Глава первая. Возвращение/Нападение

Часть 1

Наступил самый жаркий месяц в году — июль.

Икусэ Тобио и его друг возвращались с уроков на электричке. Они стояли у выхода и листали журнал.

— Наверное, эта подвеска все же лучше.

— А не проще найти на свалке возле реки?

В ответ, друг Тобио лишь разочарованно вздохнул.

— Ну ты даешь! Неохота мне таскать подержанные запчасти. А если не повезет? И попадется подвеска от мотоцикла после аварии? Все-таки романтика в том, чтобы, подкопив денег, купить и поставить именно новую деталь, согласись! — сверкая глазами, толкнул пламенную речь его друг.

В последнее время приятель Тобио просто помешался на мотоциклах, а потому с радостью берется за подработки, хотя они, вообще-то, запрещены школой.

К слову, получать права на мотоцикл школа тоже запрещает. Узнают — точно отстранят от занятий, пусть и временно.

Второгодки старшей школы вечно чем-то таким интересуются. Машины и мотоциклы — вполне обычное увлечение для молодых парней.

— Давай и ты права получай. Погоняем вместе! Будет круто! — в последнее время приятель то и дело подначивал Тобио.

А он вроде бы не был против. Но…

— Ага, звучит неплохо… Но как-то настроения нет, — с натянутой улыбкой ответил Тобио.

— Понятно, такое не просто забыть…

Друг бросил взгляд на плакат на стене вагона.

«Причина все еще неизвестна! Крушение Хэйвенли оф Алоха! Америка замешана?!»

Стоило Тобио увидеть плакат, как он сразу помрачнел.

Два месяца назад он оказался в самой гуще событий.

С того самого дня, как затонул круизный лайнер, где находились двести тридцать три ученика школы Реку, Тобио, как выжившему, СМИ не давали проходу.

Наверное, этого и стоило ожидать. Ну еще бы! Затонуло судно с японскими старшеклассниками на борту — целое событие. На всех каналах с утра до ночи обсуждали, а СМИ брали интервью у всех без разбора: будь то семьи погибших или же официальные представители власти.

Шумиха не обошла стороной и похороны — погребальную церемонию устроили сразу для всех учеников. Как один из выживших, Тобио был там и слышал, как щелкают, не замолкая, фотоаппараты. Всю церемонию.

Как и многие другие выжившие, Тобио не мог заставить себя пойти в школу.

Отчасти из-за внимания СМИ и любопытства зевак, но была и куда более серьезная причина.

Одноклассники, с которым он еще недавно общался, внезапно пропали. А смерть учителей еще больше сузила круг тех, кому можно было излить душу. Сперва само крушение, затем всеобщее внимание — многим выжившим требовалось время, чтобы разобраться со всеми напастями. А единственное место, где можно было спастись от любопытных глаз и хоть как-то прийти в себя, — это дом.

— Выживших ведь так и не нашли?

Услышав вопрос приятеля, Тобио опустил глаза.

— Ага, спаслись лишь те, кто не поехал. Включая меня, не больше десяти.

Из второгодок выжили только те, кто не смог поехать. А те, кто был на борту, — ученики и учителя — не уцелели.

Лайнер разломился пополам: одна часть ушла глубоко на дно, но вторую удалось обыскать. Ничего, кроме нескольких трупов учителей и членов экипажа, не нашли. Останки учеников не обнаружили. Спасатели предположили, что остальных надо искать в затонувшей части, которую и решили поднять со дна, но оказалось, что сделать это почти невозможно: место, где затонула та часть корабля, было слишком труднодоступным. И по сей день спасателям это не удалось.

На телевидении обсуждали различные теории о том, что произошло на самом деле. Встречались истории, больше похожие на слухи. День ото дня сомнительные ведущие рассказывали нечто невероятное, что в принципе не поддавалось критике: «Это секретное оружие соседних стран!» — «Во всем виноваты потусторонние силы!» — «Это проделки НЛО!».

Тем не менее, почему затонул лайнер, так и не выяснили, и сомнительные теории только множились.

