Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Начальные иллюстрации

Пролог. Одноклассник

Извините, что отнимаю у вас время, Накура-сан.

— Так, посмотрим. Говорите, что вас зовут Куджираги-сан? Могу я поинтересоваться - почему мне звонят из страховой компании?

Прошу прощения за назойливость, но вам знаком человек по имени Орихара Изая?

— Орихара Изая? Ах, да. Мы учились в одном университете, да и забыть человека с таким странным именем просто невозможно. Так в чем дело? Он что, в конечном счёте что-то сделал? Мошенничество со страховками? Только не говорите, что он снова использовал моё имя. Скажу на всякий случай, что я не имею к этому никакого отношения. Я уже давно его не видел.

Что значит “в конечном счёте”?

— Ах, госпожа Страховой Агент, вы же не встречались с этим парнем лично, не так ли? Ну, вы поймёте, о чём я, когда с ним познакомитесь. Как только вы его увидите, то сразу станет понятно, что он ненормальный. …Хотя, может быть, перед женщиной он и прикинется обычным. Куча женщин, вроде как, боготворят его, или что-то вроде того.

Вы спросили, не использовал ли он ваше имя “снова”?

— Да… Как бы мне лучше объяснить? Я продал ему своё имя.

Продали своё имя?..

— Ну, когда мы встретились - он сказал, что ему надо что-то тайно купить в сети, и попросил меня одолжить ему имя и адрес доставки. Конечно же, сначала я отказался. Но он предложил мне довольно приличную сумму денег. И я подумал: «Почему нет? Я же не номер своей кредитки ему говорю».

Не могли бы вы рассказать подробней?

— Ко мне приходило несколько посылок. Орихара всегда говорил заранее, когда их ждать. Так как я жил один, они никогда не попадали в чужие руки. Ох, но мне было так интересно, что там внутри. Поэтому один раз я притворился, что перепутал его посылку со своей, и открыл её.

И что же было внутри?

— Обычные книги. Ну, мне, конечно, они показались немного эротичными, но это, как мне кажется, были всего лишь книги по фольклору. Все равно он не разозлился на меня за то, что я открыл посылку.

Он был обычным студентом?

— Обычным? Он редко появлялся в Университете Райра. Хотя... там все пропускали занятия, так что да - это можно назвать нормальным… Иногда я видел, как он разговаривает с тем странным парнем в белом халате и очках. Я сначала думал, что он учится у нас на медицинском факультете, но на нашего студента он не тянул… ах да, точно. Орихара как-то раз очень неудачно о нём пошутил, как-то так: «Он подпольный врач. Если тебя подстрелят, а идти в полицию тебе не захочется,- можешь обращаться к нему».

— Ой, простите. Мы же разговариваем об Орихаре, да? Ну, как я уже и сказал - он какой-то ненормальный, так что я держался от него на расстоянии. Я вам уже об этом говорил, но, кажется, если не считать тех помешанных на нём девушек, то у него не было обычных друзей… кроме того парня в белом халате. Ну, он же приводил его с собой в университет, хоть тот и не был студентом, так что они точно были друзьями, ну правда же?

Значит, он был довольно одинок.

— Ну, я слышал, что в старшей школе он постоянно ввязывался в переделки с этим невероятно опасным типом, Хейваджимой. Но когда я сам попытался пообщаться с тем парнем - он оказался не таким уж и плохим. Так что скажу ещё раз: "Орихара просто не был нормальным".

И вы просто продали своё имя и адрес человеку, которого так сторонились?..

— Я понимаю, что мои слова звучат противоречиво… Но я же был такой не один.

Так вы не единственный?

— Ага. Этот парень, пока учился в университете, одолжил имена нескольких людей. В основном у женщин, но и пара мужчин там тоже была. Ну, вы понимаете: у меня денег не хватало и все дела…

Вы знаете о нём что-нибудь ещё? История жизни и так далее?

— Я же. Вам. Сказал. Я не спрашивал у него о таких вещах! Если мои коллеги когда-нибудь узнают, что я дал своё имя такому, как он, - на меня будут смотреть, как на ненормального!

Простите за назойливость. Просто ходят слухи, что вы были с ним близки во время учёбы.

— И кто вам такое сказал…? Боже мой, как раздражает. Да не знаю я об этом Орихаре ничего…

Что-то не так?

— Ничего… Просто, я тут подумал — я действительно ничего не знаю об этом человеке.

