Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава I — Мальчик и Граф

Начался новый год. Он сказал именно так. Быть может, мы столкнулись вовсе не с обычным концом календарного года, а с завершением некой старой эпохи и началом новой.

Седьмое января.

Закончились зимние каникулы, настал очередной учебный триместр. На ряды заспанных лиц моих одноклассниц падал мягкий свет из окна. Прозвенел первый звонок, но атмосфера во время урока пока оставалась расслабленной. Лишь только бойкий скрип учительского мела по доске внушал уныние.

На перемене я заглянула к ученицам средней школы.

Место Киригири Кёко пустовало.

От её соседки я узнала, что сегодня она не приходила в школу.

Она пропала с того самого дня…

В тот день мы закончили Дуэль Нуар в отеле Норманс и наблюдали её странный финал. Мы держались за руки и бежали оттуда, дрожа от страха.

Сейчас я думала, что нам ни в коем случае нельзя было расставаться после. Я могла совершить большую ошибку, когда отпустила её руку.

Я не остановила её, когда она собралась пойти домой. Решила, дом для неё самое безопасное место из возможных. Я проводила её взглядом и вернулась в свою комнату в общежитии.

То, чем я занималась всю следующую неделю, не имело никакого отношения к убийствам или Дуэль Нуар. И всё же, когда я делала домашнее задание, принимала душ или лежала в кровати, мою голову не покидали мысли о погибших людях. Разум всё ещё был во власти случившегося. Теперь мне казалось, что мирное время, когда ничего не происходило, — на самом деле не обычная жизнь, а просто иллюзия.

Хотелось поговорить с Киригири, и я пыталась ей позвонить, но никто не брал трубку. Ни она, ни её дедушка, ни кто-нибудь из слуг, живших у них дома. В какое бы время я ни звонила, результат был один.

Я почувствовала неладное и доехала до её дома. Нажала на кнопку домофона, но никто не ответил, и лишь только объектив камеры наблюдения неотрывно смотрел в мою сторону. В особняке за высокой оградой не горел свет, и не было признаков человеческого присутствия.

Неужели с Киригири что-то случилось? Узнав, что она не пришла в школу, я ещё сильнее в этом уверилась.

Киригири Кёко как будто исчезла из этого мира.

А вдруг Комитет с ними что-то сделал? Босс преступной организации, Синсэн Микадо, и дедушка Киригири, детектив, как-то связаны друг с другом. Киригири Кёко могла быть втянута в их препирательства, оказавшись между двух огней.

Если её похитили, то пришла пора действовать детективу с DSC Номером 88, специализирующемуся на похищениях, то есть — мне.

Я обязательно её спасу.

Вот только я пока точно не знала, похитили её или нет. Для начала — сложно представить, что она бы с лёгкостью далась в руки врагу. Я прекрасно знала, сколь удивительными способностями она обладала, как наследница рода Киригири, потомственный детектив.

Но куда же пропала Киригири Кёко?..

Искать пропавшего человека — тоже обязанность детектива.

Чтобы выследить её, я первым делом отправилась в Библиотеку Детективов. Она могла оставить мне сообщение или какую-нибудь зацепку. В Библиотеке собраны папки с информацией о примерно шестидесяти пяти тысячах пятистах детективах. Папки находятся в открытом доступе, и кто угодно может с ними ознакомиться. Если нужно узнать информацию о каком-то детективе, то прежде всего следует заглянуть именно туда.

Я вышла из автобуса на остановке «Библиотека Детективов» и зашла на территорию Библиотеки через старомодные ворота.

Я поднялась по ступеням крыльца в стиле старой Европы и очутилась перед входом в детективный лес.

Мне уже доводилось здесь бывать. Мы с Киригири приезжали сюда вместе совсем недавно, но теперь, когда я смотрела на Библиотеку, она казалась не просто загадочным местом, а бездонным пристанищем тьмы. Наверное, это потому что я уже дважды участвовала в Дуэль Нуар. Я не могла не думать о том, что в глубине Библиотеки притаилась зловещая чёрная тень Комитета.

По официальной версии Библиотека не связана ни с какими организациями и придерживается нейтралитета. Но так ли это на самом деле?

Следовало начать с того, что Синсэн Микадо, основавший Комитет, пятнадцать лет назад был одним из тех, кто имел отношение к созданию Библиотеки. Ещё детективов, которым бросают вызов в Дуэль Нуар, выбирают в соответствии с их рангом DSC. Более того, Детективы с наивысшим возможным Номером DSC, 000, очевидно, за одно с Синсэном.

Если Библиотека и Комитет окажутся связанными друг с другом, в этом не будет ничего странного, с таким-то количеством косвенных улик.

И если это правда, то сейчас я, в одиночестве, заявилась во вражескую цитадель.

Всё хорошо. Мне не страшно…

Мне очень страшно.

И всё же я подошла к стойке, широко расправив плечи, чтобы не показывать своего страха. Вот только скрыть собственную бледность у меня бы не получилось.

— Для меня нет сообщений?

Я протянула карточку сотруднику Библиотеки, стареющему мужчине с сединой в волосах. А мог ли он быть одним из членов Комитета?

Он посмотрел на имя на карточке и сразу же помотал головой.

— Нет.

— Тогда… Пожалуйста, обновите мою карточку.

Сотрудник неторопливо отошёл к компьютеру и вставил карточку в аппарат под рукой.

— Обновлений нет.

— Что? Правда?

Сотрудник молча кивнул и вернул карточку.

Ну да, на прошлой Дуэль Нуар от меня не было никакого толку. И всё же я думала, что мой ранг мог подняться, хоть на один пункт, но реальность оказалась не столь благосклонной.

Я отошла от стойки и отправилась в комнату со стеллажами. На полках упорядоченных рядов книжных шкафов выстроилось бесчисленное множество папок. Внутри не оказалось ни души, стояла полная тишина, лишь звук моих шагов эхом отражался от высокого потолка. Я прошла между рядами стеллажей к полкам с номером «9».

Отыскала папку Киригири и вытащила её с полки.

Заглянув внутрь, я обнаружила, что её содержимое не изменилось, всё осталось, как раньше. Ни одного упоминания о деле отеля Норманс.

Возможно, в прошлый раз Киригири не выбрали детективом, и поэтому записей не осталось.

Хотя, нет, информация о деле обсерватории «Сириус» в папке была. В тот раз Киригири тоже не выступала в роли детектива.

Может статься, случившееся в отеле Норманс пока не было обнародовано, вот записей и не осталось. Я и впрямь не видела, чтобы информация о нём всплывала по телевизору или в газетах.

Мне в голову пришла одна идея, и я пошла к полке с номером «900». Нашла папку Нанамуры Суйсэя. В деле отеля Норманс ему бросили вызов, как детективу.

В папке с подшивкой его блестящих достижений не было страницы, где говорилось бы о финале его карьеры. В анкетах погибших детективов в одной из колонок указывают год смерти, но и этой информации тоже не было.

Однако, в том, что Нанамура мёртв, сомневаться не приходилось. Он сам выстрелил себе в голову из пистолета. А потом его труп пропал, вместе с отелем Норманс, который сложился и исчез.

Синсэн Микадо складывал платок у моего лица, и в то же самое время складывался весь пейзаж в поле моего зрения. Я как будто видела сон.

Но Киригири сразу убедила меня в реальности произошедшего.

— Тебе закрыли обзор платком, и ты могла этого не увидеть, но отель и земля вокруг него перевернулись прямо на моих глазах.

— Перевернулись?

Мы возвратились туда, где раньше стоял отель, и обнаружили еле заметную щель между фундаментом, на котором стояла изгородь, и поверхностью земли. По словам Киригири, территория отеля изначально располагалась на плоскости, представлявшей собой нечто вроде очень толстой плиты, и по всей её длине, через центр, проходила ось. Конструкцию соорудили так, что когда плита перевернулась, крутанувшись на сто восемьдесят градусов, то, что стояло на ней раньше, сменилось пустым участком. Границу плиты попытались скрыть при помощи изгороди, чтобы конструкцию не было видно.

