Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава четвёртая. День 21. Три раза пропоёт петух — значит, битве быть

Поздний день в женской школе Святой Люлим. Пока большинство учениц играли на внутреннем дворе, наслаждаясь и радуясь чудесному весеннему солнцу, на доске объявлений Астреи повесили плакат.

— О, новый плакат. Интересно, о чем он?

— Что? Что-то поменяли?

В этот беззаботной миг отдыха после обеда, группы по двое или трое девочки в светло-розовых формах подошли к доске. Они высматривали странности, которые можно обсудить.

— О Боже!

— О, теперь я вспомнила…

— Снова наступила эта пора.

Объявление сопровождалось списком из семнадцати пар, изъявивших желание принять участие в соревновании, включая Аманэ Отори из класса Пять-Труа и Канамэ Кэндзё из класса Четыре-Дё женского института Святой Спики. В конце списка значились Сидзума Ханадзоно из класса Шесть-Снег и Нагиса Аой из класса Четыре-Луна женской академии Святой Миатор.

— Что? Объявление о соревновании за титул Этуаль! О, это же тот конкурс за титул «Звезды школ», о котором мне только что Лэмон-тян рассказывала, да? — изумилась маленькая девочка, прочитавшая плакат; тряся приметной короткой розовой плиссированной юбкой. Короткие волосы, завязанные в пару хвостиков, развевались; воротник от матроски лёг на спину.

— Давай посмотрим. Так, от женской школы Святой Люлим участвует одна… две… три… Что, всего три пары? — широко криво улыбнулась ещё одна девочка с заплетенными в виде булочек-завитушек волосами, поправляя свалившиеся на нос очки. — Конкурс за титул «Звезды школ», говоришь? Полагаю, можно это так назвать.

Девочка в очках с любопытством посмотрела на доску объявлений.

— Этуаль — это «звезда» по-французски, и в соревновании за титул Этуаль выясняется самая чудесная пара в Люлим, Миатор и Спике, так что что называть это конкурсом за титул «Звезды школ» можно, но… Этуаль, который выигрывают соревновании, начинающееся в апреле вместе с новым учебным годом и длящееся три месяца, — это очень почетная должность! Этуаль всегда появляются в качестве главных гостей на всех событиях, что устраиваются в Астрее, вроде культурного и спортивного фестиваля и Рождества, а школа, представительницы которой стали Этуаль в этом году, радуется на любом из этих событий.

— Хм… Неужели это и правда такая значимая должность? — восторженно спросила Кидзуна Хюга из класса 2-B. Она только недавно перешла в школу, потому мало что знала об этом.

Серьёзную девочку с очками и заплетенными в виде булочек волосами звали Лэмон Нацумэ, и она тоже училась в классе 2-B женской школы Святой Люлим. Она была очень здравомыслящей, но немного робкой.

Лэмон отвела взгляд от плаката, встала в торжественную позу и с всезнающим видом заявила:

— Конечно! Этуаль выбирают посредством трёх состязаний. Пары, оказавшиеся на последних местах, выбывают, и так до тех пор, пока в июле не выберут единственную. Все это время в воздухе царит атмосфера невероятной борьбы между школами! Конечно, все надеются, что победит именно их школа. Кстати, ходит один слушок… Принц Аманэ из женского института Святой Спики участвует в этом году, поэтому победитель уже известен заранее. Похоже, Люлим снова сдаётся, так как мало участниц.

— Говорят, что в этом году будет не так интересно… — Лэмон наклонилась, поближе рассматривая плакат. — Ух ты! И правда мало!

— Ага, похоже, что Люлим сдаётся, — ответила Кидзуна. — Это плохо. Но знаешь, то, что ты мне сейчас рассказала, просто потрясающе! У Спики есть принц? Хочу увидеть его! А он блондин? Из какой же он страны? Никогда раньше не видела принцев, так что я долж…

Не успела Кидзуна договорить…

«Хлоп»

… как кто-то сзади легонько стукнул её по голове.

— Глупенькая, я поверить не могу, что ты говоришь такое. «Принц» — это просто её прозвище. Нет, это слово больше, чем прозвище, скорее так выражают уважение к ней. Прямо как мы, когда называем нашу очаровательную второклассницу Кидзуну «Персиковой Спящей красавицей».

— А, Тикару-онээ-сама! — повернулась Кидзуна к главе студенческого совета Люлим — Тикару Минамото, стоящей позади неё.

Она улыбнулась двум девочкам, глядя на них поражающими своей добротой глазами. От заплетенных особыми бантиками косы чёрных волос исходил цветочный аромат. Внезапное появление главы студенческого совета так смутило Лэмон, что она невольно покраснела и потёрла внутреннюю часть бедра. Кидзуна же ничуть не дёрнулась и стояла как ни в чем не бывало.

— А, да! Полагаю, вы правы. Что же здесь мог делать принц? Значит, у Спики и правда есть принц, хоть это и девочка! Удивительно! Теперь мне ещё больше хочется увидеть её!

— Да, она красивая, величественная и храбрая, как настоящий принц! — застенчиво добавила Лэмон. — Но она очень популярная, поэтому нам, младшеклассницам из другой школы, скорее всего, не удастся подойти к ней. Даже девочкам из Спики это нечасто удаётся!

Тикару расхохоталась, заметив мечтательный тон Лэмон, и решила немного позабавиться над ней:

— Божечки. Так тебе тоже нравится Аманэ-тян, да, Лэмон?

— Н-нет! Н-н-ничуть! — вырвалось из Лэмон не ожидая подобного вопроса , — Просто, ну, я видела её вблизи на церемонии начала нового учебного года и подумала, какая же у неё сильная аура.

Лэмон покраснела ещё сильнее, глаза чуть не заслезились.

«Милашка! Совсем как маленькая спелая помидорка!», — С этой мыслью Тикару начала по-настоящему развлекаться:

— Тогда, Лэмон-тян, если тебе так нравится Аманэ-тян, обязательно поддержи её, хорошо? Все говорят, что Спике точно достанется титул Этуаль, однако на прошлой неделе ветер мог круто перемениться. На самом деле, я тоже думаю, что Аманэ-тян должна хотя бы ради себя стать Этуаль разок, так что…

— Что? Ветер переменился? Что-то случилось? Появилась какая-то сильная соперница? Неужели вы, Тикару-онээ-сама, собираетесь участвовать?! — прокричала Лэмон, а затем застыла с раскрытым ртом.

