Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 7

– ...в 2011 году по григорианскому календарю ученые официально задокументировали существование психокинеза, который тогда считался феноменом из области оккультизма, – хладнокровно объяснил мнимый миноширо.

Его голос звучал как голос образованной, умной женщины. Он завораживал, хотя звучал слишком идеально, нечеловечески.

– Ранее все эксперименты с психокинезом терпели неудачу вне зависимости от того, проводились они в полевых условиях или в лабораторных. Однако в 2011 году когнитивист Имран Измайлов провел успешный эксперимент в столице Азербайджана, Баку. В квантовой физике уже существовал общеизвестный парадокс наблюдаемой частицы, влияющей на другую частицу, но Измайлов был первым, кто предположил, что микромир увеличивается до макрособытия, и применил этот принцип к психокинезу. Те, кто сомневался в успехе экспериментов Измайлова, были приглашены в качестве наблюдателей, обладавших, как тогда казалось, скрытой способностью противостоять психокинезу. После нескольких испытаний их разделили на группы, чтобы ни один наблюдатель не знал сути всего эксперимента. Затем наблюдателей попросили скрыть некоторые факты от тех, кто знал содержание эксперимента Измайлова. Эксперимент оценивался по ряду параметров...

Мы завороженно слушали длинную речь мнимого миноширо. И хотя мы не могли понять ни слова из того, о чем он говорил, мы впитывали новую информацию, как губки.

До того момента наши знания о мире были подобны пазлу, в котором не хватало важных деталей. Слова мнимого миноширо стали для нас теми недостающими, утоляющими любопытство кусочками. Хотя мы и представить себе не могли, что когда-либо услышим настолько жуткую историю, от которой волосы встают дыбом.

– ...первым человеком, у которого Измайлов открыл экстрасенсорное восприятие, была девятнадцатилетняя Нона Марданова. Ее сил хватало лишь на то, чтобы сдвинуть легкий пластиковый шар внутри прозрачной трубки, но, подобно кристаллической затравке, провоцирующей химическую реакцию, которая приводит к образованию кристалла, она была катализатором пробуждения скрытой силы человечества.

Внезапно Мария подошла ко мне и крепко сжала мою руку. Как люди завладели этой богоподобной силой? История ее возникновения упоминались в учебниках истории лишь вскользь.

– Число психокинетиков стремительно росло и в итоге достигло 0,3 процента всего населения. Статистические данные за последующие года были утрачены из-за общественных беспорядков. Однако в процентном соотношении был задокументирован рост числа людей с шизоидным расстройством личности.

– Всего 0,3 процента? – с сомнением пробурчал Сатору.

Мне тоже в это не верилось. Что стало с остальными 99,7 процентами?

– Общественные беспорядки?

– Вначале обычные люди изгнали психокинетиков из общества. Способности психокинетиков были очень слабы, но их было достаточно, чтобы уничтожить общественный строй того времени, хотя психокинетики хорошо это скрывали. В Японии беспорядки начались с инцидента мальчика А.

– Мальчик А? Его так звали? – Мамору сдвинул брови.

– В те времена имена несовершеннолетних, вовлеченных в криминальную деятельность, скрывались, поэтому ему дали кодовое имя.

– Что он сделал? – спросила я.

В худшем случае я ожидала услышать историю о воровстве или что-то в таком духе.

– Силы А находились в самом зачатке, но однажды он осознал, что может открыть любой замок, и, используя эту способность, проникал ночью в чужие дома. Он изнасиловал девятнадцать женщин в их собственных постелях и убил семнадцать из них.

Мы в ужасе застыли. Я не могла поверить в то, что услышала. Изнасилование. И убийство… убийство людей.

– Погоди-ка! Это невозможно! Разве А не был человеком? Как человек может убить другого человека? – подавленно спросил Сатору.

– Да. После задержания А, число преступлений, в которых был замешан психокинез, увеличилось, но большинство остались нераскрытыми, так как стандартные методы расследования преступлений слежки были бесполезны. Обычные люди стали атаковать психокинетиков: все началось с личных стычек и переросло в общественные беспорядки, которые едва не кончились линчеванием. Чтобы защититься, психокинетики объединялись в группы, а самые рьяные предложили создать общество исключительно для психокинетиков. Беспорядочные убийства, совершаемые психокинетиками, продолжались. В результате политические, этические и философские конфликты погрузили мир в эпоху жестоких распрей. Человечество еще никогда не сталкивалось с такими ситуациями, и казалось, третьей мировой не будет конца.

Я обернулась, чтобы посмотреть на остальных. Страх вытеснил все другие эмоции с наших лиц. Мамору сел на землю и съежился, закрывая уши руками.

