Том 4-A    
Глава 8. Словесное подтверждение


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
kos85mos
5 л.
Спасибо!
Sf молоток!
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 94.45.79.235:
Огромное спасибо за скорость.
pendragon
5 л.
Огромное спасибо за перевод и редакт!! ж
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 78.85.72.241:
Спасибо!
pendragon
5 л.
Спасибо за перевод!
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 78.85.72.16:
'''Спасибо!!!'''
Irren
5 л.
Спасибо.)
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 109.200.158.212:
вопрос а горизонт на границе пустоты потом будете переводить?
Anon
5 л.
Автоматически перенесенное сообщение от анонимного пользователя 176.103.237.51:
Спасибо за перевод.
Temi4
5 л.
УООО!!! Спасибище огромное!!! осталось чуть-чуть:)

Глава 8. Словесное подтверждение

Из некой комнаты просматривался океан.

Окно открывало вид на обширную гавань под предвечерним небом.

Сама комната разделялась на две половины по десять метров каждая. В спальне у окна стоял стол и двойная кровать, а в прихожей у входа был покрытый татами пол. Рядом с дверью размещались душевая и вход в общую ванную комнату.

— Но, похоже, мы можем посетить круглосуточные подземные горячие источники, Синдзё-кун.

Задавший вопрос парень, который поместил дорожные сумки возле стола комнаты, получил ответ.

— Надо же, эта кровать просто удивительна. Меня подбросило, как только я села. Гляди, гляди, Саяма-кун.

Синдзё поставила дорожные сумки у кровати и испытывала пружины матраса.

— Ха-ха. Мне малость неловко таким заниматься во время работы над Путем Левиафана, но я думать не могла, что останусь в подобном отеле. Не говоря уже о том, что я впервые доезжаю аж до Кюсю.

— В UCAT не бывало совместных выездов?

— Ты уже знаешь о летнем тренировочном лагере, но в конце финансового года есть ещё один. Они устраивают тренировочный лагерь танцоров Идзу или тренировочный лагерь побега из заснеженного туннеля. Но я ни разу не ездила, потому что не хотела, чтобы кто-нибудь прознал о моём состоянии.

— Судя по названиям, мне кажется, ты поступила правильно, Синдзё-кун.

— Наверное, ты прав.

Она улыбнулась, встала с кровати, приблизилась к окну и подобрала туристический буклет, лежавший на подушке.

— Никогда бы не подумала, что моя первая поездка будет в Нагасаки. Мне казалось, сначала будет наша выпускная поездка.

— Понимаю. Возможно, мне следовало тебя куда-нибудь пригласить. Мне ни разу это не приходило в голову.

Саяма скрестил руки на груди и кивнул, поэтому Синдзё лихорадочно покачала головой.

— Да ладно, ничего страшного. Тебе не нужно об этом волноваться. Не сомневаюсь, в будущем представится немало возможностей для путешествий, и нам ещё многое нужно сделать. К тому же, это стоит денег. А ещё я рада, что мой первый такой выезд оказался с тобой. Никому и в голову не придёт, что мы двое уехали вмес…

Несмотря на увлечённый тон, она неожиданно замолкла, и её выражение лица застыло.

— Мы оставили общежитие и школу с багажом, не так ли?

— Да, мы ушли, здороваясь с учениками, занятыми подготовкой к спортивному фестивалю. А что?

— Наверняка есть немалый шанс того, что слухи о нас, возможно, вполне вероятно расходятся по школе прямо сейчас!!

Услышав это, Саяма вытащил из кармана калькулятор и нажал пару кнопок.

— Наверняка, немалый шанс, возможно и вполне вероятно. Если я перемножу их как 90% каждый, это уменьшает общие шансы до 66%, Синдзё-кун.

— Но, к сожалению, всё равно больше 50%, Саяма-кун. И до меня доходили слухи, что ты умён, но можно мне внутренне с ними не согласиться?

— Хе-хе-хе, Синдзё-кун, любой интеллект, измеримый стандартной шкалой, не сравним с моим.

Саяма вытащил из-под стола кресло-качалку и сел в него. Он глянул на то же море, что и Синдзё, опустил взгляд на гавань, город и, наконец, посмотрел на саму Синдзё.

