Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 12. Их фестиваль всё не кончается

Ветер гонял пыль по полю. А я топал к палатке оргкомитета, красуясь багряной нарукавной повязкой члена отряда первой помощи. Все вокруг о чём-то активно трепались и даже немного суетились. Некоторые были уже в спортивных костюмах, кое-кто держал в руках красную или белую налобную повязку. Другие уже нацепили её на голову, а кто-то даже намотал на шею.

Кто пылал энтузиазмом, кто бурчал, что этот фестиваль – сплошная тягомотина. Кстати, Тобе, а кто тебе так элегантно повязку-то завязал?

Погода, слава богу, сегодня оказалась хорошей. Дул приятный освежающий ветерок. Отличное время для спорта. Даже простая прогулка к палатке доставляла удовольствие.

Идеальный момент для спортивного фестиваля.

Не будь я в оргкомитете, в такую замечательную погоду, скорее всего, не преминул бы вздремнуть на открытом воздухе. Время от времени на глаза мне попадались бы девушки в шортах на беговой дорожке, и мне выпадала бы возможность оценить их фигуры, когда они мчатся со всех ног. Или восхититься Тоцукой в спортивном костюме. Жаль, что ничего из этого не выйдет.

Сегодня мне придётся выполнять обязанности члена оргкомитета. И торчать в пункте первой помощи на случай, если чего произойдёт. Значит, я не смогу посмотреть, как Тоцука бежит изо всех сил. Или приседает на старте. Или цепляется за барьер во время бега с препятствиями.

Как я и думал, работать – значит проиграть.

Важна не победа, важно участие.

Так в одной из своих речей сказал Пьер де Кубертен, создатель современных олимпийских игр. Эти его слова стали крылатыми, и теперь ими пользуются как дубинкой, чтобы заставить принять участие в чём-то. Хотя на свете полно случаев, когда участие бесполезно. А если участие важно, значит, должно быть важно и участие в неучастии. Если во всём есть смысл, он должен быть и в получении опыта неполучения опыта. Можно сказать, что если ты что-то не испытываешь, то то, что ты при этом испытываешь, само по себе бесценный опыт.

— Опять он за своё.

Я повернулся и обнаружил, что на меня удивлённо уставилась незаметно подошедшая Юигахама. Кажется, я опять начал размышлять вслух.

— Логики никакой, но звучит на удивление убедительно, — вздохнула Юкиносита.

Судя по всему, она подошла вместе с Юигахамой. Кстати, впервые вижу её в спортивном костюме. Совершенно не похоже на её обычный образ, но при всём том ей очень идёт. Странно даже.

Ладно, не будем об этом. Лучше выскажу свою точку зрения.

— Нет, погоди, тут не я виноват, виновато общество. Можно сказать, я есть необходимое зло.

Хорошие парни существует лишь потому, что есть на свете парни плохие. Только благодаря таким как я, облажавшимся со своей юностью, остальные могут оценить её великолепие. Люди всегда любят сравнивать себя с другими. И решив, что они лучше, могут испытать настоящее блаженство. Чужая беда сладка как мёд, как говаривал Катце!* В точку!

— Обычно необходимым злом зовут себя преступники, — пренебрежительно отмахнулась Юкиносита.

— Угу. Очень странно называть это необходимым.

Судя по тому, как выразилась Юигахама, она говорит не о плохих типах в целом, а конкретно обо мне. Что это ещё за отношение «зло убивают сразу»?* Печально…

— Слушайте, девушки, не заставляйте меня думать, что в моём существовании нет вообще никакого смысла.

Из палатки донёсся весёлый смех. Это смеялась Мегури. Кажется, она была по уши в работе.

Мегури явно сильно радовалась фестивалю. Она подошла к нам и подхватила Юкиноситу с Юигахамой под руки.

— Вы трое – настоящая команда!

На лицах всех троих появилось одинаковое выражение «Ага, как же…». Но Мегури это ничуть не волновало.

— Отлично! Постараемся! Эй-эй-о!

— О-о!..

И чего она так завелась?.. Но захваченные её энтузиазмом, мы её поддержали. Мегури удовлетворённо кивнула.

А затем потянула Юкиноситу с Юигахамой поближе к себе. Юигахама покраснела, а Юкиносита дёрнулась, пытаясь вырваться из захвата.

Мегури прикрыла глаза и пододвинулась ещё ближе, так, что их лица едва не соприкоснулись. И медленно заговорила.

— Спасибо. Благодаря вам, я сейчас до невозможности счастлива.

Весёлое оживление ушло куда-то прочь.

Да, такова была изначальная просьба Мегури. Для неё это последний спортивный фестиваль, да и, наверно, вообще последнее мероприятие, которое она организует как президент школьного совета. Именно потому ей хотелось добиться грандиозного успеха.

Мегури была переполнена эмоциями. Но Юкиносита аккуратно сняла её руку и спокойно заговорила.

— Нет. Ещё ничего не закончилось, Сиромегури.

— А? — Удивилась Мегури.

— Есть ещё и вторая половина просьбы, которую мы должны выполнить.

Верно, так оно и есть. Не стоит забывать о тех словах, что Мегури добавила в самом конце.

— Точно! — Хлопнула её по руке Юигахама. — Мы преодолели столько преград, чтобы организовать этот фестиваль. Так давайте же выиграем его!

«Я хочу выиграть». Именно так Мегури и написала в своём письме.

И именно в этом пункте мы не слишком-то уверены. В конце концов, в победе немалую роль играет удача. Пока все состязания не завершились, никто не знает, кто станет окончательным победителем. Если мы полностью отдадимся борьбе, быть может, шанс на победу вырастет.

Мегури снова посмотрела на нас. И когда наши взгляды встретились, я заметил, как блестят её глаза.

— …Отлично. Постараемся!

Она вытерла уголки глаз и тепло засмеялась.

× × ×

Впрочем, как бы мы ни желали победы, нынешняя ситуация не слишком для нас благоприятна.

