Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

459. Признание в любви...

Бай Сяочунь поражённо уставился на Чжао Тяньцзяо. Последние дни он провёл в жутком страхе и постоянных мыслях о том, как защитить себя, если вернётся белая тень. Он уже какое-то время не общался с Чжао Тяньцзяо и думать не думал о сложившейся там ситуации. Слова Чжао Тяньцзяо тут же вернули его внимание к этой проблеме. Ощущая за собой вину, он выдавил улыбку и сделал вид, что что-то подсчитывает в уме, даже используя для этого пальцы. Потом он хлопнул себя по ляжкам.

— Идеальное время! — сказал он громко. — Старший брат Чжао, завтра в полдень тебе нужно признаться старшей сестре Юэшань в своих чувствах. Это завершающий этап нашего плана. Вскоре ты сможешь заключить эту прекрасную женщину в свои объятия и никогда не отпускать до конца своей жизни!

Чжао Тяньцзяо, казалось, тут же оживился и начал ходить по комнате взад-вперёд, на его лице отражалась радость и волнение. Он сжал руки в кулаки и полностью погрузился в мысли о том, что должно произойти завтра. В какой-то момент он внезапно остановился как вкопанный.

— Что, если она откажет мне? — с тревогой спросил он. — Что тогда?

Бай Сяочунь вздохнул.

— Используя опыт Любовного Святого Бай Сяочуня, который десятилетиями доминировал на любовном фронте, я могу сказать тебе главную причину, почему признающиеся в любви бывают отвергнутыми. Это бывает тогда, когда признания слишком поспешны! Но в твоём случае всё по-другому, — продолжил он с торжественным жестом. — Ты уже много времени провёл со старшей сестрой Юэшань, поэтому тебе больше всего стоит волноваться о том, какие слова использовать в своём признании. Не беспокойся. Я, Бай Сяочунь, исключительно подкован в этом плане, я определённо смогу тебе помочь!

Чжао Тяньцзяо был полностью убеждён в навыках Бай Сяочуня, поэтому готов был сделать всё, что тот скажет. По его мнению, пока Бай Сяочунь помогает ему, все сложности на его пути в любви можно будет разрешить с такой же лёгкостью, как острый клинок разрубает бамбук.

— Я помогу тебе придумать надёжный план, — сказал Бай Сяочунь со спокойной улыбкой, с которой он выглядел так загадочно, как никогда.

Потом они с Чжао Тяньцзяо потратили всю ночь на обсуждения. Утром Чжао Тяньцзяо ушёл в отличном настроении, полный уверенности. И вот настал полдень. День был изумительный. Лёгкий бриз дул с практически полностью спокойного моря, которое слегка игриво плескалось. Издалека море походило на огромное золотое зеркало. В небе парили редкие морские птицы, которые жили только на море Достигающем Небес. Время от времени они издавали негромкие крики. Чжао Тяньцзяо стоял на носу корабля, одетый в голубые одежды, выглядя как никогда привлекательно. В его глазах светился глубокий огонь, а издалека он казался столько же внушительным, как гора. Его спина была прямой, и он, казалось, лучился мощной энергией, отчего сразу же выделялся на общем фоне остальных культиваторов. Он смотрел вдаль, заложив руки за спину, приподняв подбородок, и с развевающимися на ветру волосами, и выглядел при этом как красивая, идеально выточенная статуя — божественный и могущественный, словно принадлежащий горнему миру. Конечно, никто не знал, что у него в ухе в это время раздавался голос Бай Сяочуня.

— Нет, нет, нет. Положи левую руку на бедро. Да. Вот так! Держи подбородок выше, словно смотришь вдаль. Сохраняй этот взгляд в глазах. Не меняй его. Поставь левую ногу на шаг вперёд. Хм. Да, вот так, отлично. Погоди, ты кажешься слишком мрачным и серьёзным. Это же признание в любви, а не допрос. Немного смягчи выражение лица…

Бай Сяочунь прятался рядом за углом, откуда ему хорошо был виден Чжао Тяньцзяо и он мог передавать ему инструкции при помощи божественного сознания. Что бы он ни сказал, Чжао Тяньцзяо тут же выполнял это. Хотя Чжао Тяньцзяо очень переживал, но у него была абсолютная вера в Бай Сяочуня, поэтому он просто старался держать себя в руках и ждал момента истины.

— Да, идеально. Не двигайся. Время назначенной со старшей сестрой Юэшань встречи почти настало.

Бай Сяочунь тоже был полон предвкушения. Все его детально проработанные с Чжао Тяньцзяо планы подходили к кульминации в данный момент. Всё было готово. И это был завершающий шаг.

— Всё должно сработать, — прошептал он, сжимая руки в кулаки. Пока он с нетерпением ждал, Чень Юэшань медленно вышла из своей каюты на второй палубе.

Казалось, что она не такая как обычно, очевидно, что она немного приоделась. Она выглядела соблазнительно в своих длинных голубых одеждах с убранными наверх волосами, открывающими взору её белоснежную шею. Её кожа была идеально белой. Когда полуденное солнце светило на неё, то она казалась чистой, священной, ослепительно прекрасной. На её лице играл едва заметный румянец, и она была немного смущена. А ещё она, казалось, слегка нервничала, что было заметно по тому, как она, не давая себе в этом отчёта, теребила нефритовое кольцо на пальце. Выйдя на главную палубу, она заметила Чжао Тяньцзяо на носу корабля и медленно пошла в его сторону. Бай Сяочунь пригнул голову и взволнованно передал Чжао Тяньцзяо:

— Она идёт. Не оборачивайся. Она идёт прямо к тебе.

