Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 5. И все вдруг стало гораздо сложнее

«У, на-а?» = «Сколько это стоит?»

«Фа, но-о» = «Здравствуйте».

«Зэ-э, на-а» = «До свидания».

А=1;

Му-у=2,

Сон=3,

Дзё=4,

До=5,

Куа=6,

Си=7,

За-а=8,

Зама=9,

Заму=10,

Зан=11,

Задзи=12

Юмэ и Ранта расспросили кузнеца и огромного краба из продовольственной лавки о тех или иных вещах и получили достаточно исчерпывающие ответы.

Система счисления в этом мире оказалась довольно-таки запутанной. Харухиро и остальные привыкли к десятичной, поскольку у людей всего-то десять пальцев. Только вот у жителей деревеньки Идо число пальцев на конечностях сильно разнилось. Существа с восемью пальцами пользовались восьмеричной системой счета, а с двенадцатью — двенадцатеричной… Судя по всему, так все и работало. Если указать на вещь и спросить: «У, на-а?», продавец поднимет нужное количество пальцев, обозначив тем самым цену. Но если не знать, сколько пальцев у хозяина лавки, можно не понять, что к чему.

Черные монеты делились на малые, средние и большие. Та, что показалась ребятам побольше, — средняя, а те поменьше — малые. Огромный краб, хозяин продовольственной лавки, продемонстрировал наемникам настоящую большую монету: она оказалась в два раза крупнее средней, несколько толще да еще и с серебряными прожилками.

Большая черная монета называлась «роу», средняя — «рума», а маленькая — «вэн».

Похоже, роу довольно-таки ценные и редкие, поскольку в большинстве сделок использовали лишь рума и вэн. И сколько же в одной руме вэн? С пониманием этого тоже возникли проблемы, ведь, судя по всему, фиксированного курса не было.

Что это значит? Например, в кузнице и продовольственном считали, что в одной руме восемь вэн. Тем не менее в лавке одежды и сумок одна рума стоит двенадцать вэн, а в лавке масок одна рума равнялась пяти вэн. Цена меняется в зависимости от лавки или же от решения владельца.

И поэтому, когда кузнец говорит «Сон, за-а» (то есть «три», а потом «восемь») и поднимает три пальца, а затем восемь, нужно умножить три на восемь, что в итоге дает двадцать четыре вэна или же три румы.

Когда в лавке одежды и сумок торговец говорит «Дзё, задзи» (то есть «четыре» и «двенадцать») и показывает при этом сначала четыре пальца, а затем все двенадцать пальцев обеих рук, значит, нужно умножить четыре на двенадцать и получить сумму в сорок восемь вэн или же четыре румы.

Это просто невероятно! По сути разница в цене не больше одной румы, но в вэнах она уж слишком существенна: почти в два раза! Впрочем, для деревеньки Идо такое в порядке вещей.

Те две черные монеты (одну наемники нашли в вещах скелета с хвостом, а другую — на берегу реки) были среднего размера. За одну руму хозяин продовольственной лавки, тот огромный краб, накормил ребят до отвала, а жуткий страж у колодца позволил напиться и больше денег с путешественников не просил. Выходит, одна рума позволяла пользоваться колодцем сколько душе угодно.

Набравшись смелости, Харухиро попросил кузнеца наточить кинжал. Стоило это три вэна. Ранта, отчаянно жестикулируя, пытался торговаться, но ничего не вышло. Выбора не было: пришлось Харухиро выкладывать три монеты, игнорируя вопли протеста.

После этого у группы наемников осталось всего ничего: одна рума. Монеты хватит лишь на ужин. Переговорив с огромным крабом, ребята купили как можно больше рагу из насекомых и набили им животы.

К этому времени кузнец закончил точить кинжал. Как и ожидалось, великолепный результат. Однако опробовать клинок сразу не удалось: на мир опустилась ночь, и ворота деревеньки закрылись. Раз так, группе Харухиро никак не удастся покинуть Идо.

Как назло, спать не хотелось, а потому ребята решили немного пройтись. Кстати, тот самый странный господин Пугало тоже остался ночевать здесь и теперь отдыхал рядом с «Вышкой А».

