Том 6-A    
Глава 13. Утренние голоса


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии

Глава 13. Утренние голоса

Под тёмным утренним небом высилась гора.

Солнце ещё не взошло, поэтому зелёное покрывало на ней выглядело тёмным и непроглядным.

Через те хвойные тени пролегала железная дорога, и по ней стучал поезд.

Ночной поезд из Токио.

Внутри бело-красных вагонов, пересекающих гору в западном направлении, виднелось несколько людей.

Койки располагались довольно высоко, и стены разделяли их на отсеки для четырёх.

На входе в коридор не было дверей, и каждая отдельная полка имела занавеску для сохранения личного пространства.

Часы на стене у спальных мест указывали на раннее утро.

На пустой койке друг рядом с другом сидели два человека.

Одним из них был Саяма в костюме и с Баку на голове, а вторым — Синдзё в рубашке.

На их коленях стояли опустевшие коробочки с едой, купленные на станции, а в руках они держали документы.

— Мы встали довольно рано, но пробудем в горах ещё больше часа, пока доедем до Изумо. Даже после просмотра всего этого у нас останется время.

— Мы можем прочесть гораздо больше, чем раньше, но сомневаюсь, что это займёт много времени.

— Ага, — согласилась Синдзё, не отрывая глаз от бумаг в руках.

На сумке слева от неё лежало письмо Синдзё Юкио, найденное в Библиотеке Кинугасы.

Саяма справа читал свои бумаги.

Но он быстро к ней повернулся.

— Ты устала, Синдзё-кун? Ты вчера допоздна писала свой роман на лэптопе и терялась в раздумьях, читая эти документы. Мы только поели, так что можешь спокойно идти спать. …С тобой ничего не случится.

— Если бы не последняя часть, я бы, может, расслабилась и заснула.

— Синдзё-кун, ты думаешь, я с тобой что-то сделаю?

— Кто из двоих я сейчас, по-твоему?

— П-почему ты приходишь к такому необычайному выводу, Синдзё-кун? Какая чудесная неожиданность!

— Нет бы отклонить решение, вместо того, чтобы говорить, какое оно необычайное?!

Закричав, Синдзё посмотрела в коридор и увидела пассажира в пижаме, бросающего на них тревожный взгляд.

Ой, — подумала она, зардевшись. Девушка спрятала своё раскрасневшееся лицо за бумагами, подхватила свои вещи, двинулась мимо Саямы к окну и скрылась за занавеской.

— Ну правда, тут ходят люди.

— Да, но почему ты предполагаешь, что я что-то с тобой сделаю?

— Ты не сделаешь ничего странного?

— Не сделаю.

— ...

— Отчего такое молчание?

— Ну… — сказала Синдзё, озадаченно наклонив голову.

Она слишком недоверчива? Слишком осторожна? Но, если начистоту, девушка сомневалась, что сможет воспротивиться, если он что-то сделает, хотя и толком не знала почему.

— Если я усну, сидя здесь, что ты сделаешь?

— Я внушу тебе наклониться в мою сторону.

— А если взамен я наклонюсь к окну?

— Моё внушение сильнее.

— Понятия не имею, как работают твои мозги, но ладно. Что, если я прислонюсь к тебе? Так и проведёшь время дальше?

— Да, — кивнул он и провёл рукой по документам, выравнивая их. — Беспокоиться не о чем. Далее всё в руках моей внутренней стойкости.

— Беспокоиться есть о чём! Это по Саямовски — чтобы ответ и объяснение не вязались между собой?

— Успокойся, Синдзё-кун. Будет неправильно ничего не делать с тобой, прислонённой ко мне.

— Ты не сдерживаешь своё безумие, правда? Но...

Она смутилась и тихо произнесла из-за бумаг.

— В последнее время… с тех пор, как оба тела начали работать, ты ничего не делал.

Продолжая, Синдзё чувствовала, как жар достигает ушей.

— Я не делаю этого сама, знаешь?

— Сочту за честь. Но...

Саяма скрестил руки на груди.

— Я могу зайти дальше простой проверки. Я могу дойти до конца. Ты уверена, что хочешь делать это по-старому? К примеру, ты бы хотела сделать это здесь?

Она неспешно поразмыслила и покачала головой.

— Именно, — он кивнул. — Нам следует выбрать более подходящее место и время. К примеру, в особенно памятный день и там, откуда твоё совершенство достигнет всего мира.

