Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

360. Ладно. Ладно. Хорошо! Я поеду

Когда он увидел реакцию Ледосекта, мастера Божественный Ветер и патриарха Алая Душа, рыжий старик презрительно усмехнулся, потом махнул рукавом и пошагал на выход. Снаружи главного входа послышался грохот, когда культиваторы трёх сект взошли на свои магические летательные аппараты и потом умчались прочь, оставляя за собой порыв ветра и клубы пыли.

— Проклятье! — сказал Алая Душа сквозь зубы.

Мастер Божественный Ветер нахмурился:

— Думаю, что мы сами виноваты, что не понимали правила средних пределов мира культиваторов…

Ледосект криво улыбнулся и сказал:

— С такими обильными ресурсами, как здесь, в средних пределах, культиваторам не сложно достичь формирования в течение одного шестидесятилетнего цикла (1). В нижних пределах достичь подобного очень и очень сложно…

В этот момент он неожиданно вспомнил о чём-то и посмотрел на Бай Сяочуня. Через мгновение мастер Божественный Ветер и Алая Душа тоже смотрели на него. Бай Сяочунь почувствовал неловкость, когда эти трое уставились на него. Невольно он сделал несколько шагов назад.

— Эм… патриархи, я…

— Сяочунь, нас задирают и унижают только потому, что наша секта слишком слабая!

— Так и есть, Сяочунь. Теперь, если подумать, то есть только один человек во всей секте Противостояния Реке, который достиг формирования ядра в течение шестидесятилетнего цикла (2)…

— Черногроб, мальчик мой, будучи младшим патриархом, ты, конечно, должен понимать, насколько важен вопрос с ресурсами для будущего развития секты!

Хотя все три патриарха сказали это по-разному и выражения на их лицах тоже различались, однако у всех у них одинаково блестели глаза.

— Я… — Бай Сяочунь внезапно ощутил, как его горло пересохло. Ещё минуту назад он стоял в зале и тихо слушал разговор собравшихся, чувствуя внутри не меньшую ярость, чем патриархи. Но сейчас три старых лиса внезапно уставились на него, а что ещё хуже, начали говорить с ним такими словами, что у него дрогнуло сердце.

Про себя он начал стонать от горя, особенно когда думал о том, что действительно является единственным культиватором во всей секте, кто достиг формирования ядра в пределах шестидесятилетнего цикла. Когда речь шла о зонах наследия, то обычно туда секты отправляли семь или восемь человек, но в этот раз он будет там один. Даже мысль об этом пугала Бай Сяочуня до чёртиков, а ещё больше дело осложняло то, как агрессивно он повёл себя с учениками Двора Звёздной Реки и как нахально угрожал ученикам Двора Реки Противоположностей и Двора Реки Дао во время их визита в секту. В это мгновение у него на лице вдруг появилось мрачное и торжественное выражение. В глазах показалась горечь, и он продолжил:

— Послушайте, патриархи, по правде говоря, я с самого начала врал про мой возраст. Эм, да… Теперь, когда я стал младшим патриархом, то уже больше не могу скрывать правду. Когда меня подобрали на той горе, я вовсе не был подростком, мне было сорок лет. Я просто молодо выглядел, и поэтому решил навсегда скрыть правду. Я ошибся, я знаю. Мне нужно было рассказать вам всю правду, чтобы не становиться причиной неразберихи в секте во время тяжёлых времён!

Голос Бай Сяочуня был наполнен сожалением. Казалось, что он на самом деле выдаёт секрет, который долго хранил. Пока он говорил, его руки сжались в кулаки.

— Патриархи, мне правда очень жаль. Каждый раз, когда я думаю о моём настоящем возрасте и о том, как долго скрывал его, то чувствую себя всё хуже и хуже. Ну что ж, думаю, что теперь самое время мне отправиться в уединённую медитацию…

Не успев договорить, он уже развернулся и поспешил к выходу. Алая Душа хмурился, а мастер Божественный Ветер начинал терять терпение. Когда они уже хотели что-то сказать, Ледосект криво усмехнулся и сказал:

— Сяочунь, ты едешь, хочешь ты того или нет.

