Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 14

Потерявший мотоцикл Тацуя возвращался домой на автомобиле Якумо. Система автоматического общественного транспорта работала круглосуточно, но парень даже не рассматривал этот вариант — если спрятанное оружие найдут, у него будут проблемы.

С тех пор как Тацуя сел в машину, он не проронил ни слова. Севший рядом с ним Якумо смежил веки и тоже держал рот на замке.

Когда половина пути осталась позади, юноша заговорил:

— Мастер, вы не спите?

— Нет, — ответил Якумо, открыв глаза.

Не глядя на монаха, Тацуя спросил:

— Почему вы помешали?

— Почему помешал тебе уничтожить магию американца?

— Да. — Тихий голос, таящий бездонную тьму.

— Сперва ответь, почему ты вообще решился на что-то столь безрассудное?

Якумо явно намекал на то, что Тацуя не задумывался о последствиях.

— Потому что от мёртвого тела на дне океана мало проку — мы не можем доказать, что именно Гу Цзе возглавлял террористов. Безусловно, террорист не сбежал только благодаря американцам, но мы могли и сами остановить его, и потому моё решение уничтожить Молекулярный делитель было вполне оправдано, — проговорил на одном дыхании Тацуя и стиснул зубы от досады. — Но уже ничего не исправить — трупа нет, а правда о теракте так и останется погребённой во мраке.

— Для тебя нет ничего важнее решения этой проблемы? — резко спросил Якумо, чем немало удивил Тацую.

Юноша не нашёлся что ответить. Монах воспользовался затянувшейся паузой:

— Ты пытался свести на нет Молекулярный делитель второго по силе в американской армии, Бенджамина Канопуса.

У Тацуи округлились глаза, и он наконец перевёл взгляд на Якумо.

Парень удивился, и тому были две причины: прежде всего, появление Бенджамина Канопуса из Звёзд в столь незначительном инциденте. Случай с Гу Цзе имел немаловажное значение для Десяти главных кланов, но Тацуя не думал, что теракт затронет интересы USNA. Причём настолько, что американцы постараются скрыть своё участие в этом деле всеми возможными способами. И вторая причина: как Якумо узнал о Канопусе?

Конечно, Тацуя допускал, что ту крупномасштабную магию применил другой человек. Но нет ничего удивительного, если это и в самом деле работа Канопуса. Зачастую по магии невозможно определить, кто её применил.

Вероятно, Якумо знал о привлечении американского волшебника к этому делу уже очень давно.

Монах продолжил, словно не заметив удивления юноши:

— Ты вроде бы встречался в прошлом году с главнокомандующим Звёзд, Энджи Сириус. Если бы кто-то развеял магию Канопуса, то американские военные первым делом подумали бы на тебя. Ты теперь не безымянный волшебник, ты — волшебник семьи Йоцуба, жених следующей главы.

Глаза Якумо сверкали стальным блеском.

Тацуя понял, что хотел сказать монах. По спине юноши пробежал холодок.

— Тебе прекрасно известно, что имя Йоцубы — очень тяжёлое бремя. Американцы не закрыли бы глаза на «разложение» Молекулярного делителя, они бы тут же устранили человека, что поставил под угрозу гегемонию Америки, — описал своё видение будущего Якумо, резким взглядом впившись в Тацую. — А потом убийцы пришли бы и за Миюки. Ты подумал об этом перед тем, как остановить Канопуса? Полагаю, что нет.

◊ ◊ ◊

К тому времени как Тацуя вернулся домой, уже наступил следующий день — часы показывали два часа ночи.

Полагая, что все уже спят, парень отключил систему безопасности и тихо открыл входную дверь.

— Добро пожаловать домой, Онии-сама, — поприветствовала брата Миюки, сидя на коленях.

— А-а, да. Я дома, — ответил изумлённый Тацуя, на мгновение замешкавшись.

Миюки, как всегда, изящно поклонилась, подняла голову и улыбнулась, посмотрев на брата.

— Ты устал? Хочешь сперва принять ванну? Или поужинать? Или...

— Спасибо. Сначала схожу в ванную. И будет чудесно, если ты приготовишь что-нибудь лёгкое.

Скорее всего, Миюки не стала бы отпускать грязные шуточки вроде «или, может быть, хочешь меня?», но тревожный звоночек в голове заставил парня прервать сестру на середине слова.