Но японцам не свойственно зацикливаться на одной и той же теме. Особого прогресса не было, и примерно через месяц на первый план вышла тема коррупции, а новости о кораблекрушении постепенно сошли на нет.

Возможно, так случилось потому, что пострадавшие семьи, как ни странно, не поднимали шумихи. Конечно, поначалу они взывали к вниманию общественности, требуя найти виновных, но со временем стали все меньше показываться на публике. Скорее всего, те люди просто утратили надежду.

Спустя месяц, выживших учеников распределили по другим школам. Одноклассников у них не осталось, и было ясно, что в старшую школу Реку они уже не вернутся.

Стоило распределенным по новым школам ученикам впервые пойти на занятия, как на них снова обрушилось внимание прессы, а соседи стали провожать их любопытными взглядами.

— Словами не передать, что творилось. Репортеры с камерами каждый день осаждали школу, — судя по тому, как у Тобио испортилось настроение, тема, которую поднял друг, задела его за живое.

Чуть ли не каждый день репортеры ловили его и просили дать комментарий. Поначалу приходилось тяжко: в новой школе на него смотрели с опаской, но потом некоторые одноклассники стали понемногу с ним общаться, и жизнь стала налаживаться. Ему даже удалось завести друга, с которым можно вместе пойти домой.

И вот наступил июль. Разговоры о трагедии стихли, шумиха улеглась, и Тобио наконец-то удалось вернуться к нормальной жизни. Именно тогда он впервые по-настоящему ощутил утрату.

— Знаешь, это, конечно, нелегко, но тебе стоит попытаться привыкнуть к нынешней жизни. Сдается мне, если все время думать о плохом, то это скажется на здоровье, — подбодрил его друг, хлопнув по спине.

Тобио был искренне благодарен ему за эти слова.

Между тем поезд прибыл на станцию, где и сошел его друг.

— Ну, я пошел. Увидимся. И давай не раскисай!

Улыбнувшись, он вышел из вагона с поднятым вверх кулаком.

— Ага, увидимся, — коротко ответил Тобио и помахал в ответ.

— ……

Оставшись в одиночестве, Тобио протяжно вздохнул.

«Прости»,— извинился он про себя перед приятелем.

А все-таки между ним и его новым другом была пропасть. И преодолеть ее — пока никак нельзя.

***

Вагон покачивался, а Тобио не отрывал глаз от неба.

В такие моменты, когда он оставался один, у него всегда появлялось больше времени поглазеть на что-нибудь.

Поспешно достав мобильник, он просмотрел почту. Многие письма Тобио не удалял.

Они были от друзей, погибших во время крушения. Тобио привык перечитывать некоторые, пока ехал один в поезде. Каждый раз, глядя на них, он вспоминал лица одноклассников и чувствовал светлую печаль. Он писал ответы на эти письма, но отправить — никогда не отправлял, и они все копились и копились. Этот ритуал стал единственным, что связывало Тобио с погибшими одноклассниками, поэтому он не бросал писать.

Вдруг, прокручивая список из писем, он остановился на одном. Отправитель — Тоджо Саэ. Подруга детства.

«Скоро посадка! Время хорошенько полетать. Я еще напишу. Будь на связи!»

Видимо, это письмо она отправила в аэропорту. И оно же стало последним.

Тобио начал жить с чистого листа и уже успел привыкнуть к новому укладу. Но временами на него накатывало такая тоска, что он мог и разрыдаться, когда сидел в полном одиночестве в своей комнате.

Даже если б он им написал или позвонил — ни Саэ, ни его старые друзья не ответили бы. Те счастливые дни уже не вернуть.

Вместе с друзьями Тобио смеялся на переменах; под их хихиканье его будил учитель, когда он засыпал на уроках; вместе с ними в, обеденные перерывы, он поднимался на крышу и бурно обсуждал всякие пустяки; вместе с ними после занятий он веселился в караоке и игровых центрах.

И это вместе с Саэ он доучился аж до старшей школы. Видеть ее рядом, было для него чем-то естественным. Он никогда не забудет ее улыбку.

Эти дни потеряны навсегда.

Почему Саэ была такой печальной, когда уезжала?

Тобио никогда не узнает.

