Том 12    
День пятый


Вам нужно авторизоваться, чтобы писать комментарии
dars
6 мес.
День 3
Глава 2 "махина на правой стороне —стреляла" - не хватает пробела после тире.

Глава 3 - "на в башнях типа" - выберите 1 предлог.

Глава 7 - "И никак не достать до оставшихся без пожарной машин с выдвижной лестницей." - тут не понятно что, или может я туплю, но можете объяснить или исправить если ошибка? Мой вариант - "И никак не достать до оставшихся без пожарной выдвижной лестницы машин."
Отредактировано 5 мес.
ricco88
6 мес.
Спасибо.
naazg
7 мес.
Спасибо
lastic
7 мес.
Домо
dervent
7 мес.
Спасибо
ricco88
7 мес.
Спасибо.
naazg
7 мес.
Спасибо
lampo_griz
2 г.
Походу точно конец "придуркам"(((
_Chitatel_
3 г.
Что за богиня!
Генрих
3 г.
Ну и обложка... Не ждем (~_~)

День пятый

Глава 1

Одно требование к боевому оружию превосходило по значимости разрушительную силу: управляемость.

Аргоубийца, разработанный Гермес Фармасьютикал ядовитый газ, не был исключением. С частотой смертельных исходов 99,8% он получил статус худшего изобретения в истории, но всё же разрабатывали его именно как военный продукт. Наверняка создатели предусмотрели противоядие или восстановитель.

Но тогда почему они не спасли десятки тысяч людей во время подавления народных волнений? Флорейция поразмыслила над возможным ответом.

— Если для них противоядие — не в приоритете, тогда они могли накопить его для нескольких десятков людей. Тогда большую часть поражённых они бы не спасли. И как только мир узнал бы о лекарстве, люди бы посчитали, что компания целенаправленно истребляет народ. Вот почему создатели отказались помогать. Лучшим вариантом для них стал найм армии адвокатов и дезинформация о причинах смертей… Хотя тут они, во-видимому, провалились.

Сисястая командирша вещала с танка, у которого сверху выходила дыхательная труба, что позволяло пересекать реки, а ещё к нему прицепили додонепроницаемый пожарный рукав. Сочленение замотали скотчем и суперклеем для резины, оттого творение местных умельцев смотрелось дремучей кустарщиной.

В довершение Квенсер заткнул дуло пушки огромной резиновой пробкой и запечатал щели мастикой.

— Это правда сработает?

— Подводный танк? В старых войнах такие использовали, и бабушка начертила для меня изумительный чертёж. Она даже протестировала его на мелком бронированном беспилотнике, так что проблем не вижу… Вот так.

Сисястая командирша поковыряла липкую ленту на запечатанной трубе и повернулась к Квенсеру.

— Врачи говорят, Катерина не протянет и двух дней, даже если купируем все симптомы. Полагаю, ты знаешь, что тебе надо делать, Квенсер.

— Пересечь на этой штуке море и связаться с VIP-персоной. Эта тварь купила божью любовь за пожертвования фармацевтам. Может, она знает, как спасти Катерину.

— Молодец. Пока блокада не снята, Альянс точно нас не пропустит. Смотри, чтоб Раш тебя не засёк. — Флорейция вытерла пот со лба. — Твоя цель — Оливковый Сад в пятидесяти километрах к северу отсюда. Это современная электростанция на альтернативном топливе. Владельцы пытаются покончить с энергетическим кризисом, заменяя нефть на оливковые поля.

— Значит, там меня напоят оливковым маслом экстракласса, которое даже для машин годится? А эти ребята ещё большие привереды в еде, чем мы.

— Ну, значит, мы немного стройнее. А ещё Оливковый Сад известен как плавучее казино с мировым именем. А игровые фишки там покупают за баррели нефти, а не деньги.

— По-любому деньги отмывают.

— Наша VIP-персона — это Элизабет Шнобель. Её отец — президент туристической компании Информационного Альянса, а она оказалась в центре беспорядков и попала под воздействие ядовитого газа, когда два года назад ради забавы сбежала в Афины. После чудесного исцеления она перевела крупную сумму денег в “Гермес Фарма”. Да не просто крупную, хватило бы на половину Объекта.

Почему не прижать саму “Гермес Фарма”? По простой причине. “Гермес Фарма” разработала ядовитый газ и наверняка припасла противоядие, но в международной корпорации работали свыше миллиона человек, и проблематично вычислить сотрудника с корыстными мотивами. На деле большинство было адекватными, достойными людьми. А временем на проверку всех Катерина не располагала. Чтобы скоро выявить злоумышленника внутри организации, лучше всего вычислить того, кто в курсе ситуации.

Флорейция присвистнула.

— Плюс компания Элизабет помогала создавать Вторую Венецию, но она и ненавидела её. Остров набрал популярность, оттого баланс корпоративных сил пошатнулся и компания утратила вес. Она как ненормальная пыталась создавать множество аналогичных мест по всему Средиземноморью, пытаясь вернуть былое место в группе, но лишь загоняла себя в минус. Оливковый Сад — одно из последних рентабельных мест. Частично на это повлияла наша Resort & Dolce.

— Откуда мы знаем, что Элизабет там?

— Красный конвертоплан. Фракция Элизабет купила роскошный вертолёт, чтобы девица могла прилетать и улетать с заброшенного острова, который она собиралась превратить в частный пляж, но когда Вторая Венеция вышла в открытое плавание, туристы стали косо смотреть на идею пляжа для секса. План рухнул, а конвертоплан стал для барышни тыквенной каретой. С тех пор, как он приземлился в Оливковом Саду, никуда не улетал. Мы подтвердили со спутника, ошибки нет.

— Пятьдесят километров. Жутко близко от микробного депо.

— Может, хотела из первых рядов наблюдать за гибелью популярного курорта, который так долго её бесил. И вот неожиданность, Элизабет и “Гермес Фарма” любят одно и то же казино. Может, устраивают совместный званый ужин. В списке гостей более пятисот сотрудников компании. Слишком много подозреваемых, давай-ка допроси Элизабет.

Военные не знали, когда Элизабет закончит развлекаться и улетит на красном конвертоплане. Если не перехватить её раньше, жизнь Катерины не спасти.

Звучало безумно, к тому же путь лежал через море смерти. Пришлось сварганить буквально из дерьма и палок подводный танк.

— Я могу послать только твою группу. Как только окажетесь там, вы сами по себе, Квенсер.

— Катерина спасла мне жизнь. Она без колебаний отдала мне маску, хотя могла не снимать. Не уверен, что поступил бы так же, окажись мы в такой же ситуации. Её изолировали от всего мира, даже представить не могу, как ей одиноко. По сравнению с этим проникновение в логово толстосумов — сущая ерунда.

