Том 7    
История четвертая: Хранитель ключа

История четвертая: Хранитель ключа

Светало.

Над головой свинцово-серым пологом простиралось угрюмое небо, совсем недавно ниспославшее на землю дождь.

По мощёной улице безлюдного города, укутанного густым одеялом тумана, брела невысокая девушка лет двенадцати-тринадцати.

Она была красива точно кукла… точнее, была бы, если бы не уставшее, можно даже сказать, мёртвое выражение лица, точно у дряхлой-предряхлой старухи. Длинные, припорошённые пылью пакли волос и пустые глаза, смотрящие перед собой, только усиливали эффект.

Чёрное одеяние выцвело и порвалось во многих местах, контуры тела очерчивали ржавые наручи и треснувшая пластина на талии, с кожаного ошейника свисали обрывки цепей, а металлические ботинки разваливались на глазах.

Плоскую грудь, проглядывающую сквозь прорехи ткани, обезображивал большой свежий шрам, как будто кто-то пытался вырвать девушке сердце.

Она едва волочила ноги, глядя в белый сумрак и с надсадным свистом вдыхая влажный воздух.

— !..

Наконец при очередном шаге её нога не нащупала опоры и ухнула вниз, уволакивая за собой хрупкое тело.

Девушка неосознанно вытянула правую руку, но нащупала лишь пустоту — впереди не было того, кто обычно поддерживал её — и безвольным кулём скатилась с лестницы. Ржавый металл наручей и пластины противно звенел и дребезжал.

На последней ступени девушка сильно ударилась спиной и застонала от боли, а потом слабо подняла голову, посмотрела на такие знакомые высокие шпили университетского городка и прижала руку к шраму на груди. Как будто тянулась к чему-то важному, что у неё забрали.

— Хьюи… — с ненавистью прошептали дрожащие губы.

Однако это имя услышал лишь туман.

Последний эпизод: Хранитель ключа
1

Особняк разорившегося аристократа — по сути, самый обычный старый дом с небольшим двором — располагался в такой глуши, что до него из столицы нужно было полдня добираться на автомобиле.

Однако даже здесь жили люди: в окнах на солнечной стороне пестрели красивые высушенные цветы, около парадного входа гостей встречали кадки тоже с цветами, но уже живыми. Местный садовник не жалея сил ухаживал за пышными зелёными лужайками и стройными деревьями. Всюду царила удивительная гармония, наполняющая сердце приятным теплом.

По ветви одного из деревьев шагала девочка лет десяти. Её аккуратное симпатичное личико обрамляли вьющиеся тёмно-серые локоны, чудесно сочетающиеся с оборчатым синим платьем. Гордая осанка и уверенная походка говорили о хорошем воспитании.

Было видно, что девочка совершенно не боится высоты и подходит к делу с целеустремлённостью взрослого человека.

Ловко балансируя на узкой ветке — точно кошка на крыше, — она перебралась на высокий каменный забор и с негромким криком спрыгнула.

Земля больно ударила по ногам, но девочка устояла, лишь сделала по инерции несколько шагов вперёд, чтобы сохранить равновесие.

И…

— Мгх! — раздался сдавленный возглас.

Девочка почувствовала, что наступила на нечто упругое, вроде резины, и нерешительно посмотрела вниз.

Там лежала длинноволосая девушка в необычном одеянии чёрного цвета. Если бы взгляд умел убивать, она давно испепелила бы прыгунью.

— Ой… Труп? — прошептала девочка.

— Сама ты труп, наглая малявка! А ну убери с меня свои ноги! — пронзительно закричала девушка.

Юная аристократка поспешно отскочила в сторону.

— Ой! П-прости. Но…

— Что «но»? Неужели ты оправдываться вздумала? — прошипела девушка.

Девочка, не особо испугавшись, наклонилась к ней.

— Боже, какие страшные раны… Но их оставила не я.

Незнакомка фыркнула и отвернулась.

Выглядела она и впрямь неважно. Сквозь дыры в рваной чёрной одежде виднелась белая кожа, испещрённая царапинами, ссадинами и порезами, будто пятнами ржавчины на поверхности металла. Но больше всего в глаза бросался большой застарелый шрам на груди, уродующий красоту девушки.

Она казалась путником, который не выдержал долгой, полной опасностей дороги и из последних сил упал на обочине дороги, чтобы испустить дух.

— Что с тобой произошло?

— Меня преследует враг. Как видишь, — серьёзно ответила девушка.

Девочка удивлённо смотрелась.

— Враг? Какая-нибудь собака или кошка?

— С чего бы мне убегать от низших созданий?! — громко воскликнула девушка.

Юная аристократка захлопала глазами.

— Э-э… Н-но тогда кто?

— Это… Короче говоря, враг, — отведя взгляд, едва слышно повторила девушка.

— Враг? В смысле злодей? Прости, но я не совсем понимаю тебя. Давай хоть раны обработаю.

— Жалеешь меня? Забудь. Мне не до этого, я должна найти кое-что.

Незнакомка отмахнулась от протянутой руки и встала сама. Ржавый металл заскрипел, словно старые дверные петли.

— Что?

— Ключ, — ответила девушка и коснулась шрама на груди.

— Ключ? — озадаченно повторила девочка.

— Если точнее, человека, который этот ключ унаследовал.

Девушка покачнулась и чуть не упала, и юная аристократка поспешно протянула руку помощи.

— П-постой, не торопись. Преследуют, говоришь? Тогда лучше отсидеться где-нибудь.

— А ты живёшь здесь? — спросила девушка, взглянув на особняк.

— Типа того… Эх, что же делать?

— В смысле?

— Да тут такое дело… Меня тоже преследуют, — пожала плечами девочка.

И тут…

— Так-так, Антуанетта. И что же ты здесь делаешь? — послышался задорный голос.

Позади девочки возникла красивая светловолосая женщина. Ей уже перевалило за тридцать лет, однако она постоянно улыбалась и смеялась, точно ребёнок, поэтому выглядела намного моложе.

— М-мама?! Откуда ты взялась?

— Оп! — женщина ловко схватила дочь за шиворот и приподняла над землёй. — Девочка моя, неужели ты думала, что сможешь убежать от меня? Я живу здесь о-очень давно и намного лучше тебя знаю все потайные ходы.

