Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Часть 3

Под предводительством Фуюхиме Годо и Сакура приехали в Акихабару.

В последние года она из района электроники превратилась, скорее, в городок для узкоспециализированных фанатов своего дела. Фуюхиме направилась в кафе на окраине, далеко от главной улицы Тюодори.

Здание перед ними оказалось местом расположения самых разнообразных бизнес заведений.

«Мейд кафе «КуреПуре», «Чайный домик невинных служанок «Неразбериха», «Чайные покои служанки юм ча «Бесподобный чиновник», «Отдых среди служанок «Летите в рай», «Служба доставки служанками «Плутониум Термал»…

Совершенно очевидно, что все эти кафе и ресторанчики сделали служанок основной своей концепцией.

Тут Годо вспомнил троицу своих одноклассников, Нанами, Соримачи и Такаги. Эти трое предложили классу организовать на очередном школьном фестивале мейд кафе в школьных купальниках. Стоит ли говорить, что девушки были категорически против.

— А можешь сказать, зачем мы явились в подобное место?

— Известно, что ученик великого Дьявольского Короля, Чемпиона, частенько посещает это место, — заметно резким тоном ответила ему Фуюхиме.

Годо как-то не помнил, чтобы у него был ученик, что тут вообще происходит?

— И-интересно, ученик Дьявольского Короля магом, наверное, будет, так?

— Я не такое слышала. Едва достигнув возраста трёх лет, он продемонстрировал великолепные навыки в рукопашной на виду у Чемпиона кунг-фу типа, который тут же отметил: «Это дитя воистину гений, самый одарённый и многообещающий!» Так он и сделал его своим учеником.

Слушая разговор Фуюхиме и Сакуры, Годо задумался.

Была у него идея насчёт одной женщины, которая считала данные качества крайне важными.

Неужто они как раз о том парне речь ведут? Учитывая его характер эксцентричного женоненавистника, как он вообще может быть постоянным посетителем мейд кафе… но прежде чем размышления Годо завершились…

Прямо у него на глазах один парень прошёл мимо и направился прямо в это здание с кучей арендаторов.

И тут ошибиться просто невозможно. Годо рассматривал действительно знакомый ему профиль. А стоило этому самому парню заметить Годо, как налёт строптивости и высокомерия сразу же исчез с его лица.

— Да это же мой Многоуважаемый дядя! Что привело вас в это место?

В тот момент, как юноша заметил Годо, он тут же обратился к нему с удивлением на лице.

Единственный человек в мире, который обращался к Годо «Многоуважаемый дядя», его имя Лю Иньхуа. Самый молодой мастер семьи Лю из Гонконга, а также личный ученик демонической главы культа Лю Цуйлянь.

— Причина, по которой я в Японии и в Акихабаре в частности — бизнес и только бизнес, — пояснил Лю Иньхуа, поднеся к губам чашку холодного улуна.

После их неожиданной встречи, он завёл Годо и его спутниц в «Чайные покои служанки юм ча «Бесподобный чиновник». Там они заняли столик и занялись разговорами.

Более того, стоило им занять места, как служанки тут же принесли напитки.

— Наша семья Лю уже организовала здесь, в Японии, свои базы — в Синдзюку и Икэбукуро, такие вот дела. Чтобы расшириться дальше, в процветающий район Акихабара, мы приобрели данное здание.

— И… ваша семья стоит за всеми этим мейд-что-то там, которые здесь расположились?

— Да. Мы доверили всё моим парням, дислоцирующимся здесь, и в результате получилось вот это. Я тогда ещё говорил, что ради привлечения покупателей, может, лучше продавать дешёвые компьютерные комплектующие или додзинси, но все мои парни загорелись идеей тематического парка служанок, так что да, я подумал, в принципе, если попробовать, вреда не будет, и дал добро.

Его слова больше походили на слова босса нового коммерческого предприятия, чем на босса триад.

Вот, значит, что за бизнес ведёт его семья в подобном месте. Очевидно, люди, подобные тридиотам, существуют везде…

Пока Годо удивлялся пояснениям Лю Иньхуа, в разговор вмешалась Сакура.

— Эй, эй. Годо-кун. Этот мальчик называет тебя дядей. Может так быть, что он часть вашей семьи? Хотя во время новогодних вечеринок я о нём не слышала…

У семьи Кусанаги был обычай вместе собираться на Новый Год, чтобы не забывать друг друга и освежать старые дружеские связи.

