Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

24. Кто ты?

Бай Сяочунь сидел на своем дворе на Вершине Душистых Облаков, разглядывая нефритовую подвеску у себя в руке. Он активировал её духовной энергией, и мягкий зеленый свет из неё окутал его тело. Затем он выполнил жест заклятия левой рукой и вызвал деревянный меч. Тот покружил по воздуху, а потом ринулся обратно к Бай Сяочуню. Однако, встретив зеленый свет на своем пути, он как будто залетел в водный поток и сильно замедлился.

— Какое сокровище! — прошептал Бай Сяочунь. Он убрал деревянный меч и сжал в руке нефритовую подвеску, чувствуя легкое смущение.

«Ну что ж, это не важно. Ли Цинхоу не только Учитель Чжоу Синьци, но и мой наставник тоже. На деле, учитывая наши отношения, я, наверное, должен звать его Дядей».

Прочистив горло, Бай Сяочунь убрал нефритовую подвеску и встал, лениво потянувшись. После того, как он слопал большую часть кур Ли Цинхоу, его Техника Неумирающей Вечной Жизни прогрессировала со страшной скоростью. Сейчас процесс был более чем на две трети завершен. Конечно, Духовные Хвостатые Куры восполняли его жизненную энергию, а не духовную. Однако, несмотря на то, что его основа культивации была по-прежнему только на четвертом уровне, он немного продвинулся и был более искусен, чем прежде.

Он закапывал все куриные кости в духовную землю во дворе, которая теперь была так сильно наполнена духовной энергией, что это казалось почти нелепым. А Бамбук Духовной Зимы вымахал уже гораздо выше трех метров, и был уже не чисто изумрудно-зеленый, а с темными точками, которые стали появляться на зеленом фоне.

Самым ценным были Духовные Хвосты, которые могли гореть трехцветным пламенем. Бай Сяочунь копил их, и сейчас в его бездонной сумке лежало уже несколько сотен. Каждый раз при мысли о трехцветном пламени, которое они производили, его сердце наполнялось предвкушением.

«Мне некуда спешить с моей основой культивации. Как только я достану достаточно целебных пилюль, я смогу сделать тройное улучшение и продвинусь с молниеносной скоростью. Самое важное сейчас — это моя Неумирающая Кожа!»

Как только Бай Сяочунь подумал об этом, его живот заурчал. Сначала он посмотрел в направлении птицеферм Вершины Душистых Облаков, но затем повернулся в сторону Вершины Пурпурного Котла.

«Самый Старший брат живет на Вершине Пурпурного Котла, интересно, как там у него дела».

Думая об всём, что случилось на Кухнях, он выбежал со своего двора и помчался вниз по горе в направлении Вершины Пурпурного Котла.

Из трех гор южного берега Секты Духовного Потока Вершина Зеленого Пика специализировалась в работе с мечом, Вершина Душистых Облаков делала акцент на духовных лекарствах, а Вершина Пурпурного Котла лидировала в магических техниках и духовном улучшении. Более того, самая основополагающая техника южного берега, Искусство Контроля Котла Пурпурной Ци, тоже брала свое начало с Вершины Пурпурного Котла.

Бай Сяочунь шел по дороге к Вершине Пурпурного Котла, и к тому времени, как он дотуда добрался, уже наступил вечер. Он посмотрел вверх на гору, укутанную облаками и туманом. Высоко в воздухе можно было с трудом различить крохотные тени, которые летали вокруг в лучах радужного света. Он вздохнул.

«Интересно, когда же и у меня будет какое-нибудь летающее сокровище, чтобы я тоже так мог. Тогда у меня появятся новые возможности, и я на самом деле буду на пути к вечной жизни».

Блестя глазами в предвкушении, он начал забираться на Вершину Пурпурного Котла. Хотя он не был учеником на этой горе, как ученик Внешней секты он имел право посетить любую из гор. На своем пути он спросил кого-то, где живет Чжан Дахай. Благодаря своей обходительной манере, Бай Сяочунь сразу же получил ответ и поспешил в указанном направлении.

Дом и двор Большого Толстяка Чжана в отличие от дома Бай Сяочуня были на южном склоне горы. Конечно, на солнечной стороне горы духовная энергия была сильнее. Здесь находилось мало домов; они располагались в окрестностях как рассеянные по небу звезды, в соответствии с определенной закономерностью.

Вечерело, но в сумерках виднелся клубящийся туман и проглядывало изобилие духовных растений. Всё это придавало этому месту возвышенную атмосферу. Глубоко вдохнув, Бай Сяочунь с завистью огляделся по сторонам.

«У Самого Старшего брата действительно есть связи в секте. Не могу поверить, что ему досталось такое место, как это. Оно гораздо лучше, чем у меня».

