Глава 6. Люсия

Когда говорят «демоны», подразумевают множество видов всякой нечисти.

Встречаются и умелые колдуны, и мастера маскировки, и почти бессмертные гады, а может попасться и ядовитый экземпляр — одним словом, разнообразие поражает воображение. По характеру демоны тоже разнятся. Прямо как люди.

Но если описывать сразу всех, то демоны необычайно хитроумны. А ещё считают людей то ли едой, то ли мусором на дороге.

Вот что знала о демонах Люсия. И встречала именно таких тварей.

Однако, пока она следила за битвой между Данте и Балрогом, в её голову пришла мысль, что громадному демону неожиданно хватает воинского достоинства: он не разменивался на уловки и прыжки, а пёр на врага в лоб, стараясь задавить лапой или спалить огненной вспышкой.

— Отлично, просто великолепно, человек! Я и не мечтал встретить подобного тебе да ещё так скоро, как прибуду! — довольно прорычал Балрог, а сам без капли сомнения или злости наступал на Данте, пока тот уворачивался, перескакивая из стороны в сторону.

— Да катись к чёрту со своими комплиментами! — пробормотал Данте, ухмыляясь, и поднял Мятежник. Пока что Данте, переживая одну за другой волны атак, дышал размеренно, а двигался легко.

«Мне и правда не придётся вмешиваться»,— сообразила Люсия и крепко сжала кулак.

С тех пор, как Люсия повстречала Данте, она только и делала, что совершенствовала навыки. Чтобы никогда больше не зависеть от этого человека. Чтобы самостоятельно оберегать остров Думари, раз уж назначена Хранителем. Люсия верила, что своего добьётся и так отплатит добром Матие, которая не пожалела сил вырастить её.

Но стоило Люсии увидеть, как сражаются Балрог и Данте, и она ощутила страшное бессилие, ведь понимала: Данте в разы сильнее её.

«Через что ему пришлось пройти, чтобы заполучить такую силу? Или же это наследие, заключённое в крови Спарды?»

— Ну держись тогда!.. — взревел Балрог, сверля огненным взглядом фигуру Данте, и резко подался вперёд.

Люсия услышала странный треск в воздухе.

— Что он задумал?.. — пробормотала она, готовая к любому трюку.

Она перевела взгляд на Данте, пытаясь мысленно предупредить его, но тот просто следил за врагом и как будто не заметил его слов.

— Вот так бы сразу! А то я совсем соскучился.

— Хех. Я тебе язык вырву! Узри же!

С этими словами Балрог выгнулся назад, а пламя, покрывшее его тело, вспыхнуло ещё ярче и сильней. Случайные искры и сгустки от него пожирали в округе деревья, обветшалые домишки — и в один миг всё обратилось в море огня.

Но Данте даже бровью не повёл.

— У вас там что, массовая пиромания? Куда ни попрусь, везде повстречаю какую-нибудь тварь, готовую закидать огнём! — отмахиваясь от искр, съязвил он.

— У нас многие управляют огнём. Но даже не смей ставить меня в один ряд с этими слабаками! — ответил Балрог и вскинул гигантский кулак. — Думаешь, сможешь отразить мой раскалённый кулак?!

Едва Балрог топнул по земле, как тут же снова вскинул над головой лапищу — ну что за чудовищная скорость!

— Умри! — прорычал демон и обрушил всю мощь прямо на Данте.

От удара взвилась пыль и облаком накрыла фигуры противников — Люсия и разглядеть ничего не могла.

— Данте?! — вырвалось у неё, но тут же девушка сообразила, что кричи или не кричи, а смысла в этом нет.

Когда пыль чуть улеглась, перед Люсией предстала странная картина: демонический кулак, который должен был размазать Данте, застыл в нескольких сантиметрах от него. И тут, приглядевшись, Люсия заметила: Данте и Балрога как будто разделяет невидимая стена.

— Ах ты!..

Балрог выжигал Данте взглядом, а сам давил на невидимую стену гигантским кулаком. Человек же перед ним держал в руках невесть откуда взявшееся оружие — три металлических когтя на цепях, крепящихся к кольцу.

— Аж давно чесалось достать. Не терплю парилку, — сказал Данте, и стена перед ним со звоном разлетелась на части — некоторые осколки долетели аж до Люсии. Та машинально наклонилась и подобрала один: в руке поблёскивал лёд.

— Хм... ледяное оружие?! Как нагло!

Стена рассыпалась осколками, а Балрог отшатнулся, но тут же выпрямился и снова сжал кулак. В ответ Данте умело крутанул цепями, провел пару раз от плеча к плечу и встал в какую-то совсем невиданную стойку, прямо как герой фильма про боевые искусства. Вот только от цепей на кольце веяло морозом.

— Ну и капризный чёрт… Надо хоть иногда выгуливать.