Однако Бай Сяочунь даже не притормозил.

— Никто не хочет, чтобы наша секта выглядела слабой, верно? — продолжил Ледосект. — Если мы не сможем продемонстрировать ни одного культиватора формирования ядра, который смог добиться этого в пределах шестидесятилетнего цикла, это только будет означать, что нам придётся пережить жестокое унижение от трёх остальных сект. Если это произойдёт, то, я боюсь, не может быть и речи о том, чтобы как следует закрепиться в средних пределах.

Когда Бай Сяочунь услышал это, то слегка замедлился, в его сердце закрались сомнения. Ледосект, казалось, слегка разошёлся, когда продолжил:

— Но что с того. Ты же для нас важнее всего, Сяочунь. Секта — твой дом, а мы — твоя семья. Мы не будем принуждать тебя делать что-то против твоей воли. Даже если нас будут задирать и унижать, мы защитим тебя и всех остальных учеников тоже.

Бай Сяочунь уже был у выхода и устремил взгляд на происходящее снаружи. Его сердцем овладела нерешительность, и он не знал, что предпринять.

— На этот раз, — сказал Ледосект, — секте Противостояния Реке просто придётся признать поражение. Мастер Божественный Ветер, Алая Душа, не нужно мне ничего тайно говорить при помощи божественного сознания. Я уже принял решение.

Ледосект вдруг стал казаться постаревшим, а в его голосе зазвучали унылость и изнеможение. Бай Сяочунь стоял и грустно смотрел в небо.

— Что? — громко спросил Ледосект. — Что ты там говоришь при помощи божественного сознания, мастер Божественный Ветер? Нет. Хотя мы знаем, что если пойдём, то всё равно проиграем, и хотим сделать это только для того, чтобы не потерять лицо, мы не можем отправить Бай Сяочуня одного. Да, я знаю. Однажды Бай Сяочунь сказал в своём сердце, что живёт ради секты. Да, я знаю, что мы хорошо к нему относимся. Я всё это знаю. Но вы всё равно не сможете меня переубедить. Алая Душа, перестань слать мне сообщения. Я уже всё решил. И неважно, что у Сяочуня есть драгоценные сокровища, чтобы защитить себя, а также золотое ядро небесного Дао. Неважно, что он культивировал невероятно мощное физическое тело, так что практически никто ниже эксперта зарождения души не сможет его убить. Также совсем неважно, что согласно дхармическому указу секты Звёздного Небесного Дао Противоположностей в процессе соревнования за печати наследия убийства запрещены. Бай Сяочунь — наш младший патриарх! Даже если опасности в этом никакой нет, всё равно мы не можем позволить себе рисковать им.

Бай Сяочунь стиснул зубы и обернулся к патриархам с таким видом, будто сейчас заплачет.

— Ладно. Я согласен, хорошо? Хватит уже уговаривать…

Как только Бай Сяочунь произнёс эти слова, Ледосект поднялся на ноги, подошёл к нему и с энтузиазмом похлопал по плечу.

— Молодец! Отлично, тогда всё решено. Эта нефритовая табличка расскажет тебе всё, что нужно знать о зоне наследия. Внимательно изучи её… Подготовь всё, что тебе необходимо. Через месяц мы втроём лично проводим тебя до место проведения соревнования.

После этого он развернулся и быстро ушёл. Мастер Божественный Ветер и Алая Душа одобрительно посмотрели на Бай Сяочуня, но, испугавшись, что он может внезапно передумать, тоже быстро телепортировались из зала… Бай Сяочунь огляделся, широко распахнутыми глазами глядя на опустевший зал. Он протянул руку, словно желая что-то схватить. Но всё, что он мог, — это схватить себя за волосы.