— Поняла, — ответила Минами. Появившаяся посреди диалога девушка не смогла скрыть недовольства — наверное, Миюки вытащила её из постели, чтобы встретить Тацую.

Но бодрствовали не только они.

— Тацуя-ниисан, спасибо за усердную работу.

— Должно быть, тяжело работать так поздно, Тацуя-сан.

Из гостиной вышли и Фумия с Аяко.

— Вы все... почему вы ещё не легли спать?.. — удивлённо спросил Тацуя.

Девушка словно лучилась самодовольством — казалось, ещё немного, и она выпятит грудь.

— Я знаю, ты много работал в последнее время, Онии-сама, и потому не могу позволить тебе поздно приходить и идти спать совсем одному.

— Миюки-онээсама, ты сейчас похожа на молодую жену, — съязвила Аяко.

Однако покраснел только Фумия — Миюки лишь слегка улыбнулась.

Говорить им ложиться спать явно бесполезно. Рассудив так, парень ушёл в ванную.

Тацуя отложил оружие и снял боевой костюм, после чего смыл с себя кровь. Натянув свитер и спортивные брюки, юноша вернулся в столовую.

Миюки, Фумия и Аяко уже сидели за обеденным столом. За стулом Миюки стояла Минами. Когда Тацуя занял своё место, она принесла бутерброды и травяной чай.

— Надеюсь, это подойдёт, — сказала девушка, поставив перед Тацуей окутанную паром чашку.

— Конечно, — кивнул парень. Он понимал, что для ужина уже очень поздно.

Потом юноша окинул взглядом всех присутствующих и объявил:

— Задание провалено.

После чего занялся бутербродами.

У всех перехватило дыхание. Пока они сидели, потеряв дар речи, Тацуя успел доесть второй бутерброд.

— Эм... Онии-сама, под провалом ты имеешь в виду, что Гу Цзе... — Миюки хотела сказать «сбежал», но язык не слушался.

Проглотив последний кусок, Тацуя ответил:

— Нет. Гу Цзе мёртв.

Миюки с облегчением вздохнула. Фумия и Аяко тоже расслабились.

— Вам пришлось убить его? Такого рода провал? Конечно, живого Гу Цзе можно было бы призвать к ответу за совершённые преступления, но Оба-сама ведь говорила, что будет достаточно и трупа.

— Нет, проблема не в этом.

Миюки с тревогой посмотрела на Тацую.

Близнецы непонимающе переглянулись.

— Цель уничтожил волшебник USNA. Трупа нет. Поэтому мы не сможем доказать, что именно Гу Цзе стоял за терактом. Скорее всего, почти никто не узнает, кто был главарём террористов.

— Разве смерти виновника недостаточно для решения проблемы? — высказала мнение Аяко.

— Убедительных доказательств, что Гу Цзе организовал теракт, нет. Но даже если нам поверят, люди будут считать, что террорист выжил, а без тела нам их не переубедить.

На лице Аяко отразилось непритворное изумление. Фумия же смотрел на Тацую, поджав губы. Близнецы, а какой яркий контраст. Тацуя перевёл взгляд на Миюки.

Девушка продолжала тревожно вглядываться в лицо брата.

— Мы, волшебники, должны были разрешить этот инцидент так, чтобы граждане снова почувствовали себя в безопасности. Но без веских доказательств смерти Гу Цзе мы не сможем успокоить людей. Это провал.

За столом воцарилась тишина.

Когда Тацуя поставил пустую чашку на блюдце, Миюки, словно этого и ожидая, заговорила:

— Пусть люди и встревожены, но мы знаем, что всё закончилось. Мы знаем, что ты нашёл Гу Цзе, Онии-сама. И... — Миюки пристально посмотрела на брата, — больше всего я рада, что ты вернулся домой целым и невредимым. — Девушка радостно улыбнулась. Во всём мире не хватило бы слов, чтобы описать красоту этой улыбки. — Ты хорошо постарался, Онии-сама, — тепло утешила юношу Миюки.

◊ ◊ ◊

Тацуя и Миюки вернулись в свои комнаты.

Минами положила тарелки в HAR и тоже покинула столовую.

