Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 2. Чаепитие принцесс

Часть 1

Вернёмся с момента отъезда Эсмины Базган на несколько дней назад.

***

Утреннее солнце сверкало в водах реки Юнос. Раздетые по пояс мужчины разгружали провиант и товары из причалившего на рассвете к пирсу Апты корабля. За ними, зевая, следили солдаты. Война с Таурией закончилась миром, их расслабленность неудивительна.

В то же время со своей кровати поднялся Орба и замер. Солнце освещало его мрачный профиль, но он не шевелился. Обычно его всегда будил Динн, но, возможно, последовав чьему-то хорошему совету, сегодня паж не появился. Раздался стук в дверь.

Должно быть это Шику, — смутно подумал Орба.

— Орба, ты проснулся?

— Ага.

Стоило ему ответить, как дверь открылась, а за ней стоял Шику и глядел прямо на Орбу. Тот не ожидал столь быстрого ответа, да и к его удивлению Орба уже успел одеться. Шику улыбнулся, явно радуясь, что его товарищ пришёл в норму.

— Что насчёт завтрака? Могу сообразить по-быстрому, но...

— Нет, — Орба прошёл мимо Шику и вышел из комнаты. — Я хочу, чтобы ты прямо сейчас собрал мне всех солдат.

Гладиатор удивился, но увидев идущего с другой стороны рабочего, промолчал и уважительно кивнул принцу, как и полагается гвардейцу Его Высочества.

***

Как узнал Говен, Орба назначил командиров для отправляемого в Гарберу подкрепления. Сам отряд по численности был меньше сотни человек. Двадцать кавалеристов и драгунов, десять пилотов вкупе с двадцатью гвардейцами составляли воздушный отряд. Оставшиеся силы приходились на рабов-пехотинцев.

— Не маловато ли пехоты?

— Остальные заслужили свободу.

Во время обороны Апты Пашир возглавил пехотный отряд более чем из пятидесяти бывших гладиаторов, которым принц пообещал свободу. Момент этот пока удавалось отсрочить, но как заметил Орба: «Обещание есть обещание».

— Верно, — согласился Говен и более не задавал организационных вопросов. Командиром пехоты стал Пашир, самого Говена назначили адъютантом командира, так что он тоже отправится в Гарберу. Единственным человеком, округлившим от удивления глаза, был Каин.

— Я должен командовать отрядом? Это же шутка, да? — тревожно побледнел товарищ Орбы.

— Командовать будешь не ты, а ОРБА, — криво ухмыльнулся Шику. — Бывший гладиатор в маске, завоевавший титул Кловиса. Сам принц, по его же словам, остаётся в Апте, смекаешь, да?

— Но я никогда не командовал в бою!

— Оставь детали своему адъютанту, Говену. Лично тебе нужно лишь стоять впереди и кричать «Вперёд, вперё-ёд!»

— Опять?

Во время битвы за крепость Заим Каину досталась очень похожая роль.

— Стоило Орбе подняться и чего-то добиться, как у него сразу появилась привычка отлынивать.

— Что, даже хуже, чем во время гладиаторских игр?

После полудня началась подготовка к отправке кораблей, и как только их загрузят, они отправится в путь. За процессом, не роняя ни единого слова, следил Орба. Мрачный, скрестивший руки — казалось, что он убьёт любого, кто подойдёт к нему, и оттого выглядел ещё неприступнее обычного. Никто к нему даже не обращался.

И уже некоторое время со спины за ним наблюдала Вилина Ауэр. Несколько раз она хотела подойти и окликнуть принца, но всякий раз сдавалась. То, что Гил решил отправить в Гарберу подкрепление — это, конечно, радостно, но теперь сам он остаётся в Апте.

Подкрепление, по большей части, состояло из гвардейцев и «вольной» пехоты, в крепости же останется всего десяток (вместе с Шику) гвардейцев и основные силы «вороной» дивизии Оубэри. Гил, конечно, лорд Апты и отвечает за неё, но Вилина чувствовала, что он остаётся на месте отнюдь не поэтому. Но почему именно она совершенно не знала. Также Вилина не знала ни почему Гил недавно рыдал, ни почему прошлым вечером направил меч против Оубэри.

Это печально, — думала принцесса. Только ей показалось, что после конфликта с Таурией она приблизилась к его сердцу, как вновь поймала себя на мысли, что понимает принца всё меньше и меньше.

— Я вот думаю, всех ли мужчин так сложно понять? — невольно поделилась она своими чувствами с Терезией.

— Они думают то же самое о нас, — серьёзно ответила горничная, приняв вопрос Вилины за свойственную для подростка проблему, а не как простую жалобу четырнадцатилетней девчонки. — Даже прожив жизнь мужчины так никогда и не могут понять женщин.

— Правда?

Даже во время разговора со служившей ей многие годы горничной Вилина чувствовала, как взбудоражено её сердце. Не только из-за Гила. Судя по всему, Энде и её родная Гарбера вскоре начнут войну. Именно из-за этого Гил и готовит подкрепление, но это его личная инициатива. Ходят слухи, что император, Гул Мефиус, налаживает контакты с Энде, и совершенно неясно, какое влияние окажут действия принца как на отношения между Мефиусом и Гарберой, так и на его с Вилиной помолвку.

Несмотря на ауру отчуждения вокруг принца, всё-таки нашёлся человек, что смог грубо её нарушить, правда Орба не удостоил его даже взглядом.

— Как думаешь, нам предстоит что-то вроде битвы за Заим? У Каина, вон, аж поджилки трясутся, — шёпотом спросил Говен.

