Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Конец как начало

И вот до церемонии выдачи аттестатов остался один день. Сегодня в Дзёто прощальный концерт.

В первую половину дня в актовом зале провели репетицию церемонии. Кроме членов школьного совета и их помощников (преимущественно из нашего класса), все остальные учащиеся первых и вторых классов пришли в колледж после полудня.

Помощники по большей части были нужны для мелких поручений самих членов школьного совета: задернуть шторы на окнах, подобрать мусор, сбегать за обедом и так далее.

В какой-то момент я заметил, что у актового зала остановились два автобуса, из которых вышли то ли пять, то ли шесть незнакомых мужчин в возрасте от двадцати до тридцати лет. Причем в автобусах еще явно кто-то оставался. Среди новоприбывших заметно выделялся очень высокий мужчина с длинными каштановыми волосами.

«Иностранец?..»

Рядом с ним стоял Тиаки и о чем-то говорил с остальными в группе. Похожий на иностранца непринужденно положил ему руку на плечо, так что они явно были близко знакомы. Приглядевшись, я заметил у всех гостевые пропуска Дзёто.

«Знакомые Тиаки?.. То есть они как-то связаны с его сегодняшним выступлением?»

Но эти мужчины не выглядели «просто приятелями»… Как бы это объяснить… Они излучали особую уверенность профессиональных музыкантов. Это были не «обычные работяги», которые по просьбе «друга Тиаки» решили вспомнить старые-добрые времена, когда они все вместе играли в школьной группе… Эти люди знали, что такое настоящая большая сцена.

«Если подумать, Тиаки ведь не мог организовать концерт в той его прошлой школе в одиночку. Может, ему помогали эти же люди?»

У Тиаки наверняка немало знакомых в мире музыки. Что же он на сегодня приготовил? Что бы ни выкинул этот невероятный учитель, я уже ничему не удивлюсь.

— Начинаем прощальный концерт пятьдесят первого выпуска колледжа Дзёто! — объявила в микрофон новый президент школьного совета Мацуока.

Все члены совета заметно волновались, ощущая на себе пристальный взгляд сидящей в зрительном зале Камия-сан (у нее, кстати, за плечами два срока президентства подряд).

На открытие занавеса забитый до отказа актовый зал ответил восторженными криками. Воздух искрил от напряжения и предвкушения. Девушки так вообще не могли спокойно усидеть на месте. В том числе и Камия-сан, которая будто вернулась в прошлое, когда сама еще была легкомысленной первоклассницей, и о чем-то весело перешептывалась и хихикала с подругами.

Все школы проводят прощальные концерты в соответствии со своими традициями (у Хасэ, к примеру, каждый год выступают знаменитые исполнители), но бюджета нашего колледжа хватает только на то, чтобы пригласить пару профессиональных артистов на Культурный фестиваль, поэтому прощальный концерт проводят своими силами. Вот и сегодня члены нового школьного совета и условно добровольные помощники как заведенные носились за сценой, следя за звуком и светом, чтобы не было заминок между номерами.

Опустился большой экран, на котором под популярные песни этого года замелькали снимки третьеклассников. Выезд на природу и турнир по играм с мячом весной, дополнительные занятия летом, Спортивный и Культурный фестивали осенью… С заблестевшими от навернувшихся слез глазами завтрашние выпускники показывали на экран, шептались и смеялись с друзьями, вспоминая прошедший год.

По окончанию музыки и ролика раздались теплые аплодисменты. Зал охватила дружелюбная атмосфера.

Как я слышал, оркестр и театральный кружок в этом году изрядно поломали головы над тем, что приготовить на концерт. Ведь сразу после их номеров должен был выступать Тиаки.

— Вдруг начнут кричать: не нужна нам ваша сценка, давайте скорее Тиаки? — волновалась новая глава театрального кружка. И без того хватало поводов для нервов: это была первая постановка без участия третьеклассников, ребятам из вторых классов всё пришлось делать самим (хотя это относилось не только к их кружку, если на то пошло).

