Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 5. Пламя конца жизни

Часть 1

— Госпожа Вилина! Госпожа Вилина! — громко кричала Терезия. Её госпожа часто пропадала, но от этого ситуация лучше не становилась.

Принцессе рассказали об исчезновении Гила. Официально об этом ещё не объявляли, но учитывая огромное количество ищущих его солдат, рано или поздно народ узнает новость. Само собой, поднимется шумиха, и об исчезновении принца узнает уже вся страна.

А если в итоге окажется, что целый и здоровый принц вновь чудит, его положение вновь ухудшится. От мысли, что Вилина вполне могла попытаться предотвратить это и уйти из Апты вслед за Гилом, Терезия побледнела. Тем не менее...

— Госпожа Вилина… — чуть не упала от неожиданности горничная.

Принцесса бесцельно бродила по тренировочной площадке в крепости и заглядывала за каждое дерево, за каждую кучу доспехов, одно за другим осматривала все стойла лошадей. Для любого человека в этом мире было бы очевидно, что она что-то искала.

— Вы же не думаете, что принц найдётся здесь? Мы же не в прятки играем, — несколько язвительно заметила Терезия.

— Не скажи, — лаконично ответила принцесса и повернулась к горничной. — Зная принца, не исключено, что он под землю зарылся. В качестве эксперимента мы можем попробовать покопать прямо под тобой, Терезия. Тут ведь не угадаешь, вдруг он выскочит и крикнет «Бу!».

Ага! — Терезия обратила внимание на отстранённый тон Вилины. Она зла, но не как всегда. Обычно если её госпоже в голову бьёт гнев, она перестаёт понимать, что творит.

Как, например, когда ей было семь или восемь лет. Её старшая сестра, принцесса Лула, захотела себе щенка, продававшегося на фестивале, так что она купила его и поселила где-то в уголке внутреннего дворца. Вилина тоже заинтересовалась собакой и решила дрессировать. Её методы были столь суровы, что несмотря на возраст принцесса казалась тираном. Щенок боялся её и не подпускал к себе.

«Никогда не слышала о собаках, что не пускают к себе людей. Наверное, это кошка. Уверена, что когда никто не видит, она мяукает.»

Разозлившаяся Вилина принялась наблюдать за щенком глубокой ночью, когда все уже ложились спать. Юная Вилина, конечно же, не верила догадке, но и отступить от своих слов, пусть и неверных, не могла, а благодаря силе воли могла долго упорствовать, даже если это не приносило ей удовлетворения.

— Ваше Высочество, почему вы не выходите? Я же здесь, на виду, — звала она принца будто бы того щенка, что якобы был котом. Одновременно с этим Вилина задумалась о том, что бродит по тренировочной площадке, и решила отправиться в сад.

Чёрт подери эту хитрую, коварную и показушную пародию на принца!

Как и подумала Терезия, Вилина была в гневе. Она злилась всё сильнее и сильнее, как вдруг незаметно для себя замерла на месте.

Когда ей рассказали, что Гил покинул Апту вместе с Бэйном, первым делом ей подумалось «опять?». Вчера, когда они проходили друг мимо друга, принц попросил «подождать ещё немного», так что принцесса поверила, будто бы у него есть что-то на уме. Не было никакой необходимости поднимать весь гарнизон Апты на поиски, ведь по возвращению принца его успехи восхитят всех и каждого.

Но несмотря на это, а скорее и вовсе из-за этого, Вилина чувствовала обиду.

И снова, снова ты не доверился мне».

Вилина решила, что стала на шаг ближе к потаённым мыслям принца, когда во время войны с Таурией он поделился с ней всеми своими планами, потому и находила непростительным, что в очередной раз Гил решил держать рот на замке и действовать в тайне от всех.

Во время войны с Таурией я решила, что буду хоть чуть-чуть, но верить в него, что я прекращу ругать его, нести детскую ерунду и злиться вне зависимости от того, как странно выглядит его поведение.

Верить в принца, конечно, важно, но Вилина не могла не злиться от вынужденного ожидания и бездействия.

Не похоже на меня. Раз он вновь решил закрыться в себе, я должна насесть на него ещё настойчивее.

От мысли, что верить в людей можно по-разному, ей стало легче. Раз уж молча ждать не по ней, она поможет этому «самодостаточному» принцу, если надо, то и силой.

Вдруг лошади в конюшне забеспокоились, отходя вглубь стойл.

— П-принцесса! — взвизгнула Терезия.

Мимо Вилины без всяких цепей и поводьев грузно шёл средний байан. Невольно удивившаяся Вилина уже готова была отпрыгнуть в сторону, как увидела рядом с драконом Хоу Ран верхом на тенго. Могло показаться, что девушка преследует сбежавшего байана, но она не спешила. Наоборот, Ран придерживала тенго, позволяя байану вести её.

