Том 7    
История первая: Беды и влечения

История первая: Беды и влечения

В палате небольшой клиники стояла духота и царил беспорядок. На занимавших целую стену полках выстроились какие-то образцы непонятного вида, всюду валялись книги с подозрительными названиями.

Казалось бы, в больнице должны царить чистота и порядок, однако здесь ими и не пахло. У посетителей складывалось впечатление, что они попали, скорее, в шалаш африканского шамана.

На кровати лежал худощавый мужчина с землистым лицом. Выглядел он неважно: его явно избивали каким-то тяжёлым тупым предметом, от души врезали по затылку и раскроили там кожу, а бинты по всему телу скрывали многочисленные ушибы и ссадины.

Впрочем, несмотря на это, мужчина держался прямо и уверенно, как будто находился у себя дома. Хотя почему «как будто»? Именно он и содержал эту клинику.

— Где моя книга, инспектор? — требовательно спросил он у собеседника — мужчины в поношенном деловом костюме.

Тот старался держаться спокойно и вежливо, но морщинки на суровом лице, сгорбленная спина, тусклые глаза красноречиво свидетельствовали о том, что последние несколько дней выдались неспокойными, и он очень устал.

— Книга? Эта? — вопросом на вопрос ответил инспектор и разложил на прикроватном столике несколько фотографий, на которых была изображена старая книга с металлической застёжкой. Геометрические фигуры на обложке, обтянутой чёрной кожей, складывались в непонятный узор, а «заголовок» — столбик слов, начертанных незнакомыми письменами — не нёс никакого смысла.

— Так вы нашли её?! — Доктор схватил фотографии перебинтованной рукой и недовольно взглянул на полицейского. — Почему же вы принесли не её, а вот это? Эта книга — моя собственность. Я хочу, чтобы мне её вернули сейчас же!

— Сожалею, но я не могу этого сделать, — с каменным лицом покачал головой инспектор. — Мы ещё не всё проверили.

— Что за вздор?! По какому праву?.. Это полнейшее беззаконие! Я купил эту книгу в столичном магазинчике подержанных книг, а значит имею право получить её обратно!

— Да, мы запросили банк и получили сведения об этой денежной операции, — кивнул инспектор и мрачно посмотрел на доктора. — Вы заплатили за неё шесть тысяч фунтов. Это большая сумма. Слишком большая для простой книги.

— Но это ценная книга. Она стоит своих денег. Но, думаю, вам этого не понять.

— Вы правы. Но тогда, может, вы расскажете мне о ней? Что это за книга? Может, она как-то связана с нападением на вас?

Доктор выдохнул сквозь сжатые зубы, помолчал, потом вытер пот со лба и наконец проговорил:

— Это гримуар касулхау.

— Касу… Что?

— Касулхау. Я понял это по гербу на обложке и самому тексту. Безусловно, это не подлинник, а французский перевод, датированный тринадцатым веком, — уверенно и даже как-то… одержимо пояснил доктор.

— О чём вы говорите? Что такое это ваше касулхау? — удивился инспектор.

— Это инопланетяне.

— И-инопланетяне?

— Именно. Великая раса, которая в далёкие времена прилетела к нам с Венеры на сверкающем корабле и установила свою власть над Землёй.

— Впервые слышу о них… Это какой-то иностранный миф?

«Вы смеётесь надо мной?» — чуть было не добавил он, начав сомневаться в рассудке собеседника.

Доктор говорил о странных, непонятных, нелепых вещах. Выслушивать весь этот бред совершенно не хотелось, однако профессиональный долг был выше личных желаний, поэтому инспектор призвал всё своё терпение и продолжил слушать, чтобы потом получить важные показания.

— О, я не удивлён. Исконными владениями этих великих был фантомный континент в южной части Тихого океана. К сожалению, сотни тысяч лет назад произошла катастрофа, и из-за движений земной коры континент затонул. Цивилизация потерпела крах.

— Сотни тысяч лет назад? Но ведь тогда и людей ещё не…

— Они существовали, — перебил доктор. — И они в совершенстве владели магией, не то что мы. Все эти острова на юге Тихого океана — остатки древней цивилизации, обломки фантомного континента. Однако потомки касулхау выжили и расселились по всему миру. Они смиренно ждут, когда пробьёт час, и их братья, уснувшие в столице смерти, возвратятся к жизни. В этом гримуаре записаны величайшие таинства, которые касулхау передали потомкам.

Он постепенно возбуждался, говорил громче и громче, в голосе начали проскальзывать нотки фанатичной одержимости.

«И он серьёзно верит во всё это… — сокрушённо подумал инспектор. — Что есть какие-то инопланетяне, что их потомки живут по всему миру. Какой бред. Это начинает немного злить».

— Значит, вы тоже один из этих потомков?

— Да. Несколько лет назад я попал в автомобильную аварию, прошёл по грани, отделяющей жизнь от смерти, и осознал истину: я один из них. Это поистине замечательно. Вы согласны, инспектор? Наша необъятная Вселенная хранит множество тайн, постичь которые мы никогда не сможем, — с гордым видом продолжил доктор и отдал фотографии. — Теперь вы понимаете, какой ценностью обладает этот гримуар? Понимаете, что он выше вас? И я должен вас предупредить. Если его возьмёт в руки тот, кого касулхау не благословили, на него обрушится страшное проклятие, которое превратит его жизнь в череду бед. Как, например, напали на тех бедняг, что пытались присвоить гримуар.

— То есть те нападения — следствие проклятия венерианцев?

— А что ещё это может быть? Мы, потомки касулхау, ревностно храним запретные знания в ожидании того дня, когда основатели пробудятся и пригласят нас взойти на сияющий корабль.

— Ясно. — Инспектор глубоко вздохнул и устало нахлобучил на голову любимую охотничью шляпу. — Тогда я не буду больше вас тревожить. Благодарю за ценные сведения.

— Инспектор! Инспектор, прошу, постойте! А как же моя книга? — воскликнул доктор и торопливо сел на кровати.

— Нам нужно немного времени, чтобы вынести решение касательно вашей книги, — бесстрастно ответил инспектор. — Если она действительно так опасна, как вы говорите, то она должна находиться под надёжным контролем блюстителей закона.

Доктор побагровел от ярости.

— А! Так вы поняли, какую цену несёт гримуар, и решили присвоить его?!

«Не несите чушь», — покачал головой инспектор и направился к выходу.

Вслед ему неслись гневные выкрики:

— Глупец… Да падёт на вас проклятие миньонов касулхау! И ваша жизнь превратится в полосу бед и несчастий!..

Эпизод 24: Гримуар и афродизиак
1

На крыльце старого каменного особняка стояли женщина и юноша.

Женщине было далеко за пятьдесят. Когда-то она блистала красотой, но молодость осталась в далёком прошлом. Волосы поседели, кожа покрылась морщинами, щеки одрябли. Однако строгий, непреклонный взгляд мог напугать даже очень смелого человека. На ней был простой, видавший виды, но содержащийся в чистоте и опрятности наряд.

Судя по большой корзине с вещами, женщина уезжала, а юноша провожал её.

Ему было лет двадцать. Гордая осанка и аккуратная, с намёком на зажиточность, одежда свидетельствовали о хорошем воспитании и благородном происхождении, но при этом в его глазах то и дело вспыхивали озорные мальчишеские искорки.

Юноша прислонился к двери и как бы невзначай кашлянул.

— Вы простудились, господин Хьюи? — посуровев, спросила женщина.

Хьюи приложил ко лбу ладонь и отвёл взгляд.

— Очень может быть, лоб какой-то горячий.

— Вы никогда не следили за своим здоровьем. Ах, что бы сказала ваша почившая матушка, если бы увидела вас сейчас…

Она завелась и принялась читать нотации.

— Не преувеличивайте, — через силу усмехнулся Хьюи. — Подумаешь, немного простыл.

— Но я переживаю за вас. Вы же живёте в этом запущенном доме совершенно без слуг и едва ли нормально питаетесь. Если бы только вы официально унаследовали главенство рода, женились и осели, тогда я могла бы немного успокоиться, — очень серьёзно сказала она, получила в ответ лишь недовольную гримасу и с удвоенной силой продолжила: — И ведь партии есть. Я многое слышала, например, о дочери графа Элфинстона или… о дочери того торговца, который вернулся из Америки.

— Хорошо-хорошо, я подумаю. Когда-нибудь. Когда ситуация будет располагать, — протараторил Хьюи, надеясь закрыть тему.

— Ох, — недовольно вздохнула женщина. — Вы тогда отдыхайте как следует и питайтесь горячей едой.

— Всенепременно, Наталья, — заверил её Хьюи, возвёл взгляд к небу и опустил плечи, как ребёнок, которого наконец-то отпустили после долгих нравоучений.

Наталья сокрушённо посмотрела на него, подняла корзинку, в которой помимо вещей лежали также остатки еды и её любимые столовые приборы, развернулась и направилась к воротам.

Давным-давно, когда мама Хьюи была ещё жива, Наталья была его няней. Юноша до сих пор побаивался её и не смел перечить.

Постарев, Наталья уволилась, но юного Дисварда не забыла и временами наведывалась к нему, помогая со стряпней, уборкой, стиркой и прочей работой по дому. Но куда же бочке мёда без ложки дёгтя: зачастую няня проявляла излишнее усердие и докучала ему нравоучениями.

Итак, Наталья ушла, и Хьюи закрыл дверь.

— Ну наконец-то, — пробурчала невысокая черноволосая девушка, наполовину высунувшись из-за колонны.

Она была необычайно красивой, точно дорогая фарфоровая кукла.

Её необычное тёмное одеяние смотрелось пышным из-за множества слоёв оборок и кружев, металлические вставки очерчивали контуры тела, а на груди висел старый замок, пристёгнутый серебристыми цепями к кожаному ошейнику.

— А, Далиан. Ты всё это время пряталась там? — обернувшись, вздохнул Хьюи.

Девушка неприязненно скривилась.

— Я терпеть не могу эту старуху. Она хотела накормить меня сельдереем и морковью.

— Наталья всегда требовала дисциплины. Я очень благодарен ей за то, что она специально выделяет время и приезжает помогать мне. Вот бы она ещё не такой придирчивой была…

Хьюи слегка покачал головой, засмеялся, а потом зашёлся в приступе внезапного кашля.

Далиан бросила на него косой взгляд и попятилась.

— Кыш-кыш, не приближайся, а то заразишь меня. Я очень хрупкая. — Она взмахнула рукой так, будто отгоняла приставучего пса. — И вообще, как у тебя хватило наглости заболеть? Я думала, что иммунитет к простудам — это единственная положительная черта глупцов. Настоятельно рекомендую тебе налить в чашку воды, задержать дыхание и выпить её.

— Это народное средство против икоты, и с простудой оно никак не связано, — прикрыв глаза, спокойно возразил Хьюи.

Далиан поджала губы, развернулась и пошла вглубь дома.

— В любом случае, выздоравливай поскорее. Не хочу волноваться за тебя. Какой кошмар. Если ты сейчас сляжешь, кто же будет мне готовить?

— И где же тут волнение за меня? — усмехнулся Хьюи, вздохнул и собрался повернуть ключ в замке, как вдруг… раздался стук дверного молотка.

«Кто-то разминулся с Натальей?» — мелькнула мысль.

— Кто там? — удивлённо спросил он и снова открыл дверь.

На крыльце стоял мужчина в поношенном сером костюме и охотничьей шляпе.

— Здравствуйте, — сняв шляпу и прижав её к груди, вежливо сказал мужчина. — Прошу простить меня за визит без предупреждения. Это дом виконта Уэсли Дисварда, я прав?

— Да, конечно, но дед уже…

— О, я знаю, что виконт умер.

Мужчина опустил взгляд.

Уэсли, дед Хьюи и прославившийся на всю страну библиоман, не так давно погиб в результате непредвиденного происшествия и завещал внуку дом и обширную коллекцию книг.

— Однако мне больше не к кому обратиться за консультацией, — напряжённо добавил гость и без спроса переступил через порог. — Осмелюсь предположить, что вы родственник виконта. Вы выслушаете меня?

— Хорошо, но… С кем имею честь?

— Оливер Гроссетест. Полицейский, — ответил мужчина и достал из кармана значок.

Хьюи удивлённо поднял бровь.

— Инспектор Гроссетест? Но зачем полиции мой дед?

— Я хотел бы, чтобы он оценил одну книгу.

— Оценил?

— Да. Вы знаете, виконт славился любовью к книгам и неоднократно помогал нам советами в делах со странными книгами, которые называются призрачными.

— Призрачными…

Хьюи негромко застонал, а потом обратил внимание, что полицейский как раз держал старинный фолиант в обложке из чёрной кожи.

— Что это за книга? — настороженно спросил он.

Гроссетест невесело засмеялся и хлопнул по обложке. Видимо, он ждал этот вопрос.

— Как я понял, это… гримуар, который проклят инопланетянами так, чтобы навлекать на своего владельца беды и несчастья.

2

В гостиной Гроссетест достал из кармана потрёпанную сигару, поджёг кончик и затянулся, а потом заметил, что за диваном прячется невысокая девушка в странном чёрном платье, которая то бросала на него настороженный взгляд, как диковатый зверёк, то хищно, будто охотящийся котёнок, смотрела на стол, где лежал гримуар.

— А это кто? Такая странная одежда… — спросил Гроссетест у Хьюи.

Тот пожал плечами и неловко улыбнулся.

Инспектор поёжился и решил взять книгу от греха подальше.

— Не смей трогать книгу вонючими прокуренными пальцами, горе-полицейский, — округлив глаза, едва слышно прошептала Далиан.

Гроссетест нахмурился, но девушка уже спряталась за диваном, избегая внимания, тогда он глубоко затянулся и выпустил дым, чтобы скрыть раздражение.

Хьюи усмехнулся, вдохнул его и закашлялся.

— Простите, сэр Дисвард, вам нездоровится?

Поколебавшись, Оливер неохотно потушил сигару в пепельнице и вернул оставшуюся часть в портсигар.

«Как предупредительно», — улыбнулся юноша и вслух сказал:

— Можно просто Хьюи, инспектор.

— Благодарю. Мистер Хьюи, позвольте принести извинения за визит в столь неблагоприятное для вас время.

Гроссетест расслабился. Улучив удачный момент, Далиан потянулась за гримуаром, но мужчина выхватил его прямо у неё из-под носа. Девушка цокнула языком и вновь юркнула за диван. Дисвард отвёл взгляд.

— Итак, позвольте вкратце обрисовать дело. Первым владельцем этой книги был мужчина по имени Зэдок Кемпсон. Сорок один год, бездетный, живёт с женой, которая старше него на пять лет.

— Кемпсон, говорите? Кажется, я о нём слышал…

— Да. Это крупный акционер ткацкой компании, которая владеет четырьмя заводами по всему королевству. Впрочем, правом управления обладает семья жены, а сам он — зять, принятый в род.

— Зачем ему понадобился гримуар?

— Он коллекционирует редкие книги. В основном, конечно, мелочёвку, не особо ценную. Выезжая за границу, он скупает все старинные книги, связанные с местными ритуалами и подозрительным колдовством.

— Понятно, — протянул юноша, а потом склонил голову набок. — Но чем же он так заинтересовал полицию?

— Около месяца назад в дом Кемпсона пробрался грабитель, напал на него и похитил книгу.

— Преступник? Кто? — понизив голос, спросил Хьюи.

— Это конфиденциальная информация, — предупредил Гроссетест. — Кемпсон сказал, что это сделало чудовище, какой-то миньон касулхау.

— Касулхау?

— Как он сообщил, это раса инопланетян, которые правили Землёй задолго до появления людей, но несколько сотен тысяч лет назад впали в долгую спячку. И, дескать, когда они проснутся, то наш мир превратится в ад и исчезнет.

— А-а… — покивал Хьюи с отсутствующим видом. — Какой кошмар.

— Также он добавил, что потомки касулхау скрываются среди нас. Оказывается, они обладают магией, которая лежит за пределами нашего понимания, а их самих защищают неуязвимые чудовища, те самые миньоны. Когда-нибудь они доберутся до столицы смерти, где спят предки, и обретут бессмертие. Вы представляете?

— Это правда? — негромко спросил Хьюи у Далиан.

— Нет. Я никогда не слышала о такой цивилизации. Уверена, что всё это глупые бредни побитого жизнью дядьки. Очень побитого жизнью.

Гроссетест громко кашлянул.

— Это не мои бредни, а показания пострадавшего. Сам я тоже не особо-то в них верю!

— О… Ну, неважно, — небрежно откликнулся Хьюи.

Инспектор снова кашлянул.

— Я продолжу. Кемпсон готовился ко сну, когда на него напало чудище. Он получил удар острым предметом в живот и потерял сознание. На крик прибежал слуга и вызвал доктора. Сейчас Кемпсон лечится на дому.

— А-а.

— На самом деле, он пострадал не очень серьёзно. Скорее, испугался и пережил нервное потрясение, из-за чего дал расплывчатые показания. Собственно, я понял только про чудище.

— И что же это было за чудище? — скучающим тоном осведомился Хьюи.

Гроссетест достал записную книжку и почему-то поморщился.

— То ли разложившийся труп человека, то ли крот, то ли ворон, то ли летучая мышь.

— А-а. Какой кошмар.

Далиан бросила на инспектора презрительный взгляд.

— Ворон и крот совершенно не похожи друг на друга. Что это за монстр такой?

— Поэтому я и упомянул потрясение, — притворившись, что ничего не услышал, продолжил Гроссетест.

— Ну, неважно, — усмехнулся Хьюи, закинул ногу за ногу и уже серьёзнее спросил. — А как жертва поняла, что к ней нагрянул миньон инопланетян? Он что, представился?

— Это вряд ли, — вздохнул Гроссетест. — Кое-кто предсказал это нападение заранее.

— И кто же?

— Некто Данстан Легу.

— Кто?

— Он называет себя антропологом, но в университете не преподаёт и учёной степени не имеет. Он энтузиаст и частный исследователь, считает себя потомком касулхау и скупает все древности, связанные с ними. При этом он держит небольшую клинику, где и работает, так что нужды не испытывает.

— Значит, доктор изрёк пророчество? — удивлённо нахмурился Хьюи.

— Не пророчество, а, скорее, предупреждение. Он заехал к Кемпсону за несколько дней до нападения и настойчиво попросил отдать гримуар. Сказал, что в противном случае на него падёт проклятие касулхау. Слуги также подтвердили, что визит Легу сопровождался шумными выступлениями.

— Получается, это он ранил мистера Кемпсона?

Юноша выпрямился. Похоже, он наконец-то заинтересовался делом.

— Какой же это идиотизм, — фыркнула Далиан. — Самый обычный балаган.

— Что?

— Во всём виноват подозрительный доктор. Он переоделся чудищем и напал на этого зятька Кемпсона. Скажете, я не права? — Она встала и гордо выпятила грудь.

— Конечно, сперва мы тоже так подумали, — ответил Гроссетест. — Однако в день нападения Легу находился на борту корабля, плывущего на континент. Он отбыл в другую страну, чтобы купить статуэтку инопланетянина, которую нашли в Средиземном море.

— Значит, у него алиби, — проговорил Хьюи.

Далиан раздосадованно застонала.

— Выходит… нельзя отрицать тот факт, что в дом мистера Кемпсона вломилось настоящее чудище.

— Выходит, так, — кивнул Гроссетест.

— Тогда как книга попала в руки полиции? — ещё больше удивился Хьюи.

— Дело в том, что чудовище напало не только на Кемпсона.

— Что?

— На следующей после нападения на Кемпсона неделе эту книгу нашли среди вещей Легу.

— То есть в итоге гримуар оказался у доктора, и так навлёкшего на себя подозрения? Хм, — нахмурился юноша.

— Ага, всё-таки он преступник! — победоносно воскликнула Далиан.

Гроссетест покачал головой.

— Он утверждает, что купил его в лавке подержанных книг.

— Купил?

— Да, — мрачно кивнул инспектор. — Мы запросили банк, и тот предоставил сведения о денежном переводе. Лавка, кстати, расположена в столице и принадлежит некоему Гоббсу.

— Значит, доктор купил книгу, которую украло чудище? А само чудище, наверное, немного раньше пришло в лавку и продало её, так?

— Гоббс утверждает, что книга оказалась среди нового поступления, — ответил Гроссетест и снова вздохнул.

Далиан радостно хлопнула в ладоши.

— Я поняла! Преступление совершил лавочник! Он переоделся чудовищем и напал на того зятька, чтобы прибрать гримуар, который можно потом дорого продать.

— Нет, у Гоббса тоже алиби. В день нападения он был на собрании владельцев лавок подержанных книг и пил до самого утра, — скучающе сообщил инспектор.

Далиан недовольно замычала и погрузилась в мрачное молчание.

— А как доктор Легу узнал, что украденный гримуар поступил в лавку? Для совпадения слишком подозрительно, вас не кажется?

— Безусловно, мы тщательно проверили эту версию. Сам Легу говорит, что на него снизошло откровение от собратьев-касулхау.

— Мне кажется, такое объяснение должно было только подстегнуть расследование, — без особого интереса заметил Хьюи. — Ладно, главное, доктор Легу заполучил свой драгоценный гримуар, так?

— Эх, если бы только на этом всё и закончилось, — грустно вздохнул Гроссетест. — На следующий день монстр напал и на лавку. Гоббс отделался травмами средней тяжести, попал в госпиталь и в бреду говорил… про тех же касулхау.

— Чудище напало на книжника, несмотря на то, что он уже избавился от гримуара? — Хьюи даже наклонился вперёд.

— Да. Более того, примерно в то же время кто-то напал на Легу. Доктор ехал в поезде сюда из столицы, когда на него кто-то набросился и поколотил чем-то вроде трости.

— Тоже монстр? — изумился юноша.

— Нет-нет, — поспешно сказал Гроссетест. — Говорит, что это был человек. Один из оппозиционеров, которые не хотят, чтобы инопланетяне проснулись, и ведут подрывную деятельность.

— С какой стороны ни посмотри, у него просто тяжёлый случай мании преследования, — сокрушённо проговорила Далиан.

— Но в поезде должны были остаться свидетели, — заметил недоумевающий Хьюи.

— Вот это и странно. Никто не видел, как на Легу напали. Мы проверили паспорт женщины, которая ехала с ним в одном купе, но она была простой пассажиркой, никак с происшествием не связанной, — с нотками оправдания в голосе ответил инспектор.

— А гримуар? Его забрали?

— Да… Можно сказать, что забрали.

— Что вы имеете в виду? — не понял Хьюи.

— Все вещи Легу нашлись в мусорной корзине на станции. Украли только ценности, а книгу не тронули.

— Вот как, — пробормотал юноша, прикрыл глаза, немного помолчал, потом глубоко вздохнул и честно признался. — Я ничего не понимаю.

— Как и я. Мы временно конфисковали книгу как вещественное доказательство, чтобы тщательно исследовать её историю.

— А-а.

— На этот раз беды перекинулись на детектива, который забрал гримуар.

— Беды? Так они не закончились?

— Детектив связался с какой-то женщиной в баре, из-за неё поссорился с кем-то, всплыла измена, пролилась кровь, — не очень решительно пояснил Гроссетест. — Из-за чего… даже в полиции считают, что книга проклята.

Хьюи устало откинулся на спинку дивана и посмотрел на гостя.

— Значит, вы решили прибегнуть к помощи незаинтересованного лица. Чтобы он осмотрел книгу и вынес вердикт, так?

— Уверяю вас, мы не верим в проклятие. Просто сами понимаете, люди по большей части суеверны, а тут череда несчастий… — ответил инспектор и почему-то вызывающе взглянул на юношу. — Я считаю, что если это настоящий гримуар, то надо посоветоваться с экспертом.

— Экспертом?

— Например… Да, например, с библиодевой.

Хьюи подавил внутреннее волнение и невозмутимо улыбнулся.

— А вы, однако, хитрый человек, инспектор.

Тот притворился, что ничего не слышал, и положил гримуар на стол.

— До свидания, мистер Хьюи. Я ещё загляну к вам.

Он встал и удалился.

Юноша, подперев щёку рукой, смотрел ему вслед.

3

Солнце закатилось за горизонт, на особняк опустилась тяжёлая тёмно-синяя ночь.

Стены из серого камня медленно отдавали накопленное за день тепло и принимали вместо него холод.

Хьюи расслабленно лежал на диване и в свете камина читал гримуар, который принёс Гроссетест.

— Ну что, Хьюи, понял что-нибудь? — нервно спросила Далиан. Она почему-то пряталась и не решалась подходить к нему, хотя прямо-таки сгорала от желания прочесть книгу.

— Ну, он необычный, это точно, — подняв голову, негромко засмеялся юноша. — Если тебе так интересно, возьми его и прочти сама. К тому же, оценка книг — это твой конёк, насколько я помню.

— Закрой рот. Я сейчас ужасно занята, — отрезала библиодева, хотя явно скучала.

«У неё даже книги с собой нет. Интересно, когда я в последний раз видел её в таком состоянии? Похоже, она очень хочет взять в руки гримуар и зарыться в него с головой, но боится», — понял Хьюи.

— Далиан… Неужели ты боишься проклятия?

— А?! — высоко воскликнула она и затараторила. — Что за бред ты несёшь, простуженный? Я сейчас всего лишь исполняю роль независимого наблюдателя и слежу за тобой, жду, не появится ли какой-нибудь монстр! И только! И никаких проклятий я не боюсь!

— Эм, я тебя не совсем понял, но ладно… — Дисвард взглянул на книгу. — Думаю, не такая уж она и старая. Судя по лексикону и грамматике, явно не тринадцатый век. Подделка. Меня больше заинтересовала бумага… Она немного похожа на васи, японскую бумагу. Никогда такой не трогал прежде.

— М-м, — пождав губы, промычала Далиан. — А что текст?

— Я разобрался только в общих чертах. — Хьюи развёл руками. — Вроде, то же самое, о чём говорил инспектор. Великая космическая раса, уничтожение человечества и всякое такое.

— Ага…

— А ещё у меня ужасно разболелась голова, так что хватит на сегодня, — сдавленно добавил юноша и привалился к спинке дивана.

Далиан осмотрелась.

— Когда на тебя нападет монстр?

— Без понятия… Но пока я не ощущаю никакой опасности, — вяло откликнулся Дисвард и отбросил книгу.

Библиодева цокнула языком, подошла к нему, неуверенно коснулась чёрной обложки, убедившись в своей безопасности, осмелела, залезла на диван, грубо пододвинула Хьюи и высокомерно заявила:

— В любом случае, я проголодалась.

Юноша нехотя выпрямился и посмотрел на часы.

— Да, пора бы поесть… Сейчас что-нибудь придумаю.

— Давай-давай. А я пока продолжу чтение, не благодари.

— Да-да… — невесело усмехнулся Хьюи, встал и внезапно пошатнулся.

— Хьюи?

Далиан оторвалась от книги и бесстрастно взглянула на него.

Дисвард упал на колени, как будто у него закружилась голова, а потом обессиленно растянулся на столе. Его спина вздымалась и опадала, по мертвенно-бледному лицу градом катился пот.

— Хьюи!

В глазах библиодевы не отражалось никаких эмоций, однако мелко дрожащие руки выдавали её с головой.

4

На следующий день.

Хьюи проснулся от того, что солнце светило прямо в лицо.

В доме царила тишина. Воздух был холодным и сухим.

«Что произошло вчера вечером? — спросил юноша у самого себя. — Ничего не помню. Судя по теням от деревьев в парке, уже миновал полдень. Ничего себе я разоспался. Это всё жар и усталость».

Он приподнялся и прислушался к себе — самочувствие улучшилось, температура упала, правда, голова ещё немного кружилась и тело почему-то болело, — а потом обратил внимание на изножье кровати, где съёжилась и тихо сопела во сне Далиан.

— Далиан?

«Она что, в одиночку перенесла меня из гостиной в спальню и уложила на кровать? И, похоже, сбивала мне жар мокрым полотенцем».

Юноша смахнул с лица мокрую чёлку и негромко застонал.

«Поверить не могу, эта капризная высокомерная девица всю ночь ухаживала за мной. А, теперь понятно, откуда все эти синяки и ссадины: она же не могла перенести меня на руках, вот и волочила по полу. — Он скосил взгляд и наткнулся на то самое полотенце. — Не выжала, теперь вся простыня мокрая. Видимо, она накрыла им всё лицо, вот почему мне казалось, что в комнате очень душно».

Хьюи вздохнул, сел и нахмурился: Далиан спала на открытом гримуаре.

— Ты ещё и его прочла от корки до корки… — удивился он.

Библиодева вздрогнула, что-то промычала, подняла голову и потёрла сонные глаза рукавом платья.

— О, ты уже проснулся.

— Спасибо, что дотащила меня до кровати, — улыбнулся Хьюи.

Внезапно Далиан покраснела и отвернулась. Юноша ожидал от неё язвительного комментария или просто отсутствия эмоций, как оно обычно бывало, а потому немало удивился.

— Ты чего?

Девушка заметно напряглась и опустила голову, лишь бы не встречаться с ним взглядом.

— Я волновалась, — застенчиво прошептала она.

Хьюи не поверил своим ушам. «Надеюсь, это не какой-то новый розыгрыш?» — настороженно подумал он.

— Волновалась? За меня?

— Я подогрела суп. Поешь.

Далиан поднялась, быстро подошла к печке, на которой стояла кастрюлька, взяла тарелку и положила в неё какую-то кипящую полужидкую массу неприятного зелёного цвета, похожую на протоплазму.

Хьюи подобрался.

— Суп? Ты сама его приготовила?

— Да. Он очень питательный, — кивнула Далиан и протянула ему ложку.

Дисвард вытер вспотевший лоб.

— Мне кажется, такой цвет бывает только у ядов… Из чего он?

— Из того, что очень питательное, — настойчиво ответила девушка.

Хьюи зачерпнул ложкой зелёную субстанцию, попробовал и зашёлся в кашле.

— Что случилось?

— Да так… Спасибо, конечно, но что-то у меня нет аппетита.

— Тогда я покормлю тебя.

Далиан отняла ложку, набрала ещё вязкого «супа» и, покраснев, сунула его в рот Хьюи.

Тот сдавленно охнул.

— Вкусно?

— Д-да… Вкус очень захватывающий, — хрипло выдавил он.

Библиодева радостно улыбнулась.

— Если что, там ещё есть.

— Ага, спасибо, — слабо откликнулся Хьюи и без сил упал на спину.

Внезапно Далиан подошла и низко наклонилась к нему.

— Далиан? Что ты делаешь?..

Она прижалась к его лбу своим.

— Кажется, температура до конца не спáла.

— А-ага…

— Подожди немного, — добавила девушка и вышла из комнаты.

Сбитый с толку Хьюи прижал руку ко лбу и поморщился.

«Что-то в ней мне очень не нравится, вот только что?.. — подумал он и вскоре услышал позвякивание металлической обуви. — Возвращается… Ох, не нравится мне всё это».

Далиан вошла в спальню.

— Так, погоди. Это что такое? — дрогнувшим голосом спросил Хьюи, глядя на мясистый заострённый лист какого-то растения, возможно, кактуса.

— Ты не знаешь? Ну ты даёшь, — скрывая за грубостью смущение, ответила Далиан и широко улыбнулась. — Это алоэ. Суккулент из рода Алоэ семейства Асфоделовые.

— И зачем тебе нужен алоэ?

— Засуну тебе в нос.

— Зачем?! — изумился Хьюи.

— Алоэ отлично помогает против простуды, — пояснила Далиан, ткнув в него листом наподобие копья. — Я читала, что это русское народное средство.

— Нет-нет-нет! Я совершенно точно уверен, что тебя где-то обманули!

Хьюи яростно замотал головой и хотел уже убежать от греха подальше, но тело неожиданно отказалось слушаться. Видимо, «супчик» оказался не таким уж простым.

— Да ты посмотри, какой он толстый! Он в меня не влезет!

— Не волнуйся, больно будет только поначалу. К тому же я счистила кожицу. Ну же, не упрямься.

Сдавливая мягкий лист алоэ, Далиан как-то странно улыбнулась… Одержимо, что ли.

«Она точно не в себе».

— Далиан, погоди секунду. Ты сегодня странно себя ведёшь. Что произошло?

Библиодева удивлённо посмотрела на него и ответила так, как никогда бы не сказала:

— Просто я за тебя волнуюсь.

— Неужели тобой кто-то управляет? А!..

Хьюи бросил взгляд на старый гримуар, который до сих пор лежал на кровати.

Далиан тем временем подалась вперёд всем телом и сделала выпад алоэ.

Лист сочно чавкнул и брызнул соком.

Хьюи, давясь кашлем, заорал благим матом.

5

Заходящее солнце заливало комнату оранжевым светом.

Вскоре после атаки алоэ Далиан насытилась ролью всемогущей сиделки при больном и уснула.

Глядя на прекрасную библиодеву, Хьюи вновь задумался о деле Гроссетеста.

Доктор, провозгласивший себя потомком инопланетян и предсказавший появление чудища. Богач, которого поранило и ограбило это самое чудище. Лавочник, понёсший серьёзные убытки.

Хорошо, если гримуар настоящий, и на нём действительно висит проклятие касулхау. Тогда его можно просто запечатать в изолированной от этого мира библиотеке Данталиан, и всем бедам конец.

«Но меня кое-что настораживает. Например, чудовище видели только две жертвы, а Гоббс уже расстался с книгой к тому моменту, когда на него напали. И, что важнее всего, текст этого якобы гримуара — такая чушь, что до настоящей призрачной книги, воплощения проклятия, ему как до Луны. Но с другой стороны пострадали полицейские, да и Далиан изменилась…»

Не зная, что и думать, Хьюи взял подозрительный томик в руки и от нечего делать перелистнул пару страниц.

И тут…

— !..

Вдалеке что-то загрохотало.

Юноша вскинул голову.

«Показалось? Нет!»

В коридоре зазвучали, постепенно приближаясь, шаги, застучали двери.

Кто-то целенаправленно рыскал по дому и искал их.

«Чудище пожаловало?»

Стиснув зубы и заставив непослушное тело повиноваться, Хьюи встал и принялся искать револьвер.

В этот момент дверь распахнулась от мощного толчка.

— Это я, Хьюи! Слышала, ты простуду подхватил? — звонко воскликнул нарушитель спокойствия.

Это был не монстр, а девушка лет двадцати, с блестящими светлыми волосами.

Её одежда — длинная юбка с большим запáхом, кожаный ремень, мужская шляпа, — а также речь и поведение наводили на мысль о ковбое с Дикого Запада. Из образа выбивалась, пожалуй, только улыбка — открытая и яркая, как у ребёнка.

Девушка увидела Хьюи, явно собиравшегося дать отпор незваному гостю, и удивлённо спросила:

— Ты чего?

Тот покачал головой, устало потёр лоб и опустился прямо на пол.

— Камилла, что ты здесь делаешь?

— Бабушка Наталья сказала, что простуда сразила тебя наповал, вот я и решила проведать тебя, — с улыбкой объяснила она и добавила. — А ещё она сказала, что у тебя высоченная температура и что ты в бреду зовёшь меня.

— Последнее откровенно тянет на плохую выдумку, — спокойно заметил Хьюи.

Девушка весело засмеялась.

Камилла Зауэр Кейнз была дочерью известного торговца и подругой детства Хьюи. Чрезмерно заботливая Наталья, видимо, захотела сыграть на её чувствах, только не учла одного: Камиллу неизменно сопровождали шум и возня — не лучшие условия для больного человека.

Взглянув на Далиан, девушка грустно проговорила:

— Спит, да?

Она обожала возиться с библиодевой и подшучивать над ней.

— Ну да. Она с вечера практически не сомкнула глаз, — устало ответил Хьюи и перебрался на стул.

— Она заботилась о тебе? — удивилась Камилла.

— Думаю, да, но… Мне показалось, что она вела себя странновато.

— О, вы нашли очередную необычную книгу?

Заметив у него в руке гримуар, Камилла мгновенно сменила тему. Её глаза засверкали от предвкушения чего-то нового, захватывающего.

— А, это полиция попросила оценить. Гримуар, который уже навлёк на нескольких своих владельцев беды, в том числе одного монстра, — пояснил Хьюи.

— Настоящий?

— Не думаю. Текст — сплошная белиберда, не несущая никакого смысла. Однако… чем-то он всё-таки завлекает…

— Хм-м, — протянула Камилла и, не дав ему закончить, выхватила книгу.

— Ты уверена? — поморщился юноша. — Если он настоящий…

— А что такого? Если чудище и правда существует, я хочу увидеть его, — смело ответила девушка и внезапно принялась обнюхивать страницы. — М-м… Как вкусно пахнет.

— Ум-м…

Шум разбудил Далиан. Она недовольно застонала, поднялась и осмотрелась расфокусированным взором.

— О, Далиан, проснулась уже? — заметил Хьюи.

Библиодева обернулась к нему, опустила взгляд на лист алоэ в руке и удивилась:

— Что я делала?

— Ах, значит, ты не помнишь, чем занималась днём? — недовольно фыркнул Хьюи.

— Нет, — негромко ответила Далиан и приставила палец к виску. — В голове какая-то неразбериха.

— Как ты себя чувствуешь? Может, заразилась от меня?

Юноша встал и хотел уже коснуться её лба, но Далиан грубо ударила его по руке наручем на тыльной стороне ладони.

— Не трогай меня, простуженный, а то замараешь меня.

— Больно, вообще-то, — вздохнул Хьюи, держась за кисть.

«Днём она сама мерила мне температуру, а сейчас дерётся. Как будто два совершенно разных человека».

— Если простыла, засунь себе в нос алоэ, и всё пройдёт, — надувшись, посоветовал он.

— С чего бы мне засовывать в нос это пахучее растение? Ты совсем с головой не дружишь?

— Ты это со мной делала, знаешь ли.

— Что? — презрительно отозвалась Далиан.

«Выходит, она начисто забыла обо всём», — понял Хьюи.

Тут библиодева заметила на прикроватном столике тарелку.

— А это что за ядовитая жижа?

— Твой суп, если мне не изменяет память.

— Какой же мерзкий запах. Люди такого не едят, — зажав нос, скривилась Далиан.

— Так-то ты им больного человека кормила, — негромко возразил Хьюи.

Игнорируя его, Далиан повернулась к Камилле, которая читала книгу, прислонившись к стене.

— Кстати, а что здесь делает эта неуправляемая старая дева?

— К больному пришла. Ну, вроде как.

— Своевольная, праздная — в общем, всё как обычно… М?

Библиодева раздражённо смахнула с лица растрепавшиеся во сне чёрные волосы, и тут Камилла ни с того ни с сего вытянула руку и прикоснулась к её пальцам, а потом покраснела и несколько раз моргнула странно поблёскивающими глазами.

Далиан инстинктивно попятилась.

— Далиан… Далиан, это ты?

— Ты чего? Все питательные вещества ушли в грудь, мозг отсох, и ты забыла меня? — резко спросила библиодева.

Камилла не обратила внимания на грубые слова.

— Я не забуду тебя… Никогда, — ответила она, наклонилась к Далиан и принялась наматывать на палец прядь её волос. — Твои волосы — это нечто. А глаза что драгоценные камни.

— О-отойди от меня! Ты слишком близко! Мне жарко! И тяжело!

Далиан отчаянно рванулась прочь, но Камилла легко удержала её.

— У тебя ангельский голосок. Как кваканье бюргерии[✱]Голос бюргерии поющей напоминает пение птицы, из-за чего этих лягушек держат в качестве домашних животных.

— Это комплимент такой?

— И пахнешь ты… превосходно.

— Хи! — взвизгнула Далиан, когда Камилла прижалась носом к её шее. — Хьюи, сделай с ней что-нибудь! Отстань от меня, эро-блондинка!

Юноша нехотя встал и оттащил подругу, которая уже перешла к поглаживаниям.

— Камилла, что с тобой сделала эта книга?

— Оу, Хьюи, ты что же, ревнуешь?

— Э?

Неожиданный вопрос загнал Хьюи в ступор.

Камилла обвила его руками.

— Раз так, то я и тебе внимание уделю.

Она потянулась губами к его шее.

— Камилла, ты чего?..

Юноша остолбенел. На его памяти подруга никогда не вела себя столь сластолюбиво.

Далиан, не растерявшись, бесшумно обошла его, схватила серебристую ложку и, фыркнув, прижала её к губам Камиллы.

Та невольно проглотила «суп»…

— У-у… Пх. Ау… Что это?! Ух… Ну и вонь!

…Скривилась, затряслась, скрючилась и закашлялась.

Далиан холодно воззрилась на неё.

— Ну что, бесполезная, снова в здравом уме?

— Какой ужас, Далиан… Накормила меня этой ядовитой зеленухой… Что это, моющее средство? — роняя слёзы, выдавила Камилла.

— Это суп! — Библиодева тоже чуть не заплакала от обиды.

«Ура, они снова прежние! — выдохнул Хьюи и поднял с пола проклятый гримуар. — Всё-таки это он виноват. Из-за него Далиан и Камилла вели себя странно. А я не поддался его чарам, потому что…»

— Кажется, теперь я знаю, что произошло…

Он негромко покашлял, перелистывая страницы из необычной бумаги.

6

— Миссис Кемпсон во всём призналась! — возбуждённо произнёс инспектор Гроссетест, нанеся повторный визит. Прошла ровно неделя, с тех пор как Хьюи вернул ему гримуар. — Мистер Хьюи, вы оказались абсолютно правы. Мотив — измена Кемпсона. Жена застала его в тот момент, когда он привёл к себе в комнату горничную, и напала на него с ножом.

— Ага, получается, так оно и было? — открыто улыбнулся Хьюи. — Мистер Кемпсон знал, что делает эта книга.

— Да, — горячо закивал Гроссетест. — А вот я немало удивился. Подумать только, призрачная книга с эффектом приворотного зелья.

Необычная бумага была сделана из редкой породы дерева, встречающегося только на безымянном острове в южной части Тихого океана. Даже после обработки она источала уникальный аромат, который вызывал влечение, как афродизиак.

Именно он и помутил рассудок Далиан и Камиллы.

— Читатель вдыхает запах бумаги, попадает под своеобразный гипноз и влюбляется в того, кто попался на глаза, — объяснил Хьюи.

Инспектор негромко охнул.

— Выходит, виноват не текст, а сама бумага.

— Именно. Можно было догадаться раньше, однако бессмысленные истории сбивали с толку, — сказал Хьюи и медленно выдохнул.

Инопланетяне, древняя цивилизация, проклятие — увлекательные моменты завораживали читателя, и он не замечал расставленной ловушки, не догадывался, что она материальная.

— Этот Кемпсон начал врать про чудище и пустил нас по ложному следу, — горько проговорил Гроссетест.

— Ну, его можно понять. Не мог же он нажаловаться на жену: дескать, я всего лишь гулял на стороне, а она порезала меня, — усмехнулся Хьюи.

Кемпсона приняли в семью, то есть он изначально стоял на иерархической лестнице ниже супруги и не мог обнародовать её покушение. Тем более он сам был виноват в этом.

— Немногим ранее Легу ворвался к нему в дом и поднял шум насчёт венерианцев и чудищ, вот Кемпсон и воспользовался его бредом, — сердито сказал инспектор.

Вот так виновником происшествия оказался выдуманный монстр, призванный проклятием гримуара.

— Он не принял в расчёт только то, что горничная сбежит из дома и прихватит заодно призрачную книгу.

— А-а, понятно. Так это она продала призрачную книгу в столичную лавку?

— Именно так. До того как устроиться на работу к Кемпстонам, она жила в столице.

Кемпсон дал горничной книгу, чтобы она надышалась афродизиака и воспылала к нему чувствами, но интрижка раскрылась, любовница сбежала и унесла с собой гримуар.

— Вернуться в дом она не могла, иначе попала бы под карающую длань госпожи. А тем временем ей потребовались деньги. Если бы на этом всё и закончилось, нам бы не пришлось столкнуться с такими проблемами.

— Лавочник вымогал деньги из мистера Кемпсона? — спросил Хьюи.

— Да, — неприязненно скривив губы, ответил Гроссетест. — Продавая книгу, горничная в двух словах рассказала ему свою историю, и Гоббс решил шантажировать Кемпсона. И, кажется, даже преуспел.

— Но мистер Кемпсон этого так не оставил, полагаю?

Богач потерял терпение и натравил на книжника рейдеров — вот истинная суть второго происшествия.

Как, оказывается, всё было просто и понятно.

Один потерял книгу, другой приобрёл её. Очевидно, между ними вспыхнул конфликт.

Обыденная ситуация, если не принимать в расчёт выдуманное чудовище.

— Гоббс сказал о нём, потому что не хотел упоминать о шантаже.

— А-а… Ну да, шантаж — это серьёзное преступление.

— Итак, Кемпсон предпринял меры по возвращению книги.

— Однако её к этому времени купил доктор Легу?

— Да, — кивнул Оливер. — Он узнал о ней от всё той же горничной. В её обязанности входила помощь визитёрам, вот она и рассказала. Безусловно, она знала, за кого выдавал себя Легу, и как он хотел заполучить этот гримуар… Поэтому продала ему необходимую информацию.

Когда наёмники Кемпсона вломились в лавку, гримуар купил заядлый любитель инопланетян. Что самое забавное, он даже не догадывался, что на самом деле попало ему в руки.

— А кто напал на доктора Легу в поезде?

— Леди, с которой он ехал в одном купе. Он слишком настойчиво приставал к ней, она рассердилась и применила силу.

Приобретя желанный гримуар, доктор погрузился в чтение прямо в поезде, надышался приворотного запаха, «влюбился» в попутчицу, полез к ней и в итоге получил на орехи.

Вот и вся подоплёка третьего происшествия.

Когда афродизиак развеялся, Легу забыл о своих подвигах, что только усложнило расследование.

— Значит, полицейские, кому было поручено исследование книги, тоже надышались паров и полезли к женщинам? — вздохнул Гроссетест.

— Да, вероятно.

— Хм, понятно… Выходит, настоящее чудовище — это человек, сошедший с ума от любви, — важно заключил инспектор. Видимо, возгордился, что выдал умную мысль.

Хьюи выдавил улыбку.

— Однако, мистер Хьюи, я так и не понял одну вещь, — нахмурился Гросетест. — Почему книга изобилует всякой чертовщиной про инопланетян и монстров? Если она приворотная, логичнее было бы написать о чём-нибудь романтическом, чувственном, разве не так?

— А ведь правда, мне это не приходило в голову. Возможно, дело в том, что эту книгу действительно создали потомки пришельцев, прибегнув к древним технологиям.

— Ха-ха, ну это вряд ли, — приняв его слова за шутку, засмеялся инспектор. — Ладно, мистер Хьюи, как бы там ни было, вы метко оценили свойства этой книги. Неужели вы заранее догадались об опасности, которую он представляет? Вы достойный внук своего дела, — искренне восхитился он.

Возможно, Оливер так рассыпа́лся в благодарностях, потому что чувствовал себя не совсем в своей тарелке: большую часть его работы выполнил Хьюи, гражданское лицо.

Впрочем, сам юноша не разделял его взглядов.

— О, прошу, не стоит, — невесело улыбнулся он. — Благодарить стоит простуду и заложенный по её вине нос.

7

После череды запутанных процедур гримуар касулхау вернулся к доктору Легу, последнему владельцу.

Чтобы заглушить возбуждающий запах, полиция пропитала обложку особым химикатом зелёного цвета.

Кое-кто говорил, что на самом деле это суп, который девушка приготовила для больного, но правды не знал никто.

Прошло несколько месяцев, и все позабыли об этом случае.

Однажды Хьюи, читая газету, наткнулся на фотографию какого-то худого мужчины и лениво пробежал глазами статью — пропал доктор, державший небольшую клинику.

На первый взгляд ничего особенного, однако соседи доктора говорили, что вечером в день исчезновения над домом доктора видели странный светящийся объект, похожий на корабль, который потом улетел на запад, где сияла Вечерняя звезда, Венера.

Далиан заглянула ему через плечо.

— Хьюи, это же… — хмурясь, проговорила она.

Они переглянулись.

Затем юноша неторопливо сложил газету, скомкал её, бросил в камин и озорно улыбнулся.

— Мы ничего не видели. Правда, Далиан?

Библиодева бесстрастно кивнула.

— Да… В мире есть то, чего знать не следует.

Огонь весело пожирал бумагу, как бы говоря: «Всё, гримуара касулхау больше никто не увидит».