Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 18. Герой срывает злость

«Неужели я забыл?.. Не, ну точно, глаза у неё были зелёные.»

Не все люди с красными глазами имели врождённую способность «Алые глаза». Но люди с другим цветом глаз иметь её просто не могли.

Я прекрасно помню события, происходившие в моё первое пришествие. В этом городе я впервые сражался с большой группой сразу в несколько десятков противников. Младшая сестра Юмис произвела на меня глубокое впечатление из-за своей эльфийской внешности, и поэтому я был уверен, что цвет её глаз был зелёным.

Мне не пришлось бы сомневаться, если бы тогда я смог оценить её характеристики. Но к сожалению, «Меч восьмиглазого проясняющего фолианта» я открыл только спустя длительное время, в середине своего путешествия. И никаких данных по ней у меня не было.

«По крайне мере, поднимать шум она пока не собирается.»

Я непроизвольно собрался уносить ноги, но увидев её реакцию, передумал.

Тут определённо брешь в защите чародейки. Подсознательно я пришёл к выводу, что нащупал больное место Юмис, о котором не догадывался.

«Вопрос в том, как мне разобраться с этой ситуацией.»

— Спокойствие, только спокойствие. Я не кусаюсь… Гм, хотя ты вряд ли поверишь, если я так скажу.

Мне пришлось сформировать квазитело и придать ему некоторую плотность, чтобы иметь возможность разговоривать. Не стоит и говорить, что моё настоящее тело продолжало покоиться в гостинице. Так как такая форма тоже полностью состояла из магической энергии, моя физическая сила была даже меньше, чем у обычного человека.

Мой внешний вид при этом не изменился для её способности «Алые глаза». Но мне было необходимо её успокоить и попытаться узнать, что конкретно происходит в этой комнате и почему она здесь находится.

— Вы не похожи на призрака… Значит, вы — дух?

— А?.. Э-эй!

Похоже, девушка крайне взволновалась: она резко встала с кресла и стремглав подскочила ко мне. Выражение её лица не сильно изменилось, но излучаемая ею аура говорила о необычайной заинтересованности.

— Потрясающе! В лесу я ни разу не видела духов. Кто бы мог подумать, что я встречу его здесь… — В её глазах засияли звёзды — как у первоклашки, увидевшей предмет своего обожания. — Шурия столько хочет узнать! А где вы, духи, живёте? В лесу, за городом, да? А что вы кушаете?

— Чего?.. Э-э, нет. Я, вообще-то...

«Что за чёрт? Что, блин, происходит-то? У меня что, провалы в памяти?»

Насколько я помню, это была тихая, невозмутимая девушка. В любой ситуации выражение её лица оставалось неизменным, отвечала она коротко и односложно. Я много раз с ней разговаривал, но сама она никогда не начинала разговор первой и производила впечатление бездушной куклы.

Вот почему я так удивился. Её нынешний вид и поведение разительно отличались от того, прошлого, и я начал сомневаться в моей собственной памяти.

Поскольку она приняла меня за духа, вполне возможно, девушка просто без ума от них, что и вызвало у неё такую реакцию.

— Эм… А вы… А вас...

— Успокойся, пожалуйста… а!..

— Ой! — Эта егоза непроизвольно схватила мне за руку и оторвала её.

Моё тело было не прочнее пластилина, и любая неосторожная тряска или подёргивание могли привести к такому результату.

Боли я, разумеется, никакой не почувствовал, так как это было ментальное тело, и оно сразу же начало восстанавливаться. Но стоявшая передо мной девушка, кажется, выпала в осадок.

— А… ва… ва…

— Э-эй, алё. — Я восстановил оторванную руку и помахал перед нею, показывая, что всё в порядке, однако...

— Ва…

— Полный абзац.

Вздохнув, я стал дожидаться, пока она успокоится.

***

Через несколько минут она наконец пришла в себя.

Мы расположились за столом в центре комнаты.

— Простите, мне так стыдно… Как ваша рука?

— Всё в порядке. Как видишь, моё тело целиком и полностью создано магией.

— ...Духи — потрясающие.

— Да не ду… Ух, ладно.

Ну и бог с ним, пусть называет меня хоть духом, хоть чёртом рогатым, если ей так проще. А я попытаюсь подражать одному знакомому священнику из моего мира.

— ...А что вы здесь делаете, уважаемый дух?

— Так ты, значит…

— Шурия. Называйте меня просто Шурия.

— Шурия… Ответь мне, Шурия. С твоими глазами ты ведь можешь видеть магический круг в этой комнате, и то, что его целью являешься ты?