Отбросив страх, Вилина нахмурилась: учебная и тренировочная площадка для драконов находилась в другой стороне.

— Ран!

— Принцесса? — она остановила тенго. Когда байан повернул в её сторону голову и понял, что она никуда не идёт, он тоже встал на месте. Терезия же, по всей видимости, лишилась дара речи. Она активно жестикулировала принцессе, будто бы убеждая сбежать.

— Куда это вы направились?

— К… принцу, — ответила Ран, будто бы говоря нечто очевидное.

Вилина, конечно же, не поняла, почему Ран замялась перед словом «принц». Вернее, она и вовсе этого не заметила.

— Он что-то рассказал тебе перед уходом?

— Нет, — в напоминавших озёра глазах кочевницы с пограничья Вилина видела собственное отражение, — но это дитя знает. Стоит его сердцу хоть раз слиться с человеком, и он будет чувствовать его вне зависимости от расстояния. Люди называют это «следованием за эфиром».

Без всяких сомнений, дитя — это стоявший перед Ран байан.

— Никогда не слышала ничего подобного.

— Правда?

Ран не любила разговоры, но Вилина всё равно понимала её невероятную осведомлённость о драконах.

Если подумать...

По легенде, древний король магии Зодиас узнал об эфире и способах им управлять из руин богов-драконов. Кроме того, он верил, что в прошлом боги-драконы умели свободно манипулировать эфиром и даже были основателями великой цивилизации на планете.

В Гарбере этой легенде не сильно верили, многие сомневались даже в существовании самого Зодиаса, но пожившая в Мефиусе Вилина припомнила теорию, согласно которой современные драконы — это деградировавшие боги-драконы.

— Значит, если ты пойдёшь за «дитём», то найдёшь принца?

— Если он недалеко.

— Но… Зачем тебе идти за ним? Разве ты сама не говорила оставить его как есть?

— Не помню ничего подобного. Лично я не могу выносить чувство одиночества этого дитя, потому и иду.

— Дитя… — Вилина внимательно взглянула на морду дракона. Из его пасти постоянно вырывался туда-сюда раздвоенный язык, а когда он открывал её, внутри виднелись острые, как клинки, клыки.

В груди принцессы шумно кипели чувства. Сама она не понимала, что происходит, но несмотря на это в спешке спросила:

Только ли его?

— О чём ты?

— Я спрашиваю, только ли «дитя» чувствует одиночество и волнуется о принце?

— Я не обязана отвечать вам, Вилина.

— Вилина, — повторяя собственное имя, принцесса усмехнулась. «Вилина» вместо «ты», видимо, её статус вырос. — Ясно. Понять тебя не легче, чем дракона. Хотя меня, наверное, тоже, ведь я просто ищу себе оправдание.

— ? — Ран немного нахмурилась в седле.

— Не важно. Раз уж на то пошло, то я с вами, — сказала Вилина, не заметив несвойственное собеседнице поведение.

— П-принцесса! — в ужасе воскликнула Терезия.

— Мне нужно подготовиться. Я мигом, так что подожди меня, пожалуйста.

— Дитя не сможет ждать вечно, а я не буду его заставлять.

— Принцесса, вы не можете!

— Понятно. Я быстро, — легко побежала Вилина, очередной раз «играя в догонялки» с Терезией.

***

В то же время в другом месте.

Несмотря на то, что принца так и не нашли, Оубэри Билан не горел желанием присоединяться к поискам.

— Ему нравится озадачивать нас своим странным поведением, — проворчал он. Хоть Оубэри и малейшего понятия не имел о местонахождении принца, императорская семья наверняка призовёт его к ответу за исчезновение Его Высочества. Для оправдания он отправил солдат во всех направлениях, а сам принялся пить и охотиться в близлежащем лесу.

Вот же проблема, — думал он.

Он вспомнил, что по слухам с принцем исчез и его подчинённый, Бейн. Поспрашивав о нём, Оубэри выяснил, что тот был на удивление близок к принцу.

Ну и ублюдок. Предал меня просто потому, что принц выше по положению.

Вспомнив надутое лицо капитана, охотящийся Оубэри сделал большой глоток вина из фляги, а затем прицелился в загнанного неподалёку дикого кабана. Он прямо чувствовал, как такой впечатляющий трофей придаст ему новых сил.

Бейн ему не нравился. Раз он так нужен принцу, то для «вороной» дивизии потеря не станет критичной. Раз уж он решил работать с принцем, Оубэри сразу же прогонит его.

Не разбирается он в людях, — усмехнулся Оубэри, отправившись к следующей добыче.

Вечером, по возвращению в крепость, перед генералом склонился солдат с докладом. Согласно его сведениям, Бейн вернулся в Апту.

