Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Эпилог. Девочка, ставшая щитом

Я не знаю, сколько времени не мог прийти в себя.

Рафталия без конца плакала, а Фоур стоял с каменным лицом и смотрел на меня.

— …

Атлы больше нет с нами.

— Вини… меня.

Я пожертвовал дражайшей сестрёнкой Фоура ради защиты себя любимого. Он вправе меня ненавидеть. Когда я сказал об этом, Фоур схватил меня за грудки, сжал кулак… но не ударил.

— Вот ещё, винить тебя! Ты только этого и хочешь, и я не пойду у тебя на поводу!

— Что?..

— Потому что Атла!.. Атла любила тебя до самого конца! Она решила пожертвовать собой ради тебя! Поэтому я не буду тебя обвинять или ненавидеть! Мы с тобой оба не смогли спасти её. Если бы я остановил её, этого бы не случилось.

— Но…

Тут в голову пришла мысль. Если бы я согласился с Атлой в самом начале, она бы не погибла. Почему же я тогда пошёл против её воли?

— Если бы я не познакомился с Атлой… она бы не умерла. — пробормотал я, и тут мир перед глазами содрогнулся.

Я не сразу понял, что это из-за удара Фоура.

— Не смей даже думать об этом!

— Но это правда!

— Атла бы погибла без тебя! Всё что я мог — зарабатывать деньги на лекарства, которые продлевали ей жизнь. Она могла умереть от любого приступа! Она начала ходить и даже спорить со мной только благодаря тебя! Я не позволю тебе отрицать свои заслуги!

— И всё же… я…

— Хватит оскорблять гордость Атлы! — бросил Фоур, поворачиваясь ко мне спиной.

С его кулака капала кровь. Он ударил меня, несмотря на мою непробиваемую защиту, и поплатился за это. Красные капли одна за другой падали на землю.

— Атла говорила мне, чтобы я ценил жителей деревни, как её, и защищал их. Я должен исполнить её волю! У меня нет времени на ненависть к тебе, мой… названый брат! У меня нет на это времени!!!

Последний возглас Фоур эхом разнёсся по округе…

И не прошёл бесследно. К нашей базе от храма прилетело что-то сияющее и ударило в Фоура. Вспышка на миг ослепила меня… а затем на руках Фоура появились рукавицы.

— Это же…

Я сразу узнал их форму. Неужели Легендарная Рукавица отреагировала на его крик? Ещё вчера я бы посмеялся и сказал, что это подстроено специально. Но сейчас мне было не до этого.

Да, сейчас уже слишком поздно…

— Сдержи обещание, которое дал Атле! А я… я сдержу своё! — в слезах бросил Фоур и убежал защищать всех, кто сейчас сражается.

Тем временем я… пытался утешить плачущую Рафталию и раздумывал над последними словами девочки, которая так обожала меня.

— Я хочу побыть один, — обратился я к Рафталии, Рато и лекарям, взяв тело Атлы на руки.

— Хорошо. Но не забывай, что бой продолжается, — напомнила Рато.

— Знаю.

— Хк… — Рафталия кивнула.

Когда они ушли, я невольно перебрал свои воспоминания об Атле. Особенно первый раз, когда она пришла в мою комнату.

— Я Герой Щита, поэтому в принципе не могу ничего кроме защиты, — сказал я ей, насмехаясь над своей судьбой.

— У меня сложилось впечатление, что ваши крылья защищают всех жителей деревни, Наофуми-сама.

— Крылья, говоришь?

— По-моему, все они живут под вашей защитой и ждут, пока смогут покинуть гнездо.

— Пусть покидают, лишь бы деревню защищали. Иначе печать их накажет.

— Жители деревни много рассказывали о ваших великих подвигах. Мне показалось, они очень… гордятся вами. Они уважают вас как человека, который не сдастся перед лицом любой опасности и обязательно выстоит.

