Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 2. Принцесса в замке

Девочки-волшебницы отличаются от людей. Они абсолютно другие .

Строго говоря, девочка-волшебница — это человек, который смог стать волшебницей. Однако после превращения он перестал быть человеком. По силе волшебницы намного превосходят обычных людей.

— Утратив право быть девочкой-волшебницей, ты лишишься жизни. Умерев как девочка-волшебница, ты умрёшь и как человек-пон!

— Я ведь уже сказала, что не хочу ею быть! Если мне грозит смерть, то я лучше снова стану обычным человеком!

— Я продолжаю говорить, но ты не слушаешь-пон! Это бесполезно-пон!

— Не смей так просто заявлять, что это бесполезно!

— В момент, когда ты стала девочкой-волшебницей, тебе было предназначено стать борцом за справедливость-пон! Это такая же битва, как и любая другая-пон! То, что ты попала в затруднительную ситуацию, не повод сдаваться! Как в любом бою, ты просто должна выжить, используя свой ум, храбрость и, конечно, магию-пон! Помнишь, как здорово побеждать врагов сильнее тебя?

Белоснежка выключила свой магофон, резко оборвав разговор.

Незадолго до этого она проверила логи чата. Наткнувшись на беседу Кранбери и Фава, она просмотрела её несколько раз и каждый раз приходила в исступление. Однако она никогда не видела, чтобы они общались друг с другом.

Если на поприще девочки-волшебницы ей грозила смерть, то она предпочла бы снова стать обычным человеком, но Фав сказал, что тогда она тоже умрёт.

Если подумать хорошенько, разве не этого она желала, когда начала играть? Именно поэтому она и дала своё согласие. И всё же ей не хватало смелости принять правду.

Белоснежка вздохнула. И о том, что она волшебница, никому не сказать. Тогда она тоже умрёт.

Нельзя поделиться ни с папой, ни с мамой, ни с друзьями. Сделав это, она просто умрёт.

Через два дня после еженедельного чата в местной газете было напечатано объявление о том, что скончалась девушка 24-х лет. Её звали Нэму Санджо. Причина смерти — внезапный сердечный приступ. Время смерти совпадало с окончанием еженедельного собрания в чате.

В прошлом девушка никакими хроническими или иными заболеваниями не страдала. Совпадало всё: имя, время и обстоятельства.

Вот кто скрывался за аватаром Нэмурин.

Выходит, всё правда. Она, Коюки, действительно умрёт.

Белоснежка посмотрела на Луну. Отсюда, со стальной башни, она казалась такой мирной.

В море можно было разглядеть рыбачью лодку. Кто бы ею ни управлял, он понятия не имел, что у неё случилось. Белоснежка рассердилась. Но она понимала, что злиться бессмысленно, и виноватых в её ситуации нет, поэтому гнев быстро прошёл.

Ей было жаль Нэмурин, но за себя она боялась ещё больше.

Несмотря на то что у неё были союзники среди волшебниц, с которыми она могла поделиться переживаниями в чате, по её щекам потекли слёзы. В душе она ощутила пустоту и решила пойти спать.

Первое, что она почувствовала при пробуждении, был страх за свою жизнь. Она ненавидела себя за это.

Она боялась смерти. В животе была тяжесть. Она хотела встать, но страх сковывал её.

Она не хотела умирать.

Она не хотела умирать.

Она не хотела умирать.

Она боялась смерти.

Раздался звук электронного звонка. Поглядев в сторону, она увидела ла Пуселль.

— Привет! Чем занимаешься?

— О, знаешь… Разными делами.

— Какими делами?

Тут зазвонил магофон Белоснежки. Звук был похож на тот, что обычно сопровождает повышение уровня в какой-нибудь РПГ.

— А, погоди. Ты это слышала? — спросила Белоснежка.

— Ага… Проверь свой магофон.

Белоснежка так и сделала. На домашней страничке как обычно отразились базовые данные. Время. Дата. Температура. Количество волшебных конфет...

—А?..

Конфет почему-то было меньше, чем должно было быть. Ровно наполовину.

— Чт… Где мои конфеты?

Ла Пуселль не могла сдержать смех.

— Расслабься, я их верну. Просто захотелось тебя разыграть.

Звук повышения игрового уровня повторился, и Белоснежка увидела, что количество волшебных конфет снова стало прежним.

— Что… Что происходит?

— Разве Фав тебе не сказал? На наши магофоны было загружено обновление. Теперь мы можем делиться конфетами друг с другом.

— Это, ну… Здорово! Это обновление может нам реально помочь.

— Да… Хотя время для этого неудачное.

Белоснежка взглянула на ла Пуселль. Та невидящим взглядом смотрела в одну точку. Вдобавок им было до сих пор грустно из-за смерти Нэмурин.

На лице её друга читалась ярость и гнев.

Драконий рыцарь. Она ещё ни разу не видела его в битве, но было ясно, что сейчас ла Пуселль очень хочет сразиться с ответственным за происходящее.

— Эй, Со-чан, ты действительно хочешь этим заняться? Набрать достаточно магических конфет?

— Бело… Сейчас я не Со-чан, помнишь? Но да! Мы соберём их больше всех, иначе головы с плеч. Буквально.

— Мысль об этом меня пугает.

— Да?

— Конечно. Умирать страшно. Я не хочу умирать. Хочу увидеть папу с мамой… И каждый день ходить куда-нибудь с друзьями… Посмотреть больше аниме про девочек-волшебниц… Я боюсь смерти.

Лицо ла Пуселль посуровело. Бнлоснежка выглядела пришибленной.

Ла Пуселль задумчиво отвела взгляд в сторону. Затем она медленно взяла руки Белоснежки в свои, и та сжала их в ответ.

— Мне тоже страшно, Белоснежка. Но мы не должны позволить страху нас сломить, верно? Поэтому давай просто будем делать всё, что можем. Хорошо?

Он говорил совсем как девочки-волшебницы из телешоу, за которых он всегда болел. У него была воля защитить всё, что ему дорого. Хоть он и держал это желание в тайне ото всех.

Даже если ему придётся противостоять более могущественной волшебнице, ничего не изменится. Это было видно по его лицу.

Интересно, другие волшебницы такие же? Они похожи на ла Пуселль? Также готовы ко всему и полны решимости?

Белоснежка почувствовала себя лишней.

Мне тоже страшно, но я чувствую себя беспомощной. Что со мной не так?

Вот как она чувствовала себя сейчас.

Она вспомнила Нэмурин. При разговоре она всегда улыбалась и внимательно слушала собеседника.

Белоснежка потёрла глаза.

— Эй, ну же, не вешай нос.

Ла Пуселль вынула меч из ножен, преклонила колено и протянула его Белоснежке.

Полуметровый меч сверкал.

— Клянусь на этом мече, что всегда буду на твоей стороне и защищу тебя даже ценой своей жизни, Белоснежка.

Пусть его жесты были слегка наигранными и преувеличенными, он был абсолютно искренен.

Несмотря на то, что он просил её не плакать, по щекам Белоснежки потекли слёзы. Она тут же крепко обняла ла Пуселль и прошептала:

— Спасибо тебе...

