Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 3. Даже в замке льётся кровь

Пустившаяся в погоню Алисса серьёзно проредила и так небольшие силы убегающего противника, а остановилась она, лишь достигнув Роне. После ей необходимо было организовать безопасность границы, проконтролировать возвращение жителей Арсеру, и убрать все следы недавней битвы...

В Фокалор вернулась уже вовсе не Алисса, а её бледная тень.

— Вот отчёт. Спать…

— Конечно. Приятных снов, — произнесла Ольга и с улыбкой проводила взглядом девушку, нетвёрдой походкой отправившуюся в свою комнату.

Сама магесса тоже без дела не сидела: она тоже была ответственна за возвращение жителей Арсеру в их собственные дома, и проследить за тем, как оставшиеся в Фокалоре солдаты наводят порядок.

А поскольку Ольга, благодаря магическому зелью, была полностью здорова, то принялась она за работу с невиданным доселе пылом.

В данный момент девушка вела подготовку к поездке, в которую отправится вместе с Хифуми.

Что до Мидаса, то ему пришлось ещё раз встретиться с Хифуми, чтобы составить отчёт, и у рыцаря не было никакого выбора, кроме как молча записывать слова виконта.

Доклад гласил, что Паджо и прочие рыцари из третьего рыцарского корпуса погибли в бою с армией Виши, а вовсе не от рук Хифуми.

Мидас не ожидал столь мягкой реакции и поэтому с радостью принял такую трактовку событий — всплыви приказ Имерарии об убийстве дворянина, то королевская семья понесёт огромный ущерб.

Да, это было несправедливо по отношению к Паджо, но лучшего решения, которое не нанесло бы ещё большего вреда принцессе, не существовало.

Однако следующими словами Хифуми мгновенно заставил Мидаса занервничать:

— Я собираюсь в столицу. Мне надо поговорить с Имерарией.

— П-поговорить?..

— Кем бы ты меня не считал, я по-прежнему дворянин Осонгранде, и мне необходимо вернуться и доложить о своей победе.

Сказано — сделано. Виконт, не взяв с собой никого, кроме Ольги, вместе с уцелевшими рыцарями из третьего корпуса направился в столицу королевства.

— Только между нами: я не буду против, если вы нападёте на меня во время пути.

Под озорную улыбку Хифуми Мидас с трудом выдавил из себя ответ:

— Вы всё шутите…

Политический центр Хоранта находился в его столице — Лудене. Там же находился и королевский замок, из которого своей страной на протяжении уже пятидесяти лет правил весьма немолодой король Спрингуэл Гэнг Хорант.

У старого короля имелся внук по прямой линии, который показывал впечатляющую политическую хватку. Его звали Вилдрет.

Спрингуэл ясно дал всем понять, что уступит свой трон именно Вилдрету, который всё ещё не имел своих собственных детей и сейчас активно пополнял свой список личных достижений — эксперименты с магическими инструментами в Виши как раз его рук дело.

Король имел очень большую власть, поэтому немногочисленные дворяне Хоранта безоговорочно приняли его решение. Мнение солдат, набираемых из простого люда, никого не интересовало — слишком уж низким было их положение. К тому же, Спрингуэл вкладывал немалые средства в разработку и развитие магических инструментов, получал прибыль в разы больше затраченного, и потому мог с лёгкостью подавлять все недовольства народа.

— Как развивается ситуация? — спросил хриплым голосом король.

— Всё хорошо, — ответил Вилдрет, не преклоняя колен. — Ганги усиливает агрессивность, а элрик, наоборот, почти полностью гасит эмоции.

— Недостатки?

— После внедрения ганга объект впадает в ярость и уже почти не поддаётся командам. Под действием же элрика объект становиться немного вялым, способность к мышлению резко снижается, но тем не менее их уже вполне можно использовать на солдатах. Решения принимают командиры, и если дать им соответствующие инструкции, то никаких проблем не будет.

Вилдрет, пока распинался, прям-таки раздулся от гордости. Король же, кивнув, сказал:

— Отлично. Это хорошо, что у тебя уже есть такие результаты. Не забудь щедро вознаградить исследователей, ты должен показать своё великодушие.

— Я так и поступлю.

— Что там с нашими соседями? Что-то Виши и Осонгранде в последнее время стали очень шумными…

— Слышал, что какой-то молодой дворянин Осонгранде, получив доверие принцессы, начал действовать довольно резко, грубо и жестоко. Он даже захватил у Виши какую-то территорию... Разве война между ними не продолжается до сих пор?

— На нашей границе с Осонгранде есть какое-то подозрительное движение.

— Разумеется. Мы ведь официально встали на сторону Виши и направили солдат на границу. Они, по-видимому, решили ответить тем же, но война сразу на два фронта им уж точно не нужна. Вряд ли они хоть что-то предпримут.

В этом вопросе и король, и его внук были солидарны. Ну а после того, как война с Виши закончится, у Хоранта тем более не будет никаких причин для развёртывания войск.

— Осонгранде хоть и достигло определённых завоеваний, всё закончится как обычно: им придётся заключить мирное соглашение с Виши. Всё-таки, не беря в расчёт качество солдат, Виши собрали большую армию.

Обдумав сказанные внуком слова, король медленно, обдумывая каждое слово, начал говорить:

— Что ж… После того, как вся эта ситуация успокоится, а солдаты, развёрнутые на границе с Осонгранде, вернутся назад, я удалюсь на покой.

— Вы хотите сказать…

— Ты займёшь моё место и встанешь во главе Хоранта. Но ты должен показать мне, что твои магические инструменты действительно эффективны. Используй солдат на границе. Это станет твоим первым достижением в качестве короля.

— Слушаюсь. Я займусь этим немедленно.

— Жду от тебя хороших новостей.

К слову, новость о разгроме армии Виши у стен Фокалора немногочисленной армией виконта Хифуми добралась до Хоранта лишь спустя несколько дней.

Недалеко от границы с Хорантом, на территории королевства Осонгранде стоял город Мюнстер, ближайший к стране магов город.

Мюнстер по размерам походил на Фокалор, и его также окружало несколько деревень. Управлял этим городом граф Бирон.

Он не был сторонником ни принца, ни принцессы, а о том, что происходит в Виши и Фокалоре, который играл центральную в войне роль, знал лишь в общих чертах. Причина такой незаинтересованности очень проста — регион находился на противоположной стороне королевства. И поэтому, когда к Бирону пришли с просьбой разместить солдат второго рыцарского корпуса, он вовсе не горел желанием её принимать. Однако подпись принца на документах просто не оставляла ему выбора.

Когда же к графу пришёл командующий второго рыцарского корпуса Стиферс выразить своё почтение, позицию Бирона можно было охарактеризовать одной фразой: «да делайте, что хотите».

И чего им только здесь понадобилось?

Бирон был ещё весьма молод: ему было всего тридцать лет, но он уже являлся главой семьи. Его отец скончался от болезни пять лет назад, и тогда ему пришлось бросить свою работу в столице и взять на себя обязанности графа.

Что касается громыхающей войны, то даже не имея какой-либо информации Бирон прекрасно понимал, что Виши по-прежнему поддерживает связь с Хорантом. И он понимал, что нет никакого смысла провоцировать страну магов сейчас.

Конечно, опасаясь непредвиденных ситуаций, он отправил патрулировать приграничные области куда больше солдат, чем обычно. И ещё он учитывал возможность того, что по первому же требованию ему придётся отправить свои войска.

Усиление патрулей уменьшило количество солдат в городе, что серьёзно ударило по общественному порядку, поэтому единственное, чего сейчас желал Бирон — скорейшего разрешения ситуации.

А теперь сюда ещё и второй рыцарский корпус нагрянул, солдаты которого были в каком-то подозрительно боевом настрое...

Если начнётся война с Хорантом, то ему придётся участвовать. Проигрывать он, конечно, не собирался, но безопасность Мюнстера окажется под угрозой, да и солдат своей армии он терять не желал.

Как бы там ни было, второй рыцарский корпус уже начал строить простенький форт между Мюнстером и Хорантом. Даже пустили слух, что в знак поддержки их посетит принц Айперс.

На фоне принцессы его достижения смотрелись бледновато.

Бирон вздохнул от безысходности.

— Думаю, что это предложила королева… Неужели она не понимает, что развязав новую войну, она лишь навредит репутации принца?

Или у них есть какой-то конкретный план для победы и средства для его реализации? — задумался Бирон. — Нет, иначе этот самонадеянный Стиферс не смог бы об этом умолчать.

Если принц и командующий второго рыцарского корпуса вовлекут его в свои действия, то Бирон будет вынужден отказаться от нейтралитета и присоединиться к фракции принцессы Имерарии.

— Что же, теперь всё зависит от этого нового виконта, Хифуми. Если он сможет одержать быструю победу над Виши, то вопрос решён.

Войдя в королевский замок, Хифуми тут же получил приглашение в тронный зал.

В зале витала атмосфера беспокойства. Чувствовалось, будто кто-то старался как можно быстрее хоть как-то сгладить свою ошибку.

Похоже, они собираются выплатить мне компенсацию. Идея премьер-министра?.. Впрочем, какая разница, — решил про себя Хифуми и для формальности приклонил колено.

