Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 2: Почему я?! Что я такого сделала?!

Я обернулась. Коридор позади меня уходил вдаль, утопая в бесконечной тьме. Ни храма, ни дворца. Я стиснула зубы.

Искривлённое пространство.

Первым, что пришло мне в голову, было: а возможно ли вообще такое заклинание? Теоретически да. По крайней мере, я так думала. Вообще, такая вещь, как Заклинание призыва, способна искажать пространство, сворачивая его, чтобы вместить призванное существо или объект. Но в данном случае я имела дело с чем-то совершенно иным. Что это за магия, которая сумела так перекрутить пространство?

Ой-ёй-ёй.

Естественно, в такой ситуации нужно как-то сопротивляться заклинанию, а заодно проверить границы его действия. У коридора, по которому я шла, не было никаких стен, зато вдоль него тянулись ряды крепких колонн, поддерживающих крышу. По бокам от галереи зеленел газон, ставший под действием заклинания бесконечным. Разумеется, все эти штучки довольно-таки быстро взбесили меня.

Ладно, признаю. Меня слегка пугали сложившиеся обстоятельства. Я глубоко вздохнула, стараясь сохранить спокойствие.

— Хорошо, — сказала я себе. — Просто думай, Лина. Думай!

Газон, конечно, выглядел не слишком угрожающим, чего не скажешь о бесконечной галерее, и всё же я даже не догадывалась, с чего надо начать. Я осторожно ступила на траву.

Но вдруг я поняла, что снова стою посреди бесконечного коридора. Вероятно, маг, создавший эти чары, контролировал все мои перемещения по этому месту.

— Проклятье! — прорычала я. — Нечестно!

Мысли в моей голове отчаянно метались. Я лихорадочно искала способ выбраться, пыталась выработать стратегию, сделать хоть что-нибудь! И вот, пока я стояла столбом, силясь отыскать хоть сколько-нибудь разумное решение, кто-то нашёл меня. Послышались гулкие шаги.

Вот оно что! Похоже, тот, кто пригласил меня сюда, хотел устроить сражение между мной и этим неизвестным!

Силуэт незнакомца так и не показался, но ощущение было такое, словно не человек шёл, а нёсся табун лошадей. Ладно, он хотя бы не планировал напасть исподтишка.

Пусть это и невежливо по отношению к хозяину, столь любезно пригласившему меня, но я хотела по возможности как можно скорее покинуть это замечательное место.

Ну, начнём, что ли, потихоньку...

Я начала творить заклинание.

Строго говоря, эти чары предназначены для призыва гаргульи. Ну вы знаете… Такая крылатая тварь, вытесанная из магического камня. Но я слегка изменила заклинание в надежде призвать кое-кого другого... Видите ли, разбираясь хоть немного в магии, вы можете импровизировать и всячески видоизменять магические формулы, подстраивая их под себя и конкретную ситуацию.

Я всё твердила слова заклинания, старательно не обращая внимания на шаги неизвестного, а тот в свою очередь неумолимо приближался. Я закончила заклинание, и из моих рук выпорхнула изящная белая птица. Она повела клювом пару секунд, взмахнула крыльями и упорхнула... навстречу яркому утреннему небу и солнечным лучам.

— Голубь, — пробормотал Гаурри, наблюдая за тем, как белая фигурка птицы растворяется в вышине. — Как мило!

Искажённое пространство, в которое меня заключил Канзель, внезапно вернулось в норму.

Дамы и господа, Лина Инверс надирает задницы!

Я бросилась к Гаурри. Мои сапоги протопали по мраморному полу.

— Кажется, сработало, — пробормотала я.

— Что сработало? — спросил Гаурри, когда я подбежала к нему.

— Ничего, — Я решила, что будет лучше не рассказывать ему о моём приключении, а то, неровен час, этот остолоп подумает, будто я разыгрываю его, или, чего доброго, помешалась.

А ещё мне искренне не хотелось заводить с Гаурри разговор о манипулировании пространством. Ни сейчас, ни когда-либо в жизни.

В общем, я призвала самого что ни на есть обычного голубя. И в тот момент, когда реальное пространство, откуда он явился, и искривлённое вошли в контакт, заклинание искажения разрушилось. Понимаете? При столкновении реального и нереального пространств первое всегда выигрывает. Как только фальшивый мир встречается с реальным, со Страной Безумия можно попрощаться.

Конечно же, и это правило не без исключений. И у меня всё получилось только благодаря невероятной интуиции с известной толикой удачи.

— Неплохо, Канзель, — шутливо крикнула я магу: его спина всё ещё маячила перед нами. — Совсем неплохо.

— И что ты хочешь этим сказать? — невозмутимо поинтересовался Канзель. Его лицо было абсолютно спокойным.

Нет, ты здесь никого не одурачишь! Уж точно не Лину Инверс!

С этого приключения и началось наше незабываемое пребывание в Королевском Дворце.

***

Ночка выдалась мирной. Сверчки стрекотали в траве внутреннего двора, а мягкий лунный свет свободно лился через окна в мою комнату.

Я лежала на кровати и впервые за этот суматошный день отдыхала, попутно наслаждаясь прохладой ночного ветерка. Я чувствовала себя совершенно разбитой: тело ныло, нервы расшатаны… В общем, я готовилась хорошенько выспаться, чтобы восстановить силы.

Меня и Гаурри разместили в соседних гостевых комнатах, чуть дальше по коридору от покоев Фила. Приятно иметь в распоряжении целые апартаменты: зачастую во время странствий мне приходилось засыпать в тесных и вонючих комнатушках в захудалых тавернах, да ещё и делить эту площадь с Гаурри! Впрочем, несмотря на соблазнительную роскошь королевских спален, я не могла насладиться ею в полной мере. Ведь мы с Гаурри взялись за миссию Фила, и потому в ту ночь были начеку на случай, если с королевским наследником приключится какая-нибудь неприятность.

Конечно, у Фила была какая-никакая охрана, и стражу расставили на каждом углу дворца, что, правда, не мешало нам с Гаурри отвечать за сохранность королевской особы лично. За эти услуги нам обещали приличную награду — жратвы вдоволь и немало звонких монет, так что мы согласились без особых церемоний. Надо сказать, что я надеялась на расторопность стражи, ведь тогда моя работёнка станет совсем лёгкой и при этом хорошо оплаченной, но в глубине души я не питала иллюзий. Разве не те же люди стояли на посту, когда мы с Гаурри прокрались в королевские покои, причём абсолютно никем не замеченные? Да один из дозорных вообще храпел на посту!

Я вздохнула и повернулась на бок.

Всё это время я не могла избавиться от предчувствия, что скоро что-то случится. Можете считать это женской интуицией. К тому же у меня было ощущение, что неприятности ждут конкретно меня. Сверчки, кажется, почуяли угрозу первыми и внезапно замолкли.

Я перевела взгляд на опущенное полотно штор и прищурилась.

В лучах лунного света я увидела человеческую фигуру. Поначалу мне показалось, что это лишь игра моего воображения и мои тревоги сделали всё за меня. Я потёрла глаза, но тень человека никуда не делась.

Как, чёрт возьми, он здесь оказался?

Ведь мои покои были на третьем этаже, и тут отродясь не было никакого балкона!

Я молниеносно скатилась с постели и выхватила меч из ножен. Кто бы там ни был, что бы ни явилось по мою душу, оно или он предугадал мои действия. Взмах — и клинок незнакомца одним ударом разрубил оконный засов, словно какую-нибудь бумагу. Да так, что щепки полетели во все стороны!

Порыв ветра ворвался в комнату с громким воем. В оконной раме стоял человек, одетый во всё чёрное. В руке он сжимал меч.

— Ты выбрал не ту девушку и не ту ночь, чтобы затеять драку, парень! — Я постаралась придать своему голосу твёрдости, насколько, конечно, позволяла ситуация.

Ассасин проскользнул в комнату через окно. Его походка оказалась совершенно беззвучной — я поняла это, стоило ему пройтись по полу моей спальни. К тому же убийца так искусно скрыл себя, что я могла видеть лишь его глаза, которые блестели сквозь прорези в маске. Но самым невероятным было другое: его присутствие совершенно не ощущалось! Он вроде есть, а вроде и нет!

— Врываться в девичью комнату, да посреди ночи, — отрывисто проговорила я. — Где твои манеры?

Незнакомец не ответил и лишь медленно двинулся на меня.

— Может, хотя бы имя назовёшь?

Из-под маски донеслось лишь одно слово:

— Зуума.

Просто! Даже слишком! Обычно, чтоб узнать имя врага, мне приходится выбивать бедняге зубы. Буквально.

Иначе говоря, покладистость ассасина застала меня врасплох.

— Я впечатлена, Зуума. Для наёмного убийцы ты очень вежлив.

Зуума поднял меч.

— Только двое знают моё имя, — прорычал он. — Мой наниматель... и моя жертва.

Как остроумно! Просто замечательно!

Ветер снова поднялся и закружил по комнате. Сражения в тесном помещении не отличаются разнообразием манёвров: прямо позади меня была стена, слева — прикроватная тумбочка. Я прекрасно понимала, что единственным шансом выжить было отступить вправо.

И Зуума тоже понимал это.

