Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Часть 2

Сората вместе с Масиро и Нанами шагал в школу дорогой, которая к третьему году стала совсем привычной. Сората шёл по центру, справа — Масиро, а слева — Нанами.

Когда парень надел форму и вышел из Сакурасо, тогда и стал в полной мере осознавать, что опять нужно ходить на уроки. С тоской подумалось про весенние каникулы, которые пролетели в мгновение ока.

— Эх, — непроизвольно вздохнул Сората.

— Только первый учебный день, что с тобой? Нечего вздыхать, как старик.

— Так-то да, но...

Кристально-чистое небо над головой было полной противоположностью тому, что творилось в душе у Сораты.

— Думаешь о Юко-тян?

— И о ней тоже. Ну, не так уж оно и плохо.

Сората не предполагал, что Юко успешно сдаст экзамены, но она действительно готовилась во время зимних каникул, когда он приезжал домой с Масиро и Нанами. Она прилежно сидела за столом и усердно занималась. Юко, конечно, невероятно повезло, с другой стороны, экзамены в Суйко не настолько простые, чтобы их можно было сдать на одной лишь удаче.

— Тогда чего вздыхаешь?

— Весенние каникулы закончились, а я ничего не сделал.

Прежде всего, Сората надеялся на каникулах продвинуться в вопросе создания игры. Но в самом начале апреля он подхватил простуду, и весь энтузиазм убился в хлам. Более того, когда ему стало лучше, болячку подхватила Масиро, которая усердно пыталась ухаживать за Соратой. В итоге пришлось лечить и её, в результате и без того короткие весенние каникулы пролетели совершенно незаметно.

— Если здоровье подкосилось, то да, дела плохи.

— Сората хиляк.

— Ты тоже заболела!

— Сората заразил.

— Уж прости!

— Из-за того, что вовсю тобой занималась.

— Не говори так похабно!

— Что-что?

Нанами прищурилась и с подозрением на него поглядела.

— Н-ничего мы не делали!

— Просто обнимались голые или типа того.

— Н-ну ты чего ерунду несешь? Я был в одежде!

— Вот как.

Нанами всем видом показала, что не принимает их объяснения, и Сората решил, что пора бы сменить тему.

— Ах да, Аояма. Как у тебя дома?

Чтобы убедить родителей, в особенности — отца, Нанами на весенних каникулах снова поехала домой в Осаку. Потому она не знала во всех деталях, чем занималась Масиро в день, когда Сората простудился.

Потом началась какая-то непонятная суета, и Сората не успел подробно расспросить Нанами, как она съездила и смогла ли договориться с отцом.

— Пока что он более-менее согласился.

— Более-менее?

— Мне кажется, он ещё злится.

Вспомнив отношение отца, Нанами горько улыбнулась.

— Но думаю, я показала ему, что настроена серьёзно. Наверно, помог тот аргумент, что за два года я ни разу не приезжала домой.

— Ясно.

— Ага. Я объяснила маме, что Мисаки-сэмпай загрузила на видеохостинг своё аниме, а я в нём озвучила персонажа.

— Ну.

— Мать сказала, что отец тоже посмотрел, но когда речь в разговоре заходила о видео, он до самого конца отнекивался и говорил, что не видел.

— Вот упрямый папаша.

— Да?

— Прям как Нанами, — вставила свои пять копеек Масиро.

— Ну, может, и так. Я поступила всем наперекор и ушла из дома.

— Звучит не очень весело.

Нанами действительно была не в восторге.

— Но в итоге, получается, семья согласилась.

Хорошие новости.

— Ага, ну, более-менее. Но то, что я могу делать сама, я и дальше буду делать сама. Продолжу работать, чтобы доставлять родителям меньше хлопот.

Её настрой поражал. Она за словом в карман не лезла и этим заслуживала истинное уважение.

— В настоящее время планирую год копить деньги, чтобы со следующего года начать посещать другую спецшколу.