После всех заморочек с открытием мне всё-таки удалось передохнуть, когда стартовали первые забеги. Наконец-то спортивный фестиваль начался.

Единственное состязание, в котором я должен был участвовать – это бег. А всё остальное время мне следовало торчать в пункте первой помощи и ждать. Как ни посмотри, красная команда была не в самом хорошем положении.

Поначалу мне казалось, что набранные нами очки вполне приемлемы. Но к полудню мы уже заметно отстали.

Кажется, вся красная команда уже смирилась с поражением. А это мотивации отнюдь не добавляло. Кто-то действовал в стиле «Ну и не буду выкладываться на полную… да что там, даже стараться не буду», кто-то просто работал на публику.

Если эти типы, что пытаются всех рассмешить, и в обычной жизни ведут себя как клоуны, их по крайней мере можно понять. Хотя всё равно это глупо.

Проблема-то на самом деле серьёзная, когда оказываются затронуты твои знакомые, равно как и их друзья. Противно смотреть, когда загнанным в угол кричат что-то вроде «ну ты и неудачник». Хоть я и ответственен за первую помощь, исцелить душевные раны мне не по силам…

В фестиваль вовлечена вся школа, и тут несложно заниматься тем, что тебе больше всего подходит. Самое простое – полностью отдаться состязаниям. Надо сказать, если ты делаешь то же, что и остальные, но при этом у тебя получается увлекательнее и лучше, чем у остальных, все почувствуют, что у тебя незаурядная индивидуальность.

А эксцентричность – это далеко не то же самое, что и индивидуальность.

Это в полной мере доказывал капитан команды белых, Хаято Хаяма.

Он ведь не делал ничего особенного. Просто легко выиграл эстафету и бег с препятствиями. Ну ладно, может, это как раз и правда особенное.

Он выигрывал все состязания, в которых принимал участие.

А девушки, видя это, приходили в экстаз.

Где бы ни вышел на старт  главный поставщик очков команды белых, вокруг тут же скапливалась толпа девиц с напряжёнными улыбками. Меня это не слишком раздражало потому, наверно, что там же радостно крутились и Тобе с компанией.

Впрочем, смотреть на всё это с улыбкой удавалось разве что посторонним вроде меня да друзьям Хаямы. Иначе говоря – всей команде белых.

Парни же из команды красных поглядывали на Хаяму с ненавистью. Особенно Заимокуза. Его глаза стали такими же тухлыми, как у меня.

Бодрость Хаямы резко контрастировала с унынием, воцарившемся в команде красных. Все уже по сути капитулировали, потому что было ясно, что белые будут удерживать своё превосходство от начала и до конца.

Почти все состязания остались позади. Я бросил взгляд на табло возле школьного окна. Оно демонстрировало более чем существенный разрыв в очках.

Полтораста очков у команды белых. Ровно сотня у красных.

Наверно, это конец.

Я ещё раз посмотрел на далёкое табло и вздохнул. И услышал ещё один столь же печальный вздох. Повернулся и обнаружил рядом с собой Юигахаму.

Что ж, могу понять, что она чувствует. Наши недавние декларации оказались несколько опрометчивы…

Тут я заметил ещё одну фигуру, с ещё более серьёзным видом изучающую табло. Юкиносита скрестила руки на груди и прочистила горло.

— …Какие ещё остались состязания?

В её голосе звучало такое напряжение, что я невольно ответил как на духу.

— А. Ещё два главных, «Чибалерия» и «Опрокинь столб».

— Действительно…

Она замолчала. Мы с Юигахамой переглянулись и кивнули друг другу.

Как всегда, да?

Тихо горящее голубое пламя куда жарче ревущего красного. Как Юкиносита сейчас.

Она не сдалась. Она и сейчас искала путь к победе. Блестящий пример человека, ненавидящего проигрывать.

× × ×

После недолгого перерыва мы начали готовиться к главным состязаниям. Наездницы переодевались, зрители подтягивались поближе. Даже я, теоретически прикованный к пункту первой помощи, не мог пропустить столь масштабное событие.

Почему-то явился помогать и Заимокуза, которого никто не приглашал.

На его рукаве красовалась повязка «Режиссёр-постановщик», на которую всё равно никто не обращал внимания. То ли он её нацепил из чувства ответственности, то ли просто развлекался. Скорее последнее, потому что ни о чём таком мы и слыхом не слыхивали.

Заимокуза, ребята из школьного совета и часть помощников занялись зрителями, направляя их на место. И вдруг из толпы послышались радостные вопли.

Я повернулся и обнаружил, что Эбина ведёт к нам наездниц. Юкиносита заговорила с ней, поправляя повязку на голове.

— Все готовы?

— Угу.

Эбина махнула рукой, словно предлагая взглянуть самой. Осталось лишь выйти на поле, это не проблема. Но вот кое-что меня удивило. Надо бы спросить.

— …Что это за наряд такой?

— Вот и мне хотелось бы знать, — вздохнула Юкиносита.

На ней было надето броское и слегка провоцирующее бронеплатье. Материал не блистал, но пластины на руках расходились, открывая кожу. Плечи и верхняя часть спины тоже были открыты, смотрелось замечательно. Броня на руках и груди выглядела весомо, зато юбка казалась очень мягкой и лёгкой, трепеща на ветру.

Готовилось всё в спешке, но получилось очень неплохо. Хотя кое-что выглядело странным.

Да, странно… Когда я смотрел эскизы, я был уверен, что всё делается в японском стиле. Как же дошло до такого?.. Должно быть, за кулисами творилось немало тёмных дел…

Юкиносита изучила свои руки, ноги, шею. Кажется, она и сама недоумевала, как же так получилось.

Интересно, что о таком дизайне думают остальные. Я огляделся в поисках Юигахамы. Гахама, Гахама… а, вот же она.

Юигахама потрогала нагрудник, броню на руках, слегка одёрнула юбку. И покраснела.

