Том 1    
Глава 2: Jinzou Enemy

Глава 2: Jinzou Enemy

Jinzou Enemy [✱]' «Рукотворный враг». Название главы — отсылка на одноимённую композицию Дзина, которая стала первой в серии Kagerou Project и первой работой автора в роли музыкального продюсера. Иначе композиция представлена как «история об отведённом взгляде».

Очухался я от пронзительного визга сирены. Сердце бешено заколотилось, взгляд встретила белизна потолка. Так и не въехав в происходящее, я скатился на пол, заодно снося прикроватный столик.

— Уй! — правой голени досталось только в путь; жгучая боль передалась в мозг с секундным запозданием.

Когда я со слезящимися от боли и страха глазами натянул на себя сползший футон и замотался в него, сирена умолкла.

— Доброго утречка Вам, Хозяин!

Этот голос донёс до меня всю глубину сложившейся ситуации.

С монитора на меня, Кисараги Синтаро в одних лишь трусах, завернутого в футон и скрюченного в неестественной позе со слезами на глазах, глядела девчонка по имени Энэ. Она едва сдерживалась, чтоб не заплакать от смеха.

***

Знойный летний денёк. Совсем недавно общество занимала шумиха на тему гибели мира — от столкновения с Землёй кометы, предсказаний цивилизации майя или чего-то ещё. Теперь же граждан интересовали другие новости: например, одной из доминирующих тем стало обсуждение главной роли в дораме «той сверхпопулярной звезды». Наступило мирное время.

Я лично принадлежу к расе участников кровавых сетевых баталий по эсхатологической [✱] Эсхатология — система религиозных взглядов о финальной судьбе как человеческой личности, так и мира в целом. тематике и постоянно нахожусь на передовой, поэтому из-за рода деятельности вынужден находиться в чрезмерном соприкосновении с потоком повседневных новостей. Так что обязан признать: ситуация не застигла меня врасплох.

Ну, пусть тема занятости и оказалась затронута, по сути я обычный старшеклассник восемнадцати лет от роду, а ныне вместо школы являюсь сильным и независимым арестантом в собственном жилище. Я старательно бросаю все силы на обмен мнениями с обитателями всего интернета, в свободные же минуты служу охранником дома. Основа моих обязанностей — создание любительской музыки без стартового опыта; одновременно с этим я круглосуточно бомбардирую любовью и критикой новые клипы на одном видеохостинге. Сей пост я занял ещё два года назад.

Кстати говоря, готовой продукции пока не было.

И всё же сегодня настал тот редкий денёк, когда я преисполнился желанием творить!

Уютно плюхнувшись на стул перед компьютером и запихивая за обе щёки утреннюю поставку маминых сэндвичей, я пронзил взглядом софт для пошаговой записи музыки. В целях — первое место в рейтинге видеохостинга, рингтоны и караоке, медиа альбом!..

Ажиотаж вокруг своей персоны — вот что было моей конечной задачей.

Обычно даже такие высокие устремления рассыпались прахом за пару десятков минут, пока я энергично продвигался по стезе мастера критичных комментов. Однако похоже, что в сегодняшние сэндвичи мама помимо любви вложила и нечто особенное. На меня снизошло божественное вдохновение, а фразы так и хлынули рекой.

— Это... можно продать! — шаг за шагом я вкладывал душу в своё творение. От нереально успешного продвижения в работе сердце аж ушло в пятки. Вот только по экрану уже с некоторых пор сновало создание с очевидно недобрыми помыслами. В каком-то смысле его следовало бы назвать вирусом.

— А сегодня, кажись, денёк-то весьма знойный! Ого! В центре ожидается под тридцать пять градусов!

— Вай-вай! Похоже, с солнечным ударом слегло в больницы человек так десять! И это в одном только столичном регионе! Хозяин, Вам нужно принять все меры предосторожности, когда будете выходить из дому!

Не представляю я себя на улице в такую жару.

Да и вообще на улице никого не представляю.

— Кстати, о сегодняшней сирене! В одной стране её используют при чрезвычайных ситуациях, когда угроза выше четвертого уровня. А я усилила диапазон тех частот, которые особенно не понравились бы Хозяину, и!..

— Что ещё за «сегодняшняя»? Завтра тоже будет, да?! …А, — блин, попался. Это скверно.

Зараза, которая сновала по экрану из стороны в сторону и безрезультатно швырялась темами для пустой болтовни, вдруг остановилась. На её лице едва ли не вспыхнуло радостное «ага!» Вирусня с улыбкой подросла и ликующе зачирикала.

— Ай, спойлер вышел! Тогда назавтра я должна заготовить для Вас ещё нечто волнительнее! Нет-нет, оплата не принимается: мне вполне довольно и радости на лице клиента!

— Да что ты за продаван такой?! Не понимаешь? У меня здесь синяк будет! Это инцидент с причинением вреда здоровью! — бестия потирала ручонки, зловеще посмеиваясь, и я в отчаянии продемонстрировал ей ноющий след от удара.

Однако сопротивление не оказало эффекта. Она склонила голову на бок с бесстыжим выражением на личике; над хитрюгой появился вопросительный знак.

Четырнадцатое августа. Три часа утра. Внезапно разнёсшийся по дому звук сирены заодно поднял на ноги и маму. Та примчалась галопом и увидела, как сын рвёт и мечет перед «миленькой девочкой» на мониторе.

Вопль разъярённой матери гарантированно побеспокоил соседей похлеще сирены, и, не успел я удивиться появлению перед лицом кулака, как наступило утро.

Так мы к этому и пришли. В зеркало я не смотрелся, но на лице, наверняка, тоже светился синяк.

— Это уже невыносимо... Что делать, если она комп разнесёт?.. Реально помирать?

— О-о-о! Какой же Хозяин добрый! Переживает за меня сильнее, чем за себя! И утром тоже, едва глаза открыв, первым же делом помчался именно ко мне!

— Чтобы удалить тебя к чертям! — заорал я в очередной раз на заполнившую собой весь экран гадину; её глаза отвратительно сверкали, как в сёдзё-манге [✱] Сёдзё — жанр аниме или манги, предназначенный для девушек в возрасте от 12 до 18 лет. былых времён. — И вообще, это я помру без компа!

— И вот опять они — те самые слова... Хозяин не обделён добродетелью… Чудненько!

Это бессмысленно.

Вот реально — бессмысленно. Заколебала уже.

Как оно так получилось?.. Дайте-ка вспомнить…

Около года назад мне пришло загадочное письмо от неизвестного отправителя. Случись это теперь, я бы точно его не открыл. Однако тогда всё вышло иначе, а моё существование до смешного заполнилось стрессом.

Стоило лишь затаившейся во вложении штуке вломиться в мой комп, как вся система оказалась в её власти.

В тот момент я не понимал, что вообще творится. Не успели по рабочему столу, прямо поверх нагроможденных окон, разлететься геометрические спецэффекты, как моему взору предстала красивая девочка с двумя хвостиками синих волос. Всё её тело, как будто, тускло светилось.

Поначалу она показалась мне миленькой. Да.

Было и такое.

Внезапное явление этого персонажа породило атмосферу, которая часто сопровождает введение в сюжет главной героини. Такую, где она говорит что-то по типу: «ты мой спаситель... давай сражаться вместе...»

Тогдашний я опустился на самое дно общества и обитал едва ли не в борделе. Этому жалкому созданию подобного хватило, чтобы представить себя протагонистом со счастливым билетом в руках. Сей момент обязан положить начало сражениям с таинственной организацией, паранормальным происшествиям по всему миру, появлениям загадочных монстров и сбору боевых товарищей!.. Первая глава волнительной истории! Пусть и ошибочная, но случайная встреча была слишком идеальной!

Но.

Во мне не пробудилось ни одной сверхспособности. Зло не восстало. Куда уж там до товарищей — даже заказанные товары не пришли, а уж если и говорить о явлении монстров, то завалились ко мне тараканы. Да и вообще, разве годится такой первый обмен фразами для приключенческого боевика? «А, с сегодняшнего дня будем знакомы». «Э-э-э, идёт». Мда.

Сначала мы как бы... знакомились друг с другом... То есть, глубокой беседы (для соответствия названию) не сложилось, но общение было вполне себе нормальным человеческим.

— Что ты вообще такое? Никогда не слышал о подобном софте...

Выслушав мою загадочно вежливую речь, она не замедлила с ответом.

— Да я и сама не особо в курсе!

Как-то так.

Нет, тогда общение реально было вразумительным. Я спрашивал, она отвечала.

Однако через неделю эта зараза, похоже, акклиматизировалась. Её эксцентричное поведение мало-помалу стало бросаться в глаза, начались помехи работе и откровенное издевательство. Папку, где копились созданные мной неуклюжие тексты сентиментальных песен, она обозвала «TONSOKU [✱] Свинячьи ножки. », а бесценное хранилище бережно отобранных за время моего затворничества изображений превратилось в «КЛАДБИЩЕ ВОЖДЕЛЕНИЯ»...

Через месяц этот фестиваль переименований распространился на весь компьютер, и даже заготовки для моих композиций получили цепляющие за живое титулы. Такие, что альбом, состоящий из них, дал бы начало новому жанру.

Конечно, каждый из этих моментов приводил меня в бешенство. Однако результат подобных мер оказался недостоин упоминания.

— Кстати, зараза... Ты поменяла мне пароль?!

Проблема в том, что с утра я не мог залогиниться на видеохостинге и при том не помнил, чтобы менял пароль сам. В девяти случаях из десяти подобное оказывалось делом её лап.

— О-о-о! Хозяин такой Хозяин! Как же я рада, что Вы так быстро отреагировали!

— А ну вернула... живо...