В итоге остановились на оригинальной пьесе на тему выпускного: серии мини-сценок про то, как старшеклассницы (в театральном кружке парней нет) со смехом и слезами переживают последний школьный день.

Размышления о друзьях. Об уроках. Сожаления о том, что так и не завела парня. Что так и не смогла разлюбить учителя. Болезненные уколы других девушек, завидующих твоим отношениям с парнем и так далее. В Дзёто девушек большинство, поэтому старания театрального кружка зря не прошли.

За этим последовала серия мини-сценок на тему будущего и связанных с ним планов и тревог. Кто-то пойдет работать недалеко от дома, кто-то уедет учиться в университет в другом городе, но все без исключения полны ожиданий и страхов. У многих этот день ознаменует расставание с друзьями. Это была больная тема не только для третьеклассников, ребятам из вторых и первых классов совсем скоро придется тоже это пережить. Зал погрузился в задумчивость.

Но тишину нарушило появление на сцене Такаяма-сэнсэя в роли директора. Кое-кто из выпускников не сдержал изумленных вскриков. Похоже, это был сюрприз от театрального кружка. Такаяма-сэнсэй — самый популярный классный руководитель третьих классов. Высокий, с неизменной мягкой улыбкой, он в прошлом был успешным футболистом (а сейчас преподает ведение бухгалтерского учета). Его роль была без реплик, он лишь вручал «выпускникам» аттестаты, но зал все равно оживился.

— А она молодец, новая глава, — похвалил я, наблюдая из-за кулис.

Уходящих со сцены актеров поблагодарили бурными овациями.

— Фу-у-ух! Всё получилось! — услышал я вздох одной из девушек.

Другие члены кружка тоже не скрывали облегчения. За кулисами их встретили аплодисментами новый школьный совет.

— Было интересно!

— Такаяма-сэнсэй, вы лучше всех!

Не дожидаясь, когда зрители немного успокоятся, на сцену выбежали ребята из секции каратэ и начали показательное выступление.

— Надеемся, мы сможем вдохновить вас, уважаемые выпускники, на дальнейшую борьбу!

После жаркой серии приемов полтора десятка каратистов выстроились в линию и по очереди стали выкрикивать личные обращения уходящим старшим товарищам:

— Поздравляю с окончанием школы!

— Спасибо за суровые тренировки!

— Знайте, я никогда не забуду, как в тренировочном лагере мы втайне смотрели эротику! Учителя, простите!

Зал взорвался хохотом. Даже ребята не из спортивных секций наверняка могли похвастаться похожими воспоминаниями.

— Выпускайтесь уже поскорее!

Это пожелание тоже нашло горячий отклик.

— Будьте здоровы! Успехов в дальнейшей учебе и работе!!! — хором завершили свой номер каратисты и синхронно поклонились.

Выпускники не жалели ладоней, провожая их со сцены.

Опустился занавес, и из динамиков объявили:

— Перерыв двадцать минут.

— Ну что ж… — пробормотала Тасиро.

Она и все члены нового школьного совета были бледными от волнения. Впереди гвоздь программы.

Тут к нам подошел Тиаки.

— Тиаки-тян! — с облегчением на лице воскликнула Тасиро.

— Отлично поработали, ребят.

Тиаки выглядел практически как обычно: черный пиджак поверх красной футболки и джинсы. Вещи наверняка очень дорогие, но назвать это сценическим костюмом язык не поворачивался.

— Тиаки-тян, вы собираетесь переодеться?

— Нет. Выйду в этом.

— В э-э-этом?!!

Тасиро обиженно надула щеки, но тут из-за спины Тиаки показалась целая группа мужчин с какими-то разномастными чемоданами.

Все находящиеся на сцене и за кулисами оторопело на них уставились. А когда следом рядом с Тиаки остановились высоченный иностранец и очень красивая женщина в черном вечернем платье, у всех без преувеличения глаза на лоб полезли.