Он потерял нечто ценное — нечто, что уже не вернуть.

***

Тобио вышел на две станции раньше.

Все для того, чтобы зайти в книжный магазин, а потом в игровой центр — убить время. Спешить было некуда. Родители его жили за границей[✱] Тут либо Ишибуми забыл что-то поменять (в этом месте вебки речи про родителей не шло — все абзацы про них в ней отсутствуют; в прологе же вебки указывалось, что родители Тобио и его бабушка умерли), либо тут подразумеваются его опекуны, абзац про которых в печатной версии зачем-то вырезали из пролога (в вебке он был)., и, даже вернувшись домой, он никого бы там не застал. Ни братьев, ни сестер у Тобио не было, а потому дом казался ему опустевшим.

Деньги на жизнь ему высылали родители. С бытом тоже в целом справлялся. Готовить он научился вплоть до того, что брал с собой бенто. Никаких проблем не возникало.

Но домой ему никогда не хотелось: и не потому, что там было пусто и одиноко, а потому, что там Тобио брала ужасная тоска.

Когда Тобио оставался один в просторной квартире, без возможности отвлечься на повседневную рутину, он куда чаще вспоминал о погибших одноклассниках. Стоило подобным мыслям закрасться в голову, и они уже не покидали его до следующего дня.

Тобио терзало сильное чувство, будто он что-то потерял навсегда. Конечно, он задумывался над тем, чтобы уехать к родителям, но тогда его возьмет тоска и потому, что он расстался с новыми друзьями.

Да и если переедет, все равно ни с кем нормально общаться не сможет. И вообще, от воспоминаний об одноклассниках не убежишь.

Размышляя об этом снова и снова, Тобио в конце концов все чаще где-то задерживался и не спешил возвращаться домой. Он старался как можно больше читать и почаще убивать время за игровыми автоматами. Только это помогало хоть как-то отвлечься.

В тот день Тобио задержался в игровом центре почти что до семи вечера. Было лето, но стемнело рано.

Дойдя в файтинге до последнего босса и проиграв ему, Тобио с сожалением вздохнул и решил, что пора домой. По улице он шел, ни о чем не думая и ничего не чувствуя. И ему то и дело попадались офисные клерки — они как раз возвращались с работы.

Добравшись до пешеходного перехода, Тобио невзначай посмотрел на другую сторону дороги и кое-кого заметил. От удивления он вытаращил глаза — там стояла до боли знакомая девушка. Та, кого давно нет среди живых.

«Саэ?!»

Сердце Тобио бешено заколотилось.

Они с самого детства росли вместе. Ошибки быть не могло!

Он уже приготовился бежать, когда светофор загорелся красным. Да и толку — он бы все равно не смог продраться сквозь толпу из клерков.

«Ну же, зеленый! Саэ…там Саэ!»

На глазах у сгорающего от нетерпения Тобио вокруг Саэ собралось несколько парней и девушек. От этого зрелища он впал в ступор.

Ведь среди них был Сасаки Кота — одноклассник, с которым Тобио тесно общался. Сасаки увлеченно обсуждал что-то с остальными. Затем эта толпа куда-то направилась вместе с Саэ.

Надо за ними! Но красный все еще горел.

Взгляд Тобио метался между светофором и Саэ, которая уходила куда-то с группой ребят. Когда загорелся зеленый, они уже были так далеко, что едва ли различишь в толпе. Расталкивая людей, Тобио ринулся вперед.

Они живы…

Он все еще не знал, настоящие ли они или нет. Возможно, это лишь плод его воспаленного воображения.

Но тела его друзей ведь так и не достали со дна моря — их просто не нашли!

Возможно, они спаслись. Ничего удивительного: из двухсот пассажиров хоть кто-нибудь должен был выжить. Их могло забросить на необитаемый остров! Встреча так шокировала Тобио, что он стал строить самые смелые предположения, выдвигать самые фантастические догадки, почему его друзья могли выжить.

Точно во сне, Тобио гнался за группой Саэ по пятам.

***

Солнце заходило, сумерки сгущались.

Тобио уже тяжело дышал, но отставать не собирался. Однако несколько минут назад он снова встал на переходе — загорелся красный — и опять потерял группу из виду.

