Однотомник    
Глава 6: Одинокий цветок


Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
vladicus magnus
29.07.2020 15:36
Забавно. Иррасты в стиле "Сумеречного песнопевца" дико выглядят тут. При том, что для Песнопевца другие и не подойдут. Ну, стиль Тахоэко Михо и в самом деле очень тонкий и для малого количества произведений. Но, где он в тему - там он железобетонно в тему. Увы, данный томик не попадает под его стиль.

И спасибо за перевод.
lastic
25.07.2020 20:06
спасиб

Глава 6: Одинокий цветок

Очнувшись, я ощутил у себя на лбу нечто холодное.

Я слегка приподнялся и, оглядевшись, понял, что нахожусь в школьном медпункте. Судя по всему, с меня сняли пиджак и уложили на кровать. За окном уже начало темнеть, кровать освещали лучи заходящего солнца.

Холодом на голове оказался мешочек со льдом. Кто-то повесил его на спинку кровати прямо над моей головой.

Пока я рассеянно смотрел на мешочек со льдом, в голову вернулась ноющая боль. Приложив руку ко лбу, я нащупал гигантскую шишку. На то, чтобы вспомнить причину её возникновения, ушло некоторое время.

— О, ты проснулся, Адзума?

В комнату вошла Цукисима.

— Цукисима… Ты за мной присматривала? — спросил я, не вставая с постели.

Цукисима аккуратно присела на стул рядом с кроватью и едва заметно улыбнулась

— Ну не могла же я тебя там оставить.

— Сколько я пролежал без сознания?

— Не так уж долго. Чуть меньше часа с тех пор, как я тебя сюда принесла.

Травма легче, чем я ожидал. Я облегчённо вздохнул. Мне казалось, что раз удар нанесли магией, ущерб будет куда более существенным, но, похоже, девушка-призрак не собиралась меня убивать.

— Большое спасибо, что позаботилась обо мне, — сказал я, но Цукисима широко помотала головой.

— Благодари не меня, а Фудзикуру — именно она нашла тебя лежащим без сознания.

— Фудзикура?

— Ага. Это она позвала меня и попросила присмотреть за тобой.

Немного… неожиданно. Трудно поверить, что Лиза, которая на дух не переносит Цукисиму, попросила её о помощи.

— Она уже ушла домой?

— Да. Сказала, у неё дела, — ответила Цукисима. — Ты лучше скажи, чего ты валялся там без сознания? Дежурный по медпункту предположил, что ты упал и ударился головой.

— Стыдно признавать, но как-то так всё и было.

— Это как-то связано с девушкой-призраком, не так ли?

Я почувствовал, как напряглись мышцы у меня на лице. Да как она обо всём догадалась?!

Уставившись на Цукисиму, я, судя по всему, смотрелся очень забавно, и потому она тихо рассмеялась.

— Похоже, прямо в яблочко.

— То есть ты меня просто подловила?

— Что-то вроде того. Ты так отчаянно искал девушку с фотографии, что я подумала: вдруг у тебя есть какие-то особые причины?

Она и правда проницательна… И всё же я не могу впутывать Цукисиму в дела, связанные с магией. Даже объяснения дать не могу.

— Ничего особо важного в этом деле нет. Буду рад, если ты не станешь о нём расспрашивать.

Услышав мой ответ, Цукисима медленно облизнула губы.

— Хорошо. Оно как-то связано с Фудзикурой, верно?

— Не могу сказать, что связи нет.

— Тогда тебе нужно стараться сильнее. Она ведь может положиться только на тебя, — заявила Цукисима, уперев руку в бок.

Я не до конца понял, что она имела в виду, но всё равно не стал возражать и уважительно поклонился. Удовлетворённо кивнув, Цукисима достала из кармана юбки клочок бумаги.

— Мне его дала Фудзикура. По её словам, он уже валялся рядом с тобой, когда ты лежал без сознания.