— То есть что-то вроде рассвета на Новый Год, прыгая с Токийского здания правительства без верёвки? Сам такое и делай.

— Ха-ха-ха. Ты серьёзно думаешь, что здания правительства, построенного на деньги налогоплательщиков, будет достаточно? Я просто шучу, Синдзё-кун.

— Я в толк не возьму, о чём ты говоришь! И что ты там себе вообразил?!

И всё же, – подумала Синдзё.

...Вот как.

Дело не в том, что он отвернулся или устал от неё.

Девушка говорила себе, что это не так, но обрадовалась услышать от него.

Саяма ждал исполнения ряда условий.

...Вот как.

Чтобы остудить разум, Синдзё пролистала документы. Она просмотрела бόльшую часть прошлой ночью и перебрасывалась идеями с Саямой, лежащим на верхней койке.

...Мы многое узнали.

Те документы были не только из библиотеки. Там и собранные во Втором Справочном Помещении, пересланные по факсу Касимой в Курасики летом, и ещё те, что прошлой ночью прислала Сибил.

Они по-прежнему могли прочесть не всё, но гораздо больше, чем раньше.

Некоторые включали в себя обобщённые сведения о деятельности UCAT в пустом периоде.

Читая их в хронологическом порядке, Синдзё узнала, что первый контакт с Топ-Гиром произошёл в 1948-м.

С помощью информации, оставленной Кинугасой Тэнкё, дед Саямы и некоторые жители 10-го Гира направили туда врата. Поначалу посредником выступал представитель 10-го, но позже деды Изумо и Саямы вели переговоры напрямую.

Большинство Департамента Национальной Безопасности и старого UCAT было не в курсе этих событий.

Но в семидесятых, когда умер дед Изумо, информацию рассекретили для всего японского UCAT, и они тайно начали планировать тактику и стратегию против Топ-Гира.

...Битву с Топ-Гиром назначили на 1999-й.

Благодаря объяснению Хаджи, они знали, что дед Саямы заключил пакт о ненападении.

А среди списка людей, вступивших в японский UCAT в апреле 82-го, нашлось три знакомых имени: Саяма Асаги, Тода Юме и Синдзё Юкио.

По окончанию тренировок Саяма Асаги и Синдзё Юкио присоединились к отделу разработок, а Тода Юме к отделу общих вопросов.

Однако...

...Синдзё Юкио присоединилась к отделу разработок UCAT Изумо?

Почему только она переехала в другое место?

Документы также раскрыли, где они проходили тренировки.

— Район Осакской горы Икома.

Согласно Саяме, в той местности находился Бабель.

Из отчёта об исследовании интерьера Бабеля, найденного в Кабинете, они смогли прочесть только название, но его составили во время тех тренировок.

...Однако только отец Саямы и моя мама смогли попасть внутрь.

Что это означало?

Прежде туда мог зайти только профессор Кинугаса, так почему смогли они?

И...

Синдзё задала себе безмолвный вопрос. Считалось, что её мать почти закончила теорию создания концептов, но это произошло только благодаря увиденному в Бабеле, в котором предположительно концепты конструировались?

Но если в этом всё дело...

...Почему под UCAT находится неоконченная установка для создания концептов?

Кто пытался их создать и почему?

— Так много вопросов и так мало ответов. Никогда бы не подумала, что мама работала в UCAT Изумо.

— Но это полезные сведения. Мы уже на пути туда для Пути Левиафана с 8-м Гиром, но можем найти и информацию о твоей матери. ...Убьём двух зайцев одним выстрелом.

— Надеюсь… А что нашёл ты?

Саяма протянул документы о брошенном проекте Георгиуса.

Она недоумённо на них посмотрела, и он показал ей текст.

— Похоже, Георгиус позволяет использовать концептуальное поле противника как собственное.

— Ты хочешь сказать...

— Чем сильнее противник — тем выше мощность. Он словно зеркало. И, судя по всему, изначально он звался не Георгиус. ...Мой отец назвал его так, увидев Документ Кинугасы.

Парень прочитал набросок событий в отчёте.

— “Апрель 1983: Начало исследования и разработки.

Март 1984: Из-за несовершенного производства прототип отказывается работать.

Апрель 1986: Библиотека Кинугасы и Кабинет открывают существование Документа Кинугасы.

Сентябрь 1986: Руководитель Саяма читает документ Кинугасы в резиденции Кинугасы Тэнкё и отказывается от проекта».