— Он не захотел идти ко мне лично? — гневные слова Оубэри сопровождал сильный запах ликёрного перегара.

— Никак нет. Капитан не может двигаться, но у него есть что рассказать вам несмотря ни на что...

По словам солдата, Бейн ждал Оубэри в одном из магазинов крепостного городка. Он не хотел, чтобы новость о его возвращении стала достоянием общественности, и, по всей видимости, боец знал что-то ещё.

— Что происходит? — генерал взглянул на подчинённого затуманенными от выпивки глазами, и тот зашептал Оубэри послание. С каждым словом его взгляд прояснялся, а под конец он и вовсе спросил: — Это правда?

— Так точно. Это слова капитана Бейна.

В мгновение ока хмельная краснота исчезла с лица Оубэри, и взяв с собой несколько слуг он отправился в город.

Бейн ожидал генерала в дешёвой таверне, располагавшейся в стороне от городской суеты. Он не пил, просто сидел за угловым столиком и дрожал. Увидев Оубэри, он вскочил и вытянулся в струнку, попутно случайно опрокинув собственный стул.

— Г-генерал!

— Рассказанное тобой правда? — без всякого предупреждения Обуэри тут же перешёл к делу. В ответ Бейн серьёзно кивнул.

Согласно полученной генералом информации, Бейна и принца во время конной прогулки схватили бандиты. Самого капитана заперли в подвале отдельно от принца, но тот, воспользовавшись расслабленностью разбойников, пробрался к нему и освободил от верёвок.

— Сейчас тут нет охраны, самое время для побега, — сказал он Бейну, но оказалось, что бежать вместе он не собирался. — Из нас двоих я привлеку больше внимания, так что специально отвлеку всех на себя и побегу в другую сторону. Пока я выигрываю тебе время, ты должен любой ценой добраться до крепости и рассказать всё генералу. Да, к вечеру Оубэри должен обо всём узнать.

Разделившись с принцем, Бейн запрыгнул на привязанную к дереву лошадь и ускакал в Апту.

Оубэри задумался. Большую часть своей гвардии принц отправил в Гарберу, а весь гарнизон крепости составляют пять сотен бойцов из его «вороной» дивизии. Без всяких сомнений, именно из-за этого он поручил доложить сразу ему.

— Доложить ли гвардейцам? — спросил один из слуг.

— Нет, — ответил генерал, проводя языком по губам. — На кону жизнь наследника, нельзя терять ни минуты. Если солдаты ринутся обратно в крепость, эти ублюдки могут всё понять и сбежать. Я возьму полторы сотни из своей дивизии. Сарн.

— Я.

Своему адъютанту, Сарну, генерал поручил собирать людей, а сам, наблюдая за спешкой солдат, расплылся в улыбке.

Наш принцсишка оказался столь глуп, что поехал покататься и попался бандитам, даруя мне исключительную возможность проявить себя. Мда уж, даже тупость порой приносит пользу.

Спасения члена семьи императора, а уж тем более жизни самого наследника, будет более чем достаточно, чтобы загладить его солонский позор. Но и это лишь приятное дополнение к благодарности самого принца, которого он спасёт от верной смерти. Он набрал гвардию из гладиаторов. Кто-кто, а принц точно вернёт долг, какую экстравагантную награду у него не попроси.

— Охота на животных меня утомила. Я думал о рабах, но бандиты тоже подойдут, — ухмыльнулся Оубери. Для него жизнь без сражений скучна, а лучшее из чувств — это ощущение кипения собственной крови.

Часть 2

Ведомые Бейном, Оубэри и полторы сотни солдат «вороной» дивизии пришли к укрытию бандитов сразу после заката.

Само собой разумеется, лампы они не зажигали и на марше старались шуметь как можно меньше, лишь цокот лошадиных копыт да лязг брони выдавали их на пути по старой тропе между деревьями. По словам посланных чуть ранее разведчиков, в деревне в каждом доме горели огни, на улице виднелись танцующие мужчины и женщины. Были и вооружённые часовые, но их, судя по всему, удастся обойти.

По мере приближения к битве и «добыче», глаза Оубэри, одетого в изысканную лёгкую броню, горели всё ярче.

Когда они добрались до холмов, по приказу генерала все спешились и обнажили клинки, продолжив путь к деревне уже под руководством Бейна.

— Вперёд.

Забор, стоявший перед деревней, сломали молотами, а выстроившиеся перед ним стрелки тут же сделали залп. Генерал планировал воспользоваться эффектом неожиданности и преимуществом от первого залпа. К тому же, он отправил солдат и на горную тропу за деревней, чтобы провести нападение сразу с двух сторон. Тем не менее...

— Оставить! — временно прекратил он стрельбу. Деревня никак не реагировала на нападение.