Помимо площади с колодцем в центре, кузницы, лавки одежды и рюкзаков, лавки масок, продуктовой лавки и бакалеи в деревне стояли еще девять построек. Самая высокая из них — на краю площади, причем видом она напоминала чуть ли не горку сваленных камней. И самое невероятное: там были даже окна со стеклами, хоть и немного мутными. Сквозь окна пробивался слабый свет — наверняка там кто-то жил, однако наемники не решились узнать, кто.

На другой стороне площади, то есть на севере, некто поставил четыре лачуги, а прямо напротив — еще четыре. Кажется, для их постройки использовали дерево, а кровли покрывали либо землей, смешанной с соломой, либо ветками. Если бы у Харухиро и его ребят было достаточно того и другого, они бы тоже попробовали поставить такие же простенькие хижины.

За время прогулки путешественники несколько раз сталкивались с местными. Некоторые из них лишь относительно походили на людей, а некоторые — ни в чем; но тех и других объединяла одна деталь: они покрывали лица. Харухиро и остальные попытались поприветствовать жителей с помощью изученной фразы «Фа, но-о», желая посмотреть на их реакцию, но те просто проигнорировали наемников.

За частоколом у рва находилась небольшая пристань, весьма старая на вид: некоторые доски уже успели сгнить. Только вот ребята не заметили ни одного суденышка поблизости.

Им в голову пришла идея попробовать принять ванну здесь. А почему бы и нет? Задумка неплоха, однако никто из путешественников не мог поручиться, что местные действительно позволят им выкопать яму. Что ни говори, а Харухиро и его друзья — новички, да еще и пришлые. Им не хотелось сделать что-нибудь не то и разозлить обитателей деревушки. В итоге наемники сошлись на том, что надо изучить порядки местных получше, а уж потом пытаться сделать хоть что-нибудь.

Чтобы не тревожить жителей, ребята решили разбить лагерь на пустыре, где не было никаких построек. Ночь была холодна, но если закутаться в плащ, можно перетерпеть и как-нибудь уснуть.

Стараясь согреться, девушки жались поближе друг к дружке. Парни же откровенно завидовали их предприимчивости, и все равно ни за что на свете не стали бы повторять подобное — уж лучше терпеть. Размышляя об этом, они действительно терпели холод всю ночь.

Ранта захрапел первым. Девушки же не спешили засыпать и о чем-то шептались. Кузаку ворочался, силясь заснуть, но у него ничего не получалось.

«Оно и понятно. Только Ранта у нас особенный», — подумал Харухиро.

Лидер уже несколько раз задумывался о том, чтобы завести разговор с Кузаку, однако неизменно гнал эту мысль прочь. Вскоре девушки затихли, а Кузаку перестал ворочаться.

«Нужно поспать. Ну же, усни!»— мысленно убеждал себя Харухиро, вот только чем дольше он пытался погрузиться в сон, тем меньше хотелось спать. Лидер мог лишь лежать и думать обо всяких бессмысленных глупостях, чувствуя разочарование и безнадегу, не зная, как выйти из ситуации, в которую попал он и его группа.

«Плохи дела! Нужно выбрать хотя бы что-нибудь! Есть вещи, о которых я все еще могу думать, и вещи, о которых не смогу при всем желании. Нужно обдумать сегодняшние события. Взять на заметку все, что узнал. Затем — завтра. Просто подумать о том, что делать завтра. Пока не рассвело. Лучше просто забыть все, о чем я только что думал. То есть даже если я буду думать о завтрашнем дне, понятия не имею, что будет дальше. Нет, все же я знаю кое-что. Когда-нибудь мы все умрем. Лишь это известно. Да, определенно умрем. Несмотря ни на что. Но если все так, то, получается, что бы мы ни делали, наши усилия бесполезны. Рано или поздно я и сам умру. И ребята тоже умрут. Каково это, умереть? Больно? Страшно?..