— Не-не-е-е, давайте без лишней спешки! Кстати говоря, я тут для Вас кое-что припасла!

Вопрос о сохранении получил ответ «NO»; все окна программ моментально закрылись (нет, не свернулись).

— А-а-а! — истошно завопил я.

На экране обозначилась викторина с четырьмя вариантами ответа. От неё за километр разило нафталином золотого собрания дорам по четвергам [✱] Японское телешоу, которое выходило каждый четверг в 1980-1992 годах. .

— А вот и первый вопрос! Ответите правильно, я скажу первые пару...

— Ты издеваешься?! Смерти ищешь?! Эта! Композиция! Это! — разразился я руганью, вскочив с кресла. Со стороны сценка наверняка выглядела апофеозом комичности. Судя по выражению лица говорящего вируса, она словно бы подумывала убраться подальше от психа. Ну уж нет. Твоя это вина. Твоя.

— Э-э-эх, — я быстро выдохся и развалился было на столе, обхватив руками голову. В тот же миг локоть неприятно обо что-то стукнулся.

— А-а! Хозяин, Хозяин! Напиток!

— Э?

На клавиатуру и мышь струилась газировка из открытой бутылки.

Мой, уже второй по счёту, вопль ужаса прогремел на всю комнату; я в панике застучал по клавиатуре бумажной салфеткой. В мыслях пронёсся худший из возможных сценариев: сладкая вода в комплектующих.

Раздумывать некогда. Сейчас я обязан всем телом и душой стремиться к одной-единственной цели: спасению этой жизни!

Закончив собирать с клавиатуры газировку, я начал панически давить на все буквы. Увы, отозвались только «о», «r» и «t».

Видимо, уже слишком поздно. Мою щеку пересекла слеза сожаления.

— Хозяин! Мышка, мышка! — голос привёл меня в чувства. Точно. Одну жизнь я ещё мог спасти!

Подавив слёзы, я схватил устройство.

— Прошу!.. Вернись ко мне! — возопив, я сконцентрировался на мышке и продолжил вытирать ее салфеткой. Сколько времени пролетело в этом занятии, я не засекал. Однако при проверке только правая кнопка явила своё безжалостное меню.

До какой же степени несправедлив мир?

Что успели натворить эти ребята? Их судьба оказалась чрезмерно жестокой.

— А! Хозяин набрал только «тороро» [✱] Тороро — вязкое слизистое пюре из горного ямса. ! Ой, погодите, тотор!..

— Ни слова больше… захлопнись...

На волне эмоций я едва ли не пожелал избавиться от компа, чтоб распрощаться с вирусом; увы, такое решение прикончило бы меня самого. Прикрыв лицо руками, я переваривал отчаяние; злость осталась запертой внутри.

На время стало тихо. Кондиционер, заполнивший комнату своим жужжанием, постепенно подбрасывал к ногам новые порции холодного воздуха и понемногу остужал голову. Ладно. Это самое проблемное, что вытворила эта зараза. В прошлом её эксцентричность неоднократно доводила меня до белого каления; я снова и снова удалял вирусню. Однако в следующий же миг та, как ни в чём ни бывало, занимала место на экране. Наверняка где-то в интернете у хитрюги оставался бэкап: всё выглядело так, словно она моментально воскресала, пока мой компьютер находился в сети. Вы думаете, меня спас бы оффлайн? Увы. Очевидно, именно я не смог бы протянуть даже нескольких часов в настолько адских условиях. А отсюда и родился сей порочный круг.

Она точно враг, сотворённый человеческими руками. Энэ от слова «enemy [✱] Enemy (англ.) — враг, противник. ». Не знаю, кем и откуда был её создатель, но лишь очень неприятный тип способен наделить настолько продвинутый ИИ таким отбитым характером.

— Фух, — выдохнул я. Подобная цепь пререканий случалась уже не впервые, однако сегодня произошло слишком много инцидентов, наслоившихся друг на друга. Боюсь, её примитивная враждебность находится на уровне, где другое человеческое существо сойдёт с ума от ярости. Вообще, я молодец. Долго продержался.

В тот момент я жаждал, чтобы кто-то ниспослал мне похвалы, но, увы, тщетно. Хвалить некому. Я безработный хикка. Отброс.

Какое-то время я прокручивал в голове подобные бесперспективные мысли, и вдруг понял, что в комнате стало как-то необычно тихо. Да, я сам посоветовал бестии замолчать, но, честно говоря, прежде слушалась она редко. Я медленно поднял взгляд на монитор и сразу заметил нечто из ряда вон выходящее.

По всему экрану разместились сведения о возможных датах доставки из интернет-магазинов бытовой электроники. Однако поражало не это. Зараза потупила взор и поглядывала в мою сторону; она казалась исполненной сожалений.

Стоило нашим взглядам встретиться, как хитрюга неопределённо охнула и отвела глаза. Её пальчик указывал на уже почившие мышь и клавиатуру.

— Ну, как бы… Я едва ли могла подумать, что всё так выйдет… Шуточка получилась немного скверной, пожалуй…

Да что она несёт?.. Я в недоумении наклонил голову, но через секунду разобрался, какого ответа хитрюга ждала.

— М?.. Ты что, сожалеешь?..

— Ах! — не успела она ахнуть, как снова уставилась под ноги.

Говорящая вирусня беспокойно шаркала ножкой. Я почему-то вспомнил о нашей первой встрече и потупился тоже. Между нами воцарилось необъяснимое напряжение. В любом случае, я обязан что-нибудь сказать!..

— Ничего, сделанного уже не воротишь… Ну… Как бы… У них и модели устарели, так что я как раз подумывал их заменить…

Договорив, я вновь посмотрел на экран и встретил лишь спину собеседницы: хитрюга с увлечением листала интернет-страницы.

— Вот-и-мен-но! Да-а-а уж, я тоже думала, что пора бы прикупить новенькое! Хочу отметить, эти двое здорово послужили Вам до сегодняшнего дня! Молодцы! Пусть покоятся с миром!

Я потерял дар речи.

Интересно, испытывал ли я прежде такое непонятное чувство?

В сердце не осталось ни ярости, ни скорби: его целиком поглотила пустота. Отдавшись было этому ощущению, я вдруг услышал ремарку личности с экрана.

— Чего? Вот как… Фиговатенько…

— Это что там у тебя фиговатенько? Мне сейчас любое работающее устройство сойдёт, поэтому найди доставку в день оформления.

— Ммм… как бы сказать… Я знаю, что тоже капельку в ответе за это…

— Ни разу ни капельку, блин.

— И что Хозяин, наверное, без этих штук умрёт не сегодня-завтра…

— Ну да.

— Вот и я говорю. Так что я везде пошарила, но… Хозяин, Вы знаете, какой сегодня день?

— Э? Сегодня… четырнадцатое как бы, да? Кажется… Ой, блин! — испугавшись, я уставился на заполненный результатами поисковых запросов экран.

«Доставка в день заказа невозможна». Везде.

— Обон [✱] Обон — праздник поминовения усопших в Японии. Проводится с 13 по 15 августа; большинство компаний устраивают для сотрудников выходные. же. Куда ни глянь — повсюду выходной, и доставка почти везде с послезавтра.

У меня закружилась голова.

— Послезавтра?.. Через два дня? — не в силах выдержать такое, я откинулся на спинку компьютерного кресла.

Два дня. Ничего особенного. Обычно.

Однако для меня — это вопрос жизни и смерти.

Без пищи дня два наверняка продержаться бы смог.

Два дня смог бы и не засыпать.

Но тут — совсем другой разговор.

Я уже дышу за счёт сети. Не пользоваться компом — это всё равно что получить приказ больше не дышать.

Вот ты можешь не дышать два дня? Вряд ли.

Моё тело откажет без соединения с интернетом: так на него повлиял образ жизни в последние два года. От мобильника у меня только одно название: в этом доме почему-то крайне плохой сигнал. Пожалуй, проще сказать, что телефон совсем неюзабельный, и даже надеяться на его адекватную работу рискованно.

Славно, что сам компьютер не пострадал. Однако пока устройства ввода полностью мертвы, проку от «ящика» нет. Вот окажись, например, у сидящей на экране штуки хоть сколько-то понимания, дело могло и не принимать такой серьёзный оборот. Здорово бы давать ей приказы. Вот тебе и замена комплектующим.

Увы. От тесного общения с этой заразой я не то, что через два дня, — уже к завтрашнему утру заполучу язву желудка от стресса и помру.

Несмотря на периодические попытки общения, в основе моей стратегии лежало игнорирование собеседницы. Только так мне повезло дожить до сегодняшнего дня, не заработав язвы. Но чтобы обращаться к ней по каждому поводу? Да если я внесу это предложение, у вирусни заполыхают глаза, как у ребёнка от новой игрушки. Уверен, она тут же согласится.

По правде говоря, эта хитрюга уже какое-то время прожигала меня взглядом. Я едва ли не слышал голос своего личного электронного врага. «Ну же… У Вас всё равно нет выбора… Ведь нет же?.. Вперёд!»

…Остаётся два варианта.

Махнуть рукой на ПК и умереть? Или стать её игрушкой и умереть?

Чувство безнадёги вырвалось из груди вместе со вздохом.

— Оба варианта — жестя-я-як...

Абсурд, но я был уверен в своей гибели в оффлайне. Это не какая-то там шутка. Тупая, самая глупая на свете ситуация… И в вариантах только смерть. Я даже проронил над собой слезу.

— Эм...

— Да чего тебе?..

— Ну, как бы… Наверное, вы заняты своими думами, но… Я тоже сегодня немного перестаралась, и…

Она снова бросила в меня недавним трюком: тем самым сочетанием потупленного взгляда и расшаркивания.

— Слишком мало режимов извинений! Больше не обманешь!