Конечно же, он намеревался преградить мне путь, как только я сдвинусь с места, так что я сделала ложный бросок вправо. Когда он рванул вперёд, я запрыгнула на кровать. Я использовала это мгновение, чтобы начать творить заклинание. Зуума развернулся в воздухе, оттолкнувшись ногами от дальней стены, и устремился ко мне. Удача сегодня была на моей стороне, и я сумела ещё раз увернуться от его удара, но вдруг я услышала тихое бормотание — колдует, гад! Хм, судя по тому, что я смогла разобрать, заклинание не было атакующим…

В битве волшебников вы должны быть способны заранее предугадывать, какое заклинание творит противник. Это не так сложно, надо просто привыкнуть. Зато потом вы сможете понять, заклинание какого типа использует ваш противник. Если тщательно прислушаетесь, конечно. Звучит запутанно, но, если вы будете закалены в боях также как и я, это станет для вас обычным делом.

Но когда вы начинаете совмещать магический и ближний бой, всё становится чуточку сложнее. Однако Зуума, кажется, был очень хорош в этом. Он приземлился на дальней стороне комнаты, с решительным рыком отшвырнул меч и зашагал по направлению ко мне, сжав кулаки.

Так он хочет врукопашную, да? Он, наверное, думал, что раз он бросил своё оружие, то я поступлю так же, и мы будем сражаться, как необразованная солдатня. Нет, спасибо! Эта идея показалась мне совсем непривлекательной, так что я покрепче сжала меч, готовая ударить, если он опять бросится на меня.

Сквозь разбитое окно в комнату лился мягкий лунный свет… Так, сейчас не время для романтики. Я решила атаковать своего противника сотворённым заклинанием. Ну а если оно не причинит достаточного вреда, можно использовать магию света и ослепить незваного гостя. Но вот что потом… Так далеко я не продумывала.

В этот момент я услышала стук в дверь.

— Лина! — донесся сквозь неё голос Гаурри. — Что-то не так?! — Он постучал опять.

Титаническим усилием я заставила себя не закатить глаза.

Что-то не так? — Нет, Гаурри, всё в порядке. Мой приятель Зуума просто зашёл поздороваться, и мы немного повздорили. Не обращай на нас внимания.

— Гаурри! — крикнула я. — Тебе придётся вломиться!

Он начал возиться с дверным затвором. Ведь я, как самая умная, закрыла дверь, прежде чем идти спать. Мне совсем не хотелось ближе знакомиться с кулаками Зуумы, поэтому я решила, что единственная возможность отступления — это броситься к двери и открыть её.

Я закончила творить заклинание и вскинула руки.

— Брам Блэйзер! — выкрикнула я, и волна света вырвалась из моих рук. Зуума избежал её так легко, будто через лужу перепрыгнул. Световой шлейф вырвался из окна и исчез в ночном воздухе.

Присев, Зуума прорычал:

— Тёмный Туман! — Я успела расслышать лишь низкий, скрипучий голос Зуумы, и всё вокруг погрузилось в черноту.

ВШУХ.

До этого, по крайней мере, у меня был лунный свет. А теперь кажется, будто чья-то рука заслонила его и погрузила весь мир во тьму.

Очень большая рука, желающая моей смерти.

— Чт?.. — выкрикнула я.

Эта полнейшая тьма мне совсем не нравилась. Нужно было срочно что-то придумать. Я быстро сотворила заклинание.

— Свет! — произнесла я. Взмах рукой, и во все стороны полетело множество шаров света. Ну, должно было полететь. Вместо света появилась лишь какая-то тёмная волна. Каким бы ни было заклинание, применённое Зуумой, оно не просто блокировало свет — оно вытягивало его изо всех источников внутри своего радиуса действия. Мало того, я не могла почувствовать местоположение своего противника.

Он опять скрыл своё присутствие.

Я крепко сжала рукоять меча. Как мне искать его в этой чёртовой темноте? Конечно, Зуума также не мог видеть меня, но он определённо меня чувствовал.

В следующий миг ледяная дрожь пробежала по спине. Я инстинктивно развернулась и полоснула мечом пространство позади меня.

Что-то коснулось моей шеи.

Хлюп! Я услышала влажный звук и в тот же момент ощутила острую боль в горле.

— Лина! — донёсся крик Гаурри. Я услышала резкий звук ломающегося дерева. Гаурри выронил меч, и тот со звоном упал на пол.

— Лина, ты... чего?!

Гаурри ворвался в комнату и на мгновение растерялся из-за наполнившей её тьмы. Секунду спустя он почувствовал моё присутствие и подбежал прямо ко мне. Он схватил меня за плечи и встряхнул с такой силой, что аж зубы клацнули.

— Лина! — закричал он. — Ты в порядке?! Тот, кто сделал это... Он ещё здесь?!

Я схватила его за запястье, чтобы он прекратил трясти меня.

Я хорошо слышу. Тебе вовсе не обязательно так кричать.

— Лина?

Внезапно я почувствовала облегчение. Я была очень рада его видеть. Это просто невозможно было описать словами, поэтому я просто уткнулась лицом в его грудь и молча кивнула.

Голос Гаурри стал спокойнее.

— Ты в порядке? — сказал он мягко. — Я думаю, этот парень дал дёру.

Он поднял мой подбородок, и его глаза встретились с моими.

— С тобой действительно всё хорошо?

Я сумела лишь издать слабый стон, так как боль обожгла горло. Зуума чуть не сломал мне трахею. Мгновение промедления, и он бы добился успеха.

— А-а-а-а-ахх... н-ночь... р-р-Я... Лина Ин... в-верс... — пролепетала я.

Гаурри посмотрел на меня как на сумасшедшую. Или одержимую. Или ещё чего похуже.

А я просто проверяла свой голос, чтобы убедиться, что он на месте.

Зуума исчез, и свет вернулся в комнату. Гаурри вышел, чтобы объяснить одному из стражников, что произошло. После этого он отнёс меня в храм, чтобы маги-целители немедленно позаботились обо мне.

Целители казались невозмутимыми, несмотря на то, что их подняли посреди ночи и сказали вытащить человека с того света. Как ни странно, они были спокойны и собраны, пока готовили отвар из магических трав, чтобы вылечить моё горло.

Я бы поблагодарила их… Если бы могла говорить.

***

— Почему, по-твоему, тебя атаковали этой ночью? — спросил Гаурри, когда мы шли обратно через крытый переход. После того, что случилось этим утром, я боялась этого дурацкого коридора, но это был единственный путь из храма обратно в центральный дворец.

— А я почём знаю?! — пробормотала я. До сих пор говорить было немного больно, но это скоро пройдёт, ибо целители знали своё дело. — Сперва мне казалось, что он пришёл за Филом и просто ошибся комнатой. Но сейчас я уверена, что он нацелился именно на меня.

— Хмм... — произнёс Гаурри, размышляя. — Может быть...

— Что «может быть»?

— Может быть, он просто пытался пригласить тебя на свидание?

Я застонала.

— Он не в моём вкусе.

— Было бы неплохо, если бы ты смеялась над моими шутками. Хотя бы иногда, Лина.

— Я бы смеялась, если бы они были смешными.

Я вздохнула и скрестила руки.

— Может быть, я была просто приманкой, — через мгновение предположила я, — и меня атаковали, чтобы отвлечь тебя и других стражников от Фила. В таком случае наш противник мог легко до него добраться, верно?

В тот же момент я мысленно опровергла своё же предположение. Использование меня в качестве приманки не отвлекло бы достаточно много стражников.

— Хмм... знаешь, — сказал Гаурри, и я приготовилась к очередной «колкости».

— Да?

— Когда на тебя напали, ни один из стражников и ухом не повёл. Ты заметила это?

Вот чёрт! В корень зришь!

— Зачем, по-твоему, это было нужно? — спросила я. Признаться, он меня заинтриговал.

Восприятие Гаурри было на грани фантастики, обычному человеку такое и не снилось. Так что вовсе неудивительно, что он смог почувствовать врага, чьё присутствие даже я ощущала с трудом. Но никто из стражников, защищавших Фила, не обнаружил его. Никто из тех, кого враг больше всего хотел бы отвлечь. Моя теория о приманке сдулась как воздушный шарик.

Из перехода мы видели, что стража заполонила весь дворец также плотно, как и в тот день, когда мы с Гаурри проникли в него. Пробравшись во дворец, Зуума убил нескольких стражников. Но сигнала тревоги не было. Он был, кажется, незаметнее призрака.

Но почему он пришёл за мной?

***

— Доброе утро, — потирая сонные глаза, я вяло поприветствовала Клоуфелла и Амелию, которые шагали по лужайке мне навстречу. Я надеялась, что крепкий чёрный чай, выпитый мной, прогонит сон на время, достаточное для связного разговора. После моей стычки с Зуумой прошлой ночью сон казался мне непозволительной роскошью. Мой разум был затуманен, и веки стремились сомкнуться с такой силой, будто на них висело с десяток троллей.

После лечебных процедур в храме мы с Гаурри вернулись в мою комнату и перевернули её вверх дном, полагая, что в ней могло быть что-то нужное Зууме. Иначе зачем ему было так бесцеремонно вламываться в комнату невинной девушки, да ещё и пытаться убить её? Но, увы, рассвет мы встретили с пустыми руками. К тому же и нагромоздили кучу вещей поверх общего беспорядка.