Я принял бумажку и прочёл написанное. Однако, неожиданно аккуратный почерк…

«Любимому Кэю

Приходи на встречу к вашему с возлюбленной домику и жди меня.

С любовью, Мицуки Канаэ»

Итак, имя девушки-призрака установлено. Впрочем, это, скорее всего, псевдоним.

***

Вернувшийся дежурный по медпункту посоветовал мне обратиться в больницу, но я отказался. Ещё раз поблагодарив Цукисиму, я вышел из школы.

Вместо того, чтобы сразу пойти домой, я свернул на дорогу, по которой ходило в школу большинство учеников, и достал мобильный телефон. Едва я успел набрать номер, как на звонок сразу же ответили несколько холодным тоном:

— Ты уже в порядке? — спросила Лиза.

Ну, как я и предполагал.

— Благодаря тебе, — ответил я, шагая по тёмной, так как солнце уже почти зашло, дороге. — Это ведь ты позвала на помощь. А так, у меня всего лишь небольшая шишка.

— Ты просто никак не выходил к воротам, вот я и пошла тебя проведать.

— И всё же я считаю, что должен тебя поблагодарить.

— Если у тебя всё так хорошо, то лучше продемонстрируй это работой, — отрезала Лиза, а затем спросила:

— Ты ведь потерял сознание из-за автоматона, верно?

Ах да, Лиза же прочитала записку, которая лежала рядом со мной: по ней легко как понять, что со мной произошло, так и связать произошедшее с Мицуки Канаэ.

— Насчёт этого, я думаю, лучше будет поговорить прямо сейчас.

— Но я уже вернулась домой.

— Знаю. Я как раз на пути к тебе. Правда, до конца весь путь я не знаю.

— Что? Ты собираешься зайти ко мне сейчас? — взволнованно спросила Лиза, но потом тихо вздохнула и сказала идти в парк неподалёку от её дома.

К счастью, я знал, какой парк она имела в виду.

— Я захвачу с собой бабушкины записи. Приходи как можно быстрее.

На этом Лиза оборвала звонок.

До парка я добрался без приключений.

Лиза уже ждала меня на лавочке рядом с фонтаном. Когда я подошёл, её синие глаза посмотрели на меня так, словно она хотела что-то сказать.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Ничего особенного, — ответила Лиза и отвернулась.

Она была одета в светло-коричневую блузку и длинную белую юбку. На коленях у неё лежал толстый конверт.

Блуждавший в пространстве взгляд Лизы вновь обратился ко мне.

— Ты как-то плохо выглядишь. Уверен, что тебе не стоит пойти домой и отдохнуть?

— Ничего серьёзного со мной не случилось, — пожал я плечами. — Просто я по жизни бледный.

— Что, это как? — Лиза взглянула на меня с непониманием.

Я устал разговаривать стоя, поэтому уселся на лавочку рядом с ней и уже приготовился было к возражениям, но их не последовало.

В первую очередь, я рассказал ей, как столкнулся с Мицуки Канаэ, затем — о битве с ней и, наконец, о своём бесславном поражении.

— Вот как… Значит, у рога единорога и такая сила есть, — закусив губу, с пристыженным видом пробормотала Лиза. — И к тому же та девчонка неплохо умеет им пользоваться: и оглушать с помощью света, и стрелять чем-то вроде комка воздуха…

Лиза сложила руки на груди и погрузилась в размышления. Внезапно из груди девушки вырвался полный сожаления вздох. Казалось, будто не она сама выдохнула воздух из лёгких, но воздух, подобрав момент, вырвался из неё.

— Прости, — внезапно извинилась Лиза.

— Что с тобой? — недоумевая, переспросил я. — Ты как-то странно себя ведёшь.

Не поднимая взгляда, Лиза протянула мне конверт, в котором, судя по всему, хранились записи её бабушки.

— Надо было отдать их тебе с самого начала. Тогда мы, наверное, узнали бы о силе рога единорога и ты не получил бы травму.