– ...чтобы истребить всех психокинетиков, в стране с наибольшей военной мощью, Соединенных Штатах Америки, разразилась гражданская война. Они использовали удары током, чтобы различать обычных людей и психокинетиков, а из-за широкой доступности оружия за короткий промежуток времени численность психокинетиков в Северной Америке снизилась с 0,3 до 0,0004 процента.

Сатору продолжил мотать головой, шепча:

– Это не может быть правдой.

– …с другой стороны, научная сверхдержава, Индия, успешно выделила ген, отличавший ДНК психокинетика от ДНК обычного человека, и проводила исследования в области контроля человеческих генов. К сожалению, исследования не принесли результатов, но полученные данные оказались очень полезны впоследствии.

Будто во сне, я уставилась на животноподобную машину, стиснутую в клешнях тигрового краба. Может, это демон, посланный из ада? Он дурманит нас этими странными словами, которые в конце концов сведут нас с ума.

– …по иронии судьбы, из-за постоянной угрозы их жизням выжившие психокинетики стали быстро развивать свои способности. Вначале психокинез считался выбросом энергии, образующейся в результате расщепления глюкозы в мозгу. Соответственно, мощность выброса определялась количеством сахара в крови человека. Но это суждение оказалось неверно. На самом деле предела не существовало. Сильнейшие психокинетики того времени могли остановить ядерную атаку – баланс сил сместился в сторону психокинетиков, и государства всего мира пали. В современных учебниках истории нет упоминаний о прошлой цивилизации, потому что она была полностью уничтожена и воссоздана заново. Время обратилось вспять, и мы вернулись в Темные века. Из-за войны, голода, эпидемий и других катастроф численность населения Земли сократилось до 2 процентов в сравнении с Золотым веком.

Я почувствовала, как у меня вздрогнуло сердце. Это было очень неприятное чувство. Хотелось, чтобы мнимый миноширо замолчал, но я не могла произнести ни слова. Казалось, остальные чувствуют то же самое.

– ...нельзя сказать наверняка, что именно происходило в Темные века, длившиеся следующие пять сотен лет. Инфраструктура была разрушена. Интернет уничтожен. Информация вновь стала распространяться лишь на небольшой территории, и люди вернулись к жизни в маленьких, закрытых общинах, – радостно сказал мнимый миноширо, как будто это была замечательная новость. – Однако в то время публиковались новые книги, и вся заслуживающая доверия литература того периода говорит, что общество Северо-Восточной Азии разделилось на четыре конфликтующие группы. Парадоксально, что при столь большой убыли населения, подобное разделение вообще было возможно.

Первой группой были рабовладельческие империи, управляемые психокинетиками. Вторая группа состояла из обычных людей – это были племена охотников-собирателей, которые не хотели жить, как рабы. Третью группу составляли мародеры, использовавшие психокинез для грабежей и убийств. В четвертую входили ученые, которые хотели сохранить древние знания и технологии.

– Книги, которые ты упоминала ранее, хранятся внутри тебя? – спросил Шун, разрывая тишину.

Предмет разговора поменялся, и напряжение немного спало.

– Нет. Обычные книги были изготовлены старым печатным методом. Наша библиотека отсканировала их и записала данные.

Я перестала понимать, что она говорит, именно тогда, когда мы дошли до самого важного.

– Значит, ты из четвертой группы?

– Мы поддерживали контакт, однако не работали вместе. Библиотеки существуют, чтобы защищать знания людей, но в то время они стали подвергаться нападениям, из-за которых впоследствии были изобретены мобильные архивные роботы. Раньше в городах можно было встретить модели, которые передвигались по водным каналам, однако они были уничтожены ядерными атаками. Продолжили существовать только те виды, которые умели подражать живым существам, были устойчивы к погодным условиям и могли генерировать собственную энергию. Позже этих роботов модифицировали, и они научились менять свою форму в соответствии с окружением. Версии, наделенные функционалом автономной эволюции – такая, как и я, – с гордостью сказал мнимый миноширо.

– Генерировать собственную энергию... то есть, ты питаешься? – поднял голову Мамору.

– Животными подходящего размера. Малые организмы, например, микробы, я потребляю и перевариваю такими, какие они есть. А когда выдается возможность, ловлю небольших млекопитающих и высасываю из них кровь.

Когда я это представила, мне стало дурно, и я отвернулась.

– ...и что потом? Что случилось между Темными веками и настоящим временем? – Шун вернул разговор в исходное русло. – В Темные века не существовало других групп, кроме этих четырех, верно? Так какая...

До меня, наконец, дошло. Мы были потомками одной из четырех групп.

– Мародеры вымерли первыми.

Услышав это, я облегченно выдохнула.

– Семьи мародеров состояли из двадцати-тридцати человек, связанных кровными узами. Используя психокинез, они вырезали целые города, и все их боялись. Но такая жизнь была очень неспокойной: для бандитов рабовладельческие империи и кочевники были добычей, однако эти две группы делали все возможное, чтобы устранить мародеров любыми способами.