Узнав о том, что принцесса потеряла своего доверенного подчинённого, Имерарию на какое-то время сковал страх. Но она не могла пренебречь своими обязанностями только из-за того, что ей хотелось поплакать. Уняв дрожь в коленках, Имерария вышла к собравшимся в тронном зале людям и начала свою речь:

— Ваши военные достижения воистину грандиозны, виконт Хифуми! — казалось, что голос принцессы слегка дрожал, но направленные на неё взгляды дворян моментально заставили её собрать всё своё мужество в кулак: — Вы сокрушили огромное войско настолько малыми силами! Ваш подвиг будут помнить в веках! С большим прискорбием я приняла весть о том, что третий рыцарский корпус понёс такие потери…

Внутри принцесса чувствовала горечь, она с трудом сдерживала слёзы, но силой воли держала улыбку и продолжала свою речь:

— В качестве награды за свои достижения, Тооно Хифуми награждается титулом графа, а также в его владение переходят все завоёванные территории. У кого-нибудь есть возражения?

Выстроившиеся по обе стороны тронного зала дворяне сохраняли молчание.

Всё выглядело так, будто они единодушно поддерживают указ принцессы, но на самом деле они просто не могли ничего возразить в свете выдающихся достижений. Да и никому из них не хотелось получить территорию, зажатую между регионом Тооно и другой страной.

— Возражений нет, а значит, так тому и быть. Вместо почившего короля, моего отца, я, Имерария Триэ Осонгранде, дарую Тооно Хифуми титул графа королевства Осонгранде!

Послышались жиденькие аплодисменты.

Хифуми молча встал, на мгновенье кинул взгляд на Имерарию, и, ничего не сказав, покинул тронный зал.

Дворяне проводили его взглядами и начали шёпотом обсуждать проявленную грубость, и лишь после позволения принцессы из зала вышли и они.

Дождавшись, когда все дворяне покинут зал, к Имерарии подошёл премьер-министр.

— Госпожа Имерария…

— Что?

— Это… действительно нормально?

— Будто у меня был выбор… Военный потенциал королевства ничего не может противопоставить Хифуми, это мы с Вами уже проверили. Да, я слышала от Мидаса о его безумном плане, но всё, что мы можем, — относиться к господину Хифуми как к подданному королевства и дальше.

На мгновенье кинув взгляд на царский трон, Имерария поджала губы.

— Нужно узнать причину, по которой он меня ещё не убил и что конкретно он собирается делать дальше. Лучше всего напрямую.

— Это может быть опасно…

— Любые меры против него бессмысленны. Чем сейчас занимается Айперс?

— Мне доложили, что этим утром он отправился наблюдать за полем боя на границе с Хорантом.

— Как глупо…

И это вместо того, чтобы сосредоточиться на подготовке к коронации… – продолжила про себя Имерария.

Принц Айперс не имел каких-либо собственных достижений, а подобный опыт вряд ли необходим для будущего короля. Так она считала.

Когда Хифуми зашёл в комнату, которую ему предоставили в качестве приёмной, ждущая его там Ольга встала и встретила его словно дворецкий.

Вместе с ней в комнате находился Сабнак. Его Хифуми вызвал сразу по приезду в замок, чем весьма озадачил рыцаря.

— Быстро ты, Сабнак. Для начала присаживайся.

— У Вас ко мне какое-то дело?..

Мидас уже успел рассказать Сабнаку о произошедшем с Паджо, а также о том, что Хифуми не собирался добивать выживших из третьего рыцарского корпуса. Но это не меняло того факта, что Сабнак был товарищем предателей, и тот не мог избавиться от страха, что его прямо тут и убьют.

— Расслабься, Сабнак. Я теперь граф, получил в свои владения бывшие земли Виши от Арсеру до Роне... В общем, за свою жизнь не волнуйся, — сказал новоявленный граф и пригубил приготовленный Ольгой чай.

— Поздравляю Вас. Однако, по моему мнению, этим они не компенсировали и малой части нанесённого нам вреда.

Ответив на поздравление Ольги дежурным «благодарю», Хифуми тем самым пропустил её жалобы мимо ушей.

— Примите и мои поздравления. Отныне Вы — полноценный член высшего дворянства Осонгранде…

— Да мне всё равно, какой у меня титул, — небрежно прервал Сабнака Хифуми. — Главное — у меня появилась надежда собрать достаточно средств для своей задумки. Но знаешь, мне сильно не хватает рабочих рук.

— Рабочих рук?

Когда в памяти Сабнака появилось расплывчатое, будто из далёкого прошлого, воспоминание о бумажном аде и работе временного феодального лорда, парень аж обмер.

— Мне нужен заместитель, который следил бы за моим регионом в моё отсутствие.

От пустившегося вскачь сердца у Сабнака даже в ушах затрещало.

— Да не волнуйся ты так, основная работа лежит на госслужащих. Всё, что тебе нужно будет делать, — просто следить и руководить. Всё уже готово, а если ты приедешь в Фокалор в течение десяти дней, то всё станет просто замечательно.

Всё уже было решено за Сабнака. А учитывая случай с Паджо и тот факт, что Хифуми не стал карать остальных рыцарей третьего корпуса, то Сабнак просто не мог ему отказать.

Убеждая себя, что в этот раз у него будут подчиненные, и он не попадёт в ад из прошлого, Сабнак ответил согласием на «предложение» Хифуми, после чего сказал, что ему надо подготовиться и пулей вылетел из комнаты.

— Что ж, теперь Имерария…

Стоило графу пробормотать эти слова, как в комнату зашла служанка и сообщила, что его вызывает принцесса.

— Ольга, привлеки третий корпус. Скажи им, чтобы собрали население перед замком, в том месте, где виден балкон кабинета Имерарии. Дай-ка подумать… Пускай говорят, что у принцессы есть важное для них сообщение.

— То есть вы…

— Ага. Думаю, людям понравится.

Понимая, к чему клонит Хифуми, Ольга громко, но в то же время изящно, рассмеялась.

— Интересно, зачем нас всех здесь собрали?

— Вроде бы, госпожа принцесса и господин герой собираются что-то сказать.

— «Рыцарь тонкого меча»? Он снова начал действовать!

— Говорят, он, командуя небольшой группой солдат, смог разгромить огромную армию Виши!

Собравшаяся толпа шумно обсуждала новоиспечённого феодального лорда, и лишь изредка кто-то вспоминал о самой принцессе.

Некоторое время назад рыцари третьего корпуса смешались с толпой и начали распространять слухи о выступлении принцессы и, разумеется, Хифуми. Командовал этим действом Сабнак, ведь именно к нему пришла Ольга со своей просьбой.

Прежде рыцарям не доводилось распространять новости таким способом, и они были поражены тем, насколько эффективным он оказался.

Само собой, Сабнак тоже отправился на улицы города. Покупая еду у лоточника, он как бы невзначай завязал беседу:

— Вы уже слышали? В королевский замок прибыл рыцарь тонкого меча. Говорят, он одержал большую победу над Виши.

— О, думаю, он снова получит награду от госпожи Имерарии. Отличный парень, не находите?

Улыбнувшись старику за хороший ответ, рыцарь пробежался равнодушным взглядом по округе, и понял, что своими словами он смог возбудить интерес у всех, кто хоть теоретически мог его услышать.

Вот это да! Этот способ манипулирования людьми просто невероятен! Хифуми словно дьявол, пришедший к нам из детских сказок, и он полон сюрпризов!

Продолжая выполнять поручение Ольги, Сабнак пытался разобраться в себе и понять, радует его эта мысль, или же наоборот пугает.

В это же самое время один из рыцарей стоял перед королевским замком и громко зазывал людей, раз за разом повторяя: «Скоро госпожа Имерария выступит с важным сообщением!»

И когда он уже практически охрип, из гомонящей толпы раздался неожиданно громкий голос:

— Ох, госпожа принцесса!

Собравшиеся перед замком люди стихли, будто по команде, а потерявший голос рыцарь почувствовал, как погружается в апатию.

Горожане подняли свои глаза на балкон и увидели принцессу Имерарию.

Рядом с ней стоял Хифуми, а в тени позади него можно было заметить силуэт замершей в ожидании Ольги.

И что же Вы собираетесь сделать на этот раз?

У Сабнака возникло ощущение, что говорить о том, что вот-вот произойдёт, будут ещё очень долго.

Покинув тронный зал, Имерария пригласила Хифуми к себе в кабинет.

Зайдя в приёмную, парень уселся на софу, возле которой его уже дожидалась чашка приготовленного служанкой чёрного чая.

— Ну и по какому поводу...

Имерария повесила голову и на одном дыхании протараторила свою просьбу:

— За всё случившееся ответственность лежит на мне. Мне очень жаль, что так получилось с Паджо, но, пожалуйста, не наказывайте за это других рыцарей и людей в замке. Надеюсь, я не слишком многого прошу?..

— А-а… Да всё в порядке. Даже если я начну сейчас тут буйствовать, то наткнусь лишь на кучку слабаков. Скучно! — Хифуми скривился, словно недовольный ребёнок, и продолжил изливать своё недовольство: — Здесь никто — повторяю, никто! — не знает основ группового боя, а уж про сражения один на один я и говорить не буду.