И вдруг он очутился в совершенно безлюдном месте.

На улице, где он шел, зажигались огни, но стояла мертвая тишина. Вдруг Тобио краем глаза заметил, как некий силуэт пробрался на стройку неподалеку.

Последовав за тенью, он очутился на площадке перед недостроенным зданием. К удивлению Тобио, войти внутрь было нетрудно.

Убедившись, что поблизости никого нет, он проскочил через ворота. Всюду, куда ни кинь взгляд, тянулись металлические каркасы, лежали деревянные балки и все прочее, нужное для стройки.

Свет сюда не доходил, а небо над головой уже почернело, так что ничего не было видно. Тобио включил на телефоне фонарик и направился дальше.

Свернув за угол, он встретил тень.

Этот силуэт был ему знаком. Пускай знакомец не носил школьную форму, а только белую рубашку, но по спине Тобио узнал одного парня из группы. Друга, с которым он еще этой весной ходил в школу.

— Сасаки? — неуверенно спросил Тобио.

Но тот не ответил. Он стоял к Тобио спиной и не спешил оборачиваться… Тобио показалось, что кроме него был еще кто-то… Тобио вгляделся, стараясь разобрать, но на человека эта фигура… не походила.

— Сасаки…это же ты? — снова окликнул одноклассника Тобио.

Сперва парень повернул в его сторону лишь голову. Когда же обернулся полностью, фонарик осветил того, кто стоял у него за спиной.

Из груди Тобио вырвался нечеловеческий вопль. Тобио шарахнулся назад.

Какое-то гигансткое существо, смахивающее на ящерицу, что-то пережевывало. Рот у него был в крови, язык вываливался, а глаза сверкали. Когда свет упал ему на морду, существо повернуло голову, отвлеклось и насторожилось.

И рядом с ней, несомненно, стоял Сасаки. Теперь Тобио знал это точно.

В этот момент что-то шлепнулось на землю и покатилось. Тобио посветил фонариком, и увидел, как по земле катится собачья голова.

На ней виднелись глубокие следы зубов. Один глаз кто-то выдрал, прихватив шматы плоти с глазницы.

— И-и-и-и! — тихо взвизгнул Тобио и оцепенел.

Это «ящерица» разодрала собаку! А чавкающие звуки… их издавала тварь, пожирая пса!

Сасаки стоял перед Тобио, и склонив голову, бесстрастно таращился на «гигантскую ящерицу». Его прежде белая рубашка была заляпана кровью, должно быть, собачьей.

Сасаки… Это определенно был он. Друг, с которым Тобио учился, ходил в караоке и игровой центр. Обычно на губах Сасаки играла озорная улыбка, но теперь… теперь его лицо не выражало никаких эмоций, а глаза были мертвыми. Тобио хотел было позвать его снова, но его охватил такой страх, что он не смог выдавить из себя ни звука.

— Что…ты творишь? — кое-как проговорил Тобио с легким укором, словно хотел сказать, эй, приятель, ты перегибаешь палку.

— …а…шел, — едва слышно пробормотал Сасаки.

И в следующий миг его губы сложились в такую жуткую ухмылку, какая бывает разве что у существ не от мира сего. Сасаки, чуть приоткрыв рот, ухмылялся и таращился на Тобио.

И тут «ящерица» бросила свою кровавую трапезу и двинулась на Тобио. И глаза у нее были такие же мертвые, как у Сасаки. Как у хищника, учуявшего добычу.

Тобио пробрала ледяная дрожь. А некто, взявший обличье Сасаки, раскрыл рот и приказал:

— Сожри.

Вжух!

Кто-то рассек воздух над головой Тобио, и позади него что-то с грохотом обвалилось. Он повернул голову и увидел, как прислоненную к стене деревянную балку просто располовинило. Но тут снова раздался свист — Тобио обернулся.

Перед ним стояла «ящерица». Изо рта у нее торчал длинный язык, который извивался во все стороны, как гигантское щупальце. С языка существа капала слюна.

А на кончике торчало что-то острое: то ли клык, то ли коготь.