— У-у, так неловко…

Ещё бы. Такой косплей на глазах у всей школы… Восхищённая Эбина буквально пожирала смущённую Юигахаму взглядом. Рядом с ней стояла Кавасаки. Ну да, Кавасаки тоже пришлось влезть в такой же наряд. И кажется, ей это не очень-то нравится…

Она не хотела так наряжаться? Я задумчиво посмотрел на неё. Заметив мой взгляд, Кавасаки покраснела и яростно зыркнула в ответ.

— …Что?

Ярость в её голосе пугала не на шутку. Но если я отвечу стандартным своим «ничего», она, наверно, так в плохом настроении и останется. Надо как-то её подбодрить.

— Ну, тебе очень идёт.

— …На драку нарываешься?

Ответила она ещё суровее. Слушай, я же комплимент тебе делаю… А, вот оно что. Извини, не смотрю я больше на тебя, не смотрю, не надо так зыркать…

Я отвёл глаза и упёрся взглядом в Эбину. Та была одета в точно такое же платье и ничуть того не смущалась.

— …Почему мы должны так одеваться?

С сомнением в голосе пробормотала Юигахама, постучав себя по нагрудной пластине. Крепивший её шнурок начал развязываться. Кавасаки заметила это, вздохнула, подошла к Юигахаме и начала помогать его завязывать.

Эбина похлопала Юигахаму по плечу, словно стараясь успокоить.

— Это совместная битва. Наездники должны носить броню как положено.

— А, ну да, — пробормотала Юигахама, разворачиваясь.

— Не дёргайся.

Суровая команда Кавасаки заставила Юигахаму замереть.

— Но одеваться в такое на соревнованиях немного…

Уныло буркнула она. Но Эбину это ничуть не волновало.

— Всё просто замечательно! Это же специальный костюм, разработанный под моим руководством и изготовленный Саки-Саки!

— Не зови меня Саки-Саки!

Бог мой, как вы замечательно ладите… Сдаётся мне, со школьного фестиваля дистанция между Эбиной и Кавасаки заметно сократилась.

Кавасаки придирчиво проверила все костюмы и кивнула. Юкиносита крутанулась, прикидывая, удобно ли сидит платье. Эта девчонка всерьёз думает о победе. Даже проверяет, не мешает ли что движениям… А вот Юигахама к своему наряду привыкать, кажется, не собиралась. Она с любопытством изучила его и вздохнула.

Юкиносита тоже вздохнула.

— Но всё-таки… почему западный стиль?

— Угу… Разве мы не должны выглядеть как самураи? — Тут же добавила Юигахама.

Ну да. Так кто всё-таки предложил западный стиль? Я вопросительно посмотрел на автора исходной идеи, Заимокузу. Кавасаки с подозрением уставилась на Эбину.

Заимокуза с Эбиной синхронно поправили очки, одновременно блеснули стёклами и ответили в один голос.

— Разве непонятно? Потому что мне так нравится!

А, теперь всё ясно. Против такого аргумента не попрёшь…

Наверно, так оно всегда и происходит. Чья-то идея берётся за основу, но после добавления идей всех остальных на выходе может получиться нечто совершенно неожиданное.

Но даже если им кажется, что всё замечательно, люди, носящие эти костюмы, вряд ли с ними согласятся. Во всяком случае, Юкиносита с Юигахамой смотрели на Эбину с Заимокузой с презрением.

Одетая точно так же Мегури, увидев выражение их лиц, направилась к ним. Её широкая улыбка недвусмысленно давала понять, что она очень довольна.

Мегури обняла Юкиноситу с Юигахамой за плечи и снова радостно улыбнулась.

— Ну, ну, разве не здорово, что мы так оживились?! Давайте начнём отыгрываться!

И слегка подтолкнула их. Действительно, пора уже было выходить на поле. Эбина с Кавасаки направились к команде белых. Я же махнул рукой Мегури и Юкиносите с Юигахамой.

На какой-то момент наши пути пересеклись.

— Если выиграем, получим тридцать очков.

— Хм, значит, надо просто будет и парням выиграть, тогда победа у нас в кармане.

Юкиносита с Юигахамой обернулись и посмотрели на меня. Да понял я, понял. Победа в каждом из главных состязаний даёт тридцать очков. Если мы выигрываем оба, команда красных обойдёт белых.

— Легко сказать…

Всё равно нет никакой гарантии, что в этих состязаниях мы выиграем. До сих пор команда белых нас превосходила. Иначе говоря, шанс на победу тут даже ниже.

И что ещё важнее, у белых в капитанах Хаяма. Со своими невероятными способностями и харизмой, поднимающей дух команды. А у красных мотивация на нуле…

Победить в таких условиях практически невозможно.

Ясен пень, Юкиносита и сама прекрасно это понимала. Но всё равно продолжала смотреть на меня.

— …Потому что ты сдержишь своё обещание.

Бросила она и пошла дальше. Юигахама махнула мне рукой и бодро улыбнулась.

— Не думаю, что это можно назвать обещанием, потому что я его не давал…

Пробормотал я, прекрасно понимая, что она меня не услышит.

× × ×

Обе команды выстроились на поле. Смотрелись они замечательно. Особенно генералы.

В команде красных генералами были Юкиносита, Юигахама и Мегури. У белых – Миура, Кавасаки и Эбина. По правде говоря, у нас не нашлось даже времени, чтобы обсудить кандидатуры. А значит, они выбирались банально по степени близости к делам оргкомитета.

Насчёт Мегури вопросов нет. Юкиносита и Миура хорошо известны всей школе, тут тоже всё путём. Кавасаки не столь популярна, но приветствовали её не хуже.

Эбина, кажется, участвовать совсем не рвалась, но в конце концов согласилась.

Генералы заняли свои места. Всё было готово к началу.

И в этом момент из динамиков послышались воющие звуки.

—А-А, А!..