И хотя это довольно странно, но Имерария, услышав такой отзыв о своих рыцарях, вздохнула с облегчением.

— Тогда…

— Я понимаю, что вся ответственность лежит на тебе. Собственно, именно поэтому твой идейный вдохновитель и исполнитель уже мёртв. Полагаю, ты хочешь узнать, почему же ты до сих пор жива? Всё очень просто: для тебя есть применение получше.

Применение получше? Что он задумал?

Принцессу охватило беспокойство. Потребуй он её как женщину, то она не сможет отказать.

Если он и в самом деле пожелает меня, может, мне стоит покончить со своей жизнью? Нет!

Имерария с силой сжала колени своими стройными руками. Независимо от того, что её ожидает, она ни за что не откажется от своей жизни. По крайне мере до тех пор, пока не коронует своего брата и не найдёт хоть какой-нибудь способ остановить сидевшего перед ней человека.

Но все её домыслы и планы рухнули в один миг:

— Ты взойдёшь на престол. Я окажу тебе полную поддержку, разберусь с оппозицией. Стань абсолютным правителем этой страны, сделай её сильной. Это и будет искуплением твоих грехов предо мной.

— Но мой брат!.. Что будет с Айперсом? У этого ребёнка уже есть сторонники, которые видят его следующим королём! Если я вступлю в борьбу за трон, то Осонгранде неизбежно погрузится в распри!

— Мне всё равно. Будет вести себя хорошо — я его не трону, пойдёт против нас — умрёт.

Лицо Хифуми оставалось абсолютно спокойным. Казалось, что они обсуждают не какие-то серьёзные вещи, а погоду за окном. Кстати, солнечную и тёплую.

— Но даже если я добьюсь успеха и стану королевой, у меня ведь нет нужных для этого способностей…

Раньше принцесса старалась никогда не касаться политики, и просто общалась со своим народом, который в благодарность прозвал её «святой». В то время Имерария о себе, кроме как об украшении страны, и не думала вовсе.

Лишь недавно, со смертью короля, она стала следить за политической ареной и иногда принимать решения. Вместе с тем, она не получила необходимое для политика образование, в результате чего потеряла своего доверенного рыцаря. А тут от неё требуют стать абсолютным правителем…

— Ты ещё молода. Сколько тебе? Четырнадцать? У тебя ещё есть время. Учиться тебе есть у кого — хоть у того же премьер-министра. Считаешь, что хороший политик определяется только своими способностями? Нет, если ты найдёшь одарённых вассалов и будешь умело их использовать, то вполне преуспеешь.

Почему он рассказывает о политике мне, члену королевской семьи? Услышал мою сумбурную речь и решил успокоить? Хотя да, я действительно немного успокоилась…

В то же время Имерария прекрасно понимала, что заблуждается.

— Ты не настолько некомпетентна, как твой младший брат, цепляющийся за юбку своей матери. Ты, в отличие от него, можешь двигаться вперёд. Хочешь защитить свою страну и всех окружающих тебя людей? У тебя будет время и на обучение своих солдат. Можешь послать их в Фокалор, я научу их сражаться.

— Что Вы задумали?

— Чем больше сильных людей будет в этом мире, тем интереснее будет жить. Я хочу, чтобы как можно больше людей придумывало изощрённые планы и действовало с холодной головой. Кроме того, я хочу, чтобы люди придумывали и создавали новое оружие!

Глаза Хифуми горели, как у мальчишки, рассказывающего о своей мечте. Имерария же увидела в нём тирана, о котором читала не столь давно.

— Тогда этот мир и эта страна погрузятся в хаос.

— А вот это уже зависит от самих людей. В моём мире общий прогресс человечества двигала вперёд именно война. Ради победы люди прилагали огромные усилия, создавали сложнейшие механизмы, создавали мощную экономику, изощрялись в тактике и тренировали свои умственные способности. Разве это не прекрасно?

Насколько же кровавый его мир? — Имерария неслабо испугалась, просто представив его себе. — Откуда мы, чёрт возьми, его призвали?

В кабинет неожиданно ворвалось несколько молодых дворян.

— Госпожа Имерария!

Вошли они весьма грубо, при этом оттолкнув служанку, которая, выполняя свои обязанности, стояла чуть в стороне. Увидев Хифуми, один из них издевательски фыркнул:

— А я-то подумал, кто это? Оказывается, это всего лишь выскочка, который недавно стал виконтом. Ты, похоже, хороший льстец, раз настолько сблизился с госпожой Имерарией! Но теперь, когда мы здесь, мы быстро поставим тебя на место! Но для начала… Госпожа Имерария, прямо сейчас простолюдины собираются перед замком. Говорят, Вы собираетесь им что-то сказать.

— Простолюдины?..

Принцесса перевела свой взгляд на Хифуми.

— А, это я их собрал. Давай громко и эффектно объявим о том, что ты собираешься возглавить эту страну.

Вместо потерявшей дар речи Имерарии, взревели дворяне:

— Ублюдок, да ты, похоже, решил, что можешь самолично управлять королевством?!

— Как ты смеешь так обращаться к госпоже Имерарии?! Непростительно!

Невозмутимо выслушав вопли молодых дворян, Хифуми с ленцой встал, достал катану из хранилища и обнажил её. Спустя миг голова одного из дворян упала на пол.

— Вы только вопить и умеете? Не, такие мне не нужны. Нужны те, кто имеют волю к борьбе…

Имерария смотрела с балкона своего кабинета на людей, которые уже заполнили всю площадь перед замком. Даже слово «много» не передаёт то количество взглядов, что она ощущала на себе.

Принцесса частенько выходила сюда, чтобы посмотреть на город. Ей уже далеко не раз приходилось обращаться с этого балкона к своему народу, точно так же, как она собиралась сделать это сейчас. Но впервые ей приходилось это делать со столь большим грузом на сердце.

То тут, то там, замечая фигуры рыцарей третьего корпуса, она внутри себя желала прокричать: «Спасите меня!» Но она сама создала ситуацию, в которую попала. Кроме того, если она это сделает, то они, конечно, тут же примчатся к ней на помощь, но было понятно, чем всё это закончится.

Рядом с ней стоял Хифуми, а чуть позади — бывшая рабыня Ольга, ныне — его помощница.

А за Имерарией, на полу её же кабинета, лежали трупы людей. Трупы молодых дворян. Все они считали, что этот низкородный выскочка не посмеет пойти против них.

Реальность изменилась, и Хифуми не дал им возможности осознать это.

С этого момента, значимость социального положения будет постепенно сходить на нет, и уже совсем скоро в этом мире положение человека будет определять не его родословная, а способности.

Имерария не могла себе такого представить и задалась вопросом, не станет ли этот мир местом, где сильный будет притеснять слабого. Тогда, услышав её вопрос, граф рассмеялся и ответил:

— Человек, с рождения получив клеймо слабого, ничего не добьётся. Этот ярлык, как груз утопленника, будет всю жизнь тянуть его вниз. А теперь представь, что будет, если людей не будет связывать социальное положение: слабый вполне сможет победить сильного!

В итоге, хоть Имерария так и не смогла до конца это понять, но кое-что из слов парня она всё же вынесла: количество людей, подобных Хифуми, преследующих только выгоду и кому будет всё равно на социальное положение, будет только расти.

Это будет очень пугающий мир, и Имерарии надо будет не дать своей стране раствориться в нём.

И даже если её собственных сил для этого не хватит, она сможет что-нибудь придумать. Ведь Хифуми сам ей сказал, что есть люди, которые борются за своё выживание, используя голову. Принцесса убеждала в этом саму себя.

В этом состоянии она решила начать сражение между двумя фракциями: её и Айперса.

— Жители королевства!

Как только Имерария начала говорить, толпа в момент стихла и обратила всё своё внимание на неё.

— Виши и Хорант посмели поставить под угрозу благополучие нашего королевства! Но, благодаря неимоверным усилиям новоиспечённого графа Хифуми, случилось великое чудо!

— О-о-о! — в восхищении воскликнули люди.

— Какие впечатлительные…

Услышав бормотание Хифуми, Имерария криво улыбнулась. А затем ей неожиданно пришла хорошая идея.

— К сожалению, в результате моей грубой ошибки, в сражении, которое должно было закончиться без единой потери, погибли рыцари! Мне бы следовало просто оставить всё на господина Хифуми, но я решила протянуть ему руку помощи! В итоге мы потеряли драгоценные жизни!

Театрально прикрыв лицо руками, Имерарию наполнила уверенность в том, что эта речь снизит её популярность в народе. А если она потеряет поддержку населения, то это будет большим ударом по плану возведения её на престол.

И хотя это так же могло привести к её смерти, она не хотела жить лишь для того, чтобы стать врагом своего собственного брата.

Довольная своим решением, Имерария взглянула на Хифуми сквозь пальцы. Граф… улыбался?!

— Что ж, дамы и господа! Всё, что сейчас сказала Её Высочество, — чистая правда! Однако, я думаю, что было бы большой ошибкой обвинять её за это!