Фумия и Аяко отправились в предоставленную им спальню. Вскоре близнецы лежали на кровати, опечаленные столь скорым завершением задания — Тацуя сказал им, что раз он уже вернулся, то охранять дом больше не нужно.

— Фумия... ты ещё не спишь? — вырвала брата из объятий дрёмы Аяко.

— Нет. Что такое, Нээ-сан? — вяло спросил юноша.

— Эм... Нет, ничего важного, но...

— Не можешь уснуть?

Девушка лишь криво улыбнулась в ответ.

— Кстати, давно мы не спали в одной комнате.

Брат и сестра хорошо ладили, и это знали все. В их отношениях не было ни капли притворства — даже обмены колкостями не могли испортить дружбу близнецов. Эти двое доверяли друг другу больше, чем кому-либо.

Ходили слухи, что они не спорили ни разу в жизни.

Пусть близнецы и были неразлучны с самых малых лет, но спать в одной постели... Они словно вернулись в далёкое детство.

— Ага. Если честно, сначала мне не очень понравилась эта идея, но теперь я даже благодарна Тацуе-сану.

Настал черёд Фумии криво улыбнуться.

— Не думал, что когда-нибудь увижу Тацую-ниисана таким подавленным... Но благодаря Миюки-сан он немного повеселел. Они выглядели как жених и невеста, а не как брат и сестра.

— Мне с ней не тягаться... — проговорила Аяко, затем вдруг откровенно спросила: — Фумия, ты видел улыбку Миюки-онээсамы? Улыбалась ли я так же хоть раз?

Будь это завистью, Фумия, скорее всего, просто пошутил бы. Но почувствовав искренность в словах сестры, парень на мгновение замешкался.

Пока он искал ответ, девушка продолжила:

— У неё красивое лицо, но... вряд ли дело только в этом. Наверно, она весь вчерашний день думала о Тацуе-сане. Она словно расцвела, пока разговаривала с ним.

Аяко едва слышно вздохнула.

Впрочем, её вздох не остался незамеченным.

— Похоже, Тацуя-сан взбодрился, да?

Девушка замолкла, но пауза не успела затянуться.

— Спору нет, Миюки-сан великолепна, но ты же знаешь, что тоже весьма красива? — спросил Фумия.

— Извини, но я не в настроении выслушивать твою лесть.

— Это не лесть. Объективно говоря, ты прекрасна.

— Кажется, ты переоцениваешь меня.

— Нет-нет, вовсе нет. В одной только Четвёртой школе найдётся целая куча парней, мечтающих встречаться с тобой, Нээ-сан.

— Ты всё никак не успокоишься? Что ж, Ями-тян...

Фумия громко сглотнул.

Аяко усмехнулась и продолжила игривым тоном:

— Объективно говоря, Ями-тян тоже красива, не так ли? Если бы она не наряжалась как мужчина, то её имя гремело бы по всей школе.

— Я не «наряжаюсь как мужчина»!

— Знаешь, хоть меня это не интересует, но некоторые девочки любят обсуждать, скажем так, «крепкую мужскую дружбу». Я слышала, как они часто упоминают Ями-тян. А ещё тех, кто подходит «ей» больше всего...

— Мне всё равно! — раздался приглушённый вопль — парень старался не шуметь.

Потом Фумия повернулся к сестре спиной и бросил:

— Спокойной ночи!

Хихикнув про себя, Аяко тепло ответила:

— Спокойной ночи.

◊ ◊ ◊

Ночь закончилась, унеся с собой горечь поражения.

Двадцатое февраля 2097 года. Тацуя и Якумо с учеником повезли тело Тошиказу в дом Тиба.

Масаки хотел присоединиться, но монах остановил его, сказав, что это не визит соболезнования — они идут объяснить обстоятельства смерти Тошиказу.

Миюки не знала о причинах поездки брата — она осталась дома вместе с Фумией, Аяко и Минами. Вполне возможно, что сейчас девушки играли или лепили сладости. Не менее вероятно и то, что они втянули в свои забавы и бедного Фумию.

Вскоре фургон остановился перед домом Тиба. Заранее уведомлённые о визите члены клана вышли навстречу.

— Я искренне сочувствую вашей утрате, — сказал Якумо, покинув фургон.