Антуанетта огорчённо уронила плечи, но не испугалась возможного наказания: мать говорила грозно, но, ясное дело, больше притворялась.

— Ого!

Внезапно женщина повернулась к незнакомой девушке, которая привалилась к стене и тяжело дышала, и внимательно осмотрела её сверху донизу, как котёнок — бантик на верёвочке.

— А это кто? Неужели ты подобрала её? — спросила она у дочери.

Антуанетта неопределённо мотнула головой.

— Ну как сказать… Не подобрала, а наступила на неё.

— Молодец. Отличная работа!

— А?

Мать улыбнулась, но не высокомерно или снисходительно, как это делают люди из высших слоёв общества, а широко и солнечно и схватила девушку на руки.

— Э-эй! Ты что делаешь, светловласка?!

— Хи-хи, какая милашка! Смотри, Антуанетта, она и двигаться умеет!

— Бесишь! Пусти меня! Поставь на землю! — вопила девушка, изо всех сил размахивая руками и ногами.

Мать Антуанетты с радостным видом сунула её под мышку, будто какую-то сумку.

— Ни за что. Ты вся изранена и наверняка голодна. Пойдём, покормим тебя чем-нибудь вкусненьким.

— У…

При слове «вкусненьким» девушка замерла, но попыток убежать всё равно не оставила.

— Лучше не сопротивляйся, — сочувствующе сказала Антуанетта. — Такая вот у меня мама.

— Это не причина. Вот же, большегрудая светловласка…

Мать Антуанетты развернулась и направилась обратно в дом. Дочь неохотно поплелась следом. Похоже, она чувствовала себя в какой-то степени виноватой.

— Значит, ты Антуанетта? — вися под рукой, негромко спросила девушка.

Юная аристократка вздохнула и слабо улыбнулась.

— Ага.

— А фамилия у тебя какая?

— Фамилия? Дисвард, — недоумённо склонив голову набок, ответила девочка.

— Антуанетта Дисвард… Ты потомок виконта Дисварда?

— Как бы да. — Она неловко отвела взгляд. — А что?

Девушка посмотрела на неё отчасти холодно, отчасти с ноткой… ностальгии и бросила:

— Да ничего, малявка. Просто подумала, что у тебя имечко как у псины какого-нибудь богатея.

Антуанетта не особо рассердилась из-за такого сравнения.

— Ну тебя! Тебя-то саму как зовут?

Девушка немного поколебалась, но всё-таки сказала:

— Далиан.

Антуанетта прыснула со смеху и весело прищурилась.

— Да тебя саму зовут как кошку!

2

Напевая весёлый мотив, мать Антуанетты вернулась в особняк. Обе девочки, естественно, были с ней.

Они втроём уже были в гостевой комнате, когда к ним подбежали слуги. Судя по взволнованным лицам, они чуть ли не перевернули дом вверх дном, разыскивая пропавшую хозяйку.

— Миледи, вам нельзя покидать особняк без разрешения… — недовольно начала экономка, женщина в возрасте, как вдруг обратила внимание на Далиан. — О, кто эта девочка?

— Я подобрала её за домом. Миленькая, правда, — гордо ответила мать Антуанетты. — Но она вся покрыта ранами. Бедняжечка.

Экономка, видимо, привыкла к необычным решениям хозяйки и ничего не сказала по поводу чужого грязного ребёнка, лишь глубоко вздохнула и спросила:

— Миледи, мне послать за доктором?

— Лучше распорядись, чтобы приготовили что-нибудь горячее, а также тёплую ванну и чистую одежду. Думаю, ей подойдёт что-нибудь из нарядов Антуанетты.

— Мгм… Значит… костюм мисс Антуанетты?

— Да, будь добра.

— Как вам будет угодно. Кстати, миледи, вы не забыли, что вечером приезжают люди из издательства? Вам тоже стоит переодеться.

— Ах да, ты права. Антуанетта, меня ждут дела, а ты пока развлеки нашу маленькую гостью.

Не дав дочери сказать и слова в ответ, мать выбежала из комнаты. Слуги поспешили за ней.

Проводив их взглядом, Антуанетта вздохнула, подошла к креслу, плюхнулась в него, совершенно не заботясь о платье, и указала Далиан на диван напротив. Та села и бесстрастно заметила:

— У тебя очень шумная мать.

— Ага. Она всегда такая, когда к ней приезжают репортёры, — пожала плечами Антуанетта.

— Репортёры?

— Моя мама — модельер. Точнее, это её хобби, но время от времени газеты и журналы публикуют её работы. Она у меня любит всякие рюшечки и оборки, — добавила девочка, проведя рукой по синей юбке.

Далиан скучающе фыркнула.

— Значит, знатная особа решила примерить шкуру обычного портного?

— Ага. Правда, она родилась в семье торговца, так что на репутацию ей по большей части плевать, — пояснила Антуанетта и грустно опустила голову. — Наверное, поэтому она не ладит с папиными родственниками. И поэтому они отвели ей этот старый дом, лишь бы держать подальше от столицы.

— То есть она вышла из низов.

— По родословной — да. Однако мамина семья управляет крупной торговой компанией, и она намного богаче нас, разорившихся аристократов. Думаю, из-за этого маму и не любят.

— Ничто не ново под луной.

— Твоя правда, — вздохнула Антуанетта, скрестила ноги по-турецки, как мальчик, взяла со стола книгу и открыла заложенное место.

Судя по картинке на обложке, это был приключенческий роман про американских мальчишек. Не самое подходящее чтиво для десятилетней аристократки, особенно учитывая тот факт, что в те годы библиотеки Соединённых Штатов массово запрещали подобную литературу, пестрящую сценами сомнительного характера.

— Кстати, ты не удивилась? — перевернув страницу, спросила Антуанетта.

— Чему?

— Книгам. В доме полно книг. Если бы не они, я бы давно умерла от скуки, — сказала девочка и чуть отвела взгляд. Застеснялась, видимо.

Практически во всех комнатах особняка вдоль стен стояли шкафы, заполненные книгами, написанными на самых разных языках.

— Это личная библиотека виконта Дисварда, да? — бросив на них алчный взгляд, спросила Далиан.

— Ты знаешь о ней?