Медленно оглядев толпу, парень убедился, что все слушают его очень внимательно.

— Я, тот, кто сражался ради защиты нашей страны, чувствую, что просто обязан простить госпожу Имерарию. Ведь Её Высочество отправила рыцарей только ради одного — защитить вас, свой народ, свою страну! Разве не достойны восхищения рыцари, которые сражались и умерли ради этой цели?!

Толпа взревела на вопрос Хифуми.

Речь Хифуми сильно озадачила смешанных с толпой рыцарей третьего корпуса, но от них настроение народной массы уже не зависело.

— Госпожа Имерария стремится защитить всех людей своего королевства! Всех вас! И даже меня! Тот, кто ничего не делает для страны, тот, кто даже не пытается что-то сделать, не достоин королевского трона! Только Её Высочество Имерария заслуживает чести взойти на престол и вести вас в светлое будущее!

Услышав о возведении Имерарии на престол, толпа возбуждалась всё сильней и сильней. Хифуми уже прослыл за свои действия как герой и имел большую популярность в народе. От его слов всех охватило необъяснимое чувство предвкушения.

— Прямо сейчас я принесу клятву верности! Я клянусь, что буду поддерживать Её Высочество Имерарию на её пути к трону! Только она изменит эту страну, только она сделает её сильной! И я также прошу вас поддержать Её Высочество!

Слова Хифуми оправдали ожидания народа. До сих пор простому люду строго запрещалось хоть как-то касаться политики, но прямо сейчас, на их глазах дворянин и принцесса обратились к населению с просьбой о поддержке.

Толпа громко приветствовала Имерарию, а хвалебных речей в сторону Хифуми стало ещё больше.

И даже после того, как принцесса с графом покинули балкон, горожане ещё долго не расходились и продолжали кричать хвалебные слова в поддержку принцессы.

— Всё-таки это случилось…

История о том, что Хифуми решил поддержать Имерарию на пути к трону, распространилась по королевскому замку, словно лесной пожар.

Эта новость закономерно привела в ярость сторонников принца, которую они не скрывали от окружающих.

Особенно сильно это затронуло высокопоставленных дворян, занимавших ведущие роли во фракции Айперса. В своих воспалённых от гнева умах, они посчитали, что в отсутствие принца случился государственный переворот.

Мать принцессы, королева, также входила в их число.

— Кто бы мог подумать, что у Имерарии такие амбиции! — еле сдерживая гнев, прорычала королева. От её вида у окружающих прямо-таки кровь стыла в жилах.

До сих пор являясь королевой Осонгранде, она планировала в будущем выгодно выдать Имерарию замуж. Принца Айперса же она любила и именно его видела будущим королём.

Королева считала, что Имерария понимает это, поэтому выражение её лица стало ещё более мрачным — её предала собственная дочь.

— Тем не менее, поддержка народа полностью на стороне принцессы.

— Какая разница, что считает эта чернь?! Разве вы не слышали? Все молодые дворяне, которые просто пришли дать совет принцессе, были убиты! Даже консерваторы не допустят такой тирании!

— Если всё действительно так, то, в конечном счёте, госпожу Имерарию просто надо убрать со сцены…

— Эй, потише…

Все тут же вспомнили, что родная мать принцессы находится с ними в одной комнате. Да, она с враждебностью относится к своей дочери, но...

— Я не против, — решительно заявила королева. — Этот ребёнок предал свою родную мать. Убейте её ночью в её же спальне! Только сделайте так, чтобы она не страдала. Это единственное, на что ещё хватает моей материнской любви.

В глазах этой властной женщины плескалось безумие.

Вооружённые Мидас и Сабнак следовали в покои принцессы Имерарии с целью взять её под охрану.

На королевскую резиденцию уже опустилась ночь, и лишь редкие магические лампы разгоняли мрак вокруг себя. Иногда казалось, что уходящие во тьму длинные коридоры никогда не закончатся.

— Навевает воспоминания… — пробормотал Сабнак. — Только вступив в рыцарский корпус, мы точно так же во время моего обучения вместе патрулировали коридоры…

Сабнак уже долгое время не носил броню, поэтому отвык от неё и теперь ему всё время что-то натирало. Время от времени регулируя ремни, он очень старался сохранить хорошее настроение.

— Ты не можешь хоть немного помолчать? В любой момент может начаться бой.

— Да кто сюда сможет прорваться? Всех приходящих и уходящих тщательно проверяет первый корпус, а несколько наших коллег постоянно делают обход вокруг замка, верно?

Мидас вздохнул: Сабнак глупо считал, что раз он внутри замка, то в полной безопасности.

— Ты знаешь, что сегодня произошло?

— Вы имеете в виду заявление госпожи Имерарии о её намерении занять королевский трон?

— Именно. А теперь подумай, зачем нам отдали приказ охранять замок, если этим обычно занимается первый корпус?

Впереди замаячили фигуры людей.

— А вот и ответ на твой вопрос.

Мидас остановился и потянул меч из ножен.

Перед его глазами стояло три рыцаря первого корпуса с короткими копьями в руках.

— Дальше вам нельзя, — сказал один из них.

Старший рыцарь вспомнил его. Его звали Фредерик, и он был одним из лучших рыцарей своего корпуса. По замку даже ходили слухи, что в ближайшее время его должны повысить до вице-капитана. А если говорить об искусстве фехтования, то Мидас, который был середнячком среди своего корпуса, явно находился в невыгодном положении.

Но он не мог просто согласиться и повернуть назад.

— Нас вызвала к себе Госпожа Имерария. Её покои дальше по коридору. Мы пройдём.

— Ха, вы же из третьего корпуса! Почему бы вам не попробовать прокрасться мимо нас? Правда, в таком случае мы будем иметь полное право прикончить вас.

На пренебрежительный смешок Фредерика Мидас не обратил ни малейшего внимания.

— Что вы задумали?.. Нет, цель мне ясна. Но я не думал, что вы начнёте действовать настолько быстро.

— Мы выполняем приказ самой влиятельной женщины в стране, и каждый из нас, защитников королевского замка, считает, что этим мы лишь внесём стабильность в королевство!

— Даже если для этого вам придётся прервать жизнь юной девушки?

— Одна жизнь не стоит безопасности целой страны.

Фредерик ответил Мидасу так, будто это было само собой разумеющееся.

— Жизнь девушки… Мидас?!

— Похоже, Её Величество решила избавиться от госпожи Имерарии, — начал пояснять Мидас, — а первый корпус ей в этом помогает.

— Да, всё верно. Парень, мне не знакомо твоё лицо, но тебя ведь зовут Сабнак, верно? Я слышал, что ты отличный рыцарь. Если поддержишь нас сейчас, то я приму тебя в первый корпус.

От этого предложения Сабнак почувствовал себя оскорблённым.

Изначально первый и второй рыцарские корпуса получили свою популярность только из-за очерёдности их создания. Но из-за того, что большинство выходцев из высшего дворянства выбирали местом своей службы именно первый корпус, основной обязанностью которого была защита королевского замка, они стали считать других рыцарей ниже себя.

И Фредерик не был исключением.

— Это глупо. Вы же не забыли о человеке, который стоит на стороне госпожи Имерарии?

— В третьем корпусе и правда одни идиоты… Вы не только позволили этому мусору делать всё, что ему заблагорассудится, но и графом его сделали! Столько восторгов в отношении человека, чьё происхождение столь сомнительно! И о чём только думала принцесса?! — Фредерик ударил копьём в пол, и его лицо исказилось в гневной гримасе. — Я бы на вашем месте уже давно от него избавился! Только он вернулся из своего региона, и королевский замок дрожит от страха! Смотреть противно! Было бы превосходно, разорви мы его на куски сразу же, как он вернулся с фронта!

Наблюдая за разъярённым Фредериком, Сабнак невольно хохотнул.

— Что здесь смешного?!

— Ну… я просто подумал, что недооценивать господина Хифуми… Не очень умно.

Паджо тоже осталась бы в живых, если бы проявила чуть больше осторожности…

Сабнак вспомнил лицо начальницы, и его весёлая улыбка тут же сменилась на горькую.

— Что ты…

Гневный голос Фредерика неожиданно прервался. В его шее торчал сюрикен, а сам он, заливаясь кровью, начал заваливаться назад.

— Фредерик!

Стоявшие по обе стороны коллеги быстро среагировали и поймали падающего рыцаря, но тут же поняли, что тот уже не жилец.

Сабнак и Мидас обернулись с мыслью о Хифуми, но увидели Ольгу, чьё лицо будто покрылось ледяной маской от еле сдерживаемого гнева.

— Я решила выйти и посмотреть, кто это так шумит, и услышала, как из этого грязного рта льётся клевета на господина Хифуми! Непростительно!

Магесса вперила свой острый, как нож, взгляд в двух рыцарей первого корпуса.

Понимая опасность, Мидас с Сабнаком отошли к стене.

— Ах ты тварь! Ты кто такая?!

Один из рыцарей, с копьём наперевес, направился к ней. Девушка, оставаясь на месте, просто вытянула вперёд правую руку.

