла нам мир­но про­жить этот год. По­доз­ре­ваю, что и де­вуш­ки дер­жа­лись за это теп­ло. И по­тому Ю­ига­хама вспо­мина­ет про­шед­шее так спо­кой­но.

— Ка­жет­ся, слов­но весь год про­летел за од­но мгно­вение. Это по­тому, что столь­ко все­го слу­чилось?..

— Да и пос­ле Но­вого го­да сплош­ные за­боты… Осо­бен­но, ког­да Ко­мачи на­чала го­товить­ся к всту­питель­ным эк­за­менам.

Пос­ле на­чала но­вого три­мес­тра сно­ва пош­ли хло­поты из-за по­пол­зших по шко­ле слу­хов и все­го про­чего. По-нас­то­яще­му спо­кой­ны­ми ока­зались лишь нес­коль­ко дней но­вогод­них ка­никул. Собс­твен­но, толь­ко их я и мо­гу при­пом­нить. И не мо­гу при этом не вол­но­вать­ся, как Ко­мачи сдаст эк­за­мены.

На­вер­но, мои пе­режи­вания бы­ли на­писа­ны у ме­ня на ли­це, по­тому что Юки­носи­та ре­шила ме­ня под­бодрить.

— Бы­ло бы хо­рошо, ес­ли бы наш пер­вый в го­ду ви­зит в храм при­нёс ей уда­чу.

— А? Ну да. Да, я то­же на­де­юсь… — Нет, луч­ше до­бавить бод­рости. — Впро­чем, по­лагаю, вол­но­вать­ся тут не о чем.

— Ага, — кив­ну­ла Ю­ига­хама. — А как нас­чёт за­катить ей ве­черин­ку, ког­да всё за­кон­чится?

— Ко­неч­но. Да­вай­те ус­тро­им боль­шое праз­днество в честь её сда­чи эк­за­менов.

— …Угу.

— Да­вай­те!

Хоть я под­ра­зуме­вал, что Ко­мачи обя­затель­но всё сдаст ус­пешно, де­вуш­ки воз­ра­жать не ста­ли, лишь улыб­ну­лись. Я бла­годар­но улыб­нулся в от­вет.

Ю­ига­хама вдруг по­серь­ёз­не­ла.

— Но это бу­дет сов­сем ско­ро, да?

— Вер­но. Че­рез год уже у нас бу­дут всту­питель­ные эк­за­мены в кол­ледж. А сра­зу пос­ле…

Юки­носи­та опус­ти­ла взгляд. О чём она про­мол­ча­ла, бы­ло по­нят­но и без слов.

Сра­зу пос­ле эк­за­менов бу­дет вы­пус­кная це­ремо­ния.

— Год про­летел быс­тро…

Мои сло­ва уда­рили ме­ня са­мого силь­нее, чем я ожи­дал. Один год. Все­го лишь все те со­бытия, о ко­торых мы толь­ко что го­вори­ли. Ду­маю, де­вуш­ки то­же это по­няли.

— Это был са­мый быс­трый год за всю мою жизнь, — грус­тно вздох­ну­ла Юки­носи­та.

— И я так ду­маю! — под­хва­тила Ю­ига­хама. — Это… Зна­ешь, как го­ворят взрос­лые? Чем ты стар­ше, тем быс­трее бе­жит вре­мя.

— Ну да. Это всё по­тому, что мы пос­то­ян­но бы­ли за­няты… Прось­бы шли од­на за дру­гой, и всё по вине гос­по­жи Хи­рацу­ки.

— Го­воришь так, буд­то она ка­кой-то но­вогод­ний монстр, — грус­тно хмык­ну­ла Юки­носи­та. Мы с Ю­ига­хамой то­же улыб­ну­лись.

Так и есть, все случилось из-за тех слов, что она нам говорила. Каждое из них само по себе не имело большого значения. Но это были слова, которыми она, будто невзначай, куда-то нас подталкивала.

А те­перь всё идёт к кон­цу.

Я так и не на­шёл окон­ча­тель­но­го от­ве­та, есть лишь ту­ман­ные на­мёт­ки. Но я всё рав­но хо­чу из­ба­вить­ся от этой не­оп­ре­делён­ности. И пусть да­же я оши­бусь, пусть что-то по­теряю, но я ре­шил, что дол­жен най­ти свой от­вет. Наш от­вет.