Кто-то проверял микрофон.

До сих пор в роли комментаторов выступали главным образом Миура и Эбина. И у них отлично получалось. Но раз уж в «Чибалерии» должны участвовать все девушки, разумеется, их пришлось заменить.

Быть может, так распорядилась Миура, но на её месте оказалась троица придурков. Они мёртвой хваткой вцепились в свои микрофоны.

— Итак, спортивный фестиваль близится к концу. Лидирует команда белых. Благодаря героическим усилиям Хаято Хаямы мы набрали огромное количество очков, и всё складывается в нашу пользу.

Странно, конечно, член команды белых в роли комментатора… И что это ещё за «в нашу пользу»?.. Чего и стоило ожидать от девственника Оуки. Даже не пытается изобразить непредвзятость.

— Но всё же окончательный победитель ещё не определился…

С другой стороны, серьёзность в голосе Ямато несколько порадовала красных.

Хоть эта парочка и была явно взволнована, голоса их звучали очень громко.

— И наконец начинаются главные состязания нашего спортивного фестиваля. На поле лицом к лицу сходятся девушки из Чибы. Иначе говоря, Чибалерия!

Пронеслось над полем загадочное объяснение Тобе. И к чему он вдруг Чибалерию помянул…

— Итак, генералы и их армии заняли исходные позиции. Победителем станет тот, кто одолеет больше генералов противника.

Оука вкратце объяснил правила. У каждой армии три генерала. Надо сорвать головные повязки с генералов противника, защищая при этом своих.

Противники уставились друг на друга. В воздухе повисло напряжение.

Сигнал к началу битвы предстояло дать донельзя бодрой и радостной Хирацуке, стоящей с большой раковиной в руке. Хм, а она, кажись, и правда очень любит такое…

Хирацука набрала в грудь воздуха и дунула в раковину.

Над полем пронёсся низкий гудящий звук, и обе армии бросились вперёд.

— Пламя Чибалерии вспыхнуло!

Краем уха слушая комментарии Оуки, я следил за каждым движением команд. Команда белых, судя по всему, пошла на решительный штурм с генералами во главе. Каждый из них выбрал свою цель.

На острие удара оказалась Кавасаки. Не обращая внимания на окружающих, она бросилась в атаку, выбрав своей целью Мегури.

Должно быть, среди всех генералов красных она казалась самой лёгкой мишенью. Учитывая её неизменное спокойствие и мягкость, можно было подумать, что она опрокинется от первого же толчка. Хотя на самом деле всё было совсем не так.

Да! Не так!

Поняв, что собирается сделать Кавасаки, она на какое-то мгновение занервничала, но тут же вернула самообладание. И сказала стоящим рядом «Девочки, полагаюсь на вас».

Те быстро сформировали стену, перекрывая бросок Кавасаки. Между ней и Мегури вырос непреодолимый барьер.

Да, это фирменный приём Мегури. У Кавасаки не было и шанса добраться до неё.

— …Цк.

Кавасаки разочарованно щёлкнула языком, на какое-то время отступая.

Кажется, опасность пока что миновала… Но едва я расслабился, с центра поля донеслись какие-то странные крики и вой.

— У-фу-фу-фу-фу, Ю-И!

Странные крики издавала Эбина. Оседлав весьма атлетических девиц, она рвалась вперёд, вздымая клубы пыли.

— А-а-а, сейчас что-то будет!

Вой доносился от Юигахамы, которую перевозбуждённая Эбина выбрала своей жертвой. Увидев такую атаку, Юигахама с плачем бросилась удирать, мотаясь на руках своих носильщиц. Эбина гналась за ней.

Эта парочка мелькала то тут, то там. Кажется, они даже не смотрели особо, куда бегут.

Патовое положение какое-то… Ладно, пока Юигахама удирает, можно чуток расслабиться.

Зрители отчаянно орали, поддерживая генералов, идущих в атаку в первых рядах.

— Генералы продолжают рваться в бой. О, а вот сейчас, кажется, будет схватка двух генералов!

Зрители снова разразились воплями. Всё внимание сконцентрировалось на двух оставшихся генералах.

Юкиносита со своими носильщицами легко рысили по полю, ювелирными движениями срывая повязки с пытающихся преградить путь. И вышли на приготовившуюся к схватке Миуру.

Даже не отрывая глаз от Юкиноситы, та легко расправлялась с нападающими на неё. И вот эти двое сошлись наконец лицом к лицу.

Они неотрывно смотрели друг на друга. Миура ухмылялась. Юкиносита оставалась холодной и невозмутимой.

Стиль боя у них заметно различался. И схватка между ними не могла не привлечь всеобщее внимание.

Словно заранее договорившись, они синхронно рванулись вперёд. Миура яростно завопила. Юкиносита же хранила молчание, словно падающий в тишине снег.

Пришло время жестокой схватки.

Когда они проносились друг мимо друга, Миура слегка качнулась.

Издалека казалось, что их тела просто скользнули друг мимо друга. Но перед этим мне почудилось ещё какое-то движение.

Движение, позволяющее отбросить соперника, даже не прикасаясь к нему. То, на чём специализируется Юкиносита.

— В-воздушный удар… Она что, Мастер Азия? Умрёт на заре?*

Я напрягся. «Лошади» Миуры потеряли равновесие и рухнули вместе с ней. А после падения Миуры капитулировала и вся команда белых.

Победитель был ясен. Хирацука снова дунула в раковину.

— Какая прекрасная техника! Побеждает команда красных!

Зрители разразились бурей аплодисментов.

Эта девчонка и правда победила…

Я тоже похлопал в ладоши, проникаясь увиденным и глядя на возвращающихся с поля девушек. Юкиносита тяжело дышала, совсем вымотавшись. А Юигахама едва волочила ноги, ментально истощённая долгой и страшной погоней.

— Молодцы.

Я поднял руку, приветствуя их. Юкиносита с Юигахамой хлопнули меня по ладони, проходя мимо.