— Нет, — моментально ответил Орба, по-прежнему оставаясь в мрачном настроении. — Вокруг ходят слухи, что Мефиус не станет вмешиваться в конфликт, Энде наверняка считает точно так же. Если мы придём достаточно быстро, они не будут готовы к нашему появлению, поймут собственную уязвимость и не решатся действовать.

— Значит, время играет ключевую роль?

— Если возможно, то лучше начать действовать ещё до начала столкновения, ведь если дойдёт до кровопролития, то пути назад уже не будет. Также замечу, что подкрепление весьма небольшое. Если оно вступит в бой, Энде наверняка догадается, что оно отправлено не императором. В этот раз величайшей победой будет не сражаться вовсе. Даже Ноуэ считает так же. Конечно, у Энде свои обстоятельства и есть риск серьёзного ущерба, но я всё равно не думаю, что события дойдут до уровня Заима, — после долгого объяснения Орба взглянул на Говена.

— Что такое?

— ...Ничего.

Орба умолк и больше не проронил ни слова. Конечно, Говен и сам почти всё понимал, но тем не менее он подошёл с вопросом и даже узнал кое-что новое о вечно непредсказуемых планах «принца». Немного поглядев на парня, Говен хотел было открыть рот...

— Ваше Высочество, — подбежал к ним солдат с таким напором, что практически наступил Орбе на ноги. На дозорной башне к востоку от взлётно-посадочного порта был заметен какой-то переполох.

— Что случилось? — спросил вместо принца Говен, хотя его глаза практически тут же сами заметили причину. В уже посветлевшем небе он чётко видел силуэт снижающегося на посадку транспорта в сопровождении нескольких судов. На их бортах красовался мефийский герб.

Вскоре Говен разглядел и девушку, первой сошедшую с корабля.

— Так это принцесса, а не просто посыльный на перекладных.

В сопровождении группы служанок Инэли Мефиус шла прямо к ним. Её невероятная красота и бледно-красные губы казались столь неуместными в пограничной крепости, что солдаты вокруг инстинктивно хотели сбежать.

Заметив Орбу (вернее своего сводного брата, кронпринца Гила), она с улыбкой помахала ему рукой. Явно получая удовольствие от всеобщих удивлённых взглядов, Инэли приблизилась к Орбе и сделала реверанс.

— Давно не виделись, Ваше Высочество кронпринц Гил. Рада видеть вас в добром здравии.

— Эм, — односложно ответил Орба.

— Ваша любимая сестрёнка проделала такой долгий путь, чтобы удивить вас, а вы так холодны ко мне… — надулась принцесса.

— Да ну?

Как Орба и предполагал, сохраняющаяся необходимость играть наследного принца приносила лишь неприятные ощущения. Он чувствовал странную усталость, поглотившую его тело и разум, и из-за неё ответил куда грубее обычного. Инэли же терпеливо ждала и со стороны наблюдала за ним.

— Как я погляжу, то, что Акс лично напал на крепость, вовсе не слух. Как же прекрасно, что вы, брат, целы и невредимы. Не находите прошедшие события весьма… пугающими?

— Действительно… — получив лёгкий толчок в спину от Говена, Орба неохотно добавил ещё несколько слов, — …собственно, что у вас за дело?

— Что за дело?

На мгновение надменная улыбка Инэли исчезла. Небрежным взглядом принцесса взглянула на готовящееся к отправке подкрепление: на погрузившихся на корабль драконов, на выстроившихся солдат. Когда Инэли заметила их, её губы вновь сложились в улыбку.

— Я просто подумала, что брату будет одиноко в пограничной крепости, вот и прилетела в гости чтобы поддержать вас. Мне вот интересно, уж не подкрепления ли это для Гарберы?

— Угу, — кивнул Гил.

— Ясно. Народ Гарберы определённо обрадуется, — в глазах Инэли горело веселье, как у ребёнка, задумавшего вредную шалость.

— Мы глубоко тронуты, что вы решились проделать такой путь, — поклонился Говен. — Очень великодушно с вашей стороны прибыть к нам, но, боюсь, у нас нет ничего, что было бы достойно Вашего Высочества. Возможно, вы хотите взглянуть на цитадель? Несколько солдат могут...

— Нет. Я осмотрюсь самостоятельно. Мой визит не должен причинять вам никаких неудобств, — отказалась принцесса, слегка приподняв подол платья, а затем вместе со служанками отправилась смотреть на сборы подкрепления. Оглядев весь порт, она заметила Вилину.

Не сбавляя шага простым кивком Инэли дала понять, что увидела её. Сразу после этого уголки её губ задрожали, будто бы она уже не могла себя контролировать, а сама ускорилась.

— Что это за манеры? Пожалуйста, принцесса, не выходите из-за такого из себя, — горько проговорила Терезия, когда Инэли ушла подальше.

— Как же ты бескомпромиссна.

У Вилины было плохое предчувствие. Побывав в заложниках у Заата Кварка, принцесса Инэли заперлась в своих покоях. Конечно, Вилина беспокоилась о её здоровье, но увидев её сейчас, во время внезапного визита в Апту, вместо облегчения она думала о её странном и холодном приветствии.

В то же время несколько назначенных лично Орбой офицеров собрали солдат подкрепления и руководили их погрузкой на транспорт.

Прямо перед строем Орба позвал Говена и скрывавшегося под маской Каина и, якобы подбадривая их, заговорил тихим голосом:

— Каин, просто делай всё, что скажет Говен. Если Энде не отступит при вашем появлении, объединитесь с гарнизоном Заима. Не используйте транспорт для атаки, для этого есть несколько кораблей эскорта.

— П-понял.

Заметив, что транспорт скоро улетит, к ним быстрыми и лёгкими шагами подбежала Вилина, но её целью был не Гил, а Каин, выдающий себя за Орбу.

— Орба, да прибудет с тобой боевая удача. Я доверяю Гарберу тебе.