Когда он закончил говорить, поезд покачнулся, начав спуск с горы.

Преодолев гору и проехав ещё около часа, они достигнут региона Изумо. Там в штаб-квартире ИАИ их будет поджидать Мияко.

...Прошлой ночью много чего случилось.

Зарубежные UCAT дожидались в Японии действий Отряда Левиафана.

Синдзё была благодарна, потому что это помогло ситуации устаканиться.

И Мияко непременно попросит, чтобы они вернули Концептуальное Ядро 3-го Гира.

...Это наша работа, и так мы заслужим их благодарность.

Она кивнула, но повернула внимание обратно к документам в руке Саямы.

Из всего прочитанного они могли вывести одно.

— Твой отец пытался создать Георгиус, но забросил затею, а моя мама почти закончила теорию создания концептов в UCAT Изумо.

— Но твоя мать отправилась в Топ-Гир, а мой отец остался в Лоу-Гире.

Синдзё расслышала в его словах слабую боль, но у неё возник вопрос.

...В каких отношениях была моя мама и его отец?

Девушка хотела спросить, были ли они друзьями, но внутренне покачала головой.

Саяма здесь и она здесь, потому что...

...Они оба нашли для себя кого-то важного.

Мама желала ей счастья, так что Синдзё хотела верить, что она здесь благодаря этому.

И, скорее всего, Саяма чувствовал то же.

Поезд немного покачнулся, и тряска сняла напряжение с плеч.

...Каким человеком был мой отец?

Хаджи сказал, что он — Синдзё из Топ-Гира. Как противоположность Синдзё Юкио, его звали так же, пускай и в другом написании.

Она была уверена, что узнает и о нём.

Выяснив всё это, им придётся столкнуться с Топ-Гиром.

Саяма, похоже, нашёл какое-то «крайнее средство» и наверняка скажет ей, что это, во время поездки.

Так что всё образуется, — сказала она себе со вздохом, сортируя бумаги.

В её разуме сгрудилось множество разных мыслей, и девушка уже поела, так что хотела расслабиться.

Чтобы прислониться к Саяме, она немного приподняла бёдра, перетаскивая зад к нему.

— М?

Саяма, видимо, думал о том же, потому что возбуждённо откинул бумаги и сместился в сторону. И резко двинулся под неё.

— Эм...

За шторами Синдзё оказалась на коленях Саямы. К тому же...

— Саяма-кун? Ты чего задираешь мне рубашку?

— Саяма Микото не любит, когда его спрашивают о причинах.

— Не время для самоанализа! Просто уймись! С-стой! Эй!

— Подумай хорошенько, Синдзё-кун. Для начала, мы не можем здесь дойти до конца, верно?

— Раздумья приведут тебя совсем не к этому, но на ч-что нацелился ты? Скажу прямо — мы не можем делать это здесь.

Он дважды кивнул, но тотчас напустил бодрую улыбку.

— Дойти до конца будет плохой затеей… но всегда можно остановиться на полпути.

— Н-нет, нельзя! Это будет преступлением!

Синдзё попыталась поддержать свой протест, вставая, но действие стащило с неё нижнее белье.

Девушка ахнула от прямого прикосновения рубашки к ягодицам и села обратно на колени.

Она суетливо потянула ткань вниз, чтобы спрятать оголённую плоть между ног и замотала головой.

— Д-давай успокоимся, ладно? Мы сейчас в поезде, я паникую, и… гляди, снаружи утро.

— Почему ты так разволновалась, Синдзё-кун? И раннее зимнее утро всё ещё считается за ночь.

Его рука двинулась от её рубашки и прикоснулась к бёдрам, заставив девушку подпрыгнуть.

— А, подожди. Даже если не до конца, нам нельзя делать это здесь.

— Ха-ха-ха. Мы в поезде на ходу, так что уже оставили «здесь», Синдзё-кун.

— Ах, — вскрикнула она, когда его ладонь проскользнула между её рук внутрь под рубашку.

Она воспротивилась, потянув вниз, но уровень силы сверху и снизу единственного слоя ткани оказался слишком велик.

— А...

Его прикосновение заставило её вскочить и схватить занавеску, задёрнутую перед собой.

— ..А.

Синдзё повернулась к нему, словно сжимая тело.

Она глубоко вздохнула и посмотрела ему в глаза.