Озадаченный её поведением, мужчина остановился, а в следующее мгновение воздушный клинок отделил его голову от тела.

— Такому отбросу, как ты, знать это незачем, — пробормотала Ольга так тихо, что её никто не услышал, и устремила свой взор на последнего врага.

— Вам не кажется, что эта девушка стала внушать ещё больший страх, чем раньше? — прошептал Сабнак.

— Тсс! Заткнись!

Может, Ольга не услышала парня, а может, просто решила проигнорировать его, но взгляда от своего противника она не отвела.

— Н-не подходи!

Увидев, что она использовала магию без посоха, мужчина, совсем не понимая, от чего ему защищаться, направил на девушку копьё и начал медленно отступать.

Ольга не остановилась, и пока копейщик лихорадочно размышлял, она вынула из нагрудного кармана прут длиной чуть меньше тридцати сантиметров и, держа его одной рукой, изящно раскрыла.

Все присутствующие увидели доселе невиданное в этом мире оружие — боевой веер — и теперь недоумённо смотрели на смертоносное металлическое изделие невероятно тонкой работы.

Ольга же восторженно провела пальцами по прохладному металлу.

— Что за хренотень?.. — задался риторическим вопросом последний противник.

— Хренотень?..

В изумрудных глазах девушки зажглись тёмные огоньки. Ольга подскочила к рыцарю и взмахнула веером слева направо.

Не успев отреагировать на её движение, рыцарь ошеломлённо закатил глаза, когда плоть с его щеки отлетела в сторону.

— Оскорбив это оружие, ты оскорбил господина Хифуми. Умри.

Пока мужчина, корчась от боли, хватался за лицо, Ольга с лязгающим звуком собрала веер и уколола им врага в горло.

Упав на пол, рыцарь извергнул из себя водопад крови и замер. Подражая Хифуми, Ольга достала из нагрудного кармана бумагу, аккуратно вытерла веер, а затем осторожно убрала его в карман.

После же она перевела свой уже не столь острый взгляд на Мидаса с Сабнаком.

— Что вы думаете об этом оружии?

— В-выглядит простым в использовании. Д-думаю, оно превосходно, — протараторил парень.

— В-верно. К тому же выглядит очень изящно, – поддакнул ему старший рыцарь.

Ольга мило им улыбнулась.

— Большое спасибо. В качестве благодарности я забуду тот грубый комментарий.

Всё-таки услышала!

Не обращая внимания на застывшего с натянутой улыбкой Сабнака, Мидас поклонился Ольге.

— Благодарю за то, что выручили. Без Вас у нас не было и шанса.

— Всегда пожалуйста.

Ольга пошла было дальше по своим делам, но вдруг остановилась:

— Да, я позаимствую третий корпус на эту ночь, хорошо?

— Зачем?

— Господин Хифуми попросил оцепить замок вплоть до рассвета. Так сказать, небольшая охота в клетке…

В это же время десять лучших людей первого рыцарского корпуса вломились в покои принцессы.

Грубо оттолкнув стоявшую перед дверью служанку в сторону, рыцари с копьями в руках осторожно приоткрыли дверь в спальню и впились глазами в стоящую посреди огромной комнаты кровать с балдахином*.

Их задачей было убить спящую девушку, и они медленно направились к кровати, убеждая себя, что всё это на благо королевства.

— Все вместе!

Искренне не желая смотреть на то, как из юной девушки утекает жизнь, они прямо через занавеску балдахина начали наносить удары в выпуклый силуэт на поверхности одеяла.

Чувствуя, как их копья проникают в плоть, в рыцарей всё сильней и сильней вгрызалось чувство вины. Но они задвигали это чувство подальше, напоминая себе, что восстанавливают справедливость.

Но тут из-за занавески зловеще прозвучало:

— Жалкое зрелище.

В тот же миг балдахин прорезал меч, а заодно и горло ближайшего из рыцарей.

Под брызнувший из шеи мужчины красный фонтан крови вышел Хифуми.

В левой руке он держал за волосы труп женщины, тело которой покрывали многочисленные раны от копий. Посмотрев на защитников замка, парень кинул тело к их ногам, и все они разом вздрогнули: это была королева.

Картина была настолько ошеломляющей, что просто выбила почву у них из-под ног.

Но растерялись не все:

— Соберитесь! Не теряйтесь перед лицом врага!

Благодаря громовому призыву, в глаза защитников замка снова вернулась жизнь, и они вновь сжали свои копья.

— Хе-ех, — обрадовался Хифуми и спрыгнул с кровати, пинком отбросив труп королевы со своего пути.

— Я попросил бы Вас, граф Тооно, не препятствовать нам. Где госпожа Имерария?

— Это для вас уже не важно. Как зовут?

— Я заместитель командующего первого рыцарского корпуса, Деймос. Граф Тооно, прошу Вас рассказать, где принцесса.

— Ваша госпожа мертва. Это ничего не меняет? Вы всё ещё хотите продолжать?

Деймос стиснул зубы.

— Мы присягнули на верность принцу Айперсу. А значит, ещё ничего не закончилось. И если Вы хотите встать на нашем пути… Вы умрёте.

— О, да я весь ваш.

Хифуми выставил левую ногу на полшага вперёд, взял катану двумя руками и завел её себе за спину.

На первый взгляд эта стойка выглядела беззащитной, но Деймос не мог найти брешь в его обороне. Он не видел меча графа, и не знал, как к нему подойти.

Вице-капитан ничего не знал о силе Хифуми, за исключением того, что вычитал о нём в отчётах. И сейчас он впервые испытает её на себе.

Пока Деймос лихорадочно искал способ сократить дистанцию, сам Хифуми оставался всё таким же спокойным.

Но это не могло продолжаться вечно.

Один из рыцарей не выдержал напряжения. Его яростный выпад Хифуми встретил молниеносным взмахом меча снизу-вверх. Разрубив наискось копьё, он в тот же миг обрушил катану вниз от плеча по диагонали.

— А-а-а!

Рыцарь потерял ногу под корень, и сейчас, дико вопя и теряя литры крови, катался по полу. Но недолго.

— Что это только что было?.. — пробормотал кто-то, искренне недоумевая.

Сам Деймос едва заметил движение меча, а другие и вовсе ничего не поняли. Хифуми не сдвинувшись ни на йоту и лишь вращая корпусом, за один вздох смог дважды наискось взмахнуть мечом.

— Ну же, ну же, ну же, подходите! Вас ведь ещё так… много!

Подразнил рыцарей Хифуми, и снова занял ту же стойку с выставленной вперёд левой ногой.

— Никому не вмешиваться! Я сам.

Рыцари отступили назад на несколько шагов.

Сам же Деймос, наоборот, решительно шагнул вперёд. Слегка присев, он покрепче сжал копьё.

— Ты опасен. Я покончу с тобой, даже если для этого мне придётся пожертвовать своей жизнью.

— Отлично. Попытайся.

Первым начал действовать Деймос.

Со скоростью, не уступающей мечу Хифуми, наконечник копья устремился к лицу парня.

Хифуми сместился вслед за левой ногой, едва избежав удара, и не меняя положения, тут же ответил взмахом катаны.

— Повторяешься!

Проворно сдвинув оружие, Деймос отбил меч наконечником копья, и, используя полученный импульс, снова перешёл в атаку.

Притянув катану к себе, Хифуми отбил ею наконечник в сторону.

После этого короткого обмена ударами, Деймос разорвал дистанцию.

— А ты неплох. Копьём орудуешь вполне на уровне, но вот с манерами проблемы.

Деймос оставил слова парня без ответа.

Хифуми сменил стойку: меч он теперь держал перед собой, а его наконечник находился на линии глаз*.

— Есть ещё один безнадёга, с которым мне сегодня ещё надо встретиться, а я уже спать хочу. Давай заканчивать.

Едва Хифуми закончил говорить, Деймос снова сделал выпад копьём, только теперь уже метя в сердце.

Граф не показал ни малейшего намерения уклониться, и вице-капитан уже уверился в своей победе.

Однако стоящий прямо перед ним парень немного повернул корпусом, и копьё попало в пустое пространство.

Убрав левую руку с рукояти меча и прижав ею копьё к телу, Хифуми нанёс колющий удар Деймосу в ответ.

— З-зажал копьё… Нелепо…

Клинок нашёл брешь в броне вице-капитана и теперь торчал в его животе.

И хотя изо рта Деймоса вытекала кровь, его лицо выражало не боль, а удивление. Хифуми, в знак благодарности за бой, решил его немного просветить:

— Пока не толкнёшь или не потянешь, не порежешь. Но если хорошо прижать, то и проблем не возникнет.

— Что за парень… — промолвил Деймос и замертво рухнул на пол.

Остальные рыцари, не зная, что им теперь делать, негласно решили, что должны хотя бы попытаться убить стоявшего перед ними противника и безрассудно бросились на парня.

— Медленно...

Рыцарей было ещё восемь, все они носили хорошие закрытые доспехи, но каждый из них падал с разрезанным горлом после одного скупого движения графа. Пол вокруг кровати принцессы очень быстро окрасился в алый цвет.

Покончив с ними, Хифуми вернул катану в ножны, вдохнул запах крови и улыбнулся.

