Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 3

Тем же временем в руинах, севернее великого древа.

Таинственный бык, дрожа, повалился вперед.

Невыносимая боль терзала его тело и с каждым мгновением становилась всё сильнее. Бык забился в агонии на земле от града стрел из стационарной баллисты, установленной в городе. Мощи орудия должно было хватить, чтобы прикончить зверя, но тот не собирался умирать.

Бык бесился, корчился на земле, но тяга к жизни вынуждала его бороться.

Тем не менее процесс уже начался.

Каждая мышца в его теле сокращалась, менялась, стягивалась, бык превращался в нечто совершенно иное. Зверь даже испугался того, что с ним происходит.

Но сейчас он мог лишь стонать и плестись по земле. Доковыляв до развалин и скрывшись в них, бык взревел.

— С…с…e!!!

Этот визг очень сильно напоминал человеческий, однако поблизости не было ни души — здесь давно никто не живет. Из-за пены и слюны во рту, бык не мог нормально выговорить слова, но он действительно пытался. Однако его визги, мольбы о пощаде растворялись в воздухе, так никем и не услышанные, потому что сейчас он — Минотавр, монстр из греческого лабиринта, гротескное чудище, пожирающее людишек, что попали в его логово, откуда нет спасения.

В сути своей он людоед — так называют расы, которые могут утолить свой голод лишь поеданием других видов, которым присущи человеческое черты. Именно поэтому во всем Маленьком саду, где живут и мифические звери, и демоны, с подобными видами тяжелее всего ужиться.

Есть также немало видов, которые любят нападать на людей, как например мифические звери перитоны, прилетевшие с затерянного континента Атлантида. Они набрасываются на людей по зову своей природы и называются видами-губителями. Возвращаясь к людоедам — тем, кто специально нападает на разумные формы жизни, сосуществовать невозможно даже здесь, в Маленьком саду. В этом мире почти нет людей, которые пытались бы помочь им, потому что никто не хочет оказаться у них в желудке. Всякий, кто только завидит их, побежит прочь со всех ног.

Поэтому никто не поможет минотавру.

Однако выжигающая боль неумолимо изменяла его тело. Он уже вернул потерянный давным-давно разум и даже выдавил из себя слово «Спасите».

Однако визг, который вырвался из его пасти, исчез в ночной синеве над руинами, так никем и не услышанный. Скорее всего, окажись он в городе, его призыв всё равно никого бы не достиг, а преследователи наверняка бы воспользовались его неосмотрительностью и покончили с ним.

Если и есть кто-то, кто не сбежит при виде чудовища-людоеда, то это… лишь другое чудовище-людоед или же закаленные в боях искатели приключений, побывавшие в местах пострашнее лабиринтов.

— Неожиданно. Не думал, что за легендой о минотавре скрывается такая истина, - прозвучал чей-то голос.

— ?!

Неподалеку послышались шаги, и чудовище резко подняло бычью голову.

Судя по тону он был молодым. А его владелец — паренёк в робе, которая ему маловата — было лет, наверное, четырнадцать. Он был высоким, повыше, чем его сверстники, и лишь несформировавшиеся черты лица подсказывали его настоящий возраст.

Однако звучал голос весьма твердо и самодовольно. Паренек вовсе не боялся быка, скорее наоборот — оценивал его взглядом.

Изнывая от боли, бык взглянул на него снизу вверх.

Подойдя к корчившемуся на полу быку, паренек коснулся его шерсти и обратился к девочке в пятнистом платье, которая стояла рядом с ним:

— Пест, можешь заглушить его чувство боли на пару минут?

— Могу, конечно, но это правда нужно, Джин?

— Он скоро с ума сойдет от боли. А это не входит в наши планы. Для победы в игре нам нужно, чтобы он вернулся в истинную форму, — ответил паренек по имени Джин своей спутнице, но та лишь склонила голову на бок.

— Только вот ему очень больно. Может, пусть лучше умрет?

— Говорю же, так надо. Этот минотавр… нет, правильнее называть его Астерионом… Так вот, Астерион даже в незавершенном виде, похоже, уже удовлетворяет условиям победы. Хотя, едва ли он понимает, что с ним сейчас происходит, — сказал паренек и убрал от него руку.

Бык продолжал недоуменно глядеть на Джина, но вдруг вспомнил имя, которое только что услышал.

— Ас..терион?..

— Да, это твоё имя. Я ведь прав? — Джин Рассел по-доброму улыбнулся.

Однако во взгляде монстра всё ещё читалось непонимание. Но когда паренек ещё раз произнес его имя, всё тело быка исказилось, но в следующее вновь обрело четкую форму. Гигантские рога скрылись под русыми волосами, на ногах-копытах выросли по пять пальцев, внушительные руки растеряли всю свою мощь и превратились в человеческие — всё это произошло за какое-то мгновение.

Пест оставалось лишь удивляться, глядя на чудесное превращение.

— ?!

Чёрненький мальчик лет четырнадцати и со светлыми волосами не без удивления разглядывал свои пальцы, которых стало по пять. Причем отросли они не на бычьих лапах, а на самых настоящих человеческих руках.

— Вот, значит, какой ты на самом деле. Возможно, ты впервые за долгое время испытываешь эти чувства, однако я всё равно хочу поздравить тебя. Ты снова обрел своё настоящее тело и дар, — от чистого сердца сказал Джин и повел Астериона, в прошлом монстра-минотавра, к ближайшей стене, наверное, из беспокойства о том, что тот не сможет двигаться некоторое время после превращения. Затем паренек достал несколько листьев водяного дерева и положил их в деревянную чашку.

Чашка в миг наполнилась ключевой водой.

Жадно схватив её, Астерион залпом осушил чашку и сразу же почувствовал, как в его тело возвращается сила.

Превращение и правда получилось экстренным. Но промедли он ещё хоть немного, то, может быть, деградировал бы во что-то ещё более ужасное.

— Ага, напейся сначала. Потом я бы хотел кое-что узнать… ты случаем ничего не помнишь об игре даров, в которой участвуешь? — беспечно спросил Джин.

Утолив жажду, Астерион плеснул воды на волосы, покрутил головой и остановил взгляд на пареньке.

— Игра даров? А, это дьявольские игры демонов и богов, которые проводятся в мире Маленького сада. Да, что-то было. В памяти всё перемешалось, но я что-то припоминаю.

— Отлично. Тогда опустим эту часть. Согласно легенде ты — монстр из лабиринта. А сейчас ты участвуешь в игре в качестве распорядителя. Всё верно? — спросил Джин Рассел. Астерион кивнул.

Услышав вопрос паренька, мальчик вдруг вспомнил о месте, где он родился.

Легенда о «Минотавре», чудовище из лабиринта берет начало на греческом острове Крит, что в Средиземном море. В её основу легла история местного принца.

Однажды царь острова получил от Посейдона прекрасного быка. Этот бык оказался настолько прекрасный, что царь нарушил договор и отказался возвращать его хозяину, оставив себе. Посейдон очень разозлился и наслал на царицу проклятие, отчего она влюбилась в белого быка.

Чтобы удовлетворить свою извращенную страсть, царица приказала самому искусному мастеру страны изготовить чучело коровы, и когда она вошла в него, бык воссоединился с ней, в результате чего царица родила чудовище — получеловека и полубыка.

Его нарекли «Астерионом», в честь дальнего предка, но позднее он стал известен как «Минотавр».

По приказу царя его заточили в лабиринте, из которого невозможно было выбраться, и каждые девять лет приносили в жертву семь юношей и семь девушек. Однако отважный герой Тесей прокрался в лабиринт и убил чудище — на этом история и заканчивается.

Таковым было несчастное чудище, получившее от отца-царя звериную метку и им же заточенное в клетке.

Этим чудищем оказался принц острова Крит, Астерион, в имени которого звучали молнии и звезды.

Астерион вспомнил свою легенду, но ничего не мог поделать с неприятным чувством в груди.

— Это моя игра… должна быть моей.