Кидзуна изумлённо наклонила голову в сторону, лицо выражало полное ошеломление. Два хвостика тоже покачивались то вверх, то вниз.

Тикару горько улыбнулась.

«Подумать только. Сион-тян сказал мне то же самое, а теперь и Лэмон-тян…», — думала она, — «Какая же я глупая. Надо быть осторожнее»

Тикару подошла к Кидзуне сзади и с любовью приобняла её.

— Хе-хе-хе. Я была бы счастлива, будь так на самом деле, но прости. — подмигнула она. — Вместо того, чтобы самой примерять чудесные наряды Этуаль, я бы одела в них девочку, которая мне нравится.

— Вот как. Слушайте, а почему бы нам всем не организовать клуб? Уверена, Кидзуна же ещё не решила, в какой вступить, да? У многих девочек в Люлим есть увлечения, поэтому и клубов множество. Некоторые я даже порекомендовала бы, — гордо кивнула Лэмон.

— Хорошая затея, — Тикару улыбнулась Лэмон. Она выглядела так, будто пыталась сдержать смех. — Комитет искусства, в котором состоит Лэмон-тян, в этом активно участвует, поэтому им есть чем заняться, так что если тебе есть что посоветовать — не стесняйся. Но раз уж ты в Люлим… как насчёт вступить в клуб косплея, который основала я?

Лэмон расплылась в улыбке, но после того, как Тикару игриво вытянула руку перед губами и растопырила указательный и средний пальцы, она подняла брови.

— Позвать Кидзуну-тян в клуб косплея? Э-это вы и планировали с самого начала, Тикару-онээ-сама?

— Что? А что в клубе косплея делают? — невинно поинтересовалась Кидзуна.

— Это клуб, где вы с друзьями веселитесь, преображая друг друга. Ты можешь стать кошечкой, ангелочком… даже стать миленькой, совсем как медвежонок. В любом случае, это очень весело!

— Ух ты! Прямо магия какая-то!

— Да, именно! Я наложу на тебя свои чары! Это даже веселее, чем соревнование за титул Этуаль! Ну что, пойдёмте сделаем что-нибудь забавное вместе!

Тикару протянула руку, Кидзуна радостно взялась за протянутую руку Тикару и с радостью пошла за ней. Глава студсовета улыбнулась так же по-доброму, как дева Мария.

Лэмон увидела лицо Тикару и немного заволновалась, однако ей не хватило смелости остаться одной, и она сорвалась с места, крича вслед:

— Подождите меня!

***

«Не прощу! Не прощу! Ни за что не прощу! Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу такое!»

По залу, где как раз шёл обед, прокатился шум. Аманэ, чьё лицо было преисполнено злости, быстро шагала по проходу.

— О, это Аманэ-сама!

— Всё-таки вы собираетесь принять участие в соревновании за титул Этуаль в этом году?

— Теперь мы точно выиграем!

— Я так благодарна Господу за то, что послал нам Принца Аманэ.

Ни один из восторженных возгласов не достиг ушей Аманэ. Она бурей пронеслась по залу, сдерживая злость, от которой в итоге её волосы встали дыбом. Она направлялась в…

«Ба-а-ам!» С грохотом Аманэ открыла гигантские двойные двери.

— Слушай, Сион! Не соизволишь объяснить, что это должно значить?!

Аманэ встала во весь рост и выпустила из рук мятый листок бумаги — объявление о соревновании за Этуаль, который выглядел так, будто его сорвали с доски объявлений.

Объектом взгляда Аманэ была Сион Томори, которая собирала документы на столе руками, чтобы аккуратно убрать их в стол. Девушка прокашлялась, её волосы орехового цвета встрепенулись.

Обычно спокойная Аманэ ворвалась в помещение с криком. Шок и страх поразили секретаря, казначея и других членов студенческого совета. Все они находились в кабинете студенческого совета женского института Святой Спики.

Сион успокоила присутствующих движением руки.

— Надо же. Вижу, вы сегодня прибыли рано, Принц Аманэ… Иль мне стоит уже называть вас «будущая Этуаль»? — спросила Сион, качнув головой. Несмотря на спокойный голос, она выглядела взволнованной.

— Будущая Этуаль… — цыкнула Аманэ и проскрипела зубами. Затем она сжала ладони в кулаки, будто что-то держа, и продолжила ещё более низким голосом: — Да, я собиралась принять участие в соревновании за титул Этуаль. Момоми пришла и попросила меня об этом. Она знала, что я не хочу, но умоляла сделать это. Она сказала сделать одолжение Белой Звезде Спики. Момоми взмолилась, она была серьёзной, какой я её никогда не видела.

Аманэ подняла голову вверх и закрыла глаза. Эта невозмутимость придавала ей гораздо более решительный вид. Восторженные вздохи членов студенческого совета, которые смотрели на Аманэ, раздались в кабинете.

— Все говорили мне принять то, что я должна участвовать. Я думала, что в этом году мне точно не отвертеться, хоть я и очень люблю Спику. Когда девочки говорили, что я должна вступить в борьбу, чтобы Спика выиграла, я не считала, что так и будет, но… Даже когда обычно бестолковая Момоми всерьёз попросила меня об этом, я подумала: «Ну ладно, выбор не велик, годик потерплю».

— Да, я услышала от Момоми то же самое. Мы смиренно приняли помощь Принца Аманэ и сейчас придумываем план, как извлечь из этого максимум пользы, — хладнокровно проговорила Сион, отвечая готовой взорваться Аманэ. Она надеялась, что девушка избавится от своей ауры, выглядевшей как частички белого света, от которых просто не отвести глаз.

— Тогда почему?! — почти кричала Аманэ, — Почему среди всех людей моим партнёром должна быть эта… эта…

Руки Аманэ затряслись. Она не могла продолжать говорить.

«Тук»

Из комнаты для заседаний, примыкавшей к кабинету студсовета, послышался тихий звук. Дверь открылась, и показалась ученица.

— Вам не лестно участвовать вместе со мной? Какая… какая жалость. Какая неудача! — напыщенно восклицала она, сопровождая это столь же напыщенными движениями рук, как будто играла Гамлета. — Вижу, что мои чувства никак не достигнут вас, Аманэ-сама.

