Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
Kos85mos
15.06.2015 08:32
Спасибо!
Sf молоток!
Anon
02.04.2015 05:49
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 94.45.79.235:
Огромное спасибо за скорость.
pendragon
01.04.2015 04:46
Огромное спасибо за перевод и редакт!! ж
Anon
31.03.2015 17:50
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 78.85.72.241:
Спасибо!
pendragon
22.03.2015 21:54
Спасибо за перевод!
Anon
22.03.2015 20:03
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 78.85.72.16:
'''Спасибо!!!'''
Irren
22.03.2015 10:30
Спасибо.)
Anon
21.03.2015 03:26
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 109.200.158.212:
вопрос а горизонт на границе пустоты потом будете переводить?
Anon
14.03.2015 19:51
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 176.103.237.51:
Спасибо за перевод.
Temi4
04.03.2015 10:47
УООО!!! Спасибище огромное!!! осталось чуть-чуть:)

Глава 9. Приближение намерения

Казами противостояла режущей силе.

Она периодически уклонялась от невидимой мощи, рассекающей сверху вниз.

Девушка стояла на прямой дороге, освещаемой вечерним солнцем, приблизительно в семи метрах от своего противника.

Однако…

— Без оружия реально напрягает!

Если она позовёт G-Sp2 вне Концептуального Пространства — его увидят люди. С ней оставался Изумо, тогда как Роджер был один.

…Но без оружия мы не сможем нанести решающий удар тому, кто использует концепт.

По искажению воздуха и дрейфующему песку режущая сила Роджера выглядела для неё как ветер.

Атака всегда следовала после щелчка его пальцев, и не уступала по скорости удару меча. Тем не менее, порез колебался по воздуху подобно хлысту и мог рассечь метал и асфальт.

Чтобы блокировать атаку, у Казами не было ни щита, ни оружия.

Изумо бросился налево, и Роджер щёлкнул пальцами для атаки, вызвав ветер и запустив контратаку против парня.

Его рывок был отчаянным, но Казами ощущала его намерения. В этот же миг левая сторона Роджера открылась, поэтому его действия призывали к атаке.

И девушка поступила именно так.

Ей придётся подгадать время, но она не может медлить. Ей лучше всего давались быстрые всплески силы, но Изумо не такой. Если она замешкается, то вместо отвлечения на себя внимания получит удар от вражеской атаки.

Поэтому…

Как только Роджер поднял правые пальцы и начал их сгибать, Казами устремилась вперёд.

Всё началось со звучного зарывания её баскетбольных кроссовок в землю. Когда для ускорения она налила силой колени, её обувь утонула в песке до дна.

Толчок от земли запустил её тело вперёд, и она продолжила действие, помчавшись дальше.

— !..

Казами бежала.

Ей следовало преодолеть семь метров, и она вошла в крючкообразную траекторию направо. Такой путь держал её как можно дальше от правой стороны Роджера, при этом сокращая расстояние.

Пока она бежала, Роджер щёлкнул пальцами в направлении Изумо.

Казами увидела, как слева над её головой прямо к Изумо метнулось колебание ветра.

Это нисходящая атака.

Девушка едва его не окликнула, но ему бы не хотелось, чтобы она так расходовала дыхание.

Вместо этого Казами беззвучно попросила его уклониться, и увидела, как он крайне резко вывернулся.

Изумо нарочно споткнулся и упал налево от неё и направо от Роджера.

Он швырнул себя на асфальт, чтобы не мешать ей и ещё больше растянуть прицел Роджера между ними двумя.

— !..

Казами продолжила бег. Справа от себя она приметила дорожный знак и поле, на котором летом росла кукуруза. Его отделял от дороги каменный бордюр высотою около десяти сантиметров.

Там же стоял и Роджер..

Теперь он был прямо перед ней, поэтому она вмиг выпрямилась. Если её тело во время атаки будет растянуто, это вызовет лишь небольшой урон. Чтобы швырнуть в удар весь свой вес, ей необходимо выровняться и затем снова присесть для атаки.

Прерывисто дыша, Казами поднялась и стиснула левый кулак.

