Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

8

Гото стоял перед многоквартирным четырёхэтажным зданием, в котором располагался бар. Солнце уже клонилось к закату, из-за чего белые стены дома окрасились в оранжевый.

У Якумо, стоящего рядом с ним, было сложное выражение на лице, что было необычно. Он не проронил ни слова, пока они ехали сюда. Гото всё понимал, ведь знал этого парня уже долгое время. Когда он так выглядел…

— Ты сомневаешься?

Якумо посмотрел на Гото своим красным левым глазом.

— Быть может, — пусть он постоянно и напускал на себя важный вид, Якумо с готовностью изрёк правду.

— О, да ты необычайно откровенен.

— Я всегда откровенен.

Было забавно слышать подобное из уст самого упрямого в мире человека.

— Так по поводу чего ты сомневаешься, после всего, что мы сделали?

— Я не знаю, нужно ли разрывать эту цепь событий…

— Что ты имеешь в виду?

— Они не совершали настоящих преступлений. Нет, точнее, скоро совершат, но всё же стоит мне задуматься об их эмоциях, их поведение кажется естественным. Я не знаю, имею ли право останавливать их…

Взгляд Якумо дрогнул, выдавая его эмоции.

Так как Гото уловил лишь поверхностную суть происходящего, он не мог понять, о чём говорил Якумо. Однако, одно он мог сказать точно.

— Пусть катятся к чёрту права. Мы не судим, что плохо, а что хорошо. Я просто не могу всё так оставить. Как и ты, верно?

От слов Гото Якумо засмеялся. И что он нашёл смешного?..

— Это так на вас похоже, Гото-сан. Всё верно. Я просто перестану думать о ненужных вещах.

Сказав это и перестав смеяться, Якумо посмотрел прямо на здание. Похоже, ему удалось переменить своё настроение. Это было хорошо. Он был решителен и напыщен, но чувства Якумо не могли настолько уж сильно разниться с чувствами Гото.

— Ладно, тогда — заходим?

Гото ударил себя по щекам двумя ладонями, чтобы взбодриться, и сделал шаг вперёд. В тот же момент зазвонил его мобильный телефон.

«В такой момент…»

<П-простите, это Иши>.

Он услышал голос Иши, звучащий так, будто тот готов был расплакаться в любой момент.

— Что?

<Э-эм… Куда нам привезти шефа? >

— Эй, Якумо. Ты правда вызвал шефа? — Гото прикрыл микрофон ладонью и обратился к Якумо.

— Да. Я заранее попросил об этом Макото-сан.

Так вот что он сказал ей тогда, в госпитале.

Шеф Идеучи и шеф полиции. Что он хотел сделать, собрав их всех в одном месте? Что ж, думать об этом не имело смысла. Гото решил сделать ставку на Якумо.

— Так куда им его привезти?

— Очевидно, сюда.

В этом был здравый смысл.

— В бар, — сказал Гото и бросил трубку. А сейчас… — Идём?

— Да. Идём.

Гото начал идти до того, как Якумо ответил. Он спустился по лестнице в бар в подвале и поместил руку на дверную ручку. Она была закрыта и не открывалась.

— Откройте, пожалуйста, — сказал Якумо как само собой разумеющееся.

«Да-да-да, я понял». Как будто его остановит закрытая дверь. Он изо всех сил навалился на неё. Однако деревянная рама двери лишь слегка искривилась. Гото ударил её второй раз, и третий.

— Чёрт! Эта дверь!

Она распахнулась после четвёртого пинка.

— Разве нельзя было поспокойнее?

— Заткнись! — гаркнул Гото и зашёл внутрь.

Свет был выключен, и бар был погружён в полную темноту. Однако внутри кто-то был. Гото двигался в темноте бара без колебаний.

Звяк.

Слух Гото уловил какой-то шум. Он только успел насторожиться, как на его голову обрушился стремительный удар.

Треск — словно что-то сломалось. Похоже, его поразили чем-то вроде шеста. Краем глаза он уловил чьё-то движение.

