Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Завтра ветер переменится

В бизнес-колледже Дзёто начался новый учебный год.

Меня зовут Юси Инаба, первый в списке учащихся нашего 3-В класса. Вот и подошел мой последний школьный год… Это так волнительно.

С того дня минуло уже пять лет.

Когда я учился в первом классе средней школы, мои родители погибли. Мне пришлось перебраться к родственникам, в тесную комнату в четыре с половиной татами… где я закрылся от всех в своем маленьком внутреннем мирке. Друзья меня оставили, ничего не приносило радости, из головы не уходили тревожные мысли о будущем, я с трудом сдерживался, чтобы не сорваться и не начать крушить все вокруг. Если бы не Хасэ, единственный, кто не покинул меня, кто знает, что бы со мной стало.

И если бы не переезд в «Котобуки»…

Я так горел желанием поскорее уехать из дома дяди, найти работу и обрести независимость, что выбрал в качестве старшей школы бизнес-колледж Дзёто. Но радость от поступления быстро сошла на нет, когда я узнал, что школьное общежитие сгорело дотла. Это известие стало для меня как ушат холодной воды: еще одно столкновение с жестокой реальностью, когда я оказался бессилен что-либо изменить. Как со смертью родителей.

Я едва не впал в отчаяние, но непредсказуемая судьба привела меня в частное общежитие «Котобуки». Больше известное как «Особняк нежити». И не зря — здесь правда кишмя кишат самые настоящие привидения и нежить.

Общество потусторонних существ и не уступающих им в необычности людей разрушило мои прошлые мировосприятие и мировоззрение, не оставив от них и камня на камне, после чего мне пришлось выстраивать их заново, заодно меняясь самому.

Прежде я думал, что мне достаточно одного Хасэ.

Прежде я мечтал поскорее пойти работать, стать самостоятельным, а там уже и «молодостью» насладиться.

Но теперь все по-другому.

У меня впереди долгая жизнь в бесконечно огромном мире…

Почему бы не позволить себе расслабиться?

Жизнь в особняке научила меня так думать. Научила меня этого хотеть.

И… мой мир начал расширяться. Передо мной стали открываться все новые и новые возможности. В том числе и откровенно фантастические — как, к примеру, моя встреча с магической книгой «Пти Иерозоикон».

Настоящий гримуар, в котором заключены двадцать два волшебных и демонических создания, избрал меня своим мастером. Так я стал книжником — слабеньким, но все-таки магом.

Но даже получив в свое распоряжение два с лишним десятка сверхъестественных существ, я все равно продолжаю вести жизнь самого обычного школьника. Этому меня тоже научил особняк: здешние обитатели, несмотря на всю свою «ненормальность», остаются совершенно «нормальными». Оказывается, одно другому вовсе не противоречит.

За последние два года под влиянием умудренных жизненным опытом соседей по «Котобуки», старших коллег на подработке, знакомых и приятелей в школе и многих других людей и потусторонних созданий я смог обрести собственное «я».

Осенью первого класса колледжа я уехал из особняка ради «нормальной» жизни. Но задумавшись: «А что это такое — нормально?», — я в конце концов вернулся. Потому что посчитал, что отсюда «обычный мир» видится яснее и что здесь я лучше понимаю сам себя.

И ведь не ошибся.

Я торопился повзрослеть, веря, что таким образом смогу отблагодарить родителей. Смогу похвастаться им, наблюдающим за мной с Небес: «Смотрите, какой я самостоятельный!». Нет, конечно, это правильно, но…

Я решил притормозить.

Побыть еще немного ребенком, «разбогатеть душой», пусть в будущей работе мне это мало чем поможет.

Отбросить на время мысли о трудоустройстве, на которых я зациклился в последние годы, и просто читать книги, смотреть фильмы, путешествовать.

И продолжить учебу.

В университете…

Когда я рассказал об этом дяде Хироси (он мой опекун, пока я не стану совершеннолетним), тот немедленно меня поддержал.

— Будь жив твой отец, он бы сто процентов отправил тебя в университет. Он наверняка сейчас в восторге, что ты принял такое решение. Я ведь не говорил с тобой на эту тему, потому что видел, что ты искренне хотел как можно быстрее пойти работать, но я рад, что ты передумал, — сказал дядя, дымя сигаретой.