Её правая стопа оттолкнулась от земли позади, и она рванулась с левым плечом впереди.

К тому времени, как её левая стопа достигла земли, девушка уже повернула левую руку и запястье по часовой стрелке. Чтобы запустить от локтя левый кулак, она двинулась вперёд и слегка вверх.

— Сейя!!

Но удар не достал, потому что Роджер уже отпрыгнул.

…А он быстрый.

Она слегка удивилась, но не более того.

…Пожалуй, раз он помощник инспектора национального UCAT.

Если предположить, что он на уровне немецкого инспектора Дианы или инспектора 1-го Гира Брюнхильд, вполне очевидно, что она не сможет победить его так просто.

Казами не сопротивлялась фронтальному движению левой руки. Словно позволяя кулаку себя потянуть, она повернула плечи и тело по часовой стрелке, что развернуло её в определённую стойку.

…Теперь, я смогу продолжить ударом ноги с разворота!

И она так и поступила.

Девушка быстро подняла правую ногу и позволила ей развернуться. Тем временем, поднимаясь с асфальта, Изумо выдал:

— Белые!

…Ой, да заткнись.

Она сменила эту мысль на ускорение и нацелилась взмахом правой пятки на челюсть Роджера.

Однако мужчина снова увернулся.

Он выгнулся назад, уклонившись от её удара лишь на волосок.

— Кх.

Не успела она опустить правую ногу, Роджер отступил на шаг, пригибаясь.

— Левая рука?!

Казами не сдержала крика, когда увидела подъём руки в её направлении.

Не успела она спросить, может ли он использовать и левую руку, как мужчина ответил щелчком пальца.

Девушка увидела ветер, но не могла его избежать, потому что не опустила ещё полностью правую ногу.

— !..

В тот же миг Казами выполнила иное действие. Она оттолкнулась от земли левой ногой, чтобы сместить себя вправо.

Добавленный наклон привёл её правую ногу к земле гораздо быстрее. Нет, она приземлилась на каменный бордюр, отделяющий поле от дороги.

Казами оттолкнулась от него правой ногой, словно рикошетом, и снова подскочила. Она взмахнула левым коленом, воспользовалась этим импульсом для запуска тела вперёд и скопила силу в животе, чтобы поднять нижнюю часть тела в воздухе.

— …

Она перепрыгнула через ветер, который Роджер в неё запустил.

Но затем он щёлкнул пальцами поднятой правой руки.

Он выжидал для этой атаки, и она не могла ничего поделать в прыжке. Казами лишь оставалось её принять.

Однако девушка заметила надежду.

Надеждой, расположенной между ней и Роджером, оказался знак рядом с полем.

Чтобы избежать второй атаки Роджера она оттолкнулась от знака посреди прыжка.

— Всё закончится здесь!!

Казами направила пяту к его голове сверху, и мужчина больше не мог её перехватить, потому что уже опустил обе руки.

Но, несмотря на это, он щёлкнул пальцами правой руки, опущенной вниз.

...Что?!

Ответ на её вопрос был ясен.

Его правая рука указывала налево от неё.

Иными словами, в сторону Изумо.

— ?!..

Она ошарашено остановилась и из её ушей тут же пропали все звуки.

Падение её ноги утратило угол, и Роджер сумел уйти с дороги, но её даже не волновало своё приземление.

Она торопливо распрямилась, оглянулась и увидела определённый цвет.

Это был красный цвет крови.

— Каку?!

Изумо отбросило режущей атакой, так как сидел, прислонившись спиной к дорожному ограждению. Парень поддерживал левый бок, где краснота покрывала площадь шириною около десяти сантиметров.

Красный заметно растекался по его рубашке.

— Каку!

Казами подбежала к нему и услышала позади голос.

— Полагаю, можно на этом закончить.

Она обернулась к голосу Роджера, и ничего там не увидела.

…Проклятье.

У неё промелькнула мысль о «следующем разе, когда я его увижу», но её воображение ограничилось на этом.

Краснота перёд её глазами и окружающий ветер значили для неё сейчас всё.

— Каку.

Казами присела на одно колено рядом с Изумо.