Матие как-то рассказывала Люсии, что в мире встречается и особое оружие — чистое воплощение дьявольских сил. И девушка сразу поняла: перед ней как раз одно из таких.

— Эта форма и эта сила... Разве ты подчинил кого-то из церберов? — спросил Балрог, пытаясь обойти Данте и зайти с тыла. — Думаешь, сил тех шавок хватит, чтобы одолеть моё пламя?!

Тут Люсия вспомнила наставления бабушки: «Среди дьявольских оружий есть особенные — они представляют собой самих демонов, принявших форму мечей, топоров и всего прочего. Если желаешь получить такое, придётся сокрушить демона и обрести власть над ним. Или же стать ему товарищем».

— Да не брошу я тебя, пёсель! Давай!

Данте улыбнулся и прыгнул к Балрогу. Закончив сальто в воздухе, он хлестнул демона цепями.

— М-м!

Приняв на себя удар, Балрог выбросил кулак вперёд, но промахнулся — Данте уверенно летел по небу, словно крылья вдруг отрастил. Цепи в его руке изгибались, шевелились, будто готовились кого укусить.

А Люсия неотрывно следила то за Балрогом, то за Данте.

«Неужели... — подумала она. — Неужели Данте взялся за дьявольское оружие из-за меня?»

И вспомнила, что ответила бабушке, когда та закончила рассказывать о жестокой мощи дьявольского оружия:

«Дьявольское оружие?.. Нет, ничего такого мне не нужно. Не хочу связываться с дьявольской силой».

А причина как будто была проста: неисчерпаемая ненависть Люсии к демонам. И ей нельзя было с ней расставаться, ведь сама Люсия — рукотворный демон. Нет, такой, как она, нельзя и касаться демонического оружия.

На это возражение Матие сказала ей:

«Послушай внимательно, Люсия. В будущем в нашем мире может появиться такой демон, какого не победить одной лишь твоей силой. Что тогда будешь делать? У любого тела есть свои пределы, тренировками границы не расширишь. Но если возьмёшь дьявольское оружие, то даже с самыми сильными демонами будешь сражаться на равных».

Тогда Люсия не восприняла её слова всерьёз, потому что ни разу не видела эти загадочные оружия вживую да и не надеялась когда-либо увидеть.

А теперь прямо на её глазах Данте крушил Балрога ледяными дьявольскими цепями.

— Тебе... не жить! — взревел Балрог, да только его пламя уже угасало.

— Эх... — разочарованно вздохнул Данте и зарядил демону со всей дури. Отдача от удара вышла сильной, вот Данте и пришлось приземлиться. — Слабак!

Балрог пошатнулся, едва оправился от удара и отправил вслед Данте пылающий кулак.

— Что-то ты долго, — бросил Данте, крутанув дьявольские цепи Цербера, ринулся вперёд и, не мешкая, стеганул по кулаку демона.

Прогремел взрыв. Первым не выдержал Цербер: разлетелся на кусочки. Вот только Данте не опешил, а уверенно улыбнулся, словно загодя знал, что так и будет.

— Даже мне тяжеловато разбить эту штуку. Пришлось выходить на ничью.

Люсия не сразу поняла, что означали слова Данте, но присмотрелась и увидела, что в кулаке Балрога что-то блестит.

— Что это? — тихонько спросила она.

И в следующий миг вещица, зажатая в кулаке Балрога, разлетелась тоже. Осколки вещицы и поверженного Цербера засияли в унисон, обратились пылью и растаяли, словно говоря: мы выполнили своё предназначение.

— Да как же так?!

Пока Балрог неверяще вглядывался в пустую лапищу, Данте схватился за меч, висевший у него на спине.

— Ну-с... с проблемной частью мы закончили. Продолжим? — спросил он и чуть согнул колени.

Но противник не готов был продолжать.

— Так ты... ты сын Спарды? — задал вопрос уже Балрог.

— И что, если да?

— До меня доходили слухи... О том, как ты поверг императора Мундуса и заборол правителя Аргосакса... Не знал, что ты настолько силён...

Пламя Балрога, ярко горевшее до недавнего времени, стремительно угасало: то ли демон расхотел сражаться, то ли силы уже кончились. Но Люсия решила, что противник просто не желал сражаться.

— Да ладно тебе, уже заднюю даёшь?

— Верно.

Данте поглядел на демона с удивлением. Люсия нахмурилась — такого ответа она явно не ждала. Не знала, что демоны вообще способны признать поражение.

— Сейчас мне не победить — разница в силе слишком велика. Но всё же!.. — угасшее было пламя вспыхнуло с новой силой.

— Данте! — крикнула Люсия, догадываясь, что его сейчас настигнет предсмертная, но оттого не менее мощная вражеская атака, вот только Данте и мускулом не шевельнул.