Признаться, те три года средней школы, что я прожил в его доме, дались мне нелегко. Дядя Хироси и тетя Кэйко — люди хорошие, но забота обо мне стала для них серьезным бременем, плюс их единственная дочь Эрико, тяжело переживавшая подростковый возраст, меня на дух не переносила. Да и я сам после смерти родителей постоянно был в подавленном настроении, меня все раздражало, и я с трудом держал себя в руках… От того периода жизни в их доме у меня не осталось ни одного хорошего воспоминания.

Но все это в прошлом. Даже с Эрико мы нашли общий язык. В тот памятный день год назад в самом начале весны, когда мы впервые поговорили по душам на берегу мерцающего под ясным небом моря.

А теперь вот дядя говорит, что радуется моему решению продолжить учебу. Значит, он за меня переживает. Как же хорошо, что я не успел их по-настоящему возненавидеть…

Многое становится понятно лишь с течением времени.

А кое-что нельзя понять, не взглянув на это под другим углом.

Нельзя торопиться с поисками ответов.

Я хочу идти по жизни не спеша. Чтобы не упустить ничего вокруг.

— Насчет денег не волнуйся. Твой отец оставил достаточно. Только не провались на экзаменах, Юси, слышишь? На вторую попытку уже не хватит.

— Понял!

Мои соседи по Особняку нежити тоже обрадовались моему решению продолжить учебу.

— Не работать, чтобы прожить, а пожить для души, расширить собственные горизонты… Ах, молодость! — на невзрачном, с точно ребенком нарисованными чертами, лице Рэймэя Иссики расцвела улыбка. Поэт — один из старожилов «Котобуки». Пишет сказки для взрослых. Человек (кажется).

— Ну наконец-то ты решил немного по сторонам оглянуться, а то только о работе и твердил, как заведенный, — в своей привычной манере немного грубовато заметил Акира Фукасэ, он же Художник. Внешне напоминает главаря банды байкеров (по слухам, в прошлом он им и был, и до сих пор обожает мотоциклы). Его картины пользуются большим успехом за рубежом. Человек (но в драке настоящий разъяренный демон).

— А-ах, как же это замечательно! Как трогательно, просто до слез! О, эти душевные метания юношества из-за выбора жизненного пути! Кем стать, куда пойти, сколько возможностей и преград встают перед еще неокрепшими сердцами!.. Все-таки люди — удивительные создания! — восклицал Сато-сан, нежить (правда, неизвестно, какая именно), обожающий людей. Прикидываясь человеком, успел дослужиться до финансового директора одной крупной косметической компании.

Среди обитателей особняка полно и других неординарных личностей: мастер магической книги «Семь мудрецов» Букинист; длинноволосый красавец-экстрасенс Рю-сан; путешествующий между измерениями в поисках диковин на продажу Антиквар, Садако-сан, Ямада-сан, Судзуки-сан, Черный Бонза, привидение в виде одних кистей рук и многие другие.

— У тебя впереди еще целый год, успеешь подготовиться. С твоими мозгами можно и на государственный университет замахнуться! — сказал Поэт.

Я смущенно почесал голову.

— В том-то и дело, что на частный денег не хватит. Хочешь — не хочешь, а придется прорываться в государственный.

— А с направлением определился — гуманитарное или естественнонаучное?

— Ну… Пока думаю о гуманитарном.

— О! — заинтересованно округлил глаза Поэт. — И на какой факультет? Культурология? Философия? Психология? Или, может, фольклористика?

— Честно говоря, все интересно…

— Это точно!

— И ни на чем не разбогатеешь! — захохотал Художник.

Мы все тоже невольно засмеялись.

— Ну что же, тост за новое устремление Юси-куна! Кампай!

— Кампай!

Взрослые подняли рюмки, я — чашку с зеленым чаем.

Сегодня на ужин к рису были сочные куриные бедра с поджаристой хрустящей кожицей и сваренные в бульоне ароматные нежные яйца. На закуску был салат из бамии и ямса. Гений кулинарии Рурико-сан не перестает радовать нас своими творениями.

— Рурико-сан, все невероятно вкусно! — не сдержал я восхищенного возгласа.

Та радостно потерла тонкие белые пальцы.

— Наш господин избрал новый жизненный путь… ваши преданные слуги тронуты до глубины души! — проникновенно произнес появившийся из ниоткуда на моем столе пятнадцатисантиметровый человечек — заключенное в карте «Нуль» сверхъестественное существо по имени Фул, путеводитель по «Пти». — Мне не найти достойных слов, чтобы описать красоту волн, что вы сейчас излучаете! — он привычно согнулся пополам в поклоне.