Ес­ли мы и даль­ше бу­дем ду­мать о прош­лом, это­му не бу­дет кон­ца и края. О том, что бы­ло в прош­лом го­ду, я мо­гу го­ворить бес­ко­неч­но. О ра­дос­тном, о ве­селом и о том, что заставит смеяться.

Ес­ли что-то дол­жно быть ска­зано, оно бу­дет ска­зано. Не дол­жно – о нём следует про­мол­чать.

И даже звуком дыхания не выдать то, что дей­стви­тель­но просится на язык.

Ког­да столь тща­тель­но из­бе­га­ют ка­кой-то те­мы, будь то слу­чай­но или на­мерен­но — эта те­ма дей­стви­тель­но важ­на.

Ду­маю, мы все трое это по­нима­ем. По­тому и обор­вался раз­го­вор.

Мы вмес­те все­го лишь год. И за этот год у нас на­копи­лось не­мало сов­мес­тных вос­по­мина­ний. Пом­ним мы их, за­были или прос­то де­ла­ем вид, что за­были, уже не столь важ­но.

Раз­го­воры о прош­лом всег­да ког­да-ни­будь кон­ча­ют­ся. Ког­да прош­лое приб­ли­жа­ет­ся к нас­то­яще­му, их тема иссякает.

Зна­чит, при­ходит по­ра го­ворить о бу­дущем.

По­жалуй, мы все трое это понимаем. Но мол­чим.

Бу­дущее – это то, что нель­зя уви­деть, нель­зя поз­нать, нель­зя по­нять и че­го нель­зя из­бе­жать.

Мы не ви­дим его и не зна­ем, но сто­ит ему нас­ту­пить, как пу­ти на­зад уже нет.

В ти­шине пос­лы­шал­ся ше­лест шар­фа по кур­тке.

— Снег пе­рес­тал…

Ска­зала под­нявшая к не­бу го­лову Ю­ига­хама, не об­ра­ща­ясь ни к ко­му кон­крет­но.

Юки­носи­та ни­чего не от­ве­тила, лишь на ли­це её по­яви­лась улыб­ка, слов­но лун­ный свет, про­бившийся сквозь бесконечные мрачные тучи. И то­же под­ня­ла ли­цо к не­бу.

На­вер­но, они с Ю­ига­хамой вместе смот­ре­ли на лу­ну. Как и много раз до этого.

Вмес­те смот­реть на од­но и то­же, вмес­те про­водить вре­мя.

Но бо­юсь, от­вет, ко­торый мы ищем, у них не один и тот же. У каж­до­го из нас свой от­вет, и мы аб­со­лют­но уве­рены, что он не из­ме­нит­ся.

По­это­му, что­бы не про­из­но­сить его вслух, мы го­ворим о вся­ких пус­тя­ках. О по­годе, об очень слад­ком ко­фе или о ка­ких-то три­ви­аль­ных вос­по­мина­ни­ях.

— Я ро­дилась в день, ког­да шёл снег. По­тому и Юки­но… прав­да, очень прос­то? — за­гово­рила вдруг Юки­носи­та.

— …Но у те­бя очень кра­сивое и за­меча­тель­ное имя, — мяг­ко от­ве­тила Ю­ига­хама, гля­дя на её пол­ную са­мо­иро­нии улыб­ку.

Я кив­нул, хоть и по­нимал, что от ме­ня не ждут ка­кой-ли­бо под­дер­жки.

— …Да, хо­рошее имя.

Ю­ига­хама оза­дачен­но за­мор­га­ла, Юки­носи­та удив­лённо рас­пахну­ла гла­за. Что это за ре­ак­ция та­кая? Вы ме­ня сму­ща­ете.

Я от­вёл взгляд и от­хлеб­нул ко­фе, чтобы скрыть сму­щение.

Имя-то и прав­да хо­рошее, бы­ло бы стран­но это от­ри­цать. И от­лично под­хо­дит Юки­носи­те. Прек­расное и ми­молёт­ное, с лёг­ким от­тенком оди­ночес­тва. И, как ни стран­но, не вы­зыва­ет ас­со­ци­аций с холодом или морозом.

— Спа­сибо.

Юки­носи­та опус­ти­ла го­лову, плот­но сцепив ле­жащие на юб­ке ру­ки. Её глад­кие чёр­ные во­лосы зак­ры­ли ли­цо, слов­но за­навес­ка. Хо­тя ру­мянец всё рав­но под ни­ми прос­матри­вал­ся. Ю­ига­хама, ка­жет­ся, то­же его за­мети­ла, ее губы дрогнули, и она ти­хо рас­сме­ялась.

Ус­лы­шав смех, Юки­носи­та под­ня­ла го­лову и слег­ка каш­ля­нула.

— Его выбрала моя ма­ма. Хо­тя мне об этом рас­ска­зала сес­тра…

Го­лос, с са­мого на­чала зву­чав­ший нег­ромко, под ко­нец и вов­се за­тих в но­чи. Она под­ня­ла взгляд, сно­ва опус­ти­ла его и грус­тно ус­мехну­лась.

Мы с Ю­ига­хамой не зна­ли, что ска­зать.

Мо­жет, мне то­же что-ни­будь та­кое рас­ска­зать? Ти­па «Моё имя, Ха­чиман, ещё про­ще. Это Ко­мачи ро­дите­ли дол­го имя под­би­рали, а ме­ня наз­ва­ли сра­зу, не за­думы­ва­ясь». Или прос­то ляп­нуть что ни по­падя? Нет уж, пусть луч­ше Ю­ига­хама го­ворит. Она в та­ких де­лах по­луч­ше ме­ня раз­би­ра­ет­ся, вер­но?

Но Ю­ига­хама то­же хра­нила мол­ча­ние. Лишь вздох­ну­ла, как и я.

Ма­ма Юки­носи­ты, да ещё и Ха­руно…

Мы ма­ло что зна­ем про вза­имо­от­но­шения в их семье. Впро­чем, я и про семью Ю­ига­хамы ни­чего не знаю. Да­же не пред­став­ляю. Да и де­вуш­ки про мою семью вряд ли зна­ют боль­ше.

В том-то и проб­ле­ма.

Я не по­нимаю её, точ­нее, их обе­их. И по­тому не мо­гу най­ти нуж­ные сло­ва.

Не знай я во­об­ще ни­чего, это мог­ло бы пос­лу­жить оп­равда­ни­ем.

Ни­чего страш­но­го, ес­ли кто-то ляп­нет что-то стран­ное прос­то по нез­на­нию. Ник­то не бу­дет ждать боль­ше­го от нез­на­ком­ца или пе­режи­вать по та­кому по­воду. А ес­ли де­ло проб­лемное, мож­но во­об­ще отой­ти в сто­рону, прит­во­рив­шись пос­то­рон­ним. Тем бо­лее, что так оно и есть.

Но на­ше вза­имо­пони­мание дош­ло уже до та­кого уров­ня, что мы больше не можем не замечать. Не мо­жем притворяться, что не знаем. И будет полным бесстыдством притворяться, что не замечаем, в этот конкретный момент времени.

Бе­да в том, что я так и не смог оп­ре­делить­ся, что же у нас за ­от­но­шения. На пер­вый взгляд, я прос­то обменивался с де­вуш­ка­ми шутками, сог­ла­шал­ся с их точками зрения, бол­тал о том, что с нами случилось раньше, выс­ка­зывал не слиш­ком оп­ре­делён­ные пред­ло­жения. Как-то так. В об­щем, поль­зо­вал­ся стан­дар­тны­ми от­ве­тами.

Ка­залось бы, так мож­но про­дол­жать до бес­ко­неч­ности.

Но ведь имен­но по­тому мы здесь и ока­зались, что хо­тели по­кон­чить со всем этим прит­ворс­твом.

Я и сам не за­метил, нас­коль­ко силь­но мои пальцы стис­ну­ли бан­ку с ко­фе. Смять её так не сом­нёшь, но рука зад­ро­жала, раздался тихий плеск. Это нас­коль­ко же ти­хо мы си­дим, что различаем да­же та­кой сла­бый звук?

Мед­ленно под­няв бан­ку, я встрях­нул её, про­веряя, сколь­ко ос­та­лось ко­фе. И при­нял ре­шение. Когда допью, я за­гово­рю.

А ес­ли я что-то ре­шил, то дол­жен сде­лать. Так всег­да вы­ходит. Ме­ня ве­дут, тя­нут, под­талки­ва­ют, но в кон­це ре­шение дол­жен при­нять я сам. Та­кой уж у ме­ня ха­рак­тер. Тут не­чем хва­лить­ся и не­чем гор­дить­ся. Это прос­то при­выч­ка, она же — вто­рая на­тура. Если ты сам по себе, то и де­лать всё дол­жен сам. Это и зна­чит быть оди­ноч­кой. Мо­жете на­зывать ме­ня иг­ро­ком-уни­вер­са­лом. Хо­тя, чес­тно го­воря, это не зна­чит, что я мо­гу всё, нап­ро­тив, у ме­ня ма­ло что по­луча­ет­ся. Ес­ли хо­тите знать, в чём я дей­стви­тель­но мас­тер, так это в уме­нии убедить се­бя са­мого сдать­ся и отступить.

Но сей­час не тот мо­мент, что­бы се­бя в чем-то убеждать.

Время быть чес­тным с со­бой.

От­кро­вен­но го­воря, я всег­да из­бе­гал ду­мать о бу­дущем. Или убе­гал? Нет, не сов­сем, хо­тя и близ­ко. Всё-та­ки из­бе­гал. Уж точ­но не дра­пал.

Как же раз­дра­жа­ет.

Я снова не надеюсь найти ка­кой-то от­вет, вы­вод или ре­шение. Я прос­то на­деюсь, что всё как-то решится. И все эти слож­ные проб­ле­мы ис­чезнут са­ми со­бой.

Я бо­юсь, что сей­час мы все тро­е на­де­ем­ся, что всё са­мо со­бой рас­со­сёт­ся. Ко­неч­но, нес­коль­ко са­мо­уве­рен­но стро­ить по­доб­ные пред­по­ложе­ния, но чувс­твую, что я не­далёк от прав­ды. В кон­це кон­цов, вре­мя, что мы про­водим вмес­те, чем-то по­ходило на сон. Или топ­кое бо­лото. Хо­тя бы­ли в нем и взлё­ты, и па­дения.

Нет, ни­чего са­мо не рас­со­сёт­ся, это я уже по­нял.

Юи Ю­ига­хама уже от­кры­то за­дала воп­рос.

Юки­но Юки­носи­та уже го­товит­ся от­ве­тить на не­го.

А что же Ха­чиман Хи­кигая?

Прош­лый я лишь пос­ме­ял­ся бы над этой ду­рац­кой си­ту­аци­ей. Бу­дущий я не до­пус­тил бы та­кого от­ве­та, ко­торый и от­ве­том-то не наз­вать. А вот ны­неш­ний я не зна­ет, что де­лать, но чувс­тву­ет, что что-то тут оп­ре­делён­но неп­ра­виль­но.

А раз так, на­до при­ложить все си­лы, что­бы ис­пра­вить эту неп­ра­виль­ность. Я дол­жен за­гово­рить.

Я одним глотком допил остатки уже остывшего кофе и заговорил.

— …Юки­носи­та, могу я услышать это? То, что ты хо­чешь ска­зать.

Сам не знаю, что пы­тал­ся этим ска­зать. Я совершенно не обозначил, что же я, собственно, хотел услышать.

Но для них это­го дол­жно быть дос­та­точ­но. В мо­их сло­вах нет ни на­чала, ни кон­ца, ни да­же оп­ре­делён­ной се­реди­ны. Но всё же они поз­во­ля­ют что-то на­чать. По край­ней ме­ре, это пред­ло­жение да­ёт по­нять, что ну­жен раз­го­вор и что на­до как-то прод­ви­гать зас­то­порив­ши­еся от­но­шения.

Ю­ига­хама вздох­ну­ла и пос­мотре­ла на ме­ня, слов­но оце­нивая мою ре­шимость.

Но Юки­носи­та по-преж­не­му си­дела со­вер­шенно не­под­вижно, опус­тив го­лову.

— …Ты прав­да хо­чешь ус­лы­шать?

Ти­хо спро­сила она, не­уве­рен­но взгля­нув на нас с Ю­ига­хамой.

Вопрос Юкиноситы. Или же это был не вопрос? Возможно, она вовсе не ко мне обращалась? Пы­та­ясь ра­зоб­рать­ся, я каш­ля­нул и пос­мотрел на неё. Юки­носи­та, выг­ля­дящая сей­час нес­коль­ко обес­по­ко­ен­ной, опус­ти­ла гла­за и мол­ча­ла.