— Почему?

На её запрос причины Саяма кивнул.

— Ты не спала прошлой ночью, не так ли? Мы разговаривали всё время, но по правде… тебе хотелось, чтобы я спустился и присоединился к тебе, так?

Он был абсолютно прав, поэтому она услышала, как сердце ёкнуло, и принялась искать оправдание.

— Э-эм, ну, а...

— Я такой же трус. Я гадал, не придёшь ли ты ко мне.

Синдзё отреагировала на его признание двумя способами.

Она покраснела и потупила взгляд.

...Ах.

Куда уж ей оправдываться. Её сердце клокотало, а тело покрылось потом.

— ...

Она нерешительно подняла взгляд и обнаружила, что он встречает её расслабленной версией своего невозмутимого лица.

— Не переживай, Синдзё-кун. Я лишь проверю твоё тело как обычно. Хотя с прошлого раза и прошло полтора месяца.

— Правда? Я могу положиться на тебя? Но… кто-то может пройти мимо.

— Не волнуйся. Когда в первый раз заработало тело Сецу-куна, мы открыли окно для частичного экзгиби… гха.

Кулак со слегка выставленным средним пальцем мог нанести урон даже без особой силы рук.

Синдзё вздохнула, наблюдая, как Саяма схватился за лицо под носом.

...Я слишком добрая. Казами-сан ударила бы его ещё пяток раз.

Она переживала, чтобы никто не заметил, но всё равно расслабилась.

Девушка протяжно вздохнула, осознала, что отговорки тут бесполезны, и уселась назад на колени Саямы.

— Не делай ничего странного, ладно? Только как обычно, хорошо?

Синдзё осмотрелась по сторонам, но из коридора не слышалось шагов.

А ещё призадумалась, далеко ли ещё до Изумо.

— Что ж, эм, Саяма-кун?

Она немного опустила голову и ощутила, как уши заливает жар.

— Помни, что я сказала. Я хочу, чтобы ты проверил моё тело.

— В самом деле?

— Да, — сказала она снова. — И не только сейчас. Я всегда хотела… Без этого я ощущала ненужный страх.

— Страх?

— Да. Я знаю, звучит странно, но знаешь что? — спросила она, чтобы непременно убедиться, что он слушает. — Я боялась, что тебе больше неинтересно меня видеть, когда моё тело нормально работает.

— Синдзё-кун, — Саяма кивнул. — Ты выдаешь так много ложных допущений, что мне придётся изрядно всё обобщить, но я пытаюсь быть чрезвычайно чувствительным к твоим потребностям, когда твой разум и тело согласовываются между собой, и пока ты не сможешь делать всё, как положено, я буду смотреть, слушать, прикасаться и делать всё остальное, что выходит за рамки найденного в образовательной программе, поэтому...

— Саяма-кун, Саяма-кун. Ты совсем не обобщаешь. Получается какой-то дикий поток сознания.

— Проще говоря, я готов, когда и ты.

— Если ты готов… тогда и я.

Что я такое говорю? Я слишком податлива, – подумала она, не в состоянии посмотреть ему в глаза.

— Даже если всё работает нормально, я всё равно хочу, чтобы ты проверил моё тело как всегда.

Продолжив, Синдзё сказала свои истинные мысли.

— И тебе не нужно практическое оправдание для того, чтобы заниматься со мной этим. Я хочу, чтобы ты видел меня как того, с кем ты просто хочешь это делать, потому, ну...

Она подыскивала подходящие слова и замялась, но он ничего не сказал, чтобы ей помочь.

Через несколько вздохов девушка собралась с мыслями, задав вопрос.

— Ты больше не хочешь проверять моё тело теперь, когда отпала необходимость?

— Дело не в этом.

Саяма оттолкнул её мысли как обычно, и она подняла взгляд на его успокаивающие слова.

Синдзё увидела на его лице серьёзное выражение, когда он кивнул и прикоснулся к ней.

— А.

Она отдёрнулась, но он подтянул её к себе сзади.

— Тогда это день, когда я возобновил осмотр твоего тела. ...Нужно сделать его национальным праздником.

Лучше не стоит, — подумала она с горькой улыбкой, после чего он коснулся её снова, и сорвался ещё один тихий вздох.

— Но Саяма-кун? Я… Я… Я теперь могу это делать.