Может быть, вы подскажете мне: есть ли человек, который знает его лучше?

— Не думаю… Сомневаюсь, что в университете кто-нибудь знал о его прошлом. Те девушки просто были на нём помешаны, вот и всё… Так что, если кто и знает о его жизни, то это, скорее всего, тот парень в белом халате.

Как его зовут?

— Понятия не имею. Кстати говоря, если подумать... я, наверное, поступил по-настоящему глупо…? Какой ужас. Да, мне действительно страшно - вот, даже мурашки по спине пробежали… Неужели, дав ему своё имя, я вырыл себе могилу?

Всё в порядке. Насколько мне известно, ваше имя нигде не использовалось.

— Слава богу… Кстати, а почему вы собираете о нём информацию, а? Этот парень что-то сделал?

Сожалею, но я не могу сообщить вам подробностей, так как информация нашей компании засекречена. Могу сказать только, что его имя попало в список лиц, получающих страховые платежи.

— …А, понятно… Значит, вы подозреваете его в мошенничестве… Ну, я не удивлюсь, если это правда, да… У него хорошо получается играть на людских слабостях… Ах да, я кое-что вспомнил. Он говорил, что его хобби - наблюдать за людьми или что-то вроде того.

Наблюдать за людьми?

— Ага, это так похоже на детскую забаву, не правда ли? Вы только представьте, как студент университета говорит вам, что любит "наблюдать за людьми"… Но его отношение к остальным было далеким от снисходительного… Вы же знаете, что, когда человек любит кошек и видит предмет своей страсти, он начинает всем рассказывать, какой этот кот милый, и ему всё равно: злое животное, обиженное или сонное.

Вы пытаетесь сказать, что он рассматривает людей как кошек? Но разве подобное отношение не снисходительно?

— Ну, это не совсем так… Я говорю вам это только потому, что мы метафорично представляем людей в виде кошек и все дела, но…

?

— Если речь идет об этом человеке, то ему будет всё равно: переедет ли кота машина,умирает ли он от болезни, или если во время драки с другими котами ему разорвут горло…

— …Он, скорее всего, скажет: «Как мило».

В темноте 1

— И как ты сейчас себя чувствуешь, Господин Информатор?

Поначалу могло показаться, что действие происходило в баре, который только готовился к открытию.

Однако на полках не было ни одной привычной для подобных заведений бутылки с алкоголем. На стенах кое-где были порваны обои, и, судя по всему, это место уже не использовалось по назначению.

— Или, может быть, тебе больше понравится, если я буду называть тебя по имени, Орихара Изая?

В этом тёмном, заброшенном баре послышался женский голос.

Его владелица была одета как продавец из дорогого бутика; на вид ей было около двадцати пяти. На лице у неё был лёгкий макияж, а короткие волосы немного завивались.

Манера речи немного не подходила женщине по возрасту. На её слова ответа не последовало; в тёмном баре было тихо.

Вокруг неё на ржавых барных стульях сидели люди.

В основном это были женщины, но среди них можно было заметить и парочку суровых на вид мужчин. Если бы освещение бара было более ярким, то все эти люди были бы похожи на официанток и хостесс со своими телохранителями.

Но в центре бара находилась фигура, совершенно выбивавшаяся из общей картины.

Этот мужчина был одет во всё чёрное и сидел на стильном стуле со стальным каркасом.

Для него качество освещения в баре не имело абсолютно никакого значения.

Ведь его лицо и шея были полностью скрыты под холщовым мешком, в которых обычно перевозят кофе. Из-за этого было невозможно узнать, как выглядело его лицо, да и причёска тоже.

Мужчина дышал — в этом не было никаких сомнений. Однако в ответ женщине он не сказал ни слова.

Руки пленника были связаны за спиной. Так как он не мог видеть, то и совершить хоть сколько-нибудь отчаянное движение для него не представлялось возможным.

— Понятно, значит, говорить ты не можешь. Я могла бы и догадаться. Тебя хорошенько избили, прежде чем привезти сюда, не так ли? Ой, ребята, только не говорите, что выбили ему все зубы!

Коротко стриженная женщина повернулась на стуле, который на вид был таким же, как и у её пленника, и задала людям, сидевшим позади неё, этот вопрос.

Одна из женщин равнодушно бросила:

— Ничего мы ему не ломали. Выглядит он хорошо, и было бы так жалко его избивать.

— Вот как, молодцы. Теперь я могу как следