Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 4. Комачи Хикигая искусно строит свою схему

Воскресенье.

Стояла прекрасная погода, можно сказать, редкий солнечный денёк в сезон дождей. Это был день, когда я должен был встретиться с Юкиноситой.

Часы показывали без малого десять. Не рановато ли я пришёл? Кажется, всё это несколько выбило меня из колеи. Только подумать, сама Юкиносита попросила меня пойти с ней…

И что делать?.. Может, надо было ей отказать… в голове царил натуральный кавардак. Наверняка я потерял всё своё обычное здравомыслие из-за того, что Юкиносита сказала такое, чего я я представить себе не мог.

Я схватился за голову, давя в себе желание завыть от расстройства, и услышал за спиной голос.

— Извини, что заставила ждать.

Дунул холодный ветер, и я увидел, что Юкиносита неспешно подходит ко мне. Она была одета в светло-голубую безрукавку с классно выглядящим стоячим воротничком. Чёрные волосы были увязаны не так, как обычно, а в один хвост, спускающийся до талии и треплющийся на ветру словно шарф. Юбка до колен приплясывала на каждом шаге.

— Да я почти и не ждал, — пробормотал я.

— Вот как? Отлично. Тогда пойдём.

Юкиносита поправила свою ротанговую сумку и нервно оглянулась, словно высматривая кого-то.

— Если ты ищешь Комачи, она пошла в магазин, так что придётся немного подождать.

— Понятно. — Юкиносита немного помолчала. — Кажется, я должна извиниться, что попросила её встретиться со мной в выходной…

— Да ерунда. Если бы мы с тобой пошли выбирать подарок для Юигахамы вдвоём, я сильно сомневаюсь, что из этого вышло бы что-то путное. Кроме того, Комачи любит компанию, так что всё путём.

— Да, это прекрасно и замечательно, но…

А теперь позвольте мне объяснить нечто очевидное.

Когда Юкиносита сказала «не мог бы ты встретиться со мной», она просто хотела пойти за подарком для Юигахамы. И не я был ей нужен, а Комачи.

Грамотное решение, должен сказать. До сих пор в таких делах мы полагались на Юигахаму, но на сей раз, сами понимаете, рассчитывать на неё не могли. Вот и получается, что единственным человеком, на которого не слишком общительная Юкиносита могла положиться, оказалась Комачи.

Ещё пару минут мы провели в молчании, и наконец появилась Комачи.

Сегодня она постаралась одеться покрасивее. Потому, наверно, что должна была встретиться с Юкиноситой. Она надела летнюю блузку с рукавами до локтя, плиссированную юбку, чулки до колен и мягкие туфли. Выглядела как настоящая леди. Лишь несколько фривольная кепка на голове отчасти портила впечатление, придавая ей немного наглый вид. В руке она держала пластиковую бутылку с зелёным чаем.

— Привет, Юкино-сан! Хороший сегодня денёк!

— Извини, что позвала тебя в выходной.

Комачи широко улыбнулась.

— Ерунда. Я тоже хочу купить подарок для Юи-сан. И я с удовольствием проведу день с тобой, Юкино-сан.

Эта девчонка действительно всем сердцем любит Юкиноситу, так что думаю, так оно и есть. Подозреваю, что Юкиносита всех пустоголовых девиц притягивает. Она самая популярная персона среди девчонок после Хаямы, правда.

— Поезд сейчас подойдёт, пошли уже, — поторопил я их.

Мы прошли через турникеты. Сегодня мы направлялись в Лалапорт,* весьма популярное место для свиданий, если верить слухам. Там полно разных магазинов и мест для фотографирования, можно сказать, лучшее место для развлечений во всей префектуре.

Поезд был изрядно набит. Минут пять мы крепко цеплялись за поручни, пока нас трясло и раскачивало. По всей вероятности, будь мы с Юкиноситой одни, мы бы просто молчали. Но сегодня с нами была Комачи, которая не упустила момент поболтать с Юкиноситой о том, сём и всём прочем.

— Юкино-сан, ты уже решила, что будешь покупать?

— …Нет, я посмотрю, что там есть, но я в этом не сильна. — Юкиносита слегка вздохнула.

Наверно, она и тот журнал в клубе читала, размышляя о подарке для Юигахамы. Сильно сомневаюсь, что у них одинаковые вкусы.

— И я сама никогда подарки от друзей на день рождения не получала… — Призналась она, почему-то помрачнев.

Комачи тоже немного нахмурилась. Похоже, она не знала, что на это сказать.

В конце концов молчание прервал я.

— Значит, ты в самом деле такая. А я вот получал.

— А? Не врёшь?

Ошеломление Юкиноситы выглядело весьма невежливо.

— Нет, не вру. Какой мне смысл рисоваться перед тобой после всего.

Юкиносита кивнула, почему-то с восхищённым видом.

— Определённо так… Это я машинально сказала. Прошу прощения. Я не должна тебя подозревать. Отныне я буду абсолютно уверена в твоей никчёмности.

— Если ты хотела сказать комплимент, то у тебя не получилось.

— Так что ты получил? Просто из интереса.

— Кукурузу…

Юкиносита удивлённо заморгала. — А? — Переспросила она, словно не расслышала.

— К-кукурузу…

— Повтори?

— Да из фермерской семьи он был! И это было очень вкусно! Мама сварила её для меня!

— Б-братик, только не надо плакать…

Я не плачу. Даже и не думаю. Так, просто немного влаги на глазах выступило.

— Да, это было на летних каникулах в четвёртом классе…

— Братик иногда начинает сам с собой разговаривать… — Сообщила Комачи, закатывая глаза.

Но Юкиносита слушала с интересом. И кивнула, приглашая меня продолжить.

— Наши мамы были подругами, и Такацу пришёл к нам. Впервые кто-то из одноклассников пришёл на мой день рождения, и я был очень рад. Я вышел его встречать. Он сидел на горном велосипеде. Сунул мне обёрнутый газетой пакет и переключился на пятую передачу. «Сегодня твой день рождения, да? Вот, мама велела тебе передать». «С-спасибо…» Он ничего не сказал. Тогда я спросил, «Зайдёшь?» «А? Ну, это… Я обещал поиграть с Син». «А, ладно…» ЧТО? ОН МЕНЯ НЕ ПОЗВАЛ? Я готов был разреветься, я-то думал, что хорошо лажу с Син. Он сказал «Пока!» и умчался. Я открыл пакет, там была кукуруза, вся мокрая от утренней росы. Когда я это понял, упала слеза, потом ещё одна…

Юкиносита слегка вздохнула.

— Значит, ты никогда не получал подарки от друзей.

— …Да, блин, да! Мы с Такацу не были друзьями!

Я понял это только семь лет спустя. Подозреваю, что Син тоже не была мне другом.

Юкиносита посмотрела куда-то вдаль отсутствующим взглядом.

— В самом деле, такое бывает, когда дружат только родители… — Пробормотала она. — Мне правда хотелось бы, чтобы они перестали бросать детей на произвол судьбы, пока болтают друг с другом.

— Да, такое случается. Детские группы и детские сады — это непросто… Я даже с ребятами своего возраста не слишком лажу, не говоря уже об остальных, знаешь ли. Вечно читал книжки… хотя не так это и плохо, я нашёл массу хороших книг.

— Я тоже помню, что в основном читала книжки… хотя это было весело, я всегда любила читать и писать.

— Ого, ого-о-о-о! Смотрите, какая замечательная погода!

Комачи неожиданно уставилась в окно, разрушая эту мрачную, гнетущую атмосферу.

Там простиралось бесконечное голубое небо, возвещающее начало лета.

Похоже, день сегодня будет жаркий.

× × ×

Если немного пройти от станции Минами-Фунабаси, слева будет «Икея». Это не только огромный мебельный магазин, это ещё и популярное место времяпрепровождения. Когда-то давно здесь был настоящий лабиринт мест развлечений, потом горнолыжный комплекс. Конечно, сейчас ничего этого уже не было. Сколько же времени прошло. Я и сам не заметил, как вырос.

Слоган «лыжи без защиты» действительно пробуждает воспоминания. Сейчас, когда я слышу слова «без защиты», я думаю только о презервативах. Сколько же времени прошло. Я и сам не заметил, как вырос…

Мы прошли по пешеходному мосту и вышли ко входу в торговый район. Юкиносита в задумчивости скрестила руки и уставилась на схему.

— Удивительно… Какое огромное место.

— Угу, — сказала Комачи. — Нам лучше разделить зоны и выяснить, что же мы хотим.

Может, это место совсем недалеко от дома, но оно настоящая жемчужина торговых центров. Точный размер его я вам не скажу, но, пожалуй, потребуется целый день, чтобы просто пройти его из конца в конец. Если мы собираемся болтаться здесь, стоит наметить точный курс.

— Верно, для пущей эффективности мы должны обойти всё. Ладно, я пойду туда.

Я показал на правую часть схемы.

— Конечно. Тогда я сюда.

Юкиносита показала налево.

Отлично, полдела сделано. Осталось только дать указания Комачи, и эффективность достигнет максимума.

— Так, Комачи, значит ты сю…

— Сто-о-оп, — пропела Комачи, выкручивая мой протянутый к схеме палец.

— Какого чёрта?.. Блин, больно же…

Она посмотрела на меня, глубоко вздохнула и пожала плечами. Классическая американская реакция «боже, он ничего не понимает». Чёрт побери, как же меня бесит такое отношение.

Похоже, это озадачило не только меня. Юкиносита вопросительно наклонила голову, глядя на Комачи.

— Какая-то проблема?

— Братик, Юкино-сан, хватит говорить как одиночки. Почему бы нам не пойти всем вместе, раз уж мы вместе сюда пришли? Тогда мы сможем друг другу советовать.

— Но тогда вряд ли мы сможем осмотреть всё…

— Невелика беда! По моему не слишком скромному мнению, у нас не будет никаких проблем, если мы будем исходить из интересов Юи-сан.

Комачи взяла лежащую под схемой брошюру и раскрыла её.

То место на схеме, куда она ткнула, находилось в центре первого этажа. Оно было испещрено названиями типа «Love Craft», ползущим с любовью, или «Lisa Lisa» — имя, которое может научить пользоваться Пульсацией.* Наверняка это место напичкано магазинами, нацеленными на юных девушек.

— Верно. Ну что, идём? — Спросил я. Юкиносита кивнула, не возражая.

И мы пошли.

Зона для девушек была в двух-трёх блоках впереди. Здесь же была масса брендовых магазинов для парней и обоих полов. Там было столько всего, что я не мог не восхититься — действительно, и взглядом не охватишь. Я шёл впереди, но плохо ориентируясь в подобных торговых центрах, слабо представлял, куда идти дальше.

Юкиносита, как и я, тоже крутила головой, глазея по сторонам. Но на лице её застыла спокойная улыбка. Как минимум, она не волновалась. Иногда она останавливалась и рассматривала витрины. Но стоило продавцу направиться к ней, тут же засекала это и отскакивала.

…Да, я прекрасно понимаю, что она чувствует. Мне правда хочется, чтобы продавцы не заговаривали со мной, когда я выбираю одежду. Они должны чувствовать соответствующую ауру, исходящую от одиночек. Если бы они так и поступали, думаю, их продажи наверняка возросли бы.

Тем временем мы подошли к развилке, от которой можно было пойти в другой блок, налево или направо. И на каждом пути был идущий вверх эскалатор.

Вспоминая схему у входа, я повернулся к Комачи, показывая направо.

— Комачи, нам сюда?

Но её рядом не было.

— А-а?

Сколько я ни осматривался, её нигде не было видно. Вместо неё я увидел странную плюшевую панду со злыми глазами, острыми когтями и блестящими на свету клыками. Юкиносита с непонятным выражением лица тянула эту панду за щёки.

Весьма популярный персонаж из Токийского Диснейленда, панда Пан-сан. Аттракцион «Бамбуковая охота Пан-сана» очень популярен, очередь на два-три часа — дело обычное.

Токийский Диснейленд — это парк аттракционов, не требующий представления. Душа и гордость Чибы, влачащая униженное существование, попахивающее оскорблением — он называется «Токийский», хотя расположен в Чибе. Он находится у станции Майама, но изначальная причина этого в том, что её название напоминает Майами-бич, просто ужас. Да, это был сегодняшний урок по префектуре Чиба.

— Юкиносита, — позвал я её.

Она поспешно сунула игрушку обратно на полку и изящно отбросила волосы. «Что», спросила она одними глазами.

Э, ну… не то, чтобы я хотел сказать что-то конкретное… По вчерашнему инциденту с кошками уверен, что правильнее будет замять тему.

— Комачи не видела? Кажется, она где-то заплутала.

— Не видела… Если подумать, почему бы тебе ей не позвонить?

— Ладно.

Я быстро набрал номер Комачи. И опять заиграла какая-то странная, непостижимая музыка. Да что у этой девчонки мобильник всё время поёт?

Звонок прошёл нормально, но трубку Комачи не брала. Дождавшись ответа автомата, я сдался и сбросил вызов.

— Не берёт трубку…

Пока я звонил, поклажа Юкиноситы увеличилась. К ротанговой сумке добавился большой аляповатый пластиковый пакет. Хех, она всё-таки купила…

Заметив, наверно, что я смотрю на неё с некоторой досадой, Юкиносита запихала пакет в сумку, сделав вид, что не замечает меня.

— Наверно, что-то привлекло внимание Комачи, — небрежно заявила она. — Конечно, бывает, что ни с того, ни с сего что-то вдруг покупаешь.

— Ага, как у тебя. — Я упёрся взглядом в её сумку.

Юкиносита кашлянула. — Как бы то ни было, Комачи знает, куда мы идём, там мы и должны встретиться. Торчать здесь смысла нет.

— Да, наверно…

Я отправил Комачи сообщение «Позвони мне, дура. Я пошёл вперёд». И решил двигаться дальше.

— …Та-а-а-ак, сейчас направо, а потом прямо, да?

Спросил я вслух, давая понять, что знаю, куда идти.

Юкиносита безучастно посмотрела в ответ.

— А не влево?

Правильный ответ был — вправо.

× × ×

Атмосфера стала праздничной. Вокруг смешивались яркие пастельные цвета, в воздухе носились ароматы цветов и шампуней. Мы точно пришли в место для девушек — магазины одежды, аксессуаров, обуви и всего прочего, вплоть до кухонных принадлежностей. Ну и, конечно же, нижнего белья. Передо мной открылось очень неуютное, потустороннее пространство.

— Похоже, это то самое место, — невозмутимо сказала Юкиносита.

Но я был совершенно измотан.

— О боже, четыре раза заблудиться… ты и правда не сильна в математике.

— Это больше тебя касается…

— Тому, кто собирается на гуманитарное отделение частного университета, математика не нужна. Я с самого начала на неё забил. И самые низкие оценки ничего для меня не значат.

— Самые низкие оценки, говоришь… а поточнее?

— Самые низкие — это девять баллов из ста. Источник: я.

— …И ты сумел перейти в следующий класс?

Да, через повторный экзамен после дополнительных занятий. На этих занятиях дают тесты с вопросами, которые будут и на экзамене, получается настоящая битва за заучивание. Ну, полагаю, оставлять ученика на второй год — это и учителям совершенно не в жилу, так что они приняли все возможные меры, чтобы помочь мне сдать.

— Ладно, так что ты собираешься купить?

— …Хм-м, наверно, что-нибудь прочное, чем можно долго пользоваться.

— Весьма окольный способ назвать канцелярские принадлежности.

Сомневаюсь, что это подходящий подарок для юной девушки.

— Я обдумывала этот вариант.

— Значит, в самом деле обдумывала, хех…

— Но вряд ли это обрадует Юигахаму… Разумеется, я не верю, что она обрадуется авторучке или набору инструментов.

— Какая проницательность…

Ну ещё бы. Просто не могу себе представить Юигахаму, восклицающую «Вау! Всё жизнь мечтала о наборе отвёрток! Ого, тут и шестигранники есть! Ничего себе! И даже монтировка! Юкинон, спасибо-о-о-о-о!» Хотя сдаётся мне, среди любительниц-механиков такая реакция — дело обычное.

— Та-а-ак, значит, ты решила найти что-то, что вписывается в интересы Юигахамы.

— Разумеется. Я хочу сделать всё, что могу, чтобы она была рада…

Со спокойной улыбкой сказала Юкиносита. Если бы Юигахама это видела, думаю, она была бы вне себя от счастья.

— Тогда давай выбирать, а?

— Погоди. Что насчёт Комачи?

Точно, она же так мне и не позвонила. А кто ещё кроме неё даст нам обстоятельный совет? Может, она и сузила нам зону поиска, но мы не сможем ничего купить, если не знаем, что нам надо. Мне, конечно, нужна помощь в плане нюансов, но я хотя бы не столь далёк от круга интересов юных девушек, как Юкиносита. Авторучки и наборы инструментов я вычеркнул сразу.

Я посмотрел на мобильник — новых сообщений не было. Набрал номер Комачи, и снова услышал эту идиотскую музыку. Нет, серьёзно, чего у неё телефон всё время поёт?

— Алло-о-о-о!

— Где ты там шляешься? Мы уже на месте. И ждём тебя, так что поторопись.

— А? …Ой. Тут столько всего, что я хочу купить, что я совершенно забыла.

— Подумать только, до чего пустоголовая у меня сестра… Мне стыдно, что я твой родственник.

Ничего себе, я и не думал, что у неё настолько плохая память. Неудивительно, что она заваливает все предметы, где надо учить наизусть. Дойдя до этой мысли, я услышал в трубке донельзя насмешливый вздох.

— …Боже, ты совершенно не понимаешь намёков, да? Ну ладно. Думаю, я поболтаюсь здесь ещё часов пять, так что домой поеду одна. Удачи вам обоим!

— Эй, стой, погоди!

— Что, Юкино-сан нервничает, оставшись наедине с тобой? Не стоит беспокоиться… я думаю.

— Да на это мне наплевать, ты-то сама как? Я в том плане, что неподходящее это место для среднеклассницы…

Я имею в виду, что тут в выходные полно всякого народа. И можно влипнуть в какое-то происшествие. Не говоря уже о том, что Комачи ещё в средней школе. И она красивая, потому что моя сестра. Может, она и издевается надо мной и бесит меня, но я просто не могу за неё не беспокоиться.

Комачи какое-то время молчала.

— Боже, если бы ты и в остальном был таким заботливым… Со мной всё будет нормально. Мы же обо мне говорим.

— Вот именно, что о тебе говорим, потому и беспокоюсь.

Наверно, она пойдёт за кем угодно, если её поманят конфеткой или поблестят монетами…

— Братик, за кого ты меня принимаешь? Ты в курсе, что я твоя сестра?

Ого, она сказала нечто трогательное.

— Вот почему я прекрасно справлюсь сама! Ты же прямо оживаешь в одиночестве!

Но причина тому весьма печальна.

Но я и в самом деле оживаю в одиночестве, тут ничего не скажешь. Понимаете, я разговариваю, когда в игры играю или что-то вроде. Вроде «Нет, ни за что!», или «О, ты пришёл», или «Ринко, я тебя люблю». И из-за этого оказываюсь в неприятном положении, когда мама говорит «О, так у тебя друзья есть?»… А я, растерявшись, отвечаю «Э-э, да это я по телефону»… Небезопасно уже играть в «Love Plus»* дома.

— Хорошо… сразу звони, если что-нибудь случится. Нет, стоп, звони, даже если ничего не случится.

— Ладно, ладно. Всё, кладу трубку! Удачи, братик!

И она действительно нажала отбой, оставив в трубке лишь короткие гудки.

Зачем нужна удача, когда ходишь по магазинам…

Я закрыл телефон и повернулся к Юкиносите.

— Похоже, она побежала за покупками. И свалила самое сложное дело на нас.

— Понятно… Что ж, она и так пришла сюда в выходной, так что я не вправе жаловаться, — немного разочарованно ответила Юкиносита. — Мы знаем, что предпочитает Юигахама, так что давай выбирать. — Добавила она, подстёгивая себя.

Чёрт, вот теперь я нервничаю.

Юкиносита, не обращая внимания на моё беспокойство, быстро двинулась к ближайшему магазину одежды. И, оказавшись внутри, принялась рассматривать и изучать выложенные товары. Я решил последовать за ней.

И тут же об этом пожалел.

Для начала очень неприятно, как все эти женщины уставились на парня, который просто вошёл. Как будто насекомое увидели. Что ещё хуже, продавщица напряглась, словно следя за каждым моим движением. И все просто сторонились меня.

Почему, чёрт побери?.. Я имею в виду, здесь же и другие парни есть! Опять дискриминация? Да?! В конце концов, все парни тут из популярных. В шарфах на шее, несмотря на тёплую погоду, и жилетках, словно на охоту вышли. Сразу видно — популярные. И что это за странные шнурки у них на штанах? Для чего они?

— Э-э, сэр… вы что-нибудь ищете?

Ко мне подошла продавщица, пряча свою обеспокоенность под натянутой улыбкой.

— Ум-м, нет, э-э… п-прошу прощения, — рефлекторно извинился я.

Это ненужное извинение только сильнее разожгло подозрительность продавщиц, потому как ко мне двинулась ещё одна. Блин, она союзников созывает! Это добром не кончится!

Если я и дальше буду тут болтаться, они ещё кого-нибудь позовут. Но пока я думал, как выпутаться, мне протянули руку помощи.

— Хикигая… что ты делаешь? Хочешь примерить женские вещи? Этим лучше заниматься дома.

— А ты вообще этим не занимаешься! Ничего я не делаю…

Ко мне подошла Юкиносита, высокомерно глядя на меня. И подозрительность стала покидать глаза продавщицы. Как от Юкиноситы и следовало ожидать. Заставлять людей отступать — в этом она мастер.

— А, понимаю, подружку ждёте. Будьте как дома. — Понимающе сказала продавщица, разворачиваясь.

— Да никого я не жду…

— Не ждёте? Это очень подозрительно…

Её глаза из голубых стали красными! Я выбрал неправильный вариант! И теперь она переходит в атаку! Такими темпами меня ждёт плохая концовка.

— О боже… Хикигая, пошли.

Стараясь избавиться от излишнего внимания продавщиц, Юкиносита схватила меня за руку. Этого оказалось достаточно, чтобы они успокоились.

Но только когда мы оказались снаружи, напряжение спало окончательно.

— …Скажи, я что, в самом деле так подозрительно выгляжу?

Наверно, от такого напряжения мои глаза стали в миллион раз порочнее, чем обычно. Мега-порочными, если вспомнить английский.

Юкиносита не стала смеяться над моим подозрительным видом, наверно, так показывая свою симпатию.

— Одинокий мужчина здесь всегда выглядит подозрительно. Насколько я вижу, все парни здесь входят в парочки.

Теперь понятно. Это зона только для девушек и парочек, вроде тех фотоавтоматов. В таком случае я ничего не могу сделать. Мне не хватит ни мужества, ни решимости снова преодолеть этот барьер.

— …Ладно, тогда подожду здесь, — сказал я, показывая на скамейку неподалёку.

Этот магазин полон девушек. Болтаясь среди них в одиночку, я поймаю на себе массу подозрительных взглядов. Это не лучше, чем когда на меня странно смотрят в классе. Но если я сяду на скамейку в сторонке, никто не будет бить тревогу. И пока я не веду себя подозрительно, всё будет в порядке. Думаю. Может быть. Будет ли всё в порядке? Ладно, лучше приготовиться к худшему, подумал я, идя к скамейке.

— Подожди.

— А?

Я развернулся и увидел, что Юкиносита направляется ко мне с высоко поднятой головой.

— Ты хочешь полностью положиться на мой выбор? Не хочу хвастаться, но я смотрю на вещи совсем не так, как обычные школьницы.

— Так ты знала…

Ну, это же та самая девушка, которая совсем недавно подумывала купить в подарок набор инструментов.

— Так что, э-э… Я была бы признательна, если бы ты помог… — Сказала Юкиносита с явным трудом, опустив голову. Её уткнувшийся в землю взгляд нервно метался из стороны в сторону.

Она действительно в замешательстве, раз уж решила попросить помощи у меня. Для ясности скажу, я ни разу в жизни не покупал подарок для девочки — во всяком случае, как положено. Насчёт попытаться преподнести себя и обломаться — такое случалось.

— Ну, я не прочь тебя выручить, но я всё равно не могу туда войти.

Юкиносита глубоко вздохнула, словно решаясь на что-то.

— В таком случае, ничего не попишешь. Держись рядом со мной, пожалуйста.

— А? Рядом?

Я ошарашенно уставился на неё.

Юкиносита раздражённо фыркнула.

— Надо объяснять? Если ты умеешь только вдыхать и выдыхать воздух, кондиционер куда полезнее тебя.

Разумеется. Очищать воздух и запасать энергию — это очень полезно. И был бы ещё полезнее, если бы мог улавливать напряжённость.

— Иначе говоря, я разрешаю тебе притвориться моим парнем. Только сегодня.

— Какая снисходительность.

Ну и стерва.

Кажется, моё раздражение было написано на лице, потому что Юкиносита злобно посмотрела на меня.

— Что-то не нравится?

— Нет, ничего.

— П-понятно…

Юкиносита выглядела явно удивлённой и даже обескураженной.

Но удивляться тут, в общем-то, нечему. Быть её парнем — это последнее, чего мне хотелось бы, но притвориться — никаких проблем. Юкиносита не врёт. Она чётко сказала «только сегодня», значит, ни минутой дольше. И ясно дала понять, что это только притворство, так что никакого недопонимания не возникнет.

Вот почему я без колебаний поддержал этот план.

Юкиносита свято верит в мою никчёмность, а я абсолютно уверен, что она не будет обращать на меня внимания. Интересно, можно ли назвать это доверием? Не чувствую я, чтобы мы поддерживали друг друга. Какого чёрта?

Осознав, что выглядит глупо, Юкиносита резко развернулась, пытаясь это скрыть. — Я была уверена, что ты откажешься, — сказала она, обращаясь к стене.

— Нет, с чего мне отказываться? А что насчёт тебя? Сама-то уверена?

Юкиносита снова повернулась ко мне, уже с равнодушным выражением лица.

— Меня это не волнует. Никто из знакомых меня не увидит. А пока тут только посторонние, я могу не беспокоиться о всяких недопониманиях или слухах, которые могут привести к финансовым потерям.

Как небрежно она отнесла меня к посторонним. Ну и ладно.

— Ну что, идём? — Сказала она, разворачиваясь к следующему магазину. Я пошёл рядом с ней.

Мы ничего друг от друга не ожидали, а как мне кажется, когда ничего не ждёшь, то и не напрягаешься. Я имею в виду, я так думаю. Была ли в ящике Пандоры вместе с бедами и надежда? Вот что значит чего-то ожидать. Надежда и беда.

× × ×

К моему удивлению, со следующего магазина, куда мы зашли, всё пошло гладко. Мир почему-то оказался проще, чем я думал — это всё равно, что отобрать конфетку у ребёнка. Увидеть, что парень с девушкой идут вместе — вот и всё, что требуется, чтобы предположить, что у них свидание. Кстати, если подумать, ко мне это тоже относится. Сколько раз я мысленно призывал проклятья на головы ребят, идущих вместе с девчонками. Когда продавцы оценивающе смотрели на меня, достаточно было просто пододвинуться поближе к Юкиносите, чтобы снять все их подозрения.

Девушка, заявившая, что все вокруг посторонние, с серьёзным лицом рассматривала вещи, обрывая пытающихся заговорить с ней продавщиц коротким «Спасибо, я сама». Время от времени что-то привлекало её внимание, тогда она мяла и растягивала вещь. Странный метод оценки, на мой взгляд.

— Пойдём в следующий? — Юкиносита ловко сложила одёжку, которую держала в руках, и сунула обратно на полку. Кажется, она сомневалась в её долговечности.

— Знаешь, я никогда в жизни не выбирал одежду по прочности материала. Да и сомневаюсь, что Юигахама хочет в подарок бронежилет.

Мне достаточно одежды, сделанной из обычной ткани. Монстры тут всё равно не водятся.

Юкиносита вздохнула. — Ну, извини. Я умею оценивать вещи только по качеству ткани и швов. — Она немного помолчала. — Знаешь, я даже не представляю, что Юигахама любит или чем интересуется… совсем ничего про это не знаю.

И снова вздохнула, уже глубже. И так устало, как я никогда до сих пор не слышал. Наверно, сожалея о том, что ей так и не довелось узнать.

Если так, сожалеть бесполезно.

— Какая разница, если не знаешь? Я бы обиделся, если бы кто-то решил, что знает обо мне всё, на самом деле зная лишь то, что лежит на поверхности. Всё равно, что прислать жителю Чибы арахис из какого-то другого места.

— Это настолько чибануто, что никто не поймёт… — Несколько озадаченно сказала Юкиносита.

Хмф, непонятно? Попросту говоря, жители Чибы по горло сыты арахисом. Мы совсем не гордимся, что у нас его больше всего в стране производится. Серьёзно, семьдесят процентов японского арахиса — это Чиба. Кстати, ещё двадцать — Ибараки. Нас называют арахисовым регионом.

— Если для дилетанта, это всё равно, что подарить сомелье вино, совершенно в нём не разбираясь.

— Звучит резонно… разумеется… — Юкиносита понимающе кивнула.

Знаете, мой папаша частенько так поступал, даря мне что-то на день рождения. Он путал Playstation и Sega Saturn и тому подобное. Super Famicon были распроданы, но Sega Genesis и 3DO для него пищали точно так же. Когда что-то даришь кому-то, мало что о нём зная, результат как правило получается не слишком удовлетворительный.

— …Твоя порочная мораль порой оказывается полезна, — несколько поражённо заявила Юкиносита, хотя это отнюдь не воспринималось как похвала. — В самом деле, невелики шансы на победу, если сражаешься с кем-то в области, в которой он мастер. Чтобы победить, надо пронзить его слабое место…

Она что, из семьи амазонок, что для неё выбор подарка — это битва?

— Да, ты можешь найти его слабое место, но у него может быть что-то, что эту слабость компенсирует. Это удовлетворяет условиям, о которых ты говоришь.

— Разумеется. — Юкиносита явно о чём-то задумалась. — В таком случае…

И посмотрела на следующий магазин.

Мы стояли у магазина нижнего белья, наискосок от магазина одежды. Юкиносита исчезла в следующей двери, магазине кухонных принадлежностей, бросив меня на произвол судьбы. Не один же я чувствую, что это не просто магазин женского белья, подчёркивающего женскую привлекательность и даже сексуальность. Даже просто стоя рядом возле такого магазина, окружённого магазинами вроде Йокадо,* ощущаешь себя более извращённым, чем следовало бы. К тому же в июне они продают школьные купальники, что, на мой взгляд, ещё добавляет извращённости.

Но я отвлёкся.

В магазине кухонных принадлежностей среди кастрюль и сковородок матрёшками выстроились стопки тарелок, висели кухонные рукавицы, смахивающие на Маппетов.*

— Понятно… — Пробормотал я. — Это и правда слабое место Юигахамы.

В готовке Юигахама не слишком сильна. Точнее говоря, просто ужасна. Я как-то пробовал её собственноручно изготовленное печенье. Вкус настолько мерзкий, словно жуёшь древесный уголь, купленный в магазине Keiyo. Или Joyful Honda.* В общем, что видишь, то и получаешь — вкус не обманывает ожидания. Я сказал вкус, но на самом деле ощущение больше похоже на ожог. Да, и не только я это пробовал, Юкиносита тоже причастилась. Под её неусыпным руководством удалось поднять уровень до посредственного, но я сильно сомневаюсь, что что-то более сложное сможет пройти контроль качества.

Впрочем, магазин тут любопытный.

Стоп, что это за соусник? Я зачарованно представил себе как кладу туда специи, берусь за ручку… Чёрт, стою как идиот, рот разинув. Боже, тут не только классические кастрюли и сковородки, тут ещё и воки* есть. Блин, хоть плачь, хоть смейся. Это как в магазинах типа «Тысяча мелочей» — просто смотришь на всякие крутые приблуды, а у тебя сердце колотиться начинает.

— Хикигая, иди сюда, — услышал я голос.

Я подошёл и увидел Юкино Юкиноситу в переднике.

Этот тонкий тёмный передник с отпечатком кошачьей лапы на груди смотрелся на ней просто замечательно. А завязанные на спине ленты подчёркивали её тонкую талию.

Повертев головой и бёдрами, Юкиносита проверила, не стесняет ли он движения. И резко крутанувшись, словно в вальсе, встала передо мной.

— Ну как?

— Ты меня спрашиваешь, хех… Должен сказать, тебе очень идёт.

По другому и не скажешь. Этот скромный и аккуратный передник отлично подходил Юкиносите, наверно, и из-за её чёрных волос. Я прямо её похвалил, но она лишь поправила воротничок, завязки, рукава, сосредоточившись на своём внешнем виде и не глядя на меня. В этом действе участвовали только двое — сама Юкиносита и зеркало.

— …Спасибо. Но я не про себя спрашивала. Я имела в виду, как он будет смотреться на Юигахаме.

— Ей не пойдёт. Ей нужно что-то яркое, пушистое и глупое.

— Грубо, но справедливо. Даже не знаю… — Юкиносита сняла передник и начала аккуратно его складывать. — Пожалуй, надо посмотреть здесь что-нибудь другое.

Сжимая в руке сложенный передник, она принялась высматривать новую жертву. Теперь она проверяла количество карманов и качество материала. Точно, материал здесь очень важен. Лучше всего подойдёт асбест или ещё что-нибудь негорючее. Пожалуй, Юигахама оказывается в опасности каждый раз, как имеет дело с огнём.

В конце концов Юкиносита остановилась на маленьком разукрашенном переднике светло-розового цвета.

— Возьму вот этот.

На нём были два маленьких кармана по бокам и один большой посередине. Наверно, это в самый раз для Юигахамы, любительницы набивать карманы конфетами.

Юкиносита сложила розовый передник и пошла с ним к кассе. Прихватив с собой и тёмный.

— Знаешь, я ничего не говорил по поводу того панды, но сдаётся мне, ты втихаря сама решила тут прикупиться.

— …Чтоб ты знал, я не планировала покупать передник.

— Спонтанная покупка, да? Ну, когда ходишь по магазинам, такое частенько случается.

Юкиносита открыла было рот, чтобы возразить, но остановилась. Искоса глянула на меня, отвела взгляд и двинулась к кассе, не оглядываясь.

Значит, это не спонтанная покупка? Непостижимая девица. Но если я что о ней и знаю, так это то, что того странного панду она собиралась купить с самого начала.

× × ×

Я кое-что прикупил в магазине для животных и оплатил чек. Юкиноситы рядом не было.

Нет, она не бросила меня и не отправилась домой. Она не столь бессердечна. Она просто охотно согласилась заняться чем-нибудь другим, пока я схожу в магазин. Ладно, может, и бессердечна.

Я хотел было ей позвонить, но подумал, что здесь она может оказаться лишь в одном месте. И направился к клеткам с животными.

И что вы думаете? Именно там Юкиносита и была.

Она сидела на корточках у самого входа, играя с котёнком и гладя его. Но на сей раз не мяукала. Потому, наверно, что вокруг были люди.

Юкиносита настолько углубилась в общение, что я не решился её позвать. Но пока я размышлял, как же тогда быть, котёнок, с которым она играла, заметил меня и чуть заметно дёрнул ушами. Этого оказалось достаточно, чтобы она обернулась.

— А, ты быстро.

(Перевод: я хотела ещё с котёнком поиграть).

— Извини.

Я даже не знал, за что извиняться — то ли за то, что заставил её ждать, то ли за то, что слишком быстро вернулся. Поэтому не стал уточнять.

Юкиносита погладила котёнка на прощание, её губы сложились в беззвучное мяуканье. И неохотно поднялась.

— Так что ты купил? Хотя примерно представляю.

— Да, именно то, что ты думаешь.

— Понятно. — Безразлично ответила она, хотя на лице было написано удовлетворение. — Хотя я всё равно удивлена. Только подумать, ты купил подарок для Юигахамы.

— …Да нет, — возразил я. — Это вполне естественно в контексте нашего «состязания». Я просто решил подыграть тебе на этот раз.

— Никогда не говори «никогда»… — Юкиносита удивлённо посмотрела на меня. — Ты не заболел?

Слушай, это обидно.

Но даже если речь идёт лишь о том, чтобы добавить мотивации Юигахаме, идея отпраздновать её день рождения отнюдь не плоха. Только для этого мне надо как-то разобраться с нашими отношениями. Потому что если всё останется как есть, то же самое повторится снова.

— Мне надо ещё кое-что сегодня сделать, так что по домам? — Спросил я.

— Думаю, да.

Я посмотрел на часы, они показывали два. Как летит время. Пора заканчивать с магазинами и двигать прямо домой.

До самого выхода я шёл впереди. Мне казалось, что и на этот раз Юкиносита, тоже направляющаяся домой, если отстанет от меня, не сможет выбраться. Это настоящий гигантский старый лабиринт — но только для неё.

По пути нам попался игровой зал для семей и парочек.

Игры с призами, краны, стрелялки, гонки, где надо залезать в машину и надевать шлем, и конечно же, фотоавтоматы. Полный набор для тех, кто хочет повеселиться и хорошо провести время. Иначе говоря, не имеющий никакого отношения ко мне.

Я быстро пошёл дальше, но Юкиносита вдруг остановилась.

— Что такое? Хочешь сыграть?

— Игры меня не интересуют.

Сказала она, не отрывая глаз от «кранов». Стоп, не просто от автоматов. Я проследил её взгляд, и понял, что смотрит она на совершенно конкретную машину.

Внутри которой лежала некая плюшевая игрушка.

С задумчивыми глазами, уставившимися во тьму этого мира, когтями, с одинаковой лёгкостью рвущими плоть и бамбук, и клыками, слабо блестящими в темноте.

Да, именно панда Пан-сан. Если вы видели, какое впечатление он производит, вы должны понять, почему я добавляю «сан» к имени.

— …Хочешь попробовать?

— Отстань. Я не играю в игры.

(Перевод: Я просто хочу эту игрушку).

Мне даже не надо глотать всякое странное желе, чтобы понять, что именно Юкиносита недоговаривает.*

— Что ж, если хочешь его заполучить, придётся попробовать. Хотя я не думаю, что ты его достанешь.

— Хм, бросаешь мне вызов, да? Считаешь, что у меня нет шансов?

Кажется, я задел больное место. От Юкиноситы явственно пошла волна холода.

— Нет, я ничего о твоих руках не говорил. Просто с непривычки это очень непросто. Комачи как-то много раз пыталась, но так и не получила, что хотела.

Смотреть как кто-то спустил в машину почти всё содержимое своей копилки — душераздирающее зрелище.

Но пример Комачи лишь побудил движимую духом соперничества Юкиноситу сунуть тысячеиеновую купюру в разменный автомат.

— В таком случае мне просто надо привыкнуть, — сказала она, выгребая из лотка стоиеновые монеты, готовые исчезнуть одним махом.

И сунула первую монету в «кран». Тот идиотски зажужжал. Юкиносита, не шевелясь, уставилась на него, словно пытаясь что-то уразуметь.

Не говоря ни слова.

Выражение её лица было смертельно серьёзно, отражая её силу воли.

Эта девчонка… не может быть…

Она не знает, как с ним обращаться?..

— Правая кнопка двигает направо-налево, левая — вперёд-назад. Захват движется, пока ты жмёшь на кнопку. Отпустишь — останавливается.

— П-понятно… Спасибо.

Покрасневшая Юкиносита приступила к делу. Сначала она сдвинула захват вправо… хм, ну, неплохо получилось. Затем вперёд. Хм, вполне приличная позиция, на мой взгляд.

Вж-ж-ж — «кран» ухватил плюшевого панду. Ч-что такое с этой машиной? Такой милый звук…

— …Есть.

Услышал я очень тихий голос. Бросил взгляд на Юкиноситу и увидел, что она чуть дрожит, крепко сжав кулаки.

Но автомат снова прожужжал, и захват, перед тем, как неспешно, словно крадясь, вернуться обратно, выронил игрушку.

Облом.

— Слушай, поначалу это очень непросто, знаешь ли, — сказал я, стараясь утешить Юкиноситу.

Та буквально впилась взглядом в «кран».

— …Прошу прощения, почему ты не подхватил его как положено? Как ты мог его выронить?

Юкиносита прессовала автомат, как обычно делала со мной. Она была так убедительна, что я просто стоял в сторонке и наблюдал.

— С-слушай. Ты вытащила его на место, где его легче подхватить. Похоже, фокус в том, чтобы двигать его мало-помалу.

Как минимум, такой совет был написан на экране.

— Понятно… Если не получается грубой силой, надо брать настойчивостью.

Юкиносита понимающе кивнула и сунула в щель новую монету.

Бж-ж-ж…

— …Только не снова.

Бж-ж-ж, бж-ж-ж…

— О боже…

Бж-ж-ж…

— Чёрт!

Всё, что я слышал далее, это ругань Юкиноситы в адрес автомата.

Её лицо было спокойным и сосредоточенным, но рука яростно загоняла монеты в щель. Как увлеклась, хех…

Но сколько бы раз Юкиносита ни пыталась, все усилия были тщетны.

— …Ты и правда неудачница.

— Хмф… Если ты меня критикуешь, значит, сам в этом хорош?

Юкиносита сердито посмотрела на меня.

— Угу, Комачи привыкла меня этим доставать. Благодаря ей, я стал настоящим мастером. Когда бы она ни попросила меня…

— Вот, значит, как…

И правда, когда это я оказался в полном распоряжении Комачи?.. Мои гордость и достоинство старшего брата упали ниже плинтуса.

— Сейчас увидишь. Я получу для тебя эту игрушку одним махом, — заявил я. Юкиносита неохотно отошла от машины, с большим подозрением глядя на меня. — Смотри, я покажу тебе свои грязные трюки.

А затем я очень медленно поднял руки. Держа их так высоко, как только мог.

Юкиносита смотрела на меня, ожидая, что сейчас что-то начнётся.

Ещё нет… ещё нет… тут самое главное — точно выбрать момент.

Краем глаза я увидел неожиданное движение.

Пора!

× × ×

— Э-э, прошу прощения, мне хотелось бы вот это…

— А, панду Пан-сан, говорите? Сейчас сделаем.

Бж-ж-ж… Автомат зажужжал, и что-то плюхнулось в приёмный лоток.

— Вот, пожалуйста, — сказала служительница зала, протягивая мне Пан-сана и радушно улыбаясь.

Обычный ныне сервис «получи что-то в обмен».

— Премного благодарен.

Девушка великодушно улыбнулась во всё лицо и вернулась на своё место.

Стоящая рядом Юкиносита посмотрела на меня мрачнее, чем обычно.

— Ч-что?..

— Ничего… И как тебе не стыдно жить на белом свете?

— Слушай, Юкиносита. Жизнь — это величайший дар. Разве не более стыдно думать, что это стыдно? Вот почему придурки, которые смотрят на меня и смеются «Фу! Какой стыд!» сами представляют собой пустое место.

— Ты пятнаешь свои хорошие стороны ненужной ненавистью… — Юкиносита коротко вздохнула, раздражённо отбрасывая волосы. — Бог мой… а я-то думала, что ты хоть раз подойдёшь к делу серьёзно, сам вытащишь…

— А я и не говорил, что выиграю его. Я сказал, что получу его для тебя. Вот, держи.

Я сунул Пан-сана в руки Юкиносите. Но она пихнула его мне обратно.

— Это ты его заполучил. Даже если ты воспользовался способом, который я не могу признать, я не могу не признать твоё достижение.

Юкиносита продолжала выполнять все формальности, хотя дело выеденного яйца не стоило. Вы можете сказать, что она серьёзна или, может быть, упряма. На самом деле нет, она просто зануда.

Но я не тот человек, которого остановит чьё-то упрямство.

— Не, мне он не нужен, понимаешь ли. К тому же ты воспользовалась своими собственными деньгами. Ты выплатила компенсацию. А значит, ты и обязана его забрать.

На сей раз сопротивление Юкиноситы ослабело и плюшевая игрушка уютно устроилась в её руках.

— П-понятно… — Она посмотрела на панду. Затем искоса глянула на меня. Помолчала. — Я его тебе не верну, знаешь ли.

— Я же сказал, что он мне не нужен.

Кому нужна такая уродливая игрушка. К тому же, я и не подумаю просить его вернуть, если Юкиносита держит его так, словно он для неё очень важен.

Значит, у неё тоже есть милая сторона. До сих пор я думал, что она более бесчувственная.

Тут я осознал, что с улыбкой смотрю на неё. Немного смущённая Юкиносита отвернулась, её щёки порозовели.

— …Тебе всё равно это не подходит. Такие вещи лучше вписываются в образ Юигахамы или Тоцуки.

— Насчёт первого думай как хочешь, а с последним могу согласиться.

Тоцуке с плюшевой игрушкой лучше всего подошли бы булочки с молоком.

— Честно говоря, я удивлён, что ты так любишь плюшевые игрушки, — выпалил я. Но Юкиносита не стала злиться, лишь неспешно похлопала панду.

— …Другие игрушки меня не интересуют, но Пан-сан мне нравится.

Юкиносита покрутила лапы панды. Когти на них мрачно заскрипели друг о друга. Если бы не этот звук, выглядело бы очень мило.

— Я долго собирала мягкие игрушки, но заполучить их удавалось только как призы, а не обычным способом. Я думала насчёт сетевых аукционов, но не решилась, потому что не знаю, как там эти вещи хранятся и не подделаны ли их фото…

П-причины совсем не милые…

Я невольно вздохнул. И машинально пробормотал, осознав её бессмысленную тягу к зверюшкам.

— Л-ладно, тебе и правда нравится этот Пан-сан.

Юкиносита, сама того не сознавая, посмотрела куда-то вдаль.

— …Разумеется. Мне подарили это, когда я была маленькой.

— Плюшевую игрушку?

— Нет, рукопись романа.

— А? Что значит романа? — Озадаченно переспросил я.

Это оказалось ошибкой.

В следующую секунду Юкиносита заговорила, словно впав в транс.

— Панда Пан-сан. Изначальный заголовок был «Привет, мистер Панда». Потом его поменяли на «Сад панды». Там говорилось, что американский биолог Рэнд Макинтош начал писать его для своего сына, который всё никак не мог акклиматизироваться, когда вся их семья переехала в Китай, где Макинтош изучал панд.*

— …Ну вот, опять Юкипедия включилась.

Юкиносита проигнорировала моё насмешливое замечание и продолжала.

— Диснеевская переработка лучше подчёркивает характеры, но оригинальный роман превосходен. Прекрасное объединение западных и восточных метафор в одно целенаправленное повествование. Там в каждой букве чувствуется любовь к сыну.

— А? Что это за роман такой? Я думал, это просто история про панду, который сказал «Хочу весь день есть бамбуковую траву», а потом поел её, опьянел и устроил пьяную драку.

— …Конечно, в диснеевской версии эта  сцена подчёркивается, тут ничего не скажешь, но в оригинальном романе она просто мелкий эпизод. Сам поймёшь, если прочитаешь. Перевод тоже хорош, но я всё-таки рекомендую читать оригинал.

Юкиносита никак не могла остановиться.

Ну да, вспоминается нечто подобное. Ты становишься таким, когда говоришь о том, что тебе нравится. В средней школе я как-то добрых полчаса рассказывал о своей любимой манге ребятам, с которыми, как я думал, я ладил. А они мне сказали «Хикигая, ты обычно помалкиваешь, но когда речь идёт о манге, тебе никак не заткнуться. Это… ну, ты понимаешь». И мне захотелось провалиться сквозь землю.

Но всё-таки, иметь возможность сколько угодно говорить о том, что тебе нравится, — это хорошо, на мой взгляд. Даже если оно что-то не слишком модное или не слишком приемлемое для большинства.

Хорошо, когда не надо думать, примут ли другие то, что тебе нравится. Или можно ли поладить с людьми, которым не очень нравишься ты.

Но сказав это, я окажусь в безвыходном положении, предложи она мне прочитать роман. Только бегло, через Индекс.*

— Кстати, я тут подумал. Ты ещё в детстве умела читать на английском, хех.

— Отнюдь. Но именно поэтому я постоянно лазала в словарь, когда читала. Это было интересно, словно складываешь паззл. — Глаза Юкиноситы смягчились, словно она по-доброму вспоминала своё далёкое прошлое. Затем она тихо, почти шёпотом пробормотала, — Это был подарок на день рождения. Должно быть, именно потому я так к нему привязалась.

Она поколебалась.

— В-вот почему, ум-м… — Юкиносита смущённо зарылась лицом в игрушку, поглядывая на меня. — Вот почему… когда ты дал его мне…

— А-а? Юкино? О, Юкино, это в самом деле ты!

Весёлый голос оборвал её на полуслове.

Увидев хозяйку почему-то знакомого, узнаваемого голоса, я потерял дар речи.

Блестящие чёрные волосы, гладкая, полупрозрачная белая кожа, не говоря уже об утончённых и элегантных чертах лица. Обаятельная внешность, женственность и милая улыбка, словно глазурь на и так великолепном пирожном.

Передо мной стояла невероятная красавица. Наверно, она была здесь с друзьями, потому как извиняюще хлопнула в ладоши и сказала «Простите, я вас догоню» многочисленной шумной компании парней и девушек позади.

Меня пронзило острое чувство дежавю. Но ещё сильнее — сильнее, чем что бы то ни было — меня мучила тревога.

× × ×

— Сестра…

Я развернулся, услышав голос Юкиноситы. Её прежнее беззащитное выражение лица сменилось ужасом. Она крепко прижала плюшевого панду к груди, плечи застыли.

— А? Что? Это твоя сестра?

Мой взгляд метался между Юкиноситой и стоящей передо мной девушкой, сравнивая их.

Насколько я разбираюсь в женском возрасте, этой девушке было около двадцати. Её белая одежда с бахромой на концах обыгрывала белую тему. Руки и ноги подчёркивали красоту кожи. Она буквально ослепляла, но странно, всё её тело словно источало ауру изысканности.

Она действительно была похожа на Юкиноситу. Если Юкиносита отличалась застывшей красотой, то эта девушка — красотой текучей, преисполненной обаяния.

— Что ты здесь делаешь? А-а-а! Свидание, да?! Должно быть, свидание! Хе-хе-хе!

Старшая Юкиносита дразнила младшую, то и дело подталкивая её локтем. Но Юкиносита сохраняла невозмутимое выражение лица, в котором лишь чуть-чуть проглядывалось раздражение.

Теперь я вижу. Они выглядят похоже, но характер у них совершенно разный.

Когда я немного освоился и присмотрелся поближе, я заметил массу различий.

Особенно грудь четвёртого размера. В отличие от более чем умеренной Юкиноситы, сестра отличалась великолепным телосложением. Прекрасно очерченная грудь на стройном теле — это просто заглядение.

Вот оно что! Меня выбил из колеи размер её груди! Э, ну, нет, конечно, не только это.

— Эй, Юкино, это твой парень? Вы встречаетесь?

— …Ни в коем случае. Мы соученики.

— Ну, ну! Не надо смущаться!

Юкиносита ничего не ответила.

Ого, если бы взгляд мог убивать… хотя и так под её взглядом кто угодно мог бы намочить штаны от страха. Но её сестра лишь усмехнулась, и не думая останавливаться.

— Я Харуно, сестра Юкино, — сказала мне девушка. — Обращайся с Юкино хорошо, договорились?

— Э-э. Я Хикигая. — Девушка представилась, так что я счёл должным представиться тоже.

Так, значит её зовут Харуно Юкиносита. Понятно.

— Хикигая… — Харуно на мгновение задумалась, меряя меня взглядом с головы до пят. — Понятно…

По спине побежали мурашки, я даже вздрогнул. И прирос к месту, словно скованный параличом.

Но она пропела, — Тогда я буду звать тебя на «ты». Отлично, приятно познакомиться.

Харуно сгладила напряжение широкой улыбкой. Что это сейчас было?.. Это потому, что на меня смотрит красивая девушка?

Она была яркой и весёлой, как и предполагало её имя.* Может, она внешне и напоминала Юкиноситу, но впечатление оставляла совершенно другое. В отличие от подавляющего образа холодной красавицы, выражение лица Харуно то и дело менялось. Кто знал, что может быть столько разных улыбок?

Я был поражён, насколько по-разному они используют схожие черты лица.

Теперь я понимал, почему они настолько разные, но всё-таки по спине снова прокатилось какое-то ощущение неуместности. Истинная причина моего дискомфорта, наверно, была не в их различии.

Я недоверчиво посмотрел на Харуно. Она на миг встретилась со мной взглядом и переключилась на Юкиноситу.

— Ой, это панда Пан-сан? — Весело заявила она и потянулась к игрушке. — Мне нравится! Какой милый, такой мягкий. Я ревную, Юкино!

— Не трогай.

Голос Юкиноситы был настолько резок, что даже в ушах зазвенело. Она не повысила голос. Она просто отказала так громко и чётко, что больно было слышать.

Харуно, должно быть, испытала нечто подобное, потому что её неизменная улыбка застыла на лице. Какое-то время она молчала.

— О-ого, я даже испугалась, — сказала она наконец. — И-извини, Юкино, т-теперь дошло. Я немного туповата, что сразу не поняла, что это подарок твоего парня.

— Э-э, я не её парень, — заметил я.

— Хе-хе, скромником прикидываешься. Старшая сестра не простит тебя, если ты обидишь Юкино.

Харуно фыркнула, погрозила мне пальцем, а затем начала им больно тыкать мне в щёку. Ай, ой, стой, не приближайся так! (А она приятно пахнет).

Потрясающий талант к общению, мы же совсем не знакомы. Вплотную приблизившаяся ко мне Харуно и правда обладает невероятной силой.

— Сестра, хватит. Если тебе здесь нечего делать, мы пойдём, — вмешалась Юкиносита, но Харуно не обратила на это никакого внимания, продолжая доставать меня.

— Давай, расскажи мне! Как давно вы встречаетесь?

— Ай! Остановитесь, пожалуйста!

Она упрямо продолжала тыкать в меня пальцем, и я сам даже не заметил, как она прижалась ко мне. Сиськами! Нет, погоди, опять! Эти буфера, которые я уже успел оценить, снова и снова тыкались в меня! Блин, это как удар Мухаммеда Али…

— …Сестра, прекрати немедленно.

Прозвучал низкий голос, от которого может содрогнуться земля. Юкиносита отбросила волосы, даже не пытаясь скрыть свою ярость, и пронзила Харуно презрительным взглядом.

— О… Извини, Юкино. Должно быть, я немного увлеклась. — Бесцеремонно заявила Харуно, усмехнувшись. Как непрошибаемая старшая сестра, успокаивающая взвинченную младшую. А затем прошептала мне прямо в ухо (Я же сказал, не надо так близко!). — Извини, знаешь… Юкино очень чувствительная девочка… Лучше тебе поберечь её, Хикигая.

На сей раз на меня обрушилось уже совершенно чёткое ощущение тревоги. Я невольно вздрогнул. Харуно, словно озадаченная моей реакцией, склонила голову вправо, хныкнув при этом. Единственное, что при этом мог подумать стоящий рядом парень, так это какие милые у неё манеры.

— Я сделала что-то, за что ты меня возненавидел? Если так, прошу прощения.

И показала мне свой розовый язык.

Эта бесхитростность вызвала во мне сильное желание защитить её. И неожиданное чувство вины. Я должен извиниться!

— Э-э, нет, правда. Я имею в виду, ну, уши у меня чувствительные.

— Хикигая, прекрати демонстрировать свои фетиши первой встречной. Оглянуться не успеешь, как окажешься в суде.

Юкиносита приложила руку к виску, словно у неё от всего этого разболелась голова.

На лицо Харуно вернулась её фирменная улыбка. — Ага-а, — пропела она. — А ты смешной парень, Хикигая.

Понятия не имею, что в этом смешного, но Харуно весело расхохоталась, колотя меня по спине. (Сказал же, не надо так близко).

— О, кстати. Хикигая. Не хочешь выпить со мной чая, если не занят? Должна же я убедиться, что ты достаточно хорош, чтобы быть парнем Юкино.

Харуно выпятила грудь и чуть подмигнула.

— …Какая самоуверенность. Я же сказала, что мы просто соученики.

Голос был резок и суров, словно метель на северном полюсе. И пронизан глубоким чувством, вызванным шуточками Харуно. Юкиносита дала окончательный и бесповоротный отлуп.

Но Харуно лишь нахально улыбнулась в ответ. — Я имею в виду, что впервые вижу, чтобы ты гуляла с кем-то, Юкино. Разве не естественно подумать, что это твой парень? Я порадовалась за тебя. — Харуно странно фыркнула. — Ты уже взрослая девочка, так что вы можете славно повеселиться. Только не слишком увлекайся, ладно?

Она шутливо подбоченилась и наклонилась вперёд, поднимая палец. Придвинулась к уху Юкиноситы и тихо прошептала.

— В конце концов, мама всё ещё злится, что ты живёшь одна.

При слове «мама» всё тело Юкиноситы окаменело.

Повисло подавляющее молчание. Даже окружающие звуки стали тише, словно пошёл отлив, хотя в игровом зале всегда стоит гвалт.

Юкиносита обняла свою плюшевую игрушку, словно стараясь убедиться, что она никуда не делась.

— …Это тебя не касается, сестра.

Пробормотала она, не глядя на Харуно, словно разговаривая с полом.

Это была Юкино Юкиносита, которая никогда не колебалась и не теряла достоинства — Юкиносита, которая никогда никого не боялась и не опускала взгляд.

Это меня несколько потрясло. Она из тех, кто может позволить себе быть подавленным, если нет посторонних глаз, но я никогда не видел, чтобы у неё подгибались колени, когда она с кем-то разговаривает.

Харуно усмехнулась уголками губ. — Да, ты права, — сказала она резко выпрямляясь, словно отскакивая. — Пока ты относишься к делу серьёзно, всё нормально, Юкино. Я просто пыталась помочь, но была слишком бесцеремонна. Извини.

На её лицо снова вернулась глуповатая улыбка. Харуно засмеялась и повернулась ко мне.

— Хикигая. Скажу тебе ещё раз: давай посидим за чаем, когда ты станешь парнем Юкино. Ладно, пока!

Она ослепительно улыбнулась, помахала рукой, прощаясь, и двинулась прочь.

Сражённый её сиянием, я не мог отвести глаз. И смотрел на неё, пока она окончательно не исчезла из виду.

× × ×

За неимением лучших вариантов, мы с Юкиноситой двинулись к выходу.

— Твоя сестра — это действительно нечто, — машинально пробормотал я.

Юкиносита кивнула.

— Да, все так о ней говорят.

— Могу понять.

— М-м. Притягательные лицо и фигура, студентка-отличница, специалист и в литературе, и в боевых искусствах, девушка с массой талантов — не говоря уже о добром и мягком характере… Сомневаюсь, что найдётся ещё кто-то столь совершенный. Все буквально осыпают её похвалами…

— А? Разве это принижает твои собственные достижения? — Спросил я. — Что за самоунижение?

Юкиносита ошеломлённо уставилась на меня.

— …А?

— Когда я сказал, что она — это нечто, я говорил о… как бы точнее выразиться… Это как усиленный экзоскелет.

Усиленный экзоскелет — можете назвать его скафандром. Причина того чувства беспокойства, что вызывала во мне Харуно Юкиносита. Иначе говоря, прочная маска.

— По поведению твоя сестра — это просто мечта дурака. Она может поднять настроение разговором, у неё хорошие манеры, она всегда широко улыбается, она даже может нормально разговаривать со мной, а также, хм… можно даже сказать, что она открытая и вроде как мягкая на ощупь.

— Интересно, этот юноша осознаёт, какие вульгарности говорит…

— Н-не глупи! Я про её руки говорил, знаешь ли. Про руки! Прикосновение её рук!

Моих слов оказалось недостаточно, чтобы из взгляда Юкиноситы ушло презрение. Стараясь отвлечь её, я заговорил громче и увереннее.

— Идеалы — это идеалы. Никак не реальность. Вот почему всё это, похоже, фальшивка.

В конце концов, наверно, нет на свете таких одиночек-ботаников, которые были бы реалистами.

Ботаник-одиночка живёт по трём принципам: (не) надейся, (не) ухаживай, (не) болтай милые глупости. Эти принципы выгравированы в их сердцах. Они настоящие солдаты, денно и нощно ведущие войну с безжалостным врагом, именуемым реальностью. Вот почему их легко обмануть.

Может, на белом свете и есть «хорошие девушки», но «девушки, живущие ради тебя» — это утопия.

Хачиман Хикигая.

Думаю, звучит мудро, поэтому я навеки запечатлел эти слова в своём сердце.

Юкиносита бесстрастно посмотрела на меня. Немного подумала и сказала, — У тебя гнилой взгляд… хотя благодаря ему ты видишь кое-что насквозь.

— Это ты так меня хвалишь?

— Конечно. Это очень высокая похвала.

Почему-то мне так не показалось…

Юкиносита скрестила руки, задумчиво глядя куда-то вдаль.

— Как ты и сказал, это маска. Ты знаешь про мою семью? Как старшая дочь, сестра должна ходить на всякие связанные с работой вечеринки и приёмы. В результате она и обзавелась этой маской… Ты очень наблюдателен.

— А, этому научил меня мой папаша. Что я должен внимательно присматриваться к людям вроде дам, продающих картины на подозрительных выставках. Я всегда настороже, когда кто-то пытается вторгнуться в моё личное пространство, впервые заговорив со мной. В своё время папашу так обманули, и он влез в большие долги.

Само собой, мама так на него тогда разозлилась, что он едва жив остался.

Как бы то ни было, после специальной образовательной программы для одарённых учеников меня до сих пор ни разу не обманули. И сомневаюсь, что когда-нибудь обманут.

Юкиносита вздохнула и потёрла висок.

— Боже мой… какая дурацкая причина. Моя сестра просто не поверила бы, что из-за этого её и раскусили.

Она была не слишком впечатлена, но это не единственная моя причина так думать.

— Когда вы рядом, видно, что ваши лица похожи, но улыбаетесь вы совершенно по-разному.

Я знаю, как выглядит настоящая улыбка. Не кокетливая, не фальшивая, не отвлекающая — настоящая, искренняя улыбка.

Юкиносита двинулась вперёд, оставляя меня в нескольких шагах позади.

— Хмф… дурацкая причина.

Затем оглянулась на меня через плечо. Я увидел её обычное, неизменно холодное выражение лица.

— …Пошли по домам, — тихо сказала она.

Я кивнул.

И не обменявшись больше ни единым словом, мы направились в обратный путь.

Мне нечего было спросить у Юкиноситы. И она не показывала, что ей есть что мне сказать. Может быть, как раз настала пора спрашивать и разговаривать, но мы не стали наступать друг другу на мозоли, мы выбрали хорошо знакомое нам чувство отдалённости. И провели всё это время без какого-либо человеческого тепла, словно случайные попутчики, сидящие рядом друг с другом в поезде.

Когда поезд остановился на станции, Юкиносита поднялась со своего сиденья напротив меня. Я тоже встал.

Выйдя за турникеты, она вдруг остановилась. — Мне сюда, — сказала она, показывая в сторону южного выхода.

— А. Пока. — Ответил я, разворачиваясь к северному.

И услышал за спиной тихий голос.

— Сегодня было весело. Пока.

Моим первым побуждением было не поверить собственным ушам. Я поспешно развернулся, но Юкиносита уже шла прочь. И не думая оборачиваться.

Я смотрел ей вслед, пока она окончательно не скрылась с глаз.

Примечания

  1. Один из крупнейших торговых районов в Японии
  2. «Love Craft» — отсылка к Г.Ф.Лавкрафту, «ползущий с любовью» — к «Haiyore! Nyaruko-san», где масса отсылок к Лавкрафту, «Lisa Lisa» — к «JoJo’s Bizarre Adventure»
  3. Популярный симулятор свиданий
  4. Крупнейший ретейлер в Японии
  5. Известное кукольное шоу
  6. Keiyo и Joyful Honda — сетевые магазины, торгующие домашними принадлежностями
  7. Круглая глубокая китайская сковорода с выпуклым дном маленького диаметра
  8. Отсылка к «Дораэмон»
  9. Имена придуманы, но сама история сильно смахивает на историю написания «Винни Пуха»
  10. Отсылка к «Toaru Majutsu no Index»
  11. В имя «Харуно» входит иероглиф «солнце»

Комментарии