— Думал, ты сможешь вырубить меня так просто?!

Гото вложил все свои силы в удар, который направил на тень. И попал. Раздался выкрик, будто заорала кошка, которой наступили на хвост, и что-то упало на пол. Внезапно всё осветилось, и Гото прикрыл глаза ладонями, чтобы защититься от резкого света.

— Вы могли войти, включив перед эти свет. Гото-сан, вы и правда сказочный идиот.

«Да-да, я — идиот».

— Хватит ворчать. Если бы я включил свет, парень внутри заметил бы, верно?

— Нас заметили ещё когда мы выбили дверь. Вы и правда неблагоразумны.

Этот шкет всё придирается…

— Заткнись! Делаю, что хочу! — повернувшись, Гото схватил Якумо за воротник.

— У вас кровь. И много, — сказал тот, улыбнувшись.

Кровь… Гото приложил руку к затылку. Он был влажным. Посмотрев на руку, он увидел кровь. У его ног лежала сломанная швабра. Чёрт, и кто это сделал?

Гото поднял упавшего лицом вниз человека за волосы. По его лицу растеклась кровь из носа, но Гото понял, кто это был. Тот ублюдок насильник, использующий имя Мурасе Шиничи, Оори Казуши…

Всхлип.

Гото услышал звук — но то был не вой и не крик. Он подумал, что это Оори, но ошибся. Якумо же немедленно определил источник звука. Он указал на уборную в углу бара.

«Говоришь мне пойти туда, значит…»

Отойдя от Оори, он, петляя между столов, прошёл к уборной и остановился перед дверью. Макото говорила, что в зеркале туалета отразился призрак женщины.

Отразится ли призрак на этот раз…

Гото с силой открыл дверь. В эту секунду оттуда выпал человек. Его рот был заклеен скотчем, а руки связаны верёвкой. Всё его лицо было покрыто синяками, а из носа текла кровь, будто кто-то избил его.

Это был Яги Кейта, здешний бармен. Весь покрытый испариной, он мелко дрожал от страха.

— Ты в порядке? — спросил Гото и одним рывком оторвал скотч от его рта.

— Женщина — женщина! Меня хот-тят убить! — он рыдал, словно ребёнок. Посмотрев на заднюю стену уборной, Гото увидел там слабое изображение женского лица в зеркале. Лица Савагучи Рики…

Она продолжала блуждать из-за своей ненависти, не находящейся выхода?

Гото повернулся к Якумо.

— Гото-сан, разбейте пожалуйста это зеркало, — попросил Якумо, сумрачно улыбаясь.

«Да без проблем». Гото взял первый попавшийся под руку стул и бросил его в зеркало, которое тут же раскололось на мелкие кусочки.

— Не могли бы вы поаккуратнее? — Якумо выглядел недовольным. Он всегда слишком много себе позволял.

Вновь посмотрев в уборную, Гото увидел, что в зеркале всё ещё отражалась Савагучи Рика.

— Якумо. Объясни.

— Приглядитесь повнимательнее, пожалуйста. Это жидкокристаллический дисплей.

Гото выполнил его указание и посмотрел в ту сторону ещё раз. Вначале он не заметил, но теперь понял, что это и вправду был LCD монитор, транслирующий изображение.

— Это…

— Трюк.

— Трюк.

— Да. Это одностороннее зеркало. Когда монитор выключен, оно выглядит как нормальное зеркало, но если на него вывести изображение, свет слабо отразит его.

Вспомнив об одностороннем зеркале в допросной, Гото понял. Такие зеркала ставились между двумя комнатами. Когда одна из них освещается, со стороны освещённой комнаты кажется, будто это зеркало, в то время как со стороны тёмной — будто это прозрачное стекло.

Когда монитор в уборной был выключен, за зеркалом царила темнота, и оно казалось обыкновенным зеркалом. Однако из-за света включенного монитора в тёмной уборной сквозь стекло проявлялось изображение женщины.