Эта ученица была немного ниже Аманэ, но всё равно достаточно высокой. Смугловатая кожа, длинные руки и ноги, худое тело, тонкие губы, коротко стриженные волосы, высоко посаженный нос и отчетливые черты лица делали её похожей на мужчину даже больше, чем сама Аманэ. Более того, аура бесстрашия придавала её виду мужественности.

— Канамэ! А ты что здесь делаешь? — выкрикнула Аманэ.

— Вы и сами должны это знать… Это всё ваши чувства, моя любимая, которые мне всегда ясны. По крайней мере я желала, чтобы это была правда, но… — ответила «Гамлет», глядя на Аманэ, после чего переключила внимание на Сион. — Глава студенческого совета позвала меня сюда. Она сказала мне прийти во время обеденного перерыва.

Сион схватилась руками за голову.

— Я попросила тебя ни за что не приходить, разве нет? Я сказала тебе начать исполнение нашего секретного плана вместо Аманэ, потому что она ненавидит все эти мелкие трюки…

— Но пока я ждала, мне послышался голос моей Аманэ-сама, и он звучал грозно. — почти что театрально жестикулируя прервала её смуглая «Гамлет» — Канамэ Кэндзё из класса Четыре-Дё женского института Святой Спики. — Я подумала, что с моей ненаглядной Принцем Аманэ что-то случилось, и просто не могла молча ждать.

— Вот поэтому… — Аманэ глубоко вздохнула и снова закричала: — Вот поэтому я и сказал, что не хочу участвовать во всём этом! Почему среди всех остальных именно Канамэ должна быть моей партнершей?! Я отказываюсь! Напрочь отказываюсь! Отзываю своё согласие на участие! Я ни за что не стану бороться за титул Этуаль, если Канамэ будет моей партнёршей!

— Ах, какой отказ. Единственная, кто может довериться мне, одной из Пяти Звёзд Спики, в такие моменты глубочайшего отчаяния, — это ты, мой Принц. — абсолютно бесстрастно ответила Канамэ тяжёло дышавшей Аманэ.

Канамэ подошла к Аманэ. Принц попыталась всячески отстраниться от неё руками, но вдруг «Гамлет» из ниоткуда достала красную розу и предложила её Аманэ.

— Пожалуйста, смирись. Это наша судьба. Все будет хорошо. Больно бывает только поначалу… Я сама все сделаю. Если это ради тебя, то я, Канамэ, использую каждую технику, какой обладаю, чтобы подарить тебе величайшее блаженство. Клянусь тебе: я сделаю так, чтобы ты почувствовала себя на седьмом небе от счастья.

Аманэ ответила одним-единственным словом:

— Дура!

В кабинете студенческого совета воцарилась гробовая тишина.

Наконец Сион решила сказать свое слово:

— Кхем. Хм… Что ж, теперь я более-менее понимаю, почему Принц Аманэ не хочет этого делать…

— Так если ты понимаешь, тогда почему?! — спросила изумленная Аманэ.

— Принцы никогда не выбирают себе партнёров.

— А я думала, что выполню свой долг. К тому же это Момоми подошла ко мне и спросила меня об этом, так что считала, что именно она станет моей партнёршей.

— Да, разумеется, мы это тоже учли. Момоми Киясики — одна из Пяти Звёзд Спики, и она подходит идеально. Однако, беря во внимание нашу главную ответственность за то, чтобы без единой оплошности заполучить титул Этуаль в этом году, мы, студенческий совет, решили, что во благо нашей школы это будет наилучшим выбором.

— Как это «лучшим»? Лучшим даже для твоих целей?! Я думала, моя кадэт должна быть женственной и милой, как Момоми. Но наша с Канамэ пара выглядит так, будто мы два парня!

— Именно, — кивнула Сион.

— Два парня… — тихо повторила Аманэ. Эти слова озадачили её.

— Мужественные пары очень популярны в эти дни, Принц. Ты не знала об этом?

Аманэ стояла безмолвно. Сион широко улыбнулась и продолжила:

— То, что Принц Аманэ участвует в соревновании за титул Этуаль, было благой вестью для учениц Спики. Однако я даже представить себе не могла, что Принц Аманэ, которая ненавидит подобные мероприятия и всегда отказывалась от борьбы за становление Этуаль, просто вот так возьмёт и неожиданно изъявит согласие на участие.

Глядя на Аманэ, свесившую голову от отвращения, Сион встала и протянула руку Канамэ.

— Соревнование за титул Этуаль — серьёзная и на удивление суровая битва, на кону которой стоит честь всех трёх школ. Даже учитывая заслуги Принца Аманэ, есть хоть малейший возможность того, что что-то может спутать все наши карты, даже если твоим партнёром будет Принцесса Момоми, одна из Пяти Звёзд. Потому, чтобы этого избежать, — Сион положила ладонь на плечо Канамэ. — Мы решили сделать Канамэ Кэндзё твоим партнёром. Её непоколебимая уверенность в себе и оптимизм, её боевой дух и сила будет только плюсом в этой битве. Она сделает эту борьбу гораздо легче для тебя, Принц. В душе она самая что ни на есть твоя поклонница. И мы не хотим, чтобы Принц Аманэ, которую обожают все ученицы, влюбилась в девушку. Это желание всей школы. Мы не можем позволить себе остаться ни с чем.

Речь Сион ещё сильнее озадачила Аманэ.

«Они не хотят, чтобы я влюбилась в девушку? Но… я же ведь тоже девушка?»

— Ах, моя Принц Аманэ. Это судьба! Ну же, возьми меня за руку, прошу тебя! — глумилась Канамэ. Она протянула Аманэ свою руку. Это было немного дико и угловато, но всё равно красиво.

Аманэ чувствовала, будто что-то застряло в горле.

«Видимо, выбора у меня нет. Я должна стерпеть это. Для меня становление Этуаль — одна только мука. Но если только в этом году и ради Спики…»

Аманэ решила пойти в библиотеку Миатор, чтобы изучить всё заранее и подготовить себя, а это было совсем не в её духе.

— Ну же, чего ты колеблешься? Давай впишем наши имена в летописи как Звезда Астреи, двойная звезда.* Величайшие Этуаль за всю историю!

Канамэ взяла Аманэ за руку.

«Я… Я стану Этуаль, Звездой Спики. И стану ей… с Канамэ?.. »

Что-то внутри Аманэ взорвалось.

— Нет! Ни за что в жизни!

Аманэ ударила Канамэ по руке, и раздался звонкий треск, будто она парировала удар в дуэли фехтовальщиков.