— Мне жаль, что мой глупый сын доставил вам неприятности, — склонился в глубоком поклоне глава клана, Тиба Дзётиро. Даже в пятьдесят лет он оставался в отличной форме, но было заметно, что ужасная новость сильно его подкосила.

Когда ученик Якумо вытащил тело из фургона, семья не смогла сдержать слёз — даже с накрытым тканью лицом Тошиказу было невозможно не узнать. Заплакала женщина в чёрном платье — Санаэ, старшая сестра погибшего. Тацуя натыкался взглядом на лица знакомых и незнакомых людей и видел лишь горе. Только одного человека он не мог найти — Тибу Наоцугу. Ходили слухи, что «вундеркинд клана Тиба» не очень хорошо ладил с Тошиказу, но вряд ли настолько плохо, чтобы остаться равнодушным к смерти брата. Скорее всего, он был занят чем-то важным вдали от дома.

Последней наружу вышла Эрика. Взгляды друзей встретились, хотя меньше всего Тацуя хотел увидеть именно её. Впрочем, для разговора с Эрикой он и прибыл сюда сегодня.

— Пожалуйста, заходите.

Возникшие из-за спины Дзётиро ученики клана Тиба подхватили тело, положили его на носилки и понесли в главный дом. За ними потянулись остальные — Якумо и Тацуя возглавили шествие. Вскоре на улице остался только ученик монаха.

Труп отнести в комнату Тошиказу, которая выглядела на удивление чистой и не походила на холостяцкую берлогу. Нет, ей больше подходило слово «пустующая» — кроме стола, шкафа и одинокого меча на подставке здесь ничего не было. Тело оставили на футоне — оно пробудет здесь вплоть до похоронной службы. Поскольку погребение собирались проводить священники семьи Тиба, Якумо не стал предлагать свои услуги.

Потом Дзётиро повёл гостей в приёмный зал. Здесь также царствовал аскетизм — никаких диванов, только подушки для тех, кто не привык сидеть на ногах. Впрочем, Якумо и Тацуя могли обойтись и без них.

— Я искренне прошу прощения за доставленные неудобства. Примите мою благодарность за ваши труды. — Дзётиро положил руки на татами и низко поклонился. Рядом склонила голову Эрика.

Больше никого из семьи Тиба здесь не было: жена Дзётиро давно умерла, Наоцугу отсутствовал, а Санаэ осталась в комнате Тошиказу — нет сомнений, она всё ещё рыдала над телом брата. Эрика же до сих пор не пролила ни единой слезы.

Также вызывала недоумение надетая Эрикой школьная форма — зелёный пиджак и белое платье выглядели неуместно на фоне траурных одеяний.

— Ваш сын, Тиба-сама, встретил свою смерть при весьма необычных обстоятельствах, поэтому я считаю своим долгом объяснить вам, как это произошло. Надеюсь, вы выслушаете меня, — проговорил Якумо.

Дзётиро слегка склонил голову:

— Пожалуйста, я буду очень признателен. Честно говоря, всё это выглядит очень странно.

— Примите мои соболезнования.

И Якумо начал свой рассказ.

Так глава семьи Тиба узнал о волшебнике-террористе из Дахана, операции по его захвату и битве Тацуи с Тошиказу.

— ...Ночью мы провели церемонию очищения от проклятия, поэтому все следы темной магии уничтожены, — закончил монах.

Дзётиро прикрыл веки. Лежащий на его коленях кулак временами подрагивал.

— Спасибо вам за помощь, — твёрдо произнёс Дзётиро, открыв глаза.

Диалог закончился, и монаху принесли чай. Дзётиро хотел поговорить и с Тацуей, но Эрика утащила парня в додзё. Глава Тиба не стал её останавливать — он догадался, что Тацуя вовсе не возражает.

Додзё пустовало — тренировки остановили из-за подготовки к похоронам.

Эрика вышла в центр зала и села. Тацуя тоже опустился на деревянный пол, лицом к девушке.

— Ты привёз брата назад домой, и я глубоко признательна тебе за это. — Резкий поклон. Не дав Тацуе опомниться, девушка тут же подняла голову и впилась в лицо юноши взглядом. — Ответь мне. — Такой же резкий голос, источающий холод. — Волшебник, что превратил моего глупого брата в марионетку. Ты поймал его?