Ему не пришлось долго искать дом со двором Большого Толстяка Чжана. Его двор зарос сорняками, как будто никто за ним не следил уже много лет. Бай Сяочунь изумленно ахнул и постучал в главные ворота. Однако ему никто не ответил.

«Неужели я пришел не туда?» — подумал он.

Пока он в удивлении стоял там, дверь дома во дворе медленно приоткрылась, и из щели показался истощенный человек с летающим мечом в правой руке. Тусклый серебристый свет мерцал вокруг его левой руки, пока он, с трудом передвигая ноги, выбрался на улицу. С изможденным видом он вяло проговорил:

— Кто там?

Когда мужчина произнес эти слова, он наконец рассмотрел Бай Сяочуня, стоящего у входа во двор. Дрожь пробежала по телу мужчины. На его лице появилась радость, будто бы он увидел кровного родственника. Вдруг он полетел вперед, распахнул главные ворота и встал перед Бай Сяочунем, рассматривая его. Потом он громко рассмеялся и сказал:

— Девятый Младший брат!

— Кто ты? — ответил Бай Сяочунь, пятясь назад с широко распахнутыми глазами.

Хотя ему и казалось, что этот человек напоминает кого-то знакомого, Бай Сяочунь не мог его опознать. В нём не было ничего выдающегося, и он был очень худым. Хотя нельзя было сказать, что он только кожа да кости, но он явно был к этому близок. Его очень живые глаза глубоко запали. По отголоскам его основы культивации казалось, что он был на стадии полного круга четвертого уровня Конденсации Ци. Когда истощенный юноша увидел выражение лица Бай Сяочуня, он был готов расплакаться.

— Девятый Толстяк, это я, Большой Толстяк! — сказал он. Затем с очень горестным видом он продолжил: — Девятый Толстяк, ты просто не представляешь, как я настрадался за последний год. Мой учитель такой требовательный! Как только я попал сюда, она заявила, что не любит толстяков, и мне пришлось голодать полгода! Полгода, Девятый Толстяк! Ты знаешь, как я выглядел после? У меня ушла вечность, чтобы набрать вес и стать таким, как сейчас.

Этот истощенный молодой человек был не кто иной, как Большой Толстяк Чжан, и сейчас он стоял здесь и рыдал. Бай Сяочунь его осторожно оглядел. Когда он услышал эту историю и уверился, что перед ним действительно Самый Старший брат, у Бай Сяочуня отвисла челюсть. Тот Самый Старший брат, которого он помнил, и человек, стоявший перед ним, были двумя совершенно разными людьми.

— Вы с учителем не ладите? — сочувственно спросил Бай Сяочунь.

— Эта старая мымра! Я… — Большой Толстяк Чжан сказал еще несколько слов, потом вздрогнул и не посмел продолжить. Затаскивая Бай Сяочуня в свой двор, он сказал: — Девятый Младший брат, я скучаю по Кухням! А здесь? Разве кто-то может выжить в этом месте? Пока я был здесь, я ни разу не наелся досыта, к тому же у меня нет способа заработать. Ах, как же я голоден!

Он продолжил рассказывать Бай Сяочуню всё, что с ним случилось с тех пор, как он стал учеником Внешней секты. Слушая эту грустную историю, Бай Сяочунь вдруг осознал, что он явно не прогадал, решив таскать кур. Он посмотрел на изможденную фигуру Большого Толстяка Чжана, потом вздохнул и потрепал его по костлявому плечу.

— Так как ты, Старший брат, попал в беду, Младший брат обязательно поможет. Просто подожди здесь время горения палочки благовоний. Я сейчас вернусь.

Большой Толстяк Чжан удивленно ахнул, когда Бай Сяочунь повернулся и покинул двор. По дороге в гору Бай Сяочунь уже заприметил, где на Вершине Пурпурного Котла расположены птицефермы Духовных Хвостатых Кур. Воспользовавшись покровом ночи, он растворился во тьме. Большой Толстяк Чжан не знал, что происходит, и совсем не догадывался, что собирается сделать Бай Сяочунь. Он ждал у ворот время горения палочки благовоний, после чего Бай Сяочунь вернулся, неся в каждой руке по Духовной Хвостатой Курице.

Когда Большой Толстяк Чжан увидел Духовных Хвостатых Кур, его глаза расширились. Прежде чем он успел что-то сказать, Бай Сяочунь затолкал его во двор. Не обращая внимания на Большого Толстяка Чжана, Бай Сяочунь мастерски достал сковороду, вскипятил воду, ощипал кур и бросил их в кипяток. После этого он стряхнул пыль со своих рукавов, задрал подбородок и посмотрел на Большого Толстяка Чжана. Большой Толстяк Чжан широко распахнул глаза и тяжело задышал. Он указал пальцем на кур в сковороде, потом на Бай Сяочуня, и недоверчивый взгляд появился на его лице.