Канамэ никогда прежде не видела, чтобы Аманэ была такой эмоциональной и вела себя так жестко.

— Вам противна сама мысль о том, чтобы участвовать вместе со мной, Аманэ-сама? — бездумно сказала она. — Если вам печально видеть, как мы боремся за титул Этуаль, никто не воспримет нас как пару всерьёз. Пускай вы и отказываетесь…

Возможно, Аманэ, глядя на то, как Канамэ дрожала во время своей жалобы, немного успокоилась.

— Нет, не из-за этого. Я тебя не ненавижу, Канамэ. До этого момента я даже не знала, почему,— спокойно ответила Аманэ с лёгкой горечью улыбнулась.

«Похоже, что густой туман, нависший над океаном, наконец прояснился»

Аманэ встала лицом к лицу к Сион.

Канамэ недоумевала. Этот взгляд Аманэ… Даже она сама, бывший глава теперь уже расформированных телохранителей Аманэ и самопровозглашенная блюстительница её спокойствия, впервые видела её такой.

— Пока я всерьёз собираюсь участвовать в соревновании за титул Этуаль, — мягким тоном продолжала Аманэ, — этого должно быть достаточно, так ведь, Сион?

Сион это тоже привело в ступор.

— Д-да…

— Я выберу себе партнёршу. У меня даже есть такая на уме. Я полностью в ней уверена и считаю, что она победит.

— Конечно, я не возражаю. Но до этого ты, Принц Аманэ, не говорила про то, что у тебя есть особый партнёр, так что мы провели отбор среди девочек и подобрали тебе подходящего — и, разумеется, это должна быть одна из Пяти Звёзд…

— Особый партнёр… Есть такая.

— К тому же, Момоми слишком женственная, и если ты говоришь, что не хочешь Канамэ, то… Подожди, что ты только что сказала?

— Я сказала, что у меня есть особый партнёр. Ну, не то чтобы мы обещали другу другу или вроде того. Я сама хочу этих отношений, но…

— Что-то-о?! — удивлённо воскликнула Сион, а за ней и весь кабинет.

Канамэ чуть было не упала в обморок.

— У Аманэ-сама есть партнёр, и, более того, это односторонние отношения?

— М-мы не знали. Конечно, если у тебя есть такой партнёр, мы незамедлительно все подготовим. Итак, как её имя?

Сион рукой подала знак члену студсовета принести ей список учениц. Она не могла сдержать любопытства — или, скорее, потока адреналина от того, что ситуация внезапно изменилась.

— Хикари, — отрезала Аманэ и покраснела. Она знала, что лицо зардело, потому отвернулась, чтобы скрыть неловкость. — Хикари Конохана. Я уверена, она говорила, что учится в классе Три-Ун.

С этими словами Аманэ удалилась прочь из кабинета студенческого совета.

***

— Яя-тян… Похоже, это оно… — указала Хикари дрожащим пальцем на доску объявлений.

Даже здесь, в коридоре третьих классов, объявление о соревновании за титул Этуаль подняло шумиху. То тут, то там слышались вопросы, какая же их пар является фаворитами и кто из них могут быть самыми главными соперниками Аманэ и Канамэ.

— Что ж, с этим ничего не поделаешь. Аманэ-сама сейчас в пятом классе, поэтому все хотят, чтобы она стала Этуаль, — сказала Яя. Выглядела она непривычно кроткой.

— Я чувствую, что сколько бы Аманэ-сама ни хотелось не выделяться, она все равно будет участвовать в борьбе в этом году. Как ни крути, у неё нет какого-то особого партнёра. Все гадают, кто же это может быть… Многие девочки мечтают об этом. Я всегда думала, что Момоми-онээ-сама должна стать её партнёром. Но чтобы Канамэ-сама… Студсовет сделали смелый шаг.

Видя поведение Яи, Хикари ещё больше убедилась в том, что Аманэ является первой звездой школы, и немного расстроилась. Глядя на доску объявлений, она почувствовала себя маленькой и жалкой, как маленькая песчинкой, которую смыла приливная волна на пляже. Она робко опустила плечи.

Рядом с ней Яя смотрела на доску. Не заметив, как глаза Хикари заслезились, она удовлетворенно улыбнулась и обняла её.

— Слушай, Хикари-тян. Знала ли ты, что кадэт — это «младшая сестра» по-французски, а энэ — «старшая»? Разумеется, Аманэ-онээ-сама будет энэ… Давай в день состязаний энэ пойдём и поболеем за неё! Если любимица Аманэ-онээ-сама, Хикари-тян, придёт, это, я уверена, её воодушевит, и она обязательно выиграет!

Я не хочу просто болеть за неё. Если бы я могла, я бы хотела хотела стоять рядом с Аманэ как её кадэт.

Тщетно было думать об этом, но Хикари никак не могла прекратить представлять это. И, разумеется, она не могла сказать это вслух.

— Ага… — проронила Хикари.

Наконец Яя заподозрила что-то неладное и попыталась посмотреть Хикари в лицо, но…

— Хикари-онээ-сама!

…Она услышала учащенные шаги и крик издалека.

— Я узнаю этот голос… Как же быстро она бежит!

Яя краем глаза увидела, что к ним бежала маленькая девочка. Она двигалась быстрее, чем это позволяли строгие правила Спики. Волосы развевались, слышалось, как она запыхалась.

— Цубоми, не бегай! — упрекнула Яя. — Пускай ты и состоишь в студсовете, тебя может отругать одна из монахинь, если увидит, что ты так бегаешь! Я думала, тебе и так хватило своих ранних утренних обязанностей!

***

Девочка приблизилась, и Хикари вспомнила её.

Цубоми-тян!

Хикари узнала Цубоми, потому что виделась с ней на утренних занятиях, которые она посещала в первые две недели после перевода в Спику. Цубоми была миниатюрной первоклассницей и уже состояла в студенческом совете школы, что очень удивило Хикари. Видимо, Цубоми услышала, что онээ-сама, с которой она дружила ещё с детского сада, будет главой студсовета в этом году, то ещё до перехода в школу решила, что присоединится к ней в студсовете.

В день, когда Хикари впервые встретила Цубоми, маленькая девочка помогала монахине с подготовкой к уроку. Она случайно встретилась с Хикари глазами и с улыбкой на лице подошла к ней.

— Прошу прощения, но… я не видела вас среди учениц Спики. Вы недавно перевелись?