Девушка тяжело дышала, но решила, что это из-за сражения. Она положила руку ему на плечо и выровняла его верхнюю часть тела, упирая на ограждение.

— Здоров, Чисато.

— Сейчас не время вести себя так беспечно!

Он немного улыбнулся, но не выдавал привычных для неё сквернословий или отговорок. Это улыбка вызвала у неё дрожь.

— Каку, я позвоню в скорую, ладно? Ладно?

— Что такое, Чисато? Ты выглядишь так, будто сейчас заплачешь.

Она собиралась обозвать его дураком, но осознала, что сейчас не время, затем к ней пришла другая мысль.

…Я не могу сейчас сказать даже такую мелочь.

Казами наконец осознала, как далеко она от спокойствия.

С её горла вырвался слабый возглас, и её зрение затуманилось.

Неожиданно для самой себя, она обнаружила, что дрожит.

Девушка видела цвет, пролитый на землю у своих ног. Асфальт и песок пропитался краснотой Изумо.

…Нет.

Казами покачала головой и попыталась вытащить телефон. Она попыталась засунуть руку в карман юбки, но по какой-то причине не смогла его найти.

— Почему?

Девушка опустила взгляд и осознала почему. Её рука заметно дрожала. Дела настолько плохи, что она не в состоянии дотянутся до кармана.

Казами вздрогнула.

— Каку…

Её голос дрожал. Она хотела что-то сделать, понимала, что должна что-то сделать, и сквозь её разум начала растекаться мысль, которую она не желала озвучивать.

Вполне возможно, что в этом случае она бессильна.

Казами наконец-то сумела засунуть руку в карман.

— !..

Девушка достала телефон и нажала на кнопку, чтобы дозвониться до ближайшей пожарной станции.

Но не получив ответа, она нахмурилась и воззрилась на телефон.

— Связи нет.

Её рука ослабела, и чёрный телефон выпал на асфальт, где в итоге раскололся пополам.

— К-каку, мне нужен твой телеф…

У него не было. Они проверили это, когда покинули общежитие.

…Он сказал, что он ему не нужен, раз я взяла свой.

Это произошло утром, когда они обсудили это, и как они вполне могут использовать общий кошелёк.

— …

Хоть это и бессмысленно, Казами приготовилась сказать «нет», но неожиданно ощутила, как её достигла сила. Сила на её плечах потянула её вперёд.

Не успела она ничего сказать, как Изумо её обнял.

— Каку.

Казами окликнула его, но он ничего не сказал. Вместо этого…

— Мм…

Девушка последовала его примеру и сомкнула свои губы с его.

Ощутив мягкую влагу, она подумала, по-прежнему содрогаясь:

…Он, должно быть, тоже переживает.

— Каку, э-эм? Ты хочешь… что-нибудь сделать?

Он медленно обнял её поближе.

Не успела она разинуть рот, как он взвалил свой вес на неё и рухнул вперёд.

Что я делаю? Сейчас совсем не время, — подумала она.

Однако…

…Это всё, что я могу сделать.

Казами его обняла и попыталась не обращать внимания на мутную, но тёплую влагу, которую чувствовала в правой руке. Изумо дрожал от боли, но ей эгоистично казалось, что это ничего, пока он в сознании.

Они поцеловались снова, и его рука прикоснулась к её правой груди.

Девушка на мгновение засомневалась, но в итоге её приняла.

Если Казами не примет сейчас это из-за того, что кто-то может увидеть или что случится потом, она знала, что пожалеет.

Но затем ей показалось, что что-то не так.

— ?..

Она переплеталась языками с Изумо и большая ладонь зашла за её расстёгнутую блузку, но…

— ?..

Что-то шло невпопад. Это было холодное ощущение, которое не вязалось с остротой ситуации.

Но…

Ощущение было слишком странным. Подобное чувство никогда не должно возникать в такой чрезвычайной ситуации.

— Каку.

Казами решила, что её следующие слова проведут черту.

— Это наш последний раз, поэтому делай, что пожелаешь.

