Обсуждение:

Авторизируйтесь, чтобы писать комментарии
Sinko
2 мес.
#
Я растроган. Сколько не читаю такие короткие рассказы, все равно они одиноково задевают.
58585858546332
3 мес.
#
Спасибо
pixxel
3 мес.
#
Потрясная вещь. Спасибо огромное за перевод.
Симлар
3 мес.
#
Дождался!
54747474
3 мес.
#
Спасибо
damarkos
3 мес.
#
Большое спасибо!

Заключительная глава: Письма

Выдержка из вечернего номера «Дейли Овал» от 10 августа

Вооруженные силы ликвидировали побег роботов

Ночью 9 августа на территории компании массового застройщика «RL» произошел массовый побег роботов. Вооруженным силам удалось справиться с ситуацией.

Большой робот модели F-110, который оказал сопротивление на окраине города Орбит, также был уничтожен при помощи военной техники. Расследование показало, что этот робот в прошлом состоял в бронекорпусе Уроборос, который участвовал в войне на севере страны.

«RL» отказывается сообщать, что списанный военный робот делал на стройплощадке. Также ответственность за инцидент будет возложена на военные отделы, занимавшиеся разработкой F-110, и производителя роботов компанию «Галоша»...

Выдержка из общественного раздела «Дейли Овал» от 14 августа

Листы бумаги оказались детской литературой

Публичный отдел вооруженных сил сделал официальное заявление насчет массового побега роботов, которое произошло 9 августа на территории компании «RL».

Когда F-110, который сопротивлялся до самого конца, взорвался, вокруг него разлетелись листы бумаги. Жители города неоднократно интересовались их содержанием, поэтому было решено опубликовать результаты анализа.

Судя по тексту на обгоревших фрагментах, это была детская книга «Третьесортный демон Везер Дарк» за авторством Сэнди Виндбелл (издательство «Гекто», серия из восьми томов).

По-прежнему неясно, как книга оказалась на месте преступления.

Выдержка из статьи «Дейли Овал» от 16 августа

Современная робототехника 35. «Конец одного робота»

Утром десятого августа на фонтанной площади Венеры близ станции Овал мужчина, который курил круглую сигарету в ожидании поезда, стал свидетелем любопытной сцены.

Перед статуей богини лежал робот.

Очевидец не обратил бы на него внимания, если бы не странность происходящего.

Робот был без нижней половины тела – вероятно, в результате взрыва, – а также без правой луки.

Тем не менее он полз по главной улице торгового района по направлению к статуе. За десять минут он преодолел около сотни метров, забрался в фонтан и положил у ног богини серебристый портсигар. Потом он что-то пробормотал, обращаясь к Венере, разрядился и замер.

Этот инцидент напомнил мне одну из лекций доктора Амбреллы, известного ученого и авторитета в области робототехники, которая погибла этим маем в результате несчастного случая. Доктор Амбрелла высказала предположение, что роботы, выходя из-под контроля, видят галлюцинации. Возможно, видения порождает сильное желание найти любимого хозяина.

На данный момент нет ни одного доказательства гипотезы, однако определенный интерес в ней имеется. Хотела бы я узнать, видел ли робот на площади галлюцинации. Если бы доктор Амбрелла была жива, я бы обязательно спросила ее мнение...

<...>

Овальское отделение Департамента по управлению роботами сообщило, что найденный в фонтане робот был уже утилизирован.

Карен Клауди.

Письмо доктора Амбреллы

Найдено среди ее вещей

Дорогая Ирис,

Если ты читаешь это письмо, значит меня уже нет в живых.

Какая фраза, будто из кино какого-нибудь... Так неудобно.

Я не знала, стоит ли вообще писать это письмо, но потом подумала, что прямой разговор пробудит много эмоций (главным образом смущение), поэтому все же решилась.

Начну вот с чего.

Тебя создала не я.

Я говорила, что построила тебя три года назад, но это неправда.

Прости.

Однако у меня есть оправдание.

Я встретила тебя три года назад.

Тем вечером я как обычно возвращалась домой, как вдруг увидела под аркой ворот незнакомого робота...

Тебя.

Ты выглядела как пережеванный кусок металла: правая рука и левая нога были сломаны, из живота торчали трубки, а искусственная кожа практически отсутствовала.

Мне стало не по себе, и я решила просто пройти мимо.

Скорее всего, тебя нелегально выбросили у моих ворот. В то время как раз участились случаи незаконной ликвидации роботов. Надо было прислать за тобой людей из Департамента по управлению роботами.