Раз перешла на формальный стиль в разговоре, значит, скрывала смущение.

Нанами уже шла вперёд. Выбрала себе новую цель и двигалась к ней, шаг за шагом. Никаких проблем не было. За исключением одной...

— ...

— ...

Многозначительная тишина подтвердила, что Нанами тоже почувствовала: разговор сместился к «той теме».

— Нанами, ты уходишь из Сакурасо? — прямо спросила Масиро то, что Сората всё не мог произнести.

Изначально Нанами заселилась в Сакурасо из-за того, что не заплатила за проживание в главном общежитии. Теперь не придётся оплачивать уроки в школе сэйю, да и семья будет помогать, потому Нанами теперь вполне могла платить за общежитие. Причин оставаться в Сакурасо у неё больше не было.

— Уже решено, — воодушевлённо заявила девушка, словно ставя точку.

— ...

Но сколько бы Сората молча ни ждал продолжения фразы, Нанами не сказала ни «остаюсь», ни «ухожу».

И Масиро тоже не задавала вопросов, потому Сората не захотел копать глубже. Какое бы решение ни приняла Нанами, Сората собирался с ней согласиться. Он верил, что когда придёт время, она всё ему расскажет.

Как раз когда разговор прервался, ребята добрались до Суйко. Звонок на урок ещё не прозвучал.

— Сердце так сильно бьётся, — сказала сама себе Нанами, проходя в школьные ворота.

— Нанами, ты заболела.

— Нет!

Сердце Сораты тоже колотилось, ведь он разделял чувства Нанами.

На доске перед входом висела новая таблица с распределением по классам. Сейчас должно решиться, с кем им предстоит провести последний год.

Хотелось, чтобы в классе оказалось как можно больше знакомых людей. С другой стороны, перспектива оказаться в классе, где нет ни одного приятеля, не радовала. Сората лишь представил себе такой исход и отчаялся.

Ежегодная перетасовка классов больше давила на нервы, чем давала надежды на что-то хорошее, потому Сората не находил себе места.

— Хорошо бы снова оказаться в одном классе, — обратился Сората к Нанами, глядя вперёд.

— Что?

То ли от неожиданности, то ли от ещё чего-то, Нанами отреагировала удивлённо.

— Тебе не хочется, Аояма?..

— В-вовсе нет… Я тоже так подумала.

Под конец фразы голос Нанами совсем затих.

— Я-ясно.

— У-угу.

Рассказывать друг другу о своих надеждах было как-то стыдно.

— Хорошо бы и Рюноске к нам.

— Наверно, это проблема — собрать всех обитателей Сакурасо.

Сложно представить, что учителя спихнули бы всех проблемных учеников в один класс. Особенно бдительным педсостав стал после того, как ребята устроили бедлам на выпускной церемонии.

— Я тоже хочу попасть в один класс с Соратой, — сказала Масиро привычным для себя тоном.

— Нет… У тебя вряд ли получится.

— Почему?

Масиро продемонстрировала искреннее непонимание.

— Ты на художественном направлении. Я на общем. Окей?

— Ноу.

— Ну, вообще, было бы здорово оказаться вместе.

— Правда? Тебе правда было бы со мной здорово?

— Ну, ну-у, пошёл последний год школьной жизни. Вместе было бы веселее.

— Пожалуй.

Но такому желанию не суждено исполниться. Потому Сората немного пожалел после сказанных слов. Даже немного заболело в груди.

Доска с таблицей распределения классов становилась ближе.

— Ох. И правда волнительно.

Нанами совсем разнервничалась.

— Мы хотим быть вместе, а на деле нас раскидает кого куда… Таков уж мир.

— Стукнуть бы тебя за такие слова, Канда-кун.

Нанами недовольно надула щёки. Зато нервозности стало поменьше.

Сората остановился: доска со списками находилась прямо перед ними.

— Так, давайте смотреть на раз-два.