Затем он обнял её правой рукой. Его левая рука расстегнула нижние пуговицы блузки и двинулась от живота к левому боку и до спины. Там, она прогладила между её лопатками.

Казами чуть не взвизгнула, но ощутила, что необычное ощущение достигло своего пика, и произнесла до того, как смогла разобраться в деталях.

— Это неправильно!! — воскликнула она.

Казами неожиданно оттолкнула Изумо прочь, но разница в весе послала её назад и прокатила по асфальту.

Он лежал на земле, глядя на неё с участливым лицом.

— Чисато.

— Это неправильно.

Она обхватила руками своё дрожащее тело, но эта дрожь шла не от ранения Изумо.

— Всё что я здесь вижу и чувствую странно.

— Почему ты…

— Замолчи! Ты не Каку!

На своём крике Казами собралась с силами, сделала вдох, выдохнула и осмотрелась.

Взирая на окрестности, она услышала голос Изумо.

— Я в самом деле я, знаешь?

— Нет, — ответила она, кое-что приметив.

— Почему? С чего ты взяла, что я это не я?

— Это, например.

Она указала на что-то перед собой.

— Это твой мотоцикл, уничтоженный ранее. Его рассекло на две части. Но знаешь что? Я ничего не смыслю во внутреннем устройстве мотоциклов.

Казами встала к нему спиной и подобрала поршень из двигателя мотоцикла.

— Гляди на эту деталь. Я иногда вижу её в рекламе моторного масла, — она осмотрела целый поршень. — Двигатель перерубило пополам, так почему она сохранилась? Или ты собираешься мне сказать, что эта целая деталь выпала, потому что не была ни к чему прикреплена?

Она повернулась к Изумо, и он глянул на неё с расслабленной улыбкой.

— Я действительно не я, Чисато?

— Прости, но я просто не верю, что это так.

— Я бы не прочь услышать немного больше доказательств.

— Хорошо. Правой рукой ты всегда сначала дотрагиваешься до моей левой груди. Хотя когда я делаю это сама, то начинаю с правой. …Но только что ты начал справа. И знаешь что ещё?

Она выдала горькую улыбку.

— Я по-прежнему тебе не рассказала, что спина — моё самое слабое место. Немного жутковато, когда ты делаешь всё как раз, как я хочу, — сказала она. — Спасибо, мой идеальный Каку, но ты просто слишком скучен, как и этот мир. Поэтому…

Казами подняла правый кулак и запустила его себе в лицо.

Девушка ощутила головокружение и хватанула ртом воздуха.

В следующее мгновение мир словно свернулся у неё перед глазами. Так же, как когда Баку Саямы показывал ей прошлое, всё померкло, и она ощутила себя так, будто падает.

— …

Улыбка Изумо дрогнула и исчезла, и она проснулась.

— !..

Казами пришла в себя.

…Где я?

Она находилась на дороге. Той же дороге между большим полем и железнодорожными путями. Она сидела на заднем сиденье припаркованного мотоцикла и прямо перед ней виднелась спина Изумо.

…Всё так же, как и при встрече с Роджером.

Единственным отличием было отсутствие мужчины.

— Солнце заходит.

Похоже, прошло немало времени.

Только не это, — подумала Казами, услышав звук своего телефона.

Девушка неуверенно вытащила его из кармана и обнаружила, что он целый. Она с облегчением вздохнула и поднесла его к уху.

— Алло? Это Казами.

— Ах, Чисато-сама! Вы в порядке?!

— О, Сибил. Ну да, пожалуй, мы в норме. Что-нибудь случилось?

— …

— Сибил?

Обычный ответ «тэстамент» не прозвучал.

Казами удивлённо наклонила голову на полученное молчание, но затем до её уха донесся крик:

— Что значит «что-нибудь случилось»?!!

...Ого.

— С-слушайте, Чисато-сама. Около часа назад от вашего мобильного телефона засекли могущественные показания философского камня!

Ну да. Я забыла, что это его вызвало, — подумала она, но промолчала.

Перед тем как продолжить, Сибил перевела дух.