Прижавшись к тёплому телу ла Пуселль, Белоснежка почувствовала, что краснеет. Когда она подняла голову, то увидела, что ла Пуселль тоже была алой, как маков цвет.

...

Я почти ничего о тебе не знаю.

Скоростная была самопровозглашённым партнёром Рипл. В чате она часто заявляла другим волшебницам: «О, она моя напарница!», но это было правдой лишь постольку поскольку она так сказала, а возражения Рипл она пропускала мимо ушей. Когда Рипл что-то раздражало, она лишь цокала языком. Никогда ничего не отрицала и не огрызалась в ответ. Возможно, её молчание все принимали за согласие.

Каждый день Скоростная прилетала к Рипл, и они работали вместе. У Рипл была причина держаться Скоростной, иначе она ни за что не стала бы её терпеть.

Если кто-то хочет, чтобы она спасала чьи-то жизни с помощью навыка стопроцентного попадания в цель сюрикеном, то ей нужно найти людей, попавших в опасную ситуацию. А вероятность того, что такое будет случаться часто и по заказу, очень мала.

Раз от навыка Рипл нет толку, ей оставалось лишь полагаться на свои физические способности. Так что по сравнению с другими волшебницами она была в невыгодном положении.

С другой стороны, навык Скоростной — это, по сути, её летающая метла, Быстрая Ласточка. От неё было гораздо больше пользы, чем от способности Рипл попадать в цель.

С её помощью можно было не только помогать людям, но и находить тех, кому эта помощь нужна. Ведь сделать это с высоты птичьего полёта гораздо легче.

Когда она смотрела на Скоростную, та то злилась, то плакала, к тому же она все еще горевала из-за смерти Нэмурин. О своём будущем Рипл размышляла спокойно, однако её всё равно бесило, что её без объяснений втянули в опасную игру.

Каждый раз при мысли о смерти ей с трудом удавалось унять боль в груди. И всё же она изо всех сил старалась сохранить хладнокровие.

Ей приходилось собирать конфеты так, словно от этого зависела её жизнь. Буквально. Ведь если бы она этого не сделала, то действительно умерла бы.

Не желая такого исхода, она должна была использовать любое средство, которое у неё было. И таким средством была Скоростная.

Поэтому Рипл, хоть и против воли, скооперировалась с ней.

Рипл сидела позади Скоростной на Быстрой Ласточке. Они летели над своей территорией в поисках возможности заработать конфеты.

За страстным желанием жить Скоростной, казалось, скрывалось нечто гораздо значительнее обычного человеческого инстинкта. Она редко говорила что-либо до конца серьёзно, но однажды всё же поделилась с Рипл: «Я не планирую умирать так скоро. По крайней мере, не в ближайшие шесть месяцев».

Когда Рипл спросила её о причине такого странного заявления, та лишь криво улыбнулась. Хотя Рипл всё равно не ждала от неё ответа.

— Направляемся к Национальной Магистрали, лады?

— Поняла...

— Если повезёт, заработаем кучу очков!

Если дело было в количестве очков, то Рипл предложила сосредоточиться на каком-нибудь районе развлечений. Самым крупным был квартал красных фонарей.

Но там заправляла Бедовая Мэри, потому Скоростная упёрлась — не сдвинуть.

— Если ты так дорожишь своей жизнью, то чего капризничаешь? — огрызнулась Рипл.

Скоростная упрямо помотала головой.

— Мы же хотим выжить, помнишь? Лезть туда, где опасно — это поступать как раз наоборот. И потом, мы же легко можем заработать конфет на своей территории! Всё путём!

Однако с таким количеством населения, как в Северном и Центральном районах это было проблематично. Давным-давно это были города-крепости, построенные в старом стиле. Но потом нужда в них отпала, людей, живущих там, поубавилось, и теперь там было очень тихо.

Не то чтобы это было плохо, особенно для девочек-волшебниц, ведь в спокойной обстановке было легче работать. Только не для тех, кто рыскает по району в поисках происшествий. Во всяком случае они со Скоростной часто возвращались домой с нулевым результатом, перекусывали на ночь глядя и ложились спать.

В обличье волшебниц голод и сонливость не ощущались. Что гораздо важнее, умирать им обоим не хотелось ни в каком обличье.

...

По этой причине мнение Рипл о Скоростной снова улучшилось. Теперь она думала о ней не как о «наставнице, но всё-таки идиотке», а как о «раздражающей, но полезной». Хотя вслух Рипл этого и не говорила.

Однако, когда они опустились на крышу Седьмого Стори Билдинг, Скоростная перестала расти в её глазах.

У каждой волшебницы были свои уникальные способности. Для продуктивного сбора конфет нужно было слаженно работать в команде. Желательно с тем, кому доверяешь.

В общем, собираться большими группами было без толку. Для Рипл, которая, кроме Скоростной, ни с кем из волшебниц не общалась, было невозможно завести среди них друзей. Чтобы это исправить, Скоростная позвала на встречу двух волшебниц. Эта парочка частенько заходила в чат. Более того, у Скоростной была привычка водить дружбу с другими волшебницами. Неудивительно, что она обзавелась хорошими знакомыми, от которых можно было не ждать ножа в спину.

Этих двоих звали Сестра Нана и Вайс Винтерпризон.

На первый взгляд Сестра Нана была одета, как монашка. На ней было длинное одеяние и накидка, покрывающая волосы. Вот только настоящая монашка не надела бы платье, открывающее столь много, и чулки впридачу. Её наряд был в достаточной степени соблазнителен, что выдавало в ней девочку-волшебницу.

Вайс Винтерпризон же на первый взгляд казалась парнем. У неё были короткие каштановые волосы, а ростом она на голову превосходила Рипл.

Она носила просторное пальто, похожее на смирительную рубашку с поясом, и длинный шарф, закрывающий рот и свисающий до пят. Цветовая гамма одежды — чёрно-коричневая.

Лицо у неё было красивое, тем не менее, напоминало бесстрастную маску. Уникальное сочетание для девочек-волшебниц. Вот только скрывающее фигуру пальто мешало рассмотреть женственные изгибы её тела, поэтому внешне она походила на заграничного принца.

— Я очень рада познакомиться с тобой, Рипл. Меня зовут Сестра Нана. А это моя напарница, Вайс Винтерпризон.

— Привет.

Сестра Нана говорила очень нежным голоском. По мнению Рипл, обычно такие как она оказываются непроходимыми тупицами. У Винтерпризон был более низкий и резкий голос. Рипл решила, что люди с такой манерой поведения высокомерные зазнайки.

Ни одна из этих двоих не произвела на неё хорошего впечатления, хотя она вообще не особо жаловала людей, так что ей было на них наплевать. На что ей было не наплевать, так это на выражение лица Скоростной. Казалось, она была чем-то слегка встревожена.

— Я думаю, это неправильно! — внезапно выкрикнула Сестра Нана.

— Что? О чём ты...

— Да обо всём этом! Эту силу нам подарили, чтобы мы несли людям мир. А мы вместо этого сеем ненависть, ссоримся и сражаемся друг с другом! И ради чего?

Она сжала руку Рипл в своих ладонях и придвинулась ближе. Со стороны это можно было принять за попытку похищения. Рипл нахмурилась. Сестра Нана продолжала, ничего не заметив.