Зло сказанные слова «глупый брат» выдали её печаль.

— Он мёртв, но у нас нет тела.

— Понятно... — помрачнела Эрика.

Тацуя совершенно не удивился бы, услышь он скрежет зубов.

— Что ж, — вымученно продолжила она, — тогда единственный человек, которому я могу отомстить — это ты, Тацуя-кун.

— Полагаю, что так, — принял необоснованное обвинение парень.

В конце концов, он сам признался в убийстве Тошиказу.

После кивка юноши Эрика едва заметно вздрогнула.

— Тацуя... разве ты не мог сделать что-нибудь?

Эрика знала о «Восстановлении» и о том, что эта магия требует в обмен. Девушка понимала, что не имеет права возлагать на Тацую такое бремя, понимала, что Тошиказу лишь заплатил за свою ошибку, пусть цена и была слишком высока.

Но вопрос всё равно сорвался с языка.

— Мёртвых нельзя вернуть к жизни, — прозвучал сухой ответ.

У Тацуи не было причин чувствовать себя виноватым, но Эрику возмутило его равнодушие.

— Шиба Тацуя! Сражайся! — выкрикнула девушка, поднимаясь с колен — и тут же отлетела к краю площадки, сбитая с ног ударом Тацуи.

Эрика с трудом встала, сорвала со стены деревянный меч и повернулась лицом к противнику.

На неё спокойно смотрел расслабленный юноша.

Эрика приняла боевую стойку. Острие меча смотрело Тацуе в лицо.

Словно этого и дожидаясь, парень двинулся вперёд.

Нисколько не заботясь о ритме боя, девушка ринулась навстречу.

— Йа-а-а! — клинок описал полукруг, падая на голову юноши — слишком небрежный удар для мастера меча.

Не сбавляя шага, Тацуя поймал лезвие и, сжав его покрепче, просто отбросил Эрику.

Девушка отпустила рукоять и покатилась по полу. Остановившись, она поднялась на одно колено и увидела перед глазами деревянное острие — Тацуя не преминул воспользоваться отнятым оружием.

— Ты... ты победил.

Признав поражение, Эрика опустилась на пол и зарыдала.

Юноша молча дождался, когда она перестанет плакать.

— Между прочим... когда девушка плачет, порядочный человек должен предложить ей платок.

С кривой улыбкой Тацуя протянул требуемое Эрике:

— Возвращать не нужно.

— Что ж, тогда не жалуйся, если я так и сделаю!

Она промокнула слёзы, прочистила нос и, будто недовольная результатом, утёрла лицо рукавом пиджака.

— Знаешь, будь меч настоящим, я бы отрезала тебе руку, — выпалила девушка, словно оправдывая своё поражение.

— Но он был деревянным, — натянуто улыбнулся Тацуя, глядя на брошенное оружие.

— Угх... И зачем ты так внезапно меня ударил?!

— Я подумал, что бой уже начался.

В ответ раздался лишь раздражённый стон. Похоже, Эрика наконец-то пришла в себя.

Острый взгляд покрасневших глаз — и новый вопрос:

— Тацуя-кун, мой глупый брат был сильным?

— Да. Даже превратившись в марионетку, он оставался серьёзным противником.

— Понятно... Тацуя-кун, твоя похвала — лучшее соболезнование, — прошептала Эрика, повернувшись к парню спиной.

Девушка не стала извиняться.

Впрочем, юноша не нуждался в её извинениях.

◊ ◊ ◊

Дзётиро со своим лучшим учеником лично проводил гостей до выхода. Уже сидя в фургоне, Якумо повернулся к Тацуе и с ухмылкой сказал:

— Я ожидал, что ты выйдешь из додзё с алыми щёками.

— Она бы не простила меня, будь я несерьёзен.

— Понятно. Пусть и женщина, но в ней течёт кровь воина, — рассмеялся монах. — Что будешь делать остаток дня?

— Поеду в главный дом и отчитаюсь перед главой клана.

— Лично? Не по телефону?

— Да. Я готов к выговору.

— Вряд ли у тебя будут проблемы... — уклончиво ответил Якумо.

Монах помнил о Тодо Аобе и его просьбе. Поскольку всё закончилось так, как хотел спонсор Йоцубы, неприятности у Тацуи не возникнут. Впрочем, самому Тацуе знать об этом необязательно.