— Остальное за тобой.

— Хикки, мы рассчитываем на тебя.

— Легко сказать…

Я посмотрел вслед уходящим к палатке оргкомитета девушкам и перевёл взгляд на свою руку.

× × ×

До «Опрокинь столб» оставалось ещё какое-то время, и я ненадолго вернулся в палатку первой помощи.

Что ж, это на крайний случай. Я быстро нашёл, что искал, и сунул в карман.

И тут же услышал голос Миуры. Значит, комментаторы уже сменились.

— Теперь состязание среди парней «Опрокинь столб».

Ясно, пора идти.

Правила предстоящего состязания очень просты. На базе каждой команды ставится столб. Кто чужой столб повалит, тот и выиграл.

Идея Эбины оказалась на удивление нормальной, так что я даже испытал некоторое разочарование. Но не успел я подумать об этом, как услышал из динамиков голос с пошлыми интонациями.

— У-фу-фу-фу. Мальчики сцепляются, дёргая друг у друга палочку. К-какое бесстыдство…

И вслед за ним смачный хлопок. Наверно, Миура треснула Эбину по голове, потому что дальше послышался громкий вой.

До чего же всё-таки Эбина странная…

Рассеянно слушая банальные комментарии, я пристроился в хвост собравшимся, ожидая возможности выйти на поле. Но похоже, вход был совершенно забит, так что толпа совсем не продвигалась. «Что за фигня», подумал я, и вдруг обнаружил рядом знакомую фигуру.

— О-о, разве это не Хачиман?

По какому-то дурацкому стечению обстоятельств мне выпало столкнуться с Заимокузой.

— Почему не движемся?

Быть может, он в курсе, всё-таки раньше меня пришёл. Но Заимокуза лишь покачал головой.

— Понятия не имею. Может, там что-то случилось.

— Хм-м.

Ну и ладно. Всё равно тут шум, гам и бардак. Полезу вперёд.

Впереди обнаружилось пустое пространство. С одинокой фигурой посреди.

Присмотревшись, я понял, что это Тоцука в чём-то, напоминающем школьную форму. Но почему именно школьную?.. Вознеся хвалу богам за такую удачу, я двинулся к нему. Тоцука тоже меня заметил.

— Хачиман!

Он улыбнулся и побежал навстречу, хлопая по бокам чуть великоватой формой.

— Тоцука, твой костюм…

Он слишком мил! Я рванулся вперёд, словно желая убедиться, что глаза меня не обманывают. Как, почему, откуда? Человек, придумавший такую комбинацию, настоящий гений, правда? Нарядить Тоцуку в школьную форму – решение простое и изящное, как колумбово яйцо… Даже не представляю, правильно это или нет. Мне даже показалось, что причинно-следственные взаимосвязи вывернулись наизнанку и заработал Закон Циклов.*

Кажется, Тоцука и сам не знал, что ответить.

— Н-ну, это… Капитаны же должны выделяться… Вот меня и попросили так одеться… Это странно?

Он потеребил слишком длинные рукава, увидел, что все смотрят на него, и съёжился, словно стараясь стать незаметным. Кажется, костюм делался в спешке и оказался великоват для его стройной фигуры. Но это было прекрасно.

— Тебе очень идёт. И совсем не странно.

Так и есть, не странно. А донельзя мило…

— Хм. Впервые вижу, как кто-то мгновенно теряет голову от любви.

Заимокуза содрогнулся, но я совершенно не слушал его. Потому что Тоцука был просто до невозможности мил…

× × ×

Обе команды наконец вышли на поле. До начала состязания оставалось совсем немного.

— Для начала позвольте представить вам генералов. У белых это капитан футбольной команды Хаято Хаяма. У красных – капитан команды теннисистов Сайка Тоцука.

Раздался голос Эбины из динамиков. Все уставились на генералов. Услышавший вдруг своё имя по радио Тоцука, кажется, немного занервничал. Хаяма же совершенно спокойно поднял руку и помахал зрителям, разразившимся восторженными криками.

Его спокойствие, судя по всему, действовало и на окружающих. Моральный дух команды белых оставался невероятно высок. Они столпились вокруг Хаямы, создавая впечатление, что юность – это действительно что-то хорошее.

А вот в команде красных с мотивацией была просто беда. Все выглядели какими-то ослабленными, что лишь усугублялось их мрачным настроением.

Мотивированным, пожалуй, оставался лишь бормочущий что-то про себя Заимокуза. Наверно, опять погрузился в свои фантазии. Похоже, чунькам вроде него такие состязания в радость. А может, для него это как война, где он может всем рассказать о всякой фигне вроде гьёрина, какуйоку или рюкитосанряку.*

Нет, так нам никогда не победить… Я вздохнул, предчувствуя неминуемое поражение.

Но какой-то шанс всё же остаётся. Я задумчиво посмотрел на свои руки. Всё можно изменить, если правильно разыграть доставшиеся с раздачи карты.

— Заимокуза. У меня есть тайный план.

— Тайный план?.. — Вздрогнул Заимокуза. — И ты хочешь посоветоваться со своим генералом? Что ж, я тебя выслушаю.

Всё, попался. Этот тип просто обожает тайные планы. И хоть мне не нравится, что ты изображаешь из себя моего начальника, сегодня я тебя прощаю. Ад я тебе устрою потом.

Я прошептал ему несколько слов. Заимокуза аж подпрыгнул от удивления.

— …Что? Я?

Он моментально вернулся в своё обычное состояние. Хотя оно тоже не сахар.

— А больше некому. Ты сейчас вроде Гуань Юя периода Троецарствия. А Тоцука – Лю Бэй. Значит, только ты можешь объединить и возглавить всю армию.

Я беззастенчиво воспользовался «Хрониками Троецарствия». Заимокуза задумчиво помычал и хлопнул себя по колену.

— Ладно, я понял. Положись на меня.