— Т-Тиаки-тян, — Тасиро аж заикаться начала, — а эт-то?..

— Мои друзья. Согласились помочь сегодня.

— Ха-ай!♪ — приветливо помахал иностранец (причем смотрел он только на девушек).

— П-понятно…

Друзья Тиаки даже на Тасиро произвели неизгладимое впечатление.

Высокий, под два метра мужчина с длинными каштановыми волосами и пирсингом в ушах даже за кулисами не снял солнцезащитные очки. На нем был черный костюм с желтой рубашкой, на шее поблескивали несколько кулонов и цепочек. При виде его первое, что пришло мне в голову, было: «Вылитый… хост*…».

Женщина же была его полной противоположностью. В ее лице тоже угадывались европейские черты, наверное, она была смешанных кровей. Элегантная и утонченная, все в ней — то, как она стояла, как двигалась, вплоть до платья — говорило о ее принадлежности к высшим слоям общества. А что это у нее в руке?.. Футляр для скрипки?

— У Тиаки-тяна даже друзья… классные… — пробормотала, сверкая глазами, Тасиро.

— Ребят, давайте, — скомандовал Тиаки, и группа с чемоданами приступила к работе. Одни устанавливали микрофоны и тянули провода, другие настраивали звук с ноутбука, третьи вкатили на сцену рояль. Все это они делали удивительно слаженно и быстро, ни одного лишнего движения.

— Так и знал, что они как-то связаны с музыкой, — вырвалось у меня.

Тиаки, что-то обсуждающего с этими мужчинами, было не узнать. Сложно объяснить, но… он казался представителем совсем другого мира. По крайней мере, от «просто учителя» в нем ничего не осталось. Даже Тасиро потеряла дар речи — наблюдала за ним с открытым ртом.

— Тиаки-сэнсэй, вы готовы? — подошел к нему под конец перерыва один из ответственных за концерт.

— Готов.

С микрофоном в руке Тиаки направился к сцене, но его остановил друг-иностранец.

— Постой секунду, Тиаки.

С этими словами он взлохматил ему волосы.

— Эй, ты что делаешь?!

— Ввожу тебя в «режим певца» на радость твоим слушательницам!♪

— Вот еще выдумал!

Такого Тиаки — обиженно надувшегося в ответ на подначку друга — я еще не видел и невольно фыркнул. А ведь и правда, Тиаки иногда ведет себя совсем как ребенок.

Уже знакомым небрежным жестом он откинул со лба челку, заставив всех стоящих рядом девушек впиться в него томными взглядами. Красавица в вечернем платье не сдержала смеха. Длинноволосый «хост» показал Тасиро большой палец и подмигнул. Та с улыбкой от уха до уха ответила ему тем же.

— Следующим в программе нашего концерта будет номер, подготовленный специально школьным советом, — объявила в микрофон Мацуока.

Весь зал взволнованно загудел.

«Ого, вот это напряжение. Зал будто сейчас взорвется», — сглотнул я, стоя за кулисами.

Казалось, по рядам гуляет самый настоящий смерч.

— Мы держали от третьеклассников в секрете, что Тиаки-сэнсэй выступит, но, естественно, все об этом знали. У меня сейчас от волнения сердце из груди выпрыгнет, — пожаловалась Сакураба.

Я и не заметил, как они с Какиути ко мне подошли.

— А где Тасиро?

— Там.

Тасиро стояла посреди центрального прохода, вооруженная видеокамерой.

— Опять подзаработать хочет…

Вдруг погас свет. Зал разразился приветственными криками. Кто-то засвистел.

Медленно поднялся занавес и вспыхнул экран, на котором закружились лепестки сакуры.

Заиграла музыка, и в свете софитов на сцене появился Тиаки. В ушах зазвенело от новых криков… но они тотчас смолкли.

— Ох… какой голос!..

Сакураба и Какиути изумленно распахнули рты.