— Как тебе вид? Я считаю, что нам попалась довольно милая комната из тех, что были доступны.

— У меня такое чувство, что ты спрятал в этом жалобу, но да. Этот отель связан с ИАИ, разве нет? Забавно разглядывать всё с высоты семи этажей, да и ветерок хороший.

— Действительно. Но в случае пожара нам не спастись.

— Держи свою тягу к опасностям при себе. …В общем, хорошо, что рядом аэропорт, можно легко добраться до города, и есть вид на океан.

Она перевела взгляд за гавань к парочке островов, видимых в море, полном кораблей.

— Тут хорошо. На Внутреннем Японском море тоже было славно, но отсюда исходят другие ощущения.

— Ну, большинство островов, которые ты видишь, так же пусты, как и на Внутреннем море. Но здесь видны острова Гото и далеко за ними, но за горизонтом находится Китай.

— Резервация 4-го Гира на одном из необитаемых островов, да?

— Насколько я знаю, отсюда их остров не увидеть. Нам нужно сесть на корабль в гавани Нагасаки, чтобы добраться до острова, принадлежащего ИАИ. Помнится, корабль ИАИ отплывает завтрашним утром.

— Выходит, мы отправимся в море.

— Внутреннее Японское море было твоим первым посещением пляжа, не так ли? Значит, это будет твой первый выход в океан?

Она кивнула, выглядывая в окно.

— Да. Если подумать, я никогда не видела Тихий океан. Хотя вот Изумо-сан плавал в нём прошлой ночью.

Услышав это, Саяма ответил её спине согласием.

…Хотя это зовётся «унесло волной», а не «плаванием». Но кого волнует Изумо.

После того как он глубокомысленно кивнул, Синдзё отошла от окна, удовлетворённо кивнула и повернулась к нему.

— Но нам повезло увидеть этот пейзаж только потому, что мы рано сюда добрались.

— Давай немного повременим с уходом. Сотрудник UCAT Нагасаки должен принести нам передатчик для связи с новой штаб-квартирой в Окутаме. Но, судя по всему, на прибытие сюда ему потребуется некоторое время.

— Ясно. Ну, полагаю, работа превыше всего.

Синдзё кивнула и медленно подошла к нему и его креслу-качалке.

После чего села ему на колени.

Её тепло, мягкость и содержащий их вес достигли его через двойную юбку.

— Давай поговорим.

Когда Саяма услышал слова Синдзё, он кивнул.

— Да. Я бы немало хотел сказать, но, может, начнешь ты, Синдзё-кун?

— Ладно, — она мягко прижалась спиной и волосами к его груди. — Эм, спасибо за прошлую ночь. Ты справился со всем, даже когда я сказала нечто странное, попросила невозможного и затем расплакалась.

— В самом деле?

— Да. Я знаю, что это невозможно, и что ты солгал, когда говорил, что сможешь это воплотить. Может, прозвучит малость самодовольно, но мне кажется, я сама отчасти виновата, что тебе пришлось так солгать.

— Понимаю.

Саяма припомнил разговор с прошлой ночи.

Как Синдзё сможет родить ребёнка, если она принадлежит к расе, которая меняется между мужчиной и женщиной в одно и то же время?

Пока она женщина, всё может пойти гладко, но что произойдёт, когда она станет мужчиной? А еще она однажды говорила, что не принадлежит ни к одной из известных рас.

…Это означает, она может быть уникальным результатом скрещивания двух рас.

Ему приходили в голову и несколько иных возможностей, как например человеческие эксперименты или эффект какого-то концепта.

Но как бы они ни докапывались до причин, это не изменит факта, что Синдзё принадлежала к расе, которая переключалась между двумя полами.

Вот почему она высказала свои опасения и затем разрыдалась.

— Я… нормальная?

— Без сомнения. Ты очаровательна.

— Возможно, прозвучит грубо, но… ты что-то знаешь?

— Знаю. Я знаю, что всё в тебе очаровательно. Я ошибаюсь? Таков основной догмат Синдзёизма.

— Тогда, давай-ка научу тебя основному догмату Саямаизма: я не шучу.

Её плечи немного содрогнулись, и она улыбнулась. Чтобы унять её дрожь, Саяма слегка обнял её сзади.