Я уже входила во двор, как вдруг услышала позади:

– Сестра...

Внутри все перевернулось.

Моя младшая сестра Ирис погибла полгода назад.

А ты говорила совсем как она. Хотя нет, наверное, я просто была на эмоциях, тосковала по Ирис и постоянно плакала.

Но тогда в моих глазах ты предстала моей сестрой, которая сжалась, словно замерзший котенок.

Руки сами собой раскрыли над тобой зонт. Не могла я позволить тебе мокнуть под дождем.

Потом я отнесла тебя домой. Ты оказалась на удивление легкой. Вероятно, потому, что осталась без основных компонентов. Главные контура не функционировали, и, похоже, по тебе проехалась машина. Контур разума пострадал особенно сильно и отказывался воспроизводить данные (поэтому ты ничего не помнишь о прошлой жизни).

Я починила тебя, придала вид покойной сестры и дала имя «Ирис». Конечно же, неспроста.

Как тебе известно, в нашей стране существует система регистрации роботов. Из-за ее ограничений лицо получает права и обязанности владельца робота только после занесения в списки Департамента. Можно сказать, ты вписываешь робота в свою семью.

Естественно, я нашла твоего прежнего владельца.

Судя по дороговизне контура разума и отдельных деталей, он был богатым человеком. И в то же время... Не уверена, стоит ли продолжать... Нет, ты имеешь право знать правду. Слушай:

При осмотре я обнаружила у тебя все признаки плохого обращения. Например, повреждения от тупых и острых предметов. Возможно, твой хозяин был одержим какой-то идеей или даже безумен. Бр-р... Каждый раз содрогаюсь, как вспомню о твоих ранах. Они продолжали проступать на теле, поэтому я постоянно обследовала твою кожу. Признаюсь честно, это случай, не имеющий аналогов в робототехнике. Мы до сих пор исследуем его.

Я воспользовалась системой регистрации для семей, понесших тяжелую утрату. Согласно ее правилам, пока жив хозяин, замещающий его почившего родственника робот не может быть изъят или выставлен на аукционе. Благодаря лазейке в законе я умудрилась исключить тебя из полицейских списков и обеспечить сохранность.

Наверное, ты одновременно рада и несчастна, что стала мне вместо сестры.

Но я прошу тебя. Поверь, я никогда не считала тебя заменой сестре. Ты всегда была единственной и неповторимой Ирис.

Что-то подзатянулось письмо. Ничего, еще немного.

Должна признаться, я соврала тебе еще раз. Моя сестра погибла не во время аварии с грузовиком.

Наша машина врезалась во взбесившегося робота. Ирис сидела рядом и скончалась на месте.

После ее смерти я рьяно взялась за исследования поведенческих аномалий контура разума и стала участвовать в судебных вскрытиях роботов. Хотелось внести свой вклад в науку, чтобы больше никто не погибал.

А пишу я тебе, потому что исследовать буйных роботов очень опасно. Они нестабильны и непредсказуемы. Конечно, мы принимаем все меры предосторожности, однако уберечься от всего нельзя, особенно в неисследованных областях науки. Кстати, письмо – тоже своего рода предосторожность.

Ирис, я от всей души благодарна тебе.

Думаю, ты знаешь, что я посвятила свою жизнь не только исследованиям, но и помощи брошенным роботам.

Раньше я притворялась, что не замечаю их, и после смерти сестры контактировала с роботами лишь на работе.

Однако жизнь с тобой изменила меня. Находя роботов, я каждый раз вспоминаю нашу встречу и протягиваю им руку помощи.

Твое спасение наставило меня на нынешний путь.

Дорогая Ирис, я приготовила тебе маленький подарок.

К сожалению, твое тело долго не протянет. По моим прикидкам повреждения и следы от них со временем начнут проступать все сильнее.

Но не волнуйся, я приготовила для тебя запасное тело, в которое ты можешь переселиться при необходимости. Я всегда желала, чтобы ты жила долго и счастливо.

По вопросам ремонта, обслуживания и всем непонятным вещам рекомендую обращаться к моему коллеге – Ральфу Сиэлу.

Он надежный человек, он тебе поможет.

О, начался мелкий дождь. Похолодало.

Совсем как в день нашей встречи.

Я уверена, что нас свела богиня, чья статуя стоит на площади.

Ага, ты всегда говоришь, что я очень на нее похожа.