Манато. Могузо. Что вы чувствовали, когда умирали? Может, вы думал что-то вроде: «Нет, не хочу умирать!»? Или же с радостью встретили смерть? Интересно… а если бы… если бы я умер прямо сейчас, остались бы у меня сожаления? И как много? Нет, не хочу пока умирать. Не хочу видеть, как кто-нибудь умрет. Лучше об этом не думать. Это слишком пугает. Вчера, сегодня… что мы делали? Что мы будем делать завтра? Если сосредоточусь на лишь этом, то пройдет достаточно времени… и...»

— Бу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

— А-а-а? — Харухиро вскочил на ноги и принялся озираться по сторонам.

Похоже, странный звук разбудил всех.

Потерев глаза, Юмэ сказала:

— У Юмэ чуть сердце не остановилось…

— Думаете это… петух? — Шихору прижала руку к груди.

— В расплох застал… — пробормотала Мэри.

— Н-н-н… — на одной ноте гундел Ранта, потягиваясь. — Взбодрило-то как!

— В каком это месте? — проворчал Кузаку. И действительно!

В конце концов ребята заметила на подъемном блоке колодца, куда крепилось ведро, виновника дикого крика. Это существо с коричневатым оперением и правда напоминало петуха… Но лишь напоминало, наверняка это кто-то другой. Даже размеры не сходятся — неведомая тварь гораздо больше.

— Бу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Да, именно она и кричала. Какой ужасный способ проснуться!

— Ай, все тело болит… — Кузаку повел плечами и похлопал по ягодицам.

— Ладно, давайте потрудимся и сегодня, — Харухиро, ведомый чувством долга, решил подбодрить остальных, правда, слова его звучали не слишком-то убедительно.

— У нас и денег на завтрак нет, га-ха-ха! — рассмеялся Ранта.

— Все в порядке, — маска скрывала лицо Юмэ, но можно было понять, что та надула щеки. — Просто будем думать об этом как о диете.

— И что ты будешь делать, если потеряешь еще хоть грамм грудного жира, а? Они и без того крошечные!

— Грудь Юмэ ничуть не изменится!

— Вот я и говорю, дай потискать! Я проверю!

— Не слишком ли ты прямолинеен? Когда говоришь о своих желаниях и требуешь… — отпрянул Кузаку.

— Я голоде-ен! — в ответ наорал на него Ранта. — И сейчас я хочу потискать хоть эту плоскогрудую, да хоть кого! Из-за всех опасностей, что приключились с нами, мое половое влечение возросло до небес! У-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Я хочу размножаться!

— Да ты опасен… — забеспокоился Харухиро.

— Вот бы он умер… — сказала Шихору. Наверное, шутит, только в каждой шутке есть доля шутки.

— Это потому, что утро? — выдала нечто загадочное Мэри. Должно быть, она не до конца проснулась.

— Ранта, — Юмэ, которая все еще сидела на земле, вдруг отпрянула. — Ты ужасно неприятный!

Она пожаловалась таким серьезным тоном, что даже жалкому отбросу вроде Ранты стало бы обидно. Хоть чуточку.

В ответ темный рыцарь изобразил нечто странное, будто невидимую створку отодвинул:

— Ладно, шутки в сторону, идем!

— Думаешь, сможешь сделать вид, что ничего этого не было? — Шихору это не понравилось.

— Да, думаю, что могу! Сделай одолжение и разреши мне!

— С чего это нам делать для тебя одолжения… — вздохнул Харухиро. — В любом случае без завтрака будет тяжко. Нужно заработать хотя бы три румы, чтобы подобное не повторилось.

— Отлично, Парупиро, а теперь давай, объясняй, как заработать достаточно денег, чтобы подобное не повторилось вновь. Я внимательно слушаю. Будь благодарен!

Честно говоря, блестящих идей у лидера не было. Всего-то одно предложение: поискать монеты и ценные вещи в землях Мертвецкой топи. Конечно, остерегаясь при этом четырехглазого зверя и остальных существ. Только и всего.

— Что за чертов бред! — не выдержал и заорал Ранта, пытаясь протестовать, однако остальные, на удивление, поддержали Харухиро. В итоге наемники покинули деревню Идо и направились в Мертвецкую топь.