Если Зуума пришёл за чем-то (или, возможно, кем-то) в этой комнате, то объект его поиска должен был появиться здесь недавно. Почему? Всё просто. Мне сказали, что эта комната пустовала очень, ОЧЕНЬ долгое время, прежде чем я поселилась в ней.

— Доброе утро, госпожа Лина! — Это была Амелия. Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы удостовериться в этом. Никто другой просто не мог звучать так живо столь ранним утром. — Беспокойная выдалась ночка, да?

Милая моя, ты даже не представляешь себе, насколько!

Она элегантно держала чашку в одной руке и беззаботно помахала мне другой. Амелия относилась к разряду людей, жизнерадостных от природы. Бесят! Они действуют мне на нервы и могут в течение секунды легко вывести из себя. К счастью для неё, я слишком устала, чтобы раздражаться.

— Давайте присядем, — предложила она. — Вы, должно быть, вымотались после прошлой ночи.

Амелия взяла меня за руку и подвела к одному из маленьких столиков у газона. Кстати, Клоуфелла освободили, это радует. Он задумчиво сидел за нашим столиком, наливая в мою чашку ароматный чай.

— Господин Гаурри с отцом? — спросила Амелия. Я же находилась в лёгкой прострации.

— Э-э… ага, — ответила я, отпив немного чая. Народ, я действительно была сама не своя, но крепкий сладкий чай немного взбодрил меня.

Конечно же, все мои мысли обратились к предмету нашей текущей миссии. То, что я отделалась от ассасина однажды, совершенно не означало, что он не намеревался вернуться. Рано или поздно я определённо увижу Зууму вновь. Сложность состояла в том, как схватить его или кого-нибудь ещё из вражеского лагеря и наконец узнать, кто стоял за всем этим.

Я сидела здесь в такую рань потому, что занималась своего рода слежкой — мне нужно было приглядывать за каждым в Королевском Дворце и понемногу сужать список подозреваемых.

Мне не слишком улыбалось быть целью ассасина, но, видимо, иного выбора у меня не было. Единственное, что я могла сейчас сделать, — это избежать следующей атаки заговорщиков и добраться до них до того, как дело примет действительно скверный оборот. Так как охранять принца было нашей главной задачей, я сказала Гаурри держаться поближе к Филу, пока великая Лина Инверс в одиночку будет «избавляться от мусора»... А, ну и ещё служить приманкой для убийцы.

— Хотелось бы мне знать, почему они выбрали целью Вас, — произнесла Амелия, добавляя большой кусок сахара в чай, налитый Клоуфеллом.

— Забавно. Мы говорили с дядей Кристофером о том, что Вы были атакованы прошлой ночью, и он выглядел так же удивлённо, как и все мы.

— Правда? — спросила я. Я думала, что уж кто-кто, а Кукловод Кристофер точно не будет встревожен этими новостями. — Ты серьёзно?

Амелия беспечно пожала плечами.

— В том то и дело, — сказала она. — На притворство это совсем не походило. Он просто бросил салфетку на стол, встал и ушёл. Было заметно, что он потрясён.

Я опустила глаза и уставилась на свою чашку, пытаясь переварить информацию.

Может быть, проделки Зуумы были импровизированной попыткой захватить власть кем-то из ближайшего окружения Кристофера. Честно говоря, первым (и единственным), на кого я тогда могла подумать, был Канзель. Ну, кем бы ни был этот загадочный организатор, одно я могла сказать точно: ситуация не так плоха, как кажется! Наши враги дезорганизованы, что не может не радовать. Мало того, они ещё и столкнулись с серьёзными проблемами в вопросе главенства.

Пришло время начать пробираться ближе к окружению Кристофера и посмотреть, что я смогу нарыть. Его сын, Альфред, неплохо подходил на роль первой цели — и нет, не потому, что он был достаточно красив. Я хотела узнать, на чьей он стороне. Может быть, воспользовавшись своим природным обаянием, я бы смогла выведать у него что-нибудь важное.

— Позволь спросить тебя об Альфреде, — сказала я, бросая пробный камень. — Какой он?

Амелия начала обводить пальцем воображаемый узор на скатерти.

— Ну, — произнесла она, — почему бы тебе самой его не спросить?

— И я смогу сам ответить, — произнёс голос позади меня. Я повернула голову и увидела Альфреда. Он стоял так, будто позировал для портрета.

Как долго он тут? Бьюсь об заклад, он мог стоять так весь день в своей накидке, держа руку на бедре, и ловить восхищённые взгляды всех придворных дам.

— Где мои манеры? — пропищала я. — Не хотите ли присоединиться к нам?

Альфред разгладил складки на своей шёлковой рубашке, сбросил накидку с плеч и вальяжно направился к нам. Он сел на стул рядом со мной.

— Так о чём ты хотела меня спросить? — сказал он слащавым голосом, отправив в рот виноградину. Затем он уставился на серебряную супницу, стоявшую на нашем столике, и поправил свои густые волосы. Мы с Амелией переглянулись, но Альфред не обратил на это никакого внимания.

Он это серьёзно?

Для Альфреда существовало простое определение: законченный нарцисс. Он был из тех ребят, которые всё время говорят, но не делают ровным счётом ничего. А когда дело принимает скверный оборот, поджимают хвосты и бегут, оставляя за собой след из проклятий. Но, с другой стороны, такие нарциссы, как Альфред, обычно легковерны и легко контролируемы.

Хорошо, ликбез окончен.

— Ну, — произнесла я, — мне было интересно, как такой чуткий человек, как Вы, воспринимает всё происходящее во дворце.

Он глубоко вздохнул и откинулся на спинку стула. Затем с важным видом оглядел парк, прежде чем наклониться ко мне.

— Раз уж ты спросила, — сказал он с притворной важностью, — мне всё это совершенно не нравится.

Он смахнул пылинку с рукава.

— Даже несмотря на то, что мой отец стоит за всем этим.

Я чуть не рухнула со стула.

Он только что?..

Не думаю, что выдавать подобные заявления, пусть даже ненамеренно, было хорошей идеей, особенно учитывая текущие обстоятельства. Я бросила взгляд на Клоуфелла, который смотрел по сторонам, чтобы удостовериться, что никто не подслушивает. К счастью, подслушивающих не было, по крайней мере, поблизости.

— Ох, да ладно! — усмехнулся Альфред. — Любой, у кого есть мозги, понимает, что это мой отец стоит за всем этим. Я прав? — Для того, кто обвиняет собственного отца в заговоре против наследника престола, Альфред говорил невероятно беззаботно.

— Поверьте, — продолжил он, — я пытался отговорить отца, и не один раз. Но не имело значения, что я говорил, он всегда отвечал: «Это во имя королевства»!

Альфред сжевал ещё пару виноградин. Мы же просто молча смотрели на него.

— Я думаю, он действительно верит, что действует во благо королевства, а не ради себя. Но, знаете, я не одобряю его действий.

Амелия внезапно встала и собралась уходить. Альфред неожиданно вскочил и схватил её за руку.

— Амелия, пожалуйста!

Он сжимал её руку так, будто от этого зависела его жизнь.

— Я пришёл сюда этим утром, чтобы попросить тебя об одолжении. Об одном единственном одолжении. Я думаю, было бы лучше, если бы дядя Фил и мой отец решили свои разногласия путём мирных переговоров.

Амелия не ответила, лишь неловко моргала.

— Поможешь ли ты мне заставить их сесть и поговорить друг с другом? Я думаю, если дядя объяснит свою позицию, мой отец непременно поймёт!

Альфред пристально смотрел в глаза Амелии, пока говорил. Не поймите меня неправильно, но он выглядел чертовски искренним. Конечно, такие люди могут хорошо разыграть представление, если это даст им то, чего они хотят. Мне было интересно, думала ли Амелия о том же?

Её губы были плотно сжаты, пока она размышляла. Наконец, к моему удивлению, она согласилась:

— Хорошо. Я попытаюсь убедить отца встретиться с дядей.

— Чудесно! — воскликнул Альфред, как будто с его плеч только что свалилась целая гора. — Спасибо тебе, Амелия!

Он мигом обогнул столик и крепко обнял её.

— Ты поговоришь со своим отцом, а я — со своим. Да здравствует дипломатия! — С этими словами Альфред развернулся и рванул к центральному дворцу.

Амелия, Клоуфелл и я неподвижно сидели на своих стульях и провожали его взглядом. Мы потрясённо переглянулись. Было совершенно непонятно, размотался ли клубок проблем, или всё запуталось ещё сильнее.

Я решила нарушить тишину.

— Итак? Что ты думаешь о его истории, Амелия?

Она задумалась на мгновение.

— Ну, он несколько озадачил меня, — Она быстро покачала головой, а затем посмотрела на меня и неуверенно улыбнулась. — В любом случае, ставки повышаются. Но, знаете, — добавила она, всё с той же странной улыбкой, — мне ужасно не нравится то, что я не могу доверять даже членам собственной семьи.

Возможно, мне просто показалось, но в тот момент за маской напускного оптимизма я почувствовала великую печаль в Амелии. В этой девочке было гораздо больше, чем было видно глазу.

***

— Устала.

Вернувшись в свою комнату, я рухнула на мягкую, словно пух, кровать. Вздохнув, я закуталась в одеяло и с наслаждением заметила, как же хорошо оказаться в постели и расслабить уставшие ножки.

