Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Часть 4

— Хм, что ты хочешь этим сказать?

Озадаченная Сакура склонила голову. А голова Годо, тем временем, шла кругом от мыслей о том, как всё исправить, и тут…

Его кузина неожиданно села на колени и упала вперёд, словно кукла, которой верёвочки оборвали.

Поспешив к ней, Годо обнаружил, что она мирно спит, ровно дыша.

— Похоже, я как раз вовремя, — произнёс кто-то позади него.

Этот хрипловатый и соблазнительный голос принадлежал одной его знакомой.

Годо обернулся, чтобы увидеть находившуюся за его спиной Саяномию Каору. Лилиана, с которой он расстался пару часов назад, также присутствовала.

— Позволять ситуации и дальше ухудшаться было бы проблематично, поэтому я магически усыпила Кодзуки Сакуру, — доложила Лилиана, подходя ближе.

— Фуюхиме, что касается твоего спорного поведения, за это тебя отчитают и накажут подобающим образом.

— А-а… П-п-пожалуйста, прости меня, Каору! С этого момента я буду хорошей девочкой, точно-точно!

— Нет и нет. Сколько уже раз ты обманывала меня этими словами? Пожалуйста, пройдём со мной, Годо-сан, остальные тоже, прошу.

Каору говорила с ободряющей улыбкой на лице, а Фуюхиме в панике сжалась.

Лилиана, сытая всем этим по горло, вздохнула. Годо и Эрика просто взглядами обменялись

Оставив Сакуру спать дальше и доверив её заботам владелицы «Когетсудо», они вышли наружу.

Так как машин в таких местах мало ездило, их группе вполне можно было собраться у дорожной обочины. Годо, Эрика, Лилиана и Фуюхиме стояли вокруг Каору, взявшей слово.

— О ситуации я узнала только благодаря тому, что Лилиана-сан нанесла мне визит. Как вы могли догадаться, присутствующая здесь Фуюхиме действительно является старшей дочерью семьи Рэнджо. Изначально она должна была стать следующей главой семьи, как Эна или я, или Кухоцука Микихико-сан, и работать на Комитет компиляции истории.

Каору упомянула имена важных людей, которые были известны Годо и остальным.

Кстати, из-за того, что им, словно куклой, управляла ведьма Ашера, разум и тело Кухоцуки Микихико значительно ослабли. В настоящий момент его лечили в госпитале Комитета компиляции истории.

— К сожалению, тело Фуюхиме обладает довольно необычной конституцией, которая не позволяет ей накапливать магическую силу. Не способная использовать заклинания, она, естественно, не была избрана в качестве химе-мико.

Годо вспомнилось прошлое Сальваторе Дони.

До становления Чемпионом этот человек, как известно, страдал от такого же недуга.

— В общем-то, главе одной из четырёх семей и не требуется быть превосходным заклинателем. Если бы она не придавала этому значения и сфокусировалась бы на обязанностях главы организации, то всё бы нормально было. Однако у Фуюхиме развился довольно-таки значительный комплекс по поводу своего лилипутского роста и неумения использовать заклинания… Вдобавок к этому у неё всегда были трудности в общении с другими, поэтому для работы в поле она непригодна, из-за чего мы сейчас имеем то, что имеем.

Бесталанная Фуюхиме посвятила всю себя учёбе и явно накопила огромный багаж знаний, связанный с магией.

Но хотелось ей именно практического применения техник. История настолько грустной оказалась, что Годо не мог не пожалеть девушку.

— Короче, она бедокур, раскрывший информацию о Годо-сане его родственнице, что там внутри спит, так что я на все сто процентов ей не сочувствую.

— Тот, кто заставил её неправильно помнить имя Кусанаги Годо, должно быть, Амакасу Тома. Наверняка он, — добавила Лилиана, стоя рядом с пожимавшей плечами Каору.

— Будь Рэнджо Фуюхиме нормальным магом, то, скорее всего, восстановила бы свои воспоминания. Но для кого-то уровня дилетанта, вероятность подобного невелика. Принятые им меры вполне оправданны.