— А-ага.

— Раз-два.

Ребята, стоя в конце толпы, стали читать состав классов на доске объявлений. Первым делом они просмотрели третьи классы.

Пока искали своё имя в списке, сердце норовило выскочить из груди, а дыхание остановиться. И так каждый год.

Но в этом году пик напряжения длился недолго.

Вначале Сората проверил мужские имена в списке третьегодок и нашёл своё. А чуть выше увидел имя Акасаки Рюноске.

Сората торжествующе сжал опущенную руку в кулак.

И тут кто-то потянул его за манжету — Нанами, которая стояла рядом с немного повлажневшими глазами.

— Аояма?

— Один класс! Мы вместе! — радостно воскликнула она, взмахнув длинным конским хвостом.

Сората посмотрел на список женских имён своей группы. В самом верху стояло имя «Аояма Нанами». И правда. Они и правда в одном классе.

— Вот и получилось.

— Ага… Похоже, иногда случается и хорошее.

— И правда.

Много чего произошло не так, как хотелось, потому Сората с пониманием кивнул на слова Нанами. Даже мелочи могли радовать, особенно если в них был заложен большой смысл. Мир не был таким уж плохим. Так хотелось думать.

— Может, нас специально собрали в одном классе.

Подобное казалось довольно вероятным. Слишком много совпадений для просто случайности. Впрочем, при любом раскладе получилось хорошо. Они смогли попасть в один класс, вот что важно.

Вот только с хорошими событиями нога в ногу идут плохие. Глядя на состав классов, Сората заметил кое-что тревожное. Классного руководителя.

— Мне кажется или там написано имя Кохару-сэнсэй?

— Думаю, это на самом деле.

— А нормально ли доверять ей класс на третий год?

— Думаю, нет, — выдала свою оценку Нанами, которая очень редко критиковала других людей.

Сможет ли Кохару нормально консультировать по вопросам послешкольного обучения и вести себя серьёзно?.. Полная безнадёга.

Когда ребята решили уже уйти от доски объявлений, раздался энергичный голос:

— Сиина-са~ан!

К ним весело подбежала Фукая Сихо с художественного направления, покачивая прической, напоминающей ушки животного.

— Получилось, Сиина-сан! Мы и в этом году в одном классе!

Возбуждённая сверх меры Сихо изобразила победный звуковой эффект и ухватилась за Масиро.

— Так ведь на художественном направлении все третьегодки остаются вместе.

В конце концов учеников там наберётся не больше десятка.

— Ну и грубиян, Канда-кун! Ты дискриминируешь художественное направление! Требую искренних извинений!

— Требую.

— Что? И ты туда же?

— Баумкухен.

— Так ты есть хочешь?!

— Фи.

— О, прям по-настоящему надулась.

Эмоции на лице Масиро почти не проступали, потому их сложно было понять, но она точно злилась. За год совместной жизни Сората научился её более или менее понимать.

— Хочу оказаться в одном классе с Соратой.

А теперь она выглядела одинокой.

— Нанами хитрая.

— Я?

— Короче, нормально извинись, Канда-кун.

— Прости меня.

Он уже плохо понимал, за что извиняется.

Масиро с недовольным видом уставилась на доску с вывешенными списками классов.

Прозвучал звонок.

— Идём в класс, — позвала Нанами, и все пошли ко входу.

И тут Масиро прошептала вновь:

— Хочу оказаться в одном классе с Соратой.

В класс ребята заскочили в основном чтобы положить вещи, а затем сразу двинулись в спортивный зал на церемонию открытия.

Пока директор толкал приветственную речь, Сората успел три раза зевнуть, а когда церемония закончилась и все вернулись в класс, на учительском столе ждала коробка листочков с номерами парт: предстояло тянуть жребий и определить новые места в кабинете.

Сорате досталось второе от окна место. По стечению обстоятельств соседнее место досталось Нанами.