— В-всё не так! Погодите немного, я всерьёз! Я правда раскаиваюсь! Я стану для Хозяина руками и ногами! Хоть на три дня, хоть на четыре! Только сейчас! — отчаянно взмолилась она, изменив свой размер вновь. К чему бы это.

— Да ну?

— Вдоволь используйте меня вместо клавиатуры и мышки, пока не придёт заказ! — изображение заразы стало ещё больше; её глаза чуть увлажнились от слёз. — Придуриваться не смею! Буду в точности придерживаться указаний!.. Правда-а-а…

Вот чёрт!.. У её поведения есть и такой вариант!..

Даже этого хватило, чтобы вынудить сердце восемнадцатилетнего девственника громко застучать. Я жалок.

Ну уж нет, так просто я не слома… Хм. Она же всерьёз искала интернет-магазины? Реально раскаивается?..

Застряв в подобных мыслях, я вдруг заметил движение знаков за спиной собеседницы.

Это ещё что за новости?..

Я напряг зрение. В левой нижней части монитора — позади увеличившегося на весь экран личика — полным ходом менялись иероглифы в вопросе из недавнего приложения.

«Вопрос номер один:

При ответе на него я наберу один символ из слова, которое пожелает найти Хозяин!

В случае неправильного ответа я буду поштучно публиковать в сети изображения из драгоценной коллекции Хозяина!

Внимательнее подходите к…»

— Эй.

Она мило наклонила головку со знаком вопроса; в глазах хитрюги всё ещё стояли слёзы.

Однако во мне больше ничего не всколыхнулось.

— За спиной.

— М? …Ой! — она с панической торопливостью оглянулась, закрыла приложение и как ни в чём ни бывало направила на меня жалостливый взгляд. Теперь неестественность выражения стала заметнее, однако словно в противовес этому возросла слезливость.

Я молчал.

— А, знаете?..

— С меня хватит...

— А?

…Два года. Вспоминая о самых разных событиях того времени, я впал было в сентиментальность, однако выживание требовало действий.

Я покинул свое место и открыл шкаф. В мою жизнь не входили прогулки даже по окрестностям, так что в гардеробе чередовалось несколько вариантов одежды. Логично, что платяной шкаф по большому счёту стоял без дела.

Однако только сегодня и только сейчас я открою его.

— Х… Хозяин?! — оклик за спиной был наполнен изумлением: интонация оказалась забита кричащим «не может быть».

Я выдвинул верхний ящик; меня встретили аккуратно сложенные худи и ветровки.

В голову разом хлынули запертые было воспоминания о далёких временах, когда я ещё носил эти предметы гардероба.

— У…

Вместе с картинами разных событий той поры по застарелым шрамам ударила пульсирующая боль. Резко тряхнув головой, я взял сложенную ветровку из верхней правой части ящика и задвинул его обратно.

Затем настал черёд второго сверху: здесь в той же опрятности складировались всевозможные брюки карго и шорты. Выбрав себе брюки цвета хаки, я немедленно задвинул очередной ящик.

— Хозяин! Что с Вами происходит?! — вроде как запаниковала зараза, стоило мне лишь снять спортивные штаны и начать переодеваться. Звучало это так, словно она столкнулась с чем-то чудовищно непредвиденным.

— Вы так ещё ни разу не выглядели! Блин, да что же это?..

— В магазин…

— Э?..

— Да за покупками я пошёл, блин! Что, нельзя?

— За… покупками? — похоже, она не ожидала такого ответа.

Что, по её мнению, я должен был сделать после переодевания?

— Именно… Пойду и сам всё себе куплю. На тебя ни в чём нельзя положиться.

— За покупками!.. Да разве это не чудо?! А я уж подумала было, что Вы точно наложите на себя руки!

— Не дождешься! Да кто вообще умирает из-за того, что облил газировкой мышь с клавиатурой?

— Эм, Хозяин же.

— А, да… — не сразу отозвался я.

Увы, я помнил это заявление из собственных уст. Хотя, вероятно, до практики дело бы не дошло.

Я продолжал собираться между глупыми пререканиями.

— Ну, пока как-то так, — я до упора застегнул молнию ветровки и тем самым поставил точку в смене гардероба.

Эту одежду я носил давно, и сидела она плотненько; мне как-то стало не по себе, словно впервые надел эти вещи.

— У-у-у! Не ожидала, что будет так горячо! А вот с повседневной одеждой, думаю, Вам стоит завязать.

— Э-э-э… Да? Я нормально выгляжу?..

— Нормально-нормально! Видный парень прям!

— Реально? Прекрати смущать.

Когда я, стыдящийся, но уже со сносным настроением, повернулся к экрану, на нём обнаружилась вереница фотографий первоклассных моделей-парней. От компьютерной девчонки, спрятавшейся за картинками, остался лишь голос.

— Вы реально крутецки выглядите! Не ожидала от Вас меньшего чувства стиля!

— Напрягает, хватит… Убери…

— А? И почему же?

— Да понял я, хорош…

Энтузиазм, возникший перед выходом из дома, как бритвой снесло, но отступать я уже не собирался. Вызволив из шкафа сумку, я перекинул её через плечо.

На этом основная часть подготовки завершилась; оставалось лишь пробежаться по всяким мелочам.

— Та-а-ак, кошелёк, и… Больше ничего?

Я поднял с изголовья кровати кошелёк, который обычно использовал только для оплаты заказов через интернет.

— Наверное, как-то так… Фух… Ну, пожалуй, пошёл.

Глубоко вздохнув, я направился к выходу из комнаты.

— П-подождите секундочку, Хозяин! — стоило мне прикоснуться к двери, как из колонок раздался истошный вопль.

Я повернулся на крик.

— Чего тебе?.. Большего не вытворяй, мне уже хватило.

— Я не о том… Вы ведь давно не выходили из дома, правда? Поэтому… ну… Как бы сказать… Не лучше ли пойти вдвоём, а не одному? Вот.

— Вдвоём? Да мне звать некого.

К счастью, у меня нет ни единого доступного для связи друга. Да пусть и был бы — настроение не то.

— Нет, речь не о том… М-м-м… Смотрите, я ведь… могу и навигатором работать…

Такое впечатление, словно от меня требовалось понять подтекст. Конечно, невозможно не заметить за финтами посыл «возьми меня с собой». Но не целый же комп на плечи взваливать.

— И как ты себе это представляешь? Ну, хорошо: я беру тебя с собой. Вылазь.

— Что? Правда?! Тогда я прямо сейчас переберусь вон туда! — она с улыбкой указала на небольшой комод рядом с кроватью.

…Там пылился мобильный телефон с сенсорным дисплеем.

***

Лето в самом разгаре. Воистину в разгаре. Неужели лето — настолько жаркая штука?

Тело, которое буквально только что вкушало благодать прохлады в закрытом помещении, едва ли не с шипением зафонтанировало потом.

А ведь прошли каких-то жалких двадцать секунд. Выйти я, конечно, вышел, но мои очки жизни стремительно таяли.

— Эй. Приём-приём. Меня слышно, Хозяин? Эй. Эй.

— Может, вернуться?..

— А? Вы что-то сказали? Пожалуйста, поднесите телефон чуть поближе ко рту!

— Забей… Ничего особенного…

Хозяйка этого безынициативного голоса наверняка не знакома с понятием «жара». Аж завидно. Чертовски.

Я словно проводил военную операцию: на голове — канальные наушники, в руке — мобильник на манер рации.

Зараза всё же уломала меня и силком заставила взять её с собой. В ход пошли угрозы рёва утренней сирены и создания на главной странице форума школы объявления о вербовке друзей от реального имени.

Теперь казалось, что на моём телефоне появилась заставка в виде электронной девочки с улыбкой от уха до уха. Однако сама она, судя по всему, ни капельки не желала смирно изображать статичную картинку и шныряла туда-сюда.

Подумать только… Неужели настал день, когда софт управляет мной?..

Хотя вот эта конкретная штучка скорее не оператор, а адово технологичный чумной дух.

Выбравшись на шоссе, я всё сильнее и сильнее познавал огневую мощь лета.

Впереди над асфальтом трепыхалось марево.

Я чувствовал себя обитателем Северного или Южного полюса, которого внезапно зашвырнули в саванну.

Жарища. Плевать, какая там влажность или температура. Просто жарища.

— Поверить не могу… Лето что, всегда было таким?..

— Так недавно же Вам твердила! Похоже, за сегодняшний день уже приличное число человек оказалось в больнице с солнечным ударом! А, Хозяин, Вы захватили страховку?

— Да взял я её… Хоть сейчас в больницу…

Выходя из дома, я понабирал с собой разных штук на случай непредвиденного.

Даже если при самом худшем раскладе я где-нибудь хлопнусь, тело опознают.

— О-о-о! Раз так, я спокойна! Ну, вперёд и с песней!

— Пон… Эй, а с чего ты мне указываешь?! Чья вина была изна…

— Ой! Хозяин, на этом перекрёстке — направо! Направо!

— Что? Здесь? Да, лажанул… Что-то я совсем дороги не помню. Уже не секу, где мы.

— Вы воистину не любитель выходить из дома, Хозяин. Когда, говорите, были на улице последний раз? Два года назад? Карта-то с того времени совсем изменилась!

А ведь и правда. Я не успел осознать это из-за чрезмерной жары.

Едва теплящиеся в памяти данные низвергли какие-то исполинские здания и множество многоквартирных новостроек вокруг. Так вот что называют развитием городской инфраструктуры? Я долго прожил на этой улице и не мог представить, чтобы за каких-то два года она так разительно изменилась. Или это впечатление родилось из-за смены обстановки после хиккования в четырёх стенах?

В голову вторглась мысль, что мой город потихоньку перекраивала чужая воля.