Удивительно все-таки, что судьба свела меня с этими невероятными существами.

Я сел на стул и на полном серьезе обратился к Фулу:

— Надеюсь, я могу и в дальнейшем на вас рассчитывать?

Фул в крайнем смущении замотал головой:

— Что вы! Что вы, господин! Разумеется! Непременно! Мы всегда, и днем и ночью, готовы явиться на ваш зов и положить за вас жизни!

Он еще долго пафосно вещал что-то в том же духе. Доверия, как обычно, особого не вызвал, ну и ладно.

Задули еще не утратившие весеннюю прохладу майские ветра.

Сегодня в Дзёто день традиционных пикников на природе. Все классы отправились в парки аттракционов, в скверы или на побережье. После суматошного апреля и выходных Золотой недели для первых и вторых классов это прекрасная возможность немного расслабиться и поближе познакомиться с новыми одноклассниками. А для третьих — шанс ненадолго забыть о предстоящих промежуточных тестах.

Хотя для нашего «В» эта прогулка имела особое значение. Наоми Тиаки, наш классный руководитель, начал работать в Дзёто лишь с осени, поэтому это наш первый с ним пикник. Девушки всю неделю не находили себе покоя от предвкушения. Ничего удивительного: Тиаки — красавчик, каких поискать.

Но этот хронически бледный из-за анемии учитель ведения бухгалтерского учета и информатики (по совместительству еще и консультант) не просто смазлив, он еще и большой модник и обладатель потрясающего певческого таланта. С чего Тиаки решил податься в педагоги — большая загадка, но явно не единственная. По нему сразу видно, что ему пришлось многое пережить, но о своей личной жизни он предпочитает не распространяться.

Так что его бешеная популярность среди учеников совершенно понятна. Девушкам, в принципе, достаточно уже одного того, что он красавчик, а парни видят в нем пример для подражания, этакого «классного старшего брата», с которым можно поговорить абсолютно на любые темы. Школьные хулиганы так вообще от него без ума.

Вот и этот пикник не обошелся без небольшого переполоха из-за Тиаки: как я понял, девушки из разных классов держали «совет», по итогам которого целых семь классов (включая, естественно, нас, «вэшников») из десяти отправились в одно место.

Нашим пунктом назначения стал небольшой парк аттракционов. Местным он давно наскучил, но нашим девушкам было все равно, куда пойти, лишь бы к Тиаки поближе, а остальные просто развлекались в свое удовольствие. Зато администрация парка, наверное, страшно обрадовалась: почти три сотни посетителей в будний день.

— Тиаки-сэнсэй, пойдемте с нами на колесо обозрения!

— Нет, сначала в комнату ужасов!

— Хорошо-хорошо, потом. Всё потом, — с трудом отбился от окруживших его учениц Тиаки и, сев на скамейку в теньке, закурил.

Из-за низкого кровяного давления в первую половину дня он всегда сонный. Девушки об этом знают, поэтому сильно не достают. Вместо этого хватаются за фотоаппараты и мобильники.

— А-ах, меланхоличный Тиаки-тян такой классный! — вздыхала вооруженная профессиональной фотокамерой Тасиро — моя одноклассница и одноклубница, одна из немногих девушек, с которой я могу свободно болтать, гениальный информатор и заместитель президента школьного совета.

Тиаки как-то раз упомянул, что у него в друзьях есть фотомодель, но он и сам порой одевается так, что хоть сейчас размещай фото в журнале мод. Вот и сегодня на нем был скромный на вид серо-голубой пиджак с эффектом крэш поверх черной футболки и джинсы с вышивкой в виде сакуры на левом заднем кармане из коллекции «традиционные мотивы» от Нисидзинъори.

— Нисидзинъори? — переспросил я, когда он назвал мне брэнд. — Погодите, те самые Нисидзинъори?! Из Киото?! Настоящие?! Они же, наверное, жутко дорогие!

— Да не особо, одна пара — где-то сорок-пятьдесят тысяч, — флегматично отозвался Тиаки.

Забыл уточнить: Тиаки — богач (точнее, его родители, но и он сам денег не считает). Для него свитер стоимостью в несколько сотен тысяч иен — это повседневная одежда. И это обычный школьный учитель, представляете?

— Тиаки, — подошел я к нему.

— М?

— Можно… присесть ненадолго?

— В чем дело?