Быть бдительным, безусловно, хорошо, но, если четырехглазый зверь заявится, что им делать? Помимо этого монстра есть и другие опасности. Смогут ли ребята с ними справиться? Да, причин для беспокойства немало, а все-таки иного надежного способа заработать путешественники не придумали. Иными словами, ничего другого не оставалось.

В этот день им удалось найти одну среднюю монету, то есть руму, и пять маленьких монет, то есть пять вэн. Помимо этого ржавый меч и наконечник копья. К счастью, четырехглазый зверь так и не объявился.

Ребята вернулись в деревню и отнесли находки кузнецу, добавив к ним еще и кинжал Юмэ и меч Кузаку. Кузнец показал им четыре пальца. Это означало, что он купит все это за четыре вэна. Скорее всего, ремесленник просто переплавит находки, поэтому за каждую единицу лома он давал по одному вэну. Суммарно четыре.

Харухиро и его ребят смутило предложение кузнеца, однако торговаться бессмысленно, слишком уж тот упрям и неподатлив. К тому же наемники понимали, что бесполезное оружие доставит им слишком много хлопот. В конце концов ребята продали находки и получали четыре вэна. У них на руках осталось одна рума и девять вэн. В продовольственной лавке на одну руму или на восемь вэн можно получить еды на шестерых да еще и не меньше двух порций. Наемники могли бы поужинать перед сном, а на следующий день и позавтракать.

Наполнив животы и потратив все заработанное, ребята слегка повеселели. Голод больше не мешал им думать.

«Давайте сегодня потрудимся больше, чем вчера!» — мысленно подбодрил ребят Харухиро. — «Наша цель — три румы!»

Конечно, и во время следующего похода они опасались повстречаться с четырехглазым зверем, но им снова повезло: его присутствие не ощущалось. За этот день Юмэ, Мэри и Харухиро отыскали одну среднюю, две маленьких монеты и два меча. Пока что все шло хорошо.

— Хм? — Ранты вытащил нечто длинное из воды. — Что это?

— Нья! — Юмэ вдруг подскочила на месте. — Оно извивается!

— А-а-а?! И-и правда, оно шевелится! — Ранта тут же попытался избавиться от находки, однако та не спешила его отпускать: некто обернулся вокруг правой руки темного рыцаря, сжимая в тисках. — Ч-ч-ч-что это?! З-з-з-з-змея?!

— М… — Кузаку поглядел вниз. — На моей ноге тоже…

Присмотревшись, ребята заметили, что ногу паладина действительно оплела какая-то длинная штука.

Змея? Или что? Опасные ли они? Ядовитые? Откуда им знать?

— Н-не двигайся, Кузаку! И-или же лучше беги?..

— Так что мне делать?

— Гу-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Ранта вопил, отчаянно пытаясь вырвать руку из плена змееподобного существа, однако все было тщетно. — Что за, что за, что за?!! Страшно-страшно-страшно!!!

— Ах… — Шихору пробрала дрожь. — З-з-з-з-з-здесь в воде… н-н-н-н-н-наверное их… очень много…

— А… — Мэри резко потянула на себя короткий посох, будто тот резко потяжелел раза в два. Что с ним случилось?

Змееподобная тварь оплела древко.

— У-у-у-успокойтесь! — Харухиро глубоко вздохнул, прежде чем выдать следующее. — Н-н-н-не похоже, что они нападают. и вряд ли нападут. Все в порядке. Я уверен. Пока что. Наверное.

— Ки-хи...

Еще минуту назад Зодиак висел в воздухе рядом с Рантой, но теперь почему-то поспешил отлететь подальше.

— Верить без доказательств… Как глупо… Ки-хи-хи…

— Зодиак, ты что, решил меня бросить?! Черт, это плохой знак! — Ранта еще раз попытался выдрать руку из змеиных объятий, однако у него опять ничего не вышло.

— Ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай! П-п-помогите, кто-нибудь помогите мне, спасите меня, идиоты!

— Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! — Мэри отчаянно размахивала посохом, но вырвать его из хватки твари так и не смогла.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Кузаку споткнулся.