— Мы можем что-нибудь сделать, пока ждём?

— Почините побыстрее Малыш Магнум. Пусть он хотя бы делает вид, что может быстро двигаться. Вторую Венецию всё ещё патрулируют Раш и Консерватор, а ещё Объект-Зомби не добит. Мы в любом случае не выстоим на игровом поле без Объекта.

— Сделаю всё, что могу, но ничего не обещаю. Запасные бронепластины мы пустили на крыши временных построек.

— А идеально и не надо. Просто поставьте Объект на ноги, чтобы он выглядел рабочим.

— Допустим, блеф сработает. Пустим пыль в глаза. А что потом?

Квенсер ответил коротким вздохом. А потом заявил:

— Плевать, сколько Объектов встанет между мной и спасением Катерины. Я сам их всех уничтожу.

— Ясно, — пробурчала Флорейция. Она вставила кисэру в рот, почесала голову и подытожила: — Тогда вперёд.

Глава 2

Путешествие по тёмному морю началось посреди непроглядной ночи.

— Во жесть. Мы правда попрёмся на самодельном подводном танке? Если вода просочится через скотч, нам конец. На сто двадцать метров люди в летнем лагере не ныряют!

— В моей школе в летнем лагере мы строили лунный дрон. Послали его на миссию в женский душ, но там его растоптали. Кстати, толстый танк выдерживает огромное давление. Мы заткнули все дыры в пушке и радиаторе, прицепили длинные трубки, чтобы впускать и выпускать воздух, так что по дну запросто поедет.

Роль дыхательных трубок, которые упомянул студент, выполняли пожарные рукава. Концы плавали на поверхности воды, замаскированные под обломки дерева.

Не обладая геолокацией, парни полагались во время путешествия в кромешной тьме на компас.

Но по прямой линии подводный танк всё равно не смог бы проехать, а сильно отклоняться от курса было нельзя, иначе маршрут окончательно будет потерян, и придётся нарезать в темноте круги.

— Этот ушлёпок Эванс выжил, да? Разве он не упал в силовой броне на самое дно?

— Если он не выжил, тогда кто сейчас прямо передо мной? В привидений я не верю.

— Поверить не могу, вы забыли про меня, да?! Настолько испугались за Катерину, что на меня болт положили?!

— Рот закрой. На кой чёрт мне тратить драгоценное место в памяти на пацанов? Меня больше Мёнри удивила. Тебя же три дня назад подстрелили!

— Уф-ф… Я бы и дальше спала на больничной койке, но когда услышала про Катерину, насколько ей хуже моего, уже не могла дальше лежать.

— Кажется, ты не вдупляешь, что люди погибают на поле боя. Ну, это ладно, поздравляю с возвращением в ад. Я рад, что нашу мужицкую банду разбавляет запах женщины.

— Хм, ну, я рада, что ты такой же пошляк, как и раньше. Если Катерина пробудила в тебе дух справедливости, значит, скоро умрёшь.

Подводный танк позволял на удивление просто пересекать государственные границы, обманывая радары и спутники, но платить приходилось скоростью. Экипаж изо всех сил старался отвлечься, чтобы осознание положения не сломало психику, оттого темы разговора скакали от одной к другой. Лишь бы не воцарилась мёртвая тишина.

— А, да. Мы собрали кой-какую инфу на Объект-Зомби.

— Зачем? Консерватор уже потопил его.

— Ну, это Объект-Зомби.

— Осторожность не повредит. Это Объект второго поколения Организации Веры, а наше кодовое название для него —Хвост Ящерицы. А значит, это не первый его бой.

— Тогда почему мы ничего не нашли в базе данных? Электроники филонят?

— Мы думали, его уничтожили, потому убрали из списка кандидатов. Хи-хи.

— Первая фраза имеет смысл, но остальное — непростительно. Если какой-нибудь бородатый старик попытается вот так хихикать, я ему нос сломаю.

— Ну, если серьёзно, есть предположение, что Хвост Ящерицы — это не название конкретного Объекта. Может, разным Объектам дают схожий внешний вид, чтобы запутать врага. Организация Веры называет его Дионисом. Не уверена, откуда такое название. Помню только, что это бог извращённых ритуалов.

Объект вредил самому себе, будто желая смерти. Он повышал собственную значимость, раз за разом уничтожая самого себя.

— Тебя от него плющит?

— Ну. Объекты все странные, но его я точно не хотела бы пилотировать. Может, в живых он умеет оставаться, но это как жуки или крабы отбрасывают лапу, если за неё схватили. Меня от таких видео мутит.

Создала его Организация Веры, которая ценила богов больше еды. В концепцию Объекта она вложила идею реинкарнации или человеческой жертвы, в то время как эффективность отодвинула на второй план.

— ...

— Сколько ещё километров? У нас темы для болтовни закончились, но тишина сведёт с ума.

— Давай как обычно. Знаешь, как мы убиваем время на ночном карауле.

— А, ты про Сиськосчёт?

Послышалось, как кто-то подавился. Наверное, Мёнри.

— В-в-в-в-вы о чём?!

— Нам правда надо объяснять? Если назовёшь двух девушек-солдат с одинаковым размером груди, получаешь очко. Ошибёшься, и ход переходит другому, всё просто. Проблема в том, что без судьи народ может передраться. Можешь побыть им, Мёнри?

— Какого чёрта?! Почему столько людей знает наши размеры?!

— Потому что нам скучно.

— И по одному взгляду можно прикинуть размерчик.

Глава 3

Охохошка вздохнула в преувеличенной манере, находясь в кокпите Раша Информационного Альянса. Она перебирала песни, которые собиралась включать на следующее выступление, но...

— Блин, зачем так очевидно?

Объект создавали для единоличного доминирования на суше и море, а вот остальное он контролировал абы как. Воздушные цели уничтожались противовоздушными лазерами, хотя Объект не летал. И уж тем более двухсоткилотонная масса не смогла бы нормально путешествовать под землёй и водой.

Но кое-что Объекты с водой сделать всё же могли.

Мощи Объектов хватило для окончания ядерной эпохи. А вариантов старомодного оружия производили великое множество, один чуднее другого: ядерные мины для закладки на морское дно, ядерные торпеды для атаки сквозь океан и ядерные ракеты, которые сначала подплывали к берегу под водой, а затем поднимались над поверхностью и летели к берегу на скорости пяти махов.

Объекты обладали соответствующими средствами уничтожения, как и противовоздушными лазерами.

Неспособность погружаться в воду не равнялось к невозможности править в море.

«Ну, я обязана ему жизнью».

Охохошка ритмично постукивала тонким пальцем по панели управления в такт своей музыке, а потом замешкалась и поставила трек на паузу.