— Другое явление призрака, вероятно, также было подделано с помощью одностороннего зеркало и ультрафиолета.

Теперь, когда трюк нашёл объяснение, он казался простым.

— Чёрт, всё настолько по-глупому тщательно сделано… — Гото вытащил монитор и кинул его на пол. Даже сломанный, он продолжал показывать изображение женщины.

— Почему бы вам уже не выйти? Камияма Эйджи-сан, — заговорил Якумо, переводя взгляд к барной стойке.

Верно. Иноуэ Асами сказала, что Камияма должен быть здесь. Где он? Куда спрятался этот фальшивый экзорцист?

Гото обвёл бар взглядом.

— Иноуэ Асами во всём созналась. Твоим паранормальным способностям не обмануть меня, — голос Якумо эхом разносился по бару. И в ответ на него из маленькой дверки позади барной стойки вышел Камияма в своём обычном чёрном костюме; его глаза горели ярко-красным светом.

— Я знал, что ты придёшь, Сайто Якумо-кун.

Даже будучи загнанным в угол, Камияма не казался переполненным злобой или суматошным. Напротив, на его губах застыла спокойная, сдержанная улыбка. Неужели он всё ещё что-то планировал?

— Конечно же. Вы заставили Асами-сан использовать фальшивое имя и намеренно вовлекли меня в это дело. Даже мои настоящие действия — часть вашего плана… Не так ли?

Холодный тон Якумо не проигрывал тону Камиямы.

— Как я и думал, у тебя острое восприятие.

— Я даже не знаю, вы хвалите меня или дразните, — сказал Якумо, медленно продвигаясь к Камияме.

— Это похвала. Нет, возможно, я даже недооценил тебя.

— Что вы имеете в виду?

— Для твоего выхода ещё рано.

Якумо и Камияма, не отрываясь, смотрели друг на друга. Казалось, что от напряжения в воздухе вот-вот замерцают искры. Эти двое сейчас были единственными, кто понимал всё…

Но Гото не понимал. Похоже было, что Асами сговорились с Камиямой и подделала явления призраков ради мести насильнику Ооре.

Однако, наблюдая за этими двумя, Гото чувствовал, что всё было не так просто. Зачем Камияме присоединяться к плану Асами? Зачем вовлекать Яги и сына Идеучи?

К тому же, Якумо вызвал сюда шефа полиции и самого Идеучи. С какой целью?

— Эй, Якумо. Объясни уже.

— Гото-сан, вам нужно завести привычку внимательнее просматривать данные.

— Что? Сейчас не время жаловаться на подобное. Хватит заставлять меня ждать.

В ответ на раздражение Гото Якумо криво ухмыльнулся и провёл ладонью по волосам.

— Думаю, уже можно. Но прежде чем я начну объяснять — Камияма-сан, прошу вас снять эти безвкусные линзы, — Якумо повернулся к Камияме.

Так они поддельные? Но Гото видел. Видел, как Камияма снял чёрные линзы, и его глаза стали красными.

— Эй, Якумо, но…

— Это фокус. Используя ловкость рук подобным образом, люди могут прятать в руках вещи вроде монет.

— Ещё один трюк?

— Да. Казалось, будто он снимает линзы, но на самом деле он надевал их. Когда он притворился, будто снял линзу, оставалось лишь выставить спрятанные в ладони линзы на всеобщее обозрение, — пояснил Якумо, оборачиваясь.

Камияма испустил восторженный смешок. И это было доказательством против него, его признанием.

— Мне они даже понравились, на самом деле, — сказав это, Камияма вынул красные линзы.

— А теперь, давайте продолжим разговор, — Якумо поместил указательный палец на лоб. — Для начала, я хотел бы кое-что уточнить. Если я неправ, вся моя теория разрушится.

«Эй-эй, Якумо, зачем выдавать свои карты?» С таким началом, Камияма мог поменять показания в угоду себе. Он мог просто сблефовать, как и всегда, разве нет?