И собирались не только члены главной семьи, со всей страны даже родственники не из главной ветви съезжались. Это позволяло помнить имена и лица практически всех родственников, будь то кровные или появившиеся посредством брака.

— Тут есть кое-какие деликатные обстоятельства. Пожалуйста, не надо больше расспросов на эту тему, Сакура-сан.

— А-а… понятно. Должно быть, связано с дедушкой, тётей Маё или дядей Гендзо… У твоей части семьи тоже свои сложности имеются да? Хорошо, я понимаю.

Кивнув, Сакура приняла недоделанное объяснение Годо.

В такие времена его просто поражало то, что он может быть благодарен дурной репутации своего дедушки и обоих родителей. При этом, услышав их обмен фразами, Лю Иньхуа впервые повернулся к Сакуре.

— Как, вы одна из родственниц моего Многоуважаемого дяди? Простите мою грубость. Эй, кто-нибудь, принесите сюда перекусить чего!

До этого он игнорировал Фуюхиме и Сакуру, но как только понял, кто Сакура такая, тут же стал чрезвычайно обходительным.

Вскоре появилась служанка с подносом димсамов*.

Баоцзы*, пельмени с креветками, с индейкой, приготовленные на пару мини-булочки с индейкой, булочки в форме персиков, приготовленные на пару и с начинкой из заварного крема…

Эти разноцветные наборы еды изысканной формы были разложены по всей поверхности стола. Для пробы Годо выбрал пельмени с креветками. Восхитительно. Свежая и упругая текстура креветки была словно не из этого мира. Контрастируя с формой служанок, вкус оказался истинно китайским.

— Годо-кун, какой же он хороший мальчик! — Сакуру просто переполняли эмоции от угощения невероятными димсамами.

С другой стороны, всё это время Фуюхиме таращилась на Лю Иньхуа с неприязнью.

— Хватит ерундой всякой маяться, говори, где находится Кусасаги Горо! Я ещё заранее разузнала, ты ученик этого Чемпиона, в этом никаких сомнений нет!

— Чего?..

В ответ на властный тон Фуюхиме Лю Иньхуа прищурился.

Годо не упустил мимолётно промелькнувшую тень жажды убийства.

— Мисс, только что вы произнесли кое-что странное. Я чей кто? И что это за чванливый тон у вас? Раз уж вы спутница моего Многоуважаемого дяди, на первый раз я вас прощу. А случись подобное во второй раз, будьте готовы к последствиям.

— Кья!..

Довольно тихое предупреждение заставило Фуюхиме испуганно отпрянуть.

Лю Иньхуа убрал свой грозный взгляд после того, как Годо подмигнул ему.

— Ладно, позвольте на этом откланяться… Кое-какие текущие дела требуют моего внимания, так что прошу меня простить. Многоуважаемый дядя, надеюсь, нам как-нибудь выпадет случай поговорить наедине. Мне бы пригодилась помощь вашей необычайной интуиции в одном вопросе. Что ж, берегите себя.

Лю Иньхуа встал со своего места и покинул их, отсалютовав, как подобает рукопашному бойцу.

Затем они подождали пока трясущаяся Фуюхиме придёт в себя и вместе ушли из кафе.

Уже снаружи здания миниатюрная, но властная девушка, наконец, открыла свой рот.

— С-с ним вышло сложнее, чем я думала. Ладно, о данном месте забудем, пошли дальше.

— Фуюхиме-чан, с тобой всё в порядке? Будь сильной! — Сакура адресовала свои ободряющие слова Фуюхиме, которая выдвинулась к следующей цели.

— К-конечно со мной всё в порядке! Я всё ещё наследница семьи Рэнджо с великолепной родословной. Будто я проиграю какому-то гангстеру из Гонконга!

Гонконгская семья Лю имела репутацию героических бизнес-преступников (китайской триады) и, в общем, являлась кланом, который работал вне рамок закона.

Слова Фуюхиме говорили о том, что она знала подноготную Лю Иньхуа. Точно, не она ли была и той, кто просветил Сакуру насчёт средневекового немецкого?

При наличии у неё подобных знаний, не стоит ли всё-таки относиться к ней, как к представительнице четырёх семей?

Пребывая в блаженном неведении об умственных выкладках Годо, Фуюхиме вела их компанию к станции Тораномон.

Их целью было святилище неподалёку.

Чтобы ступить на территорию святилища Нанао, требовалось преодолеть триста каменных ступеней. В этом месте одна знакомая Годо работала мико.