— О-хо-хо. А как ещё мне его отблагодарить, если не пустить в ход всё, что у меня есть?

Девица окончательно решила атаковать. Военный склад ума делал из неё в первую очередь бойца, а уже потом звезду эстрады.

С днища Раша в тёмный океан упало несколько металлических кубов, которые хоть и казались мелкими по сравнению с Объектом, на деле доходили габаритами до грузовых контейнеров для самолёта. И наполнили их взрывчаткой. Куб умел распознавать искусственные звуки в море, какие не могла породить природа, и сравнивать со звуковыми паттернами аппаратов собственной армии. Любое несоответствие указывало на присутствие противника, и тогда в ход шла смертоносная икра.

Плотности огня и меткости отдельных снарядов хватало для перехвата одновременно двенадцати ядерных торпед, которые с помощью суперкавитации развивали в воде скорость, близкую к звуковой. А подводный танк, который месил песок на морском дне, едва ли мог что-то противопоставить.

«Тут тебе не там. В воздухе и под водой хватит малейшей трещины, чтобы сдохнуть. Мне даже плазмоган или рейлган не понадобится».

— О-хо-хо. Подтверждаю уничтожение цели Икс. Я засекла пузыри, которые вырвались наружу из раздавленного танка.

Глава 4

Когда их последнюю надежду выйти сухими из воды раздавили как таракана, Квенсер с остальными взвыли внутри пропотевших гидрокостюмов.

— Могла бы понежнее! Не всегда же маньячку отыгрывать!

— Звёзды непостижимы. Как только они начинают казаться обычными людьми, тут же вылетают из чартов.

Диверсанты на самом деле не залезали в подводный танк. Они изначально поняли, что каким бы тихим он ни был, мимо Объекта ему не проскользнуть.

И где же они были? В том, что выглядело как коряги.

— В-волны пригонят нас к Оливковому Саду? Обойдёмся без танка?

— Если карта течений верная. Если нет, остаётся молиться. Мы посреди Средиземного моря, будем надеяться, что нас выбросит на берег Королевства. Будет полный швах, если попадём к верунам.

Длинная дыхательная трубка, подобно плавучей антенне, выступала над поверхностью воды, чтобы закачивать воздух в подводный танк и выпускать обратно. Вот почему сисястая командирша прилепила пожарные рукава на скотч.

Квенсер с остальными решили, что танк уничтожат, потому прицепились к воздухосборнику, который плавал на поверхности. Танк тянул их за собой, сколько мог, а после его уничтожения пришлось надеяться на течение.

Море всё ещё представляло смертельную угрозу. Если Раш их раскроет, моментально уничтожит. Оттого группа из четырёх растяп при всём желании не могла ускориться.

— Слышь, а самое мелкое ядерное оружие размером с мяч для регби? Поместится в чемодан? Разве им нельзя заминировать Объект?

— Тяжёлый элемент типа калифорния позволит изготовить ядерный заряд размером с палец. Ядерная эпоха вроде как закончилась, давай надеяться, что человечество с атомом завязало.

— Уф...

— Что, Эванс? Понимаю, ты на нервах, но не надо рыгать. В акваланге — так себе идея. Ты же не хочешь захлебнуться в собственной рвоте?

— Не в этом дело… Прости, я не знаю почему, но этот Объект так сильно меня напугал, что у меня встал.

— Добро пожаловать в клуб, Эванс. Теперь ты истинный член 37-го!

— Стойте, вы и меня туда же?! — запротестовала Мёнри, но придурки не парились.

По прошествии более чем трёх часов группа наконец покинула территорию Раша.

— Этим тусовщикам вообще насрать, где война идёт? — спросил Хейвиа, забираясь на корягу.

Перевалило за четыре часа. Поздняя ночь перешла в раннее утро, и черноту сменила морская синева. Но один участок воды был залит светом, который никогда не потухал. Впереди виднелся квадратный участок суши, отвоёванный у природы, и с естественным берегом его соединял единственный мост с подсветкой.

— Они просто взяли и построили плавучий город, не думая о доходности и влиянии на окружающую среду? Похоже на одну школу из некоего ранобэ.

— Есть аналогии получше. Например, аэропорт в бухте.

— В общем, мы там будем через двенадцать минут. Ребята, готовьтесь.

Край противоестественной земли превратили в искусственный пляж, который не пользовался популярностью по ночам. В такое время всех увлекало казино.

Благополучно достигнув суши, Квенсер с остальными стянули акваланги и вытащили амуницию из пластиковых контейнеров, которые крепили к низу коряг. Группа прихватила с собой всё необходимое: штурмовые винтовки, пистолеты-пулемёты, пистолеты, ножи, ручные гранаты, гранатомёты, автоматические дробовики, лёгкие пулемёты, противопехотные винтовки и даже пластиковые бомбы с наплечными ракетницами.

— Нам напихали стволов по самые гланды! Нам столько не унести!

— Хе. Вот как народ любит Катерину.

Квенсер взял пластит, а Хейвиа —штурмовую винтовку с подствольным гранатомётом. Мёнри подняла автоматический дробовик с коробчатым магазином, а выбор Эванса пал на полуавтоматическую противопехотную винтовку. Растяпы сыпали жалобами, но похватали оружие как миленькие.

— Будет жопа, если кто-нибудь найдёт эти крутые пушки. Зароем в песок?

— Потрясное место. Тут люксовый отель, а в метре от него — промышленная цистерна в форме гигантской задницы.

— Подскажите, пожалуйста. Э-э-э, а где оливковое поле? Разве здесь не делают альтернативное топливо?

— Наверное, внутри вон той новомодной фабрики растений. Оливки теперь выращивают в здании или под куполом, с системой кондиционирования и водоочистителями. С деревьями, поди, лучше обращаются, чем с нами.

Первым делом диверсанты найдут Элизабет Шнобель, которая чудесным образом выжила, и заставят назвать человека из “Гермес Фарма”, выдавшего ей противоядие. Затем они схватят нужного человека и заберут у него вещество или химическую формулу. К счастью, “Гермес Фарма” ещё запланировала в Оливковом Саду большую вечеринку.

Если провалиться на любом этапе, Катерина не выживет.

Квенсер глубоко вздохнул, неся на спине забитый бомбами рюкзак.

— Начинаем. Где дворец Элизабет?

— Ну, наверное, одно из этих монструозных казино. Вот это называется Олимпом. В Оливковом Саду куча казино, а если судить по денежным потокам, как раз в этом нет верхнего лимита по ставкам. Баба там поднимет реальные деньги за один присест, и не надо носиться по другим местам.