— А, ну… да. Не буду скромничать, сделал я немало.

— Но кто защищает вас, Наофуми-сама?

— Чего?

В тот раз я вспомнил, сколько раз меня выручали Рафталия и остальные.

— ...Ну, есть такие.

— Поэтому я решила, что если Рафталия-сан — ваш меч, то я стану вашим щитом.

— Щито-ом… так себе затея.

В конце концов она поплатилась жизнью, чтобы исполнить задуманное.

И раз так, я должен исполнить её волю. Я не смог её защитить, и если не прислушаюсь хотя бы к её последней просьбе, то никогда не прощу себя. Пусть даже появятся люди, которые будут презирать и ненавидеть меня за это, я должен исполнить своё обещание, раз уж не смог защитить Атлу!

— …

Я должен сделать немыслимое.

Да, я покупаю людей, заставляю работать на себя и эксплуатирую их, но чувство вины всё равно пыталось отговорить меня.

Я осмотрел тело Атлы. Оно практически рассыпалось у меня в руках. Всё из-за того, что эта маленькая девочка защитила нас всех. Именно благодаря ей мы избежали многих жертв.

Я понимаю, что она поступила логично. Действительно, можно пожертвовать жизнью ради защиты драгоценного Героя, тем более, если это любимый человек. Мне уже приходилось делать такой выбор, поэтому я понимаю Атлу.

Но к чему это привело?

Я ещё раз посмотрел на неё. Она погибла ужасной смертью, которую я даже описывать не хочу. Тем не менее, она до самой смерти продолжала думать обо мне.

Вот девочка, которая полюбила меня таким, какой я есть.

А я собираюсь впитать её щитом.

Страх, ужас, отчаяние, скорбь — меня терзали изнутри разные чувства. Меня трясло.

И всё же я должен это сделать.

Я так много просил о чуде, и всё же несправедливость восторжествовала. Выходит, богов нет или им всё равно.

Вернее, их не должно быть, потому что другого я не потерплю! Я не готов терпеть богов, которые допустили такое. Я найду их и уничтожу.

Потому что как же так?! Всё шло так хорошо, мы не теряли бдительности. Эта битва должна была завершиться без жертв!

Если бы не тот странный луч, Атла бы не погибла.

Тоже мне, Герой. Тоже мне, боги. Да кому… кому вообще захочется жить в этом проклятом мире?..

— Атла… ты сказала, что не хочешь растворяться в этом мире. Теперь я тебя понимаю.

Тело навсегда замолкшей девочки казалось мне слишком лёгким.

Я должен выполнить обещание. Я не пойду против своих слов. Я не отдам Атлу этому дерьмовому миру.

— Кх!..

Я приблизил её тело к Щиту.

Оружие вспыхнуло тем же светом, с которым поглощало монстров и предметы.

[Проклятая Серия: Гневный Щит благословлён!]

[Благословенная Серия: Щит Милосердия принудительно освоен!]

[Требования к Щиту Души выполнены!]

[Серия Полулюдей принудительно освоена! Серия завершена!]

[Серия Рабовладельца принудительно освоена! Серия завершена!]

[Серия Спутников принудительно освоена! Серия завершена!]

[Благословенная Серия:

Серия могущественного оружия, доступного лишь тем, кто победил Проклятье.

Оружие этой Серии может использоваться само по себе, но оно наделяет силой и другое оружие, доступное обладателю.

Конкретные бонусы зависят от выбранного Щита.]

[Благословенная Серия]

[Щит Милосердия:

Способность освоена… Бонус экипировки: Навык 「Change Shield (Атака)」 「Iron Maiden」 「Стена Метеора」

Особый эффект: Призыв милосердия, Зачарование, Благословение, Сопротивление всему, Поддержка заклинаний]

“Щит милосердия, созданный душой с помощью слепой девочки…”

Щит выглядел очень просто, однако наполнил меня такой нежностью, будто я стоял под солнышком где-нибудь в лесу.