А местные жители (включая меня) не замечали перемен за своим бытом.

Находясь в плену этих идей, я возвратился к перекрёстку, повернул куда следует и узрел главную улицу. Вот так да! И не ожидал, что мой дом настолько удачно расположен. Меня встретил интенсивный дорожный трафик; быстро двигался и людской поток. Огороженная зданиями улица шла прямо, без ответвлений; по ней тянулись толпы. Слева направо, справа налево — люди появлялись и так же исчезали. Совсем как привычная для моей жизни картинка на экране.

— Так, что там у нас… Кажется, налево на главную и пр-я-я-я-мо. А потом нап… Хозяин?

— Э? А… да. Понятно. Так куда дальше?

— Говорю же! Налево, на главную! А потом — направо! Да что с Вами такое, Хозяин? Вы жутко рассеяны! Ой!.. У Вас что, уже солнечный удар?!

— Нет. Не в этом дело… Просто… Знаешь, странное какое-то чувство… Здесь правда есть торговый центр?

По крайней мере, два года назад настолько большими магазинами здесь не пахло. Ради какой-нибудь пустяковой электроники требовалось целое путешествие.

— Вне всякий сомнений! М-м-м… Так… Цитирую их главную страницу! «Универмаг с Вашей улицы! Здесь собрано всё — от мебели и бытовой электроники, до кухонной утвари!» А-а!.. Этот магазин открылся нынешней весной!

— А… Вот я и не в курсе. Но зачем тут-то строить?..

— М-м-м… Но окрестности-то в последнее время активно развиваются! Немного правее отсюда есть большая больница, а дальше — новая школа… На другой стороне улицы стоит и немаленькая библиотека. И всё это, кажется, разом построили с конца прошлого года и до нынешнего.

— Так быстро?! Всё и правда преобразилось… О, вот и главная наконец…

Я миновал главную улицу, и глазам вмиг открылась панорама.

Рекламные щиты и придорожные насаждения, рестораны в офисных зданиях.

Одетые в форму студенты. Сотрудники фирм, смиренно извиняющиеся за что-то по мобильным телефонам.

И всё это звучит. Звучит. Звучит.

Разнообразнейшей информации оказалось так много, что я не мог её переварить; перед глазами поплыло.

— У-у-у… Кажется, это уже выше моих сил. Пойдём домой? Да, пойдём. Возвращаемся.

— Типичная толпа на Обон. Это его величие! Нам лучше постараться!

— Ты меня игнорируешь, да?.. Эх… Людей много, реально…

По хорошо обустроенному тротуару было как-то легче перемещаться, чем по недавнему переулку: кроны насаждений отбрасывали тени.

И всё же от людей и проезжающих машин меня заметно бросало в жар.

Я ворчал, но продолжал брести по улице и вышел к колоссальному перекрёстку.

— Так это, Хозяин, дома Вы бы постоянно действовали на нервы воплями «сдо-о-охну» да «сдохну-у-у»! Неужели не согласитесь? Поэтому ещё немного терпения, пожалуйста!

— Ах ты… Да фиг с тобой, не хочу тратить силы на бессмысленный разговор. О! Зелёный. Перейти бы.

Светофор сменил цвет, и я пересёк дорогу. Чуть впереди виднелся парк. Качели, конструкции для лазанья, фонтанчики… К рядам дивного игрового оборудования волей-неволей примчался бы любой ребёнок. А когда я прошёл ещё дальше, по правую руку из-за зданий показался краешек исполинского рекламного щита: характерная черта крупных торговых центров. Прежде его скрывали насаждения.

— О-о-о, эта громадина больше, чем я думал!.. Это же надо отгрохать было…

— Так это же самый крупный торговый центр в округе! Как насчёт приглядеть какую-нибудь одёжку по случаю?

— Ты дура? Я же сказал: на улицу выхожу только сегодня. Меня задрало это чёртово пекло.

— Вот именно! Я ждала от Вас этой фразы! Нет-нет, если Хозяин заикнётся о новой одёжке, именно это и станет поводом набрать 119 [✱]119 — номер скорой помощи и пожарной службы в Японии. !

— Я тебе кто — первочеловек?! Уж одежду себе я способен купить! Тупица!

— Э-э… ну… Пойдёмте поглядим?

— Н-нет… Не то чтобы сегодня неподходящий момент…

Я тут же услышал сдавленный смешок и, почувствовав на лице жар, убрал мобильник в карман.

— Э-э-э! Хозяин, я же пошутила! Давайте как-нибудь ещё придём! Ну?

— Может, в другой раз… — ни с того ни с сего пробормотал я.

Телефон в кармане. Вряд ли она услышала ответ.

Взяв курс на вывеску, я вновь увидел большой перекрёсток с четырёхполосным движением.

По правую руку, на той стороне, прерывая вереницу зданий, стоял тот самый торговый центр.

…Для описания всего этого напрашивалось лишь одно слово. Громадина.

Исполинская парковка вместила бы невесть сколько теннисных кортов и оказалась забита машинами под завязку. Те непрерывно циркулировали, заезжая с дороги и убираясь прочь.

Напротив разноцветных машин возвышался сам магазин: два здания высотой примерно по десять этажей. Оба строения через каждые несколько этажей соединялись арочными галереями.

— Это офигительно… Такое тут забабахали всего за два года?..

— А! Уже пришли? Эй, Хозяин?! — пропела она.

— Только дорогу перешёл. Ещё не на месте.

— Я тоже хочу посмотреть!

— А-а-а, заткнись уже!

— Ну Хозяин, ну блин! — она рявкнула только в путь, не стесняясь в громкости.

— Да понял я! Хорошо! — я волей-неволей вытащил мобильник и направил его задней камерой на торговый центр. Со стороны это наверняка выглядело как фото на память.

— Вай!.. И правда круто! На замок похож!

— Ну… А ведь реально. Это больше смахивает на замок, чем на торговый центр.

— Хм-м… О! Я вижу на крыше что-то похожее на парк развлечений! Давайте сходим! — завопила она. Напряжение подскочило до небес: видимо, хитрюга задействовала вибрацию мобильника, показывая свой восторг длинными сигналами.

— Ни фига не сходим, блин! Тебе вообще в парке развлечений делать нечего…

— Пф…

Телефон пару раз коротко провибрировал и затих; сразу же звякнул сигнал входящего сообщения.

Её работа. Писать на этот телефон, разумеется, некому.

— М?.. Да чего тебе?..

Я посмотрел на экран и встретился с прямым нахмуренным взглядом.

Необычная агрессия в нём ввергла меня в смятение.

— Воистину никакой деликатности, Хозяин! Уж список мест для посещения-то есть даже у меня!

— Чего? Я же говорю: ты и покататься ни на чём не сможешь! Что в этом прикольного?! Скукотища, не?

— Ах ты!.. С меня хватит! Катись один хоть за покупками, хоть на карусели!

— Неа. Говорю же, не поеду…

Стоило мне увидеть на её лице решительность, как телефон вырубился. Нет, не так: часы никуда не пропали. Может, включился режим экономии энергии? Что бы там ни стряслось, а экран оставался чёрным. Звук тоже исчез.

— Эй! Что за ерунда, э-э-эй…

Я тряс мобильник и нажимал кнопки, но ничего толком не изменилось. Цифры на экране отсчитывали течение времени.

Сейчас в аккурат миновала половина первого дня.

— Да что за… Я не врубаюсь, честно… Ой…

Я как раз перешёл дорогу на перекрёстке и с кем-то столкнулся. Наверное, из-за моего неудачного места: я умудрился остановиться неподалёку от входа на территорию центра.

— Ой, э… извинит…

Подняв голову, я вдруг встретил взгляд жутких глаз и …На миг примёрз к месту от страха.

Несмотря на разгар лета, незнакомец кутался в светло-лиловую толстовку с длинными рукавами. Низко натянутый капюшон с трудом позволял различить взгляд владельца, однако мне эти глаза виделись едва ли не каменными, с холодком в глубине.

Вместе с резким испугом я ощутил хлынувший по спине пот. Это было всё равно, что невзначай увидеть нечто запретное, на встречу с которым наложено табу.

— Э-э-э… как бы… то есть… п-прошу проще…

Я опустил голову в робких извинениях, обнажая приступ коммуникативного расстройства. Ну всё, мне конец. Прикончат. Спасибо за всё, мама. Жаль, я не успел завести девушку.

— Ничего. Моя вина.

— А?..

Я поднял голову, но парня и след простыл.

Вокруг было многолюдно, но не настолько, чтобы человек мигом исчез. И поблизости негде спрятаться.

Почти опустившись на тротуар от навалившейся слабости, я упёрся руками в колени. Сердце с запозданием тяжело застучало; синхронно с этим по телу побежал пот. Не потому, что я давно не контактировал с людьми, нет. Настоящая причина в том, что тот взгляд был самым ледяным из всех, какие я только встречал за всю жизнь.

Не похоже, что парень смотрел так из-за нашего столкновения. За всем этим чувствовалось нечто куда более глубокое… невообразимое спокойствие.

— …дке?..

— А?

— Спрашиваю — у Вас там всё хорошо?

Я вынул мобильник из кармана. Видимо, в какой-то момент тот снова заработал, и его обитательница смирно сидела в центре экрана. Увы, всё ещё угрюмая.

— А… Опять ты. Только подумал, что ты исчезла… Ой.

Пока я говорил, её лицо стремительно краснело. Это скверно? Что за вопрос — конечно скверно. Никогда не видел, чтобы ей сносило крышу от злости, но дело очевидно приняло дрянной оборот.

— Нет! Прости! Я пошутил! Реально, прости! Помнишь, там на верхнем этаже виднелось что-то похожее на парк развлечений? Давай после покупки сходим туда! Ну?