– Любыми способами?

Как бы я хотела, чтобы Сатору не задавал этот вопрос.

– Мародеры предпочитали перемещаться на двухколесных транспортных средствах. Из-за нехватки ресурсов производство шин и двигателей было невозможно, но они использовали психокинез для возрождения техник изготовления изделий из железа. Бандиты использовали тонны железа для создания колес и психокинезом разгоняли их до скорости в триста километров в час. Когда они неслись через долины, искры летели из-под этих колес: так они направлялись в города во время набегов. Всякий раз, когда жители деревень видели пыльные облака и слышали рев машин, они знали, что приближаются боги смерти. Чтобы защитить себя, крестьяне рыли ямы, расставляли вдоль них острые бамбуковые копья и натягивали проволоку на уровне шеи. Они использовали и другие простые, но эффективные ловушки: устанавливали наземные мины, подмешивали медленно действующие яды в пищу, которая использовалась в качестве приманки, подкладывали мародерам зараженных смертельными заболеваниями молодых женщин и другое.

Повторюсь, мне было так противно слушать это, что меня едва не вырвало.

– Конечно, мародеры беспощадно мстили при помощи психокинеза, но, в конечном счете, их падение стало результатом внутренних распрь. Поскольку они все были родственниками, для своих врагов они выглядели устрашающе, однако внутри этой группы постоянно царил страх быть убитым своим собратом. Чтобы выжить, им приходилось с подозрением относится к любому намеку на враждебность от другого члена группы. Привычка «убей первым или будь убит» накалила обстановку до той точки, когда распад группы был неизбежен.

Мы вытирали пот с наших лиц и старались унять животы, которые крутило. Но стало понятно, что Мамору дошел до своего предела – он развернулся и начал прорываться вглубь зарослей.

– Прекрати! Заткнись! – закричал Сатору. – Не слушайте его!

– Нет... подождите. У меня есть еще несколько вопросов, – сказал Шун. Он был бледен, как призрак. – Достаточно о мародерах. Что стало с тремя оставшимися группами?

– Около девятнадцати рабовладельческих империй существовали в Северной Азии в течение шестисот лет благодаря взаимной договоренности о ненападении и невмешательстве во внутренние дела друг друга. Из четырех империй, существовавших на Японском архипелаге, у меня есть записи только о Священной империи Вишневого дерева, что располагалась на территории регионов Канто и Тюбу. Период существования Священной империи Вишневого дерева по продолжительности уступал лишь Новой империи Ямато, которая охватывала все территории к западу от Кансая. Священная империя Вишневого дерева просуществовала девяносто четыре поколения императоров, правивших на протяжении пятисот семидесяти лет.

– Не обязательно рассказывать нам про каждого из них, – фыркнула Мария.

– Почему императоры сменяли друг друга так часто? – из нашей компании Шун выглядел самым потрясенным, но настойчиво продолжал.

– В исследовании, посвященном Священной империи Вишневого дерева, автор цитирует историка Д.И. Актона: «Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно». Психокинетики, управляющие рабовладельческими империями, обладали невиданной силой, которой не знало человечество. Они были богоподобны, но такая сила влечет за собой равно разрушительные последствия.

Рассказ мнимого миноширо был настолько захватывающим, что мы ловили каждое слово, хотя они и противоречили здравому смыслу.

– У своих истоков Священной империей Вишневого дерева руководила избранная группа психокинетиков. Но одна за другой проходили политические чистки, пока у власти не остался один человек, безраздельно властвующий всей империей. Местонахождение императора тщательно скрывалось, а сам он путешествовал с бесчисленным количеством двойников. Однако в империи, где немалую часть населения составляли психокинетики, избежать покушений было невозможно. Итак, после того как мародеры вымерли, десятками тысяч граждан правила одна династия психокинетиков. Но даже такой строй не смог вернуть мир и порядок.

– Давайте уже вернемся. Я устал и хочу пить, – слезно пожаловался Мамору, продолжая закрывать уши руками.

Никто не шевельнулся.

– В исследовании о Священной империи Вишневого дерева говорится, что шесть императоров, находившихся на престоле дольше остальных, имели одно и то же психическое расстройство. Тысячи ученых из Научного общества исторических исследований и Исследовательской группы Сакуры пожертвовали собой, пытаясь изучить это расстройство.

Кроме Мамору, мы все поддались новому гипнозу. В этот раз голос мнимого миноширо лился прямо нам в уши, оставляя неизгладимое впечатление в умах.