Судя по всему, я сумел переключить его в режим чунибьё. Теперь он уже не боится. Чуньки порой способны выдерживать огромное давление. Без сильного самосознания, разрушающего общепринятые представления, они просто не могли бы рассказывать окружающим свои фантазии или, к примеру, носить пальто посреди лета.

Заимокуза встал перед командой, демонстративно откашлялся и громко заговорил.

— Восслышьте же, мужи. Генерал желает слово молвить.

Тоцука ошарашенно посмотрел на Заимокузу, явно не ожидая такого подвоха. Потом всё же нерешительно вышел и встал рядом.

— Э-э… Я генерал команды красных, Сайка Тоцука. Р-ребята, давайте постараемся.

Он стиснул свои маленькие руки перед грудью. Выглядело всё так, будто он себя подбадривает, а не команду. Но несмотря на всю его неуверенность, казалось, что он готов отдать всего себя.

…Я хочу защитить его улыбку.

Заимокуза снова шагнул вперёд.

— Наш главный и единственный враг – это Хаято Хаяма! Остальная мелочь не в счёт! Слушайте! Настал момент, которого мы так долго ждали. Как мы можем позволить выиграть такому омерзительному красавчику?! Ненавижу! Просто ненавижу! Не хочу больше грустных воспоминаний! Не хочу уходить в сторону, встретившись с ним в коридоре! Не хочу заставлять себя улыбаться, когда он заговаривает со мной! Не хочу сразу замолкать, когда он оказывается рядом! А вы?!

На середине речи крик Заимокузы почти что перешёл во всхлипывания. Кажется, он слишком вошёл в роль, и его слова действительно больно ранят. Вся команда красных ощущала мощное давление печалей Заимокузы. А белые искоса на него посматривали. Он оказался в центре внимания.

— О… О-О… — Послышались одобрительные возгласы команды.

— Так что же нам делать?! Победить! Время пробудиться! Восстаньте же, мои соратники!

— О!

Кажется, речь Заимокузы чуток мотивации добавила. Особенно хорош был голос Тоцуки. Незаметно для себя я, как и все остальные, преисполнился желания сделать всё возможное ради него.

Заимокуза удовлетворённо оглядел команду и покосился на меня.

— Ну как?

— Хм. Неплохо. Омерзительно и захватывающе. В остальном полагаюсь на тебя.

— О-омерзительно?

Кажется он был в некотором шоке. Да нет, ты всегда отвратителен… Потому что излучаешь какое-то непонятное давление. И это давление заставляет слушать тебя. А когда моральный дух низок, надо сказать что-то такое, что пробудит интерес.

Заимокуза, надо отметить, справился с этим замечательно. Быть может, по пути домой он теперь будет корчиться от стыда, пытаясь понять, зачем он всё это сказал.

Когда чем-то слишком увлекаешься, очень просто заработать неизгладимый шрам на всю жизнь.

Теперь, благодаря неоценимой жертве Заимокузы и улыбке Тоцуки, подготовка завершена. Я глянул на флаг команды белых. Под ним стоял их генерал, Хаято Хаяма. Хоть я и был далеко, он увидел мой взгляд и улыбнулся в ответ.

Что ж, разрешим наше противостояние самым честным, справедливым, подлым и низким способом, каким только возможно.

× × ×

Едва прозвучал сигнал к началу, как обе команды пришли в движение. Подбадривающие возгласы с зрительских мест смешивались с криками парней на поле. Атмосфера явно оживилась.

Эбина, судя по её комментариям, тоже пребывала в прекрасном настроении.

— Итак, началось! Мальчики лезут на мальчиков, чтобы уронить их палочку! Атака и оборона! Одна армия плотно входит в другую! Атакуют белые!

Её дурацкие фразочки только мешали тем, кто пытался прислушаться к ним. Разумеется, дух команды белых был выше. И потому, что генералом у них Хаято Хаяма, и потому, что с навыками у них получше. Они сконцентрировались на атаке, выискивая слабое место, через которое можно прорваться. Ясен пень, не сыгранная и не выстроенная команда красных быстро была рассеяна и оттеснена к своему столбу.

Его защищали Тоцука и ещё несколько парней, к которым прорвались белые.

— Ух, ой…

Тоцука присел, видя эту яростную атаку (получилось очень мило). Если пройдут и его, защитить столб будет уже некому. Все оказавшиеся рядом красные бросились на помощь.

Ему удалось уйти от какого-то белого, пытавшегося схватить его. Но защищающаяся команда всё равно несла потери.

Разумеется, Тоцуке тут же бросились на помощь.

— И-извините!

— Нет! Всё ради нашего генерала!

Тоцука застенчиво улыбнулся.

— Спасибо…

Лицо парня из красных застыло, и он рухнул наземь, сражённый улыбкой Тоцуки в упор.

— В команде красных собрались одни идиоты…

Пробормотал я про себя, постепенно продвигаясь вперёд. Хоть всей ситуации на поле я не видел, но не видел и никаких проблем оставить оборону нашего столба на Тоцуку и остальных. И когда я почти добрался до центра, из гущи схватки послышался мучительный вопль.

— Уа-а-а-а-а-а!

Дёргающийся Заимокуза, весь покрытый пылью, двигался вперёд, демонстративно приветствуя грядущую гибель.

— Уа-а-а-а! Даже если Заимокуза погибнет, нашей виктории быть! Я ни о чём не жалею больше в этой жизни… Я-я свободен…

Видя такой спектакль, к нему не рисковали приближаться ни свои, ни противники. Его окружала пелена пыли, волосы пребывали в полном беспорядке. Дёргаясь как припадочный и бубня без перерыва, он постепенно продвигался вперёд.

Невыносим как всегда… Но благодаря тому, что он отвлёк всё внимание на себя, я могу теперь сделать то, что собирался.

Вопли Заимокузы доносились издалека. Команда красных отчаянно отбивалась от противников. А значит, никто не обратит внимания, что я сейчас сделаю.