— Ты преувеличиваешь.

Я попытался приободрить Лизу, искренне удивляясь такому похвальному поведению с её стороны.

Похоже, она считает, что я потерял сознание по её вине, вот только шишку на голову мне поставила никак не Лиза, да и не факт, что в записях её бабушки нашлись бы средства, которые позволили бы это предотвратить.

Я считал, что Лизе не стоит так сильно себя винить, но она крепко вцепилась пальцами себе в колени и не поднимала взгляда.

— Нет, я однозначно виновата, что не послушала твоего совета, — решительно возразила Лиза. — Я должна полностью искупить вину.

— Нет, это как-то…

«Искупить» звучит слишком громко…

Я попытался остановить Лизу, но она взмотнула головой так, что вся причёска растрепалась, и затем умоляюще посмотрела на меня. В глазах у неё стояли слёзы. Как-то я раньше и не осознавал, насколько красивы её голубые глаза.

— Я всё понимаю. Что я должна сделать?

— Фудзикура?

— Знаю! Может, показать тебе трусики?

Лиза встала и ухватилась за подол юбки, но я быстро остановил её.

— Да зачем?! — непроизвольно повысил я голос. — Объясни, как вообще ты до этого дошла?!

Лиза моргнула.

— Но я думала, ты хочешь их увидеть.

Нет, я, конечно, хочу, но дело совсем не в этом. Куда же делась её серьёзность? И вообще, почему ей так сильно хочется показывать нижнее бельё? Может, ей в самом деле нравится его демонстрировать?

Возмущаясь, что я помешал ей задрать юбку, Лиза недовольно надула губы.

— Ну и как мне тогда искупить вину? Сунуть руки под юбку не позволю — я всё же хочу сохранить непорочность.

Да что это за логика? И вообще, за кого она меня принимает?

Я уселся поглубже на лавочку и попытался подумать, но моё внимание вдруг привлекли волосы Лизы. Под светом ночных фонарей золотые волосы сияли ярко, как днём.

— Тогда, может, ты разрешишь мне потрогать твои волосы? — немного смущаясь, предложил я.

— А? — Лиза округлила глаза, а на лице у неё появился едва заметный румянец. — Ч-что это значит?

— Ну, я просто подумал, что у тебя красивые волосы, и мне захотелось их потрогать, — ответил я и добавил. — Если не хочешь — никаких проблем.

Ужасно сомневаясь, Лиза нервно оглядывалась по сторонам, но в конце концов…

— Н-ну, раз ты так этого хочешь, то ладно. Я ведь искупаю вину за твою травму, так что тут ничего не поделать, — ворчливо пробормотала она.

Когда Лиза снова села на лавочку и повернулась ко мне спиной, я аккуратно прикоснулся к её волосам. На ощупь они оказались мягкими, как шёлк.

Едва я прикоснулся к волосам, плечи Лизы вздрогнули, а уши мгновенно вспыхнули.

Мне вдруг подумалось: «Почему она так нервничает от прикосновения к волосам, но при этом спокойно показывает нижнее бельё?». Девушки и правда очень загадочные.

— П-поаккуратнее! — взвизгнула Лиза, не поворачиваясь ко мне.

— Хорошо, — ответил я, расчёсывая её волосы пальцами.

Было приятно ощущать, как волосы струятся между пальцами. Откуда-то поплыл сладкий аромат.

— Кстати, почему ты вообще захотел потрогать волосы? — смущаясь, спросила Лиза.

— Парням такие длинные волосы обычно не отрастить, поэтому мне всегда было интересно, каковы они на ощупь.

— Тогда ты мог бы попросить об этом вице-президента, нет?

— Эта мишень слишком высока для меня. Цукисима не из тех, кто спокойно выполнит такую просьбу.

— А что насчёт другой, Хаяны Имагавы? Вы с ней вроде как друзья детства.

— Это так, но…

— Вы же наверняка хорошо ладите. Ты ни разу её об этом не просил?