– Каждому императору даровалось посмертное имя, которое выбиралось, исходя из деяний, которые он совершил во время своего правления, но иногда народ нарекал их насмешливыми прозвищами. В записях говорится, что во время коронации пятого императора – императора Восторга, приветствия и аплодисменты публики продолжались три дня и три ночи. Вы можете подумать, что это преувеличение, но дальше в записях шло объяснение. Первая сотня людей, которая перестала хлопать, была принесена в жертву. Их сожгли, а обуглившиеся тела были превращены в статуи, послужившие украшениями дворца императора. С тех пор императора Восторга прозвали императором Вечного крика, – бесстрастно сказал миноширо. – Тринадцатый император, императрица Айрин, была прозвана Королевой Печали. Каждое утро она с удовольствием наблюдала за публичными казнями людей, которые имели неосторожность ее расстроить. Все придворные слуги соблюдали постоянный пост, чтобы их не рвало во время очередной ужасающей казни.

– ...тридцать третий правитель – император Великодушия был прозван Волчьим королем, и постепенно это имя приобретало все более отрицательную коннотацию. Это случилось потому, что во время его прогулок за пределами дворца, он, подобно озлобленному зверю, оставлял после себя горы трупов. Психокинез императора Великодушия напоминал пасть гигантского чудовища, которое разрывало людей на куски. Хотя поговаривали, что на трупах можно было найти отпечатки человеческих зубов – зубов самого императора.

– Сын императора Великодушия, тридцать четвертый император, император Чистой Добродетели был прозван после смерти Королем еретиков. Когда ему было двенадцать, он задушил своего отца и скормил его собакам. И хоть толпа восславляла его, вскоре пришел уже его черед бояться покушения. Поэтому он один за другим убивал своих младших братьев и племянников и оставлял их трупы на съедение тараканам. В стране жило не так много психокинетиков, которые бы могли узурпировать его власть, однако его правление подвергалось другим угрозам: обычные граждане предпринимали попытки покушения на императора. В конце своего правления, император Чистой добродетели развил у себя аномальную одержимость скармливания живых людей диким животным.

Шестьдесят четвертый правитель – императрица Благочестия была прозвана Королевой-Совой еще до того, как пришла к власти. Она верила во все странные культы, а ее психокинез проявлялся в виде чудовищной совы, которая во время полнолуния похищала беременных девушек, вырезала плоды, которые затем насаживала на кол и подносила к алтарям непризнанных богов.

Я вздрогнула. Изображение, которое я представляла, когда использовала Силу было очень похоже на то, о чем и говорил миноширо. Я могла отлично представить себе гигантское существо, которое взмывает в ночное небо.

– Убийство предыдущего императора для того, чтобы занять его место, было привычным делом. Когда наследник достигал полового созревания и его психокинез пробуждался, жизнь действующего императора становилась подобна свече, колышущейся на ветру. Чтобы вовремя обнаружить готовящийся переворот, за принцами постоянно следили, а зачастую просто или убивали, или выкалывали глаза и бросали в темницу прежде, чем они успевали что-либо сделать. Семьдесят девятый император – император Милосердного Света осознал, что может использовать психокинез в ту ночь, когда ему исполнилось девять. На рассвете он пробрался во дворец и спрятался в нише позади одной из гигантских ваз, выстроенных в холле – оттуда ему открывался отличный вид на трон. В тот момент, когда его отец, император Искренности, сел на престол, сын остановил его сердце. Затем, используя психокинез, он сделал вид, будто его отец все еще жив, и свернул шеи всем помощникам и советникам императора, а затем спрятал их тела в вазах холла. Более двадцати людей были убиты, но для императора Милосердного Света, который был известен, как один из самых гнусных убийц в истории Священной империи Вишневого дерева, это была всего лишь разминка. Убивать для него было так же естественно, как и дышать. Некоторые считали, что иногда он даже не подозревал, что использует психокинез, когда в очередной раз закалывал своих граждан или слуг. Во время его правления, численность населения сократилась вдвое: поля были усыпаны трупами, небо закрывали тысячи роящихся над телами мух, а запах разложения был различим за несколько километров. В наши дни имя императора Милосердного света забыто – ему на смену пришло прозвище Короля кровавой резни. Но степень его бесчеловечности можно увидеть...

– Прекрати! Хватит уже! – закричал Сатору. – Зачем мы это слушаем? Мы же знаем, что это все можно выдумать. Шун, завязывай. Это сведет нас с ума.

– Мне это тоже удовольствия не доставляет, – Шун облизнул бескровные губы и взглянул на мнимого миноширо. – Как возникло наше общество? Это все, что я хочу знать. Не рассказывай ничего лишнего. Просто объясни, как появилось наше общество.

– Пять столетий Темных веков окончились с падением рабовладельческих империй. Прошло много времени с тех пор, как сообщение с материком было потеряно. Из-за кровавых переворотов целые семьи, владеющие психокинезом, вымерли. Империи распались и погрязли в междоусобицах и войнах друг с другом. Странствующие охотники, живущие в лесах, начали нападать на ныне неуправляемые города. Но города объединились, и война вспыхнула с новой силой. В последующие десятилетия ожесточенных битв, число убитых превысило число жертв психокинеза за последние пятьсот лет. Тогда же ученые, которые все это время лишь наблюдали, решили вмешаться, чтобы вернуть миру порядок.