— Слышала. Дисварды — страшные библиоманы. Они готовы променять половину своих владений на одну-единственную книгу.

— Правильно. Вот только, боюсь, род книголюбов скоро прервётся. Мой папа ненавидит книги.

— Ненавидит… книги? — нахмурилась Далиан.

— После того как папа унаследовал титул, он испортил зрение в одном несчастном случае и перестал читать. И самолёты разлюбил, хотя был без ума от них. И стал жить отдельно от мамы… — мрачно проговорила Антуанетта.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошли горничные. Одна катила перед собой тележку с едой.

— Просим прощения, но мы не успели приготовить что-нибудь новое, поэтому подогрели то, что осталось.

Они быстро и ловко расставили на столе суп, жареную индейку, салат и десерт — пудинг и хрустящие булочки.

— После того как вы закончите, мы обработаем ваши раны и приготовим вам ванну.

Далиан скривилась.

— Но[✱]No (итал.) — нет.… Не стоит. Я не люблю мыться.

— Нет, мы приготовим. А после переоденем вас. — Одна из горничных улыбнулась так, что желание возражать отпало само собой.

— Переоденете? — встревоженно переспросила Далан.

— Вы всё узнаете, но позже.

Горничные весело посмотрели на неё и, тихо хихикая, удалились. По-видимому, они с матерью Антуанетты задумали какую-то шалость.

— Я так и думала, — сокрушённо покачала головой Антуанетта.

— О чём ты?

— Ты же слышала, что сюда скоро приедут репортёры? Вот они и хотят сделать из тебя фотомодель.

— Модель? То есть меня выставят напоказ?! — рассердилась Далиан.

Девочка почесала затылок.

— Другие дети не смогли приехать, вот мама тебя и взяла.

— То есть она составила этот план с той самой секунды, как увидела меня?

— Скорее всего. Позволь мне извиниться вместо неё. — Антуанетта сложила руки в молитвенном жесте.

У Далиан дёрнулся глаз.

— Не утруждайся, малявка. Я всё равно не собираюсь участвовать в этом фарсе.

А затем она вгрызлась в индейку, даже не посмотрев на булочки.

Антуанетта немного понаблюдала за ней.

— Кстати, тебя же, кажется, кто-то преследовал?

— Си[✱]Sì (итал.) — да.. Поэтому я должна найти ключ прежде, чем меня поймают.

— Всё это замечательно, но… Боюсь, это будет невозможно.

— Почему?

— Не думаю, что ты сбежишь от моей мамы. Чтобы ты знала, она страшна в гневе. У неё нюх, как у собаки, а ещё она мастер по метанию лассо.

— Что? Лассо?

— В детстве она жила в Америке, там и научилась.

— Не понимаю… Что же это за аристократка такая?

Антуанетта невесело улыбнулась.

— А вот такая. Я понимаю, ты стесняешься, потому что тебя покусала собака, но всё равно будь паинькой и дай себя сфотографировать.

Далиан немного помолчала, жуя мясо, и внезапно заявила:

— Говоришь, не сбегу? Значит, не буду и пытаться.

— Прости, что? — удивилась Антуанетта.

Не удостоив её ответом, девушка встала, скрипя ржавым металлом, вышла из комнаты, свернула в коридор и уверенно направилась куда-то.

Антуанетта поспешила за ней.

Вскоре они пришли в небольшую, будто чулан, комнатку. В окошке виднелись садовые деревья, около одной из холодных каменных стен стоял шкаф с книгами. Массивный, его вряд ли сдвинули бы даже несколько взрослых молодцев.

«Что нам здесь нужно?» — задалась вопросом девочка.

Далиан сделала шаг вперёд и толкнула полку. Послышался приглушённый лязг шестерней, и шкаф повернулся, открывая взору узкую потайную лестницу, ведущую куда-то вниз.

— Что это?

— Это называется лестница. Сооружение, предназначенное для безопасного перемещения вверх и вниз. Обычно устанавливается там, где есть разница высот.

— Я знаю, что такое лестница. Я спрашиваю о другом. Что она здесь делает? И откуда ты знаешь о ней?

Далиан засмеялась. Холодно, презрительно.

— В мире есть то, чего знать не следует.

Антуанетта испуганно вздрогнула.

Далиан развернулась и начала спускаться во тьму.

3

Девочки открыли дверь в конце лестницы и оказались в просторном подвале.

На стенах горели светильники. Их тусклое мерцание озаряло тёмное помещение, выхватывая пыльный пол, стопки педантично рассортированных книг, письменный стол, заваленный заметками — похоже, кто-то анализировал древнюю литературу.

Воздух был тёплым и застоявшимся.

«Как в лаборатории средневекового алхимика…» — оглядываясь, восхищённо подумала Антуанетта.

— Ничего себе! Я и не знала, что под домом есть такая комната.

— Отец не рассказывал тебе? — почему-то удивилась Далиан.

Девочка рассеянно покачала головой.

— Папа сюда не приходит.

— Поселил жену, а сам ни ногой?

— Я же говорила, что ему тяжело видеться с мамой.

— Почему? — спросила Далиан, заинтересованно исследуя полки.

— Потому что он не защитил маму от козней бабушки… и остальных тоже, — грустно усмехнулась Антуанетта.

— Полнейшая бесполезность, — презрительно процедила Далиан.

— Ну да…

Удивительно, но девочка не стала спорить. Она подошла к столу, взяла модельку самолёта и бережно сдула с неё пыль.

— Ты ненавидишь своего отца?

— Нет. Но и не уважаю. Он изменился.

— Раньше он был другим?

— Они с мамой рассказывали, что дружили с самого детства и часто играли в этом самом доме. Наверное, папа не любит его, потому что с ним связано много воспоминаний, — вздохнула Антуанетта.

Дисвард-старший любил самолёты. Он хотел построить свой самолёт и взмыть на нём в небо. Маленькая Антуанетта любила рассматривать его чертежи и модельки.

«Но старые добрые дни уже не вернутся. Никогда», — печально подумала она.

— Воспоминаний, да… — коснувшись шрама на груди, негромко повторила Далиан.

На короткое мгновение в холодных чёрных глазах мелькнул огонёк ненависти, а красивое лицо исказилось в злобной гримасе.