В тот же миг заливавшая лицо собеседницы краснота отступила. Глаза бестии сверкнули так, что мне едва ли не почудился звон рассыпающихся звёздочек.

В сей короткий миг я понял: нажимать на эту кнопку реально не стоило. Влип по самое не балуй.

— Парк развлечений?! Правда? Вы только что сказали, что мы туда пойдём?! — от очередей вибрации у меня онемели руки; глаза хитрюги раздражающе сверкали.

— А?.. Д… Д-да! Разок можно и сходить!

— Обещаете?! Эм-м… О! Можно на ту штуку, которая поднимается и опускается! А зате-е-ем… э-э-эм….

Её реакция оказалась наполнена сверхнеожиданным уровнем дружелюбия, и внутри меня шевельнулось раскаяние. Ладно. Не плохо же я с ней обращался.

На недавние проделки мне тоже ни с того ни с сего стало чихать.

Вот оно как. Даже её поражал внешний мир.

Возможно, реальность за пределами компьютера для хитрюги выглядела куда более чарующим местом, чем для меня. Всё же она не могла ощутить те же запахи или жару.

Миновав ворота, я проник на примыкающую к торговому центру территорию, неопределённо поддакивая бесконечно сыплющимся на меня требованиям.

Бьюсь об заклад: на дизайн ведущей ко входу мостовой угрохали уйму денег. Досконально продуманный декор составляла последовательность прямоугольных камней самых невообразимых цветов.

Стоящий за этим божественный рисунок не суждено разуметь простому смертному навроде меня. Никаких сомнений.

Так ни капли и не разобравшись в замысле автора, я быстро протоптался по его творению и наконец достиг левого здания.

С этой точки мне казалось, что оно пронзает небеса.

Перед исполинскими стеклянными дверьми нашёлся информационный стенд: он тоже застыл в элементах декора.

Стенд был помещён в раму, совсем как первоклассный образец живописи.

— Та-а-ак... Бытовая электроника... бытовая электроника... Во, седьмой этаж.

— Сперва, после той штуки, которая поднимается и опускается, мы сходим на американские горки. А потом ещё и на колесо обозрения…

— А-а-ай, да хватит! Всё понял я! Уже идём!

Я легко мог представить поток из «штук, которые поднимаются и опускаются» и «американских горок»: настолько голова оказалась забита постоянным повторением одного и того же. Зараза словно твердила заклинание.

— И-и-и! Купим же всё по-быстренькому! Мышку! Клавиатуру!

— Сперва попить…

Я остановился у автоматических дверей, и, когда те разъехались, был приветствован леденящим воздухом.

— Ва-а-а… — избыток наслаждения нечаянно вырвал из моей груди стон.

— Буэ-э-э, Хозяин мерзкий, как и всегда!

— Так этим ты встречаешь Хозяина после всех его отчаянных стараний?!

...Блин.

Случайно рявкнул. Семья, наслаждавшаяся шоппингом в отделе летней одежды, разом обратила на меня внимание. Маленький мальчик простодушно рассмеялся, тыча в мою сторону пальцем.

— А... Э... Это так... Ха-ха...

Они точно решили, что видят двинутого на всю голову. Я же — с едва заметной и неестественной улыбочкой — щегольнул перед ребёнком спешным отступлением к лифтам.

Не смей, малец. Не смей становиться подобным мне.

Пространство с лифтами размещалось совсем рядом с торговой зоной, и внутри располагались скамейки и торговые автоматы. Здесь отдыхали пожилые люди, нянчились с детьми в колясках родители.

— Автомат... О-о-о! — наконец настал час получить питьё, встречи с которым я жаждал до самого прибытия в магазин.

Горло настолько пересохло, что при любом вдохе норовило слипнуться.

По-барски добыв из кошелька купюру в тысячу йен, я скормил её торговому автомату.

Моей целью был всемирно известный газированный напиток.

Мысль о грядущем орошении тела чёрной сладкой жидкостью поселила в груди волнительный трепет.

Без промедления нажать едва вспыхнувшую кнопку — ничтожные три десятых секунды. Рефлексы, достойные бога.

Лязг автомата ублажает слух. В этом заключена одна из прелестей таких штук. Уголки моих глаз вспыхнули жаром: я уже давно не слышал такой симфонии.

Я медленно протянул руку к банке и вцепился в неё. Холодит не по меркам этого мира. Наивысшее блаженство, которым расточительно пользуется одна лишь ладонь. У меня возник порыв приложить банку ко всем частям тела, но это действие стало бы просто извращением.

Наконец я поддел пальцем ключ-кольцо и вскрыл ёмкость. Короткое шипение повторно очаровало слух, вырвавшийся изнутри аромат газировки защекотал носовую полость. Не сдержавшись, я оросил напитком горло, чтобы изведать вкус. Орошение… Нет, это уже нельзя назвать орошением: все мои чувства наполни…

— Стрёмное у Хозяина придыхание.

— Пфа... а-а-а...

— Прям редкостная мерзопакость.

— Захлопнись! Ты бы звучала не лучше. Гарантирую.

— Неа. Кстати, Хозяин, лифт пришёл!

Двери самого левого из четырёх функционирующих лифтов открылись, и наружу энергично вытекла человеческая лавина. Когда поток иссяк, в кабину погрузилась масса ожидавших своего часа посетителей.

— Что? А, ничего страшного. Поедем на следующем. Вот допью, и поедем, — я продолжил жадно глотать газировку, вкушая богатый аромат и насыщая тело сладкой жидкос…

— А-а-а! Уходит же, Хозяин! Пожалуйста, пейте поживее!

— Вот потому и сказал, блин, что на следующем! Прямо сейчас я как бы занят! Пью!

— Ах Вы!.. Если не поторопимся, всё же закроется!

— Да не бывает парков развлечений, которые закрываются к полудню! Всё равно лифт уже полон!

Даже выстроившиеся поблизости покупатели провожали взглядами забитый людьми лифт.

— Говорю тебе: просто расслабься и жди. На следующем поедем железно!

Та ответила короткими унылыми виброгудками. Я проигнорировал это и без особой на то причины посмотрел в сторону лифтов.

Панель вызова с кнопками, готовыми отозваться даже на лёгкое нажатие, и беззаботность в дизайне галочки указателя выдавали щепетильность владельца. Бок крайнего левого лифта украшало ознакомительное описание торгового центра.

— Ну надо же. Тут говорится, что всем заправляет ультрасовременная компьютеризированная система защиты. Внутри здания гарантирован самый высокий уровень безопасности, что бы ни стряслось.

— Ультрасовременная, говорите? Хе, в следующем году от этого слова и следа не останется. Не правда ли?

— Не делай таких бессердечных ремарок… Наверное, в следующем году установят ультрасовременную систему по новым меркам. В любом случае, разве они не имеют в виду, что крутой здесь не только декор?

— Ну-у-у… Выглядит кучей проблем, вот.

— Наверняка и есть куча проблем. О, вот и лифт.

Лампочка ближайшего лифта как раз замигала над цифрой 1, и почти в тот же миг из его дверей вырвался поток людей. Когда лифт выплюнул всех, ожидающие очереди покупатели также сплошняком повалили в него. Почти то же самое мы видели совсем недавно.

Моя позиция оказалась достаточно удачной, чтобы без проблем занять место в этом лифте. Забросив пустую банку в урну неподалёку, я отдался потоку.

Семёрка этажа бытовой электроники уже горела оранжевым: похоже, кто-то из пассажиров порезвее успел её выбрать. Как нельзя кстати. Я оказался плотно зажат толпой и смог бы дотянуться до панели лишь с огромным усилием. Когда предел вместимости был достигнут, двери лифта тихо закрылись, и он поехал наверх. Из-за плотности людей в толпе было ожидаемо жарко, даже если кондиционер и работал. Сбежать отсюда хотелось при первой же возможности, однако лифт останавливался почти на каждом этаже. Меня продолжало жевать обновляющейся толпой; к счастью, я таки добрался до седьмого.

Двери раскрылись, и я в группе из ещё нескольких покупателей вышел из лифта.

По сравнению с первым этажом, где гостей встречали летняя одежда, купальники и еда, здесь простирался совершенно другой мир.

Первыми на глаза попались вереницы товаров отдела электроники для кухни. Холодильники — настолько исполинские, словно в них можно упрятать целую свиную тушу (такой агрегат никак не влез бы в нашу тесную кухоньку). Рисоварки, смахивающие на военную технику (Умеют только готовить рис? Не верю). Разноцветные плакаты с крупным шрифтом рекламных лозунгов. «Новинка!», «Хит сезона!» Моя раса лишённых интереса к кухне людей в этом вообще не разбиралась.

В проходе, рассекавшем весь этаж, было… сколько метров? Сорок? В глубине зала на стене крепились жидкокристаллические телевизоры последних моделей и аудиосистемы, источающие ауру первосортности.

— О-о-о, этот отдел нереально большой! Ты смотри-ка! Один этот этаж крупнее любого местного магазина электроники!

Снова испытывать на себе её вопли очень не хотелось, поэтому я повернул мобильник камерой вперёд, как самый обычный человек, и пошёл по этажу. Первые ряды занимала крупная бытовая электроника. Однако, судя по длине прохода между стеллажами и площади магазина, сюда завозили почти любые электрические приборы. Даже беглым взглядом я зацепил с десяток продавцов-консультантов в рабочих куртках со слоганами.

— Хозяин! Что это за штука, похожая на бомбу?!

— Эта?.. Что это такое? Термос же. Вылитая граната.

Мы смотрели на однотонный угловатый предмет тёмно-бирюзового цвета. Создатели явно вдохновлялись военными штуками. Не окажись у термоса на боку шкалы для замера уровня оставшейся воды, он точно сошёл бы за нечто смертельно опасное.