Вот значит как. Согревающее чувство облегчения растеклось по моей груди. В наших жилах не текла кровь ни императоров, ни мародеров. Мы были потомками тех, кто стремился защищать логику и разум.

– Но как то общество превратилось в то, что есть сейчас? Простые люди из рабовладельческих империй, охотники-собиратели, у которых не было Силы... то есть психокинеза, что стало с ними? – протараторил Шун.

Мнимый миноширо, кажется, ждал этого вопроса.

– Существует несколько надежных источников из прошлых веков, но, к сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос.

– Почему? Ученые должны были сохранить эти записи, верно? – Мария поджала губы.

– Они так и делали в Темные века. Но когда они попытались навязать остальному миру свой контроль и создать новое общество, то приняли другую политику. Поскольку все знания – это обоюдоострый меч, они хотели контролировать потоки информации настолько строго, насколько это возможно. К сожалению, это привело к тому, что многие книги были сожжены. Национальная парламентская библиотека в городе Цукуба, другими словами я, проанализировала ситуацию и определила ее, как опасную. В настоящее время я решила скрываться у горы Цукуба и делать бесчисленное количество резервных копий.

Под «в настоящее время» мнимый миноширо, видимо, имел в виду последние несколько столетий.

– После этого я изменила внешнюю оболочку библиотеки и отрастила щупальца, мимикрируя под миноширо. Даже если я встречу человека, обладающего психокинезом, я могу использовать легкий гипноз – одну из добавленных в меня функций, чтобы сбежать.

– Я не про это спрашивал! – рявкнул Шун. – Как общество стало таким, как сейчас? Нет, возможно, оно и не менялось. Это ученые были теми, кто создал нынешнее общество, верно? Если они были нашими предками, то у них была бы Сила. Но в отличие от императоров и головорезов, они никогда не вступали в бой. Почему?

– Разве это не…

«Очевидно», – вот что я хотела сказать, но проглотила последнее слово. Я поняла, что это вовсе не очевидно. Если наш нынешний мир был похож на одну из сказок Шехерезады, то история человечества была невероятно кровавой сказкой. Другими словами, если живое существо, зовущее себя человеком, действительно было столь жестоким и кровожадным, что даже тигровые крабы не идут с ним ни в какое сравнение, то почему мы все еще живем в этом мире?

– Они осознали и бесконечный потенциал, и разрушительную силу психокинеза, так что самым большим вопросом на закате прошлой цивилизации стал вопрос о том, как защитить друг друга. Психологи, социологи, биологи и другие ученые провели множество исследований, однако никакой информации о том, к какому решению они пришли, не осталось.

– А какие у них были идеи? – спросила я.

– Во-первых, отмечалась неоспоримая роль образования: раннее развитие эмпатии, обучение логическому мышлению, нравственное воспитание со стороны родителей, ревностное взращивание религиозности, – каждый аспект образования был подробно описан. Но результаты исследований показали, что, хотя образование и жизненно необходимо, оно не решает всех проблем. Вне зависимости от того, сколь продвинутой будет система образования, оно не сможет полностью подавить природную человеческую жестокость.

Хотя мнимый миноширо лишь воспроизводил части различных текстов, он говорил так, будто высказывал собственное мнение.

– Следующим стал психологический подход. Техники по управлению гневом, тренировки ума, такие как дзен, йога и трансцендентальная медитация изучались наряду с более экстремальными мерами – психотропными наркотиками. И то, и другое показало высокую эффективность, но сразу стало ясно, что они не решают проблему полностью. Однако психологические и поведенческие тесты практически безошибочно обнаруживали детей с проблемами в поведении. Следующим шагом стало воплощение «теории сгнивших яблок», результатом которого стало принятие решения исключать детей, которые проявляли любые признаки агрессии.

По спине пробежал холодок. Я не хотела об этом думать, но не могла остановиться. Может ли быть, что это решение до сих пор действует? В Школе гармонии и в Академии мудрецов…

– Но и этого было недостаточно, чтобы предотвратить все опасности. Даже обычные, дружелюбные и добросердечные люди, живущие полной жизнью, могут забыться в момент злости. Исследования показывают, что в девяти из десяти случаев источником стресса для людей выступает другой человек. Как построить безопасное общество если в долю секунды, ослепленный гневом, ты можешь обезглавить человека, стоящего перед тобой?

Речь мнимого миноширо настолько увлекла нас, что никто из нас не смог опровергнуть сказанное.