— Давай перейдём сразу к делу. Ты думаешь, что никогда не сможешь иметь со мной ребенка?

— Э? Ум… э-ээ…ну… Если не слишком глубоко вчитываться, что это подразумевает, то да.

— Хорошо. Тогда позволь мне перефразировать мой ответ с прошлой ночи: это не проблема, поэтому не переживай.

Она разинула рот и повернулась к нему. Её длинные волосы закрутились и брови опустились.

— К-конечно же это проблема.

— А разве ты пробовала?

— Н-но, у меня всё ещё нет месячных, и сторона парня тоже не работает.

— Что если с тобой это происходит позже? Или у тебя ещё есть сложности с твоим телом?

Чтобы её успокоить, он собрал силу в руках, обнимающих её, и мягко двинул кресло-качалку.

— Ты сегодня так оделась, но не потому ли, что испытываешь сложности с телом Сецу-куна и хочешь оставаться Садаме-кун как можно дольше? Но как бы ты ни одевалась, время, когда ты парень, никуда не денется, Синдзё-кун.

— Но…

— Я знаю, что ты хочешь сказать, и это, в определённом роде, шаг вперёд.

Она озадачено подняла взгляд, но он вернул его с привычной невозмутимостью.

— Ранее, ты ненавидела само своё тело и ради меня пыталась оставаться Садаме-кун. Но теперь ты предпочитаешь Садаме-кун, потому что тебе хочется кое-что сделать. Это значительный шаг вперёд. Поэтому слушай. Сейчас я разрешу часть твоих тревог.

И Саяма так и поступил.

— У 3-го Гира есть технология искусственного оплодотворения, равно как и технология клонирования. Возможно, ты и не сможешь выносить ребёнка сама, но подобная технология по-прежнему позволит тебе стать матерью. С присоединением 3-го Гира эта возможность теперь вполне доступна.

— …

Саяма услышал, как Синдзё сглотнула и обхватила собственное тело в его руках.

Затем он ещё крепче её обнял и продолжил раскачивать кресло.

— Тебе вполне по силам раскачивать вот так колыбельку. Нам лишь потребуется взять твою яйцеклетку, или — если это невозможно — модифицировать одну из твоих клеток в яйцеклетку. Поэтому, пока мы на такое не решились, как насчёт того, чтобы попытаться сделать всё самостоятельно?

— Ты хочешь сказать?..

— Всё ещё не понимаешь? — Саяма пожал плечами. — Тревоги за твоими слезами уже разрешил Путь Левиафана. Остаётся только продолжать попытки, дабы увидеть, сможешь ли ты это сделать, не полагаясь на технологию.

Время шло, и слова Саямы наполняли воздух.

На медленно покачивающемся кресле Синдзё сделала несколько вдохов, а затем приоткрыла уста.

— Э-эм?

Она звучала неуверенно и взволнованно.

— Я-я и правда могу в это поверить и испытать себя?

— Можешь. В любое время, в любом месте, и любым способом. Верно?

Она кивнула и выдала слегка мятую улыбку.

— Да, точно. Я могу продолжать испытывать себя в любое время, в любом месте, и любым способом.

Впрочем, её голова вздёрнулась, и она лихорадочно обернулась к Саяме.

— Я-я только что попалась на опасный наводящий вопрос?!

— О? О чём ты говоришь, Синдзё-кун?

— Т-ты спросил, буду ли я себя испытывать в любое время, в любом месте, и любым способом. Это приводит меня к согласию на всякие выверты!

— Ты говоришь забавные вещи, Синдзё-кун. Ха-ха-ха. Только потешная персона назовёт этическую правду вселенной наводящим вопросом.

— Прекрати на этих словах задирать мне юбку!

Саяма ответил на её протестующий крик глубоким кивком понимания.

— В таком случае я сделаю это молча.

Он оголил ноги Синдзё и выдал восхищённый возглас.

Синдзё лихорадочно попыталась вывернуться из его рук, но…

— Погоди, Саяма-кун. Не вынуждай меня садиться на тебя верхом.

— Не проси невозможного. К тому же, я верю, что ты поступила так сама.

— Это потому, что моя юбка соскользнула на чулки и стопы не достают земли.

— Понимаю. Выходит, тебе мешает юбка. Какая непослушная юбка. Позволь мне об этом позаботиться.