— Так она почётный гость, с которым обычные люди почти не знакомы? Идеально, тогда незачем сдерживаться. Один рывок, и всех спасём, заодно и Катерину.

— Туристы, поди, к ней липнут, как мухи, ведь считают богиней удачи. А на самом деле она благодать купила у бога. Надо заставить нам отсыпать, Катерине пригодится.

Оливковый Сад представлял собой пятикилометровый квадрат осушённой земли, и среди ярких огней стоял Олимп. Квенсер с остальными направились прямиком туда, приковывая неловкие взгляды скучавших водителей лимузинов, ожидавших заигравшихся до ночи клиентов казино, и девочек по вызову, которых выперли из вестибюлей фешенебельных отелей.

На небольшом участке земли сосредоточились горы денег. Значит, охрану выставили надёжную, а ещё покрыли всю зону камерами и датчиками. Лазутчики не носили смокинги, как супершпионы, потому не могли оставаться незамеченными вечно. Но они и не планировали.

— Слышь, Квенсер. Ты знаешь, как классифицируется Оливковый Сад?

— Официально это военная база Организации Веры. Хотя уверен, они скупают фишки за топливо, чтобы уходить от налогов.

— Но это значит, что тут горячая точка, да?

— Ага. Если кучка солдат устроит пальбу, это даже в новости не попадёт.

Послышался обескураживающий звук трения армейских покрышек о землю. Машина размером с фуру, игнорируя сигналы светофоров, пронеслась вперёд и перегородила линию огня. Выглядела она как сплав пожарной машины и броневика, только её не раскрасили в красный и не снабдили передним ветровым стеклом. Появилась техника в течение пяти минут после высадки группы Квенсера на сушу, скорость реакции впечатляла.

Хейвиа, прячась за ближайшим укрытием, спросил:

— Что это?

— То ли военный пожарный автомобиль для защиты базы, то ли модифицированный водомёт-убийца.

— Э-э-э, разве вода тушит горящее масло?

— Не суетись, Мёнри. Наверное, у них там химикаты на основе негорючего масла. Тут база с альтернативным топливом, помнишь? И липкую жидкость можно выпускать с большей силой, чем обычную воду. Химикаты, которыми тушат нефтяные пожары, находятся под большим давлением, напор может перевернуть легковушку или сломать тебе спину, даже через бронежилет.

— Наверное, у них выбора нет, раз ни в коем случае нельзя провоцировать взрыв. Уф...

Охрана курорта медлила, словно её тормозили хорошие манеры. А четыре олуха Легитимного Королевства больше не парились насчёт того, кто их противник. Они просто хотели знать, в кого стрелять.

Квенсер вытащил кусок пластита размером с бейсбольный мяч, вставил электрический взрыватель в форме ручки и без колебаний метнул в водовоз-убийцу.

— Твой друг Квенсер сегодня не в настроении. Зови меня злым старшим братом, детка.

Он нажал кнопку на рации, и распустился огненный цветок.

Глава 5

Первый взрыв, озарив небо цвета морской волны, ознаменовал начало боя.

Водовоз-убийца рванул вперёд и въехал прямо в пламя. Взрывостойкие двери открылись, и наружу повалили солдаты, и если попадавший на ноги огонь они ещё хоть как-то игнорировали, то пули уже не получалось — Хейвиа не терял времени и всех отстреливал, посвистывая между делом.

— Бой только начался, и не будет ему конца и края до самого казино. Не просрите все патроны, а то джекпот не сорвём!

— Ты больше всех палишь, Хейвиа!

— Если сыграем в ящик, то и смысла не будет!

— Ну и что прикажешь делать?!

Жалуясь, Квенсер смял кусок пластита в шар с мяч, присоединил взрыватель и бросил в сторону солдат Организации Веры, которые настойчиво целились из-за укрытия по незваным гостям.

— Ого, прилипло к нему?

Враг, увидев прилипшую к шлему бомбу, запаниковал, а Квенсер не стал сдерживаться и с помощью рации взорвал убегавшего солдата вместе со всеми остальными за укрытием, а Хейвиа безжалостно добил всех вражеских солдат, которые успели отскочить от взрыва.

— Ого, эти мордовороты такие высокоморальные. Сражаются как надо и даже мрут, когда надо.

— Им точно платят больше нашего.

Пока Хейвиа менял магазин, Эванс противотанковым ружьём уничтожил стену, за которой прятались враги.

Квенсер с остальными продвигались вперёд, а безобидные девушки в бикини и костюмах зайки бегали в панике туда-сюда.

Группа добралась до утопающей в неоновом свете главной зоны казино. Уже почти наступил рассвет, но яркие вывески всё ещё выжигали глаза.

— Веруны как-то несерьёзно к нам относятся. В смысле, у меня же на спине ракетница.

— Наверное, не хотят повредить дороги и мосты гусеницами танков. А пулемётами и артиллерией можно ненароком зацепить какую-нибудь большую шишку.

— З-значит, на курорте для богачей нет снарядов из обеднённого урана? Такие пули пробьют цель и заодно цистерну с водой.

В тот же миг стена ресторана сбоку разлетелась, и на главную улицу выехала гигантская машина. Она походила не на водовоз-убийцу, а скорее на гигантский самосвал, который высотой мог потягаться с трёхэтажным домом. И предназначалась машина отнюдь не для строительных работ. Спереди у двенадцатиколёсного бронированного грузовика крутился под углом вал с цепями и грузами, словно щётка в автомойке, и при контакте с ним железобетонное здание могло превратиться в пыль. Диверсанты и думать не хотели, что случится с человеческой плотью.

— Это цеповой вал! Они реально создали эту хрень для разминирования!

— Сдаваться они всё-таки не хотят. Наверное, этой штукой они рушат здания с минимальным риском пожара. Эванс, твоё противотанковое ружьё на нём не сработает, не трать пули! — прокричал Квенсер товарищу, который без передыха посылал в грузовик специальные патроны.

Машину изначально создали для разминирования. Проще говоря, грузовик расчищал зону от мин, наезжая на них. В отличие от ковша трактора, цепи и грузы не гнулись и не ломались от взрывов. Плюс грузовик сделали больше и оснастили дополнительными модификациями, потому никакое огнестрельное оружие не имело против него и шанса.

И теперь гигантский грузовик с цепами явно двигался на незваных гостей. Если они укроются за автомобилем, тот превратится в труху вместе с ними.

Квенсер с остальными быстро забежали в заведение неподалёку. Их встретила стойка рецепшна, за ней были длинные и узкие стеклянные двери, а остальное пространство занимали кабинки размером с телефонные.

Когда Хейвиа с остальными направили оружие вглубь здания, паренёк за стойкой со слезами на глазах поднял руки вместо того, чтобы нажать кнопку снизу.