«Похоже, Фуюхиме действительно предварительно наводила обо мне справки».

Рядом с кивающим себе Годо Фуюхиме объяснила Сакуре:

— Здесь служат две мико, которых Кусасаги Горо превратил в свои игрушки. Более того, они сёстры, а младшая ещё в начальной школе учится! Ты можешь в это поверить?!

— Что?! Как же это грязно, надо же! Как для личности — это совсем, совсем не хорошо!

«Только не комментируй. Не надо примешивать ненужные эмоции».

Годо отчаянно пытался держать свои чувства в узде.

Жалуясь на пожирающего людей демона в человеческом обличье, две ученицы колледжа вошли на территорию святилища. Годо безмолвно следовал позади.

Пока они шли, Фуюхиме непрестанно пыталась обратиться к периодически встречающимся по пути синтоистским священникам.

Но те поспешно убегали после короткого кивка. Даже когда Фуюхиме просила их остановиться, они этого не делали.

— П-п-п-прибыла дочь семьи Рэнджо! Как они все могут быть такими грубиянами?!

Фуюхиме злилась, но её гнев на неверных выводах основывался.

На самом деле священники убегали, так как видели Годо… По сути, это их обычная реакция. Если только сам Годо их не позовёт, по собственной инициативе они никогда не подойдут.

Тем временем, их группа добралась до молельни.

Прилегающая территория была покрыта гравием.

Рядом стояли две девушки в одеяниях мико. Естественно, это были сёстры Мария.

— А, онии-сама! Добро пожаловать! Что тебя привело сегодня?

— Если уж ты собирался прийти, надо было предупредить… Я сейчас чай приготовлю.

Мария Хикари помахала ему с ослепительно радостной улыбкой.

Мария Юри поприветствовала его элегантной и изящной улыбкой.

Каждая из сестёр выразила свою любовь к Годо, по-своему. Такое ценить надо.

В последнее время младшая сестра, Хикари, часто говорила: «Настанет день, и я тоже встану рядом с онии-самой, так что, когда время придёт, пожалуйста, люби меня так же, как и остальных, не выделяя как-то по-особому».

Звучало немного странно, но, может, таков был её способ продемонстрировать свою привязанность?

Когда Юри слышала это, на её лице появлялось беспокойство, но она всё равно оставалась прекрасной и ласковой, как всегда. С тех пор, как завершилась битва против Великого Мудреца, Равного Небу, Годо чувствовал, что связь между ним и Юри загадочным образом стала крепче.

То ли обстановка как раз подходящая создалась, то ли они просто привыкли друг к другу…

Даже особо не разговаривая, просто находясь в одной комнате, они чувствовали себя как будто завершёнными. Такое вот ощущение было.

Но сейчас не о том речь, текущая проблема связана с этими двумя спутницами.

— О? Они тоже друзья Годо-куна? Совпадение за совпадением получается…

— А, да. Бывают же дни, когда друзей одного за другим встречаешь, так? Я тоже немало удивлён.

Когда Сакура отметила очевидное, Годо только и мог, что никакое оправдание придумать.

Его наивная кузина невинно рассмеялась: «Ага-ага. Ты ведь всегда хорошие поступки совершаешь, наверное, тебя боги наградили». Красота её души просто изумительна

С другой стороны, Рэнджо Фуюхиме продолжала бросать на Годо сомневающиеся взгляды.

— В общем, сегодня я здесь не по какой-то особой причине. Мои две спутницы сказали, что у них тут дела есть, так что я просто составляю им компанию. Вообще, они разыскивают кое-кого.

На объяснения Годо сёстры Мария склонили головы с выражением «А?»

При этом Фуюхиме успела восстановить свою изначальную напористость и резко заявила:

— Вы ведь сёстры Мария, да? Я Рэнджо Фуюхиме. Вам должно быть известно обо мне, верно? Дочь и наследница семь Рэнджо, моё положение куда выше, чем ваши должности химе-мико, верно? Слушайте, я должна встретиться с этим зверским Дьявольским Королём, с этим Чемпионом, Кусасаги Горо. Немедленно позовите его сюда!

Как обычно, её манера обращения была бессмысленно самовозвышающей.

Однако на сестёр Мария это не произвело впечатления. Они просто наклонили головы и удивлённо посмотрели на Фуюхиме, словно она какой-то редкий зверёк, а затем обернулись к Годо.