Только не говорите мне, что они могли сбежать, — Оубэри прикусил губу. Можно было подумать, будто бандиты бросили поселение сразу как заметили исчезновение Бейна, но разведчики докладывали, что видели людей. У них попросту не было времени, чтобы сбежать. Но так же возможно, что местные решили избавиться от принца, ставшего для них обузой.

— Обыскать каждый дом, чтобы ни одного не пропустили, — приказал генерал, переступая через обломки забора. Солдаты зажгли факела, окружающая тьма чуть расступилась от их смутного света, раскрывая ряды хижин из дерева и соломы. На земле виднелись следы костров, в воздухе витал запах еды и дыма, что говорило о недавнем присутствии людей.

Пока Оубэри обдумывал ситуацию, солдаты обыскивали округу.

— Генерал, — громко позвал его один из бойцов. Его лицо светилось от радости. — Мы нашли Его Высочество.

— Что? — жадно улыбнулся Оубэри. Позор, что ему не удалось устроить сражение, но хоть принца удалось спасти.

Недалеко от пустыря с колодцем располагался большой дом, по виду на несколько десятков человек. Судя по всему, его использовали для собраний.

В сопровождении солдат, генерал вошёл внутрь. С мыслью «О нет», он прищурился.

В глубине помещения и в правду виднелся силуэт привязанного к стулу человека. Судя по упавшей голове, он спал.

— Ваше Высочество! Ваше Высочество! — пошёл к нему Оубэри, на ходу поднимая факел повыше.

Связанный человек медленно поднял голову, свет пламени озарил его лицо. Никакой ошибки быть не могло, это Гил Мефиус.

***

— Как тихо вокруг, — проговорила Вилина, оглядываясь вокруг и подгоняя лошадь вперёд. Вокруг была сплошная тьма, лишь невысокие скалы проглядывались по обе стороны от неё, да байан и Хоу Ран верхом на тенго впереди.

Байан вёл их, а так как время от времени он останавливался, чтобы, судя по всему, взять след, двигались они не быстро.

— Боишься?

— Ни капельки, — ощетинилась Вилина, будто бы говоря Ран не недооценивать её. Та в ответ лишь слабо улыбнулась.

— Тихо, но виднеются признаки живых. Дитя чувствует, как ветер доносит множество разных запахов.

— Когда ты поговорила с ним?

— Постоянно.

Хоть Ран и ответила вполне понятно, смыл так и оставался неясным. Но так или иначе, Вилина успела чуть-чуть понять её характер, так что без всяких слов всё поняла.

Девушки ехали ровно по тому же пути, по которому Орба вёл Бейна прошлым вечером. Примерно час назад они остановились и напоили драконов и лошадь водой из реки. Хоть Вилина и храбрилась перед Ран, окружающая тишина и темнота всё же беспокоили её, но принцесса молча следовала за кочевницей и драконом, не раскрывая своих чувств.

Вдруг ветер донёс слабый звук. Звук множественных выстрелов. Девушки переглянулись.

— Это же… — Вилина тут же остановилась, а жестами показала Ран сделать точно так же. Впереди на извилистой дороге виднелись вооружённые солдаты, стоявшие к ним спиной. Судя по всему, их внимание было сосредоточено на чём-то ещё дальше.

Факелы в их руках освещали чёрную броню, Вилина без труда узнала бойцов «вороной» дивизии Оубэри Билана.

— Они нашли его?

— Подожди, — на этот раз уже Ран остановила принцессу.

Байан впереди них замер на месте. Казалось, что он хочет идти вперёд, дракон даже занёс для этого лапу, но он стоял, будто столкнувшись с чем-то ненавистным.

— Что такое?

— Дитя чувствует что-то ужасное. Без всяких сомнений, принц там, но инстинкты не дают ему идти вперёд. Драконьи инстинкты — это не просто жизненный опыт, за века эфир наделил их способностью вроде предвидения.

— Предви… — Вилина задумалась на мгновение. — Не может быть… Может, он чувствует что-то вроде ловушки на принца?

— Возможно. Дитя особенно восприимчив к подобному. Погоди, куда ты?

— Я собираюсь рассказать Оубэри. Пожалуйста, оставайся здесь, — ещё не договорив, Вилина пришпорила лошадь.

— Принцесса? — слышала Ран удивление солдат. Девушка хотела последовать за ней, но тенго вдруг замер на месте, а вместе с ним и сжавшая губы Ран. Байан повернулся в сторону: судя по всему, оттуда приближается большое количество людей.

***

— Оубэри? — хрипло пробормотал Гил. — Спасибо, что пришли. Видимо, Бейн справился с задачей.