— Эти хитрые лисы! — взвыл он. — Все они интриганы! Не может быть, чтобы они не знали про правила. Очевидно, что они всё знали с самого начала, просто хотели провести меня. Я… я…

Нахмурившись, Бай Сяочунь внезапно почувствовал себя очень, очень наивным. Когда он вышел из зала, он посмотрел на небо и оно показалось ему каким-то совсем тёмным. Он побрёл обратно в свою пещеру бессмертного, где горестно уселся со скрещёнными ногами. Когда он подумал о том, как ему придётся в одиночку противостоять людям из трёх других сект, он почувствовал себя очень одиноко.

«Погодите-ка. Я буду не один. Я могу взять с собой Крутыша! Он достиг формирования ядра меньше, чем за шестидясетилетний цикл. Мы вдвоём против всех… Как нам с этим справиться? Они точно будут задирать нас! Что же мне делать?..» Удручённо повесив голову, он вынул нефритовую табличку и начал изучать информацию о зоне наследия.

Исходя из подробного описания на нефритовой табличке, всего внутри зоны находилось сто печатей наследия. Последний раз Двор Небесной Реки отправлял туда тринадцать подходящих под условия участия учеников, которым удалось собрать тридцать печатей. К сожалению, никому из них не удалось получить просветление относительно какой-либо техники наследия. В итоге Двор Небесной Реки получил тридцать процентов ресурсов, тогда как Двор Звёздной Реки, занявший последнее место, получил всего десять. Правила распределения ресурсов определялись сектой Звёздного Небесного Дао Противоположностей, и их изменить было нельзя.

Бай Сяочунь снова вздохнул. В последующие несколько дней он продолжал обдумывать этот вопрос, пока не принял окончательное решение. «Чёрт! Я же уже согласился, правда? Ладно. Ладно. Хорошо! Я поеду!»

Когда он подумал о том, с каким количеством людей ему придётся соревноваться, то решил купить огромное число бумажных талисманов. Он не стал покупать их на баллы заслуг, а взял в кредит. Затем он посетил павильон сокровищ, где тоже получил большое количество магических предметов. Наконец он приобрёл доспехи и много кожаной одежды. Осознав, что теперь ему не хватает только большой чёрной сковороды, он обыскал секту вдоль и поперёк и нашёл необычайно прочную стальную сковороду, которая более чем подходила для его целей. Потом он стиснул зубы и попросил у патриархов многоцветное топливо, которое использовал для пятикратного духовного улучшения всех предметов, включая большую чёрную сковороду.

Несмотря на то, сколько всего накупил, он всё равно не чувствовал себя в безопасности. Затем он пошёл в подразделение Глубинного Потока и попросил магических формаций, в подразделении Кровавого Потока он попросил духовной крови, а в подразделении Потока Пилюль — духовных лекарств. Когда он всё собрал, прошло уже полмесяца. В последующие полмесяца он налёг на культивацию и начал подбираться всё ближе к прорыву.

Что касается работы с Неумирающими сухожилиями, то он завершил большой палец на левой ноге. Каждый раз, когда он пользовался его новой силой, через всё его тело струилась поразительная мощь физического тела, берущая начало в большом пальце ноги. К сожалению, при использовании этой мощи его ботинок сразу взрывался. Из-за этого Бай Сяочунь также подготовил большой запас обуви для левой ноги.

Наконец долгожданный день настал. На рассвете Бай Сяочунь вышел из своей пещеры бессмертного, облачённый в множество слоёв кожаной одежды и с чёрной сковородой за спиной. Он облепил себя с ног до головы бумажными талисманами и в общем и целом являл собой грустное зрелище. Потом он направился к горе Противостояния Реке, сопровождаемый снедаемым любопытством Крутышом, который тоже был облачён в доспехи и облеплен бумажными талисманами. От него исходила аура чрезвычайной свирепости.

Комментарии