Особые эффекты этого щита самые могущественные из всех, которые у меня были.

Например, Зачарование повышает показатель защиты этого щита за счёт всех остальных. Этот эффект поднял мою защиту на невероятную высоту.

Кроме того, у меня только открылись и освоились все щиты полулюдей, работорговца и спутников. Это значит, теперь у меня есть их бонусы, а значит, все рабы, полулюди и спутники тоже стали гораздо сильнее.

Я попробовал переключиться на Пацнирь Лингуя.

[Рост силы вызвал Эволюцию!

Щит превратился в Щит Панциря Лингуя!]

Ещё какие-то улучшения… Посмотрел бы, что изменилось, но времени нет.

Тем временем остальных пострадавших уже вылечили. Лекари сказали, что это чудо.

Я вышел из палатки и сразу увидел в небе Фэнхуанов.

— Кви-и-и-и-и-и-и!

Как и Ост, эти птицы сражаются ради защиты мира. Я понимаю, что они всего лишь исполняют роль защитных механизмов. Ост тоже сражалась, зная, на что идёт… Поэтому мне остаётся лишь одно.

— Фиро! — подозвал я Фиро, которая изо всех сил сражалась с Фэнхуанами.

— Что-о?

Фиро хотела узнать, что случилось с Атлой. Увидев моё лицо, она подбежала поближе с печальным видом. Я и не думал, что она способна на такую доброту. Возможно, это влияние Атлы, а может — Щита Милосердия.

В моей груди бурлила противоречивая смесь ненависти и нежности… Но я не хочу думать, что эта нежность — только из-за щита.

— Знаю, что тебе не понравится, но отвези меня к Гаэлиону.

— Хорошо… Вы это сделаете, да?

— Да. Пора закончить эту затянувшуюся битву!

Я сел на спину Фиро, и мы вернулись на поле боя. Я подал ей знак рукой, и она прыгнула изо всех сил, приближаясь к Гаэлиону снизу.

— Гаэлион! Ты нужен господину-саме!

— Кюа!

Гаэлион — на котором по-прежнему сидела Виндия — поймал меня, когда я спрыгнул со спины Фиро.

— Осталось всего ничего, господин-сама! — Падая, Фиро выставила крыло, словно большой палец.

— Ага!

Приземлившись, Фиро немедленно бросилась сражаться против нижнего Фэнхуана.

— Кви-и-и-и!

Верхний Фэнхуан заметил нас, выпустил когти и попытался растерзать.

Думаю, мои ощущения лучше всего описать как безмятежность. Я смотрел на ненавистного врага, но в моём сердце не было тьмы.

Тем не менее, я чувствовал боль. Я понимал несправедливость мира. Я понимал боль раненых и скорбь тех, кто потерял близких.

Я всё понимал, и именно поэтому не мог злиться.

— Хватит.

Я поймал коготь Фэнхуана рукой… и швырнул его на землю.

— Кви-и-и?!

Фэнхуан перевернулся в воздухе, бешено вращая глазами, и захлопал крыльями, снова набирая высоту. Я увидел в его глазах… мучения? Если он ослаб, атаковать надо сейчас.

Я спрыгнул со спины Гаэлиона на Фэнхуана.

— Кюа?!

— Что?!

Гаэлион и Виндия дружно изумились.

— Я спущу его на землю. Затопчем его, — ответил я им мрачным голосом.

— Ладно!

— Кюа-а…

Я включил Гравитационное поле. В прошлый раз оно не подействовала, но теперь всё по-другому. Я поднял мощность до предела, чтобы птица не смогла летать.

— Кв… кви-и-и-и!

Фэнхуан отчаянно хлопал крыльями, но уже не мог ни летать, ни даже держаться в воздухе. Он камнем свалился к нижнему собрату.

Поднялось облако пыли — два Фэнхуана сбились в пернатый ком.