На­вер­но, как и я, ищет нуж­ные сло­ва.

Слов­но ста­ра­ясь по­мочь, Ю­ига­хама прид­ви­нулась поб­ли­же и при­кос­ну­лась к ру­ке Юки­носи­ты.

— Я всег­да чувс­тво­вала… что это правильно — продолжать ждать. Ты уже мно­гое ска­зала нам, пусть по чуть-чуть.

Она по­ложи­ла го­лову на пле­чо Юки­носи­ты и зак­ры­ла гла­за. Ин­те­рес­но, ка­кого они цве­та под эти­ми опу­щен­ны­ми рес­ни­цами? Не знаю. Но зас­тывшее те­ло Юки­носи­ты пос­те­пен­но на­чало рас­слаб­лять­ся, слов­но лёд таял. То ли от­то­го, что Ю­ига­хама ве­ла се­бя как ще­нок, который просит ласки, то ли из-за ощу­щения её теп­ла. Ле­жащие на юб­ке ру­ки, сжа­тые в ку­лаки, то­же рас­сла­бились. Юки­носи­та по­тяну­лась и взя­ла Ю­ига­хаму за ру­ку — двумя ладонями, слов­но стараясь ощу­тить её теп­ло.

И мед­ленно за­гово­рила.

— Ю­ига­хама, ты спра­шива­ла ме­ня, че­го я хо­чу, да?.. Но я до сих пор не сов­сем по­нимаю.

В её го­лосе бы­ло что-то оба­ятель­ное, как у ма­лень­ко­го ре­бён­ка. На­вер­но, вы­раже­ние мо­его ли­ца сей­час то­же бы­ло как у ма­лень­ко­го ре­бён­ка. По­теряв­ше­гося на ули­це.

Ю­ига­хама расс­тро­ен­но опус­ти­ла гла­за. Юки­носи­та за­мети­ла это и мяг­ко улыб­ну­лась, слов­но ста­ра­ясь уте­шить или под­бодрить её.

— Но зна­ешь, в своё вре­мя у ме­ня то­же бы­ло то, чем я хо­чу… чем я хо­тела за­нимать­ся.

— …То, чем ты хо­тела за­нимать­ся? — удив­лённо пе­рес­про­сила Ю­ига­хама.

— Ра­бота от­ца, — с гор­достью кив­ну­ла Юки­носи­та.

— А… Но это же…

Ну да, при­поми­наю. Как-то до­велось слы­шать, что отец Юки­носи­ты – член пре­фек­турно­го соб­ра­ния, в прош­лом гла­ва стро­итель­ной ком­па­нии. Ха­руно что-то подобное рас­ска­зывала. По­ка я пытался вспомнить подробности, Юки­носи­та сно­ва за­гово­рила.

— Да. Но раз существует моя сестра… Это было не моим решением. Всё всег­да ре­шала моя ма­ма.

Её го­лос нем­но­го по­холо­дел. Юки­носи­та ус­тре­мила взгляд вдаль, слов­но ста­ра­ясь что-то там рас­смот­реть. Мы мол­ча гля­дели на неё.

Го­ворят, что ког­да кто-то что-то вспо­мина­ет, он смот­рит вдаль. Юки­носи­та пе­реве­ла взгляд на не­бо, я пос­ле­довал её при­меру.

Ка­жет­ся, я зря беспокоился о по­годе. Об­ла­ка, из ко­торых ва­лил снег, ухо­дили. Быть мо­жет, мы да­же уви­дим звёз­ды.

Звёз­ды так да­леко, что свет от них идёт де­сят­ки лет. Ви­дя звез­ду, мы по­нятия не име­ем, су­щес­тву­ет ли она сей­час. И по­тому они ка­жут­ся ещё прек­раснее. То, ч­то не­дос­ти­жимо, или то, что вот-вот ис­чезнет, кажется самым прекрасным на свете.

И по­тому я не мо­гу про­тянуть ру­ки. Ведь сто­ит мне кос­нуть­ся его, оно поблекн­ет и рас­сыплет­ся. Я знаю, та­ким, как я, удер­жать это не суж­де­но.

На­вер­ня­ка это по­нима­ет и Юки­носи­та, го­воря­щая о сво­их же­лани­ях в про­шед­шем вре­мени. И вни­матель­но слу­ша­ющая её Ю­ига­хама.