— Вы с матерью живёте здесь одни? — внезапно спросила она.

Антуанетта покачала головой.

— Нет, здесь живёт только мама. И немного слуг: Наталья и ещё два-три человека.

— А ты?

— Обычно в столице, там наш главный дом. Я же ещё в школу хожу. А сюда приезжаю на выходные.

— Значит, твои братья и сёстры сейчас в столице? — прищурилась Далиан.

— Братья и сестры? Какие? — склонила голову набок Антуанетта.

— Подожди, ты что, единственный ребёнок в семье?

— Да… если только папа не ходил на сторону. Правда, я сомневаюсь, что он сумел бы грамотно всё обставить, — сказала девочка, рассуждая о взрослых вещах.

Далиан недоумённо покачала головой, затем резко взмахнула руками — наручи громко скрипнули — и застонала.

— Не может этого быть.

— Далиан, о чём ты говоришь? Неужели… ты знаешь какую-то тайну?

Девушка промолчала.

Такой расклад явно не устраивал юную аристократку. Она хотела знать правду.

— Ту твою фразу любил говорить папа.

— М?

— В мир есть то, чего знать не следует… — Девочка прикусила губу. — Папа говорил, что перенял её у деда.

— Виконт Уэсли Дисвард.

— Что?

— Так зовут владельца этого дома. Я права?

— Да, но… откуда ты знаешь?

— Уэсли Дисвард, известный за кулисами общества как ярый библиоман, искал одно место. И создал этот подвал, чтобы скрыть его существование.

— Какое место?

— Библиотеку Данталиан.

— О, я знаю о ней. Точнее, слышала. Это фантомная личная библиотека, названная в честь демона, повелевающего книгами и знаниями. В ней собрано девятьсот тысяч шестьсот шестьдесят шесть призрачных книг, содержащих знания, которых не должно существовать в этом мире.

— Си, — довольно согласилась Далиан. — И где-то здесь должен быть ключ.

— Ключ? В смысле зацепка?

— Нет, в прямом смысле. Ключ, который откроет запечатанную дверь в библиотеку. Я пришла сюда, чтобы забрать его и стать той, кем должна быть!

— Что ты имеешь в виду, Далиан? — нервно спросила Антуанетта.

По её спине ползли мурашки, однако не от мороза.

Красивая, но в то же время израненная девушка в выцветшей чёрной одежде с ржавыми металлическими вставками, с длинными волосами и холодными, точно чёрный кварц, глазами вызывала инстинктивный страх.

«А она точно человек?»

— Хьюи.

— А?

— Хью Энтони Дисвард. Так зовут владельца, точнее, хранителя ключа, который охраняет вход в библиотеку и который доставил мне столько хлопот. Где он? — спросила Далиан, пристально глядя на девочку.

Антуанетта неосознанно попятилась, но взгляд не отвела.

— Далиан, что ты сделаешь после того, как получишь ключ?

Девушка едва заметно улыбнулась.

— Библиотека Данталиан — это королевский дворец.

— Дворец?

— Да, это дворец мудрости, где хранится сокровище, которое ценнее всех золота, серебра и камений, вместе взятых, — чистые, незамутнённые знания призрачных книг! Я стану принцессой в этом дворце! Новой библиодевой!

Далиан засмеялась, и её громкий, преисполненный безумного исступления хохот эхом отразился от стен.

Внезапно её перебили:

— Хьюи!

На потайной лестнице затопали чьи-то ножки, дверь приоткрылась, и в подвал вбежала ровесница Антуанетты — девочка с блестящими светлыми, слегка вьющимися волосами. Она носила красивое платьице в цветочный узор.

Девочка была такой милой, как будто только что выпрыгнула из книжки с картинками. Однако самое яркое впечатление производила её улыбка — чистая и открытая.

В отличие от спокойной, величественной Далиан, энергия била из неё ключом.

— Хьюи, так ты здесь? Тебя там тётя уже обыскалась! — уперев руку в бок, звонко воскликнула нежданная гостья.

Её жесты и манера речи явно повторяли мать Антуанетты. Видимо, девочка восхищалась ею и во всём подражала. Образно говоря, поднималась на цыпочки и тянулась, чтобы достать до старшей сестры.

— К-Камилла… — пролепетала Антуанетта.

Камилла с любопытством осмотрелась.

— Ой, а что это за комната? Я и не знала, что у вас и такая есть.

— Вот зачем ты сюда пришла?

— А ты что, Хьюи, спрятаться решил? Я знаю, что ты не любишь фотографироваться, но ведь ты такой милый… Прямо как настоящая девочка.

Антуанетта… Точнее, мальчик по имени Хьюи надулся и отвернулся от неё.

— И вообще, что ты здесь делаешь? Ты же сначала не хотела приезжать! И из-за этого мама заставила меня позировать ей вместо тебя!

— Так я же догадалась, что всё так и получится, быстренько разобралась с делами и приехала, — улыбнулась Камилла.

Хьюи раздражённо вздохнул и сорвал с себя парик. Он действительно был симпатичным, как девочка.

— Ой, уже снимаешь? А тебе шло, — огорчилась Камилла.

Покрасневший мальчик, скрывая смущение, рассерженно уставился на неё.

— А мне это ни капельки не нравится! Надеюсь, ты принесла, во что мне переодеться?

— Конечно. И можешь не переживать, тётя нашла другую модель. Только верни платье, пока не испачкал, как в прошлый раз.

— Ну хоть на этом спасибо, — вздохнул Хьюи, стянул платье, оставшись в добротных шортиках, затем надел рубашку. И тут…

Позади него раздался взрыв грубого смеха.

— Так вот оно что! Ты Хьюи! А Антуанетта — это женский вариант имени «Энтони»! — закричала Далиан.

— Далиан?!

Хьюи напрягся: заметил у неё в руке необычную книгу, старую, в выцветшей подранной обложке из чёрной кожи, скреплённой ржавой застёжкой.

«Это как будто… её книжное воплощение? Что-то оно мне не нравится!» — мельком подумал он.

Камилла, видимо, почувствовала то же самое, невольно поморщилась и сказала:

— Это и есть та замена, о которой говорила тётя? Миленькая. Вот только… чем это вы занимались тут вдво…

Внезапно её голос прервался, как будто закончилась пластинка на граммофоне.