Пока Шурия отходила от шока, я сконцентрировал немного магической энергии на круге, чтобы оценить его.

Результат оказался весьма любопытным.

«Шестицветный магический круг передачи по времени»

Сей магический круг позволяет передать все способности и умения передающей стороны в магии огня, воды, ветра, земли, света и тьмы принимающей стороне, если передающая сторона будет находиться в области его действия.

Процесс передачи начнётся при превышении 50% временного порога действия. Необходима кровная связь между передающей и принимающей стороной.

Передающая сторона: Шурия

Принимающая сторона: Юмис Эрумия

Прогресс заклинания: 96% (осталось 7 дней до завершения)

Довольно-таки сволочное заклятие, надо сказать. Оно забирает у цели все приобретённые навыки и предрасположенности к магии, в результате чего цель вряд ли сможет восстановить потерянную силу.

Проще говоря, цель больше никогда не сможет пользоваться магией.

Я снова использовал заклинание оценки, на этот раз на Шурии. У неё должна была быть высокая предрасположенность ко всем шести видам магии благодаря её эльфийской крови, но она оказалась очень низкой. Оставшиеся навыки в магии скатились до первого уровня.

Заклинания, забирающие навыки и предрасположенность к магии взаимодействуют с душой человека и требуют продолжительного времени для их завершения. Это значит, Шурия уже давно не покидала свою комнату.

— Этот магический круг передаёт моей сестрице Юмис мои магические способности и навыки. Это так удивительно! Я даже не догадывалась, что такие заклинания существуют!

«Ну ещё бы. Такие заклинания могут использовать только демоны, и обычные люди о них, разумеется, не знают.»

Способность «Алые глаза» позволяет ей видеть, как магическая сила постепенно высасывается из её тела.

Я тоже мог это видеть благодаря пассивному навыку, полученному от «Меча призрачного пламени сердца», и зрелище было не из приятных.

— И что же заставило тебя это сделать?..

— Моя младшая сестра Шелми тяжело заболела, и для её лечения был нужен дорогой эликсир. Я решила передать сестрице Юмис свою магическую силу в качестве платы за это зелье.

«Сестра? То есть у неё есть ещё сёстры?»

— Хмм, так зачем же тебе ей платить? Шелми ведь твоя сестра? Значит, она тоже сестра Юмис, так ведь?

— Мы с Шелми родные сестры, а сестрица Юмис — единокровная. Мы жили с ней отдельно, и я не могу просто так взять у неё столько денег только потому что мы родственники.

— И ты считаешь это справедливым разменом?

— Да. Мне жаль терять свою магию, но взамен я получила эликсир и достаточно денег, чтобы моей семье хватило на всю жизнь. В конце концов, моя магия была лишь средством для заработка.

Немного помолчав, Шурия продолжила:

— И сестрица сказала, что моя магическая сила поможет осуществить её мечту. Ради её мечты я с радостью отдам ей мои способности.

— Вот как… Похоже, ты очень любишь свою старшую сестру, да?

— Я её обожаю! Сестрица просто потрясающая: она так упорно трудится и управляет целым городом, хотя не намного старше меня...

Едва заметная улыбка появилась на лице Шурии, когда она с гордостью рассказывала о своей сестре — первая видимая эмоция за время нашего разговора.

Я отстранённо улыбнулся ей и ушёл в раздумья. Пропуская её слова мимо ушей, я принялся составлять свои мрачные прогнозы.

«Чтобы продвинуться в своих исследованиях, она отняла у своей сестры её магическую силу, которая та получила от своих эльфийских предков. Взамен она исцелила её сестру и передала достаточно денег на безбедное существование...»

Теперь понятно, почему у Юмис была такая высокая предрасположенность к магии.

Я узнал источник её силы, но теперь мне это уже ничем не поможет, учитывая, что действие заклятия на Шурии вот-вот закончится. К тому же вопросов только прибавилось.

Во-первых, откуда Юмис узнала об этом магическом круге и главное, как она смогла его активировать?

Во-вторых, почему нынешняя Шурия так разительно отличается от той, прошлой Шурии?

Возможно, мои воспоминания просто перемешались, но это было крайне маловероятно. Что-то не сходится. Она и сейчас не слишком-то показывала свои эмоции, но по крайней мере, они были — я их чувствовал. Шурия, которую помнил я, не показывала каких-либо эмоций вообще.

Чувство, что не хватает какого-то кусочка, чтобы собрать полную картину воедино, не отпускало меня. Что-то здесь явно не так.

— ...Как поживаешь, Шурия?

— Это же…

Мои размышления прервал этот голос.

