Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 13. Сквозь кривое зеркало (часть 2)

— Итак, теперь моя очередь.

Я продолжил претворять свой план в жизнь, убедившись, что Минарис подготовила Баркаса и его товарищей к тому, что должно было произойти.

Для моей цели мне понадобились два духовных меча: «Меч яйца магозверя» и «Меч капли водного духа».

Когда я был неосторожен с наполнением маной духовных клинков, из них всегда истекала излишняя магическая энергия. Обычно я старался этого избежать. Но в этот раз обстоятельства были другими. Перенасыщение энергией создавало необычайную картину, вселявшую ещё больший страх в души Баркаса и сотоварищей. Я специально трансформировал клинок таким безбашенным образом, чтобы он источал вокруг меня частички чёрного цвета.

— Взреви же рёвом магозверя, «Цветок Преисподнии»!

Из рукояти меча начало вытягиваться зелёное, похожее на бутон лезвие, по мере того как я постепенно переливал в клинок ману. Изнутри прорастали чёрные и пурпурные жилки. Они пульсировали и увеличивались в размерах, словно наружу исходило само зло и скверна. Трансформация была настолько феерической, что Баркас и его дружки тревожно вздрогнули.

— Ч-что это?..

— Это? Это моя маленькая игрушка. Не беспокойтесь, скоро сами узнаете.

Было неинтересно заранее рассказывать о том, что их ждёт. Яд Минарис работал как следует, и всё шло по плану. Вязкая, токсичная жидкость полностью перекрыла действие предыдущей отравы и теперь они были полностью парализованы, за исключением головы. Они могли слышать, двигать глазами и говорить, но были обездвижены.

Троица с беспокойством взирала на трансформирующийся «Меч яйца магозверя». Их искажённые от ужаса лица отражались в лезвии постепенно изменяющегося клинка. Волосы у них встали дыбом, когда они поняли, что вот-вот произойдёт что-то жуткое.

Меч принимал форму крайне медленно, так как я специально замедлил поток своей маны.

И вот бутон наконец раскрылся.

Раздался пронзительный нечеловеческий визг.

Услышав этот звук, троица мучительно скривилась. Шум был ужасен и напоминал скрежет, словно кто-то водил гвоздями по металлической поверхности. Неприятно, но терпимо, если вы уже к такому привыкли.

— Мгх, как же эта штука кричит...

Для меня это не было неожиданностью, но слух у Минарис был куда более чувствительным, что доставило ей хлопот.

— Всё в порядке, Минарис. Не надо прикрывать мне уши.

Мы не смогли найти подходящих ушных затычек, хотя облазили весь город, поэтому я сказал ей прикрыть уши, чтобы снизить воздействие шума и уменьшить дискомфорт от него. Кажется, мы ясно об этом договорились, но в итоге она это проигнорировала, прильнула ко мне сзади и закрыла мои уши.

— Хи-хи-хи. Сами виноваты, хозяин. Если хотите, чтобы я вас слушалась, приказывайте мне, как полагается.

— Ну хватит, отцепись уже. И хватит прижиматься ко мне своей грудью.

— Чем прижиматься? Я не расслышала. — Опьянённая маной, она теряла берега и принималась вести себя довольно развратно.

— Ну всё, всё. Прекрати.

— У-у-у… Хозяин, приласкайте меня. Я же так старалась.

— Ладно-ладно, не сейчас. Вот, выпей скорее.

Я оторвал от себя Минарис и привычным уже движением всунул ей в рот зелье восстановления ОМ. Я старался сохранять спокойствие, убеждая себя, что девушка просто не в себе. Мне показалось, на этот раз она зашла дальше, чем обычно, однако я решил не обращать на это внимания, считая, что спустя какое-то время она угомонится.

— Ч-что… Какого чёрта... они делают?

— Я не… пойму...

Дот и Терри высказались с недоумением и страхом, совершенно не понимая ни наших действий, ни к чему они приведут.

Баркаса, однако же, волновал не мой меч и не развязность Минарис. Всё его внимание было сосредоточено на том, что происходило справа от него.

— Как поживаешь, Лизун?

— Кьюпи-и-и!