Повисла странная тишина. Казалось, кто-то отгородил их невидимым стеклом от остального мира.

Хьюи обернулся и обомлел.

Камилла застыла, точно статуя. Даже пыль зависла в воздухе. И только девушка в выцветшей чёрной одежде медленно шагала к нему, шелестя страницами призрачной книги.

4

— Что с тобой, Камилла?! — воскликнул Хьюи.

Однако подруга не ответила.

«Она застыла, точно восковая кукла. Или каменная», — поправился мальчик, потрогав её.

Далиан насмешливо сказала:

— Зови её хоть до посинения, малец, она тебе не ответит.

— Что ты с ней сделала? — повернувшись к ней, спросил Хьюи.

— Это «История династии Кайрос». — Далиан показала ему древнюю книгу, написанную на незнакомом языке, и нежно погладила обложку. — Она вырывает читателя из потока времени и позволяет ему этим самым потоком управлять.

— Призрачная книга!

— Си. Только мы с тобой «живы» в этом мире остановившегося времени. Надеюсь, ты уже понял, что звать на помощь бессмысленно? — презрительно усмехнулась девушка.

— То есть ты отделила нас от нормального потока времени. Говоришь, в этом сила твоей призрачной книги? — на удивление спокойно проговорил Хьюи.

Время — это не просто прямая река, которая течёт из прошлого в будущее.

Счастливые моменты пролетают за считанные мгновения, скучные — длятся вечность. Иногда стремительные события будто растягиваются на долгие часы, что-то повторяется по нескольку раз, или время вовсе оборачивается вспять, вызывая пресловутое чувство дежавю.

Это так называемое внутреннее времяощущение человека, не влияющее на окружение.

Однако «История династии Кайрос» подчиняет поток времени воле читателя и переписывает остальной мир в соответствии с внутренним времяощущением.

— Зачем ты это сделала?

— Хью Энтони Дисвард, я же сказала, что пришла за ключом.

— Ключом?

— Си. Ну же, будь паинькой и отдай его. Где он?

— Не знаю… Не знаю я ни о каком ключе! — решительно покачал головой Хьюи.

Далиан перекосило от злости.

— Не лги мне, малец! — хрипло рявкнула она. Длинные чёрные волосы зашевелились, как змеи. — Этого не может быть! Я знаю, что сегодня ты открыл врата в этом самом доме! Я знаю это, потому что пришла из далёкого будущего!

— Да говорю же, я ничего не знаю! — закричал Хьюи, развернулся, выскочил за дверь, пронёсся по потайной лестнице, перепрыгивая несколько ступенек за раз, выбежал в коридор и что было мочи помчался прочь.

Далиан неторопливо отправилась следом за ним.

Безусловно, мальчик не струсил и не бросил Камиллу на произвол судьбы. Просто он почувствовал, что ещё немного и Далиан сорвётся и набросится на него, а подставлять подругу под удар он не хотел.

Попавшиеся навстречу ему горничные оцепенели в неестественных позах, не донеся ноги до пола, природа за окном застыла, и даже ветер стих.

«Я как будто смотрю на них через невидимое стекло. Всё-таки время остановилось для всех, не только для Камиллы. Точнее, нет, не остановилось. Это я выпал из нормального потока, — рассуждал он на бегу. — Но призрачные книги не всесильны. Далиан не сможет управлять временем вечно. Если она потеряет меня из виду, то всё вернётся на круги своя».

Как он ошибался…

— Куда-то собрался, малец?

Хьюи ошеломлённо затормозил.

Перед входной дверью стояла девушка в полинялой чёрной одежде. Она листала призрачную книгу, смотрела на мальчика и жестоко улыбалась.

— Когда ты… успела обогнать… меня?

— Ну я же говорила, что эта книга управляет временем, — наслаждаясь отчаянием Хьюи, пропела Далиан.

Её красивое лицо пересекла уродливая гноящаяся рана, из которой стекала тоненькая струйка крови.

— Ты не убежишь от меня. Впрочем, мне, некогда великой ведьме, не пристало гоняться за низкородным созданием, подобно гончей за щенком. А посему я придумала кое-что интересное. Молви, где лежит ключ, а не то…

Она подняла угловатый армейский револьвер переламывающегося типа и прицелилась точно в лоб Хьюи.

— Это же дедушкин…

Далиан засмеялась.

— Он лежал в столе в подвале. Воистину вульгарный инструмент. В самый раз для потомка воителя, у которого от аристократа только титул. Впрочем, вынуждена признать, игрушка полезная. Мне бы не хотелось марать себя кровью грязного щенка.

Она нажала на спусковой крючок.

Мощная отдача подкинула тоненькую руку, однако пуля полетела точно в цель. Медленно-медленно, её вращение можно было заметить даже невооружённым глазом.

Хьюи дёрнулся в сторону, но не сдвинулся с места, даже взгляд не смог отвести: тело как будто налилось свинцом.

Манипулируя его времяощущением, Далиан ускорила работу мысли и замедлила реакцию тела. Она намеренно растянула страшное мгновение.

— Ну что, малец, каково тебе сейчас? Что ты чувствуешь, зная, что примешь смерть от пули, которая долетит до тебя лишь через несколько часов? Этот маленький кусочек свинца пробьёт твой аристократичный лоб, разорвёт череп, вопьётся в мозг, разбросает его вокруг и убьёт тебя. Но ты умрёшь не сразу, нет. Ты будешь вечность страдать посредь моря страха и боли, и не получится у тебя ни потерять сознание, ни сойти с ума, — презрительно засмеялась Далиан. — Но тебе не след паниковать. Я отказалась от плотского тела, одначе не утратила милосердия. Поведай же мне, хранитель, где ключ? Ключ, что отомкнёт замок библиотеки Данталиан! Поведай, и твои муки продлятся одно ничтожное мгновение! — закричала девушка.

Нет, не девушка, а нечто, принявшее её облик. Зрачки чёрных глаз вытянулись, как у кошки, длинные волосы растрепались верёвками, кожа потемнела, потрескалась, и полилась тёмная кровь.

Хьюи засмеялся, но не безумно, а горько, печально.

— Отчего ты смеёшься, малец?! — воскликнула Далиан.