— Какой круте-е-ецкий!.. А, Хозяин! Вы же говорили, что хотели кипяточку!

— Так мне тогда было западло спускаться на нижний этаж, чтобы заварить рамен. Не нужна мне эта рухлядь. …И, кстати. Чтобы туда налить воду, всё равно придётся спускаться. Разницы нет.

— Э… Да полно Вам! Если заскочит какой-нибудь гость, это обязательно станет темой для разг… Ой, извините! Мне не стоило заходить так далеко…

Напряжение стремительно спало. Она вдруг сделала кроткую мордашку и присмирела, словно речь невзначай зашла о каком-нибудь кошмаре наподобие смерти моих родителей.

— Э, завязывай давай.

— Простите. Я согласна, в моей ремарке было слишком мало заботы о Вашем состоянии… Впредь буду внимательнее.

— Прекрати! Прекрати, я сказал! Лучше посмотри вот на это! Эй, глянь! Офигенский дизайн! — я стремительно перевёл тему на микроволновки, которые выстроились напоказ вдоль прохода между стеллажами. Очевидно, товар выглядел самым обычным, а выпустил его неизвестный производитель. И это ещё не всё. Здесь же красовалось объявление с решительным «Ликвидация запасов!», а цена была снижена аж до трети от первоначальной.

— Нет-нет! Да, дизайн простой, но офигенно же! Мне нравится! Купим себе?!

— Как ни посмотри, а они-то Вам нужны ещё меньше! А вот та бомба мне по вкусу! …Кстати, Хозяин. Мы за чем сюда пришли?!

— А, да, за мышкой. Давай быстренько купим и мухой домой.

— Хозяин?.. — короткие залпы вибрацией в руку установили атмосферу давящей строгости.

— Нет! Я в курсе! Парк развлечений! Не забыл! Э-э-э… Где тут компьютерный отдел?..

С потолка свешивались указатели со всевозможной электроникой; я закрутился на месте, обшаривая их взглядом. Нужная вывеска всё никак не попадалась. Наверное, товар был тщательно разделён на разные категории.

— Компьютерный отдел, комп… Ой! — я постоянно крутился, глазея на потолок и расхаживая по магазину, а потому очень сильно врезался в местную консультантку. Ужасно. То и дело сегодня сталкиваюсь с людьми.

— Простите!.. А… Э-э-э… как там… отдел для ПК где тут будет? — я вынул один из наушников, заодно стараясь сохранить извиняющийся тон.

А ведь она красавица, если присмотреться к лицу. Уверен, что при парне. Источает женские флюиды.

Собеседница на миг растерялась: я понял это по её выражению.

— А, да! Компьютерный отдел! — наконец учтиво ответила она. — Идите прямо до предпоследнего ряда и сверните направо.

— А… Э… Благодарю…

Я сильно разволновался: впервые за долгое время вёл нормальную человеческую беседу. Однако теперь грудь переполняло удовлетворение: я справился с разговором и чувствовал облегчение, а ещё пообщался с милой девушкой. Да, это хороший магазин. Настроение переменилось, походка стала лёгкой, и я триумфально последовал по указанному маршруту.

— М, Хозяин?

— М? Что приключилось? — я и сам удивился, насколько благодушно прозвучал мой ответ. Неужели человека до такой степени может изменить разговор с девушкой? Я словно прикоснулся к одной из тайн жизни.

— Не, вот… — из наушника вдруг полилась какофония магазинных звуков.

— М? Что это?.. — я уже собирался уточнить, когда фоновый шум смешался с неприятным бормотанием парня.

— А-а… Прости-и-ите… А… Э-э-э… как там… отде-е-ел для ПК… где тут будют?..

В следующий миг раздался отчётливый женский голос. Его обладательница казалась весьма озадаченной блеянием покупателя. Это было ясно, как день.

Тут звук и прервался.

— Вот такое Вы и производите впечатление, Хозяин. Очень «переспрашивательное».

Разнообразие моих бесед в течение двух лет сводилось лишь к бормотанию с загадочным софтом. И вот к чему это привело.

Потрясение оказалось велико, и я почувствовал, словно в мой живот впихнули холодный камень или что-то на него похожее. Изнутри рвалось желание завопить на весь магазин дурным голосом.

— Не, я-то как бы привыкла и ничего против не имею. Но для обычных людей, думаю, Ваша речь немного высоковата по уровню сложности.

— Хватит… Домой…

— Нельзя! Мы же ещё не сходили в парк развлечений!

— Да без разницы уже… Я словно только что на горках покатался…

Я продолжал идти с высоко поднятой головой: боялся, что иначе из глаз польются слёзы. Не пойду больше в этот магазин.

— Да всё же хорошо! Если захотите поговорить, можете общаться, сколько душеньке угодно. Со мной общаться.

— Ну вот, вернёмся и заводи утешительные консультации… Сдохнуть хочу…

— Хе-хе-хе! Положитесь на меня! Вы это, держите себя в руках! А, гляньте-гляньте! Разве это не компьютерный отдел?! Мы почти пришли!

Я и не заметил, как по правую руку появились наушники для общения по сети и веб-камеры. Наверное, этот отдел был продуман ради новомодных блогеров со стриминговых платформ. Идиотизм. Вот бы всё человечество потеряло голос…

Следом по правую сторону вдоль прохода сверкали во всей красе самые современные сверхтонкие ноутбуки и высокоспециализированные игровые ПК. В других обстоятельствах вид этой техники наполнил бы меня внеземной радостью.

Однако прямо сейчас я хотел как можно скорее добыть комплектующие, немедленно покататься вверх-вниз на той штуке, опробовать американские горки и сразу вернуться.

— Купим быстрее и домой…

— Хозяин?!

— Да понял я… У-у…

Я нетвёрдой походкой двинулся к стеллажу с комплектующими. Рекламные вывески встречали меня с обеих сторон. «Лёгкое управление для непринуждённой работы в сети!» «Соедините телефон с компьютером для видеозвонка!» Если честно, смотреть на это просто устали глаза.

Наконец я миновал цветастое великолепие и прибыл к вожделенным мышкам и клавиатурам.

Здесь тоже выставлялся на обозрение полный состав самых современных моделей. Беспроводные, с шаровым манипулятором… Всякие.

— Как же их много … Ну, подойдёт-то мне любая, но… Давай-ка возьму ту, которую труднее сло…

…Это случилось внезапно.

Без малейшего предупреждения по этажу разнёсся взрыв, рёв который я услышал даже сквозь наушники.

Приглушённый, нереалистичный, но точно уже хранившийся в памяти звук.

Тут же со всех сторон раздались крики.

Сердце вмиг перешло на яростный ритм и громко застучало.

Не теряя ни секунды, я вырвал из одного уха наушник: царящие на этаже вопли и шум стали на порядок реалистичнее.

— Что за?!

Из узкого прохода между стеллажами я не мог понять, что именно творится вокруг. Однако в тот момент, когда я попытался со всей осторожностью выбраться на центральную дорожку, по всему этажу прокатился новый звук. Рухнуло что-то металлическое.

Я перевёл взгляд в сторону холла с лифтами. Путь, которым я следовал совсем недавно, теперь блокировала белая стальная стена.

Этаж как будто разделило заслонкой ровно пополам; лифты остались на той стороне. Стеллажи с товаром были невредимы; в стене я не видел ни единой щёлочки.

Я полностью осознал, что именно вызвало шум, лишь когда посмотрел на самую дальнюю часть разделённой стеной главной дорожки. Поначалу я не мог поверить в происходящее, но теперь кровь отлила от моего лица просто со сногсшибательной скоростью.

Так вот что был за звук, и что за крики.

Консультантка, которая несколько минут назад указывала мне дорогу, лежала на полу.

От её сочных бёдер по белому полу медленно расползалось алое кровавое пятно.

Лицо исказила боль; ни следа от недавней ослепительной улыбки.

Неподалёку стоял высокий мужчина. Щетина, военный камуфляж — в фильмах подобное носят выходцы из элитных войск.

В руке — пистолет. На поясе — настоящие ручные гранаты: по производимому впечатлению тот термос им и в подмётки не годился. И абсолютное равнодушие в действиях, словно в магазине не происходило ничего особенного.

Вокруг небритого находилось ещё несколько ему подобных вояк. Они взяли на мушку покупателей в каждом из проходов между стеллажами. Я оставался в слепой зоне в узком проходе, однако со всех сторон неслись вопли гостей и агрессивные приказы, с которыми захватчики подчиняли жертв. Похоже, никто не умел оказывать сопротивление в подобной ситуации: ни работники магазина, ни покупатели. У вояк наверняка были товарищи, которые ещё не попались мне на глаза.

Все, кто слышал первоначальный взрыв и пальбу.

Все, кто видел это своими глазами.

Так или иначе, а все люди, которые в панике носились по этажу, оказывались собраны в одно месте. Это происходило неуклонно, в пугающем темпе.

Наверное, не прошло и нескольких минут.

Группировка захватила этаж с ошеломительной скоростью.

— Ну, здесь все?

— Так точно. Все люди с этой стороны, включая покупателей.

— Хм-м-м. А-а-ай, ладно… Мне очень жаль, что вы были прерваны в самый разгар шоппинга. Вы, ребятки, большие неудачники, — бросил нам небритый. Воистину не знает берегов безрассудства в своих манерах.

Несколько десятков собранных жертв ютились на открытом пространстве в углу самой дальней части отдела бытовой электроники седьмого этажа; местом заключения стала зона продажи телевизоров. Все до единого усажены на пол. Руки нам крепко стянули за спиной упаковочной лентой или чем-то подобным.