— Э, э, э-э-э.

Так как вместо Орбы был ни разу не встречавшийся с принцессой Каин, вёл он себя подозрительно сверхучтиво. Получив ответ, Вилина немного нахмурила брови.

— Это мне кое о чём напомнило… Вернул ли принц тебе медаль?

— Н-наверное… У м-меня есть медаль? — смутился Каин. Он никогда не слышал о медали и чувствовал, что подставляет Орбу. Тот же, по всей видимости, не собирался помочь ему и отправить «спасательную шлюпку», так что гладиатор только и мог, что смотреть на корабль настоящий.

— Хоть эта медаль и стала для принца счастливым оберегом, спасшим ему жизнь, — на выручку Каину пришёл Шику, — он, само собой разумеется, вернул её Орбе. Правда ведь?

— Э, Э-э. Правда. Полнейшая правда.

— И снова мы с вами встретились, — появилось новое бедствие. Будто бы игнорируя Вилину, Инэли улыбнулась гладиатору в маске. Тот же, глядя на её сладкую, несоответствующую возрасту улыбку, не знал, что делать.

Но по всей видимости, принцесса империи не собиралась надолго задерживать «Орбу».

— Я жду не дождусь услышать о ваших военных успехах, новый мефийский Кловис, — сделав реверанс, Инэли тут же умоляюще взглянула на тигровую маску. — Надеюсь, однажды мы сможем поговорить в менее торопливой манере, — затем, будто бы показывая, что больше ей здесь делать нечего, Инэли вместе со служанками покинула порт. Все оставшиеся невольно обменялись взглядами.

Каин же почувствовал непонятный озноб, по его плечам пробежали мурашки.

— Ладно, пора отправляться! — заметил Говен, и спустя несколько мгновений они с Каином сели на корабль. Торжественно загудели восемь наполненных эфиром двигателей, судно начало подниматься в воздух.

В отличие от вчерашнего дня, на небе не было ни единого облачка, оно казалось столь пронзительно синим, что даже немного резало Орбе глаз.

Часть 2

Проследив за отправкой войск, Гил Мефиус заперся в своей комнате. Прямо как во время своей первой кампании, когда ради победы над Рюконом он отказывался встречаться с кем бы там ни было.

— Принц странно устроен: он силён в сражении, но по его окончании падает с болезнью, — шептались люди.

Как в крепости, так и за её стенами гуляли самые разные пересуды. Конечно же, сплетничали и о том, как пьяный Гил упрямо угрожал мечом Оубэри, о том как генерал или невеста принца, Вилина, наверняка сильно ругали его и как тот теперь возможно злится на них.

— Его Высочество хорошо соображает, но похоже, где-то внутри он всё же хрупок.

— Он всё ещё ребёнок.

Были и другие мнения. Пожалуй вполне нормально, что люди предполагали все возможные причины, чтобы объяснить разницу между прошлым «дураком» и тем принцем, каким он стал сейчас.

Даже если Гил всё ещё ребёнок, по какой причине бы он ни изменился, в первую очередь он сейчас был лордом Апты, и его самоизоляция в комнате приносила проблемы множеству людей.

В качестве посла доброй воли вскоре должна прибыть Эсмина Базган.

— Я поручаю этот вопрос тебе, — сказал Орба из-за запертой двери, когда Шику пришёл узнать о том, как организовать встречу таурийской принцессы.

Конечно же, Орба не пересекался и с прибывшей из Солона Инэли. Учитывая, что он не выходил из комнаты даже на приём пищи, единственная их встреча была сразу по прибытии принцессы.

Из-за своего характера Инэли не знала покоя, если не находилась в центре всеобщего внимания; естественно, сейчас она злилась. Её горничные прекрасно знали об этой особенности своей госпожи и между собой обсуждали скорое возвращение, но Инэли демонстрировала несвойственную себе выдержку и уже провела два дня в унылой Апте.

Более того, глядя на недоумевающую принцессу Вилину (а она обычно первой критиковала такое поведение Гила), Инэли уж точно не скучала — наоборот, чувствовала душевный подъём.

***

Само собой, Инэли прибыла в Апту не только чтобы устроить брату сюрприз: у неё был свой повод, чтобы отправиться сюда любой ценой.

Частично она проделала весь путь из столицы из-за личной беседы с Федомом Аулином и своего громкого предположения. Дело не в возможном скандале, если окажется, что принц и вправду самозванец. Сам по себе этот вопрос просто провоцировал её любопытство, его одного не хватило бы для решения отправиться в Апту.

Помимо принца Гил, целью Инэли также была...

Вилина Ауэр.

Стоило имени гарберской принцессы промелькнуть в мыслях Инэли, как её прекрасная, словно роза, улыбка стала столь же опасной, как шипы всё той же розы. Конечно, правда, что она с самого начала невзлюбила Вилину, но истинная причина её возросшей ненависти кроется в драматичных подробностях мятежа Заата Кварка.

Тот взял принцессу империи в заложницы и практически смог улететь на корабле из Солона. В погоню за ним отправился её сводный брат, Гил, а также его невеста, Вилина.

И Инэли просто не могла простить. Не Заата, что предал свою страну и, к тому же, использовал её как живой щит, когда его зажали в угол. Нет. Прежде всего Инэли никак не могла простить Вилину. К её голове приставили пистолет, она истерила, а гарберская принцесса стала тому свидетельницей. Более того, благодаря её и Гила вмешательству Инэли спаслась.

После тех событий Инэли заперлась в своих покоях в солонском дворце. Оставшись в одиночестве, она никого не пускала внутрь и ни с кем не виделась. Все вокруг обсуждали, какой ужас пережила принцесса и как её всем жаль, но причиной изоляции Инэли был не страх, а удар по гордости и доводящая до дрожи мысль о собственной сломленности.