Удивительной красоты мелодия, исполняемая настоящим оркестром (пусть и в записи), и пение Тиаки в одну секунду захватили внимание всех присутствующих.

«Gira Con Me» одного из гениальных теноров современности Джоша Гробана.

«Опера?..»

Даже я оказался застигнут врасплох. «Gira Con Me» — трогательное, романтичное произведение, но оно требует настоящего оперного исполнения. И Тиаки справлялся на все сто процентов. Это вам не Рики Мартин и даже не Элвис Костелло, здесь одной чувственностью и зажигательностью ритмов не отделаешься. Его тенор буквально парализовал зал. Все девушки, прямо как Сакураба и Какиути, застыли с открытыми ртами.

«Может, этого Тиаки и добивался?»

На экране скользили строчки перевода с итальянского. «Gira Con Me» — песня о любви, но слова «Но Земля вращается, и моя жизнь продолжается, и когда-нибудь, да, мое сердце найдет ответ» наверняка проникли выпускникам в самую душу.

Стихли последние аккорды.

— Вот это да… У меня прямо мурашки по коже… — дрожащим голосом прошептала Сакураба.

Зал все никак не мог отойти от потрясения — ни единого хлопка.

— Он и в оперу может, ничего себе! Ну у него и голос!

Стоящие позади нас «хост» и красавица хихикнули.

— Поздравляю с окончанием школы, дорогие выпускники, — заговорил в микрофон Тиаки. — Я пришел работать сюда совсем недавно, поэтому, можно сказать, практически совсем вас не знаю, но отлично понимаю, что вы сейчас чувствуете, оказавшись на пороге взрослой жизни. Я сам точно так же, как вы, ближе в выпуску был полон надежд, ожиданий и страхов. Мне пришлось пережить немало грустных и болезненных событий. Как, наверняка, придется пережить и вам… Но я хочу, чтобы вы помнили: нельзя от них бежать. Грустите, когда вам грустно, страдайте, когда больно, все проходят через это на пути взросления. Но ни в коем случае не забывайте, что вы не одни. Рядом с вами всегда есть и будут люди, которым вы не безразличны. Они обязательно есть! Стоит только поискать, и они непременно найдутся!

Он говорил в абсолютной тишине. Все в зале внимали его словам, которые будто обладали какой-то особой силой и заставляли в них поверить. Чувствовалось, что он говорил, исходя из собственного опыта.

— Даже в нашу эпоху интернета и мобильных телефонов не забывайте ценить знакомства в реальном мире. Учась в университете, я сошелся со многими людьми, которые стали важной частью моей жизни. Воспоминания о проведенном вместе с ними времени для меня бесценны. Тем, каким я стал, я обязан на девяносто процентов тому периоду своей жизни. Общайтесь с друзьями, гуляйте, развлекайтесь и говорите, как можно больше говорите с ними. Поезжайте куда-нибудь вместе, чтобы было, что потом вспомнить. Разумеется, и о учебе с работой нельзя забывать, но, пока вы молодые, можно позволить себе покуролесить вместо сна.

Все засмеялись. Эта практика была явно не чужда Тиаки в студенческие годы.

— Сегодня я хочу представить вам двух своих бесценных друзей. Артур Стингрей и Минако Винус!

Зал зашумел. Особенно оживились девушки, ведь им открылась частичка личной жизни Тиаки.

«Хост» Артур Стингрей и красавица в черном вечернем платье Минако Винус, держась за руки, вышли на середину сцены и элегантно поклонились, после чего Стингрей сел за рояль, а Минако Винус заиграла на скрипке.

— Ой, это же «Secret Garden»! — обрадовалась Какиути.

Ирландско-норвежский дуэт «Secret Garden» играет инструментальную музыку в неоклассическом и кельтском стилях, их произведения сказочно красивы и наполнены экзотической теплотой.