— У-у меня нет денег! Тут нет сейфа! Я не хомячу выручку, и нет никаких общаков!

— Мне насрать, балабол. Где чёрный вход?! Покажи, и мы уйдём. Живо! Сейчас же! — прорычал опальный аристократ с винтовкой наперевес, но главная опасность лежала впереди, а не у стойки.

— Чёрт, это тир! Нажратым мужикам дают пушки?! Совсем поехали?!

— Не заморачивайся. Они стоят спиной к нам, да ещё в наушниках. Для них сейчас главное — пальба по мишеням, нас вообще не заметят, — обнадёжил Эванс, держа тяжёлое на вид протитанковое ружьё. В тире вместо двигавшихся по рельсам бумажных мишеней стоял огромный экран, который закрывал всю стену, словно в кинотеатре.

— Божественный чемпионат по покеру в казино «Олимп» приближается к кульминации. Звезда этой ночи — Уайдин Аптаун из Полевой службы зачистки Корпораций Капиталистов. Эта горничная просто помешана на деньгах, а то, как она раскладывает карты, зажжёт любое шоу. Но не будем забывать о таинственном участнике, который называет себя Тысячеликим богом. Имя чудное, но его навыки невероятны. Европейская восьмёрка лучших уже спасовала. Теперь предсказать итог просто невозможно.

В тире использовали игрушечное оружие с инфракрасным лазером, который синхронизировал мушки с экраном, что позволяло участникам пустить знаменитостям пулю между глаз. Так неудачники могли выпустить пар.

Четверо недоумков побежали по коридору, который уводил за стометровый тир, похожий на зал для боулинга.

— Не могу винить их вкусы, но почему на экране Элизабет не было? Разве не она тут главная знаменитость?

— Она богиня удачи, забыл? Ей нельзя в такое играть, люди увидят, как она просирает.

Они ориентировались по указателям и шли к чёрному входу, по пути обсуждая ситуацию.

— Всё равно надо разобраться с цеповым валом. У него непробиваемая броня только спереди. Если обогнём его и выстрелим в бок или прямо в зад, то по идее пробьём.

И тут в коридоре раздались выстрелы, которые совсем не походили на звуки игрушечных пушек. Мёнри с Эвансом укрылись за автоматом с напитками, а Хейвиа повалил на пол беззаботного Квенсера. Телохранители, которых наняли посетители, оказались вооружены даже лучше солдат.

Застигнутый врасплох стрельбой, Эванс крикнул остальным:

— Что за парасоли? Маскировочная сетка?!

— Ага, пока ещё слишком дорого носить такие штуки на себе, как дождевики, но уже продаётся куча вариантов, которые раскладываются как щит.

— Чёртовы любители. Они убивали время на лежаках, пока их хозяева беззаботно стреляли в экран?!

Хейвиа сделал предупредительный выстрел над парасолями, на которых в реальном времени выводилось изображение для маскировки телохранителей.

— Мы пришли только за Элизабет Шнобель! Если не хотите втягивать своих клиентов, тогда проваливайте! Наша двенадцатилетняя элитница вдруг захотела новой жизни, зря мы бы жопы не рвали. С каждой секундой жизнь будущей красотки утекает. Если замедлите нас, получите пулю прям в шоколадный глаз! Но если вы из тех извращенцев, которые ради лишней перестрелки готовы подставить мне анус, тогда идите и получите, засуну локоть!

Услышав предложение мешков с картошкой, люди в чёрных костюмах и солнечных очках сложили парасоли. Всё-таки они не были извращенцами. Они медленно прошли к кабинкам, которые заняли мужчины с плотным телосложением (короче, жиробасины) и нажали кнопку включения тревоги. Хейвиа показал средний палец и сделал ещё одно предложение молодым людям, в чьём светлом будущем не сомневался:

— Мы скажем, что нам пришлось отступить из-за вашей слаженной работы. Доложить можете что угодно, главное, упомяните, каким крутым я был.

Старший телохранитель взглядом велел уходить и указал подбородком на запасной выход.

— Порой солидарность пугает.

— Лучше уж так, чем нарваться на кого-нибудь с извращённым чувством справедливости.

— Понимаю. Стрелять в поборника справедливости сложнее всего.

— И ты туда же, Эванс?! — возмутилась Мёнри. — Нам одного борца за справедливость мало?!

Группа покинула антистрессовый тир через запасной выход, попала обратно на главную улицу и осмотрела гигантский цеповый вал, который продолжал рыскать рядом. Цепы были только спереди, а по бокам броня выглядела совершенно обыденно.

— Эванс.

Хватило одного слова. Полуавтоматическое противотанковое ружьё наделало дыр размером с кулак в боку грузовика через равные промежутки, уничтожив экипажное отделение, моторный отсек и бак с горючим, а прогремевший взрыв добил оставшихся внутри людей.

Группа продолжила путь и, наконец, подобралась к казино «Олимп». И тут раздался шум, напоминавший трепет сухого белья на ветру, но усиленный в десятки раз, и четверо Священных Оленей обернулись.

— О-откуда это? Разогревают мотор?

— Пофигу откуда. Похоже на вертолёт. Это готовят красный конвертоплан! Он принадлежит Элизабет!

— Тогда нельзя дать ему взлететь. Возьмём кого-нибудь в заложники, неважно кого.

Раздался выстрел, и на землю свалился из-за электронной вывески вражеский солдат с раненой ногой. Бойцы Организации Веры пытались собрать своих товарищей, но Мёнри умерила их пыл огнём из скоростного дробовика.

Квенсер рванул вперёд и пнул в лицо солдата, который пытался вытащить окровавленной рукой пистолет. Любой мог изображать героя, когда есть солидное прикрытие. Студент наступил на правую руку врага и задал вопрос:

— Я слышал, тут фишки покупают за бочки оливкового масла. Какими баками владеет Элизабет?

— ...

— Можешь не отвечать, если не хочешь. Мы просто взорвём их все. Старший брат бывает жутким, когда становится серьёзным.

— Н-номера с восьмого по девятнадцатый… Её любят боги. Удача помогла ей собрать масло других инвесторов...

— Больше мне знать не надо. Вот твоя награда.

Студент вытащил из набора для выживания антисептик с бинтами, бросил к ногам солдата и затем достал из рюкзака кусок пластита.

— А бомба зачем? Вряд ли ты докинешь её до тыквенной кареты, если она взлетил.

— Главная проблема в том, что мы не можем её убить. Надо кучу всего у неё спросить, помнишь?

Квенсер пошёл вперёд, а остальные растяпы принялись обсуждать план.