— Когда внутри произошло убийство в запертой комнате, ты предположила, что стены могут поворачиваться вокруг своей оси, но оказалось, поворачивались не стены, а сам отель.

Синсэн мог расправить у меня перед глазами платок, чтобы на время скрыть от меня эту конструкцию. Фокусники и иллюзионисты нередко используют подобный трюк.

— Тяжело представить, каким огромным должен быть механизм, если с его помощью возможно беззвучно и плавно перевернуть что-то настолько тяжёлое. Есть вероятность, что все здания, которые используются для Дуэль Нуар, устроены так, чтобы их можно было быстро спрятать от посторонних глаз. Обычно они спрятаны, и их возвращают на место только для очередной игры.

— А как ты тогда объяснишь то, что пейзаж вокруг тоже сложился и пропал?

— Думаю, так и есть — всё сложилось и исчезло. Это были декорации, как в театре, или модели из бумаги, устроенные так, чтобы их можно было сложить в любой момент. Дуэль Нуар — своего рода шоу, ничего удивительного, что всё, включая фон, — часть реквизита и декораций.

Я не могла во всё это поверить, пусть даже так сказала Киригири. Комитет устраивает самые разные преступления в самых разных местах. Выходит, каждое из мест оборудовано огромным механизмом, и для каждого устанавливаются свои декорации, или вроде того. Думаю, на подобное никаких денег бы не хватило.

Да и не в одних деньгах дело, в рабочей силе тоже. Чтобы подготовить или убрать сцену, нужно немало рук. И чем больше людей во всё это вовлечено, тем выше вероятность, что секрет дойдёт до посторонних ушей.

И всё же, раз Дуэль Нуар до сих пор проводятся в тайне ото всех… значит организация находится под грамотным руководством.

Сколько же человек вовлечено в деятельность Комитета? Вполне возможно, я сталкивалась с кем-нибудь из них на улице и даже не подозревала об этом.

Стоило только об этом подумать, и у меня внутри всё заледенело.

Уходя, они продемонстрировали нам свою внушительную денежную мощь и организаторские способности. Или же возможности воплотить в реальность какой-то дикий ночной кошмар?..

Может быть, если бы тогда мы задержались и ещё немного и поискали, смогли бы найти хоть тело Нанамуры. Вряд ли дело придадут огласке, если никто не обнаружит трупы погибших.

Тяжело вздохнув, я вернула папку Нанамуры на полку.

Возможно, кто-то из детективов, чьи файлы стоят на этой же полке — сообщники Комитета.

А сколько здесь вообще честных детективов? Даже трипл-зеро-классы, люди, достойные глубочайшего уважения, оказались на вражеской стороне.

Ничему нельзя было верить.

Быть может, даже сейчас у меня перед глазами просто декорации.

Как же я теперь могла отличать правду ото лжи, раз рядом больше не было единственного человека, которому я доверяла — Киригири Кёко?

В итоге мне не удалось найти в Библиотеке никаких зацепок, которые указывали бы на местонахождение Киригири Кёко.

Близилось время закрытия, и я поспешила к выходу.

Может, мне почудилось, но вокруг вдруг стало темнее. Электрическая лампа, установленная над выходом, начала тускло светиться.

Я уже собиралась нырнуть в дверной проём, омытый слабым светом, как вдруг…

Впереди возник человеческий силуэт, и кто-то вошёл в помещение, ловко проскользнув мимо меня. Когда мы разминулись, я почувствовала сладкий запах.

Он не походил на химический запах духов, скорее на аромат цветов, распустившихся утром. Приятный, милый сердцу аромат.

Человек оказался мальчиком с яркими волосами. В костюме-тройке, совсем как у взрослого, только пиджак снят и переброшен через руку. Мальчик в жилетке двигался совершенно беззвучно. Когда я, проходя мимо, заглянула ему в лицо, у меня на миг перехватило дыхание.

Я его помнила.

И, вместе с тем, это не был человек из моих воспоминаний… Скорее некий универсальный образ. Как ангел с религиозных изображений. Как обласканный солнечными лучами добрый дух. Я видела его раньше, но при этом его, такого невероятно красивого мальчика, не могло существовать в реальности…

Я обернулась, чтобы проводить его глазами. Но позади меня уже никого не оказалось. О том, что мальчик вообще здесь был, говорил лишь повисший в воздухе аромат.

Я как будто увидела духа или призрака.

Интересно, этому мальчику тоже нужен детектив?..Я никак не могла выбросить мальчика из головы, но всё же не стала бросаться на его розыски и покинула Библиотеку. Исчезновение Киригири волновало меня гораздо сильнее, чем какой-то не пойми откуда взявшийся мальчик.

Киригири не пришла в школу и на следующий день.

Я спросила о ней у её классного руководителя и у сестры-директрисы, но они ничего мне не сказали. Взрослые пока не придавали исчезновению Киригири Кёко большого значения.

Но что же я буду делать, если вдруг Киригири больше не вернётся? Смогу ли я в одиночку противостоять Комитету? Или мне следовало жить обычной жизнью и делать вид, что я не знаю об их тёмных делах, пусть это и не так?

Нет, так нельзя. Знать о зле и закрывать на него глаза — то же самое, что стать его сообщником. Я буду бороться в одиночку, пока не вернётся Киригири. И даже если она больше никогда не вернётся…

На следующий день я снова наведалась в Библиотеку Детективов.

Стоило удостовериться, не оставили ли мне сообщений. Несмотря на призрачность надежды, я верила, что это имело смысл. Поэтому снова вышла из автобуса на остановке «Библиотека Детективов», прямо в объятия мелкого снега.

Даже когда я открыла старомодную дверь и вошла внутрь, от моего дыхания шёл пар. Возможно, всему виной был снег, но мне показалось, что внутри холоднее и тише, чем обычно. Подставка для зонтов у входа пустовала, получается, я стала единственным посетителем.

На стойке я спросила, нет ли для меня сообщений, но их не оказалось.

Возможно, мне следовало нанять другого детектива, чья специальность — поиск людей. Но ведь детектив вполне мог оказаться на вражеской стороне. Может, обратиться в полицию? А будет ли с этого прок? Мой прошлый опыт подсказывал, что верить в полицию не стоит.

Мне было очень одиноко.

Я никому не могла доверять.

Возможно, это прозвучит пафосно, но за последние несколько месяцев мир в моих глазах совершенно переменился. Всё было гораздо проще, когда в моём мире не существовало Дуэль Нуар. А теперь мне казалось, что в сумерках тень каждого здания у дороги скрывала такую непроглядную тьму, что, заглянув в неё, можно лишиться чувств.

Будь рядом Киригири Кёко, я бы чувствовала себя гораздо увереннее.

Киригири-тян, ну где же ты?.. Почему ты меня бросила?..

Я бесцельно ходила вдоль стеллажей, и тут мимо, на несколько секций впереди, проскользнула чья-то тень.

Что это?

Мне стало любопытно, и я завернула за угол у одной из книжных полок, последовав за тенью.

Впереди, примерно в двадцати метрах от меня, стоял тот мальчик, с которым мы столкнулись вчера.

Я почувствовала сладкий запах.

Мальчик с перекинутым через правую руку пиджаком замер и смотрел в мою сторону, будто дожидался.

Ростом он чуть ниже Киригири. А возраст… я на взгляд определить не смогла. Понимала только то, что он ещё ребёнок, совсем юный.

Когда наши глаза встретились, он улыбнулся.

Это была одновременно и невинная мальчишеская, и очаровательная девичья улыбка.

Передо мной как будто стоял библиотечный дух.