«Что-что-что? Не только на левой ноге? На правой ноге тоже? Стоп, по ногам Кузаку ползут две, нет, три змееподобных твари? Они пытаются его обездвижить?»

— О-оом, рел, экт, дер, брэм, дарс! — Шихору покрыла себя «Теневой броней» Наверняка в такой ситуации это здравое решение. А все же Харухиро не слишком-то одобрял ее действия.

— Х-хару?! — Юмэ резко обернулась к нему.

«Нет, даже не спрашивай меня…» — конечно, будучи лидером, он не мог ответить охотнице так.

«Верно. Я лидер. Тем не менее я не всемогущий, есть то, что я не знаю, то, что не смогу сделать при всем желании, да? Однако все равно надо что-то сделать, это ясно как день, иначе беды не избежать!»

— Вон из воды! Давайте! Здесь мы с ними не справимся! Не выйдет!

Юмэ и Шихору бросились бежать. Ранта все еще размахивал рукой, а Мэри продолжала сражаться за посох. Оба пытались разобраться побыстрей и сделать ноги. Харухиро помог Кузаку вырваться, схватив того за руку. Им тоже удалось выбраться из ловушки.

— Кья-я! — посередине пути вскрикнул Ранта.

Кажется, его укусили.

— Т-ты в порядке, Ранта?!

— Идиот! Само собой, я не в порядке! Сдохни! Черт, больно!

«Раз орет и бежит, значит, он в порядке», — решил для себя Харухиро.

Как только ребята выбрались на сушу, покинув Мертвецкую топь, змееподобные существа отстали. Вряд ли такое могло сколько-нибудь утешить наемников, но все лучше, чем ничего. Однако их радость длилась лишь мгновение. Вдруг Ранта повалился на землю и забился в конвульсиях..

— Гха-а-а! Гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх! О-о-о-о-о-ох! Бр-р-р-р-р-р-р-р-р!

— Ранта-а?! — Юмэ сняла шлем с темного рыцаря. — А-а?!

Одного взгляда хватило, чтобы понять: все очень и очень плохо. Ранта изрыгал пену. Его отравили. Все-таки те существа оказались ядовитыми.

Мэри тут же использовала «Очищение», чтобы вывести яд из крови. Пока магия работала, Ранта лежал без сил.

— У-у-у-у… Поверить не могу. На волосок от смерти… Вот черт…

Ки-хи-хи… Почему… ты все еще не в объятиях Скаллхейла?.. Ки-хи… Ки-хи-хи…

— Хватит, Зодиак, если будешь вести себя так грубо, то «Бам»! Юмэ тебя ударит!

В этот раз она была на редкость добра к Ранте. Харухиро не знал, почему это произошло, но девушка позволила темному рыцарю отдохнуть у нее на коленях. Харухиро не верил собственным глазам, настолько невероятным казалось зрелище.

— Постой… яд вообще вышел?.. Такое чувство, будто вот-вот умру… Прости, Юмэ… Позволь мне еще чуть-чуть так полежать…

— А? Ну, хорошо, Юмэ не против.

— Где-то часок...

— Не слишком ли?

— Ладно, тридцати минут будет достаточно…

— Ня…

Ги-хи… Глупая… Попалась на обман Ранты… Ги-хи-хи…

— Ха? Правда?

— Э-это не обман! Ч-что ты такое говоришь, Зодиак? Я правда, правда плохо себя чувствую! Меня тошнит, у меня болит голова и живот! Я не вру!

— Звучит как полная ложь! К тому же Ранта уж слишком энергичен!

Само собой, его насильно согнали с коленок Юмэ. Только все это ерунда по сравнению с тем затруднительным положением, в какое угодили наемники.

Поиски на Мертвецкой топи давали ребятам неплохой, а главное, надежный заработок. Однако к угрозе нарваться на четырехглазого зверя прибавилась и проблема в виде ядовитых болотных змей. Да уж, теперь такой способ никак не назвать «надежным».

— Ну? Что будешь делать, Парупиро? — мрачно спросил Ранта.