Хикари удивилась тому, что девочка, которая на вид младше неё, внезапно подошла и заговорила с ней, но её веселая и бодрая улыбка так привлекла Хикари, что она сама ответила с радостью:

— Да. Я Хикари Конохана. Буду учиться в классе Три-Ун. Приятно познакомиться!

— А, я знала! — Цубоми чуть ли не запрыгала от радости. — Вы недавно переселилась в Клубничные спальни, да? Вау, я слышала слухи о вас в общежитии Спики. Яя-онээ-сама сказала, что в этом году будет жить в одной комнате с переведенной ученицей… Я так рада, что мне удалось встретиться с онээ-сама, о которой все говорят с самого первого дня!

Ничуть не замечая ошеломлённую Хикари, девочка подпрыгнула и хлопнула в ладоши. Когда Цубоми заметила, насколько широко Хикари раскрыла глаза, она крепко взяла обе её руки и снова запрыгала.

— Я даже и не представляла, что вы будете такой красивой! Я — Цубоми Окувака, учусь в классе Один-Дё. Надеюсь, мы подружимся!

А она очень дружелюбная девочка.

***

— Ох, слава богу, вы здесь! — сказала задыхаясь Цубоми, прервав ворчания Яи.

Яя первым делом поинтересовалась, почему Цубоми так торопилась. Девочка начала приводить дыхание в норму, от вздохов и выдохов длинные волосы с легким розоватым отблеском развивались по спине. Под толстым обручем, который Цубоми носила, чтобы держать роскошную прическу в форме, её печальные глаза стали ещё печальнее. С неописуемым словами жалостливым и слезливым лицом Цубоми посмотрела на Хикари.

— Фух, фу-ух… Б-беда! Хикари-онээ-сама! Вы и правда… — сглотнула она. — Вы и правда собираетесь… участвовать в состязании за титул Этуаль вместе Аманэ-сама?

Закончив говорить, Цубоми упала на колени.

Вокруг девочек поднялся шум.

***

— Что именно вы пытаетесь сделать?

Сидзума ничего не ответила на порицание.

Они стояли на задворках в одиноком месте, где почти никто не ходил, возможно из-за того, что находилось оно за учительской. Это место прозвали «Садовой могилой».*

Сидзумы повернулась спиной к двум девочкам, которые вступили с ней в спор. 

Перед ней стоял маленький каменный памятник, почти заросший дикой розой, цветы которой распространяли сладкий освежающий аромат. Сам памятник представлял из себя наполовину погружённую в землю прямоугольную плиту с крестом наверху. Высотой он был примерно до колен.

Сидзума нежно прикоснулась к кресту и задумалась, что же она должна сказать.

— У меня нет какой-то… конкретной причины.

Слова, которые обронила Сидзума, прозвучали ещё бесчувственнее, чем она думала.

Слова Сидзумы распалили девушек еще сильнее. Одна из них, Хитоми Тоги, смотрела прямо в спину Сидзумы. Она сделала шаг вперед и взбушевалась, в её глазах горел огонь злости. Коротко стриженые волосы, которые у учениц Миатор встречаются нечасто, обнажили затылок, слегка покрасневший от недовольства. Тело девушки были гибким, как у тонкой быстрой антилопы.

— Участвовать в соревновании за титул Этуаль… с ученицей, которая только перевелась в Миатор… На вас это не похоже, Сидзума-сама! В прошлом году вы с Мидзухо стали Этуаль, и вы обе были так счастливы, что ваши имена войдут в историю Миатор. И теперь… все ваши благодарности за поддержку оказались ложью? Даже мы, служащие вам почитатели, думали, что это был идеальный год, и после всего произошедшего мы почувствовали, как с плеч упал большой груз. Это — пятно на вашем сроке, Сидзума-сама!

— Пятно? Хитоми-тян, ты преувеличиваешь, — взволновалась стоявшая рядом Мидзухо Кано. Он закрыла глаза, чтобы защитить их от огня вражды, и тихим голосом упрекнула Хитоми: — Я уверена, у Сидзумы-сама есть какой-то план.

Вежливый голос Мидзухо всех немного успокоил. Она кротко и умиротворённо улыбнулась, мягкие, слегка кудрявые волосы раздувались на весеннем освежающем ветре. Однако когда Мидзухо попыталась поправить волосы рукой, Хитоми показалось, что её одноклассница ёрзала, чтобы успокоить себя, и эти попытки только выводили из себя.

— Мидзухо, и ты не против? Сидзума-сама такая исключительная. Разумеется, она непременно станет Этуаль, стоит ей только попытаться, но тебе-то, как её кадэт, этот титул достался тяжело, так ведь? Ты говорила, что быть партнёршей Сидзумы-онээ-сама просто потрясающей, и ты много чего делала: учила историю Астреи ночами напролёт, отрабатывала танцевальные па, когда только находилась свободная минутка, и всё ради того, чтобы не подвести Сидзуму-сама. Я точно знаю. сколько ты в это вложила, и теперь ты хочешь, чтобы какая-то переведенная ученица превратила все твои усилия в ничто?

Злость внутри Хитоми росла с каждым новым словом.

— Никто не говорил об этом вслух, но все трудились не покладая рук и и сражались изо всех сил. Как бы это ни было печально, все делали это ради бедняжки Каори…

— Хитоми! Не говори про это! — выкрикнула Мидзухо, услышав имя.

На секунду Хитоми остолбенела, но вскоре взяла себя в руки и с горечью сказала:

— Никто об этом не говорил, и только я сейчас сделала это. А всё потому, что это уже слишком, Сидзума-сама! Довольно!

Голос Хитоми постепенно стал тише, казалось, что она была готова расплакаться. Её беспокоило, почему Сидзума такая спокойная.

«Я знала. Именно поэтому Хитоми и позвала меня сюда»

Сидзума снова бросила взгляд на каменный памятник. Древняя каменная реликвия, прозванная «Садовой могилой», которую ученики почитали как священную гробницу Христа, заросла розами. Сидзума прикоснулась к камню и мыслями погрузилась в прошлое, ничуть не пытаясь как-то сопротивляться вспышке Хитоми.

«Уверена, сейчас она покоится с миром, погребенная под цветами лаванды, которые она так любила»

От воспоминания Сидзума почувствовала боль в груди, но доброта наполнила её сердце — сильнее, чем она когда-либо представляла. До этого момента Сидзума старалась об этом не думать.