Я посмотрел в сторону, откуда исходил звук, и увидел лежащее на столе письмо. Похоже, Шурия сняла печать как раз перед тем как я вошёл в комнату.

Светло-синяя бумага, скреплённая печатью семьи Эрумии, была магическим предметом, который воспроизводил записанный на неё голос. Для этого было достаточно слегка прикоснуться к поверхности.

— Ах, цветок упал на письмо.

Один из лепестков красивых жёлтых и сиреневых цветов, стоящих на окне, оторвался и упал на бумагу. Что, видимо, и привело к самопроизвольному воспроизведению письма.

— У нас в деревне снова цветёт вечерница, которую ты посадила. Шелми стала ухаживать за цветами каждый день, как только поправилась, и теперь на твоей клумбе так красиво.

«Что-то… в этом голосе отталкивающее.»

— Это твоя мама?

Голос молодой женщины показался мне до странности неуютным. Я уже где-то слышал подобное.

— Угу! А это моя сестра Шелми.

— Как ты, сестрёнка? Не хвораешь? Не забываешь накрываться, когда спишь? Я совсем-совсем выздоровела. Ты всегда говоришь, что всё хорошо, но я беспокоюсь: ты ведь такая растяпа. Я присматриваю за твоей любимой клумбой. Я слышала, мы скоро сможем увидеться. Жду не дождусь.

— ...Шелми вечно надо мной потешается, а ведь я старше её.

— Аха-ха, хорошая у тебя сестра.

Наблюдая за слегка смутившейся Шурией, я вдруг вспомнил о моей сестрёнке. Она была куда смышлёнее и так же, как и сестра Шурии, постоянно шпыняла меня.

На меня нахлынули эмоции, и всё же я не мог избавиться от ощущения, что в голосе этой девушки есть что-то странное.

Её голос был более звонким, но как и в случае с голосом её матери, в нём было что-то неуловимо противоестественное.

«...Точно. Голос какой-то искусственный. Безэмоциональный.»

Голос не был монотонным, принуждённым, но в нём явно не хватало интонаций, присущих обычной человеческой речи.

Он был выхолощенным, как у механической куклы. Словно голос той самой Шурии из прошлого...

С последним фрагментом головоломки все кусочки сошлись воедино, и меня озарило.

«Ха-ха. Ну, теперь понятно, почему она до сих пор ничего не заподозрила. Ей продолжают морочить голову этими письмами.»

Пока Шурия считает, что у них всё хорошо, ей и в голову не придёт, что здесь что-то нечисто. Особенно когда «добрая сестрица» Юмис ловко ездит ей по ушам.

«Этот магический круг… Ага, вот значит как. Демон поглотил их магическую силу, плата как раз подходящая… А дальше...»

От возникших в моём воображении картин мне стало дурно.

«Ух… опять.»

Всё закружилось перед глазами.

Её ситуация до боли напоминала то, что произошло со мной. В тёмное пламя безумной ярости, которое я всеми силами старался притушить, снова подлили вязкого, горючего масла.

— Позволь спросить, — мягко обратился я к закончившей слушать письмо Шурии. — Эти цветы на окне — те же, что ты вырастила у себя в деревне?

— Да. Они очень стойкие и жизнелюбивые. Хоть и немногочисленные.

— Красивые цветы, — отметил я и поднялся из-за стола. — Мне пора. Не могла бы ты сохранить нашу встречу в секрете? Честно говоря, я не должен был с тобой разговаривать.

— П-правда? Хорошо, тогда я ничего не скажу! — решительно пообещала Шурия, крепко сжав кулачки. Ну прямо как я в своё первое пришествие. Она не расскажет Юмис, я уверен.

— Эм, перед тем, как уйти, не могли бы вы назвать своё имя?

— Конечно. Я Кайто.

— Кайто… Мы ещё встретимся?

— Да, мы встретимся.

Я снова принял призрачный облик и отменил действие «Меча призрачного пламени сердца», чтобы вернуться в своё настоящее тело.

***

— А-а… Какой же сволочной этот мир.

Испытав ощущение, будто я плыву сквозь пространство — такое же, как и при телепортации — я вернулся в своё тело в гостинице и открыл глаза. Минарис ещё не вернулась.

— Фух, нечего тут рассиживаться.

Бурлящая ярость начала вскипать во мне при мысли о том, что я только что узнал. Самое время выплеснуть всю накопившуюся во мне злость.

Изначально планировалось, что мы с Минарис отправимся на большую охоту через два-три дня, чтобы подготовить её к сражению с полчищем врагов, а заодно подзаработать опыта. Встреча с Шурией смешала мне все карты.