Очевидно же, что упомянутый Чемпион стоит прямо перед ними. Какой нормальный человек станет выдвигать такое требование.

За этим последовала незамедлительная фраза Хикари:

— Эмм… прошу прощения, но это запрещено.

Хотя она учится всего лишь в шестом классе начальной школы, Хикари восхитительно умна. Она уже поняла ситуацию.

«Я спасён…» — только Годо так подумал, как Хикари продолжила.

— И снова прошу прощения, но, насколько мне известно, семья Рэнджо ещё не объявляла имени наследника. Какое-то время назад сестрица Эна из семьи Сэйшууин говорила об этом.

«Что? В таком случае, Фуюхиме не является магом, имеющим отношение к семье Рэнджо?»

Годо был удивлён. Фуюхиме же, напротив, выглядела очень злой, её губы скривились.

— Э-это неправда! Я стану следующей главой семьи Рэнджо! Да что с вами вообще, просто потому, что этот грязный Чемпион всего чуток любви к вам проявил, вы других уже ни во что не ставите? Слушайте, Рэнджо — одна из четырёх семей, мы не те, с кем можно шутить…

И хотя с каждым мгновением она говорила всё быстрее и быстрее, всё усиливая нажим, к концу речи запал у Фуюхиме иссяк.

С ужасно испуганным лицом, она проглотила всю свою язвительность.

При этом девушка имела жалкий вид собаки, поджавшей хвост. Но испуганно выглядела не только она. Мария Хикари тоже с ужасом смотрела на стоявшую рядом старшую сестру.

— Наследница семьи Рэнджо, так ты себя представила? — Мария Юри говорила спокойно, само великолепие проницательности. — Тогда мне стоит говорить с тобой так, как с информированным потомком одной из четырёх семей. Твоё нынешнее поведение является оскорблением по отношению к Дьявольскому Королю, которого наша нация с древности зовёт монархом Ракшасой, а также оскорбляет тех, кто преданно ему служит. Выказывать ему подобающее уважение — эта основа этикета, это обычай. Тот, кто этому не следует, не достоин того, чтобы быть членом одной из четырёх семей. Тебе стыдно должно быть!

Пока Юри делала нагоняй, её прекрасное лицо выглядело устрашающей личиной якшини*.

Годо рефлекторно отступил. Зато Сакура лишь озадаченно склонила голову. Давление со стороны Юри на неё совершенно не повлияло, неумение Сакуры чувствовать настроение было воистину поразительным.

— Более того, твоя неспособность выказывать уважение нам, мико, наследницам титула Принцессы, показывает твоё хамство, неподобающее кому-то из членов четырёх семей. Уходи. Ты не достойна того, чтобы стоять на священной земле святилища Нанао.

Юри решительно выгнала Фуюхиме.

Чего и следовало ожидать от химе-мико. Она обладала величием и царственностью куда большими, чем у обычной молодой девушки.

В какой-то момент Фуюхиме чуть не заплакала. Она хоть и вела себя более чем властно, оказалось, что не такая уж она и храбрая. Годо решил вмешаться и предложить «маршрут отступления».

— Простите за странные требования моей спутницы. В следующий раз она придёт и извинится, а сейчас мы уходим. Давай, Сакура, забираем твою подругу, и пойдём. До скорого!

Принудительное прощание опустило занавес.

Похлопав свою кузину по плечу, Годо напомнил ей забрать Фуюхиме.

Вместе с двумя девушками он оставил сестёр Мария. Годо решил, что позже пошлёт им смс-ку с извинениями и объяснением ситуации…

— Фуюхиме-чан, если будешь просить таким тоном, как недавно, все злиться будут. Тебе надо это вежливо делать!

— Я-я знаю! Н-но эти химе-мико слишком грубо себя вели!

Компания Годо, Сакуры и Фуюхиме снова в пути.

На этот раз они ехали в Аояму.

— А можешь сказать, зачем мы туда направляемся?

— Аояма Доори. Я слышала, что в последнее время там частенько появляется злобная ведьма, помощница и любовница Кусасаги Горо, — хлюпнув носом, — я поймаю эту женщину и на этот раз уж точно найду этого Дьявольского Короля! — ответила Фуюхиме на вопрос Годо, продолжая хлюпать носом.

Судя по её виду, стоило ей хоть чуть-чуть расслабиться, и она бы расплакалась. Очевидно, что умелой её не назовёшь. Стоя рядом с ней, Годо думал: «Она провалилась дважды, и третий раз точно будет…»

Они свернули на небольшую боковую улочку, неподалёку от Аояма Доори.