Узрите же мою способность, отточенную годами одиночества. Хикки-невидимка!

Я достал из кармана бинт и быстро обмотал голову. Теперь я смахивал на парня из команды белых. И мне не составит труда просочиться в их лагерь. Точнее, я спокойно дойду до него.

Все продолжали пялиться на вопящего Заимокузу. Если он и дальше будет их отвлекать… Столб команды белых красовался прямо передо мной. Осталось лишь подкрасться и опрокинуть его. Быстро прикидывая примерный уровень последней линии обороны, я вдруг услышал голос.

— Привет. Я так и знал, что ты придёшь.

— Хаяма…

Хаято Хаяма улыбался своей обычной бодрой улыбкой. Я невольно усмехнулся в ответ. И даже заметить не успел, как оказался окружён ребятами из его команды.

— Что за повязка? — Постучал Хаяма пальцем по голове. — Поранился?

— Ну, говорят, что с головой у меня по жизни беда…

Он словно мягко журил ребёнка-озорника за очередную проделку. Даже мне стало как-то неудобно. И я быстро сбросил бинт.

Хаяма посмотрел на Заимокузу. Тот изображал истекающего кровью, дёргаясь и что-то крича.

— Воспользовался Заимокузой как приманкой? Неплохая идея. Но…

Его улыбка испарилась, он очень серьёзно взглянул на меня.

— Я бы ни за что не оставил тебя без надзора.

— Ты слишком высокого мнения обо мне… Не такую уж важную я играю роль.

Я быстро огляделся. Хаяма и его ребята постепенно приближались ко мне.

Выхода не было. Но Хаяма заметил мой взгляд.

— Не пытайся что-то выкинуть. На твои фирменные трюки мы отвечаем командной игрой.

— Это просто тирания большинства.

— Не надо таких громких слов. Мы всего лишь пользуемся численным превосходством.

Хаяма снова усмехнулся. Должно быть, он и правда в хорошем настроении, раз может улыбаться в такой ситуации. Тоже в своём роде перекрученный тип. Впрочем, не время сейчас обсуждать его характер.

Я медленно поднял руки.

— Сдаёшься? — С некоторым недоумением поинтересовался Хаяма.

Ну да, наверно, единственно возможная интерпретация моих действий в моём положении. Вот только очень далёкая от правды.

— Да нет… Заимокуза!

Я махнул рукой в направлении столба.

— О!

Корчившийся на земле и изображавший адские муки Заимокуза моментально вскочил и пулей метнулся к столбу.

— На ваше численное превосходство мы ответим весовым!

Мерзко ухмыльнувшись, пояснил я ребятам из команды белых, которые ещё не поняли, что происходит. Быстрее всех отреагировал ошеломлённый Хаяма.

— Двойная приманка? Чёрт! Остановите его!

Тобе, Ямато и Оука рванулись наперерез Заимокузе.

— Не пройдёшь!

— Только попробуй!

— Сейчас мы тебя!

Они выставили руки, встав у него на пути. Но Заимокуза без страха рвался вперёд.

— Хо-хо-хо-хо-хо! Прочь с дороги!

Его вес, помноженный на скорость, не давал и тени шанса остановить его. Он опрокинул преградивших ему путь и продрался к столбу.

Тот качнулся. Зрители затаили дыхание. Столб закачался сильнее. Все широко раскрытыми глазами молча следили за его движением.

Бабах!

Одновременно с ударом столба о землю зрители разразились восторженными криками. А Заимокуза задрал голову к небу и испустил победный рёв, полностью их заглушив.

× × ×

Осень приближалась, гуляющий по клубной комнате ветерок стал холоднее. И потому стоящий на столе MAX Coffee казался ещё более вкусным. Из носика недавно вскипевшего чайника поднимался парок.

Казалось, я уже очень давно не убивал здесь время после уроков. Спортивный фестиваль закончился несколько дней назад, и клуб помощников возобновил свою обычную деятельность. То есть мы с Юкиноситой читали книжки, а Юигахама игралась со своим мобильником.

Но всё же от фестиваля остался некоторый осадок.

Юкиносита с шумом захлопнула книжку.

— Поверить не могу, что мы именно так проиграли…

— Да… Было совершенно неожиданно, что нас дисквалифицировали за нарушение правил.

Пробормотали девушки, потянувшись к своим чашкам. Их слова резали мне слух.

— Если бы не кое-чей идиотский трюк с повязкой, могли бы и выиграть…

Юкиносита искоса глянула на меня. Кажется, она была несколько недовольна итогами фестиваля. Что ж, иного от неё и ожидать не стоило.

— Да ладно, успокойся. Тут не только Хикки виноват.

Юигахама почуяла, что атмосфера начала накаляться, и тут же встала на мою защиту. Кстати, а ведь если подумать, «Юкинон» и «опасность» звучат похоже.* Может, отсюда корни у её прозвища и растут?

Опасная персона вдруг вздохнула и устремила взгляд куда-то вдаль.

— Что ж, что сделано, то сделано…

Так и есть, спортивный фестиваль завершился поражением команды красных. А причина тому – нарушение правил на «Опрокинь столб». Когда об этом объявили на церемонии закрытия, была целая буря эмоций.

Результаты оглашала председатель оргкомитета фестиваля, Сагами.

— Ввиду небезопасных действий обеих команд во время состязания «Опрокинь столб» его результаты  аннулируются. Таким образом, очки за него не присуждаются ни одной из команд. Подробности будут объявлены дополнительно.

Это означало, что в фестивале победила команда белых.

Проблема в том, что проверить, что каждый из участников делал на поле, было невозможно. Слишком уж их было много.

Может, кто-то по-тихому поднялся, будучи повален на землю. Может, кто-то действовал слишком жёстко. Может, кто-то подменил головную повязку.

Разумеется, тут же началось возмущение. Все хотели знать, кто и как именно нарушил правила.