Совсем недавно цельные оконные стёкла пропускали в помещение солнечные лучи. Теперь же их блокировали белые заслонки, похожие на те, что обычно опускают в конце рабочего дня. Издалека доносился слабый гул полицейских сирен: кажется, приехало несколько машин. С другой стороны гигантской заслонки слышались голоса; там могли находиться переговорщики от полиции.

Девятеро перед нами выглядели живым воплощением слова «террорист». Это определение буквально прописалось в их внешности. Трое держали на мушке нас, трое повернулись к заслонке, а остальные двое общались с небритым, подойдя к нему практически вплотную. Этот мужик сильно смахивал на лидера.

— Тринадцать часов. Время.

— Ага.

Получив сигнал от товарища, который то и дело поглядывал на часы, небритый достал мобильный телефон и беззаботно заговорил по нему. Он выглядел так, словно подумывал заказать пиццу на дом.

Мы моментально услышали голос, но донёсся он не от мужика перед нами. Его речь на высокой громкости струилась из динамиков для объявлений.

— Ах. Приём-приём. Эй, меня слышно? М… Господа полицейские, благодарю за вашу тяжкую службу. Постарайтесь слушать внимательно, потому что повторять я не буду.

Стоило террористу заговорить, как стражи порядка за стеной стихли.

Небритый сделал короткую паузу; некоторое время мы слышали лишь отдалённые звуки сирен.

— Как вы уже поняли, мы заняли этот этаж. Несколько десятков заложников… ну, сейчас они в порядке. …Пока. Итак, перейдём к делу. Требование одно. Приготовьте нам миллиард йен в течение получаса.

Мужчина продолжил говорить: равнодушно и совершенно буднично. Он словно не замечал реакции окружающих.

— Передача денег — на крыше этого здания, через тридцать минут. Сбросьте выкуп с вертушки. Вас уже будет ждать один из наших людей. Фальшивые деньги, радиомаяки и другие ваши штучки здесь не сработают, так что не пытайтесь. И ещё… Если, к примеру, я услышу, что вы не успеваете приготовить деньги, или что сначала нужно освободить заложников… Мы их шлёпнем. Всех до единого. Думаю, вы и сами всё прекрасно понимаете.

Пленники не сдержали эмоций и зашумели в ответ, однако дула пистолетов троих террористов мигом взяли их под контроль. Некоторые жертвы сдавленно всхлипывали.

— Ну как-то так. Справитесь? Если нарушите хоть что-то из сказанного… Ай, ладно. Вы поняли. Прошу приступать.

Террорист разговаривал таким тоном, что не вовлечённый в ситуацию зритель мог принять всё за телефонную беседу с другом. Закончив свою речь, главарь примостился на ближайшей скамейке для посетителей; весь его вид излучал атмосферу хлопотной досады.

Интересно, сколько человек хоть раз за свою жизнь оказываются в заложниках?

А сколько вляпывается в первый же выход на улицу после двух лет затворничества? Не иначе как один я.

Собственная невезучесть потрясла меня до глубины души. Если неудачный день — не сегодня, то когда вообще?

— Ай, чего-то тут совсем скучно. Может, стоило назначить пятнадцать минут?

Небритый сидел, скрестив ноги, и безо всяких признаков напряжения игрался со своим мобильником. Сейчас он выглядел совсем апатичным. Ни за что не поверишь, что перед нами — зачинщик крупного преступления, которое останется в истории.

Ближайший вояка ненавязчиво пытался унять главаря просьбами потерпеть ещё немного.

Они уже вели себя так, словно провернули своё идеальное преступление… Что вообще террористы собираются делать дальше? Вызвать для побега вертолёт? Но тогда за ними ринутся в погоню и повяжут всех разом. У них есть по меньшей мере ещё один член банды, который опустил заслонки и управляет системой оповещений. Плюс человек для получения выкупа. Вот вам и ультрасовременная компьютеризированная система безопасности. Это же полный провал! В итоге её используют для прямо противоположной задачи. Раз любые компоненты защиты здесь во власти компьютера, можно перехватить контроль над ним и распоряжаться всем громадным зданием из комнаты управления.

Но всё же, боюсь, у них заготовлен путь побега. Вон, какие спокойные. Хотя пока не понимаю, что они задумали. Действия террористов казались несовершенными, но результат безукоризненный. Справились они быстро, так что до этого момента всё точно распланировано. Иначе быть не может.

…Однако я не в настроении просто молчать и ждать развязки.

Это они-то освободят заложников? На лицах ближайших вояк я не видел ни крупицы интереса к человеческим жизням.

И в таких вот руках оказалось наше существование. Мда.

Обстановка была настолько нестабильной, что всё так и норовило рухнуть в любой момент.

Любой момент.

Будь у меня всего один момент, один удобный случай, я бы переломил эту ситуацию.

— Тс!

Небритый вдруг поднялся, держась за свой затылок; лицо главаря исказилось гримасой.

— Эй!..

— А?.. Кх!..

Террорист подошёл к одному из своих дружков и со всей силы вломил тому в живот.

— Не кхакай тут… Ты кого по башке лупишь, гнида? А?! Отвечай! — он снова ударил корчащегося на полу вояку.

Непонятная сцена вмиг отразилась на окружении: люди забеспокоились.

Террористы, которые держали нас на прицеле, тоже не могли скрыть замешательство.

— С чего бы это?.. — чуть слышно пробормотал я себе под нос.

— Хи-хи… — вдруг тихо рассмеялся парень сзади, по левую руку от меня. По этажу эхом разносились крики разъярённого мужика.

— А?.. — смех прозвучал неожиданно и вообще не к месту; я удивился и посмотрел на заложника.

— М? А, ничего, прости-прости. Я нечаянно. Это было ну слишком забавно.

Хм. Он немного младше меня, да? Большие — словно кошачьи — глаза, короткие светло-коричневые волосы. Одет в лёгкое серое худи.

— Что именно… забавно?..

— А? Да много чего. А вот у тебя, кстати, с недавних пор очень интересный взгляд. Такой, знаешь… Говорящий. «Как бы мне поступить… Но ведь шанса всё равно нет…» Типа такого.

Яростные вопли никак не затихали. Все — и террористы, и заложники — были на нервах. И лишь этот паренёк сидел на расслабоне, словно оказался не участником ситуации, а зрителем.

— Откуда ты это взял?.. — скорее всего, громкая брань вояки заглушала наши тихие голоса.

— Ну-у-у… откуда-то взял, — продолжил кошкоглазый. — А на самом деле как? Секретный план имеется?

— Я абсолютно уверен, что смогу удивить эту братию. Если уберу эти штукенции с рук и получу тридцать секунд времени.

— Ого. Поразительно. Ну, лжи я в твоих словах не чувствую. Что с вероятностью успеха?

— Досадно, но… Сотка.

В ответ паренёк снова захихикал.

— Можешь не верить. Да я всё равно вряд ли смогу освободиться…

— Не, прости-прости. Это не из-за того, что я не верю. Просто от тебя пышет такой убеждённостью! Вау. Так-так, понятненько…

Исходя из неукротимого интереса на лице паренька, его вера в мои способности стремилась к нулю. Однако безумцем, который смеялся от потери рассудка в экстремальной ситуации, он не казался. Его слова почему-то меня успокаивали.

— Э-э-м… Думаю, очень скоро они сделают ещё одно объявление. Но это не точно. Так что может выпасть надёжный шанс, а дальше всё в твоих руках. Постарайся.

— А? О чём ты? И вообще, начнём с того, что освободиться я сразу не смогу…

— А-а-ай. Тоска смертная. Эй, вы, у меня есть ещё разговор. Готовьте громкоговорители к трансляции.

— Е-есть!

Небритый не стеснялся наносить удары в ответ на возражения и отдал приказ одному из дружков. Кажется, главарь снова был вне себя от гнева и не мог сдержаться: вены на его лбу вздулись.

Всё говорило о том, что они готовили вторую трансляцию. А ведь первая была меньше десяти минут назад!

Совпадение? Паренёк-предсказатель наблюдал за всем с огромным удовольствием.

Всё шло в точности по его словам. Однако будет ли у меня шанс? К тому же я в принципе ничего не смогу сделать, пока руки остаются связаны. Даже если появится возможность.

Тем временем главарь террористов получил какую-то информацию от дружков, повторно достал мобильный телефон и начал вещать.

— Э-эй. Меня слышно? Время на сбор денег сокращается на десять минут. Так что у вас всего десять минут. Попробуйте только вякнуть, что не успеваете — сразу убьём половину заложников. Ясно?

Заложники снова зашуршали; иные тихо вскрикнули от испуга. Террористы, которые в прошлый раз мигом приструнили жертв, сейчас тоже пришли в смятение. Кажется, они не ожидали такого поворота.

— И предупреждаю, пока не стало поздно. После передачи денег мы улетим отсюда на вертушке. Не советую нас преследовать. С нами будет бомба. Её мощности вполне хватит, чтобы поднять на воздух целый квартал. И мы без промедления сбросим её при малейшем намёке на погоню.

С той стороны заслонки послышался шум: полицейские разволновались. И неудивительно. Получается, заложниками террористов стали люди целого квартала.

Они всё-таки продумали план до мельчайших деталей. По всем признакам за этим стояла организация с соответствующей чёткой структурой. Похоже, эти парни оказались готовы поставить на карту жизни всех местных лишь ради своего побега. И, раз они вооружены до зубов, одной только полиции было не справиться. По крайней мере, за такое короткое время.

— О чём они только думают…

Моё жилище находится в радиусе поражения. Если сейчас домой вернулись мама или младшая сестра, они точно пострадают.

— Чёрт… что за безответственность к чужим жизням…

Я уже не мог контролировать бурлящее внутри раздражение.