«Похоже, настало время встретить это лицом к лицу… Да, пора. Это может оказаться хорошей возможностью»

Сидзума глянула через плечо и сладко улыбнулась.

Две девочки всегда думали о Сидзуме, что бы они ни делали. Это были Хитоми Тоги и Мидзухо Кано, обе учатся в шестом классе, как и Сидзума. Временами Хитоми мечется из крайности в крайность, но Мидзухо всегда добрая. Две подруги детства составляли отличную команду. С самой начальной школы они старались делать что-то с Сидзумой. Вскоре Хитоми и Мидзухо поняли, что стали Сидзуме сродни сёстрам.

Сидзума всегда считала, что то, что у нее с самого детства были такие подруги, отразилось на её характере. Иногда остальные считали их как очередной парочкой воздыхателей Сидзумы. Сидзума прекрасно понимала, что именно благодаря этим двоим у неё, несмотря на армию фанатов, у неё была спокойная школьная жизнь.

Они даже зовут её «Сидзума-сама», хотя и являются её одногодками.

«А они серьезно настроены. Мои мягкосердечные, мои прелестные, мои обожаемые»

Сидзума всегда искала свою единственную и была настолько непостоянной, но…

«Я и правда люблю их обоих. Так же, как любила ЕЁ. Теперь, когда я думаю об этом, то понимаю, что именно они познакомили нас с ней. Тогда они сказали: “Мы знаем, что эта чудесная девочка восхищается вами, и считаем, что она отлично вам подойдет”»

Каори Сакураги.

«Я очень сильно изменилась с тех пор, как повстречала Нагису…»

С губ Сидзумы сорвался смех.

— Хе-хе-хе...

— Над чем вы смеётесь, Сидзума-сама? — яростно крикнула Хитоми.

— Ну, ну, Хитоми, не сходи ты так с ума.

Сидзума улыбнулась, вовсе всего предыдущего разговора вовсе не происходило. Хитоми это выбило из колеи.

Это был первый раз, когда Хитоми вот так ругалась с Сидзумой. Сидзума была волевой, потому когда Хитоми решала выговорить всё, что у неё было на уме, она готовила себя к тому, что Сидзума может накричать на неё или вовсе возненавидеть… или же оттолкнуть или подразнить. Хитоми осознавала, что, возможно, больше ей может и не выпасть шанс поговорить с Сидзумой вот так ещё раз.

— Хитоми, я понимаю, что ты чувствуешь, — продолжила Сидзума. — Мой год в качестве Этуаль подошёл к концу, и… это была очень трудное время. Столько всяких разных событий было, что я даже не могла спросить у милашек, не хотят ли они повеселиться. Если бы не помощь от тебя и Хитоми, я бы, может, и не выдержала всего. Спасибо вам. Я очень благодарна вам. Особенно тебе, Хитоми.

Сидзума вытянула руку и нежно потрепала волосы Хитоми. Это было столько нежно, что Хитоми съёжилась.

«Я дружу с ними уже столько лет, и это, кажется, первый раз, когда я так прикоснулась к ней»

Хитоми подивилась столь неожиданному жесту.

— Мидзухо как моя кадэт достойно выдержала этот год на главной сцене, но ты много что делала за кулисами… Думаю, тебе было сложнее, чем ей.

Сидзума подошла поближе, и Хитоми показалось, что она благоухает сильнее, чем дикие розы, что цвели под их ногами.

— Но, знаешь, теперь, когда моё время в качестве Этуаль закончилось, и я стала свободной… я задумалась о моём последнем году в Миатор. Я уже выполнила свой долг и теперь вольна делать то, что хочу. Я могу наслаждаться каждым днём, как пожелаю, вместе со всеми чудесными девочками, что есть в Миатор.

Сидзума посмеялась и посмотрела в небо. Даже в этом запустелом, одиноком месте голубое небо расстилалось над ними, и белые облака неспешно плыли.

— Даже я не ожидала этого. Никогда не ожидала, что буду чувствовать это. Хе-хе-хе… Странно, не правда ли? Даже я не понимаю, как всё так обернулось. Я просто встретила её и не знаю, что эта девочка из себя представляет. Я ничего не знаю про то, откуда она родом, какая у неё семья… ничего не знаю. Она просто неожиданно появилась передо мной посреди дороги в Залы Астреи, и она меня заинтересовала. Я поймала себя на мысли о том, что постоянно думаю о ней. Понимаете, когда я увидела, как она и Тамао развлекаются, во мне появилось какое-то чувство, что не могу оставить это просто так. Во мне оказалось столько же терпения, как в маленьком ребенке.

Хитоми прошла в ещё большее замешательство.

— Пожалуйста, поймите. Я просто хочу попробовать, только и всего. Я ничуть не отказываюсь от титула Этуаль, который выиграла вместе с вами. И не то чтобы я… забыла Каори. Но… — Сидзума улыбнулась, лицо выражало необычную для неё робость, и она продолжила неуверенным голосом: — У меня такое чувство, что если я отведу от неё глаза, она улетит куда-то вдаль. Тогда я и поняла, что если я стану Этуаль вместе с ней, то смогу быть с ней всегда.

«Почему она так думает? Ни одна девочка не захочет покинуть Сидзуму-сама», — подумала Хитоми, осознавая, что не сможет произнести это вслух.

Сидзума отвернулась от девочек, словно испытывая стыд.

— Это не ради Миатор или что-то такого. Просто самолюбие взыграло… потому я и не ожидаю, что вы станете мне помогать. Я хочу, чтобы вы… позволили мне побыть наедине собой хоть недолго. Если вы когда-нибудь встретите, то поймете.

Закончив речь, Сидзума покинула двоих.

— Мне кажется, я впервые увидела столь мягкий взгляд от вас, Сидзума-сама, — обеспокоенно пробормотала вслед Мидзухо.

***

«Динь-дон…»

Где-то в это же время в комнате для занятий класса Четыре-Луна женской академии Святой Миатор начиналась уборка.

— Эх…

— Эх…

Вздохи двух юных дев отразились эхом в классе: Нагиса с утомлённым видом держала в руках швабру, стоявшая рядом с ней Тамао толкала наполненное водой ведро.

— Эх… Это класс слишком большой для нас двоих.

— Прости, Тамао-тян. Это из-за меня нас оставили убираться, — невинно сказала Нагиса, даже не подозревая, что Тамао досталась работа попроще.