— Я считаю, что в такое время нам надо объединиться!

— Отлично, значит альянс! Но что именно мы будем делать? — задала Скоростная вопрос вместо Рипл.

Сестра Нана, по-прежнему не выпуская руку Рипл из своих ладошек, повернулась к ней.

— Сначала нам всем надо объединиться. Уверена, вместе мы обязательно придумаем какой-нибудь выход!

Скоростная с горечью улыбнулась. Рипл цокнула языком. Винтерпризон откашлялась. Скорее всего, это был ответ на реакцию Рипл. Но Сестра Нана беззаботно продолжила:

— Только собрав воедино всю нашу мудрость, мы сможем решить эту проблему. Я направила жалобу Фаву, но он оставил её без ответа.

— О, я тоже так поступила.

— Увы, ничего из этого не вышло. Фав сказал, что посылать жалобы бесполезно, и я отказалась от этого способа. Но я по-прежнему надеюсь найти какой-нибудь выход. Мы уже потеряли одну драгоценную душу… Нэмурин… Как же это грустно, больно и ужасно… Ох, бедняжка.

По щекам Сестры Наны покатились слёзы. Рипл цокнула языком.

Она вспомнила, что во втором классе начальной школы тоже были такие вот красавицы-милашки, сторону которых всегда принимали окружающие. А во втором классе средней школы люди всегда считали хорошим того, кто жалел других.

А ещё были те, кто не стыдился плакать на публике… Таких девчонок было полным-полно. К ним Рипл причисляла и свою мать.

Но самое главное — Сестра Нана не предлагала помощь со сбором конфет.

Рипл стряхнула с себя руки Сестры Наны. Винтерпризон тут же обняла её за плечи.

— Да… Бедная девочка...

Винтерпризон посмотрела на Рипл из-за спины подруги. Судя по горящему гневом взгляду её светло-коричневых глаз, выходка Рипл её возмутила.

В ответ Рипл наградила Винтерпризон убийственным взглядом. Та прищурилась.

Видя, как Рипл облизнула губы, Винтерпризон встала между ней и Сестрой Наной, приготовившись её защищать.

Но когда пальцы Рипл уже сомкнулись на рукояти катаны, висевшей на спине...

ХЛОП!

— Хорошо! Отлично поговорили! Я поняла всё, что ты хотела сказать!

...Скоростная разрядила обстановку хлопком в ладоши и громким возгласом.

— Та-ак, значит, вот как мы поступим. Мы с напарницей по-быстренькому свалим и чутка перетрем, идет?

— Дело срочное. Нужно всё решить как можно скорее, пока не появились новые жертвы.

— Ага, поняла, не кипишись! По-ня-ла! Поэтому я и хочу взять тайм-аут и чутка переговорить. Как говорится, поспешишь — людей насмешишь. Лады?

Скоростная кивнула, а затем, не дожидаясь ответа Сестры Наны, втащила Рипл на метлу и улетела.

После этого она извиняющимся жестом наклонила голову и обернулась к Рипл, сложив вместе ладошки.

— Сорян!

— Залезь в нору и сдохни.

— Я на полном серьёзе! Она связалась со мной и сказала, что хочет перемолвиться словечком, не могла же я просто её послать! Откуда мне было знать, что ты ощетинишься иглами как ёж? И вообще, у тебя самой есть какие-нибудь идеи? Я делаю всё это, чтобы мы с тобой как-нибудь выкарабкались из этой заварушки. Помнишь? Я говорила, что хочу прожить ещё хотя бы полгода.

Чего она так зациклилась на этих шести месяцах? Говорит об этом каждый раз, как речь заходит о смерти.

—...Ты невыносима...

— Сама такая. Думаешь, легко найти человека, который с тобой уживётся, а? Так… Извини, конечно, что я втянула тебя во всё это, не спросив. Прости за то, что позвала тебя на встречу, где была Винтерпризон. Но мне никак нельзя откидываться. Пока нет.

Похоже, нежелание Скоростной умирать — это не просто страх перед смертью. Полгода. Что же такого должно произойти за это время? Рипл ткнула Скоростную пальцем в спину.

— А почему...

— Э?

— Если тебе плевать на моё мнение, на кой чёрт я вообще тебе сдалась?

— A…

— Ну конечно, не можешь ответить...

— Нет, не в этом дело! Ты что, всерьёз думаешь, что я бы дала тебе смахнуться с Винтерпризон? Или ты не помнишь, как однажды Сестру Нану чуть не убила Бедовая Мэри? Тогда Сестра Нана забрела на её территорию и смогла спасти свою задницу только потому, что Винтерпризон ее прикрыла. Я запомнила это, потому что Сестра Нана мне сама об этом рассказала, и при этом краснела, как помидор.

Рипл вспомнила, как Сестра Нана плакала на груди Винтерпризон, и нахмурилась. Скоростная, наверное, думала, что Рипл просто не может с ними поладить. Но проблема была не в ней, а в Сестре Нане, чьи доводы не выдерживали критики. Такие слабые аргументы не подействовали бы на Рипл.

— Ну, девчонка-то она неплохая.

— Она больная на всю голову идиотка, помешанная на религиозных атрибутах. Меня от неё воротит.

— Ой, да ладно тебе, дай ей шанс! И потом… Бывают люди и похуже. Так, давай срубим чутка конфет по пути домой.

— Сколько бы мы ни заработали, о самозащите забывать не стоит...

— Мы всегда можем сбежать. Побег — тоже способ защиты. Или ты забыла, что я Королева Скорости этого города? Меня не просто так зовут Скоростной. Помни: даже когда ты одна, я сверху за тобой приглядываю. Влипнешь в неприятности, а я — вжух! — тут же тебя заберу! Нас не догонят!

Рипл не представляла, на что способна метла Скоростной, поэтому обхватила покрепче её за талию.

...

В соответствии со своим названием Храмовый район был полон храмов: как огромных, так и маленьких, которые часто строились вокруг.

Самым древним среди них был храм Окецудзи, или Королевский храм. Однако то, что у него была своя история, не значило, что он был в хорошем состоянии. Наоборот, это был побитый временем храм на заброшенной улице. Никому не было до него дела. Неплохое местечко для убежища девочек-волшебниц.

Этот храм служил базой для пяти волшебниц. Увенчанная короной Правительница в длинной мантии восседала на мягком стуле.

— Похоже, на наши магофоны загрузили обновление, — сказала она, обращая свой взгляд на статую Будды.

На полу возле статуи сидела волшебница в купальнике. Белоснежный школьный купальник и очки для плавания вокруг шеи — типичное облачение пловчихи. Хотя в её костюме были лишние детали, без которых и пловец, и волшебница могли обойтись, например, наушники.

Её костюм подчёркивал изгибы тела, хотя больше подошёл бы маленькой девочке. Держалась она несколько отстранённо.

— Похоже, теперь мы можем передавать конфеты друг другу с помощью магофонов.

Девочка-волшебница с собачьими ушками выскочила из однометровой дыры в полу. Похоже, ей было намного спокойнее находиться в ней. В яме, которую выкопала она сама.