Стингрей и Минако Винус исполняли «Hymn To Hope». Пронзительная мелодия, словно колечки ряби, разбегающиеся по водной глади от капель дождя, вновь погрузила зал в молчание.

Кружащие лепестки сакуры на экране сменил снимок девушек в спортивной форме, улыбающихся и показывающих двумя пальцами знак победы. Совместная фотография учениц третьего класса «А» во время турнира по играм с мячом.

Под ней шла надпись: «Никто не поймет женщину лучше другой женщины. Вы лучшие. Классный руководитель 3-А Рёко Хаяси».

По рядам выпускников пробежало волнение.

На следующем снимке, сделанном во время выезда на природу весной, был запечатлен класс «Б».

«Не болейте. И никогда не унывайте. Классный руководитель 3-Б Минами Такаяма».

Та часть зала, где сидели «бэшники», взорвалась криками.

— Так вот почему Тиаки всё хотел сделать сам… Ради этого сюрприза.

Он взял совместные фото с общеклассовых мероприятий, собрал сообщения от классных руководителей и сделал коллажи. А чтобы посильнее пробрало, пригласил друзей — профессиональных музыкантов… У меня из груди вырвался стон.

— С такой подготовкой и поддержкой… И что всё удалось на все сто… Прямо какая-то «Команда Тиаки» получается.

— Смотрите, ребята из третьих классов плачут!

Да уж, сложно сдержать слезы под чудесную музыку, вспоминая трогательные моменты прошлого и читая теплые пожелания от любимых классных руководителей. У Сакурабы и Какиути тоже глаза были на мокром месте.

С последним снимком и сообщением мелодия «Hymn To Hope» закончилась и заиграла новая.

Вспыхнул софит, выхватив из темноты Тиаки, и он запел. Зал грянул аплодисментами и восторженными возгласами. «You Raise Me Up». Эта песня стала очень популярной после того, как на Олимпийских играх в Турине под нее выступила фигуриста Сидзука Аракава.

«Хорошая песня. Вдохновляющая».

На экране вновь неторопливо побежали строчки перевода.

Благодаря тебе я стал сильнее.

Благодаря тебе я смогу подняться еще выше, чем считал возможным.

Сердца выпускников, еще не оправившиеся от проникновенных посланий классных руководителей, наверняка сжались при этих словах.

— Ой, дуэт!

Со второго припева к Тиаки присоединился Стингрей.

— Ого, а он тоже круто поет!

Судя по его исполнению, Стингрей тоже был далеко не новичок. Очень глубокий, сильный голос.

— Ох, мамочки, меня прямо в дрожь бросило! — восхищенно выдохнула Сакураба.

— Потрясающе! — подхватила Какиути.

— Артур Стингрей и Минако Винус! — повторил Тиаки, когда песня закончилась.

Зал проводил этих двоих такими бурными овациями, что даже сцена задрожала.

— Спасибо!

— Это было восхитительно!

За кулисами их ждали раскрасневшиеся Сакураба и Какиути. Стингрей с улыбкой послал им воздушный поцелуй. «Трещотки» взвизгнули, но тут же обо всем забыли: Тиаки запел третью песню — «Омои га касанару соно маэ ни…» («Прежде чем чувства перекроют друг друга…») Кэна Хираи.

Если когда-нибудь ты обо мне забудешь,

Смогу ли я помахать тебе рукой и улыбнуться?

Если когда-нибудь ты свою мечту забудешь,

Смогу ли я посмотреть тебе в глаза и не отвести взгляд?

Смогу ли я тогда что-нибудь сделать ради тебя?

Эта песня о боли расставаний. Хираи обращался в ней к влюбленным, но в исполнении Тиаки она обрела новый смысл о прощании учителей с выпускниками и родителей со своими повзрослевшими детьми.

Оживившийся во время чувственного дуэта Тиаки и Стингрея зал вновь погрузился в задумчивое молчание.