Тут Тобио осознал, что за нечто, пролетевшее мимо уха, оставило на щеке тонкий порез. Тобио прикоснулся к щеке. Кровоточила.

Это существо…монстр?

По крайней мере Тобио никогда не слышал о таких ящерицах. Длина огромного тела была примерно три метра. Самое близкое, что приходило на ум, — комодский варан, но вряд ли у него был язык-щупальце.

— Нашел… — жутко улыбнувшись, произнес некто под обличьем Сасаки и направился к Тобио.

Будто по команде, монструозная ящерица встала перед Сасаки.

Тобио, не мешкая, подхватил первый попавшийся прут арматуры — благо что их хватало под ногами. Вцепившись в него дрожащими пальцами, он наставил его на чудовище.

— Са-саки, если прикалываешься, то кончай уже…

Он попытался скривить рот в неком подобии улыбки, но мышцы свело от страха.

Тобио увидел, как «ящерица» ползет к нему, не обращая никакого внимания на железяку в его руках, и стал пятиться.

Тобио сосредоточился на зловещем щупальцеобразном языке. Он нутром чуял, что стоит лишь отвести взгляд, как ему точно конец.

Насколько язык длинный, он не знал, но что-то подсказывало, что нужно набрать дистанцию и бежать как можно дальше. Так Тобио и решил поступить.

Он старался отходить мало-помалу, ступая тихо и осторожно.

«Только бы не потерять язык из виду!»

Тобио запустил руку в карман и что-то нащупал.

Мелочь, оставшаяся после игрового центра!

Схватив монеты, он швырнул их в ящерицу. Конечно, она просто отмахнулась от них языком, но этого хватило, чтобы Тобио мог сорваться с места.

Он уже хотел было дать деру, когда заметил вытянувшийся язык. Защищаясь, Тобио рефлекторно подставил металлический прут, и язык обвился вокруг него.

— Кх…

Тобио пробовал стряхнуть язык, но тот не поддавался.

В конце концов ящерица вырвала прут из рук и по команде Сасаки отбросила железку подальше. Раздался глухой звон металла.

Теперь чудовищу ничто не мешало, и оно поползло в сторону безоружного Тобио.

Сердце Тобио сжалось от страха, все его мысли сейчас были об одном: убраться отсюда куда подальше. Он снова рванул куда-то, но язык сбил его с ног. Подниматься уже не было смысла — «ящерица» нависла прямо над ним.

Борьба Тобио лишь повеселила существо в обличье Сасаки — губы его сложились в жуткую усмешку. А тем временем ящерица уже нацелилась на Тобио — язык с когтем на кончике устремился к нему.

«Мне конец!»

Тобио уже приготовился к смерти, когда между ним и ящерицей что-то промелькнуло.

Пара секунд… но ничего не случилось. Тобио решил: здесь что-то не так, и посмотрел на ящерицу. Вытянутый язык рассекло надвое, а монстр взвыл от боли.

— Не позволю! — за спиной Тобио раздался девичий голос.

Послышались шаги, и рядом с Тобио показалась девушка, на вид ровесница, но в незнакомой школьной форме. Волосы ее были собраны в пучок и заколоты.

Тобио показалось, что он ее уже где-то видел…правда, не мог точно вспомнить, где. Может, просто растерялся.

Бегло осмотрев Тобио, она шагнула вперед.

— Твоим противником буду я, — повернувшись к ящерице, объявила девушка и вскинула руку.

В ответ Сасаки жестом отдал приказ монстру. Изогнув длинный язык, ящерица попыталась атаковать. Но в то же мгновение что-то с ужасающей скоростью промчалось между Тобио и девушкой и, ловко оцарапав бок чудища, растворилось во тьме.

Секунду спустя с ящерицей было покончено: сначала беззвучно отвалился язык; затем на шее проступил надрез, и голова повалилась на землю. Следом рухнуло тело.

В то же мгновение Сасаки повалился на землю, точно лишился чувств.

Даже будучи перепуганным насмерть, Тобио понимал: никто не может жить без головы. Даже существа, чей облик выходит за рамки воображения. Монстр мертв.