Более того, она не знала что делать, если выйдя из комнаты где-нибудь встретится с Вилиной. Какое выражение ей стоит надеть перед принцессой, что лучше всего ей сказать?

Спасибо за тот случай.

Хочет ли она поблагодарить Вилину?

Наверное, нужна изрядная доля мужества, чтобы под обстрелом пилотировать корабль.

Хорошо ли звучит такая похвала?

Инэли продолжала сидеть взаперти, а её сердце погружалось в уныние. Ей казалось, что даже неспособный говорить воздух насмехается над ней. Гордость — источник жизненной энергии Инэли. Пока её превозносят, пока жаждут, пока преподносят ей свою любовь, не требуя ничего взамен, она сможет продолжать идти по своему освещённому светом пути.

Ни за что.

В какой-то момент тьма вокруг Инэли прекратила свои насмешки, и она услышала голос собственного сердца.

Ни за что я не позволю Вилине возвышаться надо мной.

Подойдёт любая сцена. Она докажет, что превосходит Вилину. Докажет окружающим, и, что важнее, докажет самой себе. Нужна лишь подходящая возможность, а дальше она справится. Иначе Инэли больше не сможет быть собой, не сможет носить маску принцессы империи, не сможет оставаться образцом для подражания для сверстниц.

Более того, уже некоторое время она думала, что её брат, Гил, может быть самозванцем. Эти подозрения вкупе с уязвлённой гордостью стали как поводом для поездки в Апту, так и причиной её необычной активности.

Брат слишком сильно изменился.

Гил держал восстание Заата «под контролем». Кто-то мог бы подумать, что как и во время кампании под крепостью Заим, всю работу сделали вассалы, но объявили о невероятных достижениях принца ради его прославления. Тем не менее, Инэли точно помнила произошедшее.

Гил без страха выступил против вооружённого пистолетом Заата. Даже получив пулю в грудь, принц всё равно разрушил планы Кварка. Тот Гил и Гил, которого знала Инэли, — определённо разные люди, хоть и выглядят абсолютно одинаково.

Это не Гил Мефиус.

День шёл за днём, подозрения принцессы превратились в уверенность. Кто он? Где настоящий Гил? Она задавалась этими и другими вопросами, ответ на которые не знала. Знала она только одно: если принца и в правду заменили, раскрыть эту тайну должна именно она, и ни в коем случае никто другой.

Однажды наступит день, когда Инэли раскроет правду. Правду, о которой не знала не то что Вилина, но и самые влиятельные из вассалов императора. Когда наступит тот день, её определённо будут превозносить как героиню.

***

— Принцесса, что случилось?

В то же время в другом месте Вилина стояла перед окном и глядела на улицу, как вдруг по плечам пробежала дрожь.

— Думаю, просто озноб.

— О нет. Если заболеете в непривычном месте, то недуг затянется. Отдых будет...

— Нет, не волнуйся, — покачала Вилина головой и прошла через комнату. — Я немного прогуляюсь, — едва закончив фразу, принцесса энергично выскочила за дверь. Крик Терезии «Пожалуйста, подождите» так и не достиг её ушей.

Прячась за каждой колонной в коридоре, Вилина скрывалась от своей горничной. Время от времени принцессе хотелось погулять в одиночестве, без слуг и охраны, и при королевском дворе Гарберы драматичные погони Терезии и фрейлин за Вилиной были обычным делом. С самого прибытия в Апту принцесса прочно вбила себе в голову карту крепости, «на всякий пожарный».

Примерно через десять минут она отправилась в совершенно неподходящее принцессе место.

На огороженной площадке во всю тренировались драгуны. Топ, топ, топ — с каждым громким драконьим шагом в воздух поднимались тучи разносимой ветром пыли, из прилегающих к «плацу» загонов разило вонью, напоминавшей рыбную. К такому месту не то что принцесса, даже простолюдинка по доброй воле не сунется.

Тем не менее, на площадке была одна хрупкая девушка. Верхом на тенго (малом ездовом драконе) она возглавляла группу солдат на драконах из того же выводка. Со стороны могло показаться, что её преследовала толпа «грязных мужиков», но на самом деле она, Хоу Ран, учила их.

Стоит заметить, что она едва ли проронила хоть слово. Хоу молча ехала, всем своим видом говоря, что просто следит за драконами.

Ох! — невольно восхитилась Вилина. Солдаты плотно прижимались к спинам тенго, чтобы крепче сидеть на драконе и хоть чуть-чуть снизить сопротивление воздуха. Ран же сидела расслабленно и с комфортом, едва подавшись вперёд, но никто не мог догнать её. Отталкиваясь лапами от земли и с лёгкостью рассекая воздух, дракон Хоу бежал вперёд и плавно поворачивал при манёврах. Отчаянно же преследующие девушку солдаты едва не сваливались с драконов при каждом вираже.

— Полная херня! — прозвучал упрекающий мужчин голос. Принадлежал он не Ран, а Крау, тучной женщине, прислонившейся к ограде и наблюдавшей за тренировкой. Изначально она была рабыней Зая Хамана, богатого биракского торговца, но ныне работала на принца Гила, заплатившего за её навыки в пилотировании транспортных судов.

После своего комментария Крау затолкала в рот кусок жесткого бисквита, щедро смазанного купленным утром яблочным джемом. Стоило Вилине подойти к ней, как она с поразительной скоростью спрятала сумку с едой за спиной.

— М-мадам… Я ни в коем случае не бездельничаю. Добрые жители Апты решили, эм, позаботиться о судах и помыть их. И внутри тоже. Эм-м, все делают это по доброй воле. Ага.