— Честно говоря, не думаю, что мой провал расстроит Оба-уэ, но я обязан принести извинения.

— Так это лишь формальность? Понятно. У тебя свои трудности.

Удерживая улыбку, парень подумал: «Да, у меня трудности, в отличие от тебя», но вслух, конечно, ничего не сказал.

— А доложить Казаме-куну?

— С ним я поговорю завтра.

— Понятно. Ну, удачи.

Остаток пути до дома Тацуи они провели за светской беседой.

◊ ◊ ◊

Хоть Тацуя и сказал Якумо, что пойдёт в главный дом Йоцуба, но ему пришлось изменить планы — парень позвонил в резиденцию и узнал, что Мая находится в филиале региона Канто Магической ассоциации.

Оставив Минами следить за домом, Тацуя, Миюки и близнецы отправились к Башне залива Йокогамы. Парень не хотел брать с собой попутчиков, но они настояли на своём, а Тацуя не смог отказать сестре.

После прибытия в Магическую ассоциацию их отвели в самую роскошную приёмную — к Майе. Глава Йоцубы каким-то чудом отвоевала эту комнату у Коити, Катсуто и Шиппо Такуми, которые тоже приехали в ассоциацию для участия в онлайн-конференции.

— Похоже, все в сборе. Добро пожаловать, — поприветствовала всех Мая, сидя на диване.

Хаяма, как обычно, стоял за её спиной.

Не откладывая в долгий ящик, Тацуя встал перед женщиной и низко поклонился.

— Хаха-уэ, — подчеркнул свой новый статус юноша, опасаясь прослушивания, — прошу, примите мои искренние извинения за провал операции.

Мая ответила с улыбкой:

— Я уже знаю подробности. Ты сделал всё, что мог, поэтому тебе не о чем беспокоиться.

— Большое спасибо, — снова склонился Тацуя.

Однако парень понимал, что так просто его не отпустят.

— Жаль, конечно, что мы не получили тело... Ты уверен, что Гу Цзе мёртв?

— Да, — спокойно кивнул юноша, пряча насторожённость. Конечно, Мая велела ему не беспокоиться, но что она хочет?

— Интересно, как же ты подтвердил его смерть? Мне нужно знать ответ, поскольку не только я буду задаваться этим вопросом.

Но Тацуя и не собирался обманывать:

— Я извлёк урок из боя с Чжоу Гунцзинем и разработал новую магию для слежения.

— Но до вчерашнего дня ты не мог даже выйти на его след.

«Может, она считает, что я недоговариваю?» — подумал Тацуя.

— Из-за некоторых ограничений я только вчера смог активировать эту технику.

Конечно, Тацуя умолчал о некоторых деталях, но юноша не чувствовал себя виноватым, поскольку они касались безопасности Миюки.

— Ограничений? Каких ограничений?

Юноша не мог рассказать, что для активации магии ему требуется обнимать сестру.

— Это... связано с моими чувствами, поэтому мне трудно объяснить, — туманно ответил Тацуя.

— Хм, как необычно. Что ж, хорошо. Иногда подобного не избежать, — усмехнулась Мая, глядя на покрасневшую Миюки, которая стояла рядом с братом.

Видимо, глава Йоцубы начала догадываться о «секретных ограничениях» Тацуи.

— Могу я задать ещё один вопрос? — спросила женщина, явно получая удовольствие от допроса.

— Что вы хотите узнать?

Улыбка Майи сложилась в зловещий оскал.

— С Тибой Тошиказу правда было так сложно справиться?

— О чём вы? Всё-таки он принадлежал к одной из Ста семей.

— Мне кажется, что ты потратил слишком много времени на бойца ближнего боя, который даже дрался без своего специализированного CAD.

На спине Тацуи выступил холодный пот.

Будь противником какой-нибудь незнакомец, пользующийся стандартной магией, юноша не стал бы медлить с убийством. Любопытство сгубило не только кошку. Если его обвинят в халатном отношении к поимке террориста, то придётся постараться, чтобы подыскать достойное оправдание.