На ней был плащ с капюшоном, из которого торчали собачьи уши. Перчатки походили на лапы животного, а на шее она носила ошейник.

По всему костюму шли чёрные и белые пятна. Вдобавок сзади у неё торчал собачий хвост.

— Понимаете, что это значит?

На балке сидело нечто, напоминающее ворону с рубиновым ожерельем. Моргнув, можно было увидеть чёрную кошку в сапогах. Ещё мгновение — и эти существа превратились в двух сидевших рядышком волшебниц-близнецов. У каждой из них было по одному крылу, большому, словно у лебедя, и по нимбу над головой.

При смене формы она ненадолго превращались в шар. Однако их настоящим обликом были именно эти ангелы. На вид им можно было дать лет десять.

На них были одинаковые платья в тёмно-синей цветовой гамме. В сочетании с белыми блузками они выглядели словно костюм для хористок.

А вот причёски у них чуть разнились. У одной была гладкая стрижка, у другой — слегка растрёпанные волосы. Ещё одна деталь, по которой их можно было отличить, — ленточки на лодыжках. Один ангел носил ленточку на правой, а другой — на левой.

— Мы можем поделиться конфетами с той из нас, у кого их меньше… верно? — склонив голову, ответила волшебница с собачьими ушками по имени Тама.

— Ноль очков, — холодно сказала Правительница.

— Мы можем разделиться на команды и добыть больше конфет, а напрягаться придётся поменьше!

— О! Это похоже на правильный ответ, сестрёнка! Мегакруто!

Ангелы-близняшки Минаэль и Юнаэль, также известные как Бледные Ангелы, указали друг на друга.

— Тридцать очков, — подсчитала Правительница.

Она подошла к волшебнице в купальнике.

— Свим-Свим, а ты что думаешь?

Та отрицательно покачала головой.

Правительница презрительно фыркнула.

Соблазнительные изгибы женственного тела Свим-Свим были для неё словно кость в горле. У Правительницы даже развился небольшой комплекс.

— Вы действительно идиотки, — сказала Правительница, глядя на Свим-Свим. — Можете хотя бы вести себя не по-идиотски?

Бледные Ангелы широко раскрыли глаза. Тама виновато опустила собачьи уши. Свим-Свим не отводила взгляд от Правительницы, бесстрастная, как и всегда.

Когда Правительница говорила об идиотах, она имела в виду не только этих девочек, но и всех остальных волшебниц, которые были озабочены только помощью людям.

Нэмурин умерла, и Правительница не горела желанием закончить так же.

— Неужели не понимаете? Это послание. Нам сказали красть конфеты друг у друга.

— Э?! Серьёзно?!

— Так действительно можно?!

— Добыв чужой магофон, мы можем перевести себе конфеты без разрешения владелицы. Я уже проверила на своём.

— Ух ты! Круто!

— Правда?!

— Если вы только и можете выкрикивать слова, не говоря ничего дельного, то заткнитесь! От вас, идиотки, у меня голова разболелась.

Бледные Ангелы криво улыбнулись и продолжали смотреть на Правительницу.

— Помните, вы обе — мои подчинённые. Старайтесь изо всех сил, иначе закончите как Нэмурин.

— О, она хочет, чтоб мы поработали?

— Интересно, что она задумала?

Правительнице снова захотелось сказать, чтоб они заткнулись, но вместо этого она продолжила высказывать свои соображения.

— План прост. Больше всего конфет у Белоснежки, причём постоянно. Она и будет нашей целью.

...

Санаэ Муко стала девочкой-волшебницей. Она была довольна, что наконец получила то, чего она заслуживала.

С начальной школы до университета у неё были самые высокие оценки среди учеников. Закончив университет, она получила работу в топовой фирме.

Она всегда считала окружающих идиотами, и сейчас не изменила своего мнения.

«Почему я должна иметь дело с идиотами, которые не понимают моей истинной ценности»?

Ответ был прост: у неё не было друзей.

В школе и на работе, она всегда была одна. Чтобы как-то отвлечься, она стала играть в «Проект воспитания девочек-волшебниц». Так Санаэ и стала девочкой-волшебницей.

Много лет её занимал единственный вопрос: “они что, и правда такие идиоты и не видят, насколько я способная?

Наконец она нашла для себя ответ. Он был довольно прост.

Она живёт в сказке про гадкого утёнка. Однажды она, как и гадкий утёнок, превратится в прекрасного лебедя. Но в какого бы прекрасного лебедя он ни вырос, уткам он не нужен.

В день, когда она стала волшебницей, Санаэ уволилась с работы. Из зеркала на неё смотрела гордая волшебница. Блестящий костюм из атласа, расшитый драгоценными камнями. Тень от её богато украшенного скипетра достигала одного метра. На его сферической верхушке была маленькая статуэтка орла.

На руках были длинные перчатки, голову венчала корона весьма простой формы.

В неё был вставлен обычный бриллиант среднего размера. На её ножках красовадись хрустальные туфельки. Облик довершался волосами благородного светло-фиолетового цвета с украшениями.

Ей больше не нужны были ни тональный крем, ни макияж. Она была свободна от проблем человеческой жизни.

Однако радость Санаэ улетучилась, когда она познакомилась со своей наставницей — девочкой-волшебницей, ответственной за её обучение.

Бедовая Мэри.

Они даже толком не представились друг другу.

Мэри курила, специально выдыхая дым в сторону Санаэ, и пила спиртное из горла, поднимая бутылку высоко кверху.

Санаэ возмутилась такому отношению, но тут же услышала выстрел, и позади неё раздался взрыв. Оглянувшись, она увидела в стене здания дыру три метра в диаметре.

— А теперь слушай сюда, малышка. Не иди против Бедовой Мэри, не надоедай мне и не трахай мне мозг, о’кей?

Бедовая Мэри крутанула свой револьвер. Должно быть, стену разрушила пуля из этого пистолета, вот только дыра была слишком большой.

— Это… твой магический навык?

— Хм, что такое? Ты задаёшь мне вопрос, малышка? Могу поклясться, что это был вопрос. Может, сначала ответишь на мой, а? Не обязательно вслух. Просто кивни, как дурочка, этого хватит, о’кей?

Санаэ немного подумала, а затем медленно кивнула.

— О’кей, о’кей, отличный ответ.

Это было ужасно. Она даже не могла уловить момент выстрела. Он прозвучал практически одновременно со взрывом, разнесшим стену.

Мэри сдула дым, поднимавшийся из ствола, крутанула револьвер ещё раз и сунула его в кобуру.

Затем она приложилась к бутылке со спиртным и перевернула её так высоко, как только могла. Из уголков рта на грудь пролилось несколько капель янтарной жидкости, стекая дальше вниз по телу.

Санаэ кусала губы, её кровь кипела от пережитого унижения.

Против насилия она была бессильна, поэтому ничего не сказала. Санаэ знала, на что способна её собственная магия и была ею довольна. Но Бедовая Мэри была очень быстра. Если она попытается использовать против неё свою магию, та разнесёт её до того, как Санаэ успеет сказать хоть слово. Прямо как эту стену.

Она осознавала свой предел. Конечно, она не была хрупкой, как эта стена, но такой выстрел может убить даже её.