— Ма­ма са­ма всё ре­шила с са­мого на­чала. Она дер­жа­ла сес­тру на ко­рот­ком по­вод­ке, а мне да­ла пол­ную сво­боду. Я по­тому и тя­нулась за сес­трой, что не зна­ла, как поступать самой…

В её нег­ромком го­лосе про­реза­лись нот­ки нос­таль­гии и со­жале­ния. А во взгля­де чувс­тво­вались оди­ночес­тво и пе­чаль.

— …И до сих пор не знаю… Сес­тра пра­ва, всё так, как она го­ворит.

Она опус­ти­ла взгляд, слов­но прис­таль­но изу­чая нос­ки сво­их кра­сивых бо­тинок.

Мы да­же не зна­ли, что тут ска­зать.

Юки­носи­та уло­вила нас­ту­пив­шее не­лов­кое мол­ча­ние, под­ня­ла го­лову и улыб­ну­лась.

— Я впер­вые ко­му-то про это рас­ска­зала.

Её улыб­ка прос­то оча­рова­ла ме­ня. С моих пересохших губ сорвался невольный вздох..

— Так ты ни­кому об этом не го­вори­ла?

— Ро­дите­лям вро­де бы на­мека­ла…

Она за­дума­лась. На­вер­ное, это случилось дав­но. Юки­носи­та, по видимому, попы­талась припомнить детали разговора, но в ито­ге лишь по­кача­ла го­ловой.

— По­жалуй, они прос­то ни­ког­да не вос­при­нима­ли ме­ня всерь­ёз. И ска­зали, что­бы я ни о чём та­ком не вол­но­валась… На­вер­но, они уже тог­да ре­шили, что се­мей­ное де­ло унас­ле­ду­ет сес­тра.

— А с Ха­руно ты об этом го­вори­ла? — спро­сила Ю­ига­хама.

— …По­жалуй, нет.

Грус­тно хмык­ну­ла Юки­носи­та, за­дум­чи­во взяв­шись за под­бо­родок.

— Ну да, у неё же та­кой ха­рак­тер…

— Это вер­но…

Для Юки­носи­ты и её дру­га детс­тва Ха­ямы Ха­руно не тот человек, с которым хотелось бы поговорить о бу­дущем, люб­ви, меч­тах или на­деж­дах. Вот будь на их мес­те кто-то пос­то­рон­ний, тог­да, быть мо­жет, Ха­руно на­дела бы мас­ку ис­крен­ности и выс­ка­зала бы что-ни­будь впол­не со­от­ветс­тву­ющее ны­неш­ней куль­тур­ной нор­ме. Она мог­ла бы не толь­ко дать со­вет, но и поз­во­лила бы со­бесед­ни­ку сог­ла­сить­ся с ней и сумела бы сделать так, что он почувствовал бы, как ему при этом повезло. Ей это раз плю­нуть.

Но вот к бо­лее близ­ким лю­дям у неё сов­сем дру­гое от­но­шение. Ма­ло то­го, что она бу­дет выс­ме­ивать и драз­нить те­бя. Она ещё дол­го бу­дет вос­при­нимать те­бя как удобную мишень для издевок, хотя проб­ле­ма дав­но уже ре­шена. Об этом в своё вре­мя рас­ска­зывал Ха­ято Ха­яма.

На­вер­ное, и ему, и Юки­носи­те до­велось прой­ти че­рез это. Имен­но по­тому она ни­ког­да не со­вето­валась с Ха­руно.

Впро­чем, я бы то­же не захо­тел об­суждать свои пла­ны в се­мей­ном кру­гу. Уж не знаю, ве­зение это или что-то противоположное, но до сих пор мне не до­води­лось стал­ки­вать­ся с проб­ле­мами, ко­торые я был бы не в си­лах ре­шить са­мос­то­ятель­но.

Имен­но по­тому, ког­да я слы­шу о се­мей­ных проб­ле­мах, мне не ка­жет­ся, что я мо­гу в них ра­зоб­рать­ся. Вот ес­ли бы я вы­рос в семье биз­несме­нов, на­вер­но, я бы мог по­сочувс­тво­вать Юки­носи­те. Но увы, моя семья – обыч­ные слу­жащие, так что этот раз­го­вор нес­коль­ко вы­ходит за рам­ки мо­ей ком­пе­тен­ции.