— Да так, — проговорил онемевшими губами Хьюи. — Подумал, что это странно.

— Что странно?

— Что ты свободно управляешь временем и при этом так торопишься. Но теперь я понял, почему.

— Следи за языком, щенок, коли не хочешь, чтобы твой маленький череп разлетелся на куски, — прошипела Далиан.

Но Хьюи не испугался.

— Дедушка рассказывал, что… призрачные книги сами выбирают читателя. Если их прочтёт недостойный, они потребуют цену. В твоём случае — раны. Призрачная книга не выбирала тебя.

— Умолкни…

— Твоё тело не выдержит силы призрачной книги. Ты не должна была читать её. Ведь ты же сама сказала: «В мире есть то, чего знать не следует!»

— Заткнись, малец! — заорала девушка.

5

Поток времени вернулся в привычное русло.

Пуля с визгом пронеслась мимо и угодила в стену.

Хьюи остался невредим: за мгновение до этого его оттолкнули в сторону. В их с Далиан противостояние вмешался кто-то третий.

— Кто бы мог подумать, что ты с малолетства таким умным был.

Зазвенел металл, и к мальчику подошла невообразимо красивая девушка. Пока не увидишь такую, и не подумаешь, что подобные ей бывают на белом свете.

Изумительные чёрные волосы ниспадали до талии, покачиваясь в такт ходьбе и шелестя, точно шёлковые, в больших глазах нашла приют сама ночь, тонкие изящные губки блестели, как драгоценные камни.

Видимо, девушка была азиатских кровей. Гладкая кожа характерного цвета молока с мёдом казалась дорогим фарфором.

Одеяние также было чёрным. Многослойные пышные оборки и кружева дополняли очерчивающие силуэт металлические пластины. Не то платье, не то доспех — странное облачение, как у какого-нибудь средневекового рыцаря.

На груди вместо лент висел старый замок на серебристых цепях.

— Я вынуждена признать, что ты неплохо разбираешься в призрачных книгах. Во всяком случае, получше этой фальшивки, — приятным, будто пение канарейки, голосом сказала она.

Привстав на одно колено, Хьюи ошеломлённо посмотрел на неё, потом на Далиан. Сперва ему показалось, что девушки были очень похожи друг на друга, но чем больше он сравнивал их, тем больше различий находил. И наконец он решил для себя, что они как выкрашенный чёрной краской пол и бездонная пропасть.

Незнакомка была намного красивее, но и страшнее, неприятнее.

— Ужель ты преследовала меня до таких далей, чёрная библиодева? — прошипела Далиан.

«Ого, как она перетрусила!» — с удивлением отметил Хьюи, а потом обратил внимание на другую деталь.

— Чёрная библиодева? Так это её ты назвала врагом, да, Далиан?

Красавица недовольно взглянула на него, выдохнула сквозь стиснутые зубы и… изо всех сил заехала ему по голени.

— Ай! Ты чего дерёшься?! — скривившись от боли, закричал Хьюи.

— Молчи, идиот! Нет, каков нахал! Назвал моим именем эту вонючую книгу-покойника! Болван!

— Э? — округлил глаза мальчик. — То есть… Далиан — это ты?

— Имей почтение. Я тебе не подружка, — высокомерно отозвалась девушка.

Несмотря на неземную красоту, она была капризной, как маленькая девочка.

Присмотревшись, Хьюи заметил в уголках её губ поблёскивающие белые крупинки сахара.

«Кажется, кто-то второпях лакомился вкусненьким, — про себя хихикнул он, и страх растаял, точно снег под лучами солнца. Какое-то шестое чувство говорило, что Далиан не злая. — Значит, она настоящая Далиан. А вот эта, окровавленная, всего лишь самозванка. Как там Далиан назвала её? Книга-покойник? Интересно, зачем она выдавала себя за чёрную библиодеву? Хотя тут всё ясно. Она же сама сказала, что хочет забрать ключ и стать новой библиодевой. А так легче всего подобраться к хранителю ключа».

— Чёрная библиодева, если ты настоящая Далиан, то кто она такая?

— Всего-навсего книга-покойник, — холодно ответила Далиан.

— Это я понял. Но что такое «книга-покойник»?

— Осколок еретического библиомана, который довёл свою любовь к книгам до абсурда и пожелал самому навечно стать книгой. Живая книга, сохранившая человеческое сознание… и подражающая человеку.

— Живая книга… — негромко повторил Хьюи.

Благодаря деду он знал о людях, ставящих книги превыше всего остального, однако…

«Превращать самого себя в книгу уже чересчур. Наверное, этот библиоман увлёкся запретными знаниями, которых не должно было существовать в этом мире, и сам стал разумной призрачной книгой».

— Воистину… Воистину ты права, чёрная библиодева. Я более не человек. Моя кожа — обложка, моя плоть — знания, моя кровь — письмена. Я познала книги глубже прочих, я узрела саму их суть! А потому я достойна стать новой библиодевой, властвующей над библиотекой Данталиан! — хрипло закричала лже-Далиан, перевернула страницу «Истории династии Кайрос» и отрывисто зачитала абзац, намереваясь искривить поток времени.

— У тебя ничего не выйдет, фальшивка, — сокрушённо ответила Далиан и достала из-под мышки точно такую же призрачную книгу в обложке, обтянутой чёрной кожей.

Время не изменило свой бег.

— Это же «История династии Кайрос»! Она есть и у тебя?! — гневно воскликнула лже-Далиан.

Библиодева скучающе вздохнула.

Очевидно, без своей «Истории» она не вторглась бы в мир остановившегося времени и не спасла бы Хьюи.

Именно поэтому книга-покойник боялась её. Она не могла навредить истинной чёрной библиодеве.

И всё же лже-Далиан скривила губы в улыбке.

— Твоей глупости несть границ, чёрная библиодева. Несть, несть, несть, несть! Неужто ты не уразумела, почему я выбрала именно эту эпоху, чтобы забрать ключ у хранителя? Ах да, и ещё. «История династии Кайрос» повелевает только времяощущением. Она не может переместить тело читателя!

Она снова подняла револьвер, целясь в Далиан.

Призрачные книги нейтрализовывали друг друга, поэтому огнестрельное оружие стало серьёзным аргументом в их конфликте.