— За всю жизнь она ни разу не отрастила волосы даже до плеч. Вот такое вот неприятное обстоятельство.

А ещё мне кажется, что просить об этом Хаяну было бы даже более неловко. Интересно, почему? Может, потому, что мы провели вместе слишком много времени?

А кстати, я сейчас впервые говорю о Хаяне с Лизой.

— Ты знакома с Хаяной? — спросил я, наматывая прядь волос на палец.

— Никогда с ней не разговаривала, но физкультура у классов совмещённая, поэтому в лицо её знаю. Но даже без этого до меня доходили слухи. Она же знаменитость.

Ну, это правда. Думаю, в нашей школе она — одна из двух самых известных людей, наряду с Лизой.

Лиза внезапно развеселилась и продолжила разговор о Хаяне:

— Она довольно странная, правда? Как ей вообще пришло в голову, выставить лестницу в окно класса на третьем этаже, чтобы попасть на крышу?

— Мне кажется, не тебе так говорить о людях.

— Я придерживаюсь норм. По крайней мере, не пропадаю из школы без предупреждения.

Это верно.

— Имагава сейчас куда-то пропала, ведь так? Неужели ты совсем за неё не волнуешься?

— С ней частенько такое случалось в прошлом. Мне поздно уже удивляться.

— Хм-м.

— А ещё в этот раз от неё иногда приходят письма, хотя в средней школе от неё почти два месяца не было вестей. Её родители, кажется, собираются обратиться в полицию, если она не вернётся через месяц.

Правда, если подумать, это весьма необычный образ мыслей для родителей с дочерью её возраста. У них выработался подозрительно сильный иммунитет к её исчезновениям.

Лиза вытянула ноги и, болтая ими вверх-вниз, весело рассмеялась.

— Как странно. Интересно, зачем она так делает?

— Переизбыток энергии. Её организм точно отличается от человеческого.

— Тогда почему бы ей не вступить в какой-нибудь клуб? Спорт ведь помогает выпустить пар.

— В начале весны она как раз и вступила в клуб по софтболу.

Советуя ей вступить туда, я предполагал, что в таком трудном спорте, где нужно пользоваться всем своим телом, Хаяна сумеет израсходовать запасы выносливости. Как только истёк временный запрет на посещение школы, полученный Хаяной сразу после поступления, она пошла в клуб на разведку и тут же решила вступить.

— У неё от рождения хорошие рефлексы и дружелюбный характер, поэтому старшие по клубу забыли о том, что она проблемный ребёнок, и с радостью приняли её в клуб. Хаяна небольшого роста, поэтому экстра-бейс хиты ей делать тяжело, но зато она быстро бегает, и благодаря этому на тренировочном матче в апреле она показала фантастический результат: четыре раза она выходила на поле с битой и каждый раз делала хит. Однако вечером того же дня она прибежала ко мне с глазами на мокром месте и пожаловалась, что хочет уйти из клуба.

— Почему? Над ней там издевались?

— Нет. Она не смогла привыкнуть к правилам софтбола.

Когда она в слезах спросила: «Почему в софтболе нельзя «красть базы»?» — я даже не знал, что ей ответить. В итоге я смог сказать только: «Ну, потому что это правило».

Да, каждый раз, когда Хаяна выходила на поле с битой, она делала хит, но в остальных случаях она при любой удобной возможности пыталась украсть базу, и поэтому её удалили с поля. Все игроки команды отчаянно пытались втолковать Хаяне, что нельзя сдвигаться с базы до тех пор, пока бэттер не попал по мячу, но у неё над головой как будто постоянно висел знак вопроса, и каждый раз она совершала одну и ту же ошибку.

В конце концов Хаяна не смогла согласиться с самыми базовыми правилами, вроде того, что в софтболе запрещено красть базы, и поэтому ушла из клуба в апреле.

Ну а найти новую точку для приложения её неуёмной энергии оказалось не так легко.