На­вер­но, то же ка­са­ет­ся и Ю­ига­хамы. Су­дя по то­му, как она опус­ти­ла го­лову, она то­же не слиш­ком хо­рошо всё по­нима­ет.

Но Юки­носи­та не об­ра­тила вни­мания на на­шу ре­ак­цию.

— Ду­маю, я всё же дол­жна бы­ла с ней по­гово­рить. Да­же ес­ли мо­им же­лани­ям не суж­де­но сбыть­ся… На­вер­но, я прос­то бо­ялась по­лучить от­вет, ко­торый пос­та­вил бы окон­ча­тель­ную точ­ку. И по­тому его не ис­ка­ла.

В её го­лосе сно­ва про­реза­лась нос­таль­гия. Или со­жале­ние о бы­лом. Но из­ме­нить бы­лое уже не­воз­можно.

Тем не менее, сейчас она твёр­до смот­ре­ла впе­рёд.

А пря­мо пе­ред ней бы­ли мы с Ю­ига­хамой.

— Вот по­чему я дол­жна на­чать ис­кать от­вет сей­час… Я хочу принять решение по собственной воле. Не из-за чьих то слов, но потому, что я захочу всё обдумать как следует, захочу понять… захочу сдаться.

Её дыхание было легким, а на ли­це иг­ра­ла спо­кой­ная улыб­ка.

Да, все тем же спокойным голосом Юки­носи­та ска­зала это. Что хо­чет сдать­ся.

На­вер­но, в глу­бине ду­ши она уже уве­рена в этом. Но она не получила тому никакого подтверждения, потому думала об этом снова и снова.

По­ка не от­кро­ешь ко­роб­ку, не уз­на­ешь, что там. До мо­мен­та наб­лю­дения ре­зуль­тат не оп­ре­делён. Всё так, но ес­ли наб­лю­датель за­ранее уверился в том, что увидит и принял это, то наб­лю­дать уже смыс­ла нет.

Ни­чего от это­го не из­ме­нит­ся.

— У ме­ня толь­ко од­на прось­ба… Я хо­чу поп­ро­сить вас быть ря­дом со мной до кон­ца. Это бы мне очень помогло.

Юки­носи­та сжима­ла ру­ками свой шарф, ее глаза были зак­рыты. Вряд ли ей бы­ло хо­лод­но, ско­рее она прос­то поп­равля­ла его. И с за­пин­ка­ми, но очень бережно про­из­не­сла каж­дое сло­во, слов­но да­вая клят­ву пе­ред ли­цом бо­га.

— Это и есть… твой от­вет?

Ю­ига­хама за­дала воп­рос, не гля­дя на Юки­носи­ту, опус­тив гла­за. А та по-преж­не­му смот­ре­ла пря­мо на Ю­ига­хаму.

— По­жалуй, но он мо­жет быть и не­вер­ным…

Юки­носи­та на­тяну­то улыб­ну­лась и мяг­ко сжа­ла ру­ку Ю­ига­хамы. Та под­ня­ла го­лову.

— Тог­да…

На се­реди­не фра­зы их взгля­ды встре­тились, и Ю­ига­хама слов­но за­была, что хо­тела ска­зать.

Я то­же по­терял дар ре­чи. И ка­жет­ся, да­же за­был ды­шать.

Улыб­ка Юки­носи­ты бы­ла прек­расна.

Её длин­ные, глад­кие чёр­ные во­лосы мяг­ко стру­ились, под­чёрки­вая бе­лиз­ну изящ­но­го ли­ца. А её крис­таль­но чис­тые гла­за меня просто пленили.

В их взгля­де не бы­ло ни страха, ни ко­леба­ний. И ни ма­лей­ших приз­на­ков лжи в проз­рачной си­неве, ко­торая, казалось, затягивала в себя.

— Но я… я всё ещё хо­чу до­казать всем, что на что-то спо­соб­на. Ду­маю, это единс­твен­ный для меня спо­соб что-то по-настоящему на­чать.

Не толь­ко в сло­вах, но и в плот­но сжа­тых ру­ках, твердом взгля­де, прямой спине не чувс­тво­валось ни кап­ли сом­не­ния.

— По-настоящему… на­чать… — ти­хо и взвол­но­ван­но про­бор­мо­тала Ю­ига­хама. Юки­носи­та кив­ну­ла.