Якумо продолжил говорить, не придавая беспокойству Гото значения.

— Я уже говорил это прежде, но это всего лишь мои подозрения. У меня нет вещественных доказательств. Однако, Камияма-сан. Вы были любовником Савагучи Рики-сан. Я прав?

— Для того, кто говорит, что у него нет доказательств, ты звучишь довольно уверенно, — Камияма потёр нос, словно был смущён.

— Это правда? — спросил Гото. Якумо пристально посмотрел на него, словно он его раздражал.

— Камияма-сан, ответьте пожалуйста. Я прав? Или же…

— Почему ты так думаешь?

— Верно, Якумо, почему? — Гото повторил вопрос Камиямы.

— Как я только что сказал, Гото-сан, вам следует внимательнее просматривать данные.

«И это не имеет отношения к тому, о чём мы сейчас говорим, верно?»

— Имени любовника Савагучи Рики не было записано в данных. К чему ты вообще клонишь?

— Я говорил, что это лишь догадки, нет? Любой пришёл бы к такому выводу, если бы просмотрел данные.

— Понятия не имею, о чём ты, — раздражение Гото готово было вырваться наружу.

— Камияма-сан раньше был учителем. В той же школе, где училась Савагучи Рика.

Так ли это было? Гото совсем не заметил. Но одно только то, что они были учителем и обучающимся одной школы, не значит, что они встречались.

Словно прочитав мысли Гото, Якумо продолжил:

— И это не всё. Камияма-сан сам поднял вопрос о призраке Савагучи Рики, совершившей суицид, но он вёл себя так, будто не был с ней знаком. Это неестественно. Разве после этого можно не задуматься о том, что он что-то скрывает?

И верно. Даже если она была из другого класса, он должен был знать её имя и лицо — но не вёл бы себя, как незнакомец.

— Он уволился с работы как раз когда она совершила суицид. И если развивать эту мысль дальше, разве вы не слышали об ученице, преследующей Камияму-сенсея? Гото-сан, как там её звали?..

— Если я правильно помню, Кавагучи или Ямагучи… А! — Гото неосознанно выдохнул. И точно. Память совсем немного подвела Мамию-сенсея.

— Похоже, вы заметили. С натяжкой можно сказать, что это, вероятно, была Савагучи.

Камияма глубоко вздохнул и вышел из-за данной стойки. Он мог не говорить ничего вслух, но Гото знал: Камияма больше не собирался опровергать слова Якумо.

— Рика была очень добрый. Мечтала стать учителем. Она захотела этого, наблюдая за мной, и я был счастлив. Иногда она была слегка упрямой, но у неё была сильная воля и желание идти вперёд, — Камияма всё продолжал говорить, словно читал с книги. Однако Гото казалось, будто слова его были скорее умышленны, чем искренни.

— Значит, вы создали этот план ради мести за неё.

Камияма горько улыбнулся.

— Эй, Якумо. Так план составила не Асами?

— Нет, — последовал мгновенный ответ. — Камияма-сан придумал всё сам. Он собрал всех связанных с этим делом и вопротил план в жизнь.

— О-о-ох, — послышался стон. Оори, до того лежащий на полу, пошатываясь, встал и уселся на ближайший стул, свесив голову. Может, у него кружилась голова или он просто бросил думать о побеге, но движения его были крайне инертными.

— Всё началось с его похоти, — Гото злобно глянул на Оори.

Одним ударом ему не обойтись. Гото хотел бы срезать ему ещё пару-тройку раз.

— Гото-сан, это не так. Он на стороне Камиямы-сана.

— Э?

Этот парень был виновен в изнасилованиях. Он разрушил чью-то жизнь, продавал фото своего преступления и продолжил мирно жить, этот ублюдок. Почему он присоединился к Камияме…

— Как раз вовремя. Так как наш гость, похоже, прибыл, давайте поговорим с ним, — Якумо посмотрел в сторону входа, как и Гото.

Там стоял Идеучи.

Комментарии