С преувеличенным вздохом он искренне задрал её до живота.

— Теперь будет проще двигать но… гх. П-почему ты ударила меня локтем, Синдзё-кун?

— Странно, но когда ты спрашиваешь с такой серьёзностью, я начинаю чувствовать себя виноватой.

Вслед её словам Саяма мягко опустил юбку на место и снова обнял её сзади. Она немного вздрогнула и развернула плечи, чтобы к нему повернуться.

— Эм, Саяма-кун? Ещё даже нет пяти.

— Синдзё-кун, слушай внимательно. В последнее время мы были слишком заняты, чтобы делать подобные вещи, и ко мне пришла определённая мысль. Из-за нелюбви к Сецу-куну, Садаме-кун предоставила ему свою прическу и одежду, но в своём роде, не может ли это быть обликом Сецу-куна, который для Садаме-кун наиболее комфортный?

— …

— Проверка Сецу-куна почти всегда происходила в школьной форме, но что если это была ошибка, поскольку упиралось на то, что это он. Возможно, будет лучше делать это в наряде, который удобен тебе независимо от ситуации. К тому же, мы не в комнате общежития, где ты первоначально продемонстрировала свою решимость. В каком-то роде, это комфортабельное место, потому что ты никогда сюда не вернёшься, а значит, попытайся расслабиться.

— Но Сецу…

Она начала говорить, но запнулась.

Саяма задумался над продолжением её предложения.

…Её по-прежнему смущает Сецу-кун?

Размышляя о том, что лежало у неё на сердце, он об этом спросил.

— Что-то не так с Сецу-куном? Речь о возможности завести ребёнка или о том, что он парень?

На её ответ ушло некоторое время.

— …

В чём же дело? — любопытствовал он о ней.

Во всяком случае, ему казалось, что он ответил на вопросы касаемо Сецу, которые она упоминала.

…Но что на этот раз?

То, что ему следовало сделать, было просто.

…Мне ничего не остается, кроме как верить в неё.

Саяма схватил её за плечи, сжал их, и затем снова обнял её стройное тело.

Перед тем, как ответить, она сделала вдох.

— Постой. Э-эм?

Синдзё сделала ещё пару вдохов и, чтобы проверить слова, которые собиралась сказать, зашевелила губами.

Она мягко обнимала собственное тело руками. Затем обхватила локти, провела ладонями по бокам до плеч и сжалась.

— Мне…

Её голос дрогнул.

— Мне правда не нужно переживать? Всё и правда будет хорошо?

Переведя дух, Синдзё заговорила снова, и на этот раз её голос звучал тише.

— Откуда этот страх, когда я Сецу? Он здесь, мне всё ещё неловко, и я хочу большего, но… — она покачала головой. — Я и правда могу поверить, что хоть на самую малость мне не придётся об этом волноваться?

Саяма ощутил, как она расслабилась в его руках, и услышал её вздох.

Он чувствовал в спине, которую обнимал, дрожащее тепло.

Затем Синдзё кивнула и между его грудью и её спиной покачнулись волосы, содержащие след тепла её тела. Кивнув ещё несколько раз, она тихонько, но твёрдо произнесла:

— Мы, в самом деле, сможем применить технологию 3-го Гира?

— Если ты переживаешь, я могу расспросить об этом кукол. Чтобы услужить людям они сделают всё возможное.

— Тогда… Я смогу иметь ребёнка, пускай и не своим телом? Я смогу это сделать?

И…

— Я смогу этому обрадоваться?

— Сможешь, но это лишь самый минимум радости. Если ты проверишь себя, и всё пойдёт хорошо, то сможешь нарадоваться гораздо, гораздо сильнее.

— Ах…

Синдзё испустила вздох, согнувшись и прильнув к его груди.

Когда она вверила себя ему, он потёрся своей щекой об неё сзади.

Затем Синдзё опустила голову в согласии.

— Верно.

В ответ, Саяма снова медленно поднял её юбку.

— А.

Он поднял её над коленями и раскрыл всё от её мягко расставленных ног до нижней части живота. Не давая ей возможности передумать, он потянулся к её белому нижнему белью и мягко опустил его до колен. Пискнув, она прикрыла ладонями щёки.