Здесь рядами расположились уличные ларьки и магазинчики. Это было то самое место, куда Годо приходил вместе с Сакурой, сопровождая её в поисках месяц назад.

Фуюхиме направлялась к тому самому магазину «Когетсудо» на углу, объясняя, что владелица этого магазина являлась кем-то вроде официальной представительницы района рядом с Аоямой.

Когда они подошли к магазинчику, Годо приложил ухо к двери.

Он попытался услышать, что происходило внутри. Фуюхиме и Сакура, кажется, несколько удивились этому его подозрительному поведению, но при этом повторили его действия.

Они услышали разговор двух женщин.

«Если коротко, то вы пытаетесь получить от меня самые свежие сводки о Комитете?»

«А не могли бы вы это как-то поприятнее выразить, пожалуйста? Что мне надо, так это подробности личного характера, а не что-то имеющее чрезвычайную важность. Например, с какими подружками у Саяномии Каору были свидания на прошлой неделе, или есть ли на самом деле жена и дети у Амакасу-сана, в таком вот духе. Естественно, если вы самые последние новости услышите, то всегда можете мне о них позже рассказать».

«Вы уже заплатили мне за услуги и удовольствуетесь такой малостью? Знаете, мне ведь нравится людям помогать».

«Мне приятно ваше предложение, но вам не хватит мастерства, чтобы утаить такое от Комитета. Даже кому-то получше вас будет трудновато иметь с ними дело… А я всего лишь хочу знать интересы и характеры этих людей. Будь то враги или друзья, большая осведомлённость только на пользу».

Они попали прямо на секретные переговоры.

Ранее этим утром, одна конкретная девушка, упоминала планы насчёт «Круглого стола». Естественно эти планы включали в себя изменение отношений с Комитетом компиляции истории.

И, согласно им, она собирала полезную информацию, чтобы завоевать их?

Годо был в немалой степени поражён. Как и говорила Лилиана, Эрика действительно усердно действует, когда дело касается того, что она считает важным.

Затем, стоя перед дверью Рэнджо Фуюхиме сделала глубокий вдох.

С решительным выражением лица она потянулась к ручке и энергично распахнула дверь.

— Наконец-то, я тебя нашла, итальянская ведьма, которая служит Дьявольскому Королю Кусасаги Горо! Ты, может, и считаешь себя большой шишкой из-за того, что тебя называют «Красным Дьяволом» или как там, но для меня ты уже покойница! А теперь послушно рассказывай, где живёт Чемпион!

Покончив со своим заявление на одном выдохе, Фуюхиме стала объектом изучающих взглядов находившихся внутри людей — владелицы «Когетсудо» и Эрики Бланделли.

Светловолосая красавица из Милана весело улыбнулась.

— Годо… Стоит мне оставить тебя одного всего на пару часов, как ты находишь кого-то со столь выдающимися талантами. В чём вообще соль шутки? Сама вместе с Чемпионом Кусанаги Годо и, тем не менее, просит меня сказать ей его адрес?

Само собой, Фуюхиме и Сакура слышали её ответ чётко и ясно.

Примечания

  1. Димсам или дяньсинь ( «сердечно тронуть», «заказать для сердца») — лёгкие блюда, которые в китайской традиции чаепития подают к столу вместе с чашкой китайского чая сорта пуэр, как правило, до обеда. Представляют собой разложенные по нескольким блюдцам небольшие порции десерта, фруктов, овощей либо морепродуктов.
  2. Баоцзы, или просто бао — популярное китайское блюдо. Баоцзы представляет собой небольшой пирожок, приготовляемый на пару. Тесто, как правило, дрожжевое. В качестве начинки могут использоваться как мясные продукты, так и растительные или их сочетание. Чаще всего используют свиной фарш с капустой. Когда баоцзы приготовляются в качестве сладкого блюда, начинкой может быть анко (паста из фасоли) или кунжут.
  3. Якша, или яккха на языке пали — в индуизме, буддизме и джайнизме — одна из разновидностей природных духов, ассоциируемых с деревьями и выступающих хранителями природных сокровищ. Женская форма — якши или якшини. С одной стороны, якша может быть совершенно безобидным существом, ассоциируемым с лесами и горами, а с другой — подобным ракшасе монстром-людоедом, злым духом или демоном, поедающим путников в лесной глухомани.

Комментарии