— Ты… только не говори, что ты и есть Ворующий кур Демон Вершины Душистых Облаков.

Бай Сяочунь засмеялся. Затем так, как если бы он хорошо в этом поднаторел, он поместил руку над сковородой и отправил в неё немного духовной энергии, чтобы куриное мясо стало мягким и нежным. Скоро из сковороды вкусно запахло. Бай Сяочунь потянулся к сковороде, оторвал куриную ногу и протянул её Большому Толстяку Чжану.

— Ешь, — сказал он, совсем как когда-то Большой Толстяк Чжан говорил ему то же самое, протягивая волшебный гриб, когда он только попал на Кухни.

Большой Толстяк Чжан сглотнул несколько раз, пристально смотря на куриную ногу. Наконец он схватил её и заглотил. С этого момента Бай Сяочуню уже больше не нужно было ничего говорить. Большой Толстяк Чжан подлетел к сковороде и опустил туда свое лицо. Он быстро обгладывал куриц до костей, только он не мог на этом остановиться: послышались хрустящие звуки, когда кости он тоже сгрыз. В конце он хлопнул себя по животу и откинулся назад с пьяным от обжорства видом. Затем он обменялся с Бай Сяочунем взглядами, и они рассмеялись.

— Девятый Толстяк, ты необыкновенный, — сказал он с гордым видом. — Ты действительно многому научился на Кухнях. Я никогда бы не подумал, что знаменитый Ворующий кур Демон Вершины Душистых Облаков окажется моим братцем.

— Культивация — изначально путь противления Небесам. Для культиватора естественно соревноваться с Небесами и сражаться с людьми. Ты должен полагаться на себя самого! Подумаешь, несколько Духовных Хвостатых Кур, — Бай Сяочунь помахал рукой, но не мог не показать, насколько он собой доволен. Он слишком долго скрывал свою личность; он почувствовал себя просто великолепно после того, как смог поделиться секретом, а потом увидеть реакцию на лице Большого Толстяка Чжана.

— Самое печальное, что я съел так много Духовных Хвостатых Кур на Вершине Душистых Облаков, что остались только цыплята. Они не очень вкусные. Иначе я бы пригласил тебя пожить со мной, и мы могли бы есть от пуза каждый день. Ты бы точно снова набрал вес, — вздохнул Бай Сяочунь.

Когда Большой Толстяк Чжан услышал это, его глаза заблестели и он тут же с трудом поднялся на ноги.

— На Вершине Пурпурного Котла они тоже есть. На западном, южном и северном склонах горы. Их охраняют две смены в день, в каждой смене по семь учеников, — Большой Толстяк Чжан углубился в детали. Когда он закончил, он заметил, что Бай Сяочунь на него как-то странно смотрит. Большой Толстяк Чжан прочистил горло и сказал: — Когда я услышал про Ворующего кур Демона, я решил проделать то же самое. К сожалению, воровать кур слишком сложно. Как только ты к ним подбираешься, они начинают кудахтать. У меня ничего не вышло, и меня чуть не поймали.

Большой Толстяк Чжан, казалось, немного стеснялся того, что с ним произошло. Бай Сяочунь рассмеялся, потом подвинулся поближе к Большому Толстяку Чжану и начал что-то ему нашептывать. Постепенно огонь в глазах Большого Толстяка Чжана разгорался всё ярче, он даже тяжело задышал. Затем Бай Сяочунь вынул бамбуковую цикаду, через мгновение на их лицах показались широченные улыбки, и они захихикали. Скоро во дворе послышался такой смех, что можно было испугаться.

С того времени Бай Сяочунь стал чаще приходить в гости к Большому Толстяку Чжану, и постепенно Духовные Хвостатые Куры начали пропадать и с Вершины Пурпурного Котла. Каждую ночь два великих куриных бандита выходили на дело. Один воровал, другой караулил.

Скоро среди учеников Вершины Пурпурного Котла пошли оживленные разговоры, все обсуждали одну и ту же тему.

— Вы слышали? Ворующий кур Демон с Вершины Душистых Облаков нацелился на Вершину Пурпурного Котла.

— Я видел это своими глазами! Ворующий кур Демон — это не один человек, а команда из двух!

Когда новости дошли до Вершины Душистых Облаков, ученики Внешней секты повздыхали и с сочувствием посмотрели в сторону Вершины Пурпурного Котла.

— Так у Ворующего кур Демона появилось чувство меры. Наконец-то он перестал воровать кур с нашей Вершины Душистых Облаков…

------------------

Исхудавший Большой Толстяк Чжан https://vk.com/awilleternal?z=photo-141897009_456239051%2Falbum-141897009_00%2Frev

Комментарии