Так или иначе, я всё равно собирался испытать свой козырь в деле. Мне нужно узнать, насколько хорош он будет против Юмис с учётом моих характеристик, прежде чем применить его на практике. Кроме того…

...Нет, так не пойдёт.

Нет смысла убеждать себя разумно это или нет.

Я просто хочу крушить всё вокруг. Хочу дать выход сжигающей меня ярости.

Восполнив с помощью зелья ОМ, потраченные на призрачное воплощение, я покинул гостиницу и вышел из города через восточные ворота.

Отделившись от толпы, я направился по дороге в сторону леса.

Я прекрасно понимал, что попусту теряю время, что мне следует сосредоточиться на поиске новой информации. Знал, что прежде всего мне необходимо всё тщательно проверить, но я просто уже не мог.

Я не хотел сейчас встретить эту падаль Юмис. Я чувствовал, что не сдержусь, если увижу её.

— Ого, сколько вас. Как раз и стресс сниму, и свой козырь проверю.

Здесь было гораздо больше монстров, чем в тот день, когда мы разделались с Баркасом и его товарищами. Лес буквально кишел чудищами всех мастей.

Мои губы растянулись в плотоядной улыбке. Чем больше жертв падёт на алтарь моей безудержной злости, тем лучше.

Не выказывая ни малейшего волнения, я вошёл в лес, сделал несколько шагов, и на меня тут же набросилась пара гоблинов. Взяв в правую руку «Духовный меч начала», а в левую — «Покрытый зеленью хрустальный меч», я разрубил обоих на части.

— Извините, ребята, ничего личного.

Я прикрепил «Покрытый зеленью хрустальный меч» к декоративному шнурку на поясе и крепко схватил «Священный меч Отмщения». Затем принялся шинковать попавших под руку монстров.

— Не помогает. Не могу успокоиться. Но я не хочу, чтобы моя сообщница видела меня таким жалким.

Я убивал направо и налево: прикончив всех нападавших на меня монстров, я принялся уничтожать остальных чудищ вокруг. У меня закладывало уши от их предсмертных воплей, которые слились в один протяжный, мучительный вой.

— Не взыщите, так вышло.

За несколько минут я практически полностью зачистил опушку. В глубине леса кучковались ещё монстры, и я двинулся туда.

На пролеске размером с огромный спортивный зал собралось целое полчище чудищ.

Разнообразие поражало: тут были и красные колпаки, и зелёные вепри, и хобгоблины, и гоблины-мечники, и серые гармы, и орки, и тролли. Целая сотня противников, большинство из которых уже стали проявлять враждебность либо страх. Хех, вот здесь-то я наконец смогу сражаться в полную силу.

Я залпом выпил ещё одно зелье восстановления ОМ и отшвырнул в сторону пустую склянку.

Не раздумывая, я сразу приступил к делу. Моими первыми жертвами стала группа гоблинов, которым не повезло оказаться в отдалении от остальных. Молниеносно пронзив их, я размашистым движением выдернул из их тел клинки, окропив землю струями крови.

— Поглотите мой гнев и умрите.

Я снял все ограничения, повысил силу и рефлексы до максимума, превратившись в неудержимую машину смерти.

***

— Кха-а! Аха-ха-ха-ха-ха-ха!!!

Клинки кружились в беспощадном танце, пронзая сердца, отсекая головы, перерубая шеи, заливая всё вокруг фонтанами крови.

— Сдохни! Сдохни! Сдохни! Ах, как же хорошо! Просто шикарно!

Кровь стучала у меня в висках. В безумной эйфории пьяного угара потонули все прочие мысли. В голове крутилось только желание убивать, а инстинкты были направлены на истребление всего живого.

Безудержная радость от упоения убийствами приводила меня в экстаз.

Я смеялся как безумец, совершенно того не осознавая; облизывал клыки словно волк, добравшийся до вожделенной овчарни.

Я не задумывался об эффективности умерщвления противников, не целился в жизненно важные точки. Сняв ограничители, я тупо использовал полученную силу, чтобы разить их, когда они попадались мне на глаза.

За пять минут моей безрассудной жатвы выросла целая гора трупов. Их кровь пропитала землю вокруг, превратив её в кровавую мутную жижу. Посреди этого шабаша я остался единственным живым существом.

Когда всё стихло, я глубоко вздохнул. От пламени моей бушующей ярости остались только тлеющие угольки.

И чувство безысходного опустошения.

— Ну почему я замечаю это только тогда, когда уже слишком поздно... — сорвались с моих губ горькие слова.

«Ты была права, Летисия. Этот мир… он чертовски реален. В нём есть и хорошее, но дерьма здесь гораздо больше.»