— Мы-то с тобой старые сосуды, а вот хранитель ключа — человек, он не переживёт возвращения на десять лет назад. А значит в этой эпохе у тебя несть хранителя. Без него тебе не отомкнуть врата библиотеки, то есть ты неопасна!

Лже-Далиан выстрелила, но на этот раз Хьюи оттолкнул Далиан. Пуля вновь впилась в стену, выбив из неё сноп искр.

Не зевая, мальчик оттянул библиодеву за колонну.

«Чёрт! А что теперь?! Надо что-то сделать с этим револьвером, иначе она просто подстрелит нас. Хорошо, что в этот раз отдача сыграла нам на руку, но когда-нибудь удача иссякнет!»

— Тщетно убегать, чёрная библиодева! Мне нужны лишь призрачные книги из твоего нутра! Отбрось гордыню и отдай мне библиотеку! — кричала лже-Далиан, медленно приближаясь к ним.

Хьюи сжал маленькие кулачки и загородил собой Далиан. А та холодно сказала:

— Это твоей глупости нет границ, книга-покойник. Я не вижу у тебя поводов для радости.

— Что?

Сжимающая револьвер рука лже-Далиан дрогнула.

— Говоришь, нет хранителя? Видимо, твой мозг совсем прогнил. Ты уже забыла, зачем явилась сюда?

— !..

Лже-Далиан застыла, а потом перевела взгляд налитых кровью глаз на Хьюи.

В эту эпоху хранителем ключа был… Хью Энтони Дисвард.

— Мальчишка, я дарую тебе право открыть врата, — провозгласила библиодева и вложила какой-то предмет в руку Хьюи.

Мальчик округлил глаза. Он держал золотистый, с красным отливом ключ, в головке которого сверкал алый драгоценный камень, а на стержне рельефно проступали слова, складывающиеся в строку из древнего стихотворения.

— Ключ!

— Пока что он не твой, однако сегодня и сейчас я разрешаю тебе воспользоваться им. И если ты достоин быть хранителем ключа, произнеси клятву.

— Клятву? — повторил Хьюи и поднёс ключ к глазам, взгляд скользнул по красному, будто кровь девственницы, камню и задержался на странной строке.

— Не смей, малец! Это мой ключ! Ты его не достоин! — завопила лже-Далиан и вскинула револьвер.

Прогремел выстрел, пуля оцарапала щёку мальчика. Но он не испугался, а наоборот набрался храбрости и громко изрёк:

— Вопрошаю… Вопрошаю, человек ли ты?

Чёрная библиодева довольно улыбнулась и спокойным движением распахнула спереди чёрные одежды, обнажая тонкие ключицы.

В центре плоской груди тускло поблёскивал старый замок, пристёгнутый металлическими цепями к чёрному кожаному ошейнику.

И внезапно раздался хриплый голос, как у древнего изношенного механизма.

— Нет. Я мир… Мир в сосуде.

Поддавшись неведомому влечению, Хьюи вставил ключ в замочную скважину, и Далиан коротко выдохнула.

Замок щёлкнул, разделился на половинки и с ослепительной вспышкой распахнулся, как дверь.

За ним скрывалась пустота, бледный мерцающий вихрь в глубинах хрупкого тела.

— Врата к мудрости открыты. Добро пожаловать в запутанную библиотеку, где запечатано девятьсот тысяч шестьсот шестьдесят шесть призрачных книг, — чарующе провозгласила Далиан.

И…

— Не-е-ет! — ярко засветившись, заорала книга-покойник.

6

Хьюи увидел сон, мгновение которого растянулось на целую вечность.

В этом мире не было окон и дверей.

Нескончаемый коридор описывал спираль, бесчисленные ряды шкафов тянулись, покуда хватало взгляда, как лабиринт. Библиотека-лабиринт, насчитывавшая десятки тысяч произведений. Вавилонская башня от мира литературы.

Перегнувшись через каменную лестницу, мальчик увидел только бесконечные проходы между полками.

Это был огромный мир книг, кладбище мудрости, где витали тьма и жуть.

Сама вселенная.

Величественную тишину нарушил лишь тихий шелест перелистываемых страниц.

— Где я? — спросил Хьюи и совсем скоро получил ответ.

— У этой библиотеки нет имени. Полагаю, никто не в силах дать имя целому миру, — проговорила девушка, из чьего голоса ещё не ушли детские нотки.

Она сидела на лестнице в окружении завалов книг и читала разложенный на коленях том.

Белоснежное одеяние из многослойного оборчатого шёлка трепетало в бледном свете, точно рябь на воде.

— Вот как? — спросил Хьюи. — А тебе не кажется, что так неудобно?

Девушка тихо засмеялась. Её одежды колыхнулись, будто танцующие на ветру лепестки.

— Раз уж выдалась возможность, можешь назвать её так, как тебе нравится.

— То есть?

— Человек, который заблудился здесь в самый первый раз, назвал этот мир запутанной библиотекой.

— М-м… — кивнул мальчик.

Безусловно, это была библиотека, только запутанная, как лабиринт.

«Однако наверняка есть более подходящее название», — подумал он и спросил:

— А другое?

Девушка перестала улыбаться и ответила:

— Библиотека Данталиан.

— Данталиан?

— Так зовут владельца этой библиотеки, — пояснила она, опустив взор — на лице отразилось бесконечно одинокое выражение, — а затем вернулась к книге на коленях.

— Данталиан… Так тебя на самом деле зовут? — спросил Хьюи.

Девушка ничего не ответила, лишь перелистнула страницу.

Мальчик пожал плечами и не очень уверенно проговорил:

— А что станет с ней?

Он указал на старую книгу, которая лежала рядом с девушкой.

Страшноватая обложка из чёрной кожи, ржавая застёжка, едва живой выцветший переплёт — всё указывало на лже-Далиан. К слову её желание частично исполнилось, и она попала в библиотеку Данталиан.

— Ей уже ничем не помощь. Здесь спят призрачные книги, которых не должно существовать в этом мире. И она будет спать, пока не найдётся достойный читатель, — покачала головой девушка. Её волосы тихо зашелестели.

— Она назвала этот мир дворцом, — сказал Хьюи.

Девушка склонила голову набок, как маленькая птичка.