Лизун, появившийся с душераздирающим криком, ответил мне умилительным, совершенно не к месту, голоском. «Символ подчинения», начертанный на его теле позволил мне понять, что он рапортует: «Всё отлично».

Распустившийся «Меч яйца магозверя» сморщился, вернувшись в состояние бутона.

— Э-это же просто слизь, д-да? — сбивчиво спросил Баркас.

— Да. Обыкновенная, ничем не примечательная слизь, — чистосердечно ответил я.

Лизун вполне соответствовал привычному образу слизи. Глаз и рта у него не было. Полупрозрачное каплевидное существо голубого оттенка с желеобразным телом. От привычной слизи он отличался разве что меньшим размером, около полуметра. Что, впрочем, тоже не назовёшь маленькими габаритами. «Символ подчинения» также был его отличительной чертой. Лизун продолжал умилительно вскрикивать, покачиваясь туда-сюда. Глядя на него, я задавался одним-единственным вопросом.

Как он, чёрт подери, издаёт такие звуки?

— Я попрошу тебя разделиться на части. Справишься?

— Кьюпи-и! Кью-юпи!

Услышав утвердительный ответ, я слегка потрепал Лизуна по макушке. Правда, меня немного смутило, что я толком не знал, где же на самом деле находилась его голова. Поэтому я просто дотронулся до верхней части его тела. Было ощущение, будто я опустил руку на мягкое, упругое тесто.

Я заменил «Меч яйца магозверя» на «Меч капли водного духа». У нового меча лезвие отсутствовало напрочь. Он состоял из трёх частей: рукояти, гарды и куска ткани цвета морской волны, в которую они были обернуты.

— Я на тебя рассчитываю, Лизун.

— Кью-юпи-и-и! У-у-у… кью! — Лизун утвердительно ответил и разделился надвое.

Я повернулся к одной половинке и прижал к ней меч. Десятая часть его тела влилась в клинок.

— К-какого чёрта ты делаешь?

— А ты как думаешь? — дразняще улыбнувшись, Минарис, уже знавшая, что произойдёт, захихикала.

— Скоро узнаешь. Всё уже готово. Запасов моей маны не так уж много, чтобы долго держать этот меч в таком состоянии. Так что я не стану томить вас ожиданием.

Я подошёл к Баркасу и взмахнул созданным мечом. Мои губы растянулись в широкой ухмылке.

— С-стой… Н-нет… Н-не надо...

— Не волнуйся. Скучно и уныло тебя убивать я не стану.

Я лаконично улыбнулся, разглядывая обезглавленное тело Баркаса. На лицах его приятелей застыло выражение безмерного ужаса. Потом то же самое я проделал с ними.

***

Человек, на которого я смотрел, просто сгорал от безумного наслаждения. Его ухмылка стала ещё шире, когда он взмахнул мечом у моей шеи и обезглавил меня.

«Проклятье… Как меня мог прикончить этот щенок?..»

Я не чувствовал боли из-за жижы, которой напоила меня его рабыня, но определённо ощутил, как моя голова отделилась от тела.

Несмотря на то, что меня обезглавили, я всё ещё оставался в сознании и видел, как Терри и Дот разделили мою судьбу.

Я слышал, что обезглавленные преступники могли открывать рот и моргать несколько секунд после смерти. Что ж, теперь я и сам в этом убедился. Скоро всё закончится, уже ничего не изменишь. В лучшем случае, я продержусь ещё немного, а затем меня поглотит тьма. Я посмотрел на своих товарищей, с которыми мы прошли огонь и воду за последние несколько лет, и наблюдал, как вместе со мною они покидают этот свет. Отсутствие боли сделало мои последние мгновения чем-то нереальным, но я безропотно ожидал своей смерти...

— Ч-что… Что происходит, чёрт подери?!

Время шло. Одна, две, три… десять секунд прошло, но я до сих пор оставался в сознании.

Я сразу же начал задаваться вопросом, правда ли меня обезглавили или же нет.

— К-какого чёрта?! Я не умер?

— Что со мной? Мне же отрезали голову!

Я услышал недоумённые голоса Дота и Терри.