Я сжал руки так сильно, что ногти впились мне в ладонь.

Кого я обманываю. В любом случае я выберу лучший для себя вариант. Как бы я не сочувствовал Шурии, для меня моя месть останется превыше всего.

— ...Ну почему, почему я появляюсь, когда уже ничего нельзя изменить! — не переставал сокрушаться я.

Словно капризный ребёнок твердил я эти вздорные слова. Я всё понимал, но не хотел с этим соглашаться.

...Если даёшь второй шанс, так зачем возвращать к моменту сразу после призыва?

Когда уже ничего нельзя сделать.

Когда уже всё потеряно.

— Ха-ха… Как же я жалок.

То, что я получил второй шанс — уже было чудом.

Мир не вращается вокруг меня, и время в нём будет бежать дальше несмотря ни на что. Пусть я поклялся отомстить, такого второго шанса я не желал.

Волею Богини смерть не стала для меня концом. А мои чувства никого не волнуют.

Неуместные, ничтожные сожаления не отпускали меня.

Вот почему я так разозлился, вот почему мне нужно было дать выход моему гневу. История с Шурией меня пошатнула. Я получил удар в самое больное место.

— Позорище. Аж смотреть тошно.

Я не хотел, чтобы кто-то увидел меня таким: скорбящем по тому времени, которое не вернуть, льющем горькие слёзы, предавшись сожалениям.

Потому что мститель таким быть не должен.

— Убью. Во что бы ни стало. Найду и убью. Всех и каждого.

Только эта мысль должна вести меня вперёд.

Я сам выбрал этот путь, и не должен сходить с него, пока не сдержу свою клятву.

Прочь сомнения: я очистил своё сердце и разум, отбросив всё ненужное, оставив лишь тёмное, холодное пламя мести.

Я зарёкся их всех убить. Моя клятва не даст погаснуть этому пламени.

Нечего размазывать сопли, когда добыча прямо передо мной.

...Я буду истязать и мучить, заставлю испытать самую страшную боль, погружу в пучины отчаяния. И потом, только потом — я их убью.

Когда идёшь по тропе мести, думай только о ней. А если будешь оглядываться назад, её сладость станет для тебя ядом.

— Фух, ну вот и успокоился. — Выплеснув переполнявшие меня эмоции, дискомфорт и злость, я наконец смог привести свои мысли в порядок. — Аха-ха-ха… Чёрт, ну и видок. Тут не до смеха.

Только сейчас я понял, что покрыт кровью монстров с ног до головы. Неистово размахивая клинками, я этого не замечал, но теперь, живописно вымазавшись в крови, хотелось выругаться самыми последними словами.

У меня оставалось ещё около трети маны, но из-за её чудовищно быстрого поглощения я был вдрызг пьяным. Обычно такое состояние меня только раздражало, но сегодня этот разлившийся по всему телу жар приятно согревал меня.

«Многовато времени я потратил. А ведь это мой козырь. Мне всё ещё очень далеко до моей лучшей формы.»

Успокоившись, я решил немедля смыть с себя всю эту грязь. Я вытащил из сумки бочонок с водой, который припас на экстренный случай, и облил себя сверху донизу.

И пока вода стекала по моим плечам, мне вспомнились прощальные слова Шурии: «Кайто… Мы ещё встретимся?»

— Да, мы встретимся. Мы с тобой обязательно встретимся.

И если пожелаешь, я поведу тебя по этому пути тьмы в самую бездну словно демон-искуситель.

— Что ж...

Я стряхнул с себя воду, потянулся, затем с хрустом размял шею и расправил плечи.

— Чёрт, как же я проголодался, устал и ослаб, — проворчал я, поглаживая свой урчащий живот.

Было уже часа три пополудни. Я уже успел пообедать, но отчего-то чувствовал сейчас себя жутко голодным, словно весь день ничего не ел.

Способ, который я использовал для уничтожения это прорвы врагов, не только стремительно истощал мою ману, кружа мне голову пьяным дурманом, но и истощал меня физически, вызывая сильный голод.

Не обращая внимания на кровавый пейзаж вокруг меня, я вытянул из сумки кусок вяленого мяса и принялся его жевать. Трупы нельзя было тут оставлять, поэтому я призвал Лизуна, чтобы тот поглотил их. Правда, наполнивший окрестности запах крови он убрать не мог. Ну, ничего не поделаешь.

Больше здесь мне нечего было делать. Чтобы не чувствовать запаха крови, я покинул это место, продолжая уплетать куски сушёного мяса один за другим.

Комментарии