Стараясь не мешать этому движению, Саяма приподнял одно из её колен и снял с этой ноги трусики.

— Эм, Саяма-кун? — сказала она с жаром в голосе. — Я-я смущаюсь.

— Тот, кто позабудет свой стыд — пропащий человек, Синдзё-кун.

— Пожалуй, тому, кто далеко уже прошёл по этой дорожке, виднее.

— Ха-ха-ха. Что ж, давай продолжим.

— Это совсем не ново, но то, что ты говоришь, не вяжется с тем, что говорю я. А-а ещё…

Она глянула вперёд через зазоры между пальцами.

— Ты не собираешься закрывать окно?

— О чём ты говоришь, Синдзё-кун? Ты должна продемонстрировать миру вновь обретённую себя.

— Можешь сделать это сам. С-стой. Перестань толкать кресло и отодвинься от окна. Мне ещё рано заниматься экзгибициони… А-а! Так слишком близко к окну!!

— Успокойся, Синдзё-кун. Мы на седьмом этаже. Никто не увидит нас снаружи.

— Т-ты уверен?

— Уверен, Синдзё-кун. Чтобы нас увидеть, придётся пролететь по небу. …О, смотри. Самолёт.

— Они могут увидеть нас с самолёта!!

— Просто успокойся, Синдзё-кун. Прошу, доверься мне.

— П-правда? Учитывая твой послужной список, это не так-то просто.

— Я признаю, что порой был к тебе груб, но попытайся вспомнить нашу первую встречу. Моё поведение в адрес Сецу-куна было безупречным.

— Я только что вспомнила, что та «безупречная запись» началась с прижимания ухом к моей груди, и затем дёрганьем в бане, говоря при этом чушь. Травма возвращается!!

Невзирая на это, Саяма продолжил:

— Угомонись и прекрати закрывать различные места, Синдзё-кун. У меня нет доказательств, но есть предчувствие, что сегодня всё пройдёт гладко. А ты как?

— Н-ну, мне тоже кажется, что сегодня может сработать. Мы не в обычной комнате общежития и мои прошлые тревоги прошли.

Её тон утихал с каждым словом, и Саяма на это улыбнулся.

— Вот как. Если всё пройдёт хорошо, тогда, возможно, мне следует позвонить в вестибюль и заказать заранее сэкихан[✱]Сэкихан (яп. 赤飯) — традиционное японское блюдо, представляющее собой красный моти-рис с бобами. Красный цвет рису дают бобы адзуки, с которыми он и готовится. Сэкихан готовят в Японии по особым праздникам в течение всего года, таким как дни рождения и свадьбы.
.

— Т-тебе не нужно этого делать. Пускай это будет нашим секретом.

Какие прелестные слова, — подумал Саяма, снова мягко покачнув кресло.

— Ах.

Для равновесия она раздвинула ноги, и он поднял свои колени.

Прижимаясь задом к его коленям, она раздвинула ноги ещё сильнее и закинула колени над подлокотниками кресла. Он отодвинул её чулки в положение, с которого они могут спокойно соскользнуть, и Синдзё прикрыла руками лицо.

— С-саяма-кун?

— В чём дело? У меня сейчас нет времени для шуток.

— Это моя реплика!! Э-эм? Прошу, ты можешь меня выслушать?

Синдзё наклонилась, уткнувшись лбом ему в шею, и сделала глубокий вдох.

— Ты всегда останавливаешься, когда я едва не плачу, правда?

— Разве?

— Да, — она покраснела и немного опустила взор. — Но не делай так сегодня. Иногда я задумываюсь, не пройдёт ли всё лучше, если ты не будешь из-за меня сдерживаться.

— Понимаю. В таком случае сегодня тот день, когда мы оба столкнёмся с нашими проблемными местами.

Всё ещё краснея, она выдала небольшую улыбку.

— Ах, — сказала она, когда он дотронулся до её руки. — Э-эм? Могу я спросить кое-что ещё?

— Что там?

— Ну, — сказала Синдзё с ладонями на щеках. — Ты это записываешь, да?

По дороге, которая проходила вдоль Железнодорожной Линии Ицукайти, тянущейся между домом Харакавы и Академией Такаакита, двигались Изумо и Казами.