— И чего это мне везёт на такое?

Нанами, глядя на Сорату, вздохнула.

— Я сделал что-то плохое?

— Наверное, я твоё благословение.

— Ты это о чём сейчас сказала?..

— Тебе не кажется, что благословение?

— Почему бы тебе не сказать так, чтобы я понял?

— Нет уж.

Отказали наотрез.

Как бы то ни было, Нанами перед приходом классного руководителя Сироямы Кохару радостно болтала с Такасаки Маю и Хондзё Яёй — двумя подружками, которые тоже оказались в её классе.

— Т-а-ак, садимся по местам, — протянула учительница современного японского Сирояма Кохару, входя в класс.

— Хм, остался один листок, кто не тянул?

Все в классе заняли свои места. Свободной осталась парта позади Сораты — самое желанное для любого место. По иронии судьбы, оно досталось Акасаке Рюноске, который, как ни в чём не бывало, прогулял школу в первый же день. Если будет отлынивать, место в течение триместра может перестать пустовать… С другой стороны, это проблемы Рюноске.

— Ох, Акасака-кун? Ну, тише едешь — дальше будешь. Так-с, так-с, вы уже заждались. Передаё-ём опросники для третьегодок о будущей профессии.

Спереди передали небольшой листок.

— На основе опросов со следующей недели с каждым будут проводиться индивидуальные беседы, потому не вздумайте написать там «Я ослеп и не видел».

Такое могла написать разве что выпустившаяся инопланетянка.

Достав из сумки автокарандаш, Сората без колебаний вписал в строчку с главным желанием «Факультет медиа в университете искусств Суймэй, предмет — контент-дизайн».

Сейчас всё было совсем не так, как в прошлом году. Раньше Сората не понимал, что же надо написать на маленьком клочке бумаги, и в итоге пошёл к цели кружным путем. Но этот путь позволил Сорате стать тем, кем он стал. По крайней мере, ему хотелось так думать.

Сидевшая рядом Нанами уже отложила ручку, написав красивым почерком на опроснике «Театральный факультет».

— Канда-кун.

Когда он поднял лицо, перед ним стояла Кохару.

— Что такое?

— Где Акасака-кун?

— Вошёл в режим хикикомори. В следующий раз увидимся во втором триместре, или типа того.

В прошлом году Рюноске полностью прогулял первый триместр.

— Тогда не мог бы ты спросить у него про выбор профессии?

— А вам не судьба наведаться самой в Сакурасо?

— Я не такая ретивая учительница, как Тихиро-тян, у меня много своих дел.

— Вы про поиски мужа?

— Много ты понимаешь.

Она не показала никакого стыда.

— Вот бы вы поделились со мной своей невозмутимостью.

— С тобой поделится Тихиро-тян. Да, вот. Анкета для Акасаки-куна.

Решив, что её долг исполнен, Кохару направилась обратно к своему столу.

— Ну и ладно.

Насчёт просьбы учителя Сората сомневался, но с другой стороны парень сам хотел кое-что спросить у Рюноске.

Сората достал мобильник и отправил сообщение.

«Акасака, ты тут?»

«Чего тебе?»

Ответ пришёл от Рюноске.

«Во-первых, в этом году мы снова в одном классе. И Аояма с нами».

«Бесполезная информация».

«Я тоже так подумал… Ну, что думаешь о профессии? Кохару-сэнсэй, которая стала нашим классруком, велела сдать ей анкеты».

«Напиши «Медийный факультет, предмет — программирование» и отдай».

Учителя есть учителя, а ученики — ученики. В каком-то смысле они по разные стороны баррикад.

«Ты только по этому поводу?»

«Нет, ещё я хотел кое-что у тебя спросить».

«Что? Выкладывай».

«Хочу, чтобы ты рассказал про игровое программирование. Сколько бы я ни читал твою книгу о компьютерном языке, не могу освоить даже азы!»