Гаурри нахмурился.

— Лина, — предупредил он, — тебе лучше не засыпать.

— Я просто проверяю товар, приятель. Расслабься.

Я зевнула и потянулась. Затем привела себя в сидячее положение и попыталась разбудить мозг. Обычно, чтобы проснуться, я хлопаю себя по щекам. К сожалению, этот метод имеет тенденцию беспокоить окружающих, но Гаурри уже привык к сему действу. Он просто стоял, прислонившись к прикроватному столику, пока я не закончила.

Нам с Гаурри нужно было провести серьёзный мозговой штурм, чтобы продумать план дальнейших действий. Однако в тот момент я могла думать лишь о том, чтобы залезть в тёплую ванну, поглощая шикарный ужин, а потом завалиться спать и ни в коем случае не вставать денька эдак два. Но Гаурри был прав — спать совершенно некогда. У нас были неотложные дела.

— Знаешь, — осторожно произнёс Гаурри, — ты будто не в своей тарелке в последнее время.

Я зевнула.

— Ну да. Вся эта напыщенность выбивает меня из колеи.

Гаурри кивнул в ответ на мои слова.

— Ещё бы. Ты ведь всегда действовала по-своему, невзирая на мнение окружающих, — пробормотал он.

—Тебя это волнует? — не сдержавшись, выпалила я, чувствуя лёгкое головокружение.

— Раз уж ты спросила… — ответил Гаурри. — Да. Меня это очень волнует.

Я нахмурилась.

— Так почему же ты не поднял этот вопрос раньше?

Но Гаурри не ответил. Он лишь молча смотрел на противоположную стену комнаты.

— Если ты не заметил, — сказала я многозначительно, — мы в Королевском Дворце. Здесь все принадлежат к знати, что неслабо так связывает нам руки, и мы должны работать с учётом этого. Здесь совершенно иной мир. Это там, за стенами ты можешь сразиться с противником лицом к лицу и победить его раз и навсегда, — Мне не хотелось быть грубой с ним, но я должна была твёрдо стоять на своём. — Мы обязаны действовать тонко, Гаурри. Если я немного не в своей тарелке, это лишь потому, что работаю по новым правилам.

Гаурри пожал плечами.

— Вроде ничего особенного, а столько проблем.

Я вскочила с кровати.

— Не думай ты об этом, — сказала я ему. — А теперь вернёмся к делу. Есть ли у тебя какая-нибудь новая информация?

Гаурри хмуро покачал головой.

— Не-а.

— Прям совсем? — спросила я. — Никаких слухов или сплетен?

— Ничегошеньки.

Я вздохнула.

— Ну... я, вроде как, стала свидетелем чего-то интересного.

Я вкратце поведала Гаурри, что произошло этим утром. Рассказала, что встретила Альфреда и тот признал преступления отца, а, кроме того, ещё и предложил Амелии вариант решения конфликта братьев-наследников.

— И каковы твои ощущения? — спросила я Гаурри, закончив повествование.

— Ощущения?

— Ну, знаешь… Как, по-твоему, это ловушка или всё же искренний поступок?

Гаурри усмехнулся.

— Конечно, ловушка! — ответил он. — Это не может не быть ловушкой!

Ладно, может быть, я заслужила это, но этот вопрос стоило задать.

— Ловушка это или нет, я считаю, что мы должны согласиться с любым предложением Альфреда, что бы он ни придумал. Это может повернуть дело в нашу пользу. Ну а вдруг? Как знать?

Гаурри поднял бровь.

— Значит, за недостатком лучших идей, ты просто хочешь позволить Альфреду контролировать ход событий, надеяться, что Фила не убьют, и молиться, что всё само собой разрешится?

Когда он это произнёс, идея прозвучала очень сомнительно. Стоит признать, Гаурри меня подловил. Но не обязательно было это делать таким, кхм… нехорошим образом.

***

Следующее утро казалось похожим на любое другое обычное утро во дворце. На первый взгляд всё выглядело абсолютно нормально: стража бдит, а королевские служащие суетятся, словно муравьи. Ну просто идеальный день в идеальном замке. Однако стоит копнуть чуть глубже, как сразу становится ясно, что со вчерашнего дня произошло множество изменений.

— Интересно, что там со встречей? — рискнула я спросить Гаурри за обедом, сидя в маленькой столовой. Мы были одни, если не считать официанта, который казался таким нервным, что я даже удивилась, как он не умер от шока, пока подавал нам тушёного кальмара.

— Какой встречей? — спросил Гаурри, опустошив кружку, а затем смачно рыгнув.

Я на мгновение была так ошарашена, что уронила ложку в рагу.

«Какой встречей?» Как этот парень штаны-то по утрам надевать не забывает?!

— Ты идиот! — пробубнила я, стараясь не повышать голос, чтобы официант не смог меня услышать. Он из последних сил справлялся с нашими заказами. Для него наступили трудные времена. — Ты что, прошлой ночью заткнул уши своими сосискообразными пальцами?! Ну встреча... ты знаешь, кого и с кем.

Гаурри на секунду задумался.

— Ах, это, — он вернулся к своему рагу. — Сразу бы сказала. Ты могла говорить о какой угодно встрече, Лина.

Он ведь шутит, да?

— О какой ещё встрече я могла говорить? Подумай, Гаурри! — разочарованно вздохнула я. — Я не знаю, когда именно они должны встретиться, но сейчас-то хоть какая-нибудь информация должна до нас дойти, не думаешь?

Я сосредоточилась на мясе. Ложка, которую я уронила в тарелку, полностью утонула и скрылась из виду.

— Превосходно, — проворчала я. Я попыталась выудить её вилкой, но внезапно проткнула что-то под поверхностью рагу… А затем из тарелки вырвался кровавый фонтан. Ну, может, не фонтан, но в любом случае… Моё тушёное мясо начало буквально истекать кровью! И это вовсе не шутка.

В полнейшем шоке, я машинально отшатнулась, Гаурри в свою очередь вскочил со стула с выпученными глазами. После чего мы в унисон закричали.

Ну, я могу многого не знать. Но я твёрдо уверена, что, если из вашего обеда толчками бьёт кровь, с ним определённо что-то не так.

Десятки длинных щупалец с пурпурными и коричневыми прожилками выскочили из тарелки. Мы с Гаурри пригнулись, тем самым избежав удара. Мы были слишком растеряны, чтобы предпринять что-либо ещё.

— Л-л-лина! — прокричал Гаурри. — Если это розыгрыш, то он не очень смешной!

— Ты видишь, чтобы я смеялась?! — крикнула я в ответ. — К тому же ты ведь знаешь, что я не заказываю настолько непрожаренное мясо!

Щупальца, к сожалению, всё удлинялись и удлинялись — теперь они могли бы разрушить банкетный стол. Жареный цыплёнок сделал ситуацию ещё более жуткой, внезапно разделившись на две половинки. Я увидела, как его внутренности обнажились, и из них показалась пара извивающихся конечностей. Гаурри, кажется увидел то же самое, значит, это не галлюцинация из-за недосыпа.

Клянусь, если бы я до этого откусила хоть кусочек от данного цыпленка, я бы поймала повара и лично зажарила бы его на вертеле до хрустящей корочки. Если и существует что-то, что я ненавижу больше, чем отвратительную еду и ужасное обслуживание, так это повара, которые пихают кошмарных монстров в мой заказ.

Какое-то мясное существо с щупальцами показалось из моей тарелки и плюхнулось на стол. Я не могу описать его тело лучше, чем «большой шар со множеством узловатых щупалец, которые выглядели, как лоснящиеся скользкие древесные корни». А из моего цыплёнка вылезло что-то, напоминающее деформированного гуманоида, обмотанного морской растительностью, буду звать его Человеком-водорослем.

— Я-я клянусь, я не заказывал такого! — заикаясь, произнёс Гаурри.

— Охотно верю! — крикнула я. — А теперь… БЕЖИМ!

В любой непонятной ситуации — ноги в руки и бежать. Это была единственная мысль, которая пришла мне на ум. Я бросилась к ближайшей двери и распахнула её, но замерла на месте, увидев, что за ней. Гаурри врезался мне в спину и чуть не сбил с ног.

Комната по другую сторону двери выглядела до боли знакомой. Я увидела банкетный стол, уставленный экзотической едой, но джунгли из извивающихся щупалец и водорослевый монстр делали её довольно неаппетитной. Точные копии меня и Гаурри стояли прямо перед нами с выпученными глазами и пялились, как идиоты.

Заклинание отзеркаливания.

— Гаурри! — провозгласила я. — Ты понимаешь, что это значит?

— Что?!

Я помахала своему отражению, затем молча улыбнулась, когда оно помахало и так же молча улыбнулось в ответ.

— Круто, — пробормотали мы.

Извините — не удержалась.

— Прекрати! — отрывисто произнёс Гаурри, захлопывая дверь. Он настойчиво взглянул на меня. — Что это была за чертовщина?

— Заклинание отзеркаливания, — ответила я. — Такое не каждый день увидишь.

— Что за чародей мог сотворить подобное?!

Я покачала головой:

— Понятия не имею. Однако мы определённо пойманы кем-то, кто может такое сотворить. Не думаю, что у нас есть выбор, — Я улыбнулась. — Ты готов сражаться с этими ползучими тварями?