У него безупречная кожа, длинные ресницы и хрупкая фигура. Может, это девочка? Или у него вообще нет пола? Может, он пока не мальчик и не девочка, а и впрямь кто-то вроде духа. Длинные волосы и синие глаза придавали ему ещё больше загадочности.

Он быстро скрылся за книжной полкой.

Стараясь поспеть за его призраком, я торопливо завернула туда же.

Мальчик снова стоял в нескольких десятках метров от меня и ждал.

И тут же снова скрылся за книжной полкой.

Он что, хотел поиграть со мной в догонялки?

— Эй, погоди! — окликнула я его, бросаясь следом.

Я завернула за следующую полку, и…

Мальчик пропал.

Вместо него я увидела небольшую железную дверь на дальней стене, напротив.

Может, он забежал за дверь?

И вообще, разве там раньше была дверь?

Я как будто нашла вход в Страну Чудес.

Осторожно приблизившись, я схватилась за холодную ручку, медленно открыла дверь…

Тут мне в лицо ударил холодный ветер, и в волосах запутались снежинки.

Я оказалась снаружи.

Вымощенная камнями аллея вела вперед, через арку в живой изгороди. Наверное, это чёрный ход. Я и не знала, что тут есть такой проход.

Мальчика нигде не было.

Скорее всего, прятался за изгородью.

Я вышла навстречу мелкому снегу и прошла через арку.

Впереди оказалась небольшая стоянка для автомобилей. Здесь располагалось парковочное место для двух машин, окружённое высокой живой изгородью. Сейчас там припарковался длинный чёрный лимузин, сильно выделявшийся на фоне кружившего вокруг белого снега.

Рядом с автомобилем стоял тот самый мальчик.

Он открыл дверь лимузина, будто приглашая меня внутрь.

— Что всё это значит?.. Хочешь, чтобы я села в машину?

Мальчик кивнул, не проронив ни слова.

— Ты серьёзно? — спросила я, внутреннее напрягшись. — Куда мы поедем? Туда, откуда не возвращаются?

Мальчик ничего не ответил. Он то ли не мог говорить, то ли не понимал смысла моих слов. Он просто стоял и ждал, открыв мне дверь, словно швейцар в отеле.

Кто и с какой целью хотел взять меня с собой? На похищение не похоже, уж слишком со мной любезничали. А вот для приглашения на вечеринку, наоборот, слишком странно.

Глупо попасться в столь очевидную ловушку.

И, в то же время, была причина не разворачиваться и не уходить.

Быть может, этот же человек куда-то увёз Киригири Кёко. В таком случае, поехать — несомненно, тоже один из способов её найти. Нас бы точно отвезли в одно и то же место. И, возможно, мне удастся воссоединиться с Киригири сразу, как я туда прибуду.

— Хорошо, поеду, — сказала я нарочито твёрдым голосом, чтобы казаться уверенной в себе.

Мальчик в жилетке улыбнулся и протянул руку, желая проводить меня внутрь. Странное это ощущение — когда с тобой так галантен кто-то меньше и младше тебя.

Я взяла его за руку, наклонилась и залезла в тёмный салон машины.

Дверь сразу же закрылась. От раздавшегося хлопка я едва не подпрыгнула на месте.

В тусклом электрическом свете внутри я вдруг увидела лицо сидевшего напротив двери мужчины.

Я видела его раньше…

У меня из груди едва не вырвался вопль. Но до того, как закричать, я принялась рефлекторно обшаривать дверь в поисках ручки.

Нужно бежать!

— Я не собираюсь причинять тебе вред, — голос, по-мужски низкий и гулкий. — Если бы захотел, тебя бы уже не было на свете. Ясно?

Я невольно втянула голову в плечи и быстро закивала.

Из темноты салона на меня смотрело мужественно-грубое лицо, с бородой и усами вокруг рта и собранными назад длинными волосами. В его глазах пряталась страстная жажда действий, и взгляд производил сильное впечатление. Но, вместе с тем, его вид показался мне нездоровым: судя по цвету кожи, её уже долгое время не касались солнечные лучи, а на впалых щеках лежали глубокие тени… Он держался спокойно, и от него веяло взрослой уверенностью в себе.

— Ты ведь знаешь, кто я такой?

Сильно закашлявшись, мужчина вытащил из внутреннего кармана чёрного пальто, напоминавшего мантию, карточку Библиотеки Детективов. Он бесцеремонно протянул её мне.

Рюдзодзи Гэкка DSC Номер 000

Я впервые видела карточку с тремя нулями.

Они были свидетельством того, что он один из лучших детективов в любой сфере.

Это Граф в кресле, Рюзодзи Гэкка, один из самых уважаемых детективов Библиотеки.

Я бережно протянула карточку обратно. Рюдзодзи забрал её мелко подрагивающей рукой. Его пальцы оказались тонкими и сухими, как ветки мёртвого дерева.

Он ещё на какое-то время зашёлся в кашле, а потом налил виски в бокал на приставном столике и осушил его одним глотком. Как будто лекарство выпил…

В тот же момент машина тронулась.

Что он здесь делал? Специально поджидал меня?

Чем сильнее разгонялась машина, тем быстрее в моей голове проносились всё новые и новые вопросы.

Мы с Рюдзодзи сидели в закрытом салоне друг напротив друга, совершенно одни. Недавний мальчик, похоже, устроился в пассажирском кресле, за перегородкой. Кресла оказались очень мягкими и удобными, благодаря этому мне удалось хоть немного расслабить окаменевшие от страха мышцы.

А ведь в любых других обстоятельствах я сочла бы за честь оказаться лицом к лицу с Рюдзодзи Гэккой.

В какой момент линия моей судьбы завернула не в ту сторону?..

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

— Неплохая цифра. Луна шестнадцатого дня подобна сомнениям и надежде, — пробормотал Рюдзодзи себе под нос, опустив взгляд на бокал на столике.

Я не совсем понимала, что он имел в виду, но слышать его низкий хрипловатый голос было приятно.

— Ты мечешься в сомнениях. Спроси меня, о чём хочешь. Я отвечу.

— Куда… едет эта машина?..

— Туда, где просят о помощи заблудшие ягнята.

— Ягнята?..

— Их заставили блуждать во тьме, и они, собравшись в многотысячное стадо, просят меня вывести их к свету.

Он решил разговаривать со мной загадками?

— Так мы едем… В вашу детективную контору?

— Абсолютно верно. Ещё немного и мы прибудем ко мне на работу. Хочу, чтобы ты непременно ко мне заглянула.

У Рюдзодзи, единственного из троих трипл-зеро-классов, есть его собственная детективная контора, где он принимает поручения от обычных людей. Поговаривают, за день он раскрывает по сто-двести дел. И за то, что он распутывает все дела, не вставая со стула в своей конторе, его прозвали Графом в кресле. Графом он стал, очевидно, благодаря тому, как выглядит.

— Зачем вам я?

— Я видел Дуэль Нуар с твоим участием. Ты почти всё время выставляла себя полнейшим дилетантом, и всё же я не мог просто над тобой посмеяться. Знаешь, почему?

Рюдзодзи замолчал, будто ждал ответа.

Я промолчала, не зная, что сказать, и он сразу продолжил.

— Потому что ты похожа на меня в молодости. Более того, твоя самоотдача достойна уважения.

Слова Рюдзодзи звучали очень странно. Я не могла воспринимать их серьёзно, и мне, наоборот, казалось, что он смотрит на меня свысока.

— Что вы хотите этим сказать?.. — спросила я с лёгкой враждебностью.

— Что будет жаль тебя потерять.

— Потерять?

— Тебе доводилось представлять момент собственной смерти? Или писать завещание?

— А? Что?

Я недоумённо смотрела на него, не понимая смысла его вопросов. Чем дольше я над ними думала, тем сильнее они меня пугали.

— Простите, но… Что вы имеете в…

— Извини, время.