В статьях описывались лишь программы для калькулятора и считывания последовательностей символов, и Сората не мог найти для себя что-то действительно интересное.

«Что, теперь заметил?»

«Ты всё это время водил меня за нос?!»

«Ты стал немного понимать программирование».

«Неужели меня хвалят?»

«Я не хвалю».

«Да неужто?!»

«Ты отказался от заявки на «Давайте сделаем игру»?»

«Продолжаю шлифовать план. Когда появятся хорошие идеи, подам и заявку. Но я не зациклился. Пока что решил не торопить события и не ждать мгновенного результата».

«Понял. И как, определился с платформой?»

«Хочу использовать Creator`s Family, но получится ли?»

Если и разрабатывать игру, то не для мобильных телефонов или ПК, а для игровых систем. А ещё лучше — для актуальных высокопроизводительных машин.

Creator`s Family, который выпущен платформодержателем, идеально подойдёт Сорате, если позволит воспользоваться средой для разработки игры и инструментами без дополнительной платы. Кроме того, полностью готовую игру новичок сможет загрузить самостоятельно, предоставив возможность третьим лицам ознакомиться с продуктом.

«Какой жанр у планируемой игры?»

Сората более-менее обдумал варианты.

«Шутер».

«Понятно, похоже, ты в целом просмотрел выданную мной книгу».

«Ну, знаешь, если бы я совсем не занимался, не говорил бы сейчас с тобой об этом».

Среди книг, которые выдал Рюноске, лишь одна затрагивала тему создания игр.

«Управление множественными объектами, движения игровых персонажей в соответствии с UI, а также просчёт столкновений, прописывание поведения врагов… Игровая программа в данном жанре включает все это на фундаментальном уровне. Если ещё и оптимизировать ресурсы, можно запросто создавать простые играбельные проекты. Для учебных целей очень удобно, как в плане структуры, так и в плане содержания».

«Если по чесноку, нынешний я такое смогу?»

«Ты же понимаешь, что такое «If» и «For»?

— Да.

Самые простые команды.

«Если понимать хотя бы их, то можно собрать игру».

«Правда?!»

«Подожди дня три. Я приготовлю мейн-программу, с помощью которой даже ты легко сможешь сделать игру».

«Ты что за монструозную штуку задумал сделать?»

«Соберу обычную пустую программу. Такую, чтобы можно было с помощью одного инструмента управляться с отрисовкой объектов, контролем координат, фонами и саундтреком».

Сората плохо понимал сказанное.

«А если суммировать?»

«Канда — это балда, который ничего не понимает».

«Я не о таком «суммировать» говорил!»

«Если программа выполняет основной цикл, то с помощью простых команд возможно отображать графику и запускать звуки».

«То ли понимаю, то ли нет».

Сората не пробовал подобное на практике, потому не мог вообразить.

«В таком случае думай, как разрабатывать игры, и послушно жди».

«Ага. Кстати, а ничего, что ты так со мной заморачиваешься? Хотя, кажется, ты очень вкратце рассказываешь».

Сората боялся, что если слишком понадеется на способности Рюноске, то не научится сам делать игры.

«Ты же не собираешься становиться программистом?»

«Ну нет».

«Тогда никаких проблем. Если понимаешь программы на фундаментальном уровне, чтобы управляться с игровым движком и инструментами, то достаточно. За дальнейшими объяснениями обращайся к Горничной».

«Э, стой, Акасака!»

Только Сората успел набрать фразу, как через секунду прилетел ответ.

«Чао, с вами Горничная!»

«Хорошее настроение, да?!»

«Итак, ради созревшего Сораты-сама я опишу состояние игровой индустрии за последние годы».

«С места в карьер, да?!»

«Сората-сама знает, что такое игровой движок?»

«Это движок игры».

«Да! Именно так! Вы очень умны, Сората-сама! Разгрызите гранит науки в песок!»