Пламя окутало Балрога, завихрилось с невиданной силой… Но тело… тело Балрога пало на землю.

— Хочу и дальше сражаться! Биться с сильными! Сильнейшими! Я не умру от твоей руки! — ревел самим пламенем Балрог, пока его тело обращалось в золу. Подхватив прах, пламя ринулось к Данте и окутало уже его. — Я стану твоим орудием, сын Спарды! Используй меня! Так я смогу сражаться и впредь! Смогу копить силы в бесконечных битвах! И когда я наберу достаточно мощи, чтобы сокрушить тебя, мы сразимся вновь!

И с этими словами пламя, покрывшее Данте с головы до ног, угасло. Люсия в панике бросилась к напарнику, но остановилась на полпути: увидела, что демонический огонь не нанёс Данте никакого вреда, а на его руках и ногах… красуется какое-то новое… оружие?

— Вот же ж! Даже ответа не дождался, а уже превратился. Ну что за эгоист, а?

Разглядывая демоническое оружие, Данте вздохнул.

— Данте, с тобой всё хорошо? — спросила Люсия, тихо приближаясь к напарнику — тот лишь пожал плечами.

— Как видишь.

И тут послышался тяжёлый утробный смех — он шёл от правой руки Данте.

— Никаких проблем. Ни единой, — вдруг выдал Балрог.

Данте покосился на оружие на своей правой и предупредил:

— Хочешь, чтобы таскал с собой, сиди на руке ровно и помалкивай. Бесит твоя болтовня, — приструнил демона он, словно питомца дрессировать собрался.

Люсия не удержалась и улыбнулась, хотя её улыбка получилась сдержанной. Но Данте всё равно её не видел — выжидающе поглядывал на руку, пытаясь понять, выполнит наказ Балрог или же нет. И Балрог смолчал.

— Вот и отлично, — сказал оружию Данте, развернулся и направился восвояси. Домой.

Глядя на его удаляющуюся спину, Люсия почувствовала такую тоску…

«Вот поэтому и не хотела, чтобы приезжал… »

Когда Матие объявила, что позвонит Данте, Люсия запротестовала. Ведь новая встреча обещала новое же расставание, а такое как-то уж слишком.

Но Люсия понимала, что её чувства — ещё одна причина, по которой Матие позвонит Данте. Старушка видит её насквозь и знает, с каким отчаянием Люсия искала этого человека многие годы.

— Вечно Матие влезает... — пробормотала Люсия вслед Данте.

— А как иначе? — беспечно бросил через плечо он. — Да, вы не связаны кровью, но у тебя хорошая мать. Так что кровное родство, не кровное… не плевать ли?

«Интересно, как много знает Данте? Понимал ли он мои чувства, замысел Матие, когда собрался приехать? Или просто заявился на остров, чтобы сделать свою работу?..» — углубилась в свои мысли Люсия, пока Данте не привёл её в чувство:

— Люсия!..

— Что? — отозвалась она и как будто застыла.

— Заметила, что было у Балрога? — заговорил Данте о работе в пику ожиданиям девушки.

Люсия улыбнулась:

— Заметила. Что это было?

— Осколок дьявольского оружия, способного разрезать границу между мирами демонов и людей. Из такой-то дыры демоны и повалили. Но этот осколок я разбил, пусть и пришлось пожертвовать своим оружием. Ну так-то всё будет нормально. Вот только случай может повториться, — тут Данте остановился и повернул голову к Люсии, — и если что, то зови меня.

Люсия не стала его расспрашивать, что он имеет в виду, а только кивнула, ведь успела понять: осколок того дьявольского оружия имеет для Данте особое значение. Но этим новым знанием не воспользуешься — Данте ясно сказал Люсии, чтобы, чуть что, звала его.

— Слушай, Данте, меня давно мучает одна мысль... — попыталась сказать хоть что-то из того, о чём думала, Люсия. И снова слова ударились о спину Данте. — А ведь ты… жестокий мужчина.

Данте распахнул глаза с нескрываемым удивлением.

Нет, такие случаи, как появление Балрога, не должны повторяться. Но Люсия уж грешным делом задумывалась: пусть повторяются, если так можно заманить Данте на остров.

— Пора бы исправиться, пока не стало слишком поздно, — бросила Люсия, обходя Данте, который ещё строил из себя дурачка. — Давай прощаться. Ты ведь найдёшь путь назад?

— Ага. Смотри, не подхвати простуду, Люсия.

И Люсия, не оборачиваясь, быстрым шагом удалилась, ведь знала: только обернись, погляди на Данте, и на сердце станет совсем тяжело. Да и не может она обернуться — все-таки Хранитель острова, который раз и навсегда решил посвятить свою жизнь этому делу.

«Прощай, Данте»,— мысленно сказала Люсия, и лишь ветер ответил ей, растрепав её алые волосы.