— Я подумала, должно быть что-то случилось, и попыталась с Вами связаться, но не смогла дозвониться! Я названивала Вам каждую минуту будто сталкер, но Вы совсем не отвечали! Поэтому я… я… я так запаниковала, что начала взламывать российский бункер для хранения ракет!

Она реально запаниковала, — подумала Казами.

Но затем вспомнила себя всего минуту назад.

…Полагаю, не мне говорить.

— В общем, Сибил, постарайся успокоиться.

— Чисато-самааа!

Она услышала плач и предположила, что все эмоции Сибил переключились на облегчение.

Казами выдала отрадную горькую улыбку и осмотрелась по сторонам.

…Но что это было за могущественное показание философского камня?

Вокруг были лишь поле и железнодорожные пути, а Роджер прибыл после.

— Здесь нет ничего похожего на философский камень.

Затем она заметила оставленный на песке внизу след от колёс мотоцикла. Песок оказался не грязью или пылью с поля и имел слегка бело-голубой оттенок.

…Это сделано из порошка философского камня, не так ли?

— Сибил, я поняла, в чём дело. Похоже, нас реально атаковали. Американский инспектор у вас?!

— Нет, но он в скором времени должен прибыть с Ёкоты.

— Будьте начеку!

— Что Вы?..

Сибил запнулась, но быстро ответила:

— Тэстамент. В таком случае, Чисато-сама, слушайте внимательно. Вероятно, будет лучше Вам пока сюда не приезжать. Вы всё равно не успеете к прибытию инспектора, — в её голос вернулась сила. — Приходите, когда ситуация стабилизируется, и мы оба зайдём в тупик. Если что-то случится, я пошлю электронное письмо с информацией о чёрных ходах UCAT. Увидимся тогда же.

— Хорошо, — сказала Казами перед тем как отключить связь и вздохнуть.

…Дела плохи.

Что-то назревало, а у них нет под рукой оружия.

— Эй, Каку. Что нам делать?

Она оживилась, узнав, что он вовсе не ранен, но парень не отвечал на её вопрос.

— ?..

Когда девушка нахмурилась и глянула через его плечо, то обнаружила, что он уставился в пространство с серьёзной миной, безмолвно массируя и поглаживая воздух. И движения его рук следовали изгибам её тела.

Само собой, Казами его ударила.

— Гха! А…э? Постой? Чё?

Он обернулся, увидел её, с облегчением раскинул руки в стороны и схватил её снизу за грудь.

— Славно, это действительно земля сисек Чисато.

— Прекрати меня лапать, будто тебя ничего больше не колышет!

Урон второго удара заставил его качнуться как маятник.

— Ай! Ч-что я только что делал?

— Выглядело так, будто ты массировал во сне мою грудь.

— О-ох, угу. Раз уж ты сказала, так и было. Да, определённо было.

Он кивнул, глянул на неё и затем нахмурился, словно неожиданно что-то осознал.

— Ох, да что ж такое, — парень выглядел на грани слёз. — Почему ты одета? Выходит, это и вправду был сон. Какое разочарование.

— У меня такое чувство, что наши сны кардинально отличались.

Казами раздражённо опустила плечи, но вместе с тем обрадовалась, что то был всего лишь сон.

…Слава богам.

Но выражение лица Изумо неожиданно посерьёзнело.

— Эй, Чисато.

— Э?

Он задумчиво наклонил голову и произнёс гораздо медленнее:

— Что такое, Чисато? Ты выглядишь так, будто вот-вот разревёшься.

— Э?

Казами повторила свой вопросительный возглас и начала дрожать.

…Что?

С чего это я? — гадала она, ощутив, как что-то скатилось на её щеку.

— А?

Девушка вытянула руку и обнаружила дрожь. На её ладонь упала капля. Затем ещё и ещё, отказываясь прекращаться, поэтому она лихорадочно вытерла глаза.

Казами плакала.

…Почему?

— Что такое, Чисато? У тебя был плохой сон?

— Да… Как ты узнал?

Изумо полностью развернулся, обвил её плечи руками и обнял даже крепче, чем во сне.

Он ни капли не сдерживался. Сила несколько затруднила её дыхание, но она отдалась его объятьям.