— Ваша безопасность превыше всего, Ваше Высочество. Но я всё же удивился, что мефийский принц-герой попался в лапы каким-то бандитам, — насмешливо улыбнулся Оубэри, ненавидевший наследника за его положение и взгляды сверху-вниз.

— Мне жаль… — тихо ответил привязанный к стулу принц. — Но судя по всему, они не совсем бандиты. По их словам, эту самую деревню в прошлом сожгли, а они подались в разбойники из-за необходимости.

— Должно быть, они говорили о тех временах, когда гарберские дикари захватили Апту. Возможно, в вашем добром сердце и есть место для сочувствия, моё же не волнуют причины для разбоя. Собственно, в какую сторону они сбежали? Ни один из ублюдков, что посмел схватить наследника достопочтимой императорской династии, не сохранит сегодня голову на плечах.

— Деревню сожгла не Гарбера, — Гил устремил тяжёлый взгляд прямо в глаза генерала. — Я всё знаю, Оубэри. Произошедшее здесь ваших рук дело.

— Нет, это… Да о чём вы вообще? — на мгновение генерал запнулся, но в итоге он сохранил самообладание. Всё-таки он в любой момент сможет разобраться с принцем.

— Именно вы, Обуэри, сожгли деревню. И даже не только эту, но и все остальные в регионе.

— ...

Вспомнив о содеянном, побледневшие солдаты за спиной генерала переглянулись. Движением руки Оубэри приказал им выйти.

— Зачем вы поступили так? Без всяких сомнений, здесь жили подданные Мефиуса. вы же военный, так почему...

— Печально.

— Что?

— Печально, Ваше Высочество, что вы верите рассказанной бандитами чепухе больше, чем генералу императорской семьи, что верно служит ей долгие годы. Я, Оубэри Билан, перед Богами-драконами клянусь, что никогда так не поступал.

— ...

— Но если… даже если чисто гипотетически предположить, что я так сделал...

Оубэри чувствовал всё большее превосходство над молчавшим Гилом и становился всё несдержаннее. Принцсишка однозначно не понимал, как устроен мир, так что Оубэри казалось, что объяснив свой поступок (он, конечно же помнил, как лично поджигал деревни) он сможет прорваться через его неведение и взглянуть сверху-вниз.

— Или не я, а любой другой временный комендант Апты… Даже если бы он и поступил так, я бы ни в коем случае не назвал его преступником.

— И почему же? — спросил Гил с недоумением на лице. — Что же за причина может побудить командира жечь деревни своей же страны?

— Простите мне некоторую вольность, но я всё же опытнее вас. Это просто одно из проявлений войны.

— ...

— Вы ещё молоды. Пока вы всегда одерживали победы с помощью героизма, но на войне бывает всякое, исход битвы далеко не всегда однозначен. Тогда я не мог защитить Апту от Гарберы своими силами, а хоть сколько-то значимой помощи от императора не поступало. Если бы я просто отступил, то отдал бы окрестные деревни гарберцам, тем самым укрепляя их самоуверенность и открывая пусть к центру страны.

***

В то же время.

Ясно.

Привязанный к стулу Гил Мефиус, или, вернее сказать, Орба, чувствовал, что столь долгожданный час наконец настал.

В нём пылала решимость, он ни капли не сомневался. Второго шанса забрать жизнь его смертельного врага не снимая маску уже не будет, так что он сделает всё как надо.

Но всё же он отчаянно хотел узнать у генерала о причинах поджога деревень, но почему он и сам до конца не понимал. Орба ненавидел Оубэри, но не мог просто ударить в спину и забрать жизнь: для себя он решил, что в момент истины он скрестит с ним клинки.

А иначе шесть лет ненависти пропадут впустую, — терзал его угрюмый демон мести.

— Так или иначе, но на войне всегда приходится платить смертями и жертвами, — продолжал торжественно говорить Оубэри. Естественно, он не знал, что в связанных за спиной руках «Гила» сжата рукоять меча, и что он в любой момент может освободиться от верёвок. — Стране нужны люди, что способны сжечь всё ради её выгоды и во избежание ещё больших жертв.

— Понимаю, — радостно просиял Орба, хотя его разум и сердце были кристально чисты. Его переполняли энергия и решимость. — Генерал, благодаря ветеранам тысяч битв вроде вас страна может спать спокойно. К тому же вы спасли мою жизнь, и я обязательно расскажу об этом отцу. А теперь, не могли бы вы развязать эти верёвки?

— Да, конечно, — услышав желанные слова, генерал просиял от радости. Он подошёл к принцу и наклонился, чтобы освободить его...

Он рядом.

Орба ещё крепче сжал рукоять меча, мышцы его плеч и спины задубели от напряжения. Когда Оубэри окажется столь близко, что Орба почувствует жар его тела, он отбросит стул и отпрыгнет назад.