— Должна? А в чем загвоздка.

— Просто… всё так, но что-то не так. Не могу вспомнить, что именно.

Астерион знал, что он принц Крита. Закрыв глаза он с легкостью вспоминал средиземноморское небо и биение волн о берег, а пыщущее солнце и каменный дворец он, казалось бы, ни за что не забудет.

Однако он не мог вспомнить ни единого дня, что провел на Крите.

Хоть он и родился монстром, первое время его воспитывали, как принца. Что никак не вяжется с пропажей воспоминаний о времени, когда он ещё был человеком.

— Понятно. Значит, ты не помнишь о том времени, когда был человеком?

— Не знаю. Но можно считать так. Когда я превратился в монстра, разума у меня уже не осталось. Может быть, это побочный эффект от обращения. В нынешней игре у меня… лишь одна роль…

— Какая? — спросил Джин, подавшись вперед.

Астерион замолк, оперся на стену и взглянул на небо. В теории он призван в качестве распорядителя игры даров, но суть самого состязания для него всё ещё оставалось загадкой.

Преодолев сомнения мальчик озвучил ту единственную задачу, которая буквально высечена в его разуме:

— «Если желаешь спасения, то найди Сайго Хомуру». Наверное, это и есть моя роль в игре даров.

Скорее всего именно поэтому небесный бык и минотавр с таким упорством преследовали Хомуру. Испытание буквально вынуждало чудовищ встретиться с ним.

Сказав вслух свою задачу, Астерион удивился ещё сильнее и снова задумался о странности условий игры. Одно дело, если бы условием было «возвращение памяти», но ведь смысл в «спасении».

Игры даров неспроста зовутся дьявольскими играми демонов и богов, их суть часто бывает запутанной до невозможности. Но каждая из них хотя бы целостна сама по себе.

Казалось бы, что между Сайго Хомурой, живущем в третьем тысячелетии, и минотавром из античной Греции нет никакой связи.

Но Джин Рассел так не считал. Он задумался, приставив руку к подбородку, а потом обратился к Астериону:

— Сайго Хомура… Это ведь участник игры?

— Да. Больше я ничего не знаю.

— Хм… спасибо, это важная информация. А что ты теперь будешь делать? — спросил Джин, Астерион одарил его резким взглядом.

— Продолжу игру. Не знаю, кто этот Сайго Хомура, но он единственный участник. Наверное, я узнаю, как вернуть память, когда встречусь с ним.

— А если нет?

— Тогда убью его, а что? — сказал Астерион и поднялся с земли.

От него веяло леденящей кровожадностью, невиданной для детей. Едва почуяв её, все птицы взлетели в небеса, а зверье побежало прочь.

Всё же, его истинная сущность никуда не исчезла, пусть он и принял сейчас человеческий облик. Минотавр всё ещё стоял на ногах, а значит, что ему остается лишь отправиться навстречу своему врагу.

— Хочешь съесть его? Сайго Хомуру?

— Ну не пропадать же добру. Да и ел я в последний раз… поросят несколько дней назад, вроде. Они тоже ничего, но с человечиной всё равно не сравнятся.

Выжав из листьев все соки, мальчик выбросил чашку.

Джин же натянуто улыбнулся и встал на ноги.

— Ел скот, значит? Это тоже важно. Может быть, это и есть последний ключ?

— Что?

— Ничего. Наверное, это судьба. Если ты возвращаешься в игру, то я могу дать пару людей. Не самые лучшие, но всё же помощники, — сказал Джин, и в следующее мгновение рядом показались несколько фигур.

Хотя, похоже, что они всё время были здесь, просто скрывались. Оглядевшись, Астерион взялся за здоровенный топор.

В руинах прятались пятеро.

Причем все они были очень умелыми, раз смогли обмануть нюх быка-людоеда, пусть и неполноценного и уставшего.

— М-м… а осторожности тебе не занимать. Думал, я съем тебя?

— А ты не собирался?