Таким образом, Лилиана и Саяномия Каору решили напрямую усмирить вышедшую из-под контроля Фуюхиме.

Когда до неё довели, что к чему, Эрика кивнула:

— Похоже, много чего интересного случилось… Ну и, Каору-сан, как ты думаешь наказать эту надоедливую девушку? Не собираешься, случайно, все обвинения снять?

— Дайте подумать… может, нам стоит вызвать химе-мико, специализирующуюся в духовных силах ментальной манипуляции, чтобы наградить виновницу амнезией…

Опасное предложение Каору заставило Фуюхиме снова сжаться и задрожать.

— Ой, бедняжечка, может, мне её просто в ясли лет, эдак, на десять сдать, чтобы всё это время она в размышлениях о своём поведении провела и характер улучшила… Как насчёт такого?

— Ка-Ка-Ка-Ка-Каору! М-м-мы же подруги детства, разве нет? Ты меня собираешься бросить на растерзание волкам?

— Как одна из руководителей организации я должна ставить дисциплину выше личных привязанностей. Если дам тебе поблажку, это станет дурным примером.

В этот момент Каору бросила мимолётный взгляд в сторону Годо. И это было не просто так.

— На самом деле она не доставила мне каких-либо настоящих проблем, может, на этот раз её можно простить? А по поводу того, что я Чемпион… Она ведь только Сакуре об этом рассказала и всё.

Всё это действо походило на фарс. Однако если они позволят Фуюхиме слишком легко отделаться, подобное может снова произойти.

Годо вмешался, так как почувствовал, что более или менее догадался о намерениях Каору.

— С моей стороны не совсем честно такое говорить, учитывая, что я её родственник и всё такое… Но даже если бы Сакура и знала о Дьявольских Королях или о чём-то ещё, не думаю, что она бы смогла что-существенное по этому поводу сделать.

— Король сказал! В таком случае для неё будет сделано особое исключение в виде отказа от наказания.

Каору почтительно склонила голову, а затем посмотрела на Фуюхиме.

— Вот так вот, так что давай-ка выразим Королю нашу самую искреннюю благодарность. Второго такого раза не будет! Ты ведь тоже слышала, каким безжалостным может быть Годо-сан, верно?

— Ч-что происходит? Каору, почему вы все обывателю кланяетесь?!

— Потому, что присутствующий здесь Годо-сан — это Кусанаги Годо, тот, кого мы называем Чемпионом. Разве заклинание «Умопомешательство» от Амакасу всё ещё не развеялось?

— И-и-и-и! Т-т-так вот оно как?!

Чуть ли не на грани обморока от шока, Фуюхиме шлёпнулась на пятую точку. Её ноги держать перестали.

Тем не менее, она продолжала смотреть на Годо и вся тряслась, пытаясь что-то сказать.

— Ум-м-м, я не то, чтобы, но это, т-т-т-телесные наказания ведь всё ещё в ходу, да? Должно быть, что-то ужасное, да?! Конечно, как дочь Рэнджо я решительно приму наказание, но е-е-если это больно и страшно, то мне…

— Да всё в порядке. Ничего с тобой не сделают.

Фуюхиме стала выражаться несколько запутанно, да и выбор слов как-то хромать стал. И всё же, выдавить какое-то подобие благодарности она как-то смогла.

Когда Годо благосклонно кивнул, на лице Каору появилась кривая усмешка.

— Что ж, на этом с инцидентом покончено. Годо-сан, Лилиана-сан, Эрика-сан, простите за беспокойство, и благодарю за содействие.

— Всегда пожалуйста. Думаю, для меня это было стоящей возможностью понять, насколько ты здравомыслящая личность Каору-сан.

Той, кто ответила подобно госпоже всего этого собрания, была Эрика — естественно.

Несмотря на то, что она практически ничего и не сделала, вела себя Эрика очень величественно. Она без всяких затруднений демонстрировала свой врождённый талант быть в центре внимания, независимо от времени и места.

— Какими бы отношения ни были, иметь дело с лицемерами просто неприятно. Но, что касается Каору-сан и Амакасу-сана, мне хотя бы скучно не будет.