Вилина, конечно же, не знала, что каждую ночь Крау играет в карты с солдатами и местными ремесленниками. Обирая их до нитки, она возвращает им часть проигранных денег в обмен на проверку и мытьё транспортов под её руководством.

— Я пока ещё не мадам. Не стоит так паниковать.

— Значит, вы не расскажете принцу? — умоляла она взглядом. Её рот был вымазан джемом, весь её вид вызывал непроизвольный смех, но Вилина с каменным лицом кивнула в ответ.

— Конечно не расскажу. Что важнее, Крау, ты поразмыслила о нашем прошлом разговоре?

— Под прошлым разговором вы имеете в в виду...

— Тот, что про транспорт. Я просила тебя поучить меня управлять такими судами.

— Хм… — Крау наклонила голову. — Эм, нет, лично я, конечно же, не имею ничего против, но что скажет об этом ваш жених? Мы не знаем, что и когда может произойти, и в случае чего суда должны быть готовы ко взлёту в любой момент. Мы должны экономить эфир.

Оправдание звучало правдоподобным, но недовольство легко читалась на её лице. Вилине казалось, что это должно было бы её обидеть, но ей сложно ненавидеть человека, которого так просто читать.

— Вольно! — донёсся до них резкий голос Ран.

Совладать с драконом в несколько раз труднее, чем с лошадью. Истощённые безжалостной тренировкой своей строгой учительницы, солдаты практически падали с непокорных тенго, но девушка не обращала на них внимания. Но стоило ей начать заботиться о драконах, как её взгляд полностью переменился.

По какой-то причине Вилина напряглась. На самом деле она пришла сюда не для того, чтобы вновь попросить Крау учить её управлять большими кораблями. Она никогда не была застенчивой с незнакомцами, но сегодня будет её первый личный разговор с Хоу Ран. А её трудно понять. Даже труднее, чем принца.

Ха! — мысленно подбодрила она своё робеющее сердце и подошла к девушке.

— Мисс Хоу.

— Достаточно просто Ран, — не оборачиваясь ответила она, продолжая кормить драконов и гладить их шеи.

— Эм, ну… — лишившись почвы под ногами, Вилина наклонила голову и заколебалась.

— Что? — переспросила Ран.

Подойдя поближе, Вилина не могла не впечатлиться красотой девушки. При дворе превозносили элегантность и манеры, но Ран отличалась. Больше всего выделялись её глаза — они напоминали два чистых озера и невольно приковывали внимание принцессы.

— Н-ну… Есть кое-что, о чём я бы хотела поговорить с тобой.

— Со мной.

Голос Ран был монотонным и не выражал её мыслей. Каким-то чудом оставаясь невозмутимой, Вилина продолжила.

— Да. Вы с принцем близки. Вернее сказать, ваши отношения выглядят доверительными.

— С принцем, — повторила Ран и убеждённо кивнула. — В этом же нет ничего странного.

— П-погоди, погоди! — вмешалась Крау. Наполовину из любопытства, наполовину нервничая, она слушала разговор принцессы с Ран и больше не могла оставаться в стороне. — Ран, следи за речью. Ты же говоришь с принцессой Гарберы! С будущей женой принца! Будь немного...

— Не важно, Крау, — прервала её Вилина. — ...Сейчас принц заперся в комнате. Часто ли он так делает? Меня всегда раздражает его поведение, я злюсь или сразу же его отчитываю, но каждый раз его успехи изумляют меня. Многие могут не замечать, но он постоянно о чём-то думает, и я пришла к выводу что принц постоянно беспокоится и страдает в одиночестве.

— ...

— Но в этот раз… У меня такое чувство, что сейчас он отличается от обычного себя. Пусть это и смущает, но я не понимаю, почему. Я подумала, что раз вы с принцем близки, значит ты можешь объяснить, что случилось в этот раз.

Некоторое время Ран безмолвно продолжала возиться с драконами и наблюдающая за разговором Крау нервничала из-за повисшего молчания.

— Он уже не ребёнок, — так и не обернувшись проговорила Ран. — Если есть то, что должно быть сделано, то он это сделает. Быть может сейчас, как раз-таки, ничего нет.

— Но...

Конфликт с Таурией урегулирован, подкрепление в Гарберу отправлено. Тем не менее, возможен раздор как с Энде, так и с его собственной страной, Мефиусом. Не может быть, что в такой ситуации у него нет никаких дел.

Догадываясь о мыслях Вилины, Ран, двинув лишь головой, повернулась к принцессе лицом.

— Если считаешь это странным, то приди без приглашения и спроси его напрямую.

— ...Если поступлю так, то именно я проиграю. Есть множество способов понять другого человека.

— Если не можешь спросить сама, то лучше оставь все как есть.

Даже Вилина чувствовала легкую злобу в грубой речи Ран.

— Ты серьёзно так считаешь?

— Я не знаю. Что ты имеешь в виду своим «серьёзно».

Это «ты», к кому оно обращено? — мрачно прищурилась Вилина. Она спокойно и терпимо относилась к манере речи Ран, но теперь та перешла грань. Титул третьей принцессы Гарберы — это не какая-то там дешёвка, чтобы до такой степени не обращать на него внимания.

С другой стороны, Ран смутно улыбалась и продолжала гладить дракона. Любой мог бы сейчас заметить, как тот уводил голову, будто бы испугавшись.

Крау же, чувствуя напряжённую атмосферу, затаила дыхание в нервном ожидании. А затем появилась чья-то величественная фигура.

Часть 3

— Ох, надеюсь, я не помешала?

Подошедшей была ещё одна принцесса — Инэли Мефиус.