— Конечно нет. Всё же, не хотелось бы закусывать своим спасителем. Вот я и собирался отблагодарить тебя таким образом, хоть это и не по нутру мне… Ай ладно. «Протокеран», ко мне.

Разочарованно отвернувшись, Астерион поднял правую руку, и гигантский топор, кружась, точно лег в его руку. Поначалу казалось, что мальчик не сможет его даже взять, но орудие быстро уменьшилось до нужного размера.

Тем не менее его мощь нисколько не ослабла. Эффект был скорее обратным: по его поверхности бегали молнии — благословение, данное свыше. И теперь, когда и владелец, и его орудие вернули свои настоящие имена, они стали намного сильнее быка-людоеда.

Новоявленный Астерион смотрел в сторону Андервуда, города под сенью великого древа.

Теперь ему не нужна была чья-либо помощь, но долг распорядителя испытания он должен был выполнить до конца. Возможно, что по мере игры он что-нибудь узнает о проблемах с памятью.

Если всё получится, то он освободиться от долга и судьбы. Он собирался в город за двумя вещами: вернуть воспоминания и утолить голод чудища внутри.

Астерион уже собирался двинуться вперед, как со стороны города затряслась земля.

— Землетрясение?..

Не удержавшись на ногах, Астерион упал и озирался вокруг, в поисках причины. Но сколько бы он не всматривался, естественной причины так и не нашел.

К тому же зверьё не бросилось прочь от угрозы, как это обычно происходит.

Астерион подумал, что это уловка Джина, но тот стоял, разинув рот, и глядел в сторону Андервуда.

— Да быть не может. Это что, та задумка Порола?

— Эй, чего мямлишь? Если знаешь что-то, говори! — прикрикнул Астерион, не поднимаясь с земли.

Однако Джин молча указал в сторону Древа.

В это же время от основания древа вырвалась большая струя, которую легко спутать с водопадом. Даже отсюда она казалось гигантской.

Волна, казалось, поднялась до самых небес, но по-настоящему удивительной была не она, а огромное нечто, выпрыгнувшее из под дерева. В ширину оно было метров тридцать и едва-едва помещалось в реку.

И эта огромная груда железа устремилось вперед прямо по водной глади.

— Ч… что это?! Железная крепость ездит по воде? Передвижная крепость?! — невольно повысил голос мальчик.

Если выражаться терминами из его эпохи, то это и вправду будет железная крепость.

Впрочем, любой человек при виде двухсотметровой железной махины подумал бы о том, что она военная.

Река имела множество притоков, но машина ехала прямиком в руины — прямиком к ним. Несясь по реке и расплескивая воду, крепость на колесах сносила одно здание за другим.

Пест пришла в чувства раньше остальных и бросилась к Джину.

— Э-эй, эта махина же к нам едет?

— Ну да.

— Не да-кай тут. Бежать надо! — Пест резко дернула Джина за рукав, но тот не сдвинулся с места.

Паренек наоборот приложил руку к подбородку и сказал:

— Да нет. Это тестовый выезд, наверное… хотелось бы посмотреть на него вблизи…

— Ты придурок?! И давно в тебе, мастер, пробудились мазохистические наклонности?! Нам. Надо. Бежать. Сейчас же!

— Поздно, не успеем уже! — крикнул Астерион, а передвижная крепость уже вгрызлась в берег и всё продолжала набирать скорость, несясь к ним. Если ничего не сделать, то их всех сметет грязью и водой.

Воткнув Протокеран в землю, как щит, Астерион укрылся за его громадной пластиной. Он собирался прикрыть и Пест с Джином, но кое-кто его опередил.

Прямо перед гигантской волной выпрыгнула тигриная тень. Схватив за шкирку Пест и Джина, тень прыгнула в небо.

«Что за чертовщина?.. Откуда он взялся?!»

Астерион устоял против потока из реки, но не против удивления от тигра, взявшегося невесть откуда. Дело было в том, что зверь выпрыгнул из места, где точно никого не было, а это значит, что он мог напасть на мальчика в любой момент. Подними Астерион руку на Джина, в следующий же миг его закусали бы до смерти.