Справа от них пролегало ограждение, небольшая набережная и железнодорожные пути. Слева находилось поле. Среди прочего вокруг было лишь вечернее солнце да прохладный ветерок, доносящий немного песка.

Изумо не заглушил двигатель мотоцикла, но держал сцепление и двигался вперёд, отталкиваясь ногами от земли. Знак у поля указывал на ограничение скорости, но парень катил мотоцикл гораздо медленнее.

— Эй, Чисато.

Он окликнул позади себя, где на мотоцикле сидела Казами.

— Если подумать, мы сегодня прогуляли школу.

Она подняла взор к небу и выдала небольшой стон.

— Ну, может и так. Можно попробовать убедить Ооки-сенсей завтра нас отмазать.

— Нет, давай не будем. Жульничество не прокатит.

Он говорил лениво, и она согласилась, опустив брови в улыбке.

Неожиданно Изумо остановился и повернулся к ней.

— Чисато, почему мы бросили слежку за домом того парня, Харакавы, и начали бродить по округе?

— Хм? Ну, меня кое-что тревожит. И я не думаю, что ошибаюсь.

— Что-то случилось? Не то, чтобы я видел какую-то причину присматривать за жилищем помешанного на фигурках парня.

— Секундочку, — Казами прислонилась к его спине и наклонила голову. — Э-эм, Каку? Ты реально думаешь, что та ерунда про манекена Харакавы — правда?

— Ага. Ты же видела женское бельё, да? Он занимается тем же, что старик Ооширо поделывает уже давненько.

— Но тебе не кажется странным, что парень уровня Ооширо живёт так близко?

— Чисато, в UCAT множество людей того же толка. У них просто другие предпочтения.

Блин, а точно подмечено, — подумала она.

Однако…

— О, но Харакава не из UCAT.

— Саяма тоже раньше не был. Странные люди одарены с самого начала. Хотя нормальным людям вроде нас с ними тяжеловато.

— Да. Порой мне сложно за ними угнаться. Между тем, Каку, ты выдаешь достойные аргументы, но мне кажется, что в этот раз всё немного иначе.

— В самом деле? Ну, значит, так и есть.

— Почему ты так быстро передумал?

— Потому что ты не обманешь, — сказал он с серьёзным выражением лица.

— Это не правда.

— Тогда, может, ты обманываешь меня ради моего же блага, и я этого не понимаю. Но такая ложь не нанесёт мне вреда, так что никаких проблем. В общем, ты думаешь, что с этим Харакавой что-то неладно, так?

На его спокойный вопрос она внутренне кивнула и качнула волосами под прохладным ветром, доносящим запах земли.

— То, что он прячет — одна из причин, по какой я сказала оставить его квартиру.

— Если это не кукла, то что? Он кого-то похитил?

— Прошу, не говори того, что сказал бы Саяма. Хотя, вполне может быть.

Казами поставила ноги на землю и произнесла в противоположном направлении:

— По сути, у нас тут гость. Разве не так?

На дороге позади них, освещаемой вечерним солнцем, стоял мужчина в сером костюме.

Он был высок, а его лицо и волосы указывали на определённый факт.

— Иностранец?

— Он наблюдал за нами неподалеку от жилища. Мне подумалось, он чего-то хочет, поэтому я вынудила его прийти сюда. Правда, он долго не хотел показываться.

Мужчина поклонился, и его глаза под очками озарила улыбка.

— Покорнейше благодарю за то, что отошли подальше от людских глаз. Меня зовут Роджер Салли.

Роджер говорил по-английски, и Казами нахмурилась.

— Что этот заморыш сказал? — спросил Изумо.

— Он сказал, «Я Роджер Салли, постарайся запомнить, тупица».

— Я не заходил так далеко.

— Постой-ка! — воскликнул Изумо. — Ты можешь говорить по-японски?!

Роджер прищурился ещё сильнее.

— Понятно, японский возымеет лучший эффект. Приятно с вами познакомиться. Я занимаю должность помощника инспектора американского UCAT.

Казами на это нахмурилась и частично привстала с сиденья мотоцикла.

— И мне приятно познакомиться. Для меня честь, что инспектор американского UCAT снизошёл до того, чтобы прийти сюда и с нами поздороваться.

— Как помощник инспектора, я испытал необходимость поприветствовать двух носителей оружия Концептуальных Ядер.