Рюдзодзи вдруг поднял руку, будто отгораживаясь от меня, достал не пойми откуда мобильный телефон и начал кому-то звонить.

Не отрываясь от телефона, он заговорил ещё и с водителем:

— Не превышай скорость. Даже на километр.

Что вообще творилось?

Дальше Рюдзодзи давал указания уже человеку в телефоне:

— Через шестьдесят секунд переключи светофор на красный на четвёртой линии, от точки A к точке C.

Потом он достал ещё один мобильный телефон.

— Их цель — не террористическая акция с угоном автобуса. На самом деле они собираются похитить деньги и ценности пассажиров. В этом автобусе едут старик с пятьюдесятью миллионами наличными в чемодане и женщина с сумкой украшений стоимостью примерно двести миллионов. Нет, не совпадение, это тоже часть плана преступников. Из-за угона в автобусе началась неразбериха, пассажиры не следят за вещами так пристально, как раньше. Полагаю, ценности уже украдены, их подменили на фальшивые чемодан и сумку. По пути ценности передадут другим сообщникам. Сообщники должны ехать в кабриолете. Сейчас, посреди зимы, у машины полностью открыт верх. Преступники планируют выбросить ценные вещи из окна автобуса в кабриолет, когда будут разъезжаться на перекрёстке.

Вслушавшись в слова Рюдзодзи, я примерно поняла, что происходило. Похоже, преступники угнали автобус, и Рюдзодзи намеревался им помешать.

— Останови машину в центре следующего перекрёстка, — велел водителю Рюдзодзи.

Я выглянула наружу из окна.

Автомобиль уже подъезжал к перекрёстку. При этом по направлению нашего движения горел красный свет. Впереди не было ни одной машины.

— Осталось две… Одна… Ноль.

Как только Рюдзодзи закончил свой обратный отсчёт, светофор сменился на зелёный. Машина, не притормозив, выехала на перекрёсток.

В тот же момент слева на бешеной скорости вылетел кабриолет. Несмотря на мелкий снег, его крыша была полностью открыта, как и говорил Рюдзодзи.

А справа возник рейсовый автобус с надписью «SOS» на электронном табло.

Здесь они и собирались разъехаться!

Оба водителя собирались на полной скорости проскочить перекрёсток, как только зажжётся зелёный свет.

Но тут наш лимузин резко затормозил на середине перекрёстка, перегородив им путь. Он был длинным, так что закрыл собой обе стороны движения.

Справа и слева на нас надвигались кабриолет с автобусом.

Они же…

— В нас врежутся! — я закрыла глаза и невольно сжалась.

Резкий визг тормозов резанул по ушам.

На секунду я поверила, что умру. И пожалела лишь о том, что не написала завещание.

Но удара не последовало.

Я открыла глаза, и…

Недалеко от лимузина, едва не касаясь его носом, спереди слева замер кабриолет, а сзади справа — автобус.

Вокруг уже собирались, звеня сиренами, полицейские машины. Кабриолет и автобус сдали назад, намереваясь уехать, но их тут же окружили полицейские машины.

Полицейский спецназ перешёл в стремительное наступление, и им удалось благополучно освободить заложников. На моих глазах разыгралась сцена, которую я раньше могла увидеть разве что в кино.

— Н-ничего себе! — вырвалось у меня, пока я наблюдала за тем, что творилось за окном.

Меня незаметно втянули в это происшествие, и всё так же незаметно закончилось.

Хоть для прославленного детектива и нормально вертеть простыми людьми так, как ему вздумается, Рюдзодзи Гэкка делал это по-особому.

Быстро закончив захват преступников, полицейские повернулись в нашу сторону и отдали честь. Это стало знаком, что дело завершено, и лимузин снова тронулся с места.

— Я думала, мы умрём…

— Не волнуйся, когда я раскрываю дела, жертв не бывает, — сказал Рюдзодзи сквозь сильный кашель, всё ещё сжимая в руке телефон. — Нет, ничего. Это я не тебе. Вероятно, преступник переместил само здание склада с помощью трейлера. На месте он открыл двери склада и убил жертву внутри. А потом вернул всё обратно, и…

Он уже взялся за разгадывание другой загадки.

Так вот, значит, какой он, Граф в кресле, Рюдзодзи Гэкка…

Гений, владеющий искусством параллельного мышления и многозадачности. Из всех детективов, зарегистрированных в Библиотеке, у этого мужчины больше всего раскрытых дел.

— Итак, что ещё ты хочешь у меня спросить? — спросил Рюдзодзи, когда, его телефон, будто по волшебству, исчез, а сам он положил руки на колени и сплёл пальцы.

— Это вы забрали Киригири-тян? Где она?

— К сожалению, мне ничего не известно о её местонахождении. Я не лгу. Раньше мы никогда не упускали человека из виду, и всё же до сих пор её не нашли, а значит, следует полагать, она сама сбивает нас со следа, используя свои детективные способности.

— Так она сама?..

— У тебя есть какие-нибудь соображения, где она? Передай ей, что может не прятаться, потому что для нас найти её — всего лишь вопрос времени.

Похоже, Комитет по оказанию помощи жертвам преступлений тоже ищет Киригири. Её не поймали. Стоило сесть в машину Рюдзодзи хотя бы и для того, чтобы это выяснить.

И было бы неплохо, если бы на этом меня отпустили.

Я поникла и вжалась в кресло.

— Тебе нечего бояться, — Рюдзодзи умиротворяюще улыбнулся. — Говорю же, я не намерен причинять тебе вред. Собираюсь отвезти тебя на место и проводить обратно, обращаясь с тобой, как с принцессой из сказки.

— Что вам от меня нужно?

— У меня к тебе личное дело.

— Личное?..

— Да. Твоё пребывание здесь не имеет отношения к делам Комитета. Это моя собственная игра на опережение.

Его было всё сложнее и сложнее понять.

Я вопросительно посмотрела на него.

— Вообще-то, это корпоративная тайна, но… Комитет уже подготовил следующую Дуэль Нуар с тобой в качестве детектива.

— Что?..

Это было шокирующее заявление, и всё же у меня не получилось как следует удивиться. Как будто мои мысли не поспевали за стремительной чередой событий.

— Твой вызов у меня на руках. Я могу просто отдать его тебе, но ты мне нравишься, и я не хочу тебя потерять.

Его мягкий голос опьянял.

Вот бы услышать такие слова от другого человека.

— И вот, я решил рискнуть. К сожалению, всю жизнь я был далёк от азартных игр и подобного, но сейчас хочу положиться на волю судьбы, — Рюдзодзи некоторое время наблюдал за падающими на стекло снежинками, а потом снова посмотрел на меня. — Самидарэ Юи-кун… Хочешь сыграть со мной в игру?

В игру?..

Меня опять заставят участвовать в игре за авторством какого-то ненормального взрослого?

— Правила игры очень просты. Я дважды поставлю тебя перед выбором. Тебе всего лишь нужно сделать выбор в пользу того, во что ты веришь. При этом я оба раза спрошу тебя об одном и том же.

— Мне просто нужно будет выбрать ответ из двух вариантов?

— Можешь называть это так. Ну так что?

Я кивнула, хоть и ничего не понимала.

Звучало довольно легко…

— Тогда я задам тебе вопрос.

Рюдзодзи достал из внутреннего кармана пальто абсолютно чёрный конверт. Тот самый зловещий конверт. Сургучная печать на нём была такой ярко-красной, будто его запечатали только что.

Он достал ещё один, другой конверт, на этот раз чисто-белый. Вот только на сургучной печати красовался тот же самый символ.

Рюдзодзи протянул мне оба конверта, чёрный в левой руке, а белый — в правой.

