Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

429. Слияние с горой

— Проклятое голубое испытание огнём! Я просто не знал, что происходит, иначе как мог я, Бай Сяочунь, оказаться только чуть выше четыреста девяностого места? Я определённо добьюсь того, чтобы моя звезда поднялась выше. Я перемещусь из голубого сегмента в синий! На самом деле я дойду до фиолетового испытания огнём! Просто подождите следующего раза и вы увидите, как я сделаю это!

Решимость в его голосе могла гнуть гвозди и разрубать железо, от него просто исходила аура доблести. Большой толстяк Чжан и мастер Божественных Предсказаний тут же оказались под впечатлением и какое-то время неловко таращились на него.

— Не переживай, Сяочунь, — наконец сказал Большой толстяк Чжан. — Я слышал, что когда преодолеваешь синий уровень, то после тебя на уровне остаётся твоя статуя, с которой потом придётся сражаться всем последующим претендентам, чтобы пройти этот уровень. Конечно, это также означает, что тебе придётся сразиться со статуей прошлого победителя на синем испытании огнём. Но у тебя, конечно, не возникнет в следующий раз с этим никаких проблем. Ты определённо оставишь свою статую после себя.

— Точно, младший патриарх. Секта Звёздного Небесного Дао Противоположностей огромна. То, что ты попал в лучшие пятьсот избранных, уже невероятное достижение. Я уверен, что в следующий раз тебе удастся ещё больше всех впечатлить.

Пока они пытались его убедить, его взгляд начал смягчаться. Однако, когда он опустил свой взгляд, перестав созерцать небо, на его лице всё ещё читалось сожаление и нежелание смиряться с тем, что произошло. Мастер Божественных Предсказаний и Большой толстяк Чжан не знали, что и думать об этом, поэтому продолжили его подбадривать и утешать. Как бы они не старались, Бай Сяочунь, казалось, так и остался не в духе. Наконец они соединили руки, прощаясь, и улетели.

Как только они ушли, с лица Бай Сяочуня сошло напряжение и он стал выглядеть крайне самодовольно.

— Ха-ха-ха! Как я здорово всё отыграл. Сюй Баоцай не зря ест свой хлеб!

Вспоминая, какие выражения лиц были у Большого толстяка Чжана и мастера Божественных Предсказаний, он начал ещё больше радоваться.

Однако примерно в то же время появился ещё один луч света, летящий в его сторону. В нём находилась Чень Маньяо. Когда она приблизилась, Бай Сяочунь снова уставился в небо, соединил руки за спиной и изобразил выражение лица человека, не желающего смиряться с положением вещей. Глубокомысленное сияние снова появилось в его взгляде, и не успела она хоть что-то сказать, как он произнёс:

— Даже не пытайся меня убедить! Проклятое голубое испытание огнём…

К удивлению Чень Маньяо, он повторил ей всё то, что до этого говорил мастеру Божественных Предсказаний и Большому толстяку Чжану. Чень Маньяо оказалась пойманной врасплох, ей даже почудилось, что она не знакома с той версией Бай Сяочуня, которую видела перед собой сейчас.

— Сяочунь, тебе не нужно так переживать…

В течение последующих нескольких дней, каждый раз когда кто-то приходил с визитом, они неизменно сталкивались с этой версией Бай Сяочуня и слышали одни и те же слова. В результате восхищение и уважение людей по отношению к нему только возросло.

Через три дня Сюй Баоцай завершил свои дела в таверне Вечная Жизнь и получил повышение на радугу. Первым делом он сразу же наведался к Бай Сяочуню, и у них состоялся долгий разговор. После этого Сюй Баоцай попросил внушительную сумму баллов заслуг на расходы и затем ушёл, лопаясь от самодовольства и гордости.

У Сюй Баоцая и правда были свои уникальные методы добычи информации и распространения сплетен. В этой ситуации он воспользовался своими талантами на полную катушку. Пока он распространял истории об избранном Бай Сяочуне, среди учеников появилось несколько различных версий баек о нём. В одних историях его превозносили, а в других уменьшали его заслуги, причём в некоторых аспектах эти истории противоречили друг другу. Однако это только привело к тому, что люди стали ещё больше их обсуждать.

Вскоре имя Бай Сяочуня стало хорошо известно по всей радуге Неба. Конечно, Бай Сяочуню тоже была отведена своя роль. Он каждый день посещал людные места и красовался там с непокорным задумчивым видом и соединёнными за спиной руками. Культиваторы радуги Неба не были знакомы с Бай Сяочунем, и по тому, что они видели, он казался им идеальным гордым избранным, полным решимости и уверенности. По этой причине многие культиваторы стали с нетерпением ожидать, когда Бай Сяочунь снова решит бросить вызов испытаниям огнём секты Звёздного Небесного Дао Противоположностей.

Бай Сяочунь очень радовался тому, что каждый день находился в центре подобного внимания. Конечно, он уже давно купил семицветную траву туманного моря, которая и была изначальной причиной его участия в испытаниях огнём. Присоединив её к уже имеющимся ингредиентам, он ушёл на несколько дней в уединённую медитацию и перегнал лекарственную пилюлю, которую можно было использовать для того, чтобы забыть себя. Получившаяся пилюля сияла семицветным светом, который отражался в полных гордости глазах Бай Сяочуня.