Гаурри сделал глубокий, уверенный вдох и кивнул. Я начала творить заклинание, а он достал меч и двинулся к пришедшему в движение существу с щупальцами. Он сделал несколько быстрых широких взмахов своим клинком, прорубаясь через конечности «шара», а затем рванулся к его телу.

Хлюп!

Меч Гаурри с чавкающим звуком погрузился глубоко внутрь злобного мясного шара. К сожалению, тварь не сдохла. И определённо взбесилась ещё сильнее.

— Что... за чёрт? — пролепетал Гаурри.

— Продолжай! — крикнула я.

Гаурри продолжил рубить существо.

— Тебе там легко говорить! — бросил он в ответ. Он, кажется, немного паниковал, и я, полагаю, чувствовала бы себя также, если бы все эти щупальца пытались опутать меня. Я заметила, как несколько щупалец ринулись к ногам Гаурри, в то время как другие поднялись выше, извергнув сгустки чего-то похожего на чёрный ил.

— Берегись! — завопила я, но Гаурри был во всеоружии. Он разрубил этих скользких дьяволят прежде, чем они смогли доставить проблем.

Чёрные капли забрызгали стены и пол. Я не имела понятия, насколько они опасны при попадании на человеческую кожу, но даже моё любопытство чародейки не смогло бы заставить меня выяснить этого. Обычно меня интересуют яды и смертельно опасные зелья, но не тогда, когда я в шаге от того, чтобы быть убитой ими.

Только я хотела окликнуть Гаурри, как плоский, извивающийся монстр, показавшийся из супницы, присоединился к банкету.

Хорошего понемножку! Я не собираюсь торчать тут весь день!

— Гаурри! — крикнула я. — Используй Меч Света!

Гаурри убрал своё оружие в ножны.

— Понял! — ответил он, выуживая иглу из кармана. Он повозился ею в рукоятке, чтобы отсоединить клинок, поднял пустой эфес и взял его двуручным хватом. — Да будет свет!

Возник луч искрящегося белого света и принял форму клинка.

Однажды, детка... ты будешь моим! Это я мечу, если что!

В случае, если вы всю жизнь прожили в пещере далеко-далеко от внешнего мира, я объясню. Гаурри обладал единственным в своём роде Мечом Света. Фокусируя энергию и духовные силы своего владельца, Меч мог разрубить демона, словно мачете спелый банан.

Когда шар почувствовал присутствие Меча, его щупальца явно задрожали от страха, прежде чем яростно выбросили ещё больше тёмных сгустков в Гаурри. Благодаря молниеносным рефлексам, он уклонился от грязевых снарядов, проскочил между щупальцами и погрузил клинок прямо в Человека-водоросля.

Я не была удивлена, увидев, как существо высохло, и его тело превратилось в песок. С глухим шорохом водорослевый монстр рухнул на пол бесформенной массой и немедленно начал испаряться.

Чтобы у вас не возникло впечатления, что я была просто наблюдателем — ну, знаете, как какая-нибудь принцесска, просто ожидающая спасения, — позвольте мне рассказать о моих изумительных магических подвигах. Гаурри одной атакой прорубился через щупальца и покончил с Человеком-водорослем, так что я решила сосредоточить внимание на скатоподобной твари, выползшей на обеденный стол.

— Копьё Эльмекии! — Моё заклинание прожгло отвратительную дыру в её спине. Всё оказалось именно так, как я и подозревала: атаковавшие нас, очевидно, были из астрального плана — места, где физической формы попросту не существует. Заклинание, которое я использовала, наносит урон сущности противника, совершенно не влияя на его тело. Другими словами, прожжённая дыра доказывала, что монстр имел духовную, а не физическую природу. А это уже гораздо серьёзнее, да?

В любом случае, важным было то, что Скат уснул навеки. Как и Человек-водоросль, он распался на части и осыпался на пол. Но я ещё не закончила. Я всё ещё была в ярости от того, что мой обед пошёл прахом из-за какой-то ерунды, так что вытащила меч и разбила преступную супницу. Рагу обратилось в зловонную бурлящую жижу, остывающую и становящуюся похожей на зеленоватую смолу.

Эм... фу.

Я также разрубила злосчастного цыплёнка. Просто, чтобы убедиться, что в нём не спрятано больше никаких сюрпризов.

Окей, разрушение посуды мечом, возможно, не такой уж храбрый поступок, но я всё же почувствовала себя чертовски хорошо.

Было не похоже, что кухонная утварь или цыплёнок были астральной природы или несли какую-либо угрозу, так что я повернулась к Гаурри, который всё ещё возился с гигантским шаром и его плюющимися щупальцами.

— Что ты делаешь?! — крикнула я.

— Проигрываю! — воскликнул Гаурри. — Этот гадёныш отказывается умирать!

Пфф. Живой шар-переросток не чета Лине Инверс! Я начала быстро творить заклинание. И Чёрная Магия, и астральные заклинания могли нанести урон непосредственно духу атакующего, но от заклинаний будет мало проку, если они недостаточно мощны сами по себе. Я собралась и понадеялась на лучшее.

Шар отскочил от светового клинка Гаурри, ударившего по его щупальцам, и дал ещё один залп чёрной жижи прямо по мне.

Я едва смогла увернуться от липкой массы, упав на пол, повалив стол и притянув его к себе, чтобы использовать как щит.

Так он хочет сражаться грязно, да? В эту игру можно играть и вдвоём!

— Тёмный Коготь! — прокричала я.

Я выскочила из-за стола, изогнулась всем телом и запустила заклинание в кучу-малу, которая окружала Гаурри. Бесформенный магический заряд пронёсся навстречу шарообразному монстру, но эта мелкая тварь просто упрыгала в сторону. К несчастью, это оставило Гаурри на пути моего заклинания.

— Эй! — выкрикнул он, едва сумев отбить снаряд Мечом Света. Я не знаю, было ли это удачей или примером его бесподобного владения мечом, но Гаурри отбил заклинание прямо в монстра. Этот толстый гадёныш и его бесящие щупальца рассыпались в прах прежде, чем он понял, что ударило его.

Мы с Гаурри переглянулись, пытаясь перевести дух. Наша битва с обедом, наконец, закончилась.

— Фух! — Я смахнула пот со лба и улыбнулась. — Никто не выдержит нашей совместной атаки, да, Гаурри? — Я подняла два пальца в знаке победы.

— Что за совместная атака? — задыхаясь, произнёс Гаурри. На его лице было смятение. — Ты что пыталась сделать? Заживо меня поджарить?!

— Ну-ну, — проворковала я. — Мы победили, а победителей, как известно, не судят.

Гаурри, видимо, слишком устал, чтобы возражать. Он просто рухнул на стул и продолжил ворчать.

— Сколько я не размышлял над тем, кто же станет моим самым опасным противником, — пробормотал он, — не думал, что это будет мутировавший кусок мяса, отрастивший щупальца.

Я подняла стул с пола и села рядом с Гаурри.

— По крайней мере, теперь мы можем расслабиться, — сказала я ему. — И я думаю, что с обедом мы разобрались.

Спустя примерно минуту через дверь на кухню вошёл официант.

— Извините, — сказал он, с тревогой оглядев нас. — Всё в порядке?

Мы с Гаурри внезапно заметили, что комната вернулась в первоначальное состояние. Банкетный стол был идеально сервирован супницей с рагу, тарелкой с жареным цыплёнком и дорогим столовым серебром — всё строго на своих местах.

Лишь одна деталь отличалась: моя мантия. Различные заклинания, что я использовала в течение схватки, не пощадили её, изорвав и опалив.

Блин! А я ведь только купила её!

— Всё ли в порядке?! — возмущённо спросил Гаурри.

— Гаурри, — прервала его я, затем покачала головой, давая понять, что ему следует помолчать. Я наклонилась к нему поближе и прошептала: — Он, очевидно, понятия не имеет, что только что произошло. Будто время вокруг остановилось в течение нашей схватки с едой.

Официант всё ещё растерянно стоял в дверном проёме, застыв как истукан. Гаурри подтвердил свои экстраординарные способности к пониманию, так как секундой позже он повернулся к официанту и важно покачал головой.

— Если Вы не против, — пробормотал он, — мы бы хотели пропустить мясные блюда.

Я разинула рот и, шокированная, повернулась к нему.

— Ты рехнулся?! — завопила я. — Нужно что-то пострашнее, чтобы я отказалась от тушёного кальмара!

***

— Не могу поверить, что это произошло, — прохныкал Альфред, сползая в большое кресло.

Амелия, Фил, Альфред, Гаурри и я собрались в гостевом домике, примыкавшем к центральному дворцу. Комната была размером с амбар, но по меркам Сейруна была довольно скромной, и, так как стража стояла прямо за дверью, мы чувствовали себя в достаточной безопасности для тайной встречи.

— Я узнал об атаке на госпожу Лину и господина Гаурри только после полудня, — мрачно сказал Альфред. Он провёл дрожащими пальцами по своим безупречным волосам. — Какое ужасное испытание.

Наша драка с рагу или то, что Господин Слюнтяй услышал жуткое сообщение?

— Ммм, — пробормотал Фил, нахмурившись и скрестив руки. — О чём, чёрт побери, Крис думает?!