— Дворцом мудрости, где покоятся запретные знания, — пояснил мальчик. — А она хотела стать принцессой и править здесь.

— К сожалению, она ошиблась. Это не дворец, а тюрьма, — горько улыбнулась девушка.

— Тюрьма?

— Да. Запутанный мир в сосуде, темница для ужасного монстра, имя которому — Знания. А библиодева — всего лишь жертва, подношение монстру ради искупления грехов.

Хьюи внезапно поднял голову и осмотрелся. Он вспомнил, как дед рассказывал ему одну восточную легенду, в которой говорилось о мире внутри сосуда, созданном высшим существом.

А потом перед внутренним взором на мгновение вспыхнуло прекрасное лицо Далиан.

— Давным-давно я открыла эту библиотеку и выпустила в мир бедствия: эпидемии, похоть, страдания, заблуждения, войны, убийства, разрушения, смерть… Как Пандора, дева из мифов, — бесстрастно сообщила девушка. — Поэтому я и нахожусь здесь. Я охраняю сон призрачных книг, чтобы они больше никогда не попали в руки недостойных читателей. Это моя расплата. А библиотека — моя клетка.

«Она очень похожа на Далиан, — внезапно подумал Хьюи. — Может, они — одна и та же девушка, просто в разных мирах?»

— Неужели тебе здесь не одиноко?

— Я уже забыла это чувство, — ответила девушка.

Но Хьюи было не так-то просто остановить. Он посмотрел на золотистый ключ, который до сих пор держал в руке.

— Может, он поможет тебе выбраться отсюда?

— Пока что он тебе не принадлежит. Чёрная библиодева позволила тебе воспользоваться им по собственной прихоти.

Однако девушка нежно улыбнулась, в чёрных глазах блеснула искорка.

— Но если ты найдёшь этот ключ потом, когда вырастешь… — Она позволила голосу мягко сойти на нет и в корне загубила робкий росток надежды.

Хьюи вздохнул.

— Сосуд Пандоры.

— Что?

— Дедушка рассказывал, что ящик Пандоры — это на самом деле сосуд. И если вот это всё мир в сосуде, то призрачные книги никакие не бедствия…

Внезапно девушка сжала его руку и приставила палец к губам. Она как будто боялась, что их кто-нибудь услышит.

— Думаю, тебе лучше вернуться в свой мир, пока библиотека Данталиан не закрылась. Следуй за этой нитью, и она выведет тебя.

Когда она отпустила его ладонь, Хьюи с удивлением обнаружил, что к пальцам пристала тонюсенькая, практически невидимая нить. И…

«Постойте. Лабиринт для монстра по имени Знания. Принцесса с путеводной нитью…»

— Неужели на самом деле тебя зовут?..

Но он не успел договорить.

Всё вокруг окутала непроглядная белая дымка.

Раздался безжалостный щелчок закрывшегося замка.

И мальчик проснулся.

7

— Хьюи! — закричал кто-то у самого уха.

Мальчик обернулся и встретился взглядом со светловолосой девочкой в цветочном платье.

— Хьюи, ты чего тут разлёгся?

— Камилла…

Хьюи недоумённо осмотрелся. Он лежал на диване в гостевой комнате особняка Дисвардов, который выделил для его матери дед, виконт Уэсли Дисвард.

Он снова носил парик и синее платье, на щеке не было царапины от пули, а со стола исчезли тарелки с обедом для лже-Далиан.

«Как так? Неужели кто-то переписал реальность? Получается, я не встречался ни с одной из Далиан?»

Камилла, видимо, сделала какие-то свои выводы и, стараясь не засмеяться, шутливо показала ему язык.

— Ой, прости, я совсем забыла, что ты сейчас Антуанетта.

— А?

— Ну, ты уже забыл, что скоро придут репортёры? Давай, просыпайся, а то тётя рассердится.

— Погоди-погоди. А где Далиан? Куда они ушли?

— Какие ещё Далиан? Кошки, что ли? — фыркнула Камилла.

Хьюи озадаченно посмотрел на неё.

«Камилла тоже забыла про самозванку Далиан. Выходит, кое-кто переписал и её воспоминания. Кое-кто в чёрном платье и с призрачной книгой, повелевающей временем. Настоящая чёрная библиодева».

— Ключ…

Он посмотрел на правую ладонь и вздохнул: никакого ключа там, конечно, не было.

«Как там она сказала? Пока что он не принадлежит мне, да?»

— Ключ? Какой ключ? Из сна? — обеспокоенно спросила Камилла, заглянув ему в лицо.

Хьюи покачал головой. Воспоминания понемногу блекли и исчезали, и он сам уже не был уверен, не приснилось ли ему сегодняшнее приключение.

— Неужели… я и правда всего лишь видел сон? О призрачных книгах… и о ней… — пробормотал он, чувствуя такую тоску, будто потерял что-то очень важное.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошла экономка. Она взглянула на детей и почему-то разочарованно вздохнула.

— Боже мой, ну и чудеса…

— Наталья, что-то случилось? — вскинулся Хьюи.

— Что? О, ничего такого, юный господин. Просто… хрустящие булочки.

— А что с булочками? — нахмурился Хьюи.

Наталья невесело улыбнулась.

— Слуги приготовили себе на полдник булочки, посыпали их сахаром и оставили. А теперь они бесследно исчезли. Целая гора булочек. Кто же их съел? И когда только успели?

Хьюи округлил глаза и внезапно засмеялся.

«Вспомнил! У Далиан на губах были крупинки сахара! Теперь понятно, почему она появилась в самый последний момент — наши булочки трескала! И не вернула их, потому что иначе получилось бы так, что она ничего не съела. Всего одно доказательство, но какое! Да, это был не сон!»

— Хьюи? — удивилась Камилла.

Мальчик хотел было рассказать ей обо всём, но так и не выдавил ни звука. Воспоминания о двух девушках — в чёрном и белом платьях — стремительно выцветали. Однако одно он знал точно.

— Мы ещё увидимся. Обязательно.

Он уверенно сжал руку в кулак.

За окном в далёкой вышине раскинулось неистово-синее, без единого облачка небо.

Лёгкий ветерок гулял по комнате и весело шелестел страницами оставленной на столе книги.