«В этот раз я точно добьюсь просветления с Заклятием Живой Горы!» В приподнятом расположении духа он подумал о каменных големах, виденных им на испытании огнём, и ощутил себя как никогда уверенным в успехе. С лекарственной пилюлей в руке он вылетел из пещеры бессмертного и отправился к радуге Мириад Звёзд и Плато Бесконечных Гор.

У входа на плато он снова увидел Каменную Скалу, который сидел на валуне и очень напоминал своим видом обезьяну. Как и в прошлый раз Бай Сяочунь не смог определить его основу культивации. Более того, у Каменной Скалы была аура, схожая с аурой каменных големов. После того, как Бай Сяочунь какое-то время пристально вглядывался в него, он наконец сложил руки и поклонился.

— Бай Сяочунь приветствует старшего брата Каменную Скалу.

Каменная Скала открыл глаза и глянул на Бай Сяочуня, одарив его редкой улыбкой и кивнув. Не произнеся ни слова, он взмахнул рукой. Тут же земля задрожала и появилась знакомая каменная ладонь. Бай Сяочунь запрыгнул на неё, потом у него всё поплыло перед глазами и он телепортировался. Когда зрение прояснилось, он снова оказался в странном мире, наполненном горами, протянувшимися во все стороны.

Он повторил свой маршрут с прошлого раза и нашёл гору, которая так напоминала каменных големов. Всю дорогу в его глазах сияла уверенность. Как только он добрался до нужной горы, он тут же уселся на неё со скрещёнными ногами. Затем он достал лекарственную пилюлю, которую перегнал, немного помедлил и стиснул зубы.

«Мне удалось получить Заклятие Живой Горы, когда я собрал все печати в зоне наследия. Если я не завершу её культивацию, то это определённо будет большое расточительство. На этот раз у меня должно всё получиться!» Глубоко вздохнув, он посмотрел на пилюлю, которую создал для того, чтобы забыть себя.

— Чтобы стать единым с горой, — пробормотал он, — сначала забудь себя, потом забудь гору. Потом, когда ты пробудишься, то ты станешь горой, а гора станет тобой…

Следуя описанному в Заклятии Живой Горы методу, он начал пытаться обрести просветление о структуре горы, а потом стать единым с ней. Он попытался сделать это несколько десятков раз, пока это усилие не превратилось в подобие рефлекса. Только тогда он поместил пилюлю в рот и проглотил. Как только пилюля оказалась внутри и растаяла, по его телу пошли тёплые потоки энергии, которые стекались к голове. Затем его тело заполнил громоподобный грохот. В то же время его разум погрузился в хаос и наконец полностью опустел. Хотя его голова и оказалась опустевшей, он остался в той же самой позе, и усилие по обретению просветления о структуре горы и объединению с ней продолжило работать.

Шло время. Через три дня Бай Сяочунь так и не пошевелился и сидел в прежней позе. Он забыл себя, его разум полностью опустел. Он забыл о горе, подобной голему, на которой сидел. В его голове не осталось ни единой мысли. Наконец на седьмой день в ней появились какие-то самые простые образы. Прошло ещё несколько дней и образы, казалось, начали медленно собираться и превращаться в очертания каменного голема. Это очертание было очень похоже на гору под ним, а ещё на тех големов внутри испытания огнём.

Прошло ещё полмесяца, а Бай Сяочунь до сих пор не очнулся. Образ каменного голема в его голове тем временем становился всё более законченным и проработанным, всё меньше отличаясь от оригиналов.

**

Тем временем в секте Звёздного Небесного Дао Противоположностей случилось то, что потрясло всю секту. Даже глава секты оказался под впечатлением.

Гунсунь Вань’эр… бросила вызов испытаниям огнём для суперзвёзд секты Звёздного Небесного Дао Противоположностей. Сначала люди не обратили на неё внимания. Однако, когда её звезда начала подниматься, культиваторы заметили те уникальные методы, что она использовала для прохождения испытаний и всё больше людей начали внимательно наблюдать за ней.

На красном испытании огнём она стала богом смерти в море лавы, убивая зверей направо и налево и создав из их трупов себе дорогу через лаву на противоположный берег. Остальные ученики на испытании огнём оказались в шоке от её моста из трупов. На оранжевом уровне, где дрались каменные големы, остальные ученики продвигались в страхе, а она просто спокойно прошла к выходу. На жёлтом уровне она снова, как ни в чём не бывало, спокойно прошла по раскалённому железу. На зелёном уровне с молниями она поглотила большое количество молний через рот и прошла по мосту.

Самым поразительным оказался голубой уровень, где от одного её появления мстительные души задрожали и попрятались. Только император душ показался, чтобы сразиться с ней, и в итоге бой кончился ничьей. Вся секта Звёздного Небесного Дао Противоположностей оказалась под сильным впечатлением. В конце концов сила императора душ была примерно равна силе раннего зарождения души.

Комментарии