Растяпа №1 не промедлил с ответом:

— Слышь, Хейвиа. Ты ж аристократ, значит, должен знать пару вещей о чартерных самолётах? Из-за чего могут отменить взлёт?

— Хм?

— Ветер и туман.

Глава 6

Вкус в одежде и макияже у красавицы со впечатляющими формами, которая носила кроваво-красное платье, ещё не вышел из категории «девчачьего», что создавало дисбаланс, но никто не осмеливался ей сказать. И в отличие от императора в новом платье, девица хотя бы не вызывала отвращения. Кому-то даже нравилась.

Прекрасная королева рвала и метала. Она покраснела лицом, как платье, и вновь показала свою подростковую вспыльчивость, наорав на пилота конвертоплана.

— В смысле не можем взлететь?!

— М-мы не можем лететь при низкой видимости! Приношу извинения! В небе чёрный дым от горящего масла!

— !..

Некогда голубое небо пылало оранжевым, отражая свет пожарища. И нездоровый чёрный дым основательно испортил пейзаж за миллиард долларов.

— Правила воздушных перевозок Организации веры запрещают взлёт при тумане плотностью выше сорока процентов или при эквивалентном ухудшении видимости. Командно-диспетчерский пункт не даст разрешение на взлёт, а горящее масло не потухнет ещё день или два. Нет смысла дальше тут ждать!

— Д-да чем это опасно? Там не во что врезаться.

— Во-первых, в Оливковом Саду большое число высотных зданий, чтобы выжимать максимум из доступной земли. Во-вторых, в небе над нами высокий авиатрафик. Самолёты пролетают там каждые несколько минут. Я уж молчу о чайках или дронах, которые могут без разрешения запустить какие-нибудь фотографы. Наверняка много кто захочет заснять этот пожар. Так что...

— Вот зануда!

Элизабет ударила по перегородке ладонью и вылезла из конвертоплана, придерживая длинные каштановые волосы, а вслед за ней слезли телохранители, вооружённые для затяжных перестрелок в городских условиях (наверное, клиент захотел, чтобы было как в кино).

— Уволить нахала к чёрту! Уедем по земле. Соберите эскорт из бронированных машин с подземного гаража, и поедем через мост...

Прогремевший вдали взрыв заставил девушку заткнуться. Плотные клубы дыма закрывали обзор, но хотя бы отчасти вспышки были видны. И не где-то, а на мосту, который вёл на материк.

Походило на ракетную атаку. Любой не обделённый логикой сложил бы два и два.

— Кх. Достаньте мне крейсер! Или подлодку, если придётся! В гавани кучу всего можно накупить одним касанием!

— Мисс Элизабет, — прошептал член её группы.

Она зыркнула на него, подумывая тоже уволить, но тот безбоязненно доложил:

— Не сработает… Они уже там.

Следующий взрыв сотряс всё казино.

Глава 7

Водомёт-убийца выжидал перед отелем «Олимп», но группа обошла окольными путями и закидала его мячиками из Топора. А когда ребята забросили сквозь разбитую стеклянную дверь несколько обгоревших шлемов, персонал и гости в парадной сразу повели себя покорно. Охранники на входе заковали тела выше пояса в гражданские пуленепробиваемые жилеты, поверх которых надели костюмы, но даже те побросали дробовики с прицепленными металлоискателями и подняли руки. Явно поняли, что ярость четвёрки ковбоев не шла ни в какое сравнение с отчаянием просравших все деньги неудачников.

Интерьер Квенсера поразил. Лишь парадный вход выглядел как нормальное здание, а уже дальше ждали зоны со взрослыми развлечениями на любой вкус, разделённые словно клетки в зоопарке или в парке аттракционов. Даже сделали бассейн с подсветкой под открытым небом, возле него шли рядами слот-машины и барные стойки, а в самом бассейне плавали, словно островки, столы для игры в рулетку и карты.

— Почему богачи любят лезть в бассейн даже на морском курорте?

— Они сюда летают ради полуголых баб, а не моря… Слышь, ты, овца!!! Даже не думай в этой суматохе натягивать на башку потные чулки какой-то старухи! Я не позволю повесить на нас всратое ограбление казино. Жадность фраера сгубила, катись отсюда!

— Люди такие храбрые создания.

Живую запись, которую крутили в тире, как оказалось, снимали прямо в бассейне с помощью специальной плавучей башенки, но людей в воде не осталось. Прожжённые картёжники наверняка почуяли запах жареного и убежали заранее.

Квенсер вежливо засунул деньги Легитимного королевства в декольте девочки-зайки, которая съёжилась на полу, и по-джентльменски спросил:

— Прошу прощения, мисс. Где здесь вертодром?!

Ребята помчались в сторону, куда указала девица — недалеко от бассейна-казино, где обзор закрывали пальмы и гибискус.

— Кстати, я больше не слышу пропеллеров.

— Они не тупые.

За стеной из гигантских деревьев поджидала высокая ограда из сетки-рабицы, а металлический указатель предупреждал о высоком напряжении.

— Тут деревья посадили, чтобы прятать это от гостей? Опасно же.

Группа прошла вдоль забора и нашла дверь. Обычно вход запирали на электронный замок, но сейчас будто из-за спешки оставили приоткрытым.

Ребята пошли дальше, и за тропическими деревьями показался вертодром, где стоял с выключенными двигателями красный конвертоплан. Теперь их разделяли какие-то тридцать метров.

И там кто-то стоял.

Прекрасная девушка в красном платье, дизайн которого выглядел слишком девчачьим для неё. А её лицо совпадало с фото из газеты в докладе Флорейции.

— Элизабет!..

— Стой, Квенсер! Чёрт!

Квенсер рванул вперёд, но Хейвиа ухватил его за руку и быстро затащил за ближайшую пальму, а следом раздались выстрелы отреагировавших телохранителей.

— У неё пятнадцать телохранителей с пуленепробиваемыми щитами. Гранаты сработали бы, если бы мы хотели убить Элизабет, но ведь нельзя. Эванс, сними их по одному из противотанкового ружья!

— Потратим на них время, и придёт подкрепление. Хейвиа, давай вынесем их разом. Стреляй по моему сигналу.

— Что, ты слепишь бомбу в форме сисек, всунешь между ними взрыватель и бросишь? Да ты и Элизабет подорвёшь!

— В обычной ситуации да. Но что, по-твоему, будет, если мы начнём стрелять, а когда они ответят, отойдём назад?!

Ребята озадачились, а профессор Квенсер продолжил лекцию:

— Мы играем на чужом поле и проигрываем числом. Значит, если станем отступать, они сразу расслабятся! И начнут охоту. А раз не могут использовать конвертоплан, им придётся пройти через эту дверь. Придут прямо к нам, и если заложим бомбу и взорвём, когда подойдут, разом всех порешим!