Короче, перед оружием Мэри она так же уязвима, как обычный человек перед человеком с пушкой.

Она думала, что превратилась в лебедя, а на деле лишь глубже погрузилась в пруд.

Санаэ смиренно приняла сей факт и поняла, что ей необходимы защитники. Если она хочет поквитаться, то ей нужны подчинённые, которые могли отвлечь Бедовую Мэри на себя.

После этого она начала создавать свою группу. Когда появлялась новенькая, она первой вызывалась в наставницы.

Тама, у которой было плохо с мозгами. Бледные Ангелы, которые слепо следовали за сильными. Свим-Свим, которая всегда была молчаливой.

Тама просто собака. Собаки — глупые создания, слушаются команд хозяев, пока их всё устраивает. Когда Правительница сделала Таме ошейник, та принялась радостно носиться вокруг храма, виляя хвостом.

Бледные Ангелы были трусихами. Пока она не давала им спуску и была строга, они не смели ей возразить. Санаэ не различала, кто из них Минаэль, а кто Юнаэль, и не утруждала себя вопросами.

Свим-Свим была молчалива из-за недостатка знаний. Санаэ не раз видела, как та рассматривает уличные указатели.

— На что ты смотришь? — спросила она, удивившись действиям Свим-Свим.

В ответ Свим-Свим молча указала на знак. На нём было английскими буквами написано «Нисимондзен».

Это было японское название Храмового района. У Свим-Свим была хорошая память, ничего не скажешь. Но во всём остальном она была тупа как пробка.

Она с трудом читала иероглифы, часто пользуясь при этом ромадзи. Ну естественно, такие большегрудые девицы всегда оказываются тупицами.

Волшебницы, которых Санаэ набрала в команду, казались весьма полезными. Скорее всего, они будут рады умереть за неё.

...

— О, похоже, будет весело!

— Это будет супер-круто!

Бледные Ангелы с энтузиазмом приняли план по краже конфет.

Свим-Свим просто кивнула.

Только Тама, которую заботила этическая сторона, промолчала.

«Правильно ли красть у другой волшебницы?»

Похоже, она глубоко задумалась над этим вопросом.

— Ты должна делать то, что говорит лидер, — одёрнула её Свим-Свим.

В конце концов Тама уступила и тоже кивнула.

Правительница кое-что знала о привычках Белоснежки. Но для полной уверенности она послала Бледных Ангелов и Таму следить за ней, а сама осталась в храме со Свим-Свим.

Даже сейчас Свим-Свим продолжала неподвижно сидеть на месте.

— Почему ты всегда так официально сидишь?

— Потому что нужно показывать лидеру своё уважение и вежливое отношение.

—...Это я так сказала?

— Да. Вы так сказали.

Инструкции, которые давала Правительница, всегда говорились для её собственного удовольствия. Она делала это для себя, в основном, чтобы при первой возможности победить оппонента.

Она не помнила и половины тех вещей, которые говорила, но здесь и сейчас Свим-Свим процитировала её дословно.

Похоже, она делала это в знак лояльности. Это даже раздражало.

«Волшебницы ни в коем случае не должны раскрывать людям свою истинную сущность. И другим волшебницам тоже».

«Лидер всегда должен вызывать восхищение. Ведь только если каждый будет стремиться походить на него, группа сможет стать единым целым».

«Сильный враг должен быть повержен в первую очередь».

«Если ты девочка-волшебница, то не должна сдаваться, даже получив странную силу. Сражаясь с другой волшебницей, ты должна использовать её любым возможным способом, чтоб получить преимущество».

Свим-Свим запомнила всё.

Правительница подошла к Свим-Свим, опустилась на корточки и погладила её по голове.

— Пока ты бережно хранишь это у себя в голове… Может, ты и тупица, но заслуживаешь моего одобрения.

— Хранить… Что?

Правительница улыбнулась. Но вопреки улыбке её ответ был жёстким и недвусмысленным.

— Мои слова, разумеется.

...

План Правительницы был прост. Прост настолько, что даже кретины не могли облажаться.

Она настигнет ла Пуселль и Белоснежку, когда они встретятся на своём обычном месте — стальной башне у пляжа. А затем атакует их, прежде чем они объединятся. Разделяй и властвуй.

Откуда Правительница знала об их месте встречи? Белоснежка и ла Пуселль сами как-то говорили об этом в чатруме. В логах осталась запись.

Когда Правительница нашла их, то подумала про себя: “По крайней мере, не только меня окружают идиоты”.

Она улыбнулась.

Как показала слежка, эти двое никогда не приходили на встречу одновременно. Всегда был небольшой временной промежуток. Если повезёт, ла Пуселль прибудет первой. Тогда Бледные Ангелы и Тама на неё нападут. А Правительница и Свим-Свим займутся бедненькой, милой, невинной Белоснежкой.

Если первой появится Белоснежка, то они поступят наоборот.

У Правительницы не было боевого опыта. Она никогда не сражалась с Белоснежкой или ла Пуселль и не знала, какой магией они обладают. Но то же самое касалось и этих двоих. Они тоже не знали, что за магия у Правительницы.

Магия Тамы, которая могла мгновенно проделать дыру в чем угодно, подходила для неожиданных атак. Способности Бледных Ангелов к превращению, равно как и их способность летать, давали им превосходную манёвренность.

Навык Правительницы был особенно силён. Вместе со Свим-Свим, способной аннулировать любой физический урон, они были великолепной командой.

...Всё будет хорошо, если только они не напортачат.

Это послужит ещё и проверкой. Если план удастся, они перейдут к следующему шагу. Бедовая Мэри. Правительница до сих пор помнила о своём унижении. Внутри неё по-прежнему горел гнев.

Пока она не отплатит Мэри за оскорбление, это пламя не погаснет.

«Она здесь!»

«Это ла Пуселль!»

На магофон Правительницы пришёл доклад Бледных Ангелов. Похоже, ла Пуселль появилась в зоне видимости.

«Кажется, она направляется к стальной башне! И на ней какая-то броня!»

«О, а она быстрая…»

«Хорошо. Всё идёт согласно плану».

Свим-Свим и Правительница выпрыгнули из кустов и рванули к стальной башне.

...

По пути ла Пуселль остановилась. Она заметила Юнаэль и Минаэль, паривших в небе. Зачем-то здесь объявились Бледные Ангелы. Ла Пуселль видела их в чатруме, но в реальной жизни эту парочку встречала впервые.

Она удивлённо задалась вопросом, что им надо. Однако не успела она закончить мысль, как эти двое ухмыльнулись и спикировали на ла Пуселль с двух сторон в попытке ударить её.

Теперь их намерения были ясны. Ла Пуселль спрыгнула в сторону с гравийной дороги и перекатилась через голову по траве.

Стоя на коленях, она вынула меч из ножен и направила его на ангелов.

Близнецы повернулись в её сторону. Меч увеличивался, пока не стал 70 см в длину.

— Что вам нужно?

— Она спрашивает, что нам нужно!

— Разве не ясно?

— Мы бы хотели получить немного конфет!

Кровь бросилась в голову ла Пуселль. Это был гнев. Гнев на этих двоих, намеревающихся ограбить более слабых девочек-волшебниц.