— Я не думаю, что мой отец стоит за этим, дядя, — Альфред покачал головой. — Я не могу представить его в качестве виновника.

— Молодой человек, — сказал Фил, — защищая сейчас своего отца, ты лишь усложняешь нам расследование.

Альфред сложил ладони.

— Пожалуйста, поверьте! — взмолился он. — Я знаю, это прозвучит неправдоподобно, но мой отец был шокирован, когда я рассказал ему об этом нападении. Я уверен, он ничего об этом не знал!

— Конечно же, он не знал, — пробормотала я про себя. Я не думала, что кто-нибудь услышит меня, однако Фил оживился и повернулся ко мне.

— И что же ты хочешь этим сказать? — спросил он.

Я вздохнула и села.

— Ну, — начала объяснять я, — дело в том, что Крис бы ничего не выиграл, атакуя Гаурри и меня. А эта попытка устранить нас навлекла на него ещё больше подозрений, верно?

Остальные кивнули, соглашаясь, хотя и несколько неохотно. Мы всё ещё не приблизились к ответу.

— Итак, если это был не Крис, — поинтересовалась я вслух, — то кто же? Альфред внезапно вскочил на ноги, щёлкнув пальцами.

— Это Канзель своевольничает!

Прямо с языка снял!

— После того, как я рассказал отцу о произошедшем, — произнёс он, — он посмотрел на меня так, будто увидел призрака. Затем он тут же отправил одного из своих слуг за Канзелем. Это было первое, что он сделал, — Он кивнул себе. — Скорее всего, это Канзель стоит за всем этим.

Затем Альфред во внезапном приступе детской истерики разозлился и топнул ногой.

— Проклятье! — заныл он. — Я должен был с самого начала понять, что он плохой!

Альфред саданул обоими кулаками по столу и закрыл руками лицо, дополнительно показав, что его злость совершенно ребяческая.

— Как бы то ни было, этот парень, Канзель, кто он? — Это пришла очередь Амелии вступить в разговор. — Я имею в виду, откуда он и чего хочет?

— Понятия не имею, — простонал Альфред. — Однажды утром Канзель пришёл во дворец в компании отца и уже к обеду стал его советником. Я пытался расспросить о нём, но всё, что отец пожелал рассказать мне — это то, что Канзель был его старым знакомым и что большего он не знает.

— Меня не интересует его биография, — произнёс Фил. — Я просто хочу, чтобы он убрался с Королевского Двора. Это понятно?

Теперь Амелия, Гаурри и я заговорили одновременно, перебивая друг друга.

— Что Вы имеете в виду? — нетерпеливо спросил Альфред, перекрикивая нас. Это было последнее, что я услышала, прежде чем в комнате повисла зловещая тишина. Я более не ощущала присутствия стражников снаружи.

Вместо этого я ощутила острую жажду крови, которая теперь скрывалась прямо за дверью.

— Ассасины, — прошептала я и бросила быстрый взгляд на Гаурри. Он сжал рукоять своего меча и кивнул, давая понять, что готов встретить гостей.

Я обернулась к двери и попыталась сосредоточиться на противнике. Я почувствовала нескольких снаружи, и все они были смертельно опасны. Если они прикончили пятерых телохранителей Фила, не дав им и пикнуть, то вечер явно перестаёт быть томным.

Конечно, было бы логичнее, если бы среди врагов был Зуума. Этот парень мог убить рядового стражника, даже не вставая с постели. После пламенной бомбардировки мой мозг выдал идею. Мы могли бы протрубить тревогу, чтобы нас услышали стражники в центральном дворце. Это увеличило бы число наших союзников и дало бы больше шансов на выживание… но тогда я вспомнила, что все находящиеся поблизости стражники были мертвы, а наша комната была оборудована звукоизоляцией для секретных совещаний.

Но, видимо, совещания были совсем не секретными.

В этой комнате не было даже окон, а присутствующая вентиляционная шахта была слишком мала, чтобы сбежать через неё. Получается, только дверь соединяла комнату с внешним миром.

Но дверью пользоваться отчего-то не хотелось. Вероятно потому, что снаружи нас ждала засада. Поэтому у нас не было выбора, кроме как остаться на месте и сразиться.

— Мы либо примем бой, — подумал Гаурри вслух, — либо найдём способ пробиться.

Пробиться? Конечно же!

— Гаурри! — Я схватила его за рукав. — Давай поставим стол напротив двери и забаррикадируемся!

Мой гениальный ум родил столь же гениальный план.

— Забаррикадируемся? — Гаурри удивлённо посмотрел на меня. — Но тогда мы окажемся заперты здесь!

— Доверься мне, — сказала я. — Это даст нам время. А теперь — приступай!

Он был не настолько глуп, чтобы задавать лишние вопросы, так что просто схватил стол и подтащил его к двери. Я повернулась к Амелии и, указав на стену, противоположную входу, спросила:

— За этой стеной внутренний двор?

Амелия кивнула, глубоко вздохнув и оставшись поразительно спокойной. Она, несомненно, брала в этом пример со своего отца. Фил имел свойство оставаться чрезвычайно уравновешенным, что бы с ним не происходило. Я несколько раз постучала по стене пальцами, чтобы проверить её толщину.

Наконец, я отступила назад.

— Отлично! — провозгласила я. — Все назад, сейчас я разнесу её на куски!

Я услышала, как Альфред по-девчачьи взвизгнул, а остальные отбежали назад, когда я начала читать заклинание.

Я закончила и положила обе руки на стену.

— Взрывная волна! — выкрикнула я, и вся сила моей магии вырвалась на свободу.

БА-БАХ!

Большой кусок стены взорвался, выбросив обломки размером с тыкву во внутренний двор и создав достаточно большую дыру, чтобы мы могли через неё пролезть.

— Сюда! — позвала я остальных.

Пытаясь не задохнуться от пыли, которую поднял взрыв, я пролезла через дыру и оказалась на усыпанной обломками земле. Я почувствовала противника прямо над собой. Его жажда крови пылала, как у разъярённого дракона.

— Чёрт! — прорычала я и инстинктивно отпрыгнула в сторону. И не зря — долей секунды позже что-то металлическое просвистело в воздухе и вонзилось глубоко в землю там, где я была буквально только что.

Тёмная фигура, стоявшая на крыше, метнула кинжал длиной примерно с распрямленную кисть и прыгнула прямо на Гаурри.

— Сейчас получишь! — выкрикнул Гаурри и взмахнул своим мечом так быстро, что мог бы снести пару голов, если бы их нерадивые хозяева оказались на пути его атаки. К сожалению, меч Гаурри рассек лишь воздух. Ассасин остановился в полёте, чем чертовски озадачил Гаурри. Затем, сделав ставку на короткое замешательство своего противника, попытался обхватить ногами его шею.

Хорошая попытка!

— Сияющая Стрела! — произнесла я так быстро, как только могла, запустив дюжину стрел во врага. Некоторые из них добились прямого попадания, заставив ассасина замертво грохнуться на землю.

Ах... Как же хорошо быть мной!

Пока я разбиралась с нашим левитирующим другом, Фил, Амелия и Альфред выбрались во двор. Толпа стражников бросилась к нам. Если их внимание привлёк не взрыв, то моё световое шоу точно их зацепило.

БУУМ!

Взрыв внутри комнаты разнёс дверь и отбросил дубовый стол с дороги. Как только два силуэта возникли в разрушенном дверном проёме, четыре серебристых клинка полетели прямо в Фила.

— Берегись!

Как только я выкрикнула это, Амелия ловко взмахнула своей мантией. Возникла вспышка белого света, и три кинжала со звоном упали на землю. Четвёртый кинжал Фил поймал голой рукой, а затем без всяких церемоний отбросил его.

— ВОТ ДЕРЬМО! — воскликнули ассасины в унисон.

Они были так же шокированы, как Гаурри и я. Одно дело избежать атаки убийцы, но совершенно другое — встретить его лицом к лицу. Впечатляющее представление, продемонстрированное дуэтом отца и дочери. И было похоже, что оно ещё не закончилось.

— Глупцы! — прорычала Амелия, в ярости указывая пальцем на ассасинов. — Вы отвернулись от небесной истины, запятнав свои руки кровью! Теперь вы узрели, как ваши инструменты разрушения пали пред моей Справедливостью!

— Пали пред твоей Справедливостью?

Амелия определённо мечтала об этом героическом моменте всю свою жизнь. Её речь была пылкой, а воля непреклонной. Однако она немного переигрывала. Слишком много пафоса на мой взгляд.

Но в этот удивительный момент эпической славы она начала возвышаться, парить над землёй. Нет, она действительно начала левитировать. Затем я заметила, что — вернее сказать, кто — держал её. Фил схватил её за шкирку и приподнял, как котёнка.

— Отойди, Амелия, — прогудел он. — Здесь не место для маленькой девочки.

Затем Фил кинул её по направлению к нам. Амелия грациозно приземлилась, не потеряв ни капли своего бесстрашия и достоинства.

— Будь хорошей маленькой принцессой и последуй совету папочки! — провизжал один из ассасинов. Он сорвался с места и бросился прямо к Филу, который расправил плечи и был уже готов встретить врага.

В свою очередь, Гаурри и я шли следом за Филом, чтобы в случае чего подсобить.