Всё же здесь можно найти людей, которые могут оказать мне сопротивление, — и с этой мыслью Хифуми взглянул на этот мир с чуть большей симпатией.

Когда Хифуми разобрался с нападавшими, из тени кровати робко выглянула Имерария.

Граф это заметил, но внимания не обратил. Даже взгляда на неё не кинул, будто её и вовсе не было в этой комнате.

Имерария же посмотрела в угол комнаты, куда некоторое время назад Хифуми пинком отправил труп королевы.

Принцесса своими глазами видела последние мгновения жизни своей матери, видела её полное ненависти лицо, и теперь девушка смущённо пыталась понять, что чувствует: радость или горе.

Оглядев залитую кровью спальню, Имерария решила ещё раз прокрутить в голове недавние события.

После того, как Имерария вместе с Хифуми объявила перед народом о своём намерении занять королевский трон, она быстро покончила со всей работой и отправилась в свои покои.

— Как же до этого дошло?..

Переодевшись в светло-красную ночнушку, Имерария села на кровать и тяжело вздохнула.

Сильно изнурённая девушка чувствовала, как на её плечи стал давить ещё больший груз.

— О чём он, чёрт возьми, думает?!

Очевидно, что королевский трон ему и даром не нужен. Из докладов третьего корпуса выходит, что управление своим регионом он, в конце концов, полностью переложит на своё правительство. Вместе с тем, он привёл в порядок налогообложение, саму налоговую ставку снизил. Люди уважают его солдат и его самого.

Он тратит много средств на разработку оружия, но в роскоши не купается. Если же у него появляется свободное время, то он гуляет по городу и осматривает его.

«Он справедлив и добр к своему народу.»

Именно так думало о Хифуми большинство людей.

Поскольку эта оценка полностью отличалось от той, которую составила для себя сама Имерария, она долго не могла поверить, что речь идёт об одном и том же человеке.

— Может он ненавидит дворян и королевскую семью?

Это опровергал другой доклад, в котором говорилось об убийстве множества жителей трущоб. Получалось, что социальный статус и служебное положение человека на его решения никак не влияли.

Если человек ему мешает — он его убьёт.

А с получившим поддержку населения безумцем справиться будет куда сложнее. И если при его устранении Имерария допустит ошибку, злодеем заклеймят именно её.

К такому выводу пришла девушка, и от этого у неё разболелась голова.

Но тут беспокойные мысли принцессы прервал стук в дверь.

— Что-то случилось?

Ожидающая в соседней комнате распоряжений служанка открыла дверь, и, явно нервничая, вошла в спальню.

— Эм… к Вам граф Тооно…

Посмотрев на прислугу, Имерария в который раз за сегодня тяжело вздохнула.

— Пришёл ночью в покои к незамужней девушке… Пропусти его.

— Но…

По-видимому, служанку беспокоили возможные слухи и та опасность, которую может представлять собой мужчина в спальне принцессы, но Имерария уже давно не надеялась на здравый смысл Хифуми.

— Не беспокойся. Я вообще удивлена, что он просто не вломился сюда.

— Знаешь, это было довольно грубо.

Аккуратно отодвинув в сторону горничную, в спальню вошёл Хифуми, неся на плече большой свёрток.

— Считайте мои плохие манеры моей минимальной попыткой сопротивления. Итак, что вам понадобилось?..

— Секунду, — прервал Хифуми Имерарию и повернулся к служанке: — Найди Мидаса, пускай возьмёт под охрану покои принцессы.

И только после того как поклонившаяся девушка вышла из спальни, Хифуми бросил свою ношу на кровать. Упав на одеяло, длинный свёрток секунду полежал, а потом бешено задёргался.

— О, проснулась.

Имерария рефлекторно отпрыгнула от кровати, спряталась за спиной Хифуми и испуганно спросила:

— Оно… живое?

— Не пугайся ты так. Это ведь, в конце концов, твоя мать.

Когда Хифуми размотал королеву из ткани, та, вся взъерошенная, со связанными за спиной руками и кляпом во рту, вперила яростный взгляд в своего похитителя.

— М-мама?!

Хифуми вынул кляп, и та тут же начала верещать:

— Как ты посмел поступать со мной так?! Ты действительно думаешь, что всё закончится по-хорошему?!

— Г-господин Хифуми, зачем Вы это сделали?..

Когда принцесса схватила парня за руку, королева тут же сменила цель своей словесной атаки:

— Имерария! От тебя я этого никак не ожидала! Обманом заставила этого человека связать родную мать!.. но, в конце концов, заявив о своих притязаниях на трон, ты всем показала своё истинное лицо!

— Мама…

Даже Имерария не нашлась, что ответить, видя свирепый взгляд и леденящее кровь выражение лица родной матери.

— Такие дела, — как ни в чем не бывало, произнёс Хифуми. — Эта женщина хочет, чтобы на трон сел принц, а никак не ты, Имерария.

Королева не преминула огрызнуться:

— Молчать! Убив короля, ты совершил тяжкий грех! А теперь ты возомнил себя дворянином?! Идиот! Без признания короля ты — никто!

— Это так?

— Согласно законам королевства, назначение в ранг территориального дворянина прошло по всем правилам. Обычно процедуру присвоения титула проводит король, но…

— Другими словами, можно её не слушать.

Не стоило вспоминать об убийстве отца, мама. Хифуми считает это не грехом, а, скорее всего, обычной «местью», — с грустью подумала Имерария.

— Расскажу-ка я вам одну историю… — продолжил граф. — Когда я обдумывал, что нам делать с фракцией принца и проблемой престолонаследия, то совершенно случайно обнаружил, что в одной из комнат замка собрались люди и готовят покушение. Твоя мать приказала первому корпусу убить тебя, Имерария.

Не поверив словам парня, принцесса перевела взгляд на свою мать, но та и не думала обвинять Хифуми во лжи:

— Только из Айперса получится достойный король. Имерария, ты привела в замок человека, который посеял смуту в нашем королевстве, а затем и вовсе начала плести интриги, чтобы узурпировать власть в стране! Я должна тебя остановить!

С каждым словом королевы Имерария всё глубже погружалась во мрак.

После смерти короля, девушка делала всё, чтобы не дать королевству развалиться на части, отчаянно искала способ, который позволил бы сохранить мир в её стране. Ради матери, которая плохо себя чувствовала, ради её младшего брата, ещё юного и неопытного. Как бы ей ни было сложно, она старалась изо всех сил.

И тут такое…

— Как же ты поступишь?

Голос Хифуми вернул Имерарию в реальность.

— О чём Вы?..

— Эта женщина — скорее твой враг, нежели мой. Если она начнёт на всю округу орать про узурпацию, то проблем не оберёшься.

Такая забота сильно удивила Имерарию.

— Враг, говорите?..

— Она хочет убить тебя. Кто же она, если не враг?

— Но…

Неожиданно граф приблизился к принцессе вплотную, от чего та прервалась на полуслове.

— Оставишь её в живых — уверен, начнётся война между вашими фракциями, как на главной сцене, так и за её кулисами. Помни: основной удар примет на себя прислуга, или, говоря другими словами, — обычные люди. Более того, она — сторонник принца, и если ничего не предпринять, то рано или поздно твой брат встанет у меня на пути. А вот без неё он вполне может остаться таким же послушным мальчиком. И тогда ты сможешь создать именно ту страну, что ты так желаешь.

Разумеется, было кое-что, скрытое за этими словами: чем меньше в стране будет действующих лиц, тем легче ею будет управлять. И, конечно же, Хифуми об этом не собирался говорить.

Задумавшись над словами парня, Имерария сама и не заметила, как закусила губу до крови. В конце концов, она всё же нашла решение и, с трудом разомкнув губы, произнесла:

— Я не могу…

На лице королевы было такое выражение лица, будто ничего другого Имерария и сказать не могла, но вот следующие слова в миг вернули её с небес на грешную землю:

— Я хочу, чтобы Вы сами приняли решение.

— Т-ты отказываешься от своей матери?!

А ты разве уже не отказалась от меня?

— Как пожелаешь.

Хифуми выхватил катану и ударил навершием рукояти по изящной шее лежавшей женщины. Раздался довольно громкий хруст.

— Правильно ли я поступила?..

— Ещё слишком рано судить, — ответил Хифуми, поднял Имерарию за талию, а затем перебросил её на противоположную сторону кровати.

— Кьяа!

— Спрячься пока. Тебя идут убивать, — хмыкнул Хифуми, накрыл труп королевы одеялом, вернул на место балдахин и тихо проворчал: — Похоже, Мидас не успел…

— Как же так…

Рыцари обязаны были защищать королевскую семью, а не убивать её!

Имерария не смогла принять это всем своим нутром.

— До поры до времени тебя буду защищать я. Хорошенько подумай, кого ты хочешь видеть в своём окружении, и что будешь делать с этого момента. И да, ещё кое-что насчёт Паджо: намерения у неё были вполне неплохи, но вот план откровенно слабоват.

От внезапной похвалы на лице Имерарии появилось недоверчивое выражение.

— Если ты не укрепишь свой дух, то не выживешь в начавшейся войне. Ты ведь ещё не отбросила мысли о мести?