— В чёрном конверте знакомый тебе вызов. Его подготовил Комитет. Он брошен тебе, детективу Самидарэ Юи. Когда ты его откроешь, начнётся Дуэль Нуар, — не обращая внимания на мой оторопелый вид, Рюдзодзи продолжил. — В белом конверте рекомендательное письмо для того, чтобы стать членом Комитета по оказанию помощи жертвам преступлений. Обычно тому, кто хочет войти в комитет, требуется рекомендательное письмо от руководства. На этом стоит моя подпись.

Рюдзодзи окинул меня оценивающим взглядом.

Я, наконец, поняла смысл игры.

Выбрать чёрный или белый.

Бороться с ними или подчиниться.

— Можешь пойти и третьим путём: не выбирать ни один из вариантов. Но мне кажется, что это не для тебя. Итак, время пришло. Выбирай один из них.

Машина затормозила на светофоре.

В тот же момент время в салоне тоже остановилось. Я не могла пошевелиться, пока машина снова не тронулась.

— Не нужно так нервничать. Как я и говорил, у тебя будет две возможности сделать выбор. Можешь окончательно определиться во второй раз.

— Если так, то какой смысл выбирать в первый раз?

Рюдзодзи оставил мой вопрос без ответа. Он просто протянул мне оба конверта, будто намекая, что время подходит к концу.

По правде говоря, думать тут было не о чем. И всё же я не могла скрыть собственной растерянности — настолько меня удивило предложение Рюдзодзи присоединиться к Комитету. Какой смысл брать меня, человека без особого таланта и заметных достижений, в союзники?

— Решилась?

— Да.

Ясное дело — я быстро ткнула пальцем в чёрный конверт. Да кто бы на моём месте присоединился к преступной организации?!

— Отлично, — Рюдзодзи с неуместной улыбкой убрал оба конверта во внутренний карман. — Можешь расслабиться.

— Уже всё?

— Продолжим чуть позже. Мы скоро прибудем ко мне на работу. Я хочу тебе кое-что показать. Ты не против?

— Не против…

От страха хотелось сбежать, но, с другой стороны, мне выпала возможность заглянуть во вражеское логово. В моих интересах собрать о них хоть немного информации.

Вид из окна сменился с городских массивов на припорошенные снегом рисовые поля и горный лес.

— Я присоединился к Комитету шесть лет назад, — неожиданно начал свой монолог Рюдзодзи. — С тех самых пор я создавал трюки для Дуэль Нуар. В большинстве случаев над Дуэль Нуар работает несколько создателей и координаторов, а Синсэн Микадо потом наблюдает за её ходом.

Он выдавал всю эту информацию с таким равнодушием, будто говорил о погоде. Возможно, он был уверен, что его позиция в Комитете не пошатнётся, даже если он откроет мне несколько секретов.

Падение богоподобных прославленных детективов…

Я вновь испытала сильнейшее потрясение, услышав, как о нём говорит один из них, сам, лично.

— Ты, должно быть, считаешь Комитет самой обычной преступной организацией. Думаешь, мы просто люди, создающие смертельное шоу для уважаемых господ с изысканным вкусом.

— А это не так?

— Для нас это не более чем система сбора денег на нужды организации. То есть, шоу — не самоцель. Будь Комитет просто преступной организацией, я бы к нему не примкнул.

Не самоцель?.. Он хотел сказать, что у них тоже есть своё понятие о справедливости?

Машина проехала через кирпичную арку и двинулась по аллее с рядами голых деревьев.

— Отсюда начинаются мои владения, — пояснил Рюдзодзи, глядя в окно. — Ты слышишь? Это голоса людей, зовущих детектива.

Я выглянула в окно.

Мы находились не в городе, и всё же на нас обращали внимание люди, шагающие вдоль аллеи. Семьи и парочки. Шедшие по дороге дети почему-то махали руками и бежали за нами, будто надеясь догнать машину. Но у них не получалось, и они потихоньку отставали, пока, наконец, не пропали из нашего поля зрения.

Чем дальше мы ехали, тем больше вокруг становилось людей.

Наконец, толпа обрела форму стройного ряда. Но что это за ряд?

Машина выехала за аллею с деревьями и снова проехала через кирпичную арку. Впереди показались фонтан и розовый сад. В зимнее время пейзаж выглядел пустынным, и всё же он не утратил своей монументальности. Очередь огибала сад с фонтаном и продолжалась за ним.

Машина двигалась дальше, параллельно с очередью.

Наконец, показалось здание детективной конторы Рюдзодзи.

Здание можно было бы смело называть замком. Его окружала высокая изгородь и сухой ров с перекинутым через него старомодным каменным мостом. За ним виднелись замковые ворота, башни со множеством окон, крыша с зубцами-перемычками — ну точно средневековая европейская крепость. Теперь, когда мы очутились во владениях Рюдзодзи, всё вокруг казалось оторванным от реального мира.

Автомобиль остановился у украшенного мрамором входа.

Мальчик в жилетке открыл дверь снаружи. Я взялась за его протянутую руку и вышла из машины.

Стройный людской ряд, доходивший до самого входа, вдруг рассыпался, и машину окружила толпа. Вокруг собрались самые разные люди: молодые и старые, мужчины и женщины. На нас чуть издали смотрели исполненные надеждой лица, люди стояли со всех сторон.

Наконец, из лимузина выдвинулся пандус, и по нему съехал Рюдзодзи в электрическом инвалидном кресле. Из толпы раздались радостные возгласы:

— С возвращением, Рюдзодзи-сэнсэй!

— Блестящая работа, Рюдзодзи-сэнсэй!

— Ещё раз спасибо, что недавно помогли!

Все восторженно приветствовали Рюдзодзи. Они так оживились, словно перед ними предстал известный айдол или кинозвезда. Рюдзодзи поднял руку и, ни слова не говоря, сделал успокаивающий жест.

Мальчик в жилетке, не теряя времени, подошел к Рюдзодзи сзади и покатил его коляску ко входу.

Всё ещё в ошеломлении, я последовала за ними.

Входная дверь открылась автоматически.

Первый этаж замка походил на гостиничный вестибюль, за стойкой стояло несколько детей в костюмах, как у портье. На полу — мягкий ковёр, неподалёку — кресла для ожидающих.

К моему удивлению, от входа до лифта выстроились дети в строгой одежде, они встречали Рюдзодзи, словно здесь работали.

— Три-четыре…

— С возвращением, Рюдзодзи-сэнсэй!

Дети синхронно поклонились. Хоровое приветствие получилось не очень стройным, но на то они и дети.

Очередь простых посетителей шла снаружи через весь вестибюль к двери на другом его конце. Это, наверное, и есть ягнята, пришедшие сюда в надежде на помощь Рюдзодзи. Вероятно, в следующей комнате они рассказывают о приключившейся с ними беде и признаются в собственных подозрениях.

Мальчик в жилетке нажал на кнопку вызова лифта. Дверь сразу отворилась, и он, толкая кресло Рюдзодзи, зашёл внутрь.

— Ты тоже садись в лифт, — велел Рюдзодзи, и я подчинилась.

До того, как дверь лифта закрылась, внутрь проскочили двое детей в спецодежде, со шваброй и корзиной.

— С возвращением, Рюдзодзи-сэнсэй!

— С возвращением! — хором поприветствовали его дети.

Двери лифта сомкнулись, и он двинулся вверх.

— Закончили уборку? — спросил Рюдзодзи у мальчиков.

— Да, намыли окна и пол до блеска.

— Молодцы.

От похвалы Рюдзодзи мальчишки расцвели.

Они вышли из лифта на третьем этаже. Лифт поехал выше, и мы сошли на пятом.

Прямой коридор с красным ковром вёл вперёд.

Мальчик в жилетке неспешно покатил кресло Рюдзодзи.

— Всё вокруг, должно быть, кажется тебе каким-то фарсом, — сказал Рюдзодзи, словно заглянув прямо ко мне в душу. — Или тебе кажется, что ты очутилась в секте. Для меня же всё это — самая что ни на есть настоящая повседневная жизнь.