— Глууууупцыыы! — властно прорычал Фил и врезал ассасину своим плотно сжатым кулаком.

БУХ!

Беднягу отбросило к стене. Он с хрустом врезался в неё, а затем медленно сполз на пол.

— Я не знаю, почему вы поддержали этот заговор! — пророкотал Фил, сделав шаг к нападавшему.

Затем он разразился длинной пафосной речью, которая, по сути, была неплохой. Но это если не учитывать тот факт, что парень был уже мёртв. Я могу ошибаться, но, насколько мне известно, под таким углом шея гнуться не может.

— Разве у тебя нет семьи?! — обратился Фил к телу. — Открой глаза!

Эм... Боюсь тебя огорчить, но этого не случится, Фил.

— Такое самоунижение не принесёт вашим семьям ничего, кроме горя и стыда! Я не сторонник бессмысленного насилия, — Он указал пальцем на остальных ассасинов. — Если вы заглянете в свои сердца, подумаете над своим поступком и покинете это место немедленно, я клянусь не держать на вас зла!

В этот момент остальные ассасины подбежали, чтобы проверить состояние своего мёртвого напарника. Один из них проверил пульс, остальные пошептались между собой и все вместе взглянули на Фила...

Затем они пустились наутёк. Мне показалось, что один из них оглянулся, но это, вероятно, была просто игра света.

— Значит, никаких обид, — Фил тяжело вздохнул, покачав головой в манере настоящего изнурённого воина. — Я лишь надеюсь, что вы все увидите ошибки своего жизненного пути и избавите тех, кого вы любите, от дальнейших страданий.

Позади зазвучал топот солдатских сапог, приближавшийся к нам.

«Вовремя», — подумала я, убирая, наконец, ладонь с рукояти меча. Я не винила Фила в том, что он хотел всё время держать меня и Гаурри при себе — его собственная стража определенно была бесполезна. Совсем.

Гаурри осторожно ткнул мёртвого ассасина ногой.

— Народ, — прокомментировал он с тихим присвистом. — Кажется, мы в очередной раз, пусть и с трудом, но выпутались. Теперь мы в безопасности.

Первое правило главных героев: никогда, никогда так не говорить.

Чувство опасности прошило меня так быстро, что я еле на ногах устояла. Всё, что я смогла сделать, — это завизжать:

— ЛОЖИСЬ!

Только мы коснулись земли, как мощный взрыв разнёс комнату.

БА-БАХ!

Я закрыла голову руками, чтобы защититься от мелких кусков камня, полетевших в мою сторону. Через несколько секунд тишины после взрыва, я услышала, как куски чего-то мягкого и влажного плюхаются на то немногое, что осталось от комнаты.

Куски?

Знаете, мне потребовалось довольно много времени, чтобы сообразить, что могло плюхаться после взрыва. Сглотнув, чтобы убедиться, что содержимое желудка точно останется там, я осторожно подняла голову и искоса глянула в сторону комнаты.

Мёртвого ассасина порвало на те самые куски. Обуглившаяся плоть, море крови и то, что, вероятно, было кусочками органов, — всё это было разбросано по руинам комнаты. Это было в крайней степени отвратительно. Думаю, вы бы не захотели ни видеть, ни нюхать такое.

— Что случилось?! — яростно прокричал стражник.

— Вы в порядке, Ваше Высочество? — донёсся голос другого.

Стражники ринулись со всех углов двора, гремя своими копьями и мечами. Они, вероятно, думали, что это как-то изменит ситуацию.

Спасибо, что заглянули после вечеринки, ребята.

Я медленно поднялась на ноги, радуясь, что мы все остались в живых, отделавшись лишь порезами, ушибами да лёгким испугом. Стражники подбежали к Филу и попытались проверить, не ранен ли он, но тот отмахнулся от них.

— Хмм... — пробормотал он, тяжело глядя на разруху вокруг себя. Он покачал головой. — За всю мою жизнь, — сказал он, наконец, — никто не был так тронут моими словами и так опечален своими злодеяниями, чтобы взорваться от невыносимого стыда, — Он опустил глаза, выглядя глубоко опечаленным.

Ага, я даже не собираюсь прикасаться к этому.

Однако, бессмысленное бормотание Фила заставило меня задуматься. Почему остальные ассасины решили проверить пульс мёртвого парня? Позвольте сказать вам... когда у человека свёрнута шея и переломана половина костей, вам не нужно проверять пульс, чтобы понять, жив он или мёртв. Это то, что называется понять с первого взгляда.

Я подозревала, что всё это беспокойство о товарище было просто представлением. Они, должно быть, сделали это для того, чтобы заложить взрывное устройство на мертвеце, одновременно играя на нашей гуманности и надеясь, что мы проверим его, когда они уйдут, — что, конечно же, отправило бы нас вслед за бедолагой.

— Ваше Высочество! — окликнул Фила один из стражников. — Что произошло?!

— Мы были атакованы хулиганами, — ответил Фил, пожимая плечами. — Не беспокойтесь. Теперь мы в безопасности.

— Хулиганы, говорите?! — Мужчины гневно фыркнули. Инцидент определённо взвинтил их — они беспокойно топтались вокруг, ожидая приказов.

Затем их капитан — тот же парень, с которым мы встретились в день прибытия во дворец, — начал выкрикивать приказы:

— Взвод один и взвод два, остаться здесь! Взвод три, обыскать здание! Взвод четыре, обыскать окружающую территорию! Если найдете кого-нибудь из этих хулиганов, схватить и привести живьём! Вы, свяжитесь с центральным дворцом… — Он продолжал в том же духе ещё некоторое время, но я была слишком потрясена произошедшим, чтобы наблюдать за всем этим.

Они могли сколько угодно прочёсывать территорию, только толку от этого не будет никакого. Я была уверена, что ассасины уже давно ушли.

— Знаешь, Гаурри, — пробормотала я, наблюдая за мельтешением стражников, — меня кое-что беспокоит. Мне показалось, или Зуума действительно не явился, чтобы поучаствовать в атаке?

Гаурри кивнул. Видимо, он думал о том же. К сожалению, пронзительный крик разорвал воздух и вытеснил из головы все мысли.

— Почему?! — Это был Альфред. У этого ребёнка опять истерика. Он уже начинал действовать мне на нервы. Судя по его затравленному взгляду и безумному блеску в глазах, я думаю, Альфред был в шаге от нервного срыва. Однако я попыталась выслушать его.

— А-а-атака сегодня! — заикаясь, произнёс он. — Могло ли это быть сделано для...?

— Для чего? — спросил Фил резко.

Альфред не ответил — он просто стоял, мелко дрожа. Его пальцы дёргались, а глаза метались между нами. Затем он внезапно закричал:

— Отец! Я должен проверить отца! — И с этими словами он бросился к центральному дворцу, споткнувшись по пути о несколько живых изгородей и шлем стражника.

Фил наблюдал, как он исчезает во тьме. Принц бросил на меня взгляд.

— Что это сейчас было?

Я начала отвечать, но затем резко прервалась. Здесь, на открытом месте, был слишком велик риск быть подслушанными.

— Мы не можем обсуждать это на улице, — прошептала я Филу, осматривая окрестности на предмет шастающих стражников.

— Действительно, — согласился Фил. Он жестом сказал Гаурри, Амелии и мне проследовать во дворец.

— Сейчас я могу сказать лишь одно, — промолвила я. — Мне кажется, это дело гораздо сложнее, чем мы предполагали.

Фил коротко кивнул.

***

Фил организовал импровизированную встречу в своих покоях. Может быть, это было не лучшее место для совещаний — мы всё ещё были вынуждены говорить полушёпотом, потому что снаружи была стража, — но лучшего, увы, не было. Я определённо предпочитала удобные кресла и мягкое освещение покоев Фила развороченной комнате, усыпанной ошмётками неудачливого ассасина.

Фил глубоко вздохнул.

— Хорошо, — сказал он осторожно. — Давайте начнём сначала. — Он нахмурил свои густые брови. — Ранее Альфред высказал предположение, что это Канзель атаковал вас за обедом. Эта версия ещё рассматривается?

Я скрестила руки.

— Может быть, — ответила я через мгновение. — Это нападение во время обеда не принесло бы Кристоферу никакой выгоды. Такая явная атака заставила бы людей подумать на него. Ведь добрая половина населения дворца уже уверена в сомнительности его методов ведения дел. Так для него всё обернулось бы не лучшим образом, — Я почесала подбородок. — Но... хмм.

— Что-то не так, Лина? — спросил Гаурри.

Я насупилась.

— Минутку. Кто бы ни послал монстров, он, вероятно, рассчитывал, что мы поймём, что эта атака нехарактерна для Кристофера. Далее, если Кристофер выглядел шокированным и вызвал Канзеля в присутствии Альфреда… А затем Альфред побежал к нам и устроил встречу, чтобы обсудить это…

Амелия сжала кулаки.

— Он знал, что этим вечером мы все будем в одном месте. Это был идеальный момент для покушения!

— Именно! — ответила я. — Я не думаю, что атака за обедом предполагала успех. Мне кажется, что это был лишь способ собрать нас всех вместе этим вечером. Кристофер, должно быть, отдал приказ об этой атаке, а затем изобразил ложное удивление, чтобы отделаться от Альфреда.