— Тогда нам нужно наверстать время, упущенное прошлой ночью. И поезд продолжит путь, после того, как мы закончим, так что потом можешь поспать. Когда проснёшься, мы будем в Изумо.

— Точно.

Синдзё расслабилась и откинулась спиной на его грудь. Затем опустила ресницы.

— Можно кое-что попросить?

— Что же? Нужны комментарии в стиле скачек? …Итак, №1 Синдзё покинула ворота! Синдзё покинула ворота! №5 Возбуждение её догоняет, а №3 Стыд не может угнаться!

— Дай ему догнать, а затем уймись!

После раздражённого вздоха, Синдзё вверила себя ему.

— Эм? — начала она, — Если возможно, когда я засну, ты бы не мог лечь возле меня, обхватив руками за плечи? Если ты так сделаешь, то пробуждение будет по-настоящему утренним. Чуточку страшные ночи, которые я переживала, останутся позади, и прибудет утро нашей следующей остановки.

Она знала, что многого просит, но всё равно улыбнулась и спросила.

— Пускай ненадолго, но ты сможешь?

Под солнечным светом утра проснулось растительное существо 4-го Гира.

Хотя в его случае «пробуждение» означало начало функционирования сенсорных органов на конце его нынешнего тела.

Растительное создание на самом деле не спало. В процессе купания в тёплом свете нагрузка активировала его метаболизм, но накладывалась на его жизненные функции даже во сне.

Количество поглощённой энергии значительно отличалось, но существа 4-го Гира всегда бодрствовали.

Здесь же свет достиг его органов чувств, которые переключились из пассивного в активное состояние.

Оно не увидело неба, потому что находилось в помещении. В практически тёмной комнате, но...

— Окно.

Прозрачная площадь, соединяющая комнату с внешним миром, и ткань, покрывающая его, подсвечивалась тёмно-синим.

Растительное существо знало, что тёмно-синий достигал этого мира перед рассветом солнца.

Создание не двигалось.

Для мира шло очень холодное время, что было непростым состоянием для существа, поглощающего тепло. Оно являлось частью целого, посланного Мукити, и создано на основе данных, взятых из тел, которые жили на тёмной стороне кольцевой земли 4-го Гира, но этот мир в такую пору всё равно очень холодный.

Прошлой ночью Хио перед сном подняла температуру в комнате.

— Я установлю кондиционер на тридцать два градуса. И включу электрический коврик.

Сказав это, она также закрыла все раздвижные двери в комнате и включила машину, испускающую пар.

— Обогреватель?

Его позаимствовали у личности под названием «домоправитель», и он по-прежнему работал.

Машина поддерживала в комнате относительное тепло. Холоднее, чем в подземном пространстве, где жило основное тело существа, но не настолько, чтобы оно отцвело.

А ещё Хио заготовила прошлой ночью воду.

— Таз для мытья.

Растительное существо стояло внутри. Большой цветастый резервуар наполняла вода.

Она была холодной, но создание понимало, что Хио заготовила его с хорошими намерениями. Для существа, поглощающего тепло, это просто сырость, замедляющая его метаболизм, но...

— Натуральная вода.

Хио наполнила его чем-то особенным, и вкус был очень хорошим.

Существо прибыло, чтобы вести переговоры, поэтому сосредоточилось на её доброте и не переживало о недочётах. Оно также решило запомнить всё это на то время, когда соединится с остальным собой.

После чего растительное создание терпеливо ожидало восхода солнца.

Время для него пролетало незаметно. Его воспоминания скопились со времен, которые и не знаешь, как выразить, но они ничего не делали ещё с той поры.

Существо не думало об этом в контексте «ожидания». Оно просто продолжало наблюдать, пока время шло.

Наконец окно побелело, и снаружи комнаты донеслись звуки.

— Птицы. Ветер… Моторы?

Между каждым словом прошло несколько минут, и оно знало, что эти звуки означают.

Люди в этом мире начинают шевелиться.

— Мукити сказал, движение людей порождает шум.

Растительное существо знало, что дело не в этом. Когда двигался Саяма, он создавал немало шума, и порой его останавливала Синдзё. Из спины Казами вырастали крылья света, а её конечности нередко посылали кого-то в полёт, что вызывало много шума. Изумо также издавал неплохой шум, когда ударялся о стену.

Они все создавали вариацию шумов, но создание по-прежнему не знало их достаточно хорошо.

— Я не знаю Лоу-Гир.

У него был вопрос.