– Когда психологических подход себя исчерпал, его заменили медикаменты, созданные для восстановления гормонального баланса в мозгу. Этот метод слишком быстро достиг предела, поскольку невозможно всю жизнь заставлять людей принимать таблетки. Следующей идеей, взявшей верх над остальными, стал этологический подход, сфокусированный на обществе приматов, называемых бонобо. Бонобо иногда называют шимпанзе-пигмеями, однако если шимпанзе известны своими порой смертельными драками, то в группах бонобо практически отсутствует насилие.

– Почему? – спросила я.

– Когда стресс и беспокойство среди членов группы возрастает, они высвобождают его через секуальное поведение. Взрослые самцы и самки сношаются, но даже неполовозрелые особи одного пола трутся друг о друга гениталиями в ходе сексуальной игры. Приматологи и социологи решили, что крайне важно изменить существующее общество, полное насилия, на общество любви, как в стаях бонобо.

– И как они его изменили?

– Книга «По направлению к обществу любви» описывает три пункта. Во-первых, все участники имеют постоянный физический контакт друг с другом, например, держатся за руки, обнимаются и целуют друг друга в щеку. Вторым шагом становится поощрение таких отношений в равной степени между разнополыми и однополыми парами, начиная с детского возраста и по достижению половой зрелости. Сексуальные игры и, как следствие, оргазмы должны стать привычкой и снижать напряженность между людьми. Третий шаг это поощрение свободных сексуальных отношений среди взрослого населения. Конечно, последний шаг требует надежной и удобной контрацепции.

Мы переглянулись.

– А в те времена люди так не делали? – с опаской спросила Мария, сдвинув брови.

– У меня нет данных относительно нынешнего состояния общества, так что мне сложно сравнивать, но в древних цивилизациях существовало множество запретов, касающихся физических контактов. Кроме того, во многих местах гомосексуальные отношения были запрещены и порицались. То же касалось и свободных отношений.

Для нас физический контакт был абсолютно нормален, обычная повседневность. Девочки с мальчиками, девочки с девочками, мальчики с мальчиками, взрослые между собой, дети с детьми и дети со взрослыми. Вообще, интимный контакт между людьми – это хорошая вещь. Единственным исключением были контакты, которые могли привести к беременности, однако при выполнении ряда условий, на это тоже можно было получить разрешение от Комитета этики.

– Но этого тоже оказалось недостаточно. Компьютерные симуляции предрекали крах мирового сообщества в течение десяти лет, даже если все меры предосторожности были соблюдены. Причины этого были предельно просты: все психокинетики имели внутри себя своего рода кнопку для запуска ядерной ракеты. Если всего один утратит над собой контроль, все вокруг будет разрушено.

Как и до этого, я понимала только половину из того, что говорил мнимый миноширо. Но опасность, исходящая от его слов, была очевидна.

– Человеческое поведение можно контролировать при помощи образования, психологии и евгеники. И поскольку люди относятся к отряду приматов, можно также применить и принципы этнологии для создания безопасной обстановки. Однако при защите дамбы, называемой обществом, нельзя допустить возникновения даже одной единственной трещинки. В конце концов, ученые пришли к мысли о том, что люди – это ничего более, чем социальные млекопитающие, соответственно и обходиться с ними надо так же.

Как иронично. В тот момент, когда человечество, наконец, получило возможность сравниться по силе с богами, эта ноша оказалась для них непосильной. Чтобы контролировать такую силу, человечеству пришлось опуститься сначала до уровня обезьян, а затем и до более простых млекопитающих.

– Этолог Конрад Лоренц, живший при апогее предыдущей цивилизации, утверждал, что такие развитые животные, как волки и вороны, так же как и социальные животные, имеют врожденный механизм, позволяющий им избегать атак на особей своего вида. Он назывался «контроль нападения». Однако психологически более слабые животные, например, люди или крысы, не обладают таким уровнем самообладания и склонны к столкновениям, доходящими до кровавой резни. Поэтому чтобы выжить, психокинетикам было важно создать мощный рычаг для сдерживания насилия.

– Как им это удалось? – прошептал Шун, будто разговаривая сам с собой.

– Единственным эффективным способом было изменение человеческого генома. Ученые декодировали ДНК волка и извлекли ген, отвечающий за контроль нападения. Но на этом они не остановились – они искали то, что могло бы устранить способность к самой атаке.

– Другими словами, ты говоришь, что неспособность людей нападать друг на друга произошла не от волков, а от чего-то более мощного?

– У меня нет конкретных данных о том, какие изменения ученые могли вносить в ДНК человека, поэтому это лишь догадки. Однако, так или иначе, в генетический код были добавлены два механизма: контроль атаки, аналогичный тем, что есть у волков, и то, что они назвали «смертельным откликом».

Я была поражена. Мы постоянно слышали о смертельном отклике еще со времен Школы гармонии – рассказы о нем были навечно высечены в нашем сознании. Это была самая постыдная и ужасная смерть.