Люди, просящие о помощи и почитающие Рюдзодзи, как «сэнсэя». Дети, доверяющие ему и работающие на него. Это — повседневная обстановка в обители знаменитого детектива-героя, который помог огромному числу людей.

Вот, что он хотел мне показать? Мир глазами сидящего в кресле состоявшегося детектива. И воздвигнутую его руками безмятежную Нетляндию.

В конце коридора виднелась двустворчатая дверь. Когда мы приблизились, сработал сенсор, и она распахнулась сама по себе.

Однако, за ней ждала не незапятнанная Нетляндия, а пустынное поле битвы одного героя: кучи папок и горы бумаг, беспорядочно расставленные справочники, расклеенные повсюду фотографии и заметки. Комната была площадью метров пятьдесят, наваленные тут и там книги походили на горы, а разбросанные пачки бумаг — на море. Как будто природный пейзаж в миниатюре. Или же эта комната, возможно, олицетворяла то, что творилось в голове самого Рюдзодзи.

Мы вошли, Рюдзодзи взял управление электронным креслом на себя и с трудом добрался до угла, где едва виднелся силуэт рабочего стола.

Мальчик в жилетке, раньше кативший кресло, поклонился и покинул комнату.

Мы с Рюдзодзи остались один на один.

Он тяжело прокашлялся, закинул в рот какую-то таблетку и запил её виски, прямо из горла бутылки.

— Я нанимаю на работу сирот. Все они — мои ученики. Я отправляю их на места преступлений для расследования, когда это необходимо. Они мои глаза и уши, а также мои руки и ноги. Как мальчишки-беспризорники у Шерлока Холмса. Я многое перенимаю у предшественников.

Говоря, Рюдзодзи пробежал глазами одну бумагу, что-то записал, потом взялся за следующую. Похоже, даже сейчас он собственноручно раскрывал одно дело за другим.

— Вы заставляете этих ребятишек становиться соучастниками преступлений? — спросила я.

В ответ Рюдзодзи улыбнулся и помотал головой.

— Они просто детективы.

— То есть, эти дети не знают, чем вы занимаетесь у всех за спиной? — высказала я с неприязнью. — Вы же детектив с благородным именем и высоким положением в обществе, вы прямо сейчас раскрываете новые дела... Я решительно не понимаю, зачем вы содействуете преступной организации. Разве то, что вы детектив не противоречит тому, что вы состоите в Комитете?

А в чём противоречие? — спросил он настолько открыто и прямо, что я лишилась дара речи. — У детективов и Комитета одна цель — помогать людям. Возможно, мы не всегда действуем законными методами. И можно сказать, что мои руки по локоть в крови. Но на самом деле я своими руками спас множество людей, больше, чем кто-либо другой. Я этим горжусь. И как раз благодаря своей гордости я продолжаю быть детективом, — говорил Рюдзодзи, разбираясь всё с новыми и новыми бумагами.

— Но нельзя же оправдывать этим собственные преступления, — я не смогла сдержаться. — Как детектив, вы должны… Должны ненавидеть преступления и бороться с нечестными людьми.

— Хе-хе… Может быть, ты и права, — его протянутая к очередному листу бумаги рука на секунду замерла, и он посмотрел на меня. — Но не следует заблуждаться. Мы тоже ненавидим преступления и боремся с нечестными людьми. Ты просто произносишь благородные речи и не мараешь рук, а мы стоим на поле битвы под кровавым дождём, как считаешь, кто из нас на самом деле сражается?

— Н… Но… — я пыталась подобрать слова.

Я, человек, едва вкусивший работу детектива в последние пару лет, ничего не могла противопоставить детективам, сражавшимся на передовой линии более десяти лет.

— Когда работаешь долгие годы… Сталкиваешься с ситуациями, в которых невозможно никого спасти, если действовать прямыми методами. Я сам жил, придерживаясь строгих правил, соблюдал законы, у меня были жёсткие моральные принципы, и поэтому мне не раз приходилось опускать руки и клясть собственное бессилие. Я раз от раза молил бога: «Пожалуйста, позволь мне спасти больше людей».

Вот она, молитва выдающегося детектива… Возможно, всего нашего мира оказалось недостаточно, чтобы вместить весь его талант.

— И поэтому… Вы вступили в Комитет?

— Если не вдаваться в подробности, то да. Дуэль Нуар проводится по самым честным правилам. Свет, который я обнаружил в Синсэне Микадо, — его безупречное чувство справедливости. Будь он обычным террористом, я бы ни за что его не пощадил.

— Вы считаете мстить кому-то, втягивая в свои дела ни в чём не повинных людей, — справедливо?

Для обретения истинного спасения жертвы неизбежны. Я пришёл к такому выводу.

— Но ведь… Вы всё ставите с ног на голову!

У меня не было его успешности и таланта, но кое-что виделось мне ясно, как день: если человек без колебаний и сомнений оправдывает убийства, он — зло, и никак иначе.

— Считаешь… Нам нет прощения, да? — Рюдзодзи медленно выехал из-за стола и приблизился ко мне. — Ты такая же, как я. Я тоже не мог смириться со злом. Потому-то и решился побеждать его более сильным оружием.

— Мне кажется… Вы ошибаетесь.

Нет, просто ты пока не решилась.

— Не правда!

Не правда ли?

— Я…

Я хотела бороться за справедливость. Спасать людей, нуждающихся в помощи. Для этого я стала детективом.

Стоило мне переосмыслить то, что я делала, и я испугалась самой себя.

Ведь Рюдзодзи Гэкка — живое воплощение моего «идеального детектива».

— Сомневаться — нормально. Это мне в тебе и нравится. Ты — это прошлый я.

Не правда… Я не такая.

— Как детектив, ты дорожишь своей честью. Я считаю, в твоём случае это единственное абсолютное условие, при котором ты сможешь оставаться детективом.

Рюдзодзи вдруг оказался прямо передо мной.

Его глаза сияли, острый взгляд грозил вот-вот пронзить меня насквозь.

— Прислушайся. Ты тоже его слышишь. Голос, молящий о помощи…

«Сестрёнка…»

«Юи-онээ-сама».

Опять… Меня звал голос.

Голос моей сестры, молящий о помощи.

Голос Киригири-тян.

Ради чего я сражаюсь?

— Мне ясна твоя суть. Ты наш человек. Ты готова замарать руки, чтобы спасти того, кто в этом нуждается.

Какова справедливость детектива? Чего я… хотела добиться?

— Что ж, продолжим игру, — вдруг сказал Рюдзодзи.

Я вздрогнула; его слова вернули меня к реальности.

— Помнишь правила? Тебе всего лишь нужно сделать выбор. Но, без сомнения, в зависимости от твоего выбора, твоя жизнь может пойти двумя различными путями. Хорошо подумай.

Пока я пыталась прийти в себя, Рюдзодзи достал из внутреннего кармана пальто два конверта.

Один — совершенно чёрный.

Второй — совершенно белый.

— Бери один из них, сразу разворачивайся и уходи, — Рюдзодзи указал на выход. — За дверью тебя будет ждать выбранный тобою новый мир.

Чёрный и белый.

С помощью которого из них на самом деле можно спасать людей?

Я не знала.

Какой из них выбрать?

Я не знала.

Я слышала лишь, как она меня звала.

Возможно, её голос и стал ответом.

Нужно идти вперёд…

Я взяла в руки один конверт. Дорога, которую выбрала я сама…

Губы Рюдзодзи тронула едва заметная довольная улыбка, он повернулся ко мне спинкой инвалидного кресла.

Похоже, моя ставка оказалась выигрышной. Я горжусь твоим решением.

Я тоже развернулась к нему спиной и пошла к выходу.

Дверь открылась, и поле битвы осталось позади.