Всем стало грустно от мысли, что когда-нибудь, вполне возможно, наступит день, когда сегодняшние мечты забудутся, а память о школьных годах затуманится. У всех заныло в груди от нахлынувших веселых и грустных воспоминаний, от мыслей об учителях и родителях.

Поэтому Тиаки выбрал эту песню — в ней содержался посыл всех взрослых новому поколению: как бы тяжело вам ни было, сколько бы времени ни прошло, воспоминания останутся с вами и придадут вам сил.

— Тиаки-сэнсэй, это жестоко…

Сакураба и Какиути рыдали в голос. Наверное, как и все девушки в зале.

Песня закончилась, но напряжение не отпустило. Слышались приглушенные всхлипы.

Тиаки опять тихо заговорил:

— Жить в современном обществе нелегко. У вас не всё будет получаться, кому-то придется отказаться от мечты. В такие тяжелые моменты никто не поймет и не поддержит вас лучше, чем семья и друзья. Помните, у вас есть с кем разделить тревоги и боль. Помните, рядом есть люди, которые всегда будут готовы вам помочь. Но буду надеяться, что этих тревог и боли вам придется пережить как можно меньше, и что вы будете жить в удовольствие.

Заиграла последняя мелодия.

От знакомых звуков у меня гулко забилось сердце.

«”Bridge Over Troubled Water”!..»

Зал встретил ее овациями.

Эта песня дуэта «Саймон и Гарфанкел» стала настоящим хитом и принесла своим авторам множество наград, по всему миру было продано более десяти миллионов экземпляров одноименного альбома, выпущенного в 1970 году.

Но, к сожалению, для Саймона и Гарфанкела этот альбом стал последним, после его выпуска дуэт распался. В определенном смысле для них эта песня тоже послужила «прощанием и началом самостоятельного плавания».

Стихи о друге, который провожает тебя в путь и обещает, что в трудную минуту всегда будет готов протянуть руку помощи. Говорят, эта песня стала вершиной исполнительского мастерства дуэта, никакие их прошлые произведения не берут так за душу.

Песня известная, неудивительно, что зал принял ее очень тепло. А когда к Тиаки вновь присоединился Стингрей, атмосфера накалилась до максимума.

Что ни говори, а их дуэт вводил в ступор своей слаженностью и мощью. Удивительно все-таки, какое сильное воздействие имеет живое выступление. Я не мог побороть дрожь, охватившую всё тело.

Сакураба и Какиути стояли, прижавшись друг к другу, и не переставали плакать. Минако Винус мягко обняла их за плечи.

— Если Тиаки этого захочет, то завоюет сердце любого, что уж говорить о вас, еще школьниках… — она озорно улыбнулась, сверкнув темными глазами.

Сакураба и Какиути растерянно заморгали.

— Но я рада, давно уже мне не удавалось послушать его песни. В последнее время у него все мысли только о вас, учениках. Даже завидно.

— А вы… вообще кто такие? — не выдержал я.

Но вместо ответа Минако Винус лишь изящно подмигнула.

Зал задрожал от оглушительных оваций и свиста, которые не утихли, даже когда опустился занавес. Голос Мацуоки, объявившей о завершении концерта, был едва слышен.

— Тиаки-сэнсэй!

Сакураба и Какиути, воспользовавшись отсутствием Тасиро, первыми бросились ему навстречу.

— У меня до сих пор мурашки по коже!

— Я так плакала!

— Хорошо, хорошо, спасибо.

Тиаки похлопал их по спине. Стоящие за кулисами — тоже все с мокрыми от слез щеками — приветствовали его и Стингрея аплодисментами.

— Школьники такие милые в своей искренности!♪

— Губу не раскатывай, Стингрей. Собирайся и бегом в автобус.

— Чего так торопиться?!

— Тиаки-тя-я-я-н!!!

Это прибежали Тасиро и Мацуока.

— Девочки из третьих классов так плакали! У меня самой чуть сердце не остановилось!