Однако кошкоглазый паренёк словно бы предвидел мою реакцию и заговорил:

— Всё в порядке. Всё будет хорошо, осталось чуть-чуть.

Я больше не мог терпеть этот пофигизм.

— Мы не в той ситуации, чтобы расслабляться!.. — завопил во всю глотку я. — Ты понимаешь, что моей семье грозит смерть?!

Весь этаж погрузился в мёртвую тишину. На лицах мужиков с пистолетами тоже застыло недоумение.

В выражении кошкоглазого паренька я прочитал «о-хо-хо», однако сильно удивлённым он не казался.

Небритый пронзил меня взглядом и приблизился.

Террорист остановился прямо передо мной и присел на корточки; его лицо оказалось совсем близко.

— Ты чё вякнул, щенок?..

Стоило мне услышать его рядом, как в голове тут же замелькал калейдоскоп из недавних актов жестокости.

Такого ужаса мне ещё не доводилось испытывать; тело затрясло.

— Эй, глянь-ка, ты весь дрожишь. Что стало с твоей недавней отвагой?! — ублюдок схватил меня за волосы и приподнял; на его лице расцвела широкая улыбка. — Чего-то ты совсем хиленький… Что, из дому тоже выходишь редко?! Вы, хиккикомори, такой мусор, что смело можете дохнуть. Всем будет плевать. Эй, вы там согласны?

Последняя фраза относилась к соратникам главаря; сам он раскатисто расхохотался.

От этого громкого голоса уши на полном серьёзе болели.

…Поэтому я был очень рад, что иметь с ним дело лично приходилось лишь одному из них.

— Ты…

— А? Ты что-то там брякнул? Слишком тихо, ни фига не слышно.

Я посмотрел подонку прямо в глаза и отчётливо заговорил.

— Это такие говнюки, как ты, должны хикковать в тюряге!

— А ты интересный! Супер.

Стоило главарю договорить, как большой телевизор, который висел позади и по диагонали от террориста, с чудовищным треском рухнул на пол. Это случилось так внезапно, что все присутствующие тут же повернули головы на звук.

Следом сами по себе посыпались немаленькие колонки, которые раньше стояли под телевизором.

— Эй! Что за хрень?! — небритый швырнул меня на пол и с пистолетом наготове двинулся в сторону аномалии. — Кто там?!

Вояка даже не успел договорить, как прямо рядом с ним повалился стеллаж для товаров. Содержимое полок посыпалось на террориста.

— Э-э-э?!

Как раз позади стеллажа, в ловушку которого попал главарь, я увидел уже знакомый отдел компьютерных комплектующих.

Я совершенно не понимал, что за феномен столь внезапно разыгрался на наших глазах. Однако это точно шанс.

Напряжение в руках вдруг пропало.

— Ну что, твой ход. Я рассчитываю на тебя.

Кошкоглазый паренёк рядом дружелюбно улыбался и махал мне. Хотя руки у нас должны были оставаться связанными.

Сердце застучало так громко, как ещё никогда за сегодняшний день.

Даже сильнее, чем во время утренней сирены.

Я оттолкнулся руками от пола и резко выпрямился.

Мужики с пистолетами, судя по всему, не понимали, что происходит, и были растеряны.

Я и сам не понимал собственных поступков.

… Просто определился с результатом.

Я вскочил на стеллаж, как следует придавливая главаря под ним, и метнулся в компьютерный отдел.

Разумеется, остальные вояки направили на меня пистолеты.

Я слышал крики других заложников: они пытались предупредить.

Однако все уже безнадёжно опоздали. Финал миссии сверкал прямо передо мной.

Перед броском я выхватил из кармана телефон и крепко зажал его в руке, впервые за долгое время призывая её.

— Позаботься об этом… Энэ!

— А затем — парк развлечений, да?! — послышался из правого наушника как всегда бодрый девчачий голос.

Вырвав кабель (тот самый, который связывал камеру телефона с компьютером) из мобильника, я присоединил к нему свой собственный. По всем дисплеям моментально промчался привычный мне силуэт.

И в тот самый миг, когда я провожал его взглядом, по моему животу проскочил неведомый ранее импульс.

В туловище словно прилетело молотком.

В следующий момент перед глазами поплыло.

Я так и не сгруппировался, свалился и ударился лицом о белый пол.

Сила с шокирующей скоростью покидала каждый сантиметр моего тела.

Сознание понемногу тускнело; на грани беспамятства я услышал, как все заслонки разом поднялись.

Солнечный свет окутал меня теплом.

Это сильно напомнило мне времена, когда я подрёмывал в классе, за своей партой у окна. И мне показалось, что тот самый, дорогой сердцу голос, вновь говорит со мной.

***

…Интересно, как долго я был в отключке? Я открыл глаза и обнаружил себя на кровати в комнате, полной книг. Сбоку нашлись тазик для умывания и полотенце. За мной что, кто-то ухаживал?

Рассудок был ещё затуманен; я полез в нагрудный карман, но не нашёл мобильного телефона.

Пошарил у изголовья кровати. Нет и там.

…Тогда. Когда нас сделали заложниками.

Энэ беспрестанно говорила со мной через оставшийся правый наушник.

Если честно, то шуму от неё было больше, чем от небритого террориста.

«Ой-ё-ёй… Хозяин, крепитесь! Вас обязательно спасут!» — такие вот загадочные ободряющие возгласы посылала мне она сначала, сразу после поимки. Во вторую половину нашего приключения, во время угроз небритого, Энэ показала свою ярость. «Можно порешить этого мужика на хрен?! Можно?! Хозяин!» Совсем как другой человек.

Но вернёмся к нашим баранам. Всё здание находилось под контролем компьютера. Если бы только я сумел заслать в систему Энэ, хакер в комнате управления потерял бы свою значимость. Кем бы он ни был, он не мог конкурировать с ней. Это очевидно.

И всё же я удивлён. Энэ не имела возможности получать информацию с камеры телефона или поговорить со мной, однако окружающих звуков ей хватило, чтобы разобраться в ситуации и моментально решить проблему. Я считал её забагованной, а тут такой сюрприз.

Ну ладно. Как бы там ни было, а сейчас я наверняка жил благодаря Энэ…

Не то чтобы я понял всё в идеале, но нужно сказать ей спасибо… В конце концов я ведь так и не выполнил обещание сводить её в парк развлечений…

Однако телефона нигде не было. Так это значит, он остался лежать в торговом центре?.. Сто пудов. Ну, неважно. Уж она-то вернётся… Так или иначе.

Оставим это. У меня нет другого выбора, кроме как с пользой потратить такое долгожданное время одиночества.

Сегодня я всласть отосплюсь…

— Постойте, а где я?! — я резко вскочил и попытался оценить положение дел.

— Ай-яй!

Я повернулся на грохот и увидел её: девочку с длинными пушистыми волосами белого цвета. Так это она всё присматривала за мной? Внезапный громкий возглас напугал незнакомку, и та свалилась со стула.

— А… Эм… Как бы…

— А, ой, ой! Прости! — девочка зачем-то извинилась и — снова по непонятной причине — спряталась за стул.

Я взял себя в руки, осознал происходящее и заметил, что у меня почти ничего не болело.

А ведь был уверен, что пуля попала мне в живот…

— Э-э-эм… А ты… — попробовал заговорить с девочкой я.

— Хозяин очнулся?! — в тот же миг пропел привычный уху голос.

Но вот людей, которые прошли к нам сквозь распахнутую дверь, увидеть здесь я не ожидал.

Тот самый кошкоглазый паренёк. Некто в капюшоне, с кем мы столкнулись недалеко от входа в торговый центр (присмотревшись, я увидел в нём девушку, хотя в тот миг получил другое впечатление). А ещё… Ещё рядом с ними стояла моя младшая сестра Момо с моим мобильным телефоном.

— О-о-о! Самое главное — Хозяин выглядит здоровым! Итак! Пойдёмте все вместе в парк развлечений! — оптимистично затрещала из динамика Энэ.

— Э? …Момо? Не, что? Тот самый… Э?..

— Братина-дубина! Ты почему такой сумасбродный?! Кстати, Энэ-тян. Не надейся, что мы пойдём после всего этого в парк развлечений…

Похоже, Момо и Энэ успели поладить. Они так естественно вели диалог друг с другом…

— А? Э?.. Да не, я не против парка развлечений… Но скажите сначала, что я…

— Ви-ди-те?! Я знала, что Хозяин — крепкий орешек! Мужчины не берут своих слов обратно! Идём! Прямо сейчас идём!

— Э? Что там, что там? Что про парк развлечений? Идём, идём! — кошкоглазый в предвкушении наклонился вперёд.

— О-опять на улицу?.. — испуганно дёрнула плечиками девочка с белыми волосами; она так и сидела на полу.

— А, да… Прости за этот внезапный галдёж… К счастью, пуля тебя лишь поцарапала, так что на время мы перенесли тебя сюда. Нам не нужно проблем от такого переполоха.

— Э? Эм?..

Теперь взгляд девушки в капюшоне ощущался совершенно иначе.

— Поторапливайтесь, раз проснулись, Хозяин! Закроется же!

В голове стоял полный кавардак; всевозможные диалоги фактически ввинчивали мне в мозг насильно. Похоже, максимальная допустимая для меня дозировка общения была превышена. Я бросил попытки думать.

— Да всё, мне плевать…

Блин, точно не перепадёт отдыха. Никакого снисхождения.

Я мечтал хоть немного вздремнуть перед всем этим, но раздражающий голос Энэ не позволял даже такой малости.

Кажется, на моём лице нарисовалась неясная улыбка.

…Сегодня из окна опять доносился ужасно докучливый стрекот цикад.

Так начинался длинный-длинный день… 15 августа.