Прижав к себе Пест, Джин поблагодарил тигра-спасителя:

— Спасибо, Белый тигр. Без тебя нас бы убило.

Раз знал об этом, мог бы не кривляться. Ты наш хозяин, так что будь добр, не калечь свое тело.

— Не стоит. Все наши здесь, так что кто-нибудь бы меня всё равно спас.

«Он так верит в нас? Или просто ленится?» — добавил белоснежный волшебный тигр, смутившись пассивности мастера, а сам в это время допрыгнул до безопасного места.

Поезд пролетел мимо них.

Судя по всему, он относился к восточным духам, но, что примечательно, каждый волосок на его теле буквально искрился силой.

«Да это же божественный... нет, звездный зверь?!»

Звездные звери — это хранители частей неба, их создали три сильнейшие расы Маленького сада для защиты звездного неба. Их настолько мало и появляются они так редко, что встретить их почти невозможно. Без особой причины такие духи не появляются вблизи людских поселений.

Похоже, тигр был заодно с Джином Расселом. Но по виду и не скажешь, что паренек способен подчинить звездных зверей. Если же тигр подчиняется ему как «мастеру», то у Джина, наверное, есть некий дар, позволяющий силой склонить к повиновению соответствующую расу. В таком случае Астериону нужно быть очень, очень осторожным.

Однако Джин вместе с тигром совсем не замечали тревоги мальчика, всё их внимание было приковано к летящей по воде стальной махине.

М-м, «Небесный бык» тоже двинулся. Кажется, игрок находится внутри этой крепости. Они пытаются увести бой от «Андервуда»?

— Похоже на то. Но дело плохо. Он всё ещё здесь... — два человека и зверь бросили взгляд на Астериона.

Мальчик вдруг понял смысл их слов: если игрок находится в том поезде, то он ни за что не должен упускать его из виду.

«И что теперь делать...»

Вид у мальчика был настолько скверный, что ему не хотелось показываться на глаза людям. Тем временем Джин и белый тигр спустились к нему с неба.

— Ну-у... если хочешь, то можешь поехать на нём, — предложил Джин.

Если не гнушаешься шумной компании, конечно.

— Благодарю за предложение. Мне так или иначе нужно догнать ту железную крепость.

Заключать сделку с человеком-подчинителем духов — опасная авантюра, но выбора у него особо и не было. Сначала догнать поезд, думать — потом.

Астерион забрался на тигра вместо прошлых наездников.

Тут Джин вспомнил кое-что и сказал мальчику:

— Кстати, это не крепость. Ещё она нужна не для сражений. Там разве что баллисты установлены.

— А? Что это тогда? — спросил Астерион.

Мальчику претила мысль о том, что гигантская бронированная махина не предназначалась для сражений. Ведь с ней можно бросить вызов даже худшим врагам Маленького сада — тем самым «стихийным бедствиям».

Однако Джин решительно отверг это предположение и заявил, что эта штука — не для войн:

— Это сверхдлинный духовный поезд «Сан Саузанд». Планировалось, что он станет ключевым элементом предстоящей войны за владычества над солнцем и разместит организаторов игры даров... Этот Шедевр создал человек, которого я раньше считал другом.

*

Сверхдлинный духовный поезд «Сан Саузанд», первое купе проводников.

Тестовый прогон был впечатляюще грандиозным, не менее грандиозно всех трясло внутри поезда.

Подняв волны размером с целый дом, поезд выдвинулся из депо. Зверолюди-проводники метались туда-сюда, исправляя последствия тряски.

Среди всех выделялся один особо разговорчивый трехцветный кот в кожаных сапогах. Похоже этот магический кот был одним из проводников, он ходил на двух лапах, а кончик его хвоста разделялся на две части.

Обращаясь к стайным феям, которые приводили в движение духовный двигатель поезда, на кансайском диалекте трехцветный кот-проводник повысил голос:

— Челядь, хватит разгоняться, плохо будет! На силовую линию не встанем! Медленнее, медленнее, говорю!