Услышав это, Харухиро чуть было не выпалил: «Что будешь делать, говоришь? Опять перекладываешь все на меня? Спросил бы хоть раз «Что НАМ делать?» Естественно, нужно начать с обсуждения всего этого!»

Мысленно обругав Ранту всевозможными словами, Харухиро успокоился. Даже если лидер сорвется и обзовет Ранту (мерзким/отвратительным/бесполезным/идиотом) отбросом и докажет, что тот ведет себя неправильно, это ничего не решит. Ничего, кроме усталости, это не принесет. Пустая трата сил — и все ради вспышки гнева.

— Может, стоит поискать в лесу… — начал Харухиро.

С ним тут же согласились.

«Правильно ли это? Или никто из них даже не побеспокоился об этом?» — не мог не подумать он, однако же понимал, что у товарищей просто не осталось сил размышлять хоть о чем-либо. На самом деле порядком вымотался и сам Харухиро. Плохи их дела. А все равно бездействовать они не могли. Если хотят выжить, то придется шевелиться.

В итоге наемники решили исследовать лес неподалеку от моста, ведущего в деревню Идо. И все же поиски там оказались гораздо сложнее, чем думалось Харухиро и остальным. Белые изогнутые деревья и кустарники росли так плотно, что нельзя было найти хоть какую-то брешь, чтобы кто-нибудь мог пролезть сквозь нее в чащу. Задача оказалась непосильной. Получается, без вырубки не обойтись?

— Знаете… пожалуй, здесь нет никакого крупного, да? — обнадежил Кузаку товарищей.

— Только здесь могут водиться змеи или кто-то подобный… — попыталась предупредить о чем-то малоприятном Шихору.

— Шихору… — начал было Харухиро, но одернул себя и лишь помотал головой.

— А?.. Что?..

— А, н-ничего. Да, ты права. Там могут оказаться змеи… Может быть, ядовитые...

— З-значит, возвращаемся назад? — нервно спросил Ранта.

«Так тебе и надо!» — подумал Харухиро. Ему самому не очень-то хотелось натыкаться на змей. Не хотелось повторять судьбу Ранты.

— Осторожнее, — предостерегла всех Мэри. — Я могу использовать «Очищение» столько же раз, сколько и «Исцеление».

— Эй-эй, — подала голос Юмэ, привлекая внимание остальных: она указывала на запад. — Во-о-он там, далеко-далеко, кажется, какой-то свет, да?

— Свет… — Харухиро прищурился и поглядел в ту сторону. — И правда.

Сложно сказать наверняка, что это было. Деревья вдалеке что-то подсвечивало.

— Думаете, сможем пробраться туда? А мы точно успеем до ночи?.. — пробормотал Кузаку.

— Все-таки сложно сказать, как далеко эта штука, — на удивление, робко поддержал паладина Ранта.

Кстати говоря, Зодиак и не думал соваться в лес. То ли потому, что цеплялся за ветки, то ли еще по какой причине. Без Зодиака Ранта из обычного отброса превращался в бесполезного отброса.

— Вернемся?.. — робко предложила Шихору.

Харухиро переглянулся с Кузаку, Мэри и Юмэ. Никто не сказал ни слова. Даже по их виду нельзя было точно определить, что они думают о текущей ситуации.

— Пожалуй… — только Ранта согласился с Шихору.

«Плохо дело. Не нравится мне их настрой. Хочу хоть как-нибудь изменить это, но что нужно сделать? Никаких идеи. Для начала, дайте мне немного времени на размышления… да? Но даже так, смогу ли я найти ответ? Нужно время… Нет, я просто хочу удрать куда подальше от всего этого, верно?» — прикинул Харухиро.

Наверное, не только он, но и все остальные находились в некотором оцепенении.

«Бесполезно! Все бесполезно! Совершенно бесполезно! Без сомнений, бесполезно, но все же…»

— Может, пока что вернемся в деревню? — решился предложить Харухиро.

Он лишний раз напомнил себе, что его задача, как лидера, — подбадривать и отчитывать, поправлять и поддерживать. Пусть так, но это у него никак не получалось. Ему откровенно не хватало сил.

«В таком-то состоянии… сможем ли двигаться дальше?..»

Комментарии