Но к гневу примешивалась толика радости, потому что она наконец могла помериться силой с этой парочкой. С тех пор, как Сота стал девочкой-волшебницей, он хотел сразиться с врагом и одержать победу своими силами.

Ангелы взмахнули крыльями и широко распахнули их. Ла Пуселль впервые видела это в реальности.

Было очевидно, что при попытке встать ангелы нападут снова. Ла Пуселль как можно медленнее двинула левой рукой, но тут земля задрожала и ей пришлось прерваться.

Ангелы тут же атаковали.

Под землёй что-то есть!

Под ногами ла Пуселль разверзлась яма. Если она не прыгнет вверх, то дыра поглотит её. Прыгнет — станет уязвимой для атаки ангелов.

Что бы она ни выбрала, всё плохо. поэтому ла Пуселль не стала выбирать.

Она не стала прыгать и не упала в яму, а кинула меч под ноги и увеличила его. Ширина меча, его длина и толщина. Все параметры возросли в пять раз, не давая ла Пуселль упасть.

Это была магия ла Пуселль — «Меч, который может менять размер». Она могла выбирать оптимальный размер для любой ситуации. Из ямы послышались скребущие звуки, но царапать меч было бесполезно. Он был волшебный, так что это было ему нипочём.

Ангелы замерли, вздрогнув от потрясения. Однако им было трудно остановиться из-за инерции. Они потеряли баланс, и ла Пуселль тут же воспользовалась открывшейся брешью.

Она прыгнула, оттолкнувшись от меча, одновременно хватая ножны.

Ангелы предвидели её удар и попытались от него уклониться. И им бы это удалось, если бы ножны тоже не увеличились вдвое.

Меч был не единственной вещью, чей размер ла Пуселль могла менять. Как побочный эффект её навыка, размер её ножен тоже можно было менять, так как иначе в них нельзя было хранить увеличивающийся меч.

Она ударила одного из ангелов ножнами и сбила его на землю. Затем приземлилась и, повернувшись, бросилась к яме, уменьшив на ходу меч. Как только он перестал блокировать отверстие сверху, из ямы кто-то выскочил. Ла Пуселль тут же атаковала его без всякой жалости.

— Стой! Что происходит?!

Ла Пуселль пнула выпрыгнувшего по голове, сбрасывая обратно в яму, но не настолько сильно, чтоб этот удар мог его убить. Подобрав меч, она услышала крик девочки, свалившейся в дыру. Ла Пуселль повернулась к ангелам, но, похоже, она улетели.

— Эй! Что вам нужно?! — повторила она свой вопрос, но ангелов и след простыл.

Только какая-то ворона ударила её по шее. Она обернулась, на секунду подумав, что это ангелы, но никого не обнаружила.

Лишь по земле катился резиновый мяч.

Ла Пуселль не понимала, что происходит. Ворона спикировала и схватила когтями мяч, а потом полетела к стальной башне.

И тут ворона и мяч уменьшились, изменили форму, а затем увеличились вновь, трансформировавшись в ангелов-близнецов.

Изменение формы? Это и есть их способность?

— Мы достаточно её задержали, верно, сестрёнка?

— Ага… Проблем быть не должно.

Задержали?

Ла Пуселль посмотрела на стальную башню. Один, два, три человека. Определённо, там была не только Белоснежка.

— Чёрт!

От нахлынувшего страха ла Пуселль громко выругалась, что благородному рыцарю было совсем не к лицу. Она бросилась к башне вслед за Бледными Ангелами.

...

Правительница и Свим-Свим идеально выполнили свою часть плана. Они уже взобрались на верхушку башни. Там они увидели девочку-волшебницу, которая ждала подругу.

На ней был наряд, за основу которого была взята белая школьная форма, который часто упоминали на справочном сайте. Ошибки быть не могло, это определённо была Белоснежка.

На лице Белой Волшебницы отразилось замешательство. Она посмотрела на Правительницу, затем на Свим-Свим, и наконец дрожащим голоском спросила:

— Что происходит?

Этот голос. Это лицо. Она была обывателем, а не бойцом. Жертвой, а не преступницей. У неё не было ни малейшего желания сражаться. Она туго соображала.

Возможно, она до сих пор не догадалась, зачем они здесь. А если бы и догадалась, неизвестно, стала бы она с ними сражаться. Хотя это было неважно. Белоснежка медлила в нерешительности, и Правительница воспользовалась этим шансом.

Она достала свой скипетр и направила его на Белоснежку, после чего активировалась её магия.

— Именем Правительницы! Белоснежка, не шевелись!

Правительница приняла нужную позу, заняв устойчивое положение. Белоснежка застыла с удивлённым лицом.

Свим-Свим достала свой магофон и шагнула к ней, а затем начала переводить себе её волшебные конфеты.

Это была магия Правительницы — «Способность отдавать приказы противникам».

Для этого ей было нужно направить скипетр на врага и оставаться в определённой позе. Эффект длился, пока она находилась в том же положении. Кроме того, ей нужно было сказать «именем Правительницы» и находиться не дальше 5 метров от цели.

В общей сложности, ей требовалось выполнить 4 условия.

Её магия действовала только при их соблюдении. После активации навыка цель была вынуждена следовать приказу до полного его выполнения.

Бледные Ангелы, Тама, Свим-Свим. Она никому из них не рассказывала об этих условиях. Лишь объяснила, что её магия позволяет отдать противнику абсолютный приказ. Она и помыслить не могла о том, чтобы раскрыть свои слабости. Ведь они могли воспользоваться этим, если бы захотели свергнуть её.

Приказ, отданный Белоснежке, был «не шевелись». Она могла сказать: «Отдай мне все свои конфеты», но если Белоснежка была сильна, то, выполнив приказ, с лёгкостью бы их одолела. Правительница не хотела, чтобы она напала на них сейчас, поэтому выбрала самую надёжную формулировку, предпочтя безопасность риску.

Правительница была умным стратегом. Как мудрый лидер, она была обязана была принять меры предосторожности на любой случай.

— Свим-Свим, ты закончила?

— ...Ещё немного.

— Поторопись! Я начинаю уставать от этой позы.

—...Пожалуйста, потерпи… Хм?

Свим-Свим прервалась на полуслове. Вдалеке она увидела двух ангелов, которые на огромной скорости летели к башне. За ними следовала девушка-рыцарь, оставляя позади клубы пыли.

— Насколько же тупы эти двое?! Я же сказала им отвлечь её, какое из моих слов они не поняли?!

—...Пожалуйста, потерпите.

— ЗАТКНИСЬ И ДЕЛАЙ СВОЁ ДЕЛО!

...

На Белоснежку напали. Белоснежка плачет. Белоснежка напугана.

Её образ заполнил мысли ла Пуселль. Ранее она поддалась желанию стать героем, и её горячая кровь взяла верх над благоразумием. Для Соты Кисибе ла Пуселль была волшебным рыцарем. Героиней-воительницей.

Несмотря на его старания вести себя как классические девочки-волшебницы, и мирно помогать людям, он всегда встречал вызов лицом к лицу.

Неважно, насколько силён враг, он ни за что не потерпит поражение и не бросит тех, кого взялся защищать. Таково было его представление о том, что значит быть воином.