Она и шутки с легкостью обрабатывала. Удивительная Горничная с чудесными характеристиками.

«Если подбирать понятные даже Сорате-сама слова, то думайте об этом, как о бизнес-версии RPG Maker.

«А, понятно, более-менее представляю».

«Раньше во время разработки игр для контроля каждого отдельного процесса программист писал соответствующий код, но в последние годы наблюдается иная тенденция: с помощью многофункциональных игровых движков разработчики стараются оптимизировать рабочую нагрузку. В западных компаниях это уже стало обычной практикой. В итоге, работа таких программистов, как Рюноске-сама, заключается не в том, чтобы «этого персонажа поставить сюда» или «двигаться так», а в разработке и обновлении игровых движков, в функции которых входит обработка физики и контроль движений. А люди, которые с помощью игрового движка конструируют поле, расставляют врагов, прописывают поведение и придумывают устройства для решения загадок, то есть — если вкратце — создают уровни и занимаются постановкой, это скорее левел-дизайнеры. Плюсы данного подхода заключаются в несомненной оптимизации производства, а люди, которые пишут документацию, должны сделать так, чтобы с помощью их инструмента другие могли создать игру в соответствии со своей задумкой. Ведь как бы программист ни старался подготовить техническую документацию для гейм-дизайнера и какие бы слова ни использовал, всегда может возникнуть стена из непреодолимых нюансов. В худшем случае их разговор накаляется, и они друг на друга кричат: «Почему тут ничего не понятно?» или «Бери тогда и сам делай!».

Определённо, ситуация не из приятных. Сората во время презентации на конкурс «Давайте сделаем игру» тоже испытал сложности в представлении своей задумки и злость от невозможности это сделать.

«Короче, если я смогу действовать как левел-дизайнер, то этого будет достаточно?»

«Именно так. Если вы собирались всё делать сами, будучи не на уровне Рюноске-сама, то обязательно провалились бы. Другими словами, для вас это невозможно».

В точку. Если бы Сорате сказали, что ему надо достигнуть уровня Рюноске, то сердце бы не выдержало. За время их общения Сората понял, что создатель Горничной, которая способна вести диалог подобно человеку, не может быть простым смертным.

«Большое спасибо, Горничная. Буду теперь три дня терпеливо ждать и обдумывать методы работы».

«Прилежный Сората-сама — это так мило».

«А мне вот не до веселья!»

Парень отправил яростное сообщение, но ответа от Горничной не пришло.

— Надо мной даже ИИ прикалывается...

Для начала надо сделать то, что необходимо. Сората взял анкету Рюноске о дальнейшем обучении и вписал туда «Факультет медиа, предмет — программирование».

— Слушай, Канда-кун, — обратилась к нему сидевшая рядом Нанами. — Ты спросил у Масиро про обучение?

— Что? А, кстати, нет, не спрашивал.

Если учесть, что Масиро прославилась как гениальная художница, и если отбросить её никудышные успехи в обычных предметах, то ей наверняка позволят поступить в университет искусств Суймэй. Если на то пошло, то она и в Суйко бы не поступила, умея только лишь рисовать, особенно учитывая, что каждый раз в конце триместра она набирала ноль баллов по непрофильным предметам...

Настолько картины Масиро были уникальны. Наверняка любой университет мечтал заполучить ее в качестве студентки. Но за последний год Сората только и видел, как Масиро вливает свой энтузиазм в мангу, и парень уже сомневался, что девушка непременно решит ходить в университет. Ведь она хочет больше времени уделять рисованию манги...

Сората снова достал мобильник и настрочил сообщение сугубо по делу.

«Что насчёт университета?»

Но кнопку «отправить» не нажал и, немного подумав, стёр сообщение, символ за символом.

Лучше будет спросить у Масиро лично, когда будет время. И как только Сората принял решение, звонок известил о конце классного часа.

— Та-ак, ну ладно, на сегодня всё~

Комментарии