В недавней битве Мукити и растительное существо услышало о создании их мира.

Само по себе для них это не имело значения, потому что они решили пойти с Саямой.

Однако существовала проблема.

Сказали, что Лоу-Гир солгал.

— Можем ли мы доверять Лоу-Гиру?

4-й Гир не делился на личности, поэтому для них было сложно понять, что они собой представляли.

Для 4-го Гира надёжное существование не имеет различного мнения между личностями.

Оно имело единое объединённое мнение. Таково существование, заслуживающее доверия, подобно им.

4-й Гир рассматривал мысли Саямы и Синдзё как почти идентичные, пускай они и считали себя противоположностями.

Девушка и парень — представители Лоу-Гира, поэтому 4-й Гир сделал вывод, что весь Гир такой же.

Тем не менее, кто-то заявил, что Лоу-Гир солгал.

Мукити 4-го Гира и растительные существа задумались об этом.

Если Лоу-Гир солгал, получается, что Саяма и Синдзё тоже лжецы. В таком случае их обещание с 4-м Гиром следовать за Саямой — тоже ложь?

Поэтому они решили исследовать, чтобы увидеть, наделён ли Лоу-Гир единым объединённым сознанием.

Придя к этой мысли, они спросили личность по имени Ооширо, и он завертелся, давая им разрешение. Прошлым утром личность по имени Диана поместила это растительное существо в коробку.

Оно вошло в состояние, известное как «в ожидании доставки».

Существо планировало отправиться к Микаге или к Хио, потому что встречалось с ними ранее, но, судя по всему, Микаге была ранена.

По счастливой случайности Хио отсылали что-то ещё, поэтому его послали ночью в то же время.

И теперь оно в пространстве под названием «комната» дожидается восхода солнца.

Создание слышало, как снаружи доносится шум. Звуки людей Лоу-Гира.

Если Лоу-Гир не лгал, тогда Хио тоже издаст шум, как часть их общих действий.

— Хио?

Оно повернуло свои органы чувств к девушке, и та зашевелилась.

Посреди комнаты она спала на полотне под названием «футон».

Существо проверило мысли, которые его достигали, и обнаружило, что её разум спит, но тело почти активно.

— Ах...

Она откинула одеяло футона.

Девушка сняла полотно под названием «одежда», которую носила.

Поверхность её тела покраснела от жара. Оно было где-то на восьмую часть теплее остальной комнаты.

Растительное существо ощущало, как от поверхности её тела исходит слабый пар. Он звался пот, и Ооширо часто производил его, когда общался с №8.

Хио согнулась на футоне, потея.

— Жарко.

Она перевернулась, заёрзала на футоне и пропитала его потом.

Девушка раскинула конечности, выставляя поверхность тела на воздух и испуская избыточное тепло. Растительное существо 4-го Гира начало гадать, действительно ли создания Лоу-Гира так отличаются от них.

— Ооширо не снимает одежду, даже когда потеет.

Оно сообразило, что это из-за присутствия №8, но причина казалась недостаточной для жертвования таким прекрасным выпуском тепла.

И Хио поступала не так, как Ооширо.

— Хио умная.

— М-м.

В комнату уже проступал мягкий солнечный свет. Он просачивался сквозь ткань, закрывающую отверстие наружу. Он подсветил Хио, отчего на её коже заблестел пот.

Она снова промычала и обняла одеяло футона.

Она скрутила его в стволоподобную трубку, прижала к животу, обхватила бёдрами и мягко укусила.

— Харакава...

Харакава из её спящего разума находился не здесь.

Слушать чужие мысли было просто, но растительное существо чувствовало, что правила отличаются, когда человек спит.

— Я спрошу.

Оно покинуло таз для мытья и расплескало воду на газету, расстеленную под ним.

— Татами.

Мокрые лапы создания шагали к футону и обнаружили покрасневшую спину Хио.

Его органы чувств ощутили тяжёлое дыхание Хио и осознали, что выпуск тепла нестабильный.

— Устала? Устала?

Создание наклонило голову и ощутило голод, поэтому решило покончить с двумя проблемами за раз. Оно приподняло пятнадцатисантиметровое тело, пропитанное холодной водой.

— Хио, проснись.

Существо медленно поместило мокрое тело на голую спину Хио.

С влажным звуком от места прикосновения растительное создание выпустило воздух.

— Хья! — вскрикнула Хио, вскочив с футона.