Не останавливаясь ни на мгновение, он ударит его клинком, а генерал умрёт не издав ни звука.

— Ваше Высочество, вы здесь? — донёсся голос с улицы.

Вилина!

Орба вздрогнул, остановившись на полпути от рывка. Склонившийся над ним Оубэри, увидев падающую верёвку, тоже замер на месте. К своему удивлению, от переизбытка сил Орба выронил меч, и тот с чистым звоном упал на землю.

Часть 3

Когда к ним внезапно прискакала Вилина, солдаты «вороной» дивизии недоумевали.

— Где генерал? — не спешиваясь спросила она, а затем в сопровождении солдат отправилась в деревенский зал собраний. По их словам принца схватили бандиты, но его спасли, отчего в груди принцессы растеклось чувство облегчения, но воспоминание о словах Ран вернуло ей беспокойство.

— Ваше Высочество, вы здесь? — Вилина громко позвала принца, входя в здание. Сразу же после этого по помещению прокатился металлический звон.

В то же время группа солдат с факелами вошла в одну из хижин. Хоть принца и нашли, но в деревне и кроме него наверняка можно было найти что-то ценное.

Внезапно первого бойца будто бы ударом невидимого кулака сбило с ног, а сам он отправился в полёт.

Раздались звуки выстрелов. В щёку второго бойца что-то ударило с такой силой, что его шея переломилась, а сам он мгновенно умер. Такая же судьба постигла и третьего, а затем и четвёртого солдата: мёртвыми телами они рухнули не пол, падая друг на друга.

Вздрогнув, Вилина развернулась.

— А-а-а-а!

— Мои ноги! Мои ноги! — с криками солдаты падали от таинственной стрельбы. Все понимали, что они попали в засаду. Бандиты притворились, что бросили деревню, а сами с ружьями затаились неподалёку. Все понимали, но сделать ничего не могли: из-за темноты никто не видел, куда стрелять в ответ.

— Факелы! — заорал адъютант Сарн. — Тушите факелы! Эти ублюдки стреляют на свет!

Мудрый приказ. Не теряя ни секунды, солдаты затушили огонь, но в тот же момент...

— Чёрт! — ругнулись солдаты, глядя на рыжие росчерки в темноте: со свистом тьму ночного неба рассекали огненные стрелы. Одна за одной они втыкались в соломенные крыши хижин, тут же поджигая их.

— Что?! — зарево осветило дорогу, на которой стоял Сарн. Не успел он толком запаниковать, как в его грудь попала пуля, и он упал, так больше ничего и не сказав.

Стрелы продолжали поджигать всё вокруг: солома на крышах была пропитана маслом, стоило огню попасть на неё, как она загоралась с рёвом дикого зверя. Вся деревня будто бы оказалась в отдельном, залитом светом мире.

Вилина же замерла на месте, затаив дыхание.

Вслед за стрелами последовали кувшины, но вместо воды в них было масло. Стоило ему попасть на огонь, как он вспыхивал с новой силой. Видимо, бандиты решили, что если заранее разлить его по всей деревне, то запах выдаст план.

В то же время чья-то тень приближалась к Вилине сзади. Быстрая, словно ветер, она подбежала к принцессе и, подхватив её за плечи и талию, понесла прочь.

— Чт...

— Принцесса, здесь опасно, нужно срочно уходить! — кричал ей голос молодого мужчины. Присмотревшись, принцесса признала в «похитителе» одного из гвардейцев, Шику. Он бежал, огибая вспыхивающее повсюду пламя, а на его лице было на удивление отчаянное выражение.

***

— Что за? — замер на месте Оубэри, услышав отзвуки уличного безумия, но как человек, что выжил во множестве битв, он тут же отскочил назад ещё до того, как успел понять изменения в принце.

Гил-Орба поднял меч с пола.

На лбу генерала заблестел пот, его не покидало чувство, будто бы он столкнулся с чем-то непонятным.

— Ублюдок, кто ты? — прямо во время вопроса лицо Оубэри изменилось от внезапного озарения. — Ты же не принц, да?

— Почему же, генерал? — шёл Орба к нему, освобождая руки от верёвки. Вид у него был такой, будто бы он хотел по приятельски обхватить за плечо старого друга, только вот тот пятился от него назад.

В то же время до стен зала добралось пламя. Специально здесь ничего не пропитывали и масло в дом не бросали, но, по всей видимости, что-то всё же случайно попало. Огонь быстро распространялся по дому, поглощая уже все стены и поднимая градус накала внутри.

— Тц, — прикрывая лицо рукой, Оубэри бросился на улицу, куда более быстрый Орба перекрыл ему путь.

— А ну проваливай!

— Не спешите, генерал, — улыбался Орба. Только что до него донёсся голос Шику.