Именно так и произошло.

Спустя тридцать секунд беспечная группа взлетела на воздух вместе с высоковольтными проводами и сеткой-рабицей. Жилеты себя оправдали, телохранители остались живы и завопили, валяясь на земле посреди обломков металла и поваленных деревьев.

Выждав немного, группа Квенсера вернулась к вертодрому.

Хейвиа прицелился по извивающимся на земле червям и крикнул:

— Если ещё надеетесь нас переиграть, попробуйте! Если нашарите свои стволы!

— С-слышь. Помнишь тот экранный камуфляж? Вдруг кто-нибудь прячется за ним? Как-то сыкотно.

— Погляди на цвет неба, Эванс. Там каша из оранжевого и чёрного дыма. Изображение в реальном времени за таким фоном не успеет. Если у этих штуковин характеристики такие же, как у одного учителя-извращенца в моей школе, то картинка точно будет палевной.

{{Изображение}}

Прекрасная женщина с каштановыми волосами, которая носила неподходящее её возрасту ярко-красное платье, покраснела и лицом. Она поочерёдно показала на каждого телохранителя, которые лежали на земле, словно мучаясь от похмелья после безделья в тренировочном лагере.

— Ты! И ты, и ты, и ты! Вы все уволены!

— Остынь. Твои активы прямо сейчас горят, ты бы всё равно не смогла им заплатить. Не трать на слова время.

Когда раненые услышали, все вздохнули, затем положили руки на головы и медленно встали, всем видом показывая нежелание воевать. На короткий миг воцарилась атмосфера неловкости, когда люди не понимали кто кого предал, но будто с чувством выполненного долга мускулистые мужчины спокойно ушли с глаз долой.

— А теперь, мисс.

— Ах!

— Расскажите, что нам нужно, и не тронем. Мы — кучка извращенцев без моральных принципов, советую нас не злить. Не недооценивай людей, которые настолько тупы, что проскользнули мимо Объекта и развязали войну ради милой сестрёнки. Теперь понимаете? Тогда рассказывайте.

— Ч-что рассказать?..

— Как купить божью любовь.

Глава 8

— Знаешь чё? — беззаботно спросил Хейвиа. Его бессмысленная болтовня звучно разлетелась по просторному пустому пространству. — Мир — странное место. Прошло десять часов. Обед заканчивается, солнце ещё высоко. После бойни началась суматоха, но почему “Гермес Фарма” всего через полдня проводит вечеринку как ни в чём не бывало?

— Это не ночная вечеринка в мажорном баре, а дневная церемония. Они зарезервировали для гостей отель и арендовали зал для торжеств. Такие формальные штуки нельзя срывать. Даже если астероид упадёт, им придётся выкручиваться и закончить всё без задержек. Я думал, аристократ вроде тебя в таком шарит.

— Я-я удивился, что нас не нашли. Если бы согнали на остров весь свой народ или пригнали броневики, мы бы уже никуда не убежали.

— Везде есть плюсы и минусы. Масло не потухнет ещё два или три дня, пламя и дым заблокируют вид со спутника или инфракрасных камер. Если жар и дым нас не угробят, тут для нас лучшее убежище.

Квенсер занимался своим «делом», не закрывая рта, а помогавшего рядом Хейвиа распирало от вопросов.

— Слышь. Мы же ловим людей из “Гермес Фармы”, которые разработали ядовитый газ? Ради противоядия? Я вот чего не понимаю, они накопили многомиллиардные долги, но почему сохранили высокие позиции? Вот нас долг в десять тысяч евро потопит. А им хоть бы хны.

— Вот какое важное значение они имеют в своей стране. Можно сказать, они национальное достояние.

Ребята прилепили к дорогой стене глиноподобную пластиковую взрывчатку узкой полоской, сформировав своего рода двухметровую дверь, затем воткнули электрические взрыватели и синхронизировали время детонации.

Даже без направленного микрофона отчётливо улавливался голос по ту сторону стены.

— Не боишься, что слишком просто всё?

— Тебя Флорейция заразила. Радовался бы.

Четвёрка отошла от стены, и по ту сторону раздалось объявление:

— А теперь послушаем ключевую фигуру, которая проложит для “Гермес Фармы” дорогу в будущее! Встречайте Венето Данделиона, пионера в области химической безопасности, ведущего специалиста в широкой области — от газовых баллончиков до детекторов нефтяных пятен!

Взрыв разнёс стену на куски, и те провалились внутрь, образовав дыру с ровными краями, словно дверь, и открыв обзор на гигантскую сцену, на которую вылупилось человек пятьсот. Крепкого на вид старика эффектно унесло взрывной волной прямо в кафедру, а голову его так мощно тряхнуло, что с лысого скальпа слетел парик. И следом через импровизированную дверь внутрь залетели четверо лоботрясов в униформе вражеской державы.

— Слышь, он в норме? Старику ноги переломало.

— Он целую тонну грязных денег поднял, хоть задницей ешь. Даже если проведёт остаток жизни на больничной койке, найдёт чем заняться. Кстати, удобно, на нас уставился весь Гермес. Слышь, давай колись. Ты замял инцидент с ядовитым газом, уничтожил труды кучи людей, а сейчас из-за твоей безумной жадности умирает миленькая двенадцатилетняя девочка.

На глазах пятисот человек творилось откровенное насилие, но никто из зрителей не шелохнулся. И не только от страха перед оружием и солдатами вражеской державы.

Зрители в зале предпочитали умолчать о том, что знали. Потому когда вражеские солдаты нашли себе козла отпущения, никто не возражал. Вот какая была атмосфера.

— Где противоядие?

— ...

Когда Квенсер медленно спросил, Венето Данделион [✱]Данделион («Одуванчик)» — коктейль из вермута, шартреза и Jeppson's Malört. столь же медленно сунул руку в карман броского костюма и вытащил специальный кейс с несколькими шприцами.

Квенсер вытащил один шприц, вогнал мужчине в шею и безжалостно надавил большим пальцем на цилиндр, пустив таинственную субстанцию по венам. Мужчина яростно задёргался, тогда злой старший брат схватил его за руки и проорал в ухо:

— Я сказал “противоядие”! Не знаю, что за говно ты мне подсунул, но от настоящего ты бы так не корчился. Значит, придётся тебе себя лечить! Теперь мы в одной лодке!

Глава 9

Итак...

— Кто бы мог подумать, что противоядием окажется тонкая карточка?

Забрав запасное оружие, которое они закопали на пляже, Хейвиа поднял к Луне в ночном небе ламинированную карточку.

Квенсер потряс стеклянную ёмкость.