Где-то впереди, во тьме, послышалось хлопанье крыльев, и тут перед ними предстала крупная хищная птица, похожая на сокола. Она села девушке на руку и принялась ластиться. «Молодец-молодец», — хвалила птицу хозяйка, поглаживая по голове. Похоже, именно птица пронеслась мимо Тобио. Но какая птица способна прикончить монстра?

Тобио мучило столько вопросов! Однако прежде всего он просто радовался, что остался жив. Осознав, что опасность миновала, он вздохнул с облегчением.

Но затишье продлилось недолго: вдруг тело распластанного Сасаки странно засияло. То же самое случилось и с трупом ящерицы. Лучи голубоватого света сложились в круг, и внутри него проявились какие-то символы. Фигура очень напоминала так часто встречающиеся в играх и манге «магический круг». И этот магический круг ярко засиял. Ослепительно ярко. Как только сияние померкло, ни Сасаки, ни монстра-ящерицы уже не было.

Тобио был в таком шоке, что не мог выдавить из себя ни слова.

— Тобио…кун, верно? — повернувшись к нему, осторожно спросила девушка. Ее, судя по всему, происшествие ничуть не смутило.

— А-ага… А ты? — решил узнать он.

Девушка выглядела знакомой, но где ее видел, Тобио вспомнить не смог. Однако знал точно: где-то они уже встречались…

— Меня зовут Минагава Нацумэ. Не удивительно, что ты меня не знаешь… Мы ведь не знакомы лично, да и я сама не знала, как ты выглядишь. Сейчас объясню…

Девушка по имени Нацумэ достала из кармана юбки мобильник и посмотрела на дисплей. Похоже, на нем был снимок Тобио.

— Гляди. — Нацумэ показала ему фото.

На фото был не просто Тобио, а Тобио и его друзья из прежней школы. До боли знакомые лица!

И тут Тобио осенило:

— Неужели ты…

— Верно, я такая же, как и ты, — выжившая второгодка старшей школы Реку, — с задорной улыбкой досказала Нацумэ.

Часть 2

— Мне один аммицу[✱] Традиционный популярный японский десерт. Изготовлен с использованием агара, сделанного из водорослей. Агар, растворенный в воде или фруктовом соке, образует желе. Обычно подается в миске вместе с вареной фасолью или сладкой пастой из бобов адзуки, которая называется «анко». с мороженым и безлимитный напиток. Эм…а тебе что-нибудь взять, Тобио-кун?

— Нет, спасибо, — покачал он головой.

— Хорошо, подождите немного, — приняв заказ Нацумэ, официантка отправилась на кухню.

После нападения они заскочили в кафе. Со словами «У меня к тебе есть разговор, так что давай найдем какое-нибудь спокойное местечко» Нацумэ повела Тобио за собой.

Девушка наполнила стакан у стойки с напитками и вернулась к Тобио, чтобы продолжить прерванный разговор:

— Что это такое?

— Ты о чем? — непринужденно переспросила Нацумэ.

Тобио ее притворство вывело из себя, и он, насупившись, свел брови.

— Что это было? Ты же про это хотела поговорить?

В «это» Тобио вкладывал все: и встречу с Сасаки, и монструозную ящерицу. Что это вообще за чудовище? Тобио хотел знать ответ. По меньшей мере, о существовании подобных тварей Нацумэ точно знала.

— Ты и сам все видел: чудовище и его хозяин, — тут же ответила она.

Тобио уже хотел выпалить очередной вопрос, однако Нацумэ продолжила:

— Выглядят они как наши одноклассники; монстры им подчиняются; а называют их «уцусэми». Я бы сказала, что это своеобразные прототипы автономных аватаров. Вместе с монстром они и образуют «уцусэми».

Договорив, она подобрала пальцем одиночную каплю со стакана, в котором взяла себе кофе-глясе, и вывела пальцем на столе «уцусэми».

— «Уцусэми»? — услышав незнакомое слово, озадаченно повторил Тобио,

— Верно, «уцусэми». Правда, я слышала, что есть и другое название… Как бы то ни было, они…хотя нет, среди них есть и девушки[✱] Когда Нацумэ говорит «они», она использует местоимение, подразумевающее лиц только мужского пола. После этого она исправляется и говорит «Уцусэми» с добавкой суффикса, указывающего на множественное число.. Уцусэми выглядят в точности как пропавшие второгодки старшей школы Реку.