И сейчас там, на вершине башни, Белоснежка была в беде.

Но даже если ла Пуселль приблизится к башне, Бледные Ангелы снова на неё нападут. Сражаться с ними теперь станет труднее.

Она не испугалась, просто для волшебниц, умеющих летать, стальная башня была идеальным местом для атаки. Битва двоих против одного могла затянуться, поэтому даже в случае победы ла Пуселль враг сможет выиграть достаточно времени.

Когда ла Пуселль впервые испытала свою силу, на неё нахлынула эйфория, но теперь она знала её предел.

Став ла Пуселль, Сота действительно переродился воительницей. Он взял себя в руки и принялся напряженно размышлять. Вариантов для спасения Белоснежки было немного. Фактически, она, ла Пуселль, будет у башни через несколько секунд.

Ла Пуселль оценила ситуацию и приняла решение.

Она вложила всю мощь и вес своего тела, всю свою силу в атаку и...

...направила её на опоры стальной башни.

...

Даже здесь, внизу башня сильно вздрогнула. А наверху встряска оказалась куда сильнее.

Оборванные провода взметнулись вокруг башни, настил площадки рванулся из-под ног. Хоть Правительница пыталась сохранить прежнюю позу, а Белоснежка была вынуждена стоять неподвижно, их обоих просто швырнуло вниз.

Свим-Свим дотянулась до руки Правительницы и, развернув её в воздухе, бросила Бледным Ангелам, которые её подхватили. Ла Пуселль кинулась туда, куда должна была упасть Белоснежка, поймала её и убежала. Лишь пробежав 10 метров, она остановилась.

Правительница гневно посмотрела на ла Пуселль и Белоснежку. Она висела в воздухе словно мешок, поддерживаемая за руки двумя ангелами. И, хоть она была невредима, особой радости при этом не испытывала. Свим-Свим никто не помог, и она бы разбилась при падении, если бы не её магия. Но благодаря своему навыку она не пострадала.

Если бы они объединились, то их было бы четверо против двоих. Постойте-ка...

— Где Тама?

— Ла Пуселль пинком скинула её в яму!

— Думаешь, она мертва?

Учитывая то, что ла Пуселль смогла пошатнуть башню с помощью одной грубой силы, было неудивительно, что Бледные Ангелы не сумели дать ей достойный отпор.

Приняв в расчёт, что ла Пуселль вышла из схватки против троих без единой царапины, Правительница прикинула возможные варианты.

— Ладно, отступаем!

— Ха?! Серьёзно?!

— Это стратегическое отступление, не смейте мне возражать!

Бросив последний взгляд на Белоснежку и ла Пуселль, ангелы унесли Правительницу прочь от башни.

Стратегическое отступление было для них лучшим выходом. В сложившейся ситуации Таме пришлось добираться до храма самой, её голова до сих пор немного кружилась. Она мало что помнила после падения и поэтому почти ничего не могла добавить к докладу ангелов. Правительница рассудила, что для таких тупиц, как она, это обычное дело.

А вот вернувшуюся в храм Свим-Свим все приветствовали как товарища, который успешно завершил миссию по краже конфет у Белоснежки.

У Свим-Свим изначально было 826 конфет. После кражи их стало 2914. То есть за вычетом её собственных ей удалось украсть 2088 конфет.

Это было в два раза больше того, что было у Правительницы, а у неё конфет было больше, чем у каждой из её подчинённых.

— Она собрала 2000 конфет в одиночку?!

— Ух ты, как это у неё получилось?

— Красиво жить не запретишь.

— Тем более нам надо было украсть у неё конфеты!

— Это мега-круто, сестрёнка!

— Э-эм… Так что мы будем делать с конфетами?

— А, я об этом уже подумала! Мы украли 2088 конфет! Разделив их на пять частей, каждый получит по 417, и ещё 3 останутся!

— О, сестрёнка, ты такая умная!

— Ух ты… Мина, Юна, как вы быстро считаете!

— В общем, их можно поделить почти без остатка.

Расчёты ангелов были верны, но способ делёжки никуда не годился, поэтому Правительница внесла коррективы:

— Если отделить конфеты Белоснежки от наших, получится 2088. В этом вы правы.

— То есть в остальном мы ошиблись?

— Где? В чём?

— Всё просто. Почему надо делить их на 5 частей? Если разделить конфеты напополам, получится 1044. Это моя доля. Разделив оставшееся количество надвое, получится 522. Это доля Свим-Свим. Поделив остаток на 3, получится 174. По столько достанется Юнаэль, Минаэль и Таме.

В полуразрушенном храме повисло молчание. Он вновь обрёл мрачное, жутковатое величие, как и полагается любому заброшенному храму. Оно нарушалось, только когда внутри находилась команда Правительницы.

— В чём дело? Какие-то проблемы?! — Правительница обвела взглядом всех четверых. — Вы некомпетентные идиотки, которые не могут сделать без осечек то, что им сказано! Вы годитесь только для простых задач, необходимых для выполнения боевого плана! И вообще, кто придумал нашу стратегию? А? Кто, я вас спрашиваю? И почему тогда награда должна быть разделена поровну? Вы что, совсем тупые?! Ах да, я и забыла, что вы все идиотки! Из-за вашей глупости наш план чуть не провалился! А я-то по доброте душевной чуть не забыла об этом.

Правительница по очереди указывала пальцем на каждую из четырёх девочек. Близнецы отвели взгляд, уши Тамы поникли. Свим-Свим просто смотрела на Правительницу, сидя на полу с прямой, как палка, спиной.

Правительница издевательски усмехнулась, ударив боковой стороной скипетра о деревянный пол.

— Скажите спасибо, что я не наказала вас за глупость.

Чат девочек-волшебниц

Часть 2

Фав: Вот и пришло время для еженедельного чата!

Фав: Странно… Собралось меньше людей, чем в прошлый раз-пон!

Фав: Где же вы все?

Фав: Каждый должен по возможности принимать участие в собрании-пон!

Фав: Конечно, вы можете позже посмотреть записи, но так неинтересно-пон!

Фав: Вы всегда должны быть в хорошем настроении! Именно так ведут себя настоящие девочки-волшебницы-пон!

Фав: Но я отвлёкся.

Фав: Перейдём к самому главному!

Фав: На следующей неделе к нам присоединится новенькая-пон! Её наконец-то выбрали-пон!

Фав: Гарантирую, на следующем собрании вы обязательно её увидите-пон!

Фав: Ох… какие-то вы сегодня унылые-пон!

Фав: На этой неделе будет объявлено имя той, кто набрал меньше всего конфет-пон!

Фав: Ладно. Итак, на этой неделе худший результат...

Фав: У Правительницы!

Фав: Хм… Какая жалость. Мне самому не хочется её исключать, ведь она так старалась.

Фав: Но это зависит не от меня-пон!

Фав: Ну а больше всего конфет собрала Белоснежка-пон!

Фав: Две недели подряд на первом месте! Поздравляю, Белоснежка!

Фав: Остальные работайте усерднее, чтобы попасть в топ-пон!

Фав: Пока-пока!

...