Из пышущего двигателя показались огненные феечки в красных мантиях и защебетали милыми голосками:

— Не буде-ем!

— Нельзя-я!

— Нас пойма-ают!!!

Их шутливый тон, наверное, был проявлением игривого характера огненных стайных феечек. Один из земляных духов в шутовской раздвоенной шляпке тоже выглянул из кучи угля, где сидел, и указал пальцем за окно:

— Бык! С неба бежит бык! Мелулы, бежим! Быстрее-быстрее!

— Можно было не объяснять, вижу уже! Но всё равно спасибо, Вторая! — поблагодарил кот и поднял большой коготь вверх.

Ситуацию-то он понял, а что делать — нет.

— Эх, сдаюсь. Не разогнаться нам по силовым линиям... Так и будем носиться по рекам да равнинам...

— Нет, это нормально! Вперед на всех парах, кот!

В шумном моторном отсеке раздался голос Порола. Редко увидишь босса здесь — в самой запыленной и горячей части локомотива.

Кот суетливо встал по стойке смирно.

— Гони, Вторая! Иначе бык нас догонит! Что мы будем делать, если Сан Саузанд раздолбает?! — без задней мысли выпалил кот-проводник.

Пришедший с боссом Сайго Хомура выкинул из головы мысли о том, чтобы хорошенько изучить двигатель духовного поезда и прямоходящего кота в сапогах, и тоже обратился к Поролу:

— Порол, я тоже согласен с этим... с котом-проводником. Нам удалось отвести «Небесного быка» от Андервуда, но так он может догнать нас.

— Ха! Даже не думай сравнивать эту малышку с другими поездами! Корпус нашего духовного поезда — спецзаказ! На 40% состоит из адамантита! Черта с два он сломается от какого-то ветерка! Полный вперед! — задорно скомандовал Порол.

— Е-есть! Вторая, давай! — ответил трехцветный кот-проводник и стал кидать уголь в топку с удвоенной силой.

Огненные феечки в двигатели сразу же вцепились в уголь, вспыхивали и резко увеличили мощность.

Хомура глядел на эту сцену с нескрываемым интересом и таки не сдержался.

— Порол, неужели в поезде стоит паровой двигатель?

— Нет, конечно. У них КПД никакое. В каждой силовой части двигателя находится гнездо стайных фей, каждая стая — особенная, все они дополняют друг друга и вместе создают движущую силу.

— А?.. Э... Они пропускают полученную от горения энергию через других фей? Так это что получается, КПД двигателя 100%?

— Наверное. Точно не знаю... лучше спросить главных здесь. Коротышки, как тут у вас всё устроено?

— Мы не коротышки!

— Не 100%!

— Но очень близко!

«Серьезно?.. — в мыслях удивился Хомура. — Похоже, Маленький сад богов не так-то прост. Это же настоящая сокровищница, не иначе!»

Хотя, Хомура всё равно не смог бы опуститься до вскрытия фей, моральные и этические рамки для него незыблемы. Впрочем... при случае он бы не отказался взять образцы кожи или волос.

— Я бы вас сейчас закидал возражениями, но забудем пока об этом. Вернемся к делу. Что мы будем делать после того, как доберемся до безопасной зоны?

— Когда отъедем от Андервуда, то сбросим скорость и встанем на силовые линии, а потом сможем резко ускориться. О стратегии подумаем уже когда выиграем немного времени, — ответил Порол.

Хомура нахмурился. Поролу нужно как можно больше времени, чтобы решить игру, а вот Хомуре, Сузуке и Аято наоборот надо было разобраться с этим делом как можно быстрее. Им надо было вернуться в родной мир как можно скорее. В особенности это касается Аято. Ладно его и Сузуку подставил Изаёй, но у неё ситуация совершенно другого рода. Аято — дочь владельца Эврисинг компани. Как раз сейчас её начнут искать по всему миру.

Достав телефон, Хомура с горечью посмотрел на его экран.

— Зря я тогда бросил трубку. Надо было сказать, чтобы он связался с Притхви. Сейчас бы дозвониться до Изы... Порол, может, у тебя есть какая-нибудь идея?