— Ваше Высочество, — не могла скрыть удивления Вилина. Она никак не ожидала встретить такого противника и в таком месте. Инэли, хотя и пришла сюда сама, открыто демонстрировала недовольство: прикрыв нос рукой, она пыталась отстраниться от пыли и драконьей вони.

— Старшая сестра, могу я немного поговорить с вами? — спросила она Вилину, уединившись с ней чуть в стороне от драконьих загонов. Хоу Ран же, видимо, потеряв интерес, продолжила тренировать солдат на площадке.

Оставшись наедине с Инэли, Вилина чувствовала несколько иное, чем ранее, напряжение. Что на фестивале основания, что при мятеже, что прямо сейчас — в их встречах было что-то общее.

Выглядит она на удивление хорошо.

Естественно, Вилина не питала иллюзий касательно поведения Инэли и её улыбки в день прибытия в Апту: мефийская принцесса даже не скрывала своё враждебное отношение. Прямо сейчас стоящая перед ней Инэли выглядела не менее враждебно, Вилина не знала, какого рода битва будет в этот раз.

Вилина мысленно крепилась, но внезапно Инэли сказало нечто неожиданное:

— Судя по всему, послезавтра прибудет таурийская принцесса, леди Эсмена Базган. Учитывая состояние брата, он не сможет достойно её встретить. Не беспокоит ли это вас?

— Д-да.

— Злые языки твердят, мол Его Высочество будет постоянно прятаться от леди Эсмены. Вы же, старшая сестра, не столь тщеславны, так что...

— Так что?

— Так что не могли бы вы доверить встречу мне?

Выслушав эту небольшую просьбу, Вилина так и не разглядела истинных намерений Инэли.

***

После этого Инэли столь энергично взялась за работу, что никто бы и не поверил, что ещё недавно она запиралась в своих солонских покоях.

Так как главный зал был разбомблен, она решила провести вечеринку в зале на первом этаже казарм и оперативно поручила ремесленникам создание элегантных декораций. Из замка Инэли приказала принести целую мебель: диваны, столы и прочее, а также картины и саржу, а затем с невероятным мастерством расставила по местам.

Инэли сама составила меню. Более того, она лично спустилась в винный погреб и, внимательно прислушавшись к мнению человека, знакомого с вкусами населения западных регионов, выбрала несколько сортов вина. Затем, словно внезапно вспомнив, она вызвала заместителя командира гвардейцев, Шику.

— Я бы хотела провести танец клинков перед нашими таурийскими гостями. Будь добр, подбери пару умелых мечников, — приказала она.

Получив неожиданный вызов, Шику просто уважительно стоял перед принцессой, внимательно изучая её лицо.

— И одним из них будешь ты сам. Твоё участие порадует наших гостей. С остальным разберёшься сам.

Приказ не оставлял возможности для согласия или несогласия, да и Инэли, будучи большой любительницей гладиаторских боёв, прекрасно знала о прошлом Шику.

Разобравшись с танцем клинков, принцесса приказала слугам и даже горожанам готовиться к встрече.

Вилина умела обращаться с пистолетами и маленькими судами, но не могла, как подобает хозяину, тепло встретить гостей, и совершенно не разбиралась в нюансах застолий и вечеринок, не говоря уже об их организации. Она только и могла, что молча наблюдать за ходом подготовки к встрече. Ей претило быть единственной не при деле, когда все вокруг работали, потому Вилина предложила Инэли свою посильную помощь.

— Разве вы не доверили подготовку мне? — громко спросила Инэли и соблазнительно улыбнулась. — Старшая сестра, достаточно, если вы просто будете присутствовать при встрече леди Эсмены. Вы невеста лорда замка, гости почувствуют себя неловко, если не появитесь ни вы, ни Его Высочество. Судя по всему, леди Эсмена прежде никогда не покидала Таурию, потому мне кажется, её порадуют ваши забавные истории о Гарбере.

— Забавные истории? — вернушись в свою комнату, Вилина почувствовала, будто бы оказалась в тупике, её голова переполнялась от тревожных мыслей. Она никогда не готовила заранее никаких историй, да и с чувством юмора у неё не очень.

Глядя на неё, Терезия не могла остаться в стороне и промолчать.

— Принцесса. «Забавная история» не обязательно должна всех рассмешить. Можно поговорить и о вполне обычных вещах, главное чтобы беседа о чужой культуре и обычаях приносила удовольствие гостям.

Даже вооружившись советом горничной, Вилина не могла подойти к решению вопроса спустя рукава. Если принцесса вбила себе в голову, мол что-то должно быть сделано определённым образом, то едва ли она изменит своё мнение. Терезия беспокоилась, что из-за столь необычной для неё задачи Вилина может переусердствовать и слечь с лихорадкой.

Так и пролетело время, пока до прибытия Эсмены не остались считанные часы.

Принц Гил так ни разу и не покинул свою комнату, а волнующиеся о нём гвардейцы только и могли, что по приказу Инэли практиковаться перед танцем клинков.

Среди царившей вокруг суеты лишь Оубэри Билан оставался невозмутимым. Врага, что ранее угрожал границе, теперь тепло встречают в крепости, и военному человеку, вроде него, оставалось только одно: с самого утра он посвятил себя выпивке.

Генерал напился, он гладил щёку и говорил «больно», что присутствующие подчинённые находили странным.

Оубэри не переваривал принца, но помимо него он не переваривал кое-что ещё. Подкрепления для Гарберы.

Когда он услышал о сборе Гилом подкрепления, у него было две мысли. Оубэри уже долго связан с Гарберой. Ноуэ Салзантес ценил его больше родного Мефиуса и попросил помочь в реализации плана Заата, но тот провалился, а самого генерала отправили в подкрепление принцу. Оубэри чувствовал, что сейчас именно он может оказать Ноуэ услугу и оставить в долгу.