В этот раз в чате было гораздо меньше народу. Тама, Свим-Свим, Бледные Ангелы, Правительница и Кранбери. Не считая Фава, сегодня в чатруме были только они.

Все держались начеку. Каждый видел в ближнем врага.

— Получилось! Получилось!

— Мегакруто!

Из стоящего в руинах Храмового района Королевского храма струился тусклый свет. Бледные Ангелы не скрывали своей радости.

Они давали друг другу «пять», трясли за руки, обнимались.

Тама и Свим-Свим хранили молчание. На лице Тамы проступила мука, Свим-Свим же держалась бесстрастно, как и всегда.

— Эта сучка мертва!

— Серьёзно, разве есть на свете кто-нибудь хуже неё?

— Считала себя тако-о-ой невероятной!

— Постоянно называла нас идиотками! Ну и кто теперь идиотка?

— Хуже её никого нет!

— Худшая — она и есть худшая.

Бледные Ангелы считали Правительницу ужасным человеком. Они снова и снова осыпали её отборной бранью.

Они всегда обсуждали Правительницу за её спиной, никогда не делая этого в её присутствии. Даже Тама думала, что Правительница иногда может быть страшной.

Свим-Свим знала об этом, была лишь небольшая разница в их мнениях. Для них Правительница была помехой. Пока она угрожала исключить их из команды, они лишь кивали и подчинялись.

— О, как поступим с телом?

— Похороним её в горах.

— Там есть свалка, верно?

— С магией Тамы это будет просто!

Тама, Бледные Ангелы и Свим-Свим сели плотнее, образовав кружок. У ног этих четверых лежала бывшая девочка-волшебница. Выглядела она молодо, едва за двадцать.

На ней была пижама, поверх которой было надето несколько шерстяных кофт, на ногах сандалии.

— Как же неохота с ней возиться!

— О, знаю, сделаем это ночью!

— А утром кто-нибудь обнаружит тело!

— Идеально!

Перед смертью Правительница не переставая выкрикивала: «Почему… Как…»

Она продолжала кричать, пока не превратилась обратно в человека. В самом конце она упала на пол, протягивая руки вперед, будто пытаясь до чего-то дотянуться.

Свим-Свим погладила Таму по голове. Глаза той были наполнены слезами. Свим-Свим присела перед ней на корточки и ласково улыбнулась.

— Всё хорошо. Я сама позабочусь о теле, — сказала она, продолжая гладить Таму по голове.

Затем она подняла тело Правительницы и закинула себе на плечо.

— Ты не обязана это делать, Свим-Свим.

— О, это потому что она наш новый лидер!

— На сегодня с вас хватит. Можете делать что хотите.

Свим-Свим распахнула ворота, не обращая внимания на замечания Бледных Ангелов. Каждый раз при открывании эта створка издавала скрип.

Она пошла в сторону задних улиц Храмового района. Там было темно. Жители Храмового района постоянно жаловались на постыдный факт, что на их улицах меньше фонарей, чем в других районах.

Хотя мэр оставался глухим к их жалобам.

Проходя мимо ворот, Свим-Свим вспомнила, как Правительница сказала ей смазать петли маслом. Сегодня на улице тоже была кромешная темень. Никто не мог увидеть её или проследить за ней.

Когда ситуация становилась слишком тяжёлой, она всегда спрашивала себя, что бы на её месте сделала Правительница. А близнецы и Тама следовали за ней.

Свим-Свим восхищалась Правительницей.

«Теперь ты стала девочкой-волшебницей!» — сказала ей Правительница при первой встрече.

С тех пор она взялась обучать ошеломлённую невероятной переменой Свим-Свим азам жизни волшебниц. Но дело было не только в этом. Облик Правительницы...

...Она выглядела, как настоящая Принцесса. Принцесса, которую Свим-Свим всегда видела в своих снах.

Она прилежно исполняла то, чему её учила Правительница.

«Лидер всегда должен вызывать восхищение. Ведь только если каждый будет стремиться походить на него, группа сможет стать единым целым».

Вот так Свим-Свим прониклась восхищением к Правительнице. Правительница была Принцессой, а Принцесса была справедлива и мудра.

Правительница была сильна, прекрасна и обладала выдающимися лидерскими качествами. Свим-Свим всегда страстно желала стать Правительницей. Она стремилась к этому сильнее кого бы то ни было.

Но Правительница может быть только одна.

Двух Правительниц не бывает, потому что Правительница — та, кто стоит выше всех. Две Правительницы — это нарушение законов логики.

Свим-Свим восхищалась Правительницей, уважала её, но чтобы выполнить её приказ и стать Правительницей самой, она была обязана убить нынешнюю Правительницу.

В ночь, когда она это осознала, ее рвало до самого утра. У неё начался жар, и она несколько дней не ходила в школу. Даже сегодня из-за стресса она была вынуждена пропустить занятия.

И всё же Свим-Свим твёрдо знала, что должна это сделать. Однако Правительница обладала могущественной магией. Необходимо было найти способ справиться с ней.

Она знала, что Бледные Ангелы и Тама недовольны Правительницей, но даже если бы они вместе восстали против нее, существовал риск попасть под действие её магии. Поэтому они выжидали подходящего случая.

Кража волшебных конфет.

У Белоснежки их было больше 50000. Свим-Свим забрала только около 37000. Из них 35000 она отдала, а Правительнице доложила только об оставшихся 2000.

Эти неучтённые 35000 конфет она отдала Таме и сказала ей равномерно распределить их между всеми волшебницами, кроме Правительницы, Белоснежки и ла Пуселль.

Хоть другие волшебницы отнеслись к ним настороженно, от дармовых конфет никто отказываться не стал. А в качестве посредника при передаче конфет был использован Фав.

Даже самые скрытные волшебницы и не подумали бы о том, чтобы вести с ним переговоры. Однако, если безо всяких объяснений просто попросить Фава о содействии, он, как правило, делал всё, что было в его силах. Об этом ей тоже рассказала Правительница.

Таким образом она поровну распределила 35000 конфет между одиннадцатью девочками-волшебницами. По 3000 каждой. Поскольку у Белоснежки осталось больше 10000 конфет, она могла разделить их поровну с ла Пуселль, по 5000 на каждую.

Поэтому даже если бы Правительница забрала все 2000 конфет себе...

...у неё их по-прежнему оказывалось меньше всех.

Бледные Ангелы с радостью приняли её план. Тама чувствовала себя виноватой, но всё же с неохотой согласилась. Все трое приняли Свим-Свим как своего нового лидера.

Свим-Свим удалось уничтожить Правительницу, прежде чем та поняла, что её предали. У неё даже не было времени использовать свою магию.

Дойдя до конца улицы, она положила на землю труп Правительницы. Холод её тела ощущался даже сквозь волшебную форму Свим-Свим.

— Прощай. Спасибо тебе за всё.

Свим-Свим низко поклонилась. Затем она повернулась спиной к трупу и растворилась во тьме ночных улиц.

Правительницы больше нет, но она многому её научила. Она должна сберечь всё, о чём Правительница успела ей рассказать. Что бы ни случилось, она будет следовать её указаниям.

Свим-Свим бежала сквозь темноту, время от времени смахивая текущие по щекам слезы.

Комментарии