— Обратись к Королеве.

— К Королеве? Хорошо бы, но... как с ней связаться?

— В поезде есть зал для аудиенций. Тебе туда.

Хомура снова удивился. Он даже представить себе не мог, что на гигантском поезде будет зал аудиенции для Королевы.

— Сан Саузанд — это творение нашего сообщества «Шесть шрамов», но владеет им сама Королева. Если дело касается отборочного этапа войны за владычество над солнцем, то тебе все равно лучше спросить её. Но учти, что правила финального этапа немного отличаются от обычных.

— Правда?

— Правда. В дополнение к Распорядителям и участникам в этой игре есть ещё...

Вдруг Порола на полуслове оборвали, один очень юный и два веселых голоса:

— Атака-а! Атака-а!

— На нас напада-а-ают!

— Осторожно, молния! Всем взяться за поручни!

В следующее мгновение грянул гром и сверкнула молния. Молниевый разряд точнехонько попал в духовный поезд.

Черные облака клубились в небе и становились всё ближе и ближе, словно не желая отпускать свою жертву.

Разумный тайфун вихрился и грохотал, принимая форму парнокопытного животного.

Вскоре «Небесный бык» взревел так сильно, что, казалось, всё небо сотряслось от его крика.

ГЕЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯяяяяяяяяяяяя!!!

Гигантский зверь двинулся вперед, взрывая небо своими копытами. Он стал таким огромным, что что заполнил всё небо, и определить его настоящий размер было попросту невозможно.

Молнии изогнулись под острым углом и превратились в сверкающие рога, облака собрались в массивное тело — и бык ринулся за своей жертвой по прямой линии.

— Тц...

За окнами шел ливень и дул яростный ветер. Внутри трясло ещё сильнее, чем раньше. Хомура не устоял на ногах и упал на пол в коридоре.

Реки вышли из берегов, землю сносило под напором молний, но поезд всё так же двигался вперед. Вагоны сильно шатало, но только и всего.

Духовному поезду, в отличии от своих аналогов из внешнего мира, не нужно электричество из проводов. Чтобы остановить его нужно либо разрушить его целиком, либо убрать рельсы. Однако поезд несмотря ни на что ехал вперед, вгрызаясь колесами в землю и воду, словно ехал по незримым рельсам, раскинутым перед ним.

От очередной встряски Хомура ударился головой, но он этого даже не заметил. Ведь обычному поезду для движения нужна твердая платформа и рельсы, а этот поезд просто трясло, пока он летел через шторм.

Хомура только и мог хлопать глазами от удивления.

— В... во дела. На улице такой сильный ливень, а я его даже не слышу.

— Хе-хе, рано удивляешься. Настоящее удивление ждет тебя впереди, когда мы встанем на силовые линии. Потом мы поедем прямиком к лабиринту минотавра, — пояснил Порол, тоже оказавшийся на полу после недавнего удара.

Ему было чем гордиться, ведь его сообщество создало такой дар, что он держит даже натиск звездного зверя.

Поднявшись на ноги и крепко схватившись за поручень, Порол вдруг заговорил снова:

— Иди быстрее к Королеве. Она — натура изменчивая. Может, она уже с кем-то говорит в зале или комнате для почетных гостей или смотрит представление.

— Ладно. Прости за всё, потом как-нибудь отплачу за помощь.

— Да ладно тебе, я по гроб обязан мастеру Изаёю. Его родичи — мои родичи. Так что чувствуй себя как дома, — ответил Порол, помахал рукой и проводил Хомуру взглядом.

Однако то, что он так просто одолжил гигантский духовный поезд почти незнакомому пареньку, говорило том, что Порол по-настоящему щедрый... Ну или о том, что он и правда сильно обязан Изаёю.

Но как бы там ни было, им удалось выиграть немного времени.

Хомура отправился в другой вагон, держась за поручни.

Но вдруг появилась угроза, которую не ждал ни Хомура, ни Порол.

Комментарии