Красный ковёр вёл к лифту, а перед ним стоял мальчик в жилетке. Его руки были скрещены на груди, на одной из них всё ещё висел пиджак. Мальчик дождался, пока я подойду, и заговорил:

— Выбрала этот?

— Ой, так ты говорящий? — удивилась я. — А я думала, ты просто двигающаяся куколка.

Я хотела пошутить, но мальчик молча взял меня за руку, притянул её к себе и приложил к груди. Сквозь ткань жилетки ощущалось слабое биение. Смутившись, я отдёрнула руку.

Он смотрел на меня с немым вопросом.

— Всё-всё, поняла, ты не кукла. Неопровержимое доказательство, — сказала я, и он с радостной улыбкой нажал на кнопку лифта.

Дверь сразу открылась.

Он зашёл внутрь, и я последовала за ним.

Мы оказались вдвоём в маленькой коробке. От мальчика, как всегда, приятно пахло.

— Можно спросить, почему ты выбрала именно его? — поинтересовался мальчик, не оборачиваясь ко мне и изучая панель с кнопками лифта.

— Потому что хочу с честью смотреть в глаза подруге, когда мы с ней снова встретимся.

Мне не хватало ни мудрости, ни опыта, чтобы ответить с точки зрения философии или морали детектива. И всё же я знала — есть то, чего я не могу потерять. Быть может, именно то, что Рюдзодзи называл «гордостью».

Я вновь взглянула на конверт в своих руках.

Чёрный вызов на дуэль.

Он показался мне толще, чем в прошлый раз. Возможно, на следующей Дуэль Нуар меня ждала новая игра, с ещё более мудрёными правилами.

И всё же проиграть нельзя.

— Это очень благородно, — высказал мне мальчик. — Мне велели некоторое время тебе помогать, вне зависимости от твоего выбора. Рад познакомиться.

— Ага, я тоже… Как тебя зовут?

— Это нужно?

— В смысле?

— Нужно имя?

— Без имени я не буду знать, как к тебе обращаться.

— Тогда зови меня Ликорн. Здесь меня называют так.

Странная формулировка. Он что, как приблудившаяся бродячая кошка, которую везде зовут по-разному?

— Так значит, Ликорн-кун… — повторила я, пробуя имя на вкус.

— Можно просто Лико.

— Хорошо, так и буду звать.

Лифт доехал до первого этажа. Очередь посетителей всё ещё не иссякла. Сотрудники-дети пропали из вестибюля, очевидно, разошлись по своим рабочим местам.

Мы с Лико вышли через украшенный мрамором вход.

— Сразу спрошу: ты тоже сотрудничаешь с Комитетом по оказанию помощи жертвам преступлений? Рюдзодзи-сан сказал, что дети не причастны к делам организации, но ты, похоже, знаешь об этих чёрных конвертах.

— Я не имею никакого отношения к Комитету. Знаю о них и том, что происходит, только и всего.

— Да?.. Но ведь ты — человек Рюдзодзи?

— Верно. И ещё я буду тебе помогать.

Короче, его приставили ко мне, как наблюдателя, так что ли?

Или он и правда здесь лишь затем, чтобы мне помогать? Может, это и есть честная игра, с точки зрения Рюдзодзи?

— Как давно ты работаешь на Рюдзодзи-сана?

— Около полугода.

Перед тем, как ответить, он задумчиво наклонил голову вбок, как будто вспоминал. В целом он держался очень по-взрослому, но такой жест выглядел детским. Ну очень загадочный ребёнок.

Перед входом всё ещё стоял лимузин. На водительском сидении виднелся силуэт шофёра. Уж шофёр-то, по крайней мере, оказался взрослым.

Лико открыл заднюю дверь, взял меня за руку и помог забраться внутрь.

— Куда тебя отвезти? В Библиотеку Детективов? Или домой?

— Если можно, в общежитие.

— Хорошо.

Лико отошёл вперёд и что-то сказал водителю. А потом сразу вернулся.

— Сегодня я вынужден тебя покинуть. Напоследок возьми вот это.

Он протянул мне небольшую продолговатую коробочку с лентой. Она оказалась лёгкой, и небольшой, помещалась в моих ладонях.

— Подарок от Рюдзодзи. Но открой его только при необходимости.

— При необходимости, говоришь?..

— До встречи.

Лико захлопнул дверь, отошёл на шаг от машины и поклонился.

Вскоре машина тронулась.

Мы объехали фонтан и розовый сад, и автомобиль стал набирать скорость, двигаясь вдоль очереди пришедших за помощью людей. Я смотрела на Лико из окна, и вскоре его силуэт стал совсем неразличим.

Машина проехала под кирпичной аркой и дальше, по аллее с деревьями. Совсем стемнело, в свете уличных фонарей мерцали редкие снежинки.

По пути я увидела двоих детей, подметавших дорожку под фонарём.

— Извините, а мы не могли бы на минуту остановиться? — быстро попросила я водителя.

Его не было видно из-за перегородки, но в ответ на мою просьбу машина сразу затормозила.

Дети-уборщики с любопытством посмотрели на машину.

Я опустила стекло и высунулась наружу.

— Эй, подойдите-ка сюда! — окликнула я детей.

Дети одарили меня парой удивлённых взглядов; выглядели они, как ученики младшей школы*.

— Скажите, какой он, Рюдзодзи-сан?

Мальчики переглянулись и расплылись в улыбке.

— Очень хороший.

— А когда сердится — страшный, — затараторили они.

— Хочу стать таким же детективом, как сэнсэй.

— Я тоже хочу стать таким, как сэнсэй, когда вырасту!

— Понятно… Спасибо вам. Удачи с уборкой!

— Спасибо!

Мы помахали друг другу на прощание.

Машина снова тронулась.

Не похоже, что дети врали. И у них уж точно не лица людей, которых к чему-то принуждают или которым промыли мозг.

Тем не менее, памятуя о могуществе комитета, можно было предположить, что всё увиденное мною сегодня — лишь заведомо подготовленная подделка. Никак не получалось отделаться от ощущения сна.

Я рассеянно смотрела в окно, и пейзаж постепенно сменялся на привычный, городской.

Я прислонила чёрный конверт к стеклу и попыталась просмотреть его насквозь под светом ночных городских огней, но ничего не разглядела.

Через некоторое время машина остановилась у школьных ворот.

Водитель ничего не сказал. Я открыла дверь и вышла из салона. Стоило мне поклониться водителю в знак благодарности, как машина вновь выехала на трассу, и вскоре пропала из виду, словно её тут и не было.

Наконец, ко мне вернулось чувство реальности. Огни общежития в отдалении показались родными и милыми сердцу.

В коридоре общежития толпились люди. Стоял галдёж.

Меня охватила тревога.

Соседки из общежития завидели меня и окликнули:

— Юи! Тут такое!..

— Что случилось?

— Скорее, сюда!

Они потянули меня за собой, и мы вместе двинулись дальше по коридору. Оказалось, что толпа собралась у моей комнаты.

— Тут кое-кто подозрительный пытался вскрыть твой замок и проникнуть к тебе в комнату.

— Вскрыть замок?

Я прорвалась к двери через толпу соседок.

На полу, прижимая колени к груди и опершись спиной о дверь моей комнаты, сидела девочка.

Даже при свете потускневших от времени люминесцентных ламп в общежитии её волосы лоснились и словно светились изнутри, а лицо казалось ещё бледнее, чем всегда. Она с недовольным видом уставилась прямо перед собой, но стоило ей меня заметить, и её взгляд мигом просветлел.

— Юи-онээ-сама!

Это была Киригири Кёко.

Она встала и обняла меня.

Я обхватила её, маленькую и невесомую, обеими руками. От перепачканной одежды пахло землёй и пылью. Кажется, раньше она ни разу так ко мне не прижималась. Я притянула её голову к себе, и казалось — Киригири такая хрупкая, того и гляди сломается.