Когда я всё это рассказал, Лиза схватилась за живот и захохотала.

— Да как это вообще возможно? Ничего не понимаю.

— Хаяна просто не умеет долго оставаться на одном месте, в том числе на базе. А ещё ей, наверно, не нравился основной принцип софтбола: если ты один раз попал по мячу, то потом некоторое время не получишь биту.

Наверное, лучше было бы отправить её заниматься футболом или просто упражняться с мячом в своё удовольствие. Не помню, есть ли у нас в школе клуб женского футбола?

— Я, конечно, считала Имагаву странной, но не думала, что она настолько забавная.

Я пожал плечами.

— Вы наверняка сможете стать хорошими подругами. Я познакомлю вас, когда она вернётся.

— Не получится. К тому моменту, я уже уйду из этого мира, — смахивая слёзы, заметила Лиза.

Ах да, по плану всё действительно так. Совсем вылетело из головы.

Лиза закончила вытирать слёзы, немного успокоилась и спросила:

— Слушай, Адзума, если ты не против, почему бы тебе тоже не отправиться в другой мир?

Рука, которой я гладил её волосы, замерла.

— Ты предлагаешь мне пойти туда вместе с тобой?

— Даже у тебя, наверное, есть интерес к магии, не так ли?

В какой-то момент Лиза перестала болтать ногами. С моего места я никак не мог узнать, какое у неё сейчас выражение лица.

Другой мир, в котором есть магия… Который совсем не похож на наш…

Хм. Не то чтобы у меня не было интереса к другому миру, но…

Вместо ответа я повернулся к Лизе и спросил:

— Слушай, а почему ты так сильно хочешь создать магический круг?

— В каком смысле? — понизив голос, переспросила она.

— Ну, почему ты так сильно хочешь уйти в другой мир? Я тоже думаю, что научиться магии было бы неплохо, но ведь живём-то мы здесь. Неужели тебе не страшно отправляться в совершенно незнакомый мир?

— Ни капельки. Никогда об этом не думала, — с силой в голосе ответила Лиза.

Её слова прозвучали и как убеждение, идущее от самого сердца, и как попытка выглядеть храброй. Чего в них больше, я определить не смог.

После небольшой паузы Лиза спросила меня:

— А ты, Адзума, никогда не думал, что не принадлежишь этому миру?

— Не принадлежу?

— Ну да. О том, что какое-то другое место подходит тебе больше, о том, что ты должен находиться там, а не здесь? Даже у тебя, наверное, были такие мысли.

Ощутив напряжение, звучащее в голосе Лизы, я невольно замолчал. Я не могу сказать… что никогда об этом не думал. Наверняка такие мысли случаются у всех — и уж тем более у меня, одарённого «абсолютным чувством чтения».

Лиза уставилась куда-то вдаль и продолжила:

— А я вот думала об этом всегда. С самого детства, когда бабушка показала мне магию и рассказала о существовании другого мира, я считала, что должна быть там. Но в какой-то момент бабушка вдруг лишила меня магии.

— Лишила? — хрипло переспросил я.

— Сначала бабушка обещала обучить меня, когда я подрасту, но потом, незадолго до смерти, она отказалась от обещания и сказала, что я должна забыть о магии и жить в этом мире.

Лиза прервалась. Было очевидно, что бабушкина перемена мнения причинила ей много боли.

Совершенно не представляя, что говорить в подобной ситуации, я произнёс ужасно размытую фразу:

— Есть такое подходящее место или нет, я думаю, зависит от самого человека.

— У меня такое место есть. Когда я приду в другой мир, стану частью королевской семьи, — волевым голосом отрезала Лиза…

…но в этот раз даже мне было понятно, что она лишь пытается храбриться.

— Да, для тебя всё это так, — проговорил я, медленно расчёсывая золотые волосы, — но я, пожалуй, воздержусь. У меня в том мире родственников нет, да и Хаяну здесь нужно дождаться.