— Это было потрясающе, Тиаки-сэнсэй! Спасибо огромное, что согласились участвовать в концерте! Без вас он бы ни за что не был таким успешным!

— Я бы себе не простил, если бы из-за меня выпускники устроили вам темную, — усмехнулся Тиаки.

В этот момент за кулисы поднялась Камия-сэмпай.

— Камия-сан!

При виде нее все ученики вытянулись по струнке. Стингрей присвистнул.

Камия-сэмпай обвела нас взглядом блестящих и слегка покрасневших глаз.

— Высший балл, ребята.

Члены нового школьного совета не сдержали радостных криков. Тасиро шумно выдохнула.

— Все благодаря Тиаки-сэнсэю и его потрясающим друзьям, — заметила Мацуока.

Камия-сэмпай подошла к Тиаки, Стингрею и Минако Винус и низко поклонилась.

— Вы сделали этот день воистину незабываемым. Большое спасибо от всех выпускников.

После чего она крепко сжала руку Тиаки.

— Тиаки-сэнсэй… Ах, как же… Как же мне не хочется оставлять школу… Так обидно…

— Ай, больно же, ай, пусти! Расслабь пальцы, Камия!

Пусть прощальный концерт она оценила на высший балл, расставаться с Тиаки всё равно не хотелось. Глядя на пульсирующую вену на виске улыбающейся сэмпай, я невольно сглотнул.

Вернулись мужчины, собиравшие аппаратуру.

— Всё готово, Тиаки.

— Спасибо.

— Что, вы уже уезжаете? — изумилась Тасиро.

— Пока, Тиаки!

— Позже увидимся.

— Будем ждать!

«Команда Тиаки» скрылась, точно их и не было. Такие слаженность и скорость явно говорили о высоком профессионализме. Тасиро и остальным только и оставалось, что в растерянности крутить головами, обозревая резко опустевшие кулисы и сцену.

— Ребят, соберитесь, нам еще предстоит всё тут убрать! — хлопнула в ладони Мацуока.

Я дернул Тиаки за рукав и шепнул ему на ухо:

— Кто этот Стингрей? Выглядит, прямо как певец из ночного клуба Гинзы.

Тиаки щелкнул меня по носу.

— Ай!

— Учти, Инаба, девушки не любят особо любопытных. И вообще, меньше знаешь — крепче спишь.

И он ушел со сцены.

— Просто у кого-то слишком много секретов, — пробормотал я, глядя ему вслед.

Из-за занавеса послышался восторженный визг ожидавших Тиаки девушек.

Следующий день.

Ученики пятьдесят первого выпуска Дзёто покинули стены родного колледжа.

Пришла весна, как всегда принесшая с собой завершение старого и начало нового.

Для меня это особенное время года. Я поселился в Особняке нежити именно весной. Весной же я сюда вернулся. И с «Пти» я познакомился тоже весной.

— Кстати говоря… папа с мамой погибли тоже весной…

Сакура во внутреннем дворе Дзёто начала осыпаться.

— Восхитительная была церемония, господин, — сказал Фул, сидя у меня в кармане и наблюдая вместе со мной за падающими лепестками.

— Угу… Еще не успели успокоиться после вчерашнего концерта, а тут новый повод для слез…

— Тиаки-сама с друзьями излучали такую мощную ауру, — сложив на груди руки, задумчиво покивал Фул.

— Вот и еще один насыщенный год позади.

Я от души потянулся и поднял глаза к ясному голубому небу. Мысленно прося благословения.

— Хорошо бы без особых проблем закончить колледж и найти работу…

— Да будет позволено вашим скромных слугам поддержать своего господина в исполнении его планов, — как всегда пафосно отозвался Фул.

Вот только в реальной жизни не все получается так, как нам хочется…

Примечания

  1. Сотрудники так называемых хост-клубов, заведений, куда приходят, чтобы провести время в приятной компании обворожительных (в идеале) молодых людей, тратя уйму денег на выпивку.

Комментарии