— Чейн Шилд!

Я призвал цепь, чтобы связать птиц вместе. На этом приготовления закончились, и я крикнул остальным:

— Мочите их!

— Наофуми?! — воскликнул Рен.

— Что вы тормозите?! Скорее убейте их!

— Как скажешь! Тайгер Брейк! — откликнулся первым Фоур.

Ну, неудивительно. Думаю, я более-менее понимаю его чувства. Да, Фоур потерял настоящую родственницу, но Атла и мне была почти как ребёнок.

— Не беспокойтесь обо мне, скорее добейте птиц. И на этот раз одновременно!

— Да!

Опешившие бойцы кивнули и пустили в бой сильнейшие атаки.

— Наофуми, что с Атлой? — спросил Рен в промежутке между атаками.

— … — Я молча отвёл глаза. Не хочу даже думать об этом.

— Кх… — обронил Рен, поняв, в чём дело, и тут же усилил натиск.

— Моё тело… стало таким лёгким! — Кил разогналась почти до скорости Фиро и вонзила меч в Фэнхуана. — Ага. Я двигаюсь… совсем не как раньше.

Рабы и прочие мои союзники двигались куда быстрее, и атаковали гораздо сильнее, чем в прошлых битвах. Вот он — эффект от принудительного освоения серии рабовладельца и спутников. Я ещё не вдавался в подробности, но прибавка должна быть огромной.

И всем этим мы обязаны Атле.

— Скорее. Быстрее уничтожьте его. Я хочу, чтобы несправедливость и скорбь исчезли сию же секунду.

Птицы дружно обрушивали на меня самые разные атаки, но я ничего не чувствовал. Ни когти, ни огненные выдохи, ни хлопки крыльями не помогали им.

Связанные враги — уже не угроза, а добыча. Мы безнаказанно уничтожали их.

— Меч Гравитации!

— Копьё Луга!

— Бёрд Хантинг!

— Торнейдо Троу!

— Восьмигранный Клинок Судьбы Два! Три! Стардаст Блейд!

— Спайрал Страйк!

Сильнейшие бойцы пустили в ход мощнейшие приёмы.

— Мы готовы использовать ритуал Метеор! Иватани-сама! — предупредила королева, и я махнул рукой, давая понять, что готов попасть под удар. — Хорошо! Тогда я попрошу всех остальных отойти от Иватани-самы!

После предупреждеия королевы мои союзники мигом отскочили на безопасное расстояние, и в Фэнхуанов упал огромный метеор, зацепив ещё и меня.

Чудовищное пламя охватило птиц, но я совершенно не получил урона.

— Пора, Силдина-тян!

— Ага!

Садина и Силдина тем временем дочитали в тылу составное заклинание.

— Бог Грома и Ветра!

Их заклинание ударило в птиц таким вихрем и молнией, что на их фоне померк даже Приговор.

— Кви-и-и-и-и-и-и-и-и! — завопил один из Фэнхуанов в то время как второй начал странно пульсировать.

Да, он собирался взорваться. Но мы им не позволим. Мои спутники уже бежали к врагам, избегая заклинаний.

— Аттак Саппорт!

— Тайгер Рэмпейдж!

Наконец, Фоур, получивший все мыслимые усиления, попал по птицам сильнейшим ударом, и они исчезли почти одновременно, оставив после себя лишь перья.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о! — победоносный клич эхом разнёсся по округе.

Перья падали вокруг меня, словно снежные хлопья.

— Атла… мы победили, — объявил я, поднимая Щит.

На самом деле мы должны были победить без её жертвы. Я обязательно накажу того… кто это сделал.

— Рен! Знаешь, что надо делать?

— Да!

— Передай королеве! Нужно найти виновника! Никакой пощады!

Я пока не знаю, стоят за этим один из загадочных Звёздных Героев или же очередной враг Сэйн. Я посмотрел на Сэйн, но она тоже не знала ответа и лишь покачала головой.