С самого начала нового учебного года Тиаки был страшно занят, даже на переменах и после уроков, поэтому поговорить с ним никак не получалось.

Я опустился рядом с ним на скамейку. До слуха доносились приглушенные расстоянием щелчки затворов фотокамер (да вылезьте вы из кустов и снимайте нормально! Хотя нет, вообще прекратите нас фоткать!).

— Я решил поступать в университет, — не стал ходить я вокруг да около.

Тиаки изумленно округлил глаза и на секунду застыл, не донесся сигарету до рта.

— И давно?

— На весенних каникулах.

Брови Тиаки сошлись на переносице.

— О таких важных вещах надо сообщать сразу же!

— Ну, с дядей я уже поговорил, он согласен. Извините, что вот так, постфактум… — улыбнулся я.

Тиаки криво усмехнулся.

— И со мной даже не посоветовался…

— Да как-то… подумал вдруг, что хочу в университет… И решил, а почему бы и нет. Сам решил.

Тиаки выдохнул в сторону сигаретный дым и опять ко мне повернулся.

— Хоть скажи, с чего вдруг такие перемены?

— М-м… — я ткнул ему пальцем в грудь. — Вы же сами сказали, помните? Что мне не обязательно быстро взрослеть. — Не дождавшись реакции, я продолжил: — Именно поэтому. Подумал, а почему бы еще немного не побыть ребенком…

По скамейке и по дорожке перед нами мельтешили солнечные зайчики. Молодая листва переливалась в теплых лучах, будто изумруды. На фоне нее яркими белыми пятнами выделялись рубашки учеников, снявших пиджаки и свитера. Откуда-то издалека донесся рев самолета, но его заглушил восторженный визг катающихся на американских горках.

— Я думал, чем раньше пойду работать, тем быстрее стану взрослым… на практике, так сказать. Но сейчас мне хочется сначала попробовать себя в разном, пусть я и не смогу на этом заработать. Читать книги, забыв о времени. Поехать куда-нибудь. Посмотреть мир, познакомиться с людьми… И учиться… чему-то такому, что заставит меня удивляться. Что будет интересно… — я осекся, почувствовав, как горят щеки от собственных признаний.

Но Тиаки не думал смеяться. Он смотрел на меня… даже не знаю, как описать… очень тепло. Как мама… или нет, в его взгляде было что-то еще, что-то смутное, едва различимое…

«Вы в порядке?» — хотелось спросить.

— Тиаки, — я осторожно положил ему на плечо руку.

Он вздрогнул, будто все это время видел вместо меня кого-то другого, а мое прикосновение вернуло его к реальности.

Уголки его рта слегка приподнялись.

— Ясно… Учиться никогда не поздно, но лучше всего, когда человек этого искренне хочет. Раз тебе захотелось — так и делай. У тебя еще полно времени, ты справишься.

Он ласково потрепал меня по волосам. Я уже хотел возмутиться, что он обращается со мной, как с маленьким, но язык не повернулся. По его лицу было не похоже, что он снисходит ко мне. Казалось, Тиаки сейчас заплачет.

Пока я безуспешно пытался подобрать слова… на нас хлынул каскад щелчков и вспышек.

Оглянувшись, я обнаружил, что нас окружил целый отряд вооруженных фотокамерами и мобильниками девушек.

На секунду все застыли.

А в следующий миг девушки оглушительно завизжали и бросились врассыпную.

— Ты сняла?!

— Сняла!!! А-а-а!!!

— Видели лицо Тиаки-тяна?! Просто отпад!!! — узнал я сквозь другие вопли писклявый от восторга голос Тасиро.

Хорошо им, умеют получать удовольствие от жизни. Так и надо.

— Мда… — протяжно выдохнул сигаретный дым Тиаки.

— Везет вам, вы так популярны, — едко заметил я.

— У всего есть обратная сторона, — на полном серьезе сказал он, пожимая плечами.

Ага, и именно я чаще всего из-за нее и страдаю, общаясь с вами.

— Но это не отменяет того факта, что я на самом деле твой большой должник — сколько раз ты меня спасал. Спасибо, дорогой, — Тиаки демонстративно приобнял меня одной рукой.

— Не за что, милый.

— Ха-ха-ха-ха.

— Ха-ха-ха-ха-ха.

— О, Тиаки-сэнсэй.

Тиаки подавился слюной.

К нам подошла Аоки, как всегда в окружении своих фанатичек.

Комментарии