…Понятно.

Хмурое лицо Казами озарила улыбка.

Она обратилась к нему как к «инспектору», но он подправил, что является «помощником инспектора». Это означало, что она не ослышалась, а он не оговорился. Над ним действительно стоял полноценный инспектор.

…И его отказ сократить название говорит о том, что его организация строго относится к чинам.

Казами слышала, что американский UCAT в основном составляют люди из американской армии. Если он такой же и не станет называть должность себя и своего начальника одинаково…

…Его начальник, должно быть, владеет навыками, подобающими инспектору.

Скорее всего, чтобы их отыскать, он воспользовался спутником шпионом или персоналом американского UCAT.

Затем Роджер задал вопрос.

— Чем Вы двое сегодня здесь занимаетесь?

— Ну, ученик не явился в школу, и его классный руководитель попросила нас убедить его прийти. Однако он отказался выходить, так что нам придётся подождать до завтра и попытаться снова.

Казами не лгала, и истолковала его кивок как доказательство того, что они всё ещё не обнаружили Хио.

Осознав, что преимущество на её стороне, она немного расслабилась.

— Но с вами, кажется, был посредник Пути Левиафана, — отметил Роджер.

— Да, тот самый ученик его одноклассник.

На этих словах она задумалась, стоит ли говорить мужчине, чем занят Саяма, и стоит ли упоминать или избегать информации о Хио. Сведения о Саяме наверняка его удовлетворят, но придание большого значения его действиям может вызвать вопросы о посещении жилища Харакавы.

Казами взвесила плюсы и минусы и проговорила:

— Но Саяме пришлось уйти пораньше из-за Пути Левиафана.

— Вот как? — Роджер немного наклонился и улыбнулся. — Благодарю вас за чудесные сведения. Да, это означает, что американский UCAT должен вести переговоры с японским UCAT, как и планировалось.

— Какого рода переговоры?

— Никакого насилия, спешу вас заверить. Мы всего лишь осуществляем желания мистера Ричарда Сандерсона.

— Его желания?

— Да. Цель его прибытия в Японию. Несомненно, вы не могли думать, что он позволит Пути Левиафана пройти более гладко, поможет избежать ограничений американского UCAT или познакомит вас с вашим партнёром по переговорам, не так ли?

Они думали обо всех этих вещах.

Дела плохи, — подумала Казами, больше не улыбаясь. — Тут происходит нечто опасное.

...Но что?

Американский UCAT что-то замышляет. Гадая, что же именно, она согнула колени в защитной стойке.

— Каку.

Не успела девушка закончить его короткое имя, как Изумо остановил мотоцикл и переместился к ней.

Тем временем, Роджер провёл руками по волосам, продолжая улыбаться.

— Теперь это уже проблема, — сказал он.

— Да ну? Я всего лишь насторожилась. Что случится дальше, зависит от тебя. Скажи что у тебя на уме, и почему Ричард Сандерсон приехал в Японию.

— Я считаю, подобные вещи мне следует сообщить посреднику Пути Левиафана.

— Тогда принимай это как получение от тебя ответа более физической формой переговоров. Усёк?

— Вот как? — Роджер опустил немного голову и нахмурил лоб, не теряя улыбки. — В таком случае, вы несколько привыкли к миру.

Казами на это помрачнела, и повеял ветер.

— …

Сквозь обширное пространство земли сухой осенний ветер проносил запахи вечера и поля.

— Эй, Чисато. Я могу увидеть твои трусики, потому что ветер поднима…

Она ткнула локтем, но Изумо не упал. Пока Казами гадала, не оплошала ли с углом, Роджер убрал руку от волос.

И когда она задалась вопросом, что он будет делать, мужчина клацнул пальцами.

Затем она услышала металлический звук слева. За ним последовал грохот падения чего-то тяжёлого на асфальт.

Казами повернулась и увидела мотоцикл Изумо, лежащий двумя кусками. Пролом был идеально прямым, словно его разрубил гигантский меч. Из незнакомой и комплексной структуры внутри мотора проливалось масло, а громадный поршень лишился импульса и остановился.

…Что это?

— Можно сказать, это частица концепта, — сказал Роджер с улыбкой. — Для прояснения ситуации замечу, что я всё ещё не закончил представляться.