Но дать подробный отчёт по всем нарушениям было практически невозможно. Когда столько народу на поле, за каждым не уследишь. Это всё равно, что требовать предоставить неопровержимые доказательства существования духов или, скажем, йети. За соблюдением правил должен был следить оргкомитет, и раз уж они не в курсе, то знать правду вообще никому не дано.

А значит, о моём нарушении никто никогда не узнает. Нет никаких доказательств, что я единственный, кто нарушал правила.

— Тебя не устраивает то, что сказала наша госпожа председатель?

— Кажется, тебе надо как следует подумать над своим поведением… — Холодно посмотрела на меня Юкиносита.

Я потерял дар речи. Кажется, и Юигахама, и Юкиносита знали, как я нарушил правила. И были уверены, что Сагами говорила именно обо мне.

Понятия не имею, как всё выплыло на свет божий. Мне даже больше ничего скрывать не хотелось.

— Ну простите уж… Не думал, что на меня кто-то смотреть будет…

Кое-как извинился я. Юигахама вскинула палец, словно намереваясь прочитать мне нотацию.

— Да именно на тебя все и смотрели.

— Верно. Я ещё подумала, что ты собираешься с этим бинтом делать, когда ты достал его из кармана, — вздохнула Юкиносита.

Правда? Ты заметила? Эта девчонка ещё тогда заметила, что я правила нарушал, надо же…

— Так Юкинон тоже на него смотрела? — Вдруг развернулась к ней Юигахама. Юкиносита отвела глаза.

— Случайно заметила… — Пробормотала она, снова утыкаясь в книжку.

— Так вы всё видели…

Ну да, я понимаю, что в такого рода состязаниях проще следить за действиями того, кто тебе знаком. Я ведь и сам во время «Чибалерии» на них всю дорогу пялился. Так что мой голос прозвучал не очень-то и сердито.

— Знаете, а ведь Мегури и правда была счастлива! — Даже более бодрым, чем обычно, голосом заявила Юигахама, заметившая, что атмосфера в комнате становится какой-то угрюмой.

Ну да, только это и утешает.

Хоть команда красных и проиграла, у Мегури остались очень радостные воспоминания. Конечно, она надеялась победить. Но не все надежды сбываются.

— Да, — тепло улыбнулась Юкиносита. — Сагами тоже, наверно, это понимала, потому так и высказалась.

— Кто знает…

Ну не верится мне, что эта девица может вырасти или как-то измениться. Напротив, я уверен, что её истинная натура никогда не изменится.

Думаю, люди как максимум могут просто соблюдать приличия. Изображать видимость. Чтобы научиться держать соответствующую дистанцию. А чтобы не ненавидеть друг друга, будут что-то скрывать или делать вид, что не видят. Даже не берусь сказать, правильно ли это.

— Должна заметить, проигрыш на спортивном фестивале на удивление удручает. Даже не думала, что будет именно так.

Кажется, ненавидящая проигрывать Юкиносита снова вспомнила фестиваль.

— Так давайте в следующем году выиграем! — Бодро заявила Юигахама.

— …Да, давайте, — тепло улыбнулась ей Юкиносита.

— А кто вам сказал, что мы и в следующем году будем в одной команде? — Поинтересовался я.

— Опять ты за своё?

Юигахама надулась. А Юкиносита спокойно улыбнулась.

— Да, думаю, сражаться против Хикигаи будет ещё интереснее.

— Откуда столько энтузиазма?

Я невольно усмехнулся, наблюдая за их шутливой пикировкой. Пожалуй, именно после фестивалей со всех их проблемами ты и испытываешь ностальгию по такой вот обычной обстановке.

Наверно, можно сказать, что вся обычная жизнь состоит из потерь и обретений. Я допил остатки кофе одним большим глотком и прислушался к своему желудку.

И тихо поднялся, искоса глянув на девушек.

— Пойду ещё кофе возьму.

Сообщил я и вышел, не дожидаясь ответа.

По коридорам спецкорпуса гулял осенний ветер. Из-за окон доносились крики ребят из спортивных клубов. Спортивный фестиваль закончился, и они вернулись к своей обычной жизни.

Неприятные воспоминания Харуки и Юкко о спортивном фестивале, равно как и их неприязнь к Сагами, размоются со временем. Вскоре они забудут, что там было и чем кончилось. Всё унесёт ветер.

Я неторопливо шагал по пустому школьному коридору.

И, спустившись на этаж, едва в кого-то не врезался.

Кто это? Чуть было не было. Я поднял голову и увидел перед собой Минами Сагами.

Она держала в руках большую пачку бумаг, на одной из которых я заметил слова «спортивный фестиваль». Судя по всему, у оргкомитета ещё остались какие-то дела.

— …

— …

Мы оба молча отвели глаза. Затем Сагами вдруг подала голос.

— Не загораживай дорогу.

Она по-прежнему не смотрела на меня. Всё как всегда, мы существуем параллельно и друг с другом не пересекаемся. Я молча отодвинулся.

И услышал звук удаляющихся шагов.

Но всё равно, как бы это сказать… Мы с ней наверняка сможем установить нормальные отношения двух чужих друг другу людей, пусть даже сейчас это невозможно.

Прислушиваясь к её шагам, я двинулся дальше.

Фестиваль после фестиваля завершился. Уже слишком поздно.

Есть то, что нельзя отменить. Но дни будут идти за днями, в печали или в радости, до самого конца старшей школы.

Вот почему их фестиваль ещё не окончен.

Примечания

  1. Отсылка к «Gatchaman Crowds Insight»
  2. Отсылка к манге «Бродяга Кэнсин», один из девизов синсэнгуми
  3. Отсылка к «Mobile Fighter G Gundam»
  4. Отсылка к «Mahou Shoujo Madoka Magica»
  5. Первые два - воинские построения на поле битвы, последнее - отсылка к двум китайским трактатам об искусстве войны
  6. «Опасность» произносится как «кен нон»

Комментарии