– Вначале был создан «отклик совести». Он нарушал концентрацию человека, который хотел напасть на психокинетика, тем самым дополняя механизм контроля атаки. Но результаты исследований «отклика совести» были неоднозначны, поэтому применять его в обычной жизни оказалось невозможно. Он был заменен простым, но действенным «смертельным откликом». Его механизм базировался на следующем принципе: когда ум распознает, что человек намеревается причинить боль другому человеку, то подсознательно активирует психокинез атакующего, который прекращает работу почек или щитовидной железы. Это приводит к таким симптомам, как дискомфорт, учащенное сердцебиение, потоотделение. Эти симптомы могут быть усилены посредством образования, внушения и гипноза. На этом этапе нападение, как правило, прекращается, но если оно продолжится, то асфиксия, вызванная низким содержанием кальция в крови, или остановка сердца из-за резкого всплеска уровня калия их убьет.

– Это... невозможно, – начал задыхаться Сатору.

Если все это было правдой, во что же мы верили все эти годы? Нам всегда говорили, что за наши добродетели людям была дарована сила богов. Но на самом деле без смерти, стоящей у нас за спиной, мы бы убивали друг друга, пока человечеству не пришел бы конец. Получается, мы оказались даже более примитивными животными, чем волки или вороны?

– Это ложь! Это все чушь собачья! – процедила Мария.

– Но в этом есть смысл, – тихо сказал Шун.

– Так ты веришь этому?

Вместо того, чтобы ответить мне, Шун спросил мнимого миноширо:

– После этого появлялись злые духи?

Я нахмурилась. С этого и начался наш разговор, но как это связано с тем, что рассказал нам мнимый миноширо?

– Нет. Злые духи, или страдающие синдромом Рамана-Клогиуса, существовали до падения предыдущей цивилизации. Демоны кармы, то есть люди, страдающие синдромом Хашимото-Аппельбаума, предположительно появились в тот же период, но из-за хаоса войны в Темные века на их существование никто не обращал внимания.

Тогда я не поняла, о чем говорил мнимый миноширо. Но вспоминая его слова теперь, я осознала, что злые духи и демоны кармы идеально подходили для мира, где правит насилие, а кровопролитие и смерть лишь будничная рутина.

– То есть ты говоришь, что демонов кармы и злых духов начали замечать, только когда сложилось наше общество? Но разве не выходит так, что оно создано таким образом, чтобы предотвратить их появление? – резко спросил Шун.

– У меня нет информации о нынешнем обществе, поэтому я не могу ответить на этот вопрос.

– Но раньше ты говорила о смертельном отклике, так почему злые духи…

– Погоди-ка, Шун, – взволнованно прервал его Сатору. – Может, ты и понимаешь, что происходит, но мы вообще не врубаемся. Злые духи, эта штука Клогиуса. Что это вообще такое? И в чем разница между злыми духами и демонами кармы?

– Синдром Рамана-Клогиуса – это другое название для…

Мы впитывали каждое слово, но так и не услышали конца предложения.

Мнимого миноширо и тигрового краба внезапно окутало белое пламя. Мы отскочили назад и изумленно уставились на них. Тигровый краб отпустил миноширо и попытался сбежать. Он размахивал клешнями и катался по земле, но не мог сбить пламя. Громко вздохнув, он перевернулся на спину и перестал шевелиться.

Мнимый миноширо корчился и раскачивался, а его тело выделяло большое количество вязкой, мыльной жидкости. Но пламя будто исходило из самого ада, и его невозможно было погасить. Резиновая кожа миноширо таяла и быстро сгорела дотла. Затем над горящим телом мнимого миноширо появилось нечто странное. Объемная картинка матери с младенцем: она смотрела на нас, и в ее глазах стояли слезы. Стало тяжело дышать. Я не могла пошевелить и пальцем.

Огонь исчез в тот же момент, как появилось изображение. Но, похоже, миноширо вытащил этот козырь слишком поздно. Странные линии начали мерцать сквозь него, затем медленно потемнели и исчезли. Вскоре мнимый миноширо перестал двигаться. Из его почерневшего тела поднимался едкий, белый дым.

– Кто… – хрипя, спросил Сатору.

– Что, кто? – машинально спросила Мария.

– Ты же видела? Огонь был просто нереальный. Он точно создан Силой. Но кем?

Ответ донесся откуда-то позади нас, и мы подпрыгнули от неожиданности.

– Мной.

К нам вышел мужчина в одежде монаха. Он был на удивление высок, с острыми, соколиными глазами и свежевыбритой головой. Его лоб покрывали капли пота.

– Это был демон, чьи слова дурманят разум и сковывают дух. Он должен был быть испепелен, как только вы его увидели. Ради всего святого, что вы здесь делали?

– Мы… – попытался ответить Сатору, но у него не нашлось слов.

– Мы путешествуем вверх по Тонэгаве, – закончила Мария.