Кто бы это ни был, он нанёс нам сильный удар… Если это враги Сэйн, то они и правда хорошо рассчитали, когда нужно атаковать Героев.

Тем не менее, Сэйн всегда была начеку.

Если её враги действительно виноваты в случившемся… то я не знаю, что с ними сделаю!

— Не понимаю… Почему после взрыва Фэнхуаны вдруг стали такими вялыми? — пробормотал Рэн, но я не слушал его. В конце концов, какая разница?!

— Пошли!

Я подозвал Фиро и показал туда, откуда прилетела злосчастная вспышка.

Рен тоже бросился туда верхом на Гаэлионе.

Мы искали до захода солнца, но так никого и не нашли.

— Чёрт! Виновник исчез!

— Искать дальше бессмысленно. Наофуми, я ещё посмотрю, а ты иди отдыхать.

Рен с чего-то решил, что может мне приказывать.

— С чего это?!

— Если найду — скажу. Пока потерпи.

— Но…

— Пожалуйста… — перебил меня Рен, когда я попытался возразить.

На его лице виднелась сложная смесь из печали и гнева.

— Наофуми, ты не единственный сейчас в ярости. Я тоже не могу описать, насколько зол.

— Ясно…

— Я тоже не собираюсь прощать этого преступника. Но пока что нам нужно взять себя в руки.

После его слов я и правда немного собрался с мыслями. А может, это меня наполнил такой чистый гнев, что самоконтроль мне только мерещился.

В двух словах не описать то, что я сейчас испытываю. Это ярость, но она не похожа на ту, которую я ощущал после предательства Ссуки.

Возможно, мне и правда стоит немного отдохнуть. По крайней мере пока я не начну различать тех, кого должен защищать, и тех, кого должен ненавидеть. Именно это мне подсказал казавшийся хладнокровным разум.

— Хорошо. Извини. Удачи тебе.

Я присел возле храма, освещённого заходящим солнцем. Тем временем поиски продолжались.

Прислушавшись к Рену и начав отдыхать, я понял, что разозлился как никогда прежде. Просто Щит Милосердия немного смягчал мой гнев.

И всё же я понимал, что пора отпустить ярость. Я понимаю, что она вызвана глубочайшей несправедливостью, скорбью и мучениями, но как раз поэтому её нужно унять.

Когда гнев постепенно утих, я ощутил, что в моей груди зияет дырой чувство утраты.

Вдруг я понял, что неизвестно когда добрался до палатки объединённой армии. Я сидел внутри, передо мной стояла Рафталия.

— Атла-сан поступила нечестно. Я пыталась обратить на себя ваше внимание своими силами, а она…

— Ясно… но знаешь… сейчас…

— Я понимаю. Я всё понимаю… Пожалуйста, не плачьте, — сказала Рафталия, которая сама плакала больше всех. Её слёзы показывают, насколько хорошо она понимает боль других людей.

— Я не плачу, — возразил я, одновременно ощущая, как что-то бежит по щеке.

Это… слеза?

Я не замечал своих слёз с тех самых пор как вышел из палатки-лазарета. Но остальные… наверняка их видели.

Я и сейчас плачу?

— У-у…

Стоило это осознать, как разумом завладело чувство опустошённости.

— Наофуми-сама…

Я невольно бросился в объятия Рафталии и разрыдался.

Ещё после дуэли в замке я твёрдо решил, что больше не буду плакать.

Но сейчас не мог перестать. Каждый раз, когда пытался, из моих глаз вытекало ещё больше слёз.

Я начал понимать чужую печаль, мучения и боль. И теперь я знаю, что это правильно и что этого не надо стыдиться.

Я вспоминал дорогую мне девочку, ставшую щитом… и пока что… молча плакал.

Мысленно обещая отомстить тому, кто виновен в её смерти.

Комментарии