— Чт… — от удивления Тобио аж дар речи потерял.

Нацумэ все так же серьезно продолжила:

— Всех подробностей я, конечно, не знаю, но похоже, что сейчас все двести тридцать три наших школьных товарища, которые угодили в катастрофу, теперь управляют монстрами вроде того, которого ты видел, — Нацумэ выдавала одну шокирующую подробность за другой.

После совместных похорон Тобио впервые встретил кого-то, кто, как и он, пережил тот инцидент со студентами Реку. Вот только с Нацумэ Тобио не был знаком, даром что они учились в одной школе.

И почему-то встреча с человеком, который оказался в той же ситуации, что и он, оказалась чем-то из ряда вон.

Нацумэ заметила замешательство Тобио, громко вздохнула и стала копаться в своей сумочке.

— Наверное, после таких россказней ты считаешь меня странной. Чуть позже мы опять встретимся, а пока… — тут она достала из сумки что-то круглое, похожее на софтбольный мяч, — ...моя задача — передать это Тобио-куну.

Тобио нерешительно потянулся за круглым предметом, и тогда Нацумэ положила его на стол.

Казалось бы, обычный шар. Но стоило его коснуться, как сердце забилось ощутимо сильнее, а вместе с ним запульсировал и шар.

— Ой, — по-девичьи вскрикнул Тобио и выронил предмет на стол.

— Тебе стоит поберечься. А то умрешь, — как бы невзначай предупредила Нацумэ, а сама зачерпнула ложкой аммицу с мороженным и радостно засунула в рот.

— Что значит «умру»? — Тобио не на шутку заволновался.

— Судя по всему, уцусэми охотятся за нами, выжившими. Думаешь, на тебя напали случайно? За мной вот тоже стали охотиться.

— Да ты надо мной издеваешься, что ли?

— Верить или нет — решать тебе, Тобио-кун. Однако факт остается фактом: на тебя нападут снова, и если ты не сможешь защититься, убьют.

Тут Тобио снова вспомнил про Сасаки и монстра, которые растворились в свете какой-то штуки, похожей на магический круг.

— Они пропали посреди того сияния…

— Угу. Похоже, что хозяева почему-то теряют сознание, когда побеждаешь монстра. А потом они исчезают в сиянии. Магия какая-то, ага? — и она рассмеялась.

Нацумэ указала ложкой на Тобио — внутри него кипели нешуточные страсти.

— Поэтому «яйцо» и нужно беречь. Ведь для нас, обычных беспомощных старшеклассников, это по-настоящему ценное оружие, понятно?

Сказав так, она перевела взгляд на окно. Тобио тоже повернул голову и посмотрел на улицу. Было людно, а на ветке дерева напротив сидела знакомая птица. Сидела неподвижно и глядела прямо на Тобио и Нацумэ. Солнце давно зашло, но, судя по тому пристальному взгляду, птица отлично видела в темноте.

— Что ж, не хочу заставлять соколенка ждать, поэтому на сегодня все, ладно?

Доев аммицу с мороженым, Нацумэ встала из-за стола.

— Погоди-ка!

Нацумэ подошла к озадаченному Тобио поближе. Это немного смутило его. Нацумэ заметила его смятение, подобралась совсем вплотную — Тобио почувствовал аромат ее волос — и шепнула на ухо:

— В следующий раз встретимся у тебя, — выдав двусмысленную фразу, Нацумэ развернулась и ушла.

Тобио застыл, как громом пораженный, но затем хлопнул себя по пылающим щекам и тряхнул головой.

— Стоп! Откуда ей знать, где я живу?

Выпалив это, Тобио поглядел на оставленный ему то ли мяч, то ли шар…

«Яйцо»…

Кто из него вылупится?

Тобио вдруг вспомнил, что, взяв «яйцо», почувствовал, как оно пульсирует.

Несмотря на все догадки и сомнения, Тобио сунул «яйцо» в сумку.