— Ой, всё хорошо, не волнуйся ты так, — ухмыльнулась Тамао. — Я очень рада, когда нахожусь с тобой наедине, Нагиса-тян.

— Да… Спасибо.

«Ох, боже, она и правда так поражена?», — Тамао удивилась тому, что Нагиса не ответила на одну из её обычных шуток.

***

Объявление о соревновании за титул Этуаль повесили в коридоре четвероклассниц Миатора во время пятого урока.

Тамао услышала крики учениц, которые вышли в коридор после окончания урока классической литературы, однако не придала этому значения и продолжала играться с Нагисой, сидевшей рядом с ней.

Затем в класс ворвалась девочка.

— Слушайте! Слушайте! Слушайте! Слушайте!

Первоклассница Момидзи Иохата быстро подбежала к месту Тамао. Момидзи была известна как самая большая сплетница в классе Луна. Её черные кудрявые волосы и знаменитые пышные брови подскочили вверх.

— Что такое? Что случилось?

Тамао медленно обернулась… Момидзи смотрела вовсе не на неё.

Что?

Момидзи смотрела сквозь Тамао…

— Как такое вообще может быть? Как Аой-сан вообще может участвовать в состязании за титул Этуаль? Она же только недавно перевелась сюда!

...на Нагису.

— Что? Состязание за титул Этуаль? — ошарашенно спросила Тамао.

— Не надо мне тут чтокать! — Момидзи ударила кулаками по столу, словно не в силах больше терпеть. — И дело не только в этом! Выбрала себе в партнёрши переведенную ученицу не абы кто, а Сидзума-сама! Как такое вообще может быть?

«А, видимо, объявление со состязании за титул Этуаль повесили. Значит, Сидзума-онээ-сама всё же решилась вступить в соревнование вместе с Нагисой-тян», — внезапно поняла Тамао. — «И даже Нагисе-тян ни слова не сказала об этом… Хе-хе-хе, в этом вся наша онээ-сама».

— Случай, когда Сидзума сама поцеловала её в коридоре, скрыли, но это самое разумное объяснение. Раз уж мы здесь, не стоит ли нам потребовать объяснений с Аой-сан?

Голос Момидзи пронёсся эхом по классу. Заскрипели стулья, и толпа начала давить на Нагису.

***

— Когда я с тобой, Нагиса-тян, мне никогда не бывает скучно.

— Ох, не совсем…

Тамао, держа ведро в руках, старалась хоть как-нибудь успокоить покачавшую головой Нагису.

— Слушай, это было в тот же день, когда ты и Сидзума-онээ-сама ходили за святой водой. Кроме того, я увидела кое-что интересное…

— Ага.

«Всё-таки она расстроена», — подумала Тамао, и попыталась скрасить обстановку.

— Знаешь, если бы я не встретила тебя, я точно никогда не увидела бы такой поток зависти от всего класса, или не убирала бы весь класс с кем-то еще одним.

— Ох… прости меня… Но ты просто не смогла смотреть, как я вожусь в одиночку, потому пришла и помогла мне, Тамао-тян.

«Не то чтобы я просто не смогла стоять и смотреть в сторонке. Скорее потому, что я не могу позволить себе упустить шанс побыть с Нагисой-тян наедине», — шутливо высунула язык Тамао в мыслях.

Тамао толкнула ведро. Нежная, почти ангельская улыбка украсила её лицо.

— Ну же, давай постараемся и закончим с этим побыстрее. Уверена, одноклассницы теперь жалеют о сказанном! Если мы приберемся быстро, они начнут больше уважать тебя.

— С-спасибо, Тамао-тян. Не надо так сильно обо мне заботиться…

— Ох, нет, всё хорошо. Не переживай об этом. Я уверена, что сам Господь сделал так, чтобы мы учились в одном классе.

«Если мы не поторопимся, куча фанаток Сидзумы встанут на пути и начнут юлить перед Нагисой, притворяясь тем, что хотят помочь», — подумала Тамао.

Нагиса не понимала тайных намерений Тамао, потому что та веселилась.

— Да, я тоже очень рада, что мы одноклассницы, Тамао-тян. Значит, состязание за титул Этуаль… Я пока мало что знаю об этом, но… если мне и правда надо участвовать, то я бы хотела делать это с тобой, Тамао-тян. С тобой я бы точно так не тревожилась, — чуть ли не плача сказала Нагиса.

«Ох, какая же она чудесная. Мне так сложно бороться с желанием обнять её», — отвернулась Тамао, чтобы скрыть смущение.

— Интересно, что же замышляет Сидзума-онээ-сама. Поверить не могу, что она втянула тебя в состязание за титул Этуаль, в суровую битву, в которой на кону честь всех школ. Оно насквозь пропитано заговорами… Более того, она это сделала, даже не спросив у тебя!

«Если Нагиса-тян вступит в борьбу, многие поймут, какая же она миленькая и попытаются приударить за ней!», — расходились мысли Тамао с ранее сказанным ею.

Нагиса сжалась так сильно, насколько смогла.

Неужели соревнование за титул Этуаль такое невероятное?

Она вспомнила, как все недавно вели себя — и насколько их взгляды раздирали душу.

Все они спрашивали, почему именно Я участвую в состязании, и почему ВМЕСТЕ с Сидзумой-сама! И выглядели они так серьезно. Ой-ой… страшно.

— Знаешь, Тамао-тян, я рассказала всем об этом, и это была правда. Я же ведь ничего не сделала. Разумеется, я не просила об этом. До недавнего времени даже не подозревала, что есть какое-то «состязание за титул Этуаль». Кроме того, меня даже никто не спросил, хотела ли участвовать вместе с Сидзумой-онээ-сама.

Нагиса понимала, что говорит правду.

Верно… Я ничего не говорила о вступлении в соревнование.

— Да, так и есть! — продолжила она. — Слушай, Тамао-тян, а может, это какая-то ошибка? Да, точно! Да-да-да-да, точно! Так и есть! Я ничего не делала, и какой бы Сидзума-онээ-сама невероятной ни была, такое внезапное решение об участии, когда я даже не знала об этом, звучит смехотворно!

Тамао с состраданием посмотрела на Нагису, и та почувствовала что-то, что даже замолчала. Глаза девочки налились слезами.

Тамао обняла Нагису, чтобы утешить её.