Я попытался взглянуть в их сторону, чтобы посмотреть на отрезанные головы и понял, что что-то примкнуло к их шеям.

— Аха-ха-ха-ха! Ох, пардон. Вам, наверное, непросто осознать, что сейчас происходит, да?

Обезглавивший нас мальчишка, стоящий рядом со мной, громко рассмеялся. Я почувствовал, как что-то тянет меня за волосы.

— Что, м-мать твою, происходит?! К-какого хера?! Что это?!! — Меня подняли в воздух, и я наконец увидел, что со мной произошло. Моё корчившееся в конвульсиях тело лежало на земле и истекало кровью. — Что за бл..ские шутки?! Как это возможно?! Почему я жив?! Там же моё тело?!!

— Ха-ха-ха. Невозможно поверить, правда? Лизун присоединил свои части к вашим шеям сразу после того, как я отрезал вам головы. Он гоняет кровь по сосудам, поддерживает нужное давление и обеспечивает ваш мозг кислородом. Просто фантастика. Он даже поддерживает ваши голосовые связки, чтобы вы могли говорить. Яд Минарис убрал всю чувствительность, так что от болевого шока вы тоже не умрёте.

— А-а-а?! Что ты, бл..ь, несёшь? Я ни хера не понимаю!

— Это значит, что ты всё ещё жив даже без тела. Вот, сам убедись.

Мальчишка грубо втащил меня на валун, на котором я сидел ранее. Его меч таинственным образом исчез, перед тем как он безжалостно схватил и стал держать Терри и Дота прямо передо мной. Оба они находились в полнейшей прострации. Я вскоре сообразил, что выгляжу точно так же. Из шеи торчала какая-то желеобразная дрянь, внутри которой текла, пульсируя, тёмно-красная жидкость.

Осознав, что то же самое случилось и со мной, я чуть не потерял сознание. Меня превратили в какого-то жуткого уродца.

— Ну, теперь ты понял, что с тобой произошло? Великолепно, не правда ли? Мало кто получит такой интересный опыт перед смертью, согласен? — Поставив рядом со мной Терри и Дота, этот зверёныш продолжал улыбаться, играясь с нашими жизнями.

— Лизун.

— Кьюпи-и! — Слизь, словно поняв, что от него требует хозяин, медленно подползла к нам.

— Э-эй, что… Что ты задумал? — спросил я в отчаянии.

Ответа не последовало. Мальчишка, продолжая ухмыляться, повернулся к слизи, потрепал её по макушке и ласково произнёс:

— Кушай.

— Кьюпи-и!

— НЕ-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!

В ответ на его приказ слизь немедленно принялась действовать, склонившись над нашими телами. Похоже, она только и ждала этого чёртового сигнала.

— Не-е-ет! Прекрати-и-и-и! Моё тело! Тело!!!

Слизь поглощала наши тела, которые постепенно сжимались и издавали хруст.

— Умоляю, остановись! Это же наши тела! Хватит! Не трожь их! Что же ты делаешь! Стой! Стой сейчас же! — заорал Терри во всю глотку, увидев, как слизь начала поедать его тело.

— Ч-чё за херня?! Нет-нет-нет! Это сон, я знаю! Мне всё это снится! Га-ха-ха-ха-ха! Точно! Я просто сплю!

Точно, Дот прав. Это просто сон. Жуткий, мать его, кошмар.

— Хи-хи-хи. Ну, как ощущения? Непривычно видеть, как слизь пожирает ваши собственные тела, верно? — едко прокомментировала происходящее крольчиха.

Слизь была полупрозрачной, и мы видели, что происходит внутри. Слышали, как трещат наши кости. С жутким хрустом слизь раздробила руку Дота и согнула в обратную сторону ноги Терри. Она содрала с меня кожаную броню, словно кожуру, и вспорола мне живот, вывалив наружу потроха. Что-то щёлкало у меня в голове каждый раз, когда части моего тела разрушались слизью.

— Это неправда. Это невозможно. Просто невозможно. Невозможно. Невозможно. Невозможно…

— А-а-а-а-а! Мы виноваты! Прости нас, прости! Не-е-е-т! Не на-а-а-адо-о-о…

Первым сломался Дот, следом за ним Терри. Первый бессвязно бормотал «невозможно», второй истерично умолял остановиться. Я лишь беззвучно открывал рот, как рыба. То, что происходило у меня на глазах, рушило мой рассудок.