Хорошая работа, — искренне подумал он про себя. Наверняка он так громко кричал принцессе, чтобы его услышал и Орба. «Оставь принцессу мне, а сам делай что хочешь», — гласило его послание.

Вокруг ревело пламя, оно принялось пожирать крышу, и с неё, подобно крови, падали искры.

— Тогда всё так же горело, но ты, Оубэри Билан, больше никогда не сможешь наслаждаться подобной сценой.

— Тогда?

Решив, что ждать больше нельзя, генерал с криком ударил Орбу своей мускулистой рукой. Тот проворно увернулся и повалил генерала на землю, оседлав его. В тот же момент часть потолка обрушилась.

***

На улице продолжали раздаваться выстрелы. Бойцы «вороной» дивизии пытались прятаться за хижинами и деревьями, но один за одним они падали, истекая кровью. Распространяющийся пожар не играл им на руку: от зарева вокруг было светло, как в полдень.

Через просвет в окружавших поселение деревьях виднелся холм, на вершине которого и устроили засаду бандиты.

— Эй, вон там! Огонь, огонь! — наконец, солдаты смогли взяться за оружие и отстреливаться в ответ.

В то же мгновение из-за пределов деревни раздались крики. Из куч сена и мусора вылезли бандиты с топорами и мечами в руках и побежали вперёд.

Пожар всё ширился, и единственным местом, куда солдаты могли от него сбежать, было укрытие разбойников. Будучи местными жителями, они прекрасно знали о ночных ветрах и их направлении, потому с лёгкостью могли закидывать всё вокруг маслом и отсиживаться вне досягаемости пламени.

— Засада!

— Обнажить мечи! Всякое отребье не…

Повсюду зазвучали звуки скрещивающихся клинков. Стрелки на холме прикрывали бандитов, один за другим внезапно падали подстреленные солдаты, их рубили топорами и кололи мечами.

— За моих родителей!

— Нравится, мефийские псы?

В зареве пожара бандиты напоминали демонов, хотя сами они таковыми считали бойцов «вороной» дивизии.

***

Охотник и жертва, Орба и Оубэри: за шесть лет их роли полностью переменились, и теперь они вдвоём катались по своему «угодью». Катались буквально, чтобы сбить с себя пламя.

Вдвоём они встали, покрытые чёрной сажей, выделялись лишь их глаза, отражающие окружающее их яркое пламя.

— Ты запланировал всё это, принц?! — заревел Оубэри. Он так и не решил, настоящий ли принц его противник. Как ни взгляни, с виду они абсолютно одинаковые. Но это и не играло никакой роли: не важно, самозванец или нет, но он завёл «вороную» дивизию в ловушку и практически всех убил, теперь планируя убить и его самого.

— Если и так, то что с того?

— Ты сошёл с ума, — генерал обнажил свой меч. Даже по мефийским меркам клинок гигантский: скованный по специальному заказу он на пару ладоней длиннее обычных мечей. — Если кто-то вроде тебя унаследует трон, страна обречена. Своим мечом я отсеку эту возможность вместе с твоей головой.

Вокруг творилось форменное безумие. Оубэри стоял в полной готовности, беззащитный Орба шёл прямо к нему, опустив меч.

Придурок.

Оубэри прикончит его за секунду и сможет наконец сбежать. Сжимая меч двумя руками, он горделиво ударил им из-за головы.

Послышался звук рассекаемого воздуха, а затем генерал получил мощный удар в лоб и попятился назад.

Что за!

Его ошеломило, сознание затуманилось, но в мгновение ока он пришёл в себя и нанёс удар сбоку. Противник до сих пор не защищается — он запросто разрубит его пополам.

— Аргх! — по его правой руке растеклась боль. Видимо, оба удара пробили и шлем, и доспех. Недоумевающий Оубэри встал в защитную стойку. Снова звук рассекаемого воздуха, а затем ещё и ещё: он не затихал, смешиваясь со звоном металла о металл.

Ублюдок.

Из его брови текла кровь, правая рука, которой он принимал непрекращающиеся удары оппонента, казалась сломанной. Оубэри терял самообладание: хоть враг и казался беззащитным, вновь и вновь он атаковал его со скоростью ветра.

Хоть генерал и наносил контратаки, все они рубили лишь воздух. Единственной его мыслью было слово «почему». Почему он не может попасть, почему не может сократить дистанцию, почему не может прочитать движения и дыхание, почему не может предсказать его действия?

— П-погоди! — закричал Оубэри прямо во время сражения. Он уже только защищался, не в силах перевести дыхание и пятясь назад под яростным шквалом атак Орбы.

Тот же просто давил, точно и в моментально рассчитывая каждую атаку. Увидев направленный в голову удар, он тут же согнулся в коленях, уводя клинок Оубэри в сторону и тут же ударил в его беззащитный торс. Со странным булькающим звуком противник в очередной раз попятился назад.