Имерария устремила свой гневный взгляд на Хифуми.

— Вижу, что нет. Так не споткнись на своём пути к ней. И пока твой клинок не настигнет меня, отчаянно сражайся за свою жизнь.

Послышался скрежет зубов.

— Да, вот так. Всё в порядке, даже если тобою движет гнев. Человек, мыслящий как я и обладающий сильной волей, рано или поздно столкнётся со мной. Тогда появятся смысл и желание убить друг друга. Будет весело.

Продолжая стоять спиной к Имерарии, Хифуми обнажил катану и мечтательно посмотрел на узор клинка.

А затем за дверью послышались шаги нескольких закованных в латы человек, и в комнату ворвался десяток рыцарей.

В тот момент, когда Мидас с Сабнаком наконец-таки добрались до покоев Имерарии, из её спальни вышел Хифуми.

Графу наконец-то хоть кто-то смог оказать хоть какое-то сопротивление, и потому у него было посвежевшее выражение лица, заметное даже во мраке ночи.

— Вы опоздали. Всю добычу я забрал себе.

— Где госпожа Имерария?

— Внутри. Смотрите под ноги, там повсюду… Ну, вы поняли.

Удивляясь про себя заботливости Хифуми, Мидас вошёл в спальню. Комната выглядела простенькой, но мебель в ней была поистине роскошной.

Весь вид портили лежавшие в лужах крови мертвецы.

— Все подробности спрашивайте у Имерарии. Я ухожу.

— Уходите? Куда?

— У меня есть ещё работа.

Провожая взглядом неспешно удалявшегося по коридору Хифуми с катаной в руках, Сабнак поражённо покачал головой.

— Такими темпами, сегодня весь рыцарский состав уменьшиться где-то на половину... Стоп, второго корпуса ведь нет. На треть?

— Ты ещё и шутишь?

— Шучу? Хорошо, если бы это действительно была только шутка…

В этот момент до рыцарей донёсся крик с другой стороны коридора.

— Таким образом, поскольку господин Хифуми будет чистить замок от всякого мусора, вашей обязанностью будет не дать мусору этот самый замок покинуть.

Внезапно появившись в караулке третьего корпуса, Ольга задержала всех расходящихся по домам рыцарей. Уйти она позволила только тем, кому по долгу службы надо было сменить своих коллег.

Когда все рыцари собрались в одной комнате, девушка отдала им приказ, при этом туманно объяснив его причины. Все уже знали, кто стоит перед ними, потому никто особо не роптал, хотя в мыслях своих все рыцари были весьма недовольны происходящим.

— Эм… уже время… мне домой пора… — сделала попытку одна из девушек-рыцарей.

— Нельзя.

Получившую отказ девушку тут же успокоили коллеги, и та покорно села обратно.

— В настоящее время замок поделился на две фракции: принца и принцессы. Первый корпус на стороне принца. И весьма вероятно, что рыцари этого корпуса сегодня ночью совершат покушение на принцессу.

— Что?! Глупости! Да кто в это поверит?! Их долг — защищать королевскую семью!

Ольга хлопнула в ладоши, чтобы прервать недоумённые возгласы рыцарей.

— Как бы то ни было, умрёт каждый, кто враждебен к графу Хифуми и принцессе Имерарии. Задача — никого этой ночью в замок не впускать и никого из этого самого замка не выпускать. Расположитесь чуть дальше замковых врат, охраняемых первым корпусом.

Во время своей речи Ольга медленно обмахивала себя веером, который чуть ранее достала из нагрудного кармана.

— Н-но… Даже если таков приказ графа Тооно, вести себя так, будто враги…

Ольга с лязгом захлопнула веер, чем прервала бормотавшего:

— Почему «будто»? Вы и так уже враждебны. Или ты из фракции принца? Ты враг господина Хифуми?..

Увидев, как напряглась рука девушки, держащая веер, старшие рыцари тут же вышли вперёд.

— Подождите, пожалуйста! Мы все следуем воле госпожи Имерарии! Кроме того, Мидаса с Сабнаком ведь для этого и вызвали?

— Верно, вам сражаться не придётся. Господин Хифуми всё сделает сам. Повторюсь: ваша задача — никого не впускать и не выпускать. Разве что ещё утром надо будет прибраться. Ничего сложного.

Магесса мягко улыбнулась. Выглядела она очаровательно, но это лишь вселяло в рыцарей ещё больший ужас.

— Благодаря господину Хифуми, очень скоро третий рыцарский корпус станет обладать наибольшим влиянием в королевском замке. Кроме того, если вы будете сотрудничать с нами и приложите достаточно усилий, господин Хифуми может забыть о том, что вы сделали на днях.

Но я этого никогда не забуду.

— Обучение на госслужащего?..

В одной из комнат для совещаний особняка лорда Фокалора собрались представители городов-государств, по своему желанию вышедших из состава Виши и присоединившихся к Осонгранде.

Перед всеми этими людьми с угрюмым лицом сидел Каим и равнодушно вводил их в курс дела. Рядом с ним, в качестве секретаря, сидела Булкура.

— Именно. Как я уже и сказал, лорд Тооно дал указание выбрать из каждого города несколько человек и дать им то же образование, что когда-то получили мы. Господа, после сегодняшнего собрания, я прошу вас провести в своих городах набор кандидатов, из которых мы потом проведём дополнительный отбор. И да, вам также, наравне со всеми, придётся пройти обучение.

Поскольку представителей городов вызвало к себе новое начальство, шли они на эту встречу с опаской, как за свою жизнь, так и за положение. На данный момент все облегчённо выдохнули, поняв, что до какой-то степени всё останется как прежде.

Но следующие слова Каима, выражение лица которого так и не поменялось, сдули напрочь их чувство безопасности.

— Если результаты вашего обучения будут неудовлетворительны, то Вы без всяких разговоров потеряете свою должность. Вас заменят люди, что подходят на данную роль лучше. Заранее спасибо за понимание.

Немалое число собравшихся просто унаследовали свои должности. Конечно, далеко не все из них скинули свои обязанности на других и предались развлечениям — были среди них и вполне ответственные люди, но нудно и монотонно говорящий Каим нагнал страху на всех.

Несколько человек после этой новости побледнели куда больше остальных.

— На срок обучения вам придётся остаться в Фокалоре. Не беспокойтесь, мы отправим в ваши города персонал и солдат территориальной армии с соответствующими полномочиями на время вашего отсутствия. Жильё для вас мы также подготовим, но, при желании, вы можете найти место, где остановиться, сами. Просьба в таком случае уведомить нас об этом. Есть вопросы?

— Я бы хотел взять эти документы с собой, домой, чтобы изучить, — неуверенно пролепетал один из наиболее перепуганных мужчин. — Это возможно?

Каим, не меняясь в лице, уставился прямо в глаза вопрошающему.

Это плохо, – встрепенулась Булкура. Девушка уже знала об этой его привычке — чиновник вот-вот выйдет из себя.

— Эм… — начал было говорить мужчина, но вдруг Каим открыл рот:

— Каким образом Вы собираетесь их изучать? Вы только что получили «цель» и «приказ» от своего лорда. Что ещё изучать? Будете решать, подчиниться или нет? У Вас уже нет выбора — Вы и Ваш город должны будете подтвердить свою полную лояльность графу Тооно лично.

— В-вы не…

— Я полностью передам господину Хифуми весь наш разговор. Я не знаю, каким образом Вы теперь будете подтверждать ему свою верность… Зная его, Вы как минимум можете потерять половину города.

— В-вы неправильно меня поняли! Искренне прошу простить меня за это недоразумение!

— Недоразумение? Вы очень плохо понимаете положение дел. Я это обязательно запомню, и, разумеется, это отрицательно скажется на вашей общей оценке. Запомните: Вам всем следует быть очень внимательными, ибо все Ваши слова и действия рано или поздно дойдут до нас.

Булкура кинула недовольный взгляд на Каима, пытаясь донести до него, что его слова также отразятся в отчёте.

— Господа, я надеюсь, что впредь вы тщательней будете выбирать свои слова. Наша цель — честные и открытые отношения, но, будучи к нам враждебны и чиня нам препятствия, — прощения не ждите. Ваш новый лорд терпим к своим подчинённым, но врагов он прощать не умеет. Не забывайте, что лишь одно неосторожное слово может стоить жизни. Буквально. Ещё какие-нибудь вопросы?

Ответом была лишь тишина.

Рибезал, командующий первым рыцарским корпусом, в данный момент сидел в своём кабинете и ждал Деймоса, которого отправил за головой принцессы. Неподалёку, так же томимый ожиданием, сидел вице-капитан Рангул, бывший в том же звании, что и Деймос.

— Что-то он долго…

От Деймоса требовалось всего-навсего убить одну девушку, которая к тому же жила в том же замке. Он уже давно должен был с этим покончить.

Но ещё больше Рибезала беспокоила королева. Когда камергер зашёл в её покои, то хозяйки внутри не обнаружил. Её сейчас ищут по всему замку, но результатов по-прежнему не было.

— Может быть, что-то пошло не так?