С другой стороны, он прекрасно знал, что император не собирался отправлять подкрепление в Гарберу. Оубэри уже навлёк на себя его немилость за исчезновение во время мятежа и не хотел испытывать терпение Гула Мефиуса ещё больше.

Оубэри злило его положение, и он всё свободное время размышлял над своей дилеммой.

— Я не из тех, кто создан вечно оставаться жалким генералом! — воскликнул он, продолжая гладить рану на щеке, а составлявшие ему компанию солдаты из «вороной» дивизии вдруг почувствовали себя очень неуютно.

***

Подготовка в Апте подошла к концу как раз когда Эсмена пересекла границу. Она впервые летела на воздушном судне и со сверкающим, как у маленькой девочки, взглядом рассматривала каждую мелочь раскинувшегося под ней пейзажа.

— Корабли строят из драконьих окаменелостей, не так ли?

— Так. Каркас воздушных кораблей состоит из металла, получаемого из окаменелостей. «Позвоночник» морских кораблей называется «килем», это слово пишется из символов «дракон» и «скелет»*. Выходит, у воздушных кораблей он состоит из драконьих костей. Буквально.

— Получается, кости стали окаменелостями, но оставшаяся в них сила драконов позволяет нам лететь?

— Нет-нет, — отрицающе замахал рукой капитан корабля, взявший на себя роль ментора. — Благодаря эфиру судно отражает силу притяжения и поднимается в небо. Металл из окаменелостей называют драконьим камнем, он очень лёгкий и потому идеально подходит для кораблестроения.

На палубе Эсмена везде и всюду лазила, беззаботно цеплялась к людям и расспрашивала обо всех мелочах новых для себя вещей. Из тех, кто говорил с ней, никто не показал и тени недовольства. По слухам, Эсмену мучили странные кошмары, всем было приятно видеть, как её обычно измождённый взгляд ныне светился жизнью и любопытством.

Вскоре появились мефийские корабли сопровождения. Путь между Таурией и Аптой на корабле занял половину дня — куда меньше, чем нужно, чтобы удовлетворить любопытство принцессы касательно воздушных путешествий.

***

Когда Эсмена сошла с корабля, на посадочной площадке перед ней собралась большая толпа. Народ Апты приветствовал гостью и махал ей руками. Эсмена тоже застенчиво махнула им в ответ.

Таурийские женщины старались оставлять как можно меньше кожи открытой. Голова Эсмены была обёрнута шарфом, тело укутано в длинный отрез ткани, тянувшийся за ней при ходьбе. Множество мефийцев находило облик принцессы экзотичным, здесь и там из толпы слышались вздохи восхищения. Множество лет Мефиус и Таурия были злейшими врагами, исторически сложилось, что именно Апта подвергалась таурийским осадам. Факт, что гостьей оказалась молодая девушка, помог охладить народное недовольство.

Эсмена нервничала из-за пожирающих её всеобщих взглядов, но всё равно не забывала быстро осматривать городские улицы. Всё, чего касался её взгляд, казалось принцессе новым и ослепительным. Между Аптой и Таурией не такое большое расстояние, но от мысли о чужой стране Эсмене даже предзакатное небо цвета индиго казалось не таким, как на родине.

— Ох. Я слышала, что весь мефийский народ живёт в рабстве у императора, но все вокруг выглядят такими счастливыми...

— П-принцесса… — Натокк, старший офицер сопровождения принцессы, разразился сильным приступом кашля. Не говорите подобного в присутствии мефийских дворян.

— Но я ведь не ошибаюсь. Мне просто не говорили правду.

Девятнадцатилетняя Эсмена была весьма утончённой леди, её улыбка не померкла. Таурийские солдаты приписывали её румянец и туманный взгляд восхищению от первого в жизни визита в другую страну, но то была не единственная причина.

Естественно, принц империи, Гил Мефиус, находился в Апте. По неведомой причине Эсмена не могла успокоиться, когда думала об этом юноше. Её сердцебиение учащалось, а стоило принцу появиться в её мыслях, и он уже не хотел исчезать. Хоть они и виделись всего один раз, фигура Гила уже не раз захватывала её мысли и не давала спать.

Шаги Эсмены были легки, её сердце трепетало.

— Подданые Гула Мефиуса приветствуют вас, Леди Эсмена. Должно быть, вы устали от долгого путешествия.

У входа в зал таурийскую принцессу приветствовал вовсе не кронпринц, а девушка, которую Эсмена видела впервые. Она представилась как принцесса империи, Инэли Мефиус, и Эсмена спешно вернула приветствие.

— Мы благодарны вам за то, что вытерпели все тяготы пути, но к сожалению мой брат, лорд Апты Гил Мефиус, ныне болен и лежит в кровати.

— Ужас, — лицо Эсмены накрыла тень сожаления. — Ему очень плохо?

— Сама по себе болезнь не тяжела, просто Его Высочество боится передать её нашим дорогим гостям. «Принцесса, прошу наслаждайтесь отдыхом» передал он вам, пусть и не лично, — голос Инэли даже не дрогнул. — Если по воле судьбы Его Высочество почувствует себя завтра лучше, то обязательно встретится с вами и поприветствует надлежащим образом.

Затем в зале начался банкет, Эсмену угощали, пока она полностью не устала. Спешно приготовленные блюда и напитки были идеальными, таурийские военные, включая Натокка, пришли в восторг от танца клинков в исполнении Шику и его товарищей. Пусть они и стали гвардейцами, но всё же оставались бывшими гладиаторами. За их плечами был огромный опыт представлений на арене, они скрещивали мечи в столь чётко выверенное время, что никто бы не поверил, мол они тренировались всего один или два дня.