Чжао Тяньцзяо едва заметно задрожал и изо всех сил постарался сохранить нужную позу, одновременно воспользовавшись божественным сознанием, чтобы убедиться, что Чень Юэшань идёт в его сторону. Вскоре она уже стояла рядом с ним, её аромат заставил его сердце пропустить удар, а потом пуститься вскачь.

— Зачем ты хотел увидеться со мной, старший брат Чжао? — тихо спросила она, стискивая изнанку своего рукава нежной рукой. По какой-то причине эта версия Чжао Тяньцзяо казалось ей немного странной, но вместе с тем привлекательной.

Глаза Бай Сяочуня широко распахнулись, он внимательно пригляделся, боясь, как бы они не дали маху. Чжао Тяньцзяо медленно вдохнул, но не повернулся, чтобы посмотреть на неё. Вместо этого он продолжал смотреть в морские дали, быстро вспоминая, какие слова Бай Сяочунь наказал ему произнести. Неожиданно он показал на небо и сказал:

— Юэшань, видишь, насколько это небо чистое и голубое? Мои чувства к тебе точно такие же, они чисты и не запятнаны ничем из этого смертного мира. Они никогда не изменятся.

В ответ на его слова Чень Юэшань посмотрела в небо, и её сердце внезапно забилось быстрее. Даже её дыхание участилось. Бай Сяочунь невольно про себя похвалил Чжао Тяньцзяо. Наконец тот начал понимать, что к чему. С точки зрения Бай Сяочуня, эти слова были идеальны.

«Мне пришлось постараться, прежде чем я смог такое придумать», — подумал Бай Сяочунь, ощущая довольство собой.

Однако когда Чень Юэшань посмотрела в лазурное небо… послышались приглушённые раскаты грома. По какой-то неизвестной причине погода внезапно начала меняться. В мгновение ока тёмные тучи начали затягивать небо, и, прежде чем Бай Сяочунь успел хоть что-то предпринять, раздался гром. Теперь небеса больше не были голубыми, но были словно испачканы серо-чёрным цветом. У Бай Сяочуня отвисла челюсть, а у Чжао Тяньцзяо округлились глаза. Даже Чень Юэшань, казалось, застигнута врасплох.

«Ч-ч-что… Что происходит?» — поражённо подумал Бай Сяочунь. Что-то в этой ситуации определённо было странным. Чжао Тяньцзяо ничего на это не сказал, даже Чень Юэшань не знала, что тут сказать, и слегка смутилась. Прошло ещё какое-то время, Чжао Тяньцзяо стиснул зубы и решил продолжить:

— Юэшань… — потом он повысил голос и указал на море. — Посмотри, какое море спокойное, подобно тому, как спокойно у меня на сердце теперь, когда ты появилась в моей жизни. С этого момента я клянусь горами и морями, что готов делить с тобой горе и радости. Ни одна женщина во всём мире никогда не сможет заставить моё сердце измениться. Оно как это бескрайнее, спокойное море, незапятнанное ни малейшим волнением.

По телу Чень Юэшань пробежала дрожь, она посмотрела на море, куда указывал Чень Юэшань. Однако как только он произнёс это… послышалось ещё больше грома из облаков, и огромные капли дождя начали падать на корабль и море. Внезапно поднялись большие волны, и море больше ничуть не было спокойным. Бай Сяочунь подскочил и мгновенно покрылся холодным потом. События этого дня были настолько странными, что у Бай Сяочуня в голове начали появляться множество сумасшедших предположений о причине всего этого.

«Неужели я ошибся, когда решил, что этим двоим суждено быть вместе?..» — удивлённо подумал он.

Чжао Тяньцзяо уже был готов заплакать, казалось, что небеса и земля объединились против него, намеренно оборачивая все его слова против него самого. Он начал сердиться, но в это мгновение внезапно Чень Юэшань тихо рассмеялась. Она уже и так была прекрасной, а когда смеялась, то её глаза превращались в два полумесяца, и она казалась исключительно изысканной. Она взяла руку Чжао Тяньцзяо в свои нежные, словно выточенные из белого нефрита руки, и тут же стало ясно, что она чувствует. Чжао Тяньцзяо задрожал, и их взгляды встретились, создавая момент, который навеки запечатлелся у них в памяти.

Чень Юэшань уже давно была влюблена в Чжао Тяньцзяо. Это случилось ещё тогда, когда её отец только взял его себе в ученики. Она была очарована, каким неуклюжим и немногословным он был в повседневной жизни, но при этом в критической ситуации становясь свирепым, словно тигр. В прошлом она даже пыталась сблизиться с ним, но Чжао Тяньцзяо, казалось, никогда не обращал на неё внимания. Он почти всегда тренировался. Через какое-то время Чень Юэшань потеряла надежду и оставила попытки. Время от времени она думала о своих глубоко похороненных в душе чувствах и вздыхала украдкой. Когда началось их путешествие на боевом корабле и она увидела Чжао Тяньцзяо в розовых одеждах, то она оказалась потрясена. Всё, что случилось затем, казалось ей похожим на сон…

Бай Сяочунь испустил длинный вздох. Видя, что происходит между Чжао Тяньцзяо и Чень Юэшань, он решил, что даже если он и ошибся насчёт их судьбы, он всё равно сделал всё правильно. Посмеиваясь, он начал кайфовать от своего подтверждённого статуса любовного святого. Потом он выпятил подбородок и принял позу одинокого героя. Взмахнув рукавом, он тихо произнёс:

— По щелчку пальцев я, Бай…

Однако как раз в этот момент самолюбования и прежде чем он успел договорить, жуткий грохот грома в небе стал ещё сильнее, и там появилось несколько человек, которые с большой скоростью приближались к боевому кораблю. Во главе группы летел не кто иной, как трехглазый Чень Хэтянь.

Комментарии