— Стой! — снова закричал он. — Это же не сражение, а бред какой-то. Солдаты должны сражаться честно и справедливо.

После каждого удара Орбы рана на лбу Оубэри раскрывалась, теперь всё его лицо было залито кровью и скорее наводило на мысли о пугающем макияже. Его сознание плыло, он и представить не мог, что принц-самозванец окажется столь искусным мечником. Он считал его трусом, и ещё до начала схватки нисколько в этом не сомневался.

Не обращая внимания на слова генерала, Орба снова ударил. Генерал едва смог остановить атаку в плечо, но его лицо исказилось от боли.

— Стойте, Ваше Высочество. Неужели наследник трона собирается собственноручно зарубить своего вассала и… — остаток фразы поглотил рёв пламени.

Со скоростью света Орба ударил слева в район груди генерала, выбив клинок у него из рук.

Наконец достопочтенный генерал упал на колени, а затем, получив пинок в грудь, уже на спину. Не мешкая ни мгновения, Орба нанёс очередной удар по Оубэри. В то же мгновение клинок на треть вонзился в землю.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — перекатился Оубэри. Клинок задел ухо, из новой раны на голове полилось ещё больше крови. Со всей возможной силой вытащив меч, Орба принялся обездвиживать лежащего подобно умирающему насекомому генерала.

Сперва он сломал ему правую голень. Потом пронзил левое плечо. Закончив с конечностями, он с ужасной скоростью принялся за пальцы.

И каждый раз Оубэри вопил от боли.

Других криков не доносилось. Сражение снаружи подошло к концу, вокруг Орбы начали собираться благодарные бандиты и молча глядеть на своего злейшего врага. Казалось, будто бы у них и вовсе нет душ.

Под звуки ревущего пламени Оубэри глядел, как Орба заносит свой окровавленный меч над головой.

— Нет, нет, нет… — умолял он хриплым голосом. Его рот покрылся пеной, из глаз текли слёзы. — Помогите, помогите мне, пожалуйста.

— Я… — впервые с начала схватки Орба негромко заговорил, но все вокруг чётко его слышали. — Сколько раз я слышал такие крики… — улыбнулся он, вымазанный в крови своего врага. Если бы звери улыбались своим жертвам, то именно так они бы это и делали, — и все они прерывались со смертью.

Глядя куда-то в пространство, он шагнул вперёд и наступил на залитое слезами лицо Оубэри. Весь в грязи и крови он стиснул зубы.

Шесть, нет, уже почти семь лет...

Множество воспоминаний, подобно картинкам, проносилось в голове Орбы.

Как горела деревня. Как он сколотил банду в Бираке. Как попал в рабство, где только и мог что ежедневно размахивать мечом ради выживания.

Каждую ночь он проклинал Оубэри.

Даже когда проклятье маски сжигало его лицо, даже когда он думал, что сойдёт с ума, даже когда боялся смерти, он говорил себе «я не умру» и укреплялся в своей решимости.

Моя жизнь не чья-то игрушка, я всё ещё должен вернуть себе всё потерянное.

Меч стал для него иглой компаса, что вела его вперёд. Он забрал несчётное множество жизней ради возможности прожить новый день. Он продолжал двигаться вперёд. Даже когда он сразил Рюкона, даже когда крушил его благородные идеалы и глядел на тухнущий взгляд, он жил ради всего одной цели. Ради мести.

Оглядываясь назад он думал, что кроме горы трупов там ничего и нет. Теперь же он чувствовал, как одна за одной неприкаянные души устремляются к небу, стеная от горечи и печали.

Всё...

Всё ради этого момента.

— Нет! — занесённый меч отбрасывал тень прямо на лицо Оубэри, вырисовывая линию, по которой его сейчас рассекут. Глядя на это, бандиты затаили дыхание, в то время как Оубэри истошно орал. — Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!

Когда крик оборвался, Орба выбросил в сторону уже опущенный меч.

Все вокруг потеряли дар речи и взглянули на Орбу новыми глазами.

Когда Даг рассказал план Орбы, все яростно возмутились со словами «И ты поверил мефийскому принцу?», и чтобы переубедить их, Орба показал им то же, что сейчас виднелось сквозь дыры и подпалины в его одежде: выжженный на спине рабский символ, его ярко пылающий в зареве пожара и вздымающийся в такт тяжёлому дыханию герб заклеймённого.

Орба взглянул на небо, на беспрестанно валящие ввысь клубы дыма и танцующие в небесах искры, а затем слабо вздохнул.

Всё кончено...

Что родилось в пламени, в пламени же и встретит свой конец.

Его убогая и жестокая юность, эта суровая часть его жизни наконец закончилась.

Комментарии