— К вашим услугам… А, точно, Годо-сан, — в конце Каору обратилась к нему с хитрой улыбкой. — Почему бы просто не присоединить Фуюхиме к рядам вашей армии любовниц когда-нибудь? Это как раз похоже на следующий шаг.

— Какой ещё следующий шаг?! Прекращай уже свои шуточки, пока всё это не превратилось в очередную ненормальную сплетню!

Несколько дней спустя, дом семьи Кусанаги.

Годо, Шидзука и приглашённая ими на ужин Сакура сидели вокруг стола.

Кстати, их дедушки не было, отлучился по каким-то делам. В отсутствие главного по кухне, брат с сестрой и их кузина приготовили сухое карри с салатом и разнообразные запечённые овощи на троих.

— И после этого Фуюхиме-чан совершенно успокоилась.

Сакура с улыбкой на лице докладывала о текущем состоянии своей подруги.

Так как она не любила острое, это вечернее карри было специально для неё приготовлено сладким.

— Фуюхиме говорит, что после некоторого обсуждения и всесторонней заботы, которой её окружила замечательная подруга детства, ей больше не требуется помощь Годо-куна.

— Ясно. Рад это слышать, — походя, ответил Годо и отправил в рот порцию карри.

После известных событий, чтобы разбудить свою кузину, Годо вернулся в «Когетсудо» один.

Он объяснил, что Фуюхиме позвонили по семейным делам, и она уже ушла. Когда Сакура задалась вопросом, чего это она заснула, Годо просто обманул её рассказом о вероятной анемии.

Что же касается заявления Эрики, которое Сакура услышала перед тем, как заснуть…

«Та девушка что-то про Годо-куна говорила?»

«Не, думаю, тебе послышалось».

Сакура безоговорочно поверила в ничем не подкреплённое объяснение Годо.

Стоя рядом с ним, владелица «Когетсудо» слушала всё это с белым, словно у привидения, лицом, но, само собой, она не прерывала самого Кусанаги Годо.

— Хмм. Похоже, онии-чан хоть немного полезным Сакуре-чан оказался.

На самодовольный комментарий Шидзуки Сакура кивнула с широченной улыбкой на лице.

— Ага. На Годо-куна действительно можно положиться… А, ещё одно. В последнее время Фуюхиме-чан часто хмурит брови в глубоких раздумьях...

Пока Годо пробовал сухое карри, у него возникло нехорошее предчувствие.

«Слишком сладко! Так и думал, что надо было своей порции остроты добавить».

— Фуюхиме-чан сказала как-то так: «Как я и думала, наверное, мне стоит максимально усилить своё женское обаяние и целить на самый верх. Надо использовать всё, что есть в моём распоряжении…» И она попросила меня дать это тебе, Годо-кун.

С этими словами Сакура протянула письмо.

— Почему-то Фуюхиме-чан хочет стать Годо-куну подругой по переписке, чтобы установить более близкие отношения. А ещё она сказала, что настанет день, и она добьётся настолько высокого положения, что превзойдёт даже свою подругу детства. Хотя, я не совсем понимаю, что она имела в виду под этими словами.

Сакура, скорее всего, совершенно не понимала истинного значения слов своей подруги.

Улыбаясь так, словно её вообще ничего в этой ситуации не заботило, она отдала письмо. Улыбка Сакуры казалась Годо просто ослепительной, а вот убийственный взгляд Шидзуки сулил неприятности.

— Что это тут происходит, онии-чан? Я думала, ты с Сакурой-чан проблемы решал, ну и каким же образом мы вот до этого докатились? А ну-ка проясни ситуацию как следует!

Естественно, Годо не собирался удовлетворять просьбу своей младшей сестры.

Без внимания на Шидзуку он бормотал себе под нос «что уже там такое случилось-то» и упорно поглощал своё карри.

А затем Годо осенило. Его дедушка был до странности хорош в том, чтобы строить из себя дурачка, когда всплывали неудобные для него вещи. И это явно было умение, отточенное многократным повторением одинаковых ситуаций.

Комментарии