Разумеется, я уже думал об этом. Рядом дежурит десяток рыцарей, надо отправить половину проверить, что там и как.

— Возможно. Сходи проверь, возьми с собой несколько людей.

И когда Рангул уже открыл рот для ответа, в дверь кабинета постучали.

— Вернулся?

Но сколько бы они не смотрели на дверь, та не открывалась.

— Да в чём дело?

С этими словами Рангул направился к двери, и в тот миг, когда его рука коснулась дверной ручки, в его голову вонзился клинок.

То ли со вскриком, то ли со скрипом клинок покинул тело рыцаря, и потерявший опору вице-капитан тут же повалился на дверь, по которой и сполз на пол.

Спустя секунду труп мужчины отбросила в сторону распахнувшаяся от удара ноги дверь — в комнату вошёл Хифуми.

— Ублюдок!

Рибезал знал Хифуми в лицо, ведь своими глазами видел последние мгновенья жизни короля.

Оглядев кабинет, граф беззаботно спросил:

— Чья это комната?

— Ты в кабинете командующего первым корпусом, в моём кабинете! Какого чёрта ты здесь забыл, ублюдок?! — проревел глава корпуса и направил копьё на молодого графа, который в расслабленной позе стоял у двери.

— А, уборкой я занимаюсь. Когда вокруг шумят, это сильно мешает работать всем остальным.

— Не думай, что всё будет так просто! — прокричал Рибезал, и в тот же миг из укрытий выскочило два мага, которые не медля выпустили в парня огненные шары.

— О, впервые встречаю магов огня! — с восторгом воскликнул Хифуми, уклоняясь от сгустков ревущего пламени.

И в тот же момент в бой вступил глава первого корпуса. Остриё его копья вспороло доги графа в районе плеча, но и только.

— Отличный выпад!

Ответный горизонтальный взмах мечом так же разорвал лишь воздух, потому как рыцарь проворно отскочил в сторону.

Хифуми же переключился на одного из магов, и со словами: «Не играй с огнём в помещении, это опасно!» рубанул мечом.

Рассечённый от плеча до паха маг тотчас же испустил дух.

— Дерьмо! — прокричал его товарищ, отправляя в полёт ещё один огненный шар, но развернувшийся Хифуми взмахом меча поделил на две части и его.

— Надо же, и впрямь разрубил…

Можно ли этот меч по-прежнему называть «катаной»?

Подгадав идеальный момент, когда парень отвлечётся, на него с боку напал Рибезал.

Вынужденно уклоняясь от колющего удара, Хифуми отпустил меч и откатился в сторону. Рыцарь не отставал, и графу снова и снова приходилось откатываться.

Но, улучив момент, Хифуми быстро встал на колено, перехватил копьё и резким движением вогнал его тупой стороной в живот своему бывшему хозяину.

— Гух!

Выпустив оружие из рук, Рибезал рухнул на пол.

Однако, сильно кашляя и пытаясь отдышаться, глава первого корпуса быстро встал на ноги, тут же прикипев взглядом к своему копью, которое сейчас было в руках Хифуми.

— Отличное копьё. И баланс, и вес, — всё в полном порядке.

Не отводя взгляда от оружия, Рибезал начал медленно пятиться назад.

— Убьёшь безоружного противника?

— Ты что, серьёзно? — поразился Хифуми, но тут в комнату влетело несколько рыцарей.

— Мы услышали шум! Капитан, вы в порядке?

Увидев среди трупов вице-капитана, а также Хифуми с копьём в руках, рыцари на мгновение опешили, но быстро пришли в себя и встали напротив парня. После чего один из них сказал вполне ожидаемые слова:

— Ублюдок! Какого чёрта ты здесь делаешь?!

Вместо ответа Хифуми крутанул копьё и ударом тупого конца разбил Рибезалу челюсть, снова сбив того с ног, а затем переключился на ближайшего рыцаря, в мгновенье ока нанеся тому четыре удара в незащищённые доспехами области: глаз, горло и обе ноги.

И даже когда мёртвый парень, всем телом извергая фонтаны крови, повалился на пол, его товарищи так и не поняли, что произошло. А вместе с тем, Хифуми подрезал горло ещё одному рыцарю, который стоял чуть в стороне.

— Вы так и будете стоять? Для чего нужны копья в ваших руках? ШЕВЕЛИТЕСЬ!

Потеряв самообладание, рыцари яро кинулись на графа, но тот не только ловко отвёл от себя наконечники их копий, но и успел ответить: один из нападавших, заливаясь кровью, рухнул на пол.

— Что ж вы только колете?! В искусстве боя копьём есть и другие удары!

Подскочив к одному из противников, попутно отразив в сторону очередной колющий удар, Хифуми завёл рыцарю копьё под ноги и толкнул того в плечо, и как только спина мужчины коснулась пола, вонзил ему в горло остриё оружия.

В следующий момент парень встречал уже новую атаку: закрутив и опутав копьё противника своим, Хифуми выбил оружие из рук рыцаря, и пока тот ошеломлённо провожал его взглядом, одним точным выпадом забрал его жизнь.

Пока в кабинете разворачивалась кровавая трагедия, его хозяин, с превеликим трудом терпя боль в сломанной челюсти, вертел головой, пытаясь избавиться от звёзд в глазах. И когда ему это, наконец, удалось, он встал и шаткой походкой направился в угол комнаты.

Дойдя до стены и надавив на неё рукой, Рибезал открыл потайной ход, в который с трудом мог протиснуться один человек, что, собственно, он и поспешил сделать.

Побег Рибезала не прошёл мимо внимания Хифуми, в это самое время отражавшего атаки выстроившихся в линию рыцарей первого корпуса. Их стало заметно больше.

Он, после побега из замка, скорее всего, соберёт остатки своего корпуса, покинет столицу и отправится к Айперсу. Потом наверняка вернется, приведя сюда и принца, и второй рыцарский корпус, — начал размышлять Хифуми. — Отлично, пусть бежит. Тогда расклад сил станет таковым: фракция принцессы, с третьим корпусом во главе и королевским замком в качестве базы, займёт оборонительную позицию, фракция принца, с первым и вторым корпусами, наоборот, попытаются замок отбить…

Граф, залитый кровью своих жертв с ног до головы, ярко улыбнулся. Рыцари же, не понимая причин его радости, чувствовали, как ужас окутывает их сердца.

В эту ночь первый рыцарский корпус потерял треть своего состава. Оставшиеся в живых присягнули на верность принцессе, либо вместе с Рибезалом сбежали из столицы.

Утром нового дня, спешивших на работу дворян и госслужащих королевский замок встретил мрачной атмосферой, чем обескуражил всех.

Каждого решившегося войти в замок, без исключения, останавливали рыцари, и только после выяснения личности, пропускали дальше. Помимо этого, чиновники замечали и других рыцарей, которые с носилками в руках выходили через расположенный в стороне выход.

Одна из женщин-госслужащих, посмотрев на рыцаря с чёрными мешками под глазами, который её только что проверял, не справилась с любопытством и задала ему вопрос:

— Что здесь произошло?

— Ничего особенного, — бесцветно ответил тот. — Просто всю ночь напролёт резали друг друга.

— Что?!

— А, всё в порядке, — пришёл наконец в себя мужчина. — Граф Тооно обо всём позаботился. Но, тем не менее, прошу вас об этом не распространяться…

Рыцаря внезапно прервал вскрик его собеседницы. В тот момент она кинула взгляд на носилки — с одной из них немного сползла ткань, предоставляя на свет Божий вид отрубленной человеческой головы.

Лицо госслужащей побелело.

— С госпожой Имерарией всё хорошо?

— Конечно, ведь на её стороне «рыцарь тонкого меча», — а про себя добавил: — Чтоб его…

Благодаря «уборке», Имерария быстро закончила с организацией Осонгранде.

Большая часть дворян переметнулась из фракции принца на её сторону. Так же многие из них поспешили лично встретиться с принцессой и заверить её в своей верности, при этом делая вид, что наносят лишь визит вежливости.

Борясь со скукой, Имерария продолжала выслушивать дворян, каждый из которых уверял её в том, что теперь она всецело может на него положиться. А за спиной девушки стоял Хифуми и ярко улыбался — он был полностью доволен происходящим.

После ещё нескольких встреч, дворяне, наконец, закончились, и Хифуми поспешил откланяться:

— Что ж, фундамент заложен! Дальше всё в твоих руках.

— Куда направитесь на сей раз, граф?

— В Виши. А после… посмотрим. До встречи!

Проводив Хифуми, Имерария уселась в своё глубокое кресло и закрыла глаза.

— С этого момента начинается настоящая борьба…

Вскоре я взойду на престол... Думаю, эта новость быстро дойдёт до брата. Нужно успеть до его возращения заложить прочную основу для будущего Осонгранде. Нельзя дать погрязнуть стране в трясине гражданской войны.

Только абсолютная власть даст мне возможность защитить брата.

— И ради этого, прежде всего, мне нужно стать сильнее…

Примечания

  1. Небольшой, чаще всего поддерживаемый роскошными колоннами навес, оформленный драпировкой.
  2. Стойка называется «Сэйган но камаэ», если Вам интересно.

Комментарии