Наполовину со страхом, наполовину с любопытством Эсмена наблюдала за махающими клинками под ритм барабана мужчинами. Глядя на неё, Инэли улыбнулась.

— Это лучшее, что мы можем предложить в приграничной крепости, наверняка ваше мнение о неотёсанности Мефиуса лишь усилилось. Мне стыдно, что это всё гостеприимство, которое мы можем вам продемонстрировать.

— Нет-нет. Я даже не могу достойно отблагодарить вас за тот восторг, что вы нам подарили, вам совершенно нечего стыдиться. Лично для меня это первый визит в мефийские земли, он столь приятен, что мне кажется, будто бы атмосфера веселья унесёт меня. Если я из собственного невежества оскорбила вас, прошу, не держите на меня обиду.

Поначалу Эсмена жалела об отсутствии принца, но вскоре нашла развлечение в болтовне с Инэли. У мефийской принцессы было множество тем для беседы, она хорошо знала о древних традициях и истории Таурии. Когда они заговорили о своих интересах, Инэли перечислила всех известных поэтов из самых разных провинций Таурана, а Эсмена по памяти рассказывала их стихи. Вместе с ними сидела и Вилина Ауэр, но с самого обмена приветствиями она почти постоянно молчала.

— Старшая сестра, а кого знаете вы? — неожиданно спросила Инэли.

— Ну… — Вилина едва ли знала поэтов своей родной страны. Она только и могла, что опустить взгляд и чувствовать ужасную неловкость из-за собственного невежества.

Желая втянуть в разговор и Вилину, Эсмена улыбнулась и начала новую тему для разговора:

— Я бы очень хотела послушать и о Гарбере.

Само собой, она испытывала смешанные чувства к девушке, что станет законной женой Гила, но Эсмена, естественно, была не столь глупа, чтобы показать эмоции и дать своей сопернице шанс получить преимущество.

С нервным взглядом на лице, Вилина рассказала заранее подготовленные к такому случаю «забавные истории». Четырнадцатилетняя принцесса не привыкла к банкетам и не обладала навыками рассказчика. Её можно было бы посчитать очаровательной, но она чувствовала себя абсолютно не в своей тарелке, что приносило зрителям боль. Более того, закончив рассказывать подготовленные истории, принцесса занервничала ещё сильнее, её волнение передавалось окружающим, что было куда большей проблемой, чем вопрос наличия у неё чувства юмора.

Почувствовав атмосферу, Вилина закрыла рот, а затем чуть-чуть приоткрыла его вновь.

— Если завтра будет хорошая погода, можно будет спуститься по Юносу. Само собой, я пойду с тобой.

Чем больше времени Инэли и Эсмена проводили вместе, тем становились ближе друг к другу.

— Да, жду не дождусь.

Несмотря на отсутствие чёткого разграничения, река Юнос всегда считалась границей между Таурией и Мефиусом. Просто невероятно, что две принцессы будут спускаться по реке в одной лодке, потому Эсмена с радостью согласилась на предложение Инэли. К тому же, у Эсмены мало друзей её возраста, такая прогулка станет для неё новым опытом.

В конце концов, в поздний час Эсмена отправилась в гостевую комнату. Попрощавшись с ней лёгким поклоном, Инэли почувствовала на спине взгляд Вилины. Это была её величайшая победа. Без всяких сомнений она сделала то, на что гарберская принцесса неспособна. Что ещё важнее, Мефиус часто называют дикой, неотёсанной страной, в то время как Гарбера известна рыцарством и изысканной культурой. И она, мефийская принцесса, восторжествовала.

Наверняка Вилина обезумела от собственной беспомощности, — думала Инэли, самодовольно оборачиваясь к ней. К её удивлению, гарберская принцесса оказалась куда ближе, чем она предполагала.

— Я впечатлена.

— Э?

— Вы преодолели столько трудностей. Я бы точно не смогла так беззаботно развлекать леди Эсмену. Благодаря присутствию леди Инэли я спасена.

— Неужели…

По странной причине Инэли своим видом внушала благоговейный страх, но гарберская принцесса кивнула сама себе несколько раз и взяла её за руку.

— Объединив силы, мы преодолеем эту трудность, — подбодрила Вилину Инэли. По правде говоря, ей действительно удалось впечатлить гарберскую принцессу, и теперь она чувствовала лёгкое смущение, но всё же оставалась настороже.

— Э? А, ну да.

Глядя на Вилину, Инэли едва поддерживала улыбку.

Что это?

В глубине души Инэли чувствовала, конечно же, изумление, а также отвращение. Вилина давно должна была понять, что она пыталась унизить её во время танца на фестивале основания. Они обменялись враждебными взглядами и в точности походили на двух командиров, заметивших друг друга и демонстрировавших свою решимость.

Пф-ф-ф.

Вновь пробудив в себе чувство превосходства по отношению к Вилине, Инэли почувствовала и презрение.

Ты такая беззаботная только потому что веришь, мол подкрепление дойдёт до Гарберы.

Ни Гил, ни Вилина ещё не знали, что отправка подкрепления в Гарберу равносильна вызову императору. Знай они об этом, наверняка остановили бы подготовку, потому Инэли сознательно не передала послание Гула. Она будет наблюдать, как прямо перед её глазами они почувствуют отчаяние от осознания тщетности своих усилий.

Честное слово, какая смехотворная наивность. Может, ты и хороший пилот, но о сражениях между женщинами не знаешь ничего.

Удовлетворение Инэли от собственной победы немного померкло, но главное, что она восстановила своё чувство собственного достоинства. А значит теперь...

— Брат, да? — тихо прошептала Инэли.

Примечания

  1. Слово «киль» в японском действительно состоит из иероглифов дракон(竜) и кость(骨).

Комментарии