Девочки из общежития никак не могли взять в толк, что происходит, и почему-то зааплодировали. Со стороны происходящее, наверное, выглядело счастливым воссоединением.

— Можно не звонить в полицию? — спросила соседка.

— Да, всё в порядке. Я её знаю. Спасибо вам всем, — с этими словами я отперла дверь и впихнула Киригири внутрь. — Ну ладно, спокойной ночи. Дальше я сама разберусь.

Я вошла в комнату и захлопнула дверь за своей спиной, чтобы отгородиться от гула и любопытных глаз.

Я закрылась на замок.

Киригири с досадой смотрела на меня.

— Меня поймали, когда я пыталась попасть внутрь.

— Все мы иногда ошибаемся, — я швырнула рюкзак на кровать и усадила Киригири рядом с ним. — Да и вообще, пытаться тайком попасть внутрь через входную дверь — само по себе ошибка.

— Сначала я хотела разбить окно и влезть через него. Но подумала, что из-за дыры в окне внутри станет холодно.

— Это ты обо мне так побеспокоилась? Спасибо.

Я погладила Киригири по макушке, и она с недовольным лицом помотала головой.

Я села на стул возле рабочего стола и посмотрела прямо на неё.

— Зачем ты хотела залезть ко мне в комнату?

— Мне больше неуда идти…

Киригири, потупившись, смотрела на сплетённые пальцы рук у себя на коленях.

Повисло молчание.

Я думала, она что-нибудь объяснит, если я буду молчать, но и она не размыкала губ.

— Ладно, так или иначе, я рада, что с тобой всё в порядке, — я накрыла её руку своей. — Я о тебе беспокоилась, Киригири-тян. Куда ты пропала, ничего мне не сказав?

— Пока не могу сказать…

— Почему? — обиделась я. — Ты мне не доверяешь? Или думаешь, на меня нельзя положиться?

— Нет, — нервно ответила Киригири. — Я ещё не собралась с чувствами… Или вроде того.

Её спокойствие и холодность дали трещину. Должно быть, с ней приключилось нечто, сбившее её с толку, пока мы не виделись. И на ум приходила только одна организация, которая могла вот так загнать её, первоклассного детектива, в угол.

— Они что-то сделали, да?

После долгой паузы Киригири кивнула.

Не прощу.

Взрослые — и борются со школьницей в полную силу. А всё потому что ей не посчастливилось родиться в семье потомственных детективов…

— Потом всё объясню, — сказала Киригири, всё ещё не поднимая глаз. — Так или иначе, последние несколько дней я от них убегала. Думала потянуть время, пока не вернётся дедушка. Сейчас их цель — я, и мне нужно было просто спрятаться…

— И у тебя получилось. Они тебя потеряли. Он сказал, они не знают, где ты…

— Юи-онээ-сама, — Киригири перебила меня с исказившимся от испуга лицом. — Кто тебе это сказал?

— А, ну… — я замялась.

Следовало ли признаться ей в том, что случилось сегодня? Следовало ли рассказать о новой Дуэль Нуар?

Из-за меня её могли выследить. Не хотелось доставлять ей ещё больше проблем.

И при этом… Киригири без труда прочла сомнения на моём лице.

— С тобой связался Комитет, да? — Киригири слегка насупила брови и закусила нижнюю губу. — Я опоздала… Значит, всё именно так, как я предполагала. Думала, в моё отсутствие они могут нацелиться на тебя. И они попытались бы воспользоваться тобой, чтобы меня выманить. Поэтому я первым делом пришла сюда.

— Понятно… Но, знаешь, мне кажется, ты для них не единственная цель.

— Что ты имеешь в виду?

Я рассказала ей о встрече с Рюдзодзи.

Пока я говорила, лицо Киригири становилось всё холоднее, превращаясь в привычное лицо детектива. Она обрела уверенность и серьёзность, и всё же мне стало её немного жаль. Её невероятный и похожий на яркую вспышку талант, казалось, мог стать её погибелью.

— Интересно, они бы действительно приняли меня в союзники, прими я белый конверт?..

— Жалеешь?

— Вот ещё! — прыснула я. — Чтобы я — и позволила им получить желаемое?

— Но… Полагаю, они как раз получили желаемое.

Ну да, Рюдзодзи, похоже, думал, что я не возьму белый конверт. Он действовал, заранее зная, чем всё кончится, и его расчётливость пугала.

— Если верить Рюдзодзи-сану, они и впрямь считают, что Дуэль Нуар — способ помочь жертвам преступлений. Возможно, для них твоя семья — самое большое препятствие на пути к цели.

— Кто знает… — задумчиво пробормотала Киригири.

Её мысли витали далеко отсюда.

— Кстати, вот новый вызов, — я достала из рюкзака чёрный конверт.

— Ты пока его не открывала?

— Нет. Ведь Дуэль Нуар начнётся сразу, как открою. Вот у меня и не хватило духу распечатать его прямо там.

В конверт с вызовом встроен чип, и как только я его вскрою, информация о вскрытии поступит к убийце и в Комитет. В ту же секунду запустится обратный отсчёт от ста шестидесяти восьми часов, отведённых на игру. Для победы убийце нужно убить всех, кому он хочет отомстить, так, чтобы его не поймал детектив. Если же детектив его изобличит, или если ему не удастся убить всех целей, ему засчитают поражение, и он обязан будет вернуть все деньги, потраченные на Дуэль Нуар (занятые у Комитета). Обычный человек не в состоянии выплатить настолько огромную сумму, и ему придётся вернуть долг с помощью страховой выплаты за собственную жизнь.

— Интересно, что будет, если я вообще его не распечатаю?

— Полагаю, нераспечатанные вызовы переадресовываются другим детективам. Но на сей раз они изначально нацелились на тебя, так что даже если ты проигнорируешь этот вызов, тебе просто придёт следующий.

Я прислонила конверт к электрической лампе. Нет, всё равно ничего не разглядеть.

— Нас опять где-нибудь запрут, да? Уфф… — у меня из груди вырвался тяжёлый вздох. — И где теперь, на вилле в горах? Или на необитаемом острове? Между прочим, моя специализация — не убийства…

— Сложность дела должна соответствовать твоему рангу, так что в этот раз должно быть проще, чем в прошлый.

— А, ну да.

Ранг детектива на Дуэль Нуар определяется в зависимости от выбранного для убийства оружия, трюка и так далее. На этот раз заведомо известно, что вызовут именно меня, и уже можно примерно представить сложность будущего дела.

— Ты же мне поможешь? Мне страшно опять куда-то ехать одной.

— Конечно, помогу. Теперь для меня в Дуэль Нуар есть смысл, и меня она тоже касается. Я готова встретиться с опасностью, чтобы её предотвратить, — заявила Киригири с необычайной серьёзностью.

В её глазах горело ледяное пламя.

— Давай вскроем конверт в какое-то определённое время, чтобы потом было легче считать, — предложила я. — Например, завтра в полдень.

Киригири кивнула.

— А пока — подготовимся. Следует быть во всеоружии. И сначала ты примешь ванну. А я распутаю тебе волосы.

Этой ночью Киригири мирно засопела, стоило ей улечься на мою кровать. Я не знала, где она пропадала, и в какой битве сражалась, совершенно одна, но по крайней мере сейчас ей удалось забыться и уснуть.

Вот бы ночь никогда не заканчивалась.

Это и есть наша неизбежная судьба?

Кровать была слишком мала для двоих, и поэтому я легла на полу. Наверное, нам ещё нескоро выдастся спокойно провести ночь.

Настало десятое января.

Мы с Киригири подали в школу письменную просьбу об освобождении с уроков на неделю. Сестра-директриса оказалась понимающим человеком и дала разрешение.

Ровно в полдень я распечатала конверт.

Примечания

  1. В Японии дети учатся в младшей школе с шести до двенадцати лет.

Комментарии