– Разве учитель дал вам разрешение забираться так далеко? – монах скрестил руки и помрачнел.

Мы не осмелились лгать.

– Простите. У нас не было разрешения. Мы не собирались заходить так далеко, – сказал Шун почтительно.

– Понятно. Не собирались, значит? Значит, вы забавы ради поймали тех крабов, случайно схватили демона и случайно начали расспрашивать его о злых духах.

Мы не произнесли ни слова. У нас не было ни единого шанса выпутаться из этой передряги.

– Я Риджин, почетный священник из Храма чистоты. Я отлично знаю, кто вы.

Почетный священник – это высшая должность в образовательном отделе храма. И тут я вспомнила. Это он стоял позади главного священника Мушина, потому что был вторым по старшинству на церемонии посвящения.

– Вы пойдете со мной в храм. Вам не разрешается возвращаться в город до тех пор, пока главный священник Мушин не будет проинформирован о произошедшем.

– Пожалуйста, подождите. Перед тем как мы отправимся, я хочу задать всего один вопрос, – Шун указал на остатки мнимого миношро. – Его слова были ложью?

Наши сердца больно сжались в груди. Я подумала, что ему не стоило спрашивать.

Как я и ожидала, Риджин взглянул на нас со странным блеском в глазах.

– Вы поверили ему?

– Я не знаю. Все это очень отличалось от того, что нам рассказывали в школе.

Слова Шуна выражали наши чувства. Но, возможно, в подобной ситуации честность была не лучшей идеей.

– Вы нарушили правила, войдя в запретные земли. Более того, слова демона поколебали вашу веру. Одно это уже тяжкий грех, но есть нечто гораздо более страшное. – Голос Риджина был столь холоден, что у нас кровь застыла в жилах. – Вы нарушили самые основы Кодекса Этики, последнюю из Десяти заповедей: «Не оскверняйте Три драгоценности*». Вы поверили словам демона и поставили учение Будды под сомнение, поэтому я должен немедленно запечатать вашу Силу.

Риджин запустил руку в робу и достал оттуда связку листов. Две половинки листа, сложенные вместе, напоминали по форме человека. Он положил по листу перед каждым из нас. Голова и тело фигурки покрывали странные символы, похожие на санскрит. Я вспомнила, что видела такую на церемонии в Храме чистоты, когда Мушин ненадолго запечатал мою Силу.

«Нет», – подумала я. Я больше не хочу терять мою Силу. Я не хочу снова ощутить то чувство беспомощности, которое было у меня перед выпуском из Школы гармонии. Но у нас не было выбора.

– Сейчас я запечатаю вашу Силу внутри этих эмблем, – объявил Риджин. – Поднимите их.

Я подняла лежащую передо мной фигурку, и по щекам потекли слезы.

– Аонума Шун! Акидзуки Мария! Асахина Сатору! Ито Мамору! Ватанабэ Саки! – голос Риджина эхом отражался от окружающих нас деревьев, – ваша Сила будет запечатана!

Множество игл, подобно красным осам, вылетело из его руки и пронзило головы, туловище и конечности фигурки.

– Чтобы ваш ум исцелился… пусть ваши страсти сгорят в огне… и прах возвратится в дикие бескрайние земли… – прошептал Риджин, и эмблемы сгорели в пламенном взрыве.

Это все вранье. Это не более чем простое гипнотическое внушение. Оно не отберет у меня силу Силу. Раньше это срабатывало, потому что я была слишком маленькой, чтобы сделать Силу своей. Сейчас моя Сила принадлежит только мне. Никто не может ее забрать.

Я отчаянно пыталась убедить себя в этом. Но ритуал запечатывания был еще не окончен.

– Вспомните, как вы отдали свою Силу в Храме чистоты. Через сострадание Будды от главы священников Мушина вы получили чистую мантру вызова духа и были одарены новой Силой. – В голосе Риджина появились зловещие нотки. – Но вы сбились с пути Будды. Ваши духи сбежали, а мантры исчезли. Прочувствуйте это. Вы больше никогда не вспомните свою мантру.

Он использовал крючок, оставленный в нашем подсознании во время церемонии взросления. Чтобы сделать новое внушение, ему надо было лишь подергать за него, взять наш ум под контроль и делать с ним все что заблагорассудится.

Но тогда это казалось нам магией. Мантра, которую мы обычно с легкостью могли вспомнить, исчезла из наших сердец без следа.

Я посмотрела на своих друзей, пытаясь найти хоть лучик надежды. Однако у всех было одинаковое выражение лица. Сатору тряс головой. Его лицо исказилось и, казалось, он был готов заплакать.

– Что ж, идемте. – Риджин смерил нас презрительным взглядом. – Мы должны достигнуть храма к закату, так что хватит плестись.

Примечания

  1. Три драгоценности буддизма

Комментарии