— Смешивать лекарства — это как готовить коктейль. Если знаешь компоненты и соотношение, остаётся их в правильном порядке перемешать. И безопаснее хранить рецепт на карточке в кошельке, а не заливать в облако. И полиция вопросов не будет лишних задавать во время обысков, ведь без специального оборудования никто не заметит в обычной карте чип с военным шифрованием.

Как и раньше, студент соединил вместе штуки типа вакуумной кофемашины и миски со льдом, чтобы сварганить собственный набор юного химика, который выглядел как извращённая версия бульбулятора. Квенсер с помощью своей поделки разделял и комбинировал составляющие аптечного лекарства от простуды и обезболивающего.

Вместо того, чтобы бежать с картой на Вторую Венецию, группа спряталась на опасной осушённой земле, чтобы всё сделать заранее, и на то была простая причина.

— Ну что за нафиг? Все карты на руках, а по интернету послать не можем. Ну, я понимаю, Раш, все дела. Ещё спалит нас.

— И если этот чёрт Венето наврал нам во второй и третий раз, придётся вернуться, запихать ему в рот и жопу Топор и устроить человечий фейерверк.

— Какой ты жуткий старший брат.

— Это мой гражданский долг — рискнуть жизнью ради милой младшей сестрёнки.

— Ну, ты тот ещё юнец. Вот я бы точно не поставил на кон жизнь ради сраной «младшей сестрёнки».

Пока они спорили, противоядие приготовилось и стало выглядеть как полупрозрачная желтоватая жидкость.

— Но как проверим?

— Вот что я взял с собой. Грязь из фильтра в маске, которую мне дала Катерина. Короче, это главный компонент Аргоубийцы.

— Ты спятил?!

— Введи мне противоядие. Если не сработает, иди и убей сукина сына. Адиос.

Квенсер насыпал белый порошок на тыльную сторону ладони и занюхал. Выглядело это как что-то совсем другое, но вскоре он закачался и завалился набок.

— Ты издеваешься?! Новый фетиш?! Катерина о тебя чутка потёрлась, и ты всё, готов и зад подставить?!

— Давай назовём это научным интересом! Вот шприц!

— Хейвиа, затяни плечо Квенсера ремнём или ещё чем-то. Вроде так вену ищут!

— Твою ж за ногу, теперь эта сцена ещё больше похожа на то самое.

Квенсер уже обмяк на земле, и товарищи взяли его правую руку, закатали рукав униформы, обработали кожу спиртом и воткнули иглу. Хейвиа, что неудивительно, отвернулся. Он без колебаний резал врагам глотки, но терял самообладание из-за простого укола.

— Ну чего там, сработало?

— Имей терпение. Это тебе не клей-момент, сразу не подействует.

— Мне кажется… или дыхание стало поверхностным?

— Плохо! Приготовиться к массажу сердца!

Меж тем Квенсер приоткрыл глаза, лёжа на земле, и в них появился свет. Противоядие всё-таки дало эффект. И только он собрался всех обрадовать, как те решили не терять время:

— Ладно, поехали! Раз, два, три, четыре, пять!

— Бвээ?! Гхах! Агхр!!!

«Я сдохну! Сдохну?! Погодите, зачем они делают массаж се… э-э-э?!»

— О, Квенсер реагирует!

— Нельзя ему уходить с этой порочной планеты. Слишком рано этому оленю улетать на небесный курорт!

— Бх… ах...

Хейвиа упорно продолжал давить на грудь, а Квенсер схватил его за шею и отпружинил от земли, словно какая-то ловушка.

— Ты меня убить хочешь?!

— И это ты говоришь парню, который спас тебе жизнь?! С-слышь, кончай! Харе топтать сухпайки грязными ботинками и в меня кидаться!

Мёнри и Эвансу оставалось только вздыхать при виде дравшихся полудурков. Впереди поджидало ещё много трудностей, но зато противоядие доказало эффективность.

И...

— Я — доказательство. Больше нам не надо бояться Аргоубийцы. Давайте вернёмся во Вторую Венецию и разбудим Спящую Красавицу.

— Кгхе, уф-ф. Это да. Катерина единственная заразилась, и если спасём её, у Раша больше не будет оправданий для блокады.

— Но как мы вернёмся? Взять крейсер проще простого, но Раш не теряет бдительности.

— А-ага. И Квенсер, мы уже не можем притвориться мусором. Морское течение не меняется. Будем плыть против него.

Квенсер от слов Мёнри и Эванса пожал плечами.

— Можем просто взять крейсер.

— Что?

— Нам не надо прятаться. Задача Раша — держать нас внутри. Она не может нас остановить, если мы хотим вернуться. Когда узнает, что мы проскользнули, наверняка впадёт в ступор, но прогонять нас ей нет резона, ведь мы можем быть заражены.

Более адекватная парочка из их четвёрки молча переглянулась. А придурок высшей пробы не закончил:

— Давайте вернёмся с триумфом и утрём нос Альянсу, который вообще не вдупляет, что здесь творится.

Внешний документ — Доклад о разработке Объекта Организации Веры

В целях военной пропаганды четыре мировые державы стремятся обожествлять свои Объекты и Элитных пилотов. Легитимное Королевство видит в них рыцарей, а Информационный Альянс — певиц. Но данная тенденция наиболее очевидна в Организации Веры, которая аккумулирует религиозную веру.

Там больше сосредоточены на Элитных Пилотах, чем на механических Объектах, а Объекты рассматриваются как инструмент, которым пилоты усиливают свои качества. Можно сказать, Организация Веры видит в Объекте храм, а в Элитном пилоте — священника или святую деву, которые управляют храмом. Находясь под их защитой, народ чувствует божью благодать.

По этой причине Организация Веры часто берёт на вооружение проекты, которые далеки от идеалов эффективности и логики. Концепция Объекта как непотопляемого корабля со всесокрушающими пушками — второстепенна, а на передний план выходит устройство, способное возвысить обаяние пилота до небес. Чтобы воплотить образ бога, чьим именем Объект нарекли, и вселить в людей благоговейный страх, создатели готовы отказаться от любого преимущества, если оно помешает реализовать первоочередную цель.

Причудливая конструкция их Объектов зачастую далека от общепринятых стандартов эффективности и пестрит изъянами.

Но не всё так просто. Достаточно вспомнить, что Организация Веры остаётся одной из четырёх мировых держав. Непривычный дизайн её Объектов выходит за рамки устоявшихся стандартов. Сродни тому, как эксперт с большей вероятностью погибнет от неожиданных действий новичка, нежели от неумелых попыток плохо тренированных солдат. И если научиться контролировать и воспроизводить удачу новичка, то можно перевернуть мир.

Или же то, что судьба всей их армии держится на удаче, говорит о безграничной любви бога.