— Что ж… Ничего не поделаешь, — холодно ответила Лиза. — В прошлом бабушка о многом мне рассказывала. О том, что в королевском дворце много разных магических предметов, о том, насколько роскошные люстры висят там в залах, о том, как она тайно встречалась с дедушкой в секретной комнате, куда могут входить только члены королевской семьи. Наверно, было бы неплохо завести парня сразу, как я окажусь в том мире.

— Звучит весело, — отозвался я и вдруг мне пришла мысль. — Но твоё появление там может вызывать немало проблем.

— Почему это?

— Ну, я просто подумал, что раз ты из королевской семьи, то у тебя и права на престол должны быть. Наверняка ведь появление внучки исчезнувшей много десятков лет назад принцессы вызовет немалые споры.

Лиза не смогла ответить сразу. Похоже, она хотела возразить, но не находила подходящих слов.

Спустя некоторое время она пробормотала:

— Ничего об этом не знаю.

Мне подумалось, что я сказал что-то неуместное и злое.

Подняв голову, я неожиданно увидел, что стрелки установленных в парке часов показывают восемь вечера. Уже так поздно…

Я предложил разойтись по домам, и Лиза сразу же согласилась. Мне не хотелось расставаться с ощущением волос между пальцев, но тут уж ничего не поделать. Когда я в последний раз провёл по волосам, стараясь насладиться этим чувством хоть на секунду дольше, Лиза своим обычным холодным тоном сказала:

— Обязательно прочитай эти записи за сегодня, Адзума. Если не сможешь, та кукла опять с тобой что-нибудь сделает.

Ах да… Я невольно застонал. Я же ведь рассказл Лизе не всё.

— Эм… Как бы это лучше сказать… По правде говоря, та девушка, скорее всего, не автоматон.

— В каком смысле.

— Ну, я вот спросил у неё: «Если ты автоматон, значит вынесла кулон из укрытия. А если нет, то как тогда ты прорвала магию дедушки Фудзикуры?» А Мицуки тогда ответила: «Что ещё за магия и автоматон? Так дедушка Фудзикуры волшебник?»

Когда я всё это рассказал, на ночной парк опустилась тишина. Стало до ужаса тихо.

Лиза молча поднялась с лавочки и медленно повернулась ко мне. В тот же момент, когда с руки пропало ощущение волос, передо мной появилось дрожащее от ярости лицо Лизы.

— Проще говоря, ты взял и разболтал кучу всего ненужного.

— Ну а что я мог сделать? Я ведь тоже думал, что та девушка — автоматон. Ты бы и сама…

От мощного удара лавочка содрогнулась, и я скатился на землю. Когда я поднял голову, то увидел нависающее надо мной каменное лицо Лизы.

— Ты. Должен. Искупить. Вину.

Её голос был настолько холодным, что, казалось, внезапно наступил ледниковый период.

Четвёртое письмо от Хаяны Имагавы

Кэю

Ну что, как у тебя дела?

Я вот, честно говоря, немного расстроена: один из моих здешних друзей несколько дней назад получил тяжёлую травму.

К счастью, его жизни ничего не угрожает. Но расстраиваюсь я из-за того, что часть вины за его травму лежит на мне. А может, моё настроение ухудшилось потому, что в последнее время часто идут дожди…

В такое время я иногда подумываю: «Вот бы ты был здесь со мной». Наверняка ты бы ответил что-то вроде: «Не расстраивайся по таким мелочам. У меня тоже в младшей школе был случай, когда во время уроков на свежем воздухе я подкрался сзади к одногруппнику Эндо, напугал его и столкнул его в выгребную яму».

Кстати, что потом стало с Эндо? Надеюсь, с ним всё хорошо.

Кажется, в этом письме я только и делаю, что ною и жалуюсь, так что лучше будет его закончить.

Пожалуйста, помолись за то, чтобы я достигла своей цели.

Хаяна