Я знал, что умру. Да, я прекрасно это понимал. Но не мог смириться с тем, как это произойдёт. Нет, только не так.

— Хмм… Скучные вы, ребята. Вы даже не почувствовали боли и уже сдулись?

— Даже гоблины развлекали нас дольше.

— Ве-ерно? — в унисон произнесли поганцы, весело рассмеявшись.

Уже было невозможно разобрать, какая часть тела кому принадлежала.

Я не понимал, что происходит. Мой разум отказывался верить в происходящее.

Как? Почему?.. За что?!

Я не мог понять, почему эти двое улыбались. Как они могли весело болтать и смеяться, наблюдая, что с мной происходит?

— Кьюпу-у! — Слизь выплюнула куски металла и прочего снаряжения, закончив поглощать наши тела.

— Что мы тебе сделали?!

— А-а? А то ты, ублюдок, не знаешь? — со жгучей, жестокой яростью ответил мальчишка.

Для него всё было очевидно, но я не мог вспомнить ничего, что могло бы навлечь на нас такой гнев.

— Разве вы не хотели перебить мне ноги и оставить умирать? Не собирались изнасиловать Минарис у меня на глазах? И не планировали прикончить меня?

— Э-это так, но всё равно, мы такого не заслужили!

— Что значит «не заслужили», подонок? Ты считаешь, что тебе всё позволено, раз ты сильнее? Думаешь, если никто не узнает, то можешь творить, что хочешь? То, что мы с вами делаем — просто ваше отражение в кривом зеркале. Потому что мы сильнее, и потому что никто ничего не узнает. Мы просто следуем вашей извращённой логике.

Мне нечего было ответить.

— Ты не имеешь права ни судить нас, ни жаловаться на судьбу. Ты жил как мразь и помрёшь как мразь.

Эти слова заставили меня вспомнить кое-что из того, что проповедовал наш священник, когда я был ребёнком.

Кажется, он называл это кармой. С нами поступили так, как мы поступали с другими.

Это я понимал.

Но принять — не мог.

— Нет!.. Нет, нет, нет, не-е-ет!!!

Я не хочу умирать. Не хочу. Умирать. Я. Не. Хочу. Умирать.

Только не так.

Я давно свыкся с мыслью, что мне не суждено умереть от старости. Я смирился с этим, когда стал авантюристом. Но смириться с тем, что моя жизнь закончится вот так, я просто не мог.

Я этого не хотел.

Не таким образом.

— Похоже, нам пора прощаться. Минарис, Лизун, каждый берёт по одному. Поняли?

— Конечно, хозяин. — Крольчиха засунула руку в сумку и достала оттуда ржавый молот.

— Э-э-это про-о-о-осто со-о-о-о-о-о-он! Я ско-о-оро-о-о про-о-о-осну-у-у-у-у-оськгх!..

Молот со свистом пронёсся рядом с моей головой и опустился где-то рядом. Тёплая кровь Дота брызнула мне в лицо, и я почувствовал дрожь от желеобразного тела, на котором находилась моя голова.

— Твоя очередь, Лизун.

— Кьюпи-и! — Повинуясь командам мальчишки, слизь вытянула свои щупальца.

— Этого не может быть! Просто невозможно! Нет! Я не вегуохпф!..

Лизун втянул голову Терри внутрь и раздавил ему череп вместе с мозгом. Один глаз выскользнул из тела слизи, словно та его выплюнула, но практически сразу же был подобран и возвращён обратно в эту мясорубку.

— Нет! Только не это! Почему?.. Почему всё это со мной происходит?!

— Я тоже много над этим думал. Я задавался этим вопросом снова и снова. Вы не знаете причину, почему это с вами произошло, но я прекрасно всё помню. Да и уверен, я уже всё объяснил, правда?

Последнее, что я увидел, перед тем как моя голова была разрублена — это горькая усмешка мальчишки. Усмешка, полная презрения даже к самому себе.

Комментарии