— Да, Тиба Тошиказу не был в своей лучшей форме, но Гу Цзе вживил в его тело технику, которая увеличивает магическую силу пользователя на некоторое время. Это лишь моя догадка, но я почти уверен в своей правоте, — нехотя ответил Тацуя. Парень не собирался выкладывать столько подробностей о бое с Тошиказу, но других аргументов, которые устроили бы Маю, у него не нашлось.

— Временно увеличивает магическую силу? — Взгляд главы клана стал острее.

— Усилители волшебства «Безголового дракона» основаны на техниках Гу Цзе. Скорее всего, это нечто подобное. — Тацуя уже осознал свою ошибку, но не мог ничего исправить. — Однако отличия всё же есть. Я не заметил каких-либо дополнительных магических устройств.

— У тебя есть идеи на этот счёт?

— Если предположить... что жизненная энергия на самом деле существует, то техника Гу Цзе, видимо, вытягивает энергию, убивая носителя, и накапливает её в трупе, а затем преобразует в псионы.

— Хм, жизненная энергия... Как интересно. И эта особая магия использует в качестве проводника сердце трупа, поэтому ты уничтожил его, я правильно понимаю?

— Всё верно.

— А в Камакуре мы не нашли следы этой техники потому, что ты расправился с Генераторами схожим образом?

— Вполне возможно, — согласился озадаченный Тацуя. Он даже не задумывался об этом.

— Обычно усилители волшебства делают из человеческого мозга, но новая техника усиления магии использует сердце. Наши исследования в данной области сосредоточены на ментальном аспекте, но вполне возможно, что стоит обратить внимание на всё тело в целом...

В глазах Майи вспыхнула искра безумия.

«Надеюсь, она не собирается проводить эксперименты над людьми...» — мысленно взмолился Тацуя.

Вдруг на губах Майи расцвела мягкая улыбка — или молитвы юноши были услышаны, или женщина поняла, что выглядит странно.

— Ой, простите, я отвлеклась. Пожалуйста, присаживайтесь. — Мая жестом пригласила всех сесть, а затем, не оборачиваясь, обратилась к Хаяме: — Приготовь чай для Тацуи-сана и остальных гостей.

— Будет сделано, — почтительно ответил старик, слегка поклонившись.

Пока Тацую допрашивали, Миюки, Фумия и Аяко боялись лишний раз вдохнуть, но стоило напряжению спасть, и все вновь почувствовали себя живыми. Теперь они пили чай, поданный Хаямой.

Впрочем, расслабляться ещё слишком рано.

— Полагаю, все вы уже знаете, что скоро состоится онлайн-конференция.

Догадка Майи оказалась верной.

Онлайн-конференция — основной способ общения между главами Десяти главных кланов. Для участия в таком совещании нужно либо подключиться к сети из собственного дома, либо воспользоваться услугами Магической ассоциации. Итидзё и Футацуги обычно обращались в киотскую штаб-квартиру, а глава Йоцубы облюбовала филиал региона Канто. Филиалы в других регионах (Тохоку, Сикоку и Кюсю) были менее удобны, но их тоже оборудовали всем необходимым для проведения конференций.

Было нетрудно догадаться, зачем главы кланов пришли сегодня в Магическую ассоциацию. Конечно, Коити, Катсуто и Мая могли собраться для обсуждения результатов операции по захвату террориста, но присутствие Шиппо Такуми это не объясняло.

— Конференция начнётся, как только прибудет Мицуя-доно.

— Возникли новые проблемы? — уточнил Тацуя.

Мая деланно вздохнула:

— Антимагическое движение становится более радикальным. До сих пор происходили только единичные нападения на волшебников. Мы полагали, что всё утихнет само собой... — взгляд Майи скользнул по Тацуе, — но атака «Бланша» раздула пламя вражды. Экстремисты используют магию, и со стороны это выглядит как внутренние разборки между волшебниками, в которые втянуты обычные люди. Наша репутация пострадала.

Тацуя с трудом подавил желание схватиться за голову.

Как Мая и сказала, недавняя атака возле первой школы имела решающее значение. Нападающий был лишь средством для передачи магии, но никак не волшебником. Вот только доказать это невозможно.

Смерть Гу Цзе ознаменовала конец хаконского инцидента.

Но посеянные террористом семена ненависти начали прорастать.

(Продолжение следует, следующая глава — «Пролог к беспорядкам»).

Комментарии