Фил топнул своей массивной ногой.

— Непростительно! — прорычал он, гораздо громче, чем нужно на секретной встрече. — Такое вероломство нельзя оставить безнаказанным! Подумать только! Собрать нас всех вместе, и без каких-либо сомнений подвергнуть сына опасности! Это зашло слишком далеко!

— Подождите, — сказала я, пытаясь успокоить его. — Это лишь теория, верно? Кристофер может не иметь к этому никакого отношения.

Фил закипел.

— После всего, что он уже сделал?! Я более не намерен ждать неоспоримых доказательств вины этого человека!

— Послушайте, — сказала я так спокойно, как только могла. — То, что Кристофер мог стоять за всем этим, вовсе не значит, что он стоял. Давайте вспомним, почему мы в первую очередь подозревали Канзеля. Во-первых, потому что во время нападений Альфред тоже был в опасности. Ну а во-вторых… не стоит забывать о падающей репутации Кристофера. Так что Канзель мог легко всё это провернуть из-за спины Кристофера. А мысли Альфреда предугадать несложно.

Фил замолчал на мгновение. Я облегчённо вздохнула. По крайней мере, пока он думает, воплей от него не слышно.

— Так скажи мне, — Фил бросил горящий взгляд в мою сторону. — Что ты на самом деле думаешь?

— На самом деле? — повторила я. — Я думаю, что сегодняшний инцидент — дело рук Канзеля, — Я нахмурилась. — Но есть одна нестыковка.

— И какая же?

— Факт того, что сегодняшняя атака провалилась. Нас собрали вместе, выбрали идеальный момент для атаки, но… прислали слабеньких ассасинов, которые в итоге ещё и сбежали. Вам не кажется это странным? А вот Зуума был куда сильнее и настроен был серьёзно, когда пытался…

Амелия открыла рот от удивления.

— П-погоди секунду, — выкрикнула она. — Т-ты только что сказала «Зуума»?

Я моргнула. Глаза Амелии походили на блюдца. Она поднялась со стула.

И почему у меня плохое предчувствие по этому поводу?

— Хм, да, — медленно ответила я. — Он напал на меня накануне ночью.

Она снова открыла от удивления рот.

— Серьёзно?!

— Серьёзно.

— Так, значит, он реален, — пробормотала она. Так, не пугай меня, у меня и так уже мурашки по телу.

— Ты слышала о нём? — осмелился спросить Фил.

Амелия энергично закивала головой.

— Он слывёт одним из самых опасных убийц. Я так рада, что Вы в порядке, госпожа Лина! Если слухи правдивы, Вы, должно быть, — первый человек за всё время, который пережил его нападение!

У меня сердце в пятки ушло. За всё время? Я мысленно повторила, пока всё внутри ходило кругом. Я осознала, что, если бы Гаурри не пришёл на помощь той ночью, я бы закончила просто как ещё одна жертва этого именитого убийцы.

Заметка: поблагодарить Гаурри ещё раз за то, что сломал мою дверь.

Если это и было какое-то утешение, то совсем крошечное.

— По крайней мере, Зуума не участвовал в сегодняшней атаке, — пробормотала я. — Может быть, это что-то значит, может — нет. Из всего, что мы знаем, можно предположить, что Зуума просто не успел подготовиться.

Фил стукнул себя по ноге.

— Хватит, — резко сказал он. — Единственный способ решить всё — это прямой диалог. Я встречусь с Кристофером завтра и положу конец этому безобразию!

Почему-то я сомневалась, что слова могли что-нибудь решить. Но Филу нужно было во что-то верить, так что я промолчала и не стала разрушать его надежд.

***

На утро перед большой встречей Фила и Кристофера во дворце царила атмосфера нервного ожидания.

Альфред, кстати, действительно встретился с отцом и Канзелем вечером после атаки на гостевой домик. И Кристофер, и Канзель отрицали свою причастность, но чего ещё Альфред ожидал? Конечно, мы пытались убить тебя и королевского наследника одной хитрой смертоносной атакой. Да расслабься, возьми печеньку. Так что ли? Пфф.

Эльдоран, хворающий король, жил отрицанием. Было не важно, как сильно привлекали его внимание к проблеме, Эльдоран отказывался верить, что Кристофер мог планировать отобрать у Фила право на наследование трона. Что касалось его, то он представлял своих сыновей любящими и преданными братьями. Может быть, вера Эльдорана в эту чушь была единственной вещью, что поддерживала в нём жизнь. Или это, или беспокойство за будущее престола, которое, должно быть, и приковало его к постели.

Какой бы ни была причина, день этой встречи был ключевым для будущего королевства Эльдорана. Если всё пойдёт не по плану, меня не прельщала идея того, что нам с Гаурри придётся разгребать последствия.

Гаурри, Амелия, Альфред, Канзель и я следовали за Кристофером и Филом, пока те выходили из центрального дворца. Что-то подсказывало мне, что мы встретимся с Зуумой до конца этого дня, и вряд ли это будет дружеский разговор за чашечкой чая. По крайней мере, это был замечательный денек: яркий солнечный свет приветствовал нас, пока мы спускались по ступенькам парадного входа дворца, а парк был усыпан цветами самых изумительных оттенков.

В прямом контрасте с погодой Канзель повернулся ко мне и изобразил самую ледяную улыбку, какую я только видела в своей жизни. Огромным усилием воли я удержала себя от того, чтобы кулаками сбить эту нелепую ухмылку с его маленькой коварной морды.

Пока мы шли, я наклонилась к Гаурри и прошептала:

— По поводу Канзеля…

Гаурри, кажется, заметил улыбку Канзеля. Он кивнул.

— Да?

— Я думаю, он на меня запал.

Гаурри издал короткий, огорчённый смешок.

— А у тебя стальные нервы, раз можешь шутить в такое время.

Я пожала плечами.

— Я могу смеяться в такие дни.

Гаурри наклонился чуточку ближе.

— Ох, Лина, — прошептал он — а что, если этот, ну… как его там… ну тот парень, ассасин, появится опять? — Я заключила, что он имел в виду Зууму.

— Он полностью твой, — ответила я, взмахнув рукой.

Понятия не имею, воспринял ли Гаурри мои слова всерьёз. Он просто выпрямился, кивнул и ответил:

— Понял.

Так как Гаурри вспомнил о злобном ассасине, использующем магию, я начала размышлять, попробует ли Канзель опять провернуть тот трюк с искривлённым пространством.

Расслабься, Лина. Не паникуй. Просто держи ушки на макушке и хвост пистолетом.

Мы дошли до зала встреч, а затем Фил и Кристофер вошли внутрь. Их разговор должен был проходить тет-а-тет. Мы все остались снаружи вместе со стражей и стали ждать.

Пока мы сидели там, я следила за Канзелем так бдительно, как только могла. Если бы он начал творить какое-нибудь заклинание, я хотела попытаться парировать его, но он просто слонялся вокруг и совершенно не пытался убить меня. Утро получилось достаточно спокойным. Прошла примерно половина времени, отведённого на встречу.

Внезапно резкий звук разорвал воздух.

З-з-з-з-з-зинг!

Это трудно объяснить, но словно это пространство само по себе внезапно завизжало.

— Что за чертовщина?! — вскрикнул один из стражников. Внезапно что-то затмило солнце, и всё вокруг погрузилось во мрак.

Я вскочила на ноги. Что теперь? Я размышляла, неистово оглядываясь вокруг.

— Лина! — выкрикнул Гаурри, указывая в небо. — Там! — Он имел в виду массивный черный объект прямо над нами, и он быстро падал.

Я знала, что этот день будет отстойным.

— БЕРЕГИСЬ! — закричала я изо всех сил.

Мы бросились врассыпную, как стая испуганных рыбок. Когда объект достиг земли, он врезался в землю с такой силой, что аж фундамент треснул. Я еле удержалась на ногах, когда гигантский снаряд завизжал.

Гиииииииии!

Вибрирующий воздух звенел в моих ушах, а всё тело содрогалось. Я повернулась, чтобы посмотреть, что за чертовщина могла издавать такой звук. И увидела. Это был самый огромный и страшный «жук», которого я когда-либо видела.

Ладно, второй по огромности.

Когда я говорю, что он был огромным, это значит, что он был огромным. «Жук» был размером с маленького дракона, с чёрным, как эбеновое дерево, панцирем, восемью отвратительными лапками и парой перепончатых крыльев, которые были слишком маленькими для полёта, но всё же достаточно большими, чтобы я могла запрыгнуть на них и прокатиться верхом. Что-то похожее на рубины виднелось по всему телу «жука», и, когда в камнях отражался свет, насекомое блестело, как какой-то гротескный амулет.

Признаю — это был оригинальный способ начать битву.

Стражники абсолютно растерялись. Многие из них в панике попытались оказать какое-то сопротивление гигантскому отвратительному агрессору. Проблема была в том, что их методика была бесполезна — хаотично наносить удары и истошно вопить. Ни то, ни другое не было достаточно эффективным против этого незваного гостя.

Я искренне сомневалась, что стражники смогли бы что-нибудь противопоставить этой твари. Их копья отскакивали от панциря. Фактически, «жук» не обратил особого внимания на стражников. Он повернулся, медленно и небрежно. И заметил того, кого искал.

Меня.

Комментарии