— Да. Мне на­до по­ехать к ро­дите­лям и всё с ни­ми об­су­дить.

— …Так вот ка­ков твой от­вет.

Я не за­давал воп­рос. Я прос­то пробор­мо­тал это про се­бя, ни к ко­му не об­ра­ща­ясь. Но Юки­носи­та рас­слы­шала. По­ложи­ла ру­ки на ко­лени и нег­ромко за­гово­рила.

— Я не сда­валась, сколь­ко бы вре­мени ни прош­ло… Вот по­чему я ду­маю, что это мои нас­то­ящие чувс­тва… Ду­маю, ошиб­ки быть не мо­жет.

И ис­ко­са пос­мотре­ла на ме­ня.

От­части я мо­гу её по­нять. И от­части при­нять ска­зан­ное ей.

Ес­ли что-то не ме­ня­ет­ся, сколь­ко бы ни прош­ло вре­мени, не тус­кне­ет, бу­дучи заб­ро­шен­ным, я не про­тив наз­вать это нас­то­ящим. Это не те лож­ные чувс­тва, что сами собой отпадают со временем.

Ес­ли что-то не ис­че­за­ет, ког­да ты от­во­рачи­ва­ешь­ся, от­во­дишь гла­за, де­ла­ешь вид, что не ви­дишь или поза­был, не бу­дет ошиб­кой наз­вать это нас­то­ящим.

Ес­ли она хо­чет имен­но это­го, мне не­чего ска­зать.

Есть толь­ко од­но, что ме­ня за­ботит.

Юки­носи­та дол­жна дей­ство­вать са­ма. И са­ма при­нимать ре­шения.

Она не дол­жна под­да­вать­ся чу­жим на­мере­ни­ям, ожи­дани­ям, дав­ле­нию, си­ту­ации или нас­тро­ению. Да­же ес­ли она что-то раз­ру­шит, это не по­вод жер­тво­вать своей честью и дос­то­инс­твом.

Я хо­чу услы­шать не то, что она скажет в ответ на чью-то прось­бу, а то, что на самом деле хранится в её сер­дце.

— По­чему бы и нет? Поп­ро­буй.

Кив­нул я, от­ве­чая на её взгляд, ко­торый, казалось, чуть утратил уверенность. Юки­носи­та с об­легче­ни­ем по­ложи­ла ру­ку на грудь.

— Хо­рошо, так и сде­лаю… Ду­маю, это то­же сой­дёт за от­вет.

Мол­ча смот­ревшая на неё Ю­ига­хама от­ве­ла взгляд и ут­кну­лась им в зем­лю.

Юки­носи­та, слов­но уве­рив­шись в чём-то, мед­ленно кивнула несколько раз.

— Спа­сибо.

Она про­шеп­та­ла это, когда после очередного кивка застыла с опущенной головой. И по­тому я не мог раз­гля­деть вы­раже­ния её ли­ца. Бо­юсь, я так ни­ког­да и не уз­наю, ка­ким оно бы­ло. Да и да­же ес­ли бы уви­дел, на­вер­ня­ка сра­зу же за­был бы. По­тому что ког­да Юки­носи­та под­ня­ла ли­цо, оно бы­ло необыкновенно яс­ным.

Не да­вая нам с Ю­ига­хамой ска­зать ещё что-то, она быс­тро под­ня­лась со ска­мей­ки.

— По­ра ид­ти. А то сов­сем хо­лод­но ста­новит­ся.

И за­шага­ла впе­рёд. На­вер­ное, нап­равлялась к вы­ходу из пар­ка и далее — в свою квар­ти­ру.

А по­том ог­ля­нулась на нас, по-преж­не­му сто­ящих на мес­те.

Её раз­ве­ва­ющи­еся во­лосы, тре­пещу­щая на вет­ру юб­ка, по­качи­ва­ющий­ся шарф, вся её фи­гура выг­ля­дели нас­толь­ко прек­расны­ми, что я сначала не ре­шил­ся по­дой­ти к ней.

Но я ведь уже по­обе­щал ей, что бу­ду ря­дом.

И по­тому я то­же шаг­нул впе­рёд.

На­де­юсь, её сло­ва содержали настоящее, пусть да­же в кон­це кон­цов я по­жалею об этом.