— Да, мне тоже жаль. Это чувство… будто тебя приносят в жертву. Но… раз уж мы говорим про Сидзуму-онээ-сама, то ничего не сможем с этим поделать. В Миатор — да что там, во всей Астрее — мало кто может пойти против неё. Ну-ну, не плачь, всё хорошо. Если ты будешь так не уверена в себе, то не пройдешь первый раунд. Знаешь… Первое состязание кадэт — Экзамэн сюр Л’Астреа, викторина, в которой проверяются знания о Холме Астреи. Это отборочный этап, в котором проверяют, обладает ли кадэт достаточными знаниями от трёх школах, чтобы представлять их, и отсеивают слабейших участников. Так что всё хорошо. Раз уж ты только перевелась, то тебе никак не выиграть. Именно поэтому мне интересно, о чем думала Сидзума-онээ-сама.

Нагиса упала в руки Тамао.

— П-правда?! Это правда, Тамао-тян?

«Ух ты, её настроение меняется очень резко!», — удивилась Тамао.

Нагиса смотрела на Тамао, из глаз текли слёзы облегчения.

Тамао в мыслях сравнила Нагису с милым послушным щенком, которого хозяин оставил в одиночестве. Этот вид так очаровал Тамао, что она совсем забылась и случайно сказала то, о чем думала:

— Да, потому что в первом раунде участвуют семнадцать пар. Все участники очень популярны и, считай, еще в детском саду их определили в эту школу… но, как мне кажется, половина точно отсеется. Раз уж ты переведенная ученица, то стопроцентно не пройдешь дальше. Не знаю, думает ли Сидзума-онээ-сама всерьёз о победе в состязании. Я считаю, что она использует его как предлог, чтобы быть с тобой, или делает это забавы ради. Она из таких, кто верит, что в жизни надо делать только мимолётные вещи. Возможно, у неё к тебе есть какие-то чувства, и она хочет их всем показать. Она как бы говорит: «Посмотрите на мою миленькую Нагису-тян!».

— Ясно. Значит, она не всерьёз.

Нагиса начала думать о состязании как о быстром тесте, который ей надо решить. После слов Тамао об ожиданиях Сидзумы Нагиса стала веселее.

А-ах, какое же облегчение. Слава Богу! Я не знаю, что мне делать, если Миатор проиграет из-за меня, или если доставлю Сидзуме-онээ-сама неприятности. Если уж я сама себя стыжусь, то ладно, но я не хочу быть причинять кому-то проблемы.

Нагиса не до конца понимала, что это именно ей причиняли проблемы. Но в то же время от мыслей, что ей стало легче, ей стало и одиноко.

Ясно. Значит она… не всерьёз. В этом есть здравый смысл. Да я ни за что не стала бы представителем школы. Какое же облегчение! А я уж волновалась. Быть обвиненной всеми, передавать каждое слово, которое скажет Сидзума-онээ-сама… От одной только мысли о том, как все на это реагируют, мне становится страшно. Сердце бешено стучит, по спине бежит холодный пот.

Где-то в глубине души я на самом деле рада — теперь я смогу увидеть Сидзуму-онээ-сама вновь. Шестиклассница и четвероклассница. Королева школы вместе со мной, переведенной ученицей, которая, похоже, попала в эту школу из-за нелепой ошибки. Это просто невозможно. Или просто не должно сбыться. Теперь, когда я об этом думаю, мне немного грустно. Почему-то чешется нос.

Тамао почувствовала, что её подруга поникла, и попыталась посмотреть ей в лицо.

Нагиса отвернулась.

Не хочу, чтобы кто-то сейчас видел моё лицо.

Когда Тамао поняла, о чем думала Нагиса, она положила ладонь под её подбородок, чтобы заставить посмотреть ей в лицо.

«Тук-тук-тук-тук»

Раздался громкий звук, и дверь в класс открылась.

— Ужасно! Ужасно! Нагиса-онээ-сама, если вы не поторопитесь, поклонницы Сидзумы-онээ-сама… О, и Тамао-онээ-сама тоже здесь!

В класс вломилась первоклассница с короткими волосами, Тиё Цукидатэ.

— Что такое? Чего панику наводишь? — спокойно и несколько взросло спросила Тамао, убирая руки от Нагисы.

— Ой, п-простите! Я торопилась и…

— Тиё-тян, врываться класс, не спросив разрешение, совсем не в твоём духе. Я постоянно тебе говорила: сначала надо представиться и спросить разрешения, и только потом войти.

Тамао не привыкла читать нотации. Она даже не знала, сказала она это из-за взволнованной Нагисы или потому, что сама чувствовала неловкость от того, что Тиё увидела, как она нежно положила ладонь на лицо Нагисы.

— Д-да, простите, но…

Тиё покраснела и и время от времени поглядывала в сторону через плечо.

Тамао заволновалась, не идёт ли кто, но продолжила лекцию:

— Также я тебе говорила, что если никто не отвечает, то и входить не надо. Если ты считаешь, что можно забыть про манеры только потому, что это школа для девочек, то путь тебе — вниз по холму…

— Д-да!

Тиё съежилась от непривычных поучений от Тамао, но продолжала смотреть за угол

— Да что такое-то? Что ты так суетишься?

Только эти словам покинули уста Тамао, как…

«Бам-бам»'

По коридору шла огромная толпа учениц.

— А! А! — закричала Тиё, чуть ли не плача. — Что мне делать?

— Что случилось?

— Что случилось? — одновременно спросили Нагиса и Тамао.

«Стук-стук-стук-стук… скр-р-р»

Дверь в класс снова с треском отворилась. В класс ввалились девочки с повязанным на голову повязками, на которых было написано «Сидзума-онээ-сама навсегда!».

— В этом классе учится Нагиса Аой?

— Да кем ты себя возомнила, когда решила стать Этуаль вместе с нашей Сидзумой-онээ-сама!

— За это мы тебя сейчас на лоскуты порвём!

Тиё закричала:

— А-а-а, Нагиса-онээ-сама, бегите!

Примечания

  1. Спика — система из двух самых ярких звезд в созвездии Девы.
  2. Отсылка к реальной «Садовой могиле» — древнему еврейскому пещерному захоронению, расположенному к северу от стен Старого города Иерусалима, неподалеку от Дамасских ворот, у подножия небольшого холма. Начиная с конца XIX века англикане и некоторые другие протестанты почитают эту пещеру как настоящую гробницу Христа.

Комментарии