Казами всхлипнула, затем проговорила:

— Это был ужасный сон.

— Что тебе приснилось?

— Ты… ты умирал.

— Понятно, понятно. Должно быть, было страшно. Но я не собираюсь умирать, и я с тобой, так что не волнуйся.

Он мягко похлопал её по спине, и она кивнула, пытаясь унять дрожь.

— Я испугалась. И…

Казами не смогла продолжить, так как он приложил свои губы к её.

Девушка вздохнула и прижалась к нему даже сильнее, чем во сне.

Она хотела безмолвно за кое-что извиниться. Пускай, то была и фальшивка, но…

…Я немного его предала.

Он неожиданно прикоснулся к её груди. Факт, что это была левая грудь, заставил её горько улыбнуться и расслабиться.

— Мы не можем делать это здесь, — сказала она, убирая губы. — И мы не можем делать это сейчас. Сибил и остальные могут быть в беде.

— Ясно. Ты сумела взять себя в руки?

Казами подумала, что его слова не следовали за её, но всё равно кивнула. Она вновь обвила руками его шею, положила подбородок ему на плечо и глубоко вздохнула.

— Я сегодня кое-что усвоила. Даже мне есть чего бояться.

В её сне кто-то другой был ранен.

…Что со мной будет, если что-то подобное действительно случится?

Это пугающая мысль, — подумала она в сердце.

— Я тоже кое-чего боюсь, — сказал Изумо.

— Правда? Того же, что и я?

— Ага, — сказал он, обнимая её. — Я боюсь упустить прекрасное настроение, которое у нас тут нарисовалось. Что ты на это скажешь?

— Я скажу вот что!!

Она наклонилась назад и затем врезала ему коленом.

В новой подземной штаб-квартире японского UCAT находилось обширное, но закрытое пространство. Его потолок был на высоте около трёх этажей, и одну из стен охватывал громадный экран.

На первом этаже размещались столы, и в данный момент в центре между ними собрались куклы.

В окружении людей, одетых в чёрную форму горничных, и прочих в белых защитных униформах стояла Сибил в своём боевом наряде. Она окинула взглядом толпу, ожидающую её указаний.

— Инспектор американского UCAT всё ещё не прибыл?

— Так точно. Мы не получали ни слова от холла.

— Тэстамент. На всякий случай Абрам и прочие из группы боевых операций наготове позади холла. Немецкий UCAT и инспекторы 1-го Гира ничего этого не заметили, верно?

— Так точно. Инспектору немецкого UCAT предложили «сверх жидкий» курс в салоне красоты «Скоротечные красоты» на четвёртом подземном уровне. Инспектор 1-го Гира предположительно готовит ларёк для спортивного фестиваля в своей школе.

— Тэстамент, — ответила Сибил. — В таком случае, приготовьтесь оказывать людям внутри здания помощь с эвакуацией или поиском убежища.

Кое-кто вышел вперёд. Рыжеволосая горничная.

— Сибил-сама, что именно нам нужно делать в подготовке к этому?

— Тэстамент. №8, коридоры между постами разделены Концептуальными Пространствами, поэтому сделайте всё возможное, чтобы соединить их между собой.

Затем Сибил засунула руку в карман и вытащила пульт от громадного экрана.

Она использовала его, чтобы включить чёрное изображение, где начали ниспадать сверху T- и L- образные блоки.

— Блоки, падающие сверху — абстрактная репрезентация коридоров. Локации, что плохо смыкаются между собой, появляются по порядку, поэтому постарайтесь соединить их без пробелов. Если соединить их достаточно хорошо, чтобы образовать цельную линию, они исчезнут, но если они скопятся до верхней части экрана, поменяйтесь с кем-то другим. К тому же, в случае устранения одновременно четырёх или более линий они будут перемещены на экран следующего человека, поэтому попытайтесь по возможности этим воспользоваться.

— Ясно, — сказала №8, кивая.

Когда рыжеволосая горничная отступила назад в группу, Сибил обратилась ко всем:

— Вполне возможно, что американский инспектор не будет ничего предпринимать, так что будьте осторожны и не вызывайте паники. Но в случае эвакуации прошу, очистите коридоры от мусора. Они сейчас в особенно плохом состоянии, потому что забиты грудами уже надоевших людям книг и игрушек, купленных летом. Выбросите их все прочь.

— Так точно. Мы иногда видим спящего в коридорах Директора UCAT Ооширо. Что нам следует с этим делать?

— Тэстамент. В таком случае, не шумите и не будите его, когда будете выбрасывать. Он считается за горючий мусор.

— Я здесь!!

Неожиданный крик сопроводила рука в лабораторном халате, поднятая из толпы. Все они шагнули назад, и сквозь брешь вышел Ооширо, продираясь к Сибил.

— Сибил-кун, — сказал он с рукой на подбородке. — Какова причина этого опасного планировочного собрания?

— Мы всего лишь говорим о выбросе ненужного мусора.

— Я говорил не о себе. Я подразумевал американского инспектора.

Услышав это, автоматические куклы 3-го начали шептаться.

— «Я говорил не о себе»? Выходит, он в курсе, что классифицируется как мусор?

— И поэтому запротестовал. Он не ведает стыда.

— П-почему вы говорите такие вещи вслух, а не по коллективной памяти?!

— Прошу, успокойтесь, Ооширо-сама. Разговоры помогают гладкому ходу их работы.

— Ты просто пытаешься оправдать личные нападки в мою сторону!

Сибил с улыбкой протянула старику пульт управления, и он его взял.

— Что это, Сибил-кун?

— Тэстамент. Вы понимаете, в чём сейчас заключается Ваша работа?

— Конечно. Бежать.

— Тэстамент. Я предполагала, что трус так и скажет. Тем не менее, вы лидер японского UCAT и, следовательно, должны разобраться с прибытием американского инспектора, поэтому прошу, подождите здесь.

— Я бы с радостью, но мои ноги несут меня сами.

— Тэстамент. Я предполагала, что Вы это скажете. Будьте добры, нажмите кнопку Внешнего Ввода 3.

Он так и сделал, и на большом экране возникло изображение. Это было игровое окно с чёрным фоном, шеренгой зданий четырёх разных цветов внизу и белыми полосками, олицетворяющими ракеты, падающие сверху.

— О, понятно.

Ооширо использовал колёсико, чтобы подвести курсор к ракете и сбить.

— Тэстамент. Хорошая работа, Ооширо-сама. Будут падать ещё и ещё, поэтому прошу, продолжайте в том же духе.

— Эм, Сибил-кун? А что это такое?

— Тэстамент. Оно напрямую связано с бункером ядерных ракет, принадлежащим определённой стране. Если вы проиграете, в Вас назад запустят настоящую ракету, поэтому, пожалуйста, постарайтесь изо всех сил.

— Ты меня так сюда пригвоздила?! — вскричал Ооширо.

Горничная, повёрнутая к коммуникатору, торопливо обернулась.

— Внимание! Обнаружен нарушитель периметра! В данный момент он на взлётной полосе и движется в нашем направлении!

— Тэстамент, как быстро?

— Так точно, — горничная проверила консоль. — Медленно. Я пришла к заключению, это прогулочный темп. Он также посылает идентификационный сигнал!

Она перевела дух.

— Это американский UCAT!

Услышав это, вся толпа напряглась.

Голос Сибил прорезал тишину, и она подняла руку.

— Прошу всех приступить к делу!

Ответило множество голосов, и все горничные развернулись и разбрелись.

Сибил провела рукой по волосам и присоединилась к потоку людей, покидающих штаб-квартиру.

Однако нечто её остановило: Ооширо. Он проговорил, в то же время используя колёсико:

— Сибил-кун! Я могу спросить одну вещь?! Если я пройду уровень, появится экран вознаграждения, верно?!

Сибил с улыбкой кивнула, достала из кармана новый пульт, открыла громадное меню опций экрана и поменяла сложность игры на «максимальную».

Она проигнорировала вопли старика и выдала собственный возглас:

— Вводится 3-й Уровень Защиты! Прошу всех поспешить на свои посты!!