Интересное, должно быть, зрелище – богиня курит круглую сигарету.

Давай пошалим как-нибудь и повесим ей на шею портсигар с круглыми сигаретами. Постигнет ли нас небесная кара?.. Мда, ненаучные разговоры пошли.

Ладно, надо заканчивать.

Прости, так плакала, что все письмо мокрое.

Я пообещала сходить с тобой завтра на фильм. Выберу ужастик и буду наблюдать за твоей реакцией. Хе-хе-хе, поскорее бы.

И напоследок.

Ирис, я очень тебя люблю.

Венди Фо Амбрелла.

Эксперимент Ральфа Сиэла по перезагрузке

Ральф Сиэл вздохнул.

Перед ним на кровати лежала прекрасная девушка в тонкой одежде, похожей на белый тюль.

«Сколько воды утекло».

Всего три месяца назад он позвонил ей, чтобы сообщить ужасную новость. Казалось, с тех пор прошла вечность.

В одном из углов лаборатории стоял прозрачный ящик, внутри которого лежат робот, точнее, его туловище, голова и правая рука. Ральфу пришлось взять длинный отпуск и оббежать все инстанции, чтобы заполучить его и, что важнее, его контур разума.

Невзирая на усталость, мужчина со всей тщательностью проверил все системы в последний раз и подал питание.

Аккуратная грудь девушки резко выгнулась, а затем вернулась в исходное положение.

Ральф терпеливо ждал.

«Она была воистину гением».

На белых щеках постепенно проступал румянец.

Робот был проработан до мельчайших деталей.

– М-м...

Наконец, девушка слабо застонала.

Ральф встал со стула и подошел к кровати.

Девушка медленно открыла синие глаза, в глубине которых зажегся яркий свет.

«Цвет другой, но насыщенность та же. Совсем как у доктора Амбреллы, – подумал Ральф. – Хотя чего это я, она же сделана по образу ее сестры».

После смерти Венди Амбреллы Ральф понял, сколько она для него значила.

Он примкнул к исследовательскому центру всего в пятнадцать лет и встретился с ней во время практических занятий, которые она вела. Доктор Амбрелла всегда представлялась Ральфу чудесным цветком, на который он мог только любоваться издалека.

Когда она выбрала Сиэла своим ассистентом, мир словно окрасился в розовые тона.

«Я даже в бога тогда поверил».

Однако Ральф похоронил свои чувства в глубине души. Он понимал, что янтарные глаза Венди смотрели только на нее... робота модели HRM021-α.

– Док... тор? – прошептала лежавшая на холодной кровати девушка.

«Вот я и оживил ее. Но зачем, какой был смысл?» – задался вопросом Сиэл.

Однако он знал ответ. Он любил и глубоко уважал доктора Амбреллу, поэтому не мог бросить ее любимое творение.

– Ты меня понимаешь? – спокойно, раздельно спросил Ральф.

Девушка приоткрыла розовые губы и тихо ответила:

– Да...

«Какой мелодичный голос... Как у Венди...»

– Контур управления еще не запустился до конца. Подожди полчаса.

Поморгав, девушка кивнула и немного погодя проговорила:

– Дождь... закончился...

Восстановив подвижность, она села на кровати и спросила:

– Что... я здесь делаю?

В этот момент Ральф заметил, что цвет ее глаз немного изменился. Если при их прошлой встрече он напоминал яркую синеву ясного неба, то теперь приобрел темный оттенок, как после бури.

– Взгляни.

Он протянул ей зеркало. Девушка посмотрела на свое отражение и застыла.

Каштановые волосы до плеч, белоснежная кожа, синие глаза – она увидела пятнадцатилетнюю девушку по имени Ирис Рейн Амбрелла.

– Сейчас я расскажу, что произошло.

Ральф пододвинул стул поближе и неспешно начал повествование.

Через три дня после смерти доктора Амбреллы он по приказу начальства разбирал ее вещи, в том числе бумаги и книги из исследовательского центра. Среди них он нашел ее завещание. Или, скорее, его черновик на нескольких листках.

Из него он узнал об Ирис и тотчас позвонил в поместье Амбрелла, но Департамент по управлению роботами уже изъял ее.

– Я не ожидал от них такой скорости и немало переполошился, – признался Ральф.

Он немедля принялся за поиски, однако Департамент отказался сообщать ему что-либо, сославшись на конфиденциальность информации. Вскоре Ирис разобрали.

Так ничего и не добившись, Сиэл опустил руки, но через три месяца знакомый репортер Карен Клауди сообщила ему о странном роботе, который протягивал портсигар статуе богини Венеры.

Вспомнив о завещании Венди, Ральф положился на интуицию и навел справки о том роботе. В конце концов благодаря убедительным высказываниям – подкрепленным, конечно, деньгами – он забрал останки робота у Департамента под предлогом утилизации.

В портсигаре обнаружилось фото доктора и Ирис. Догадка подтвердилась.

Вот так Ральф вернул Ирис и благодаря предусмотрительности доктора Амбреллы переселил ее в новое тело.

– Вот ее завещание.

Девушка дрожащими руками взяла голубой конверт, раскрыла его и начала читать письмо, начинающееся словами «дорогая Ирис».

Вскоре Ральф продолжил:

– Все имущество доктора Амбреллы принадлежит тебе. Однако закон запрещает роботам обладать собственностью, поэтому официальным владельцем станем мы, Первая робототехническая лаборатория университета Овала...

Ирис кивнула.

Она плакала, слезы капали из синих глаз прямо на завещание.

«Какая красота».

– Ах да, подожди немного.

Ральф встал и вышел из комнаты.

Когда он вернулся минут через пять, Ирис уже поднялась с кровати и, опираясь на стену, стояла перед тем самым ящиком с прозрачными стенками в углу комнаты.

– Можно... потрогать? – нерешительно спросила она.

– Да, конечно, – ответил Ральф и открыл ящик нажатием кнопки.

Девушка погладила щеку своего прошлого тела, как будто перед ней был спящий ребенок, наклонилась и обняла его.

– Спасибо за все то, что ты сделало для меня.

Слезы покатились по щекам и упали на грудь робота.

Ральф молчал. Картина, где девушка обнимала робота, выглядела какой-то нереальной и одновременно очень печальной. Наверное, три года назад доктор Амбрелла испытывала то же самое, найдя девушку, HRM021-α.

Когда Ирис с неохотой отстранилась, Сиэл сказал:

– Ах да... Я ходил вот за этим.

Он показал замасленную коробочку для карт.

– Я нашел ее в груди этого тела. Внутри лежат карта и пластиковая карточка на незнакомое имя... А?!

Ирис резко округлила глаза, выхватила коробочку, откинула крышку и вытащила семейное фото: девочка двенадцати-тринадцати лет и ее родители.

– Ах!

Она неожиданно вскрикнула, схватила Ральфа за плечи и приблизилась так, будто хотела поцеловать его.

– Ч-что такое?!

– Сколько времени прошло с тех пор, как вы меня забрали?!

– Э-э... Около двух недель... – в замешательстве ответил Ральф.

– Две недели... – повторила Ирис, сжимая коробочку, а затем решительно вскинула голову. – Мне пора!

Она распахнула дверь и выбежала наружу в чем была.

Сиэл еще секунду ошалело стоял на месте, а потом поспешил за ней.

Ральф что-то кричал вслед, но я не слушала и мчалась вперед, переступая босыми ногами.

Батарея была заряжена полностью. Контур управления конечностями еще пошаливал, но не критично.

Прошло две недели.

«Богиня! О богиня!»

Я молилась той, чья статуя стояла на фонтане посреди площади.

Преодолевая сто метров за девять секунд, я неслась, словно навстречу любимому доктору. В другой ситуации тонкая белая одежда смутила бы меня, но не сейчас.

Исследовательский центр располагался неподалеку от поместья Амбрелла, от фонтанной площади...

И от места, где лежала она.

На бегу я вызвала карту города и наложила ее на сохранившуюся в памяти информацию. Отлично, надо просто бежать вдоль сточной канавы в обратном направлении.

Вот и торговый район.

– Что, Ирис?! – воскликнул владелец рыбной лавки.

Я с улыбкой помахала ему и побежала дальше.

Статуя богини приближалась. На лавочках вокруг ее общались старики, играли дети, ворковали парочки – все, как я любила. Здесь раньше стоял магазин мусорщика, а здесь я исчерпала все запасы энергии.

Однако времени предаваться воспоминаниям не было. Я завернула за угол и побежала к жилому району.

Тот самый дом...

На передней лужайке остались колеи от волочения – мой след.

На заднем дворе валялись трубки, раньше принадлежавшие мне.

Я присела и полезла в кусты, нервно шаря по земле.

Богиня...

Ах, богиня, спасибо тебе.

– Лилит...

Девушка лежала в той же позе, в какой я ее оставила, и, казалось, мирно спала...

Письмо Ирис Рейн Амбреллы

Дорогой доктор,

Вы написали мне письмо, поэтому я пишу вам ответное.

Хотя, если честно, я просто делаю заметки в тетради для наших особых лекций.

Доктор.

Позвольте сперва рассказать о том, что меня радует.

Лилит очнулась на прошлой неделе.

А, Лилит – моя новая подруга.

Она общительная, храбрая и очень надежная.

Когда я нашла ее в кустах, у меня словно гора с плеч свалилась.

Это богиня помогла? Или вы приложили руку?

Теперь я вижу, что у Лилит золотистые волосы. Ведь раньше у меня было черно-белое зрение.

Золотоволосая Лилит намного милее. Хотя она по-прежнему терпеть не может костюм горничной. А вот мне кажется, что ей очень идет.

Доктор.

Я завела еще одного друга.

Его зовут Волков.

Он пожертвовал собой в бою с военными, чтобы спасти нас с Лилит.

Ральф помог нам достать фрагмент его тела.

Его прислали в исследовательский центр для проведения опытов.

А сейчас Лилит носит кусочек Волкова в своей груди.

Доктор.

После вашей смерти я потеряла смысл существования.

Однако потом я попала во внешний мир, много работала, встретила Лилит и Волкова и нашла свое призвание, пусть и не слишком определенное.

Вы помните детскую книгу «Третьесортный демон Везер Дарк»?

Главные герои демон Дарк, который любит валять дурака, и его учитель, волшебное кольцо Фло Сноу, попадают в различные передряги из-за магических механизмов.

Вы с Дарком очень похожи. На первый взгляд холодная и неприступная, но на самом деле очень добрая. Как Дарк подарил Фло новое кольцо, так и вы мне – другое тело.

В предпоследнем томе добрый демон умер. Фло Сноу долго горевала о нем, но со временем оправилась и взялась за новое дело. Она тоже стала собирать поломанные механизмы, чинить их и дарить новый дом. Она переняла дело Дарка и нашла смысл жизни.

Я тоже хочу создать такой дом, ну, приют для роботов, которые остались без владельцев, которых выбросили, списали из армии или которые стали немощными. Мы будет трудиться вместе и зарабатывать деньги, которые пойдут на уплату ремонта и зарядки.

Ральф поддержал меня. Также он вызвался следить за моим состоянием в свободное от работы время. Он отличный человек.

А вот Лилит, узнав о моем замысле, сразу же сказала: «Да этому не будет конца, лучше не начинай. Каждый год на свалки выбрасывают десятки, а то и сотни тысяч роботов. Твои планы просто безумны, ты только потратишь время и деньги».

Однако на мое объявление через три дня откликнулись Двадцать восьмой и Пятьдесят пятый... А, э-э, это порядковые номера моих бывших товарищей по работе. Они позвонили к нам в дом, Лилит взяла трубку и немало изумилась. Позавчера звонил Восемьдесят шестой, а вчера приходили незнакомые роботы. Лилит решила, пусть работают у нас, коли на то пошло. Она сама хочет зарабатывать на стройках.

Чувствую, покой нам будет только сниться.

Доктор, помните того большого робота из магазина подержанных деталей, которого показывали по новостям? Он еще взбесился на площади.

Лилит сказала, что его звали Лайтнинг О'Миллибар.

Почему он начал буянить?

Я очень хотела узнать ответ, поэтому порасспрашивала продавцов соседних магазинов. И вот что мне поведал бакалейщик.

Оказывается, за несколько дней до инцидента владелец того магазина умер. А Лайтнинг очень любил его.

Доктор, вы же говорили, что роботы могут видеть галлюцинации, да?

К сожалению, я могу только догадываться, но, наверное, он выбежал на площадь в поисках хозяина.

Мне тоже довелось испытать чувство потери. Когда я думаю о вас, меня переполняют одиночество и печать, а сердце сжимается от боли. Даже сейчас руки дрожат...

Что ж, доктор, здесь я закончу.

Еще напишу вам.

Искренне ваша,

Ирис.

P.S.

О, еще кое-что.

Доктор!

Выгляните в окно!

Небо такое красивое, такое синее...

Мне нравятся теплые летние дни.

Но, доктор...

Я и дожди люблю.

Почему, спросите вы.

Хи-хи, а разве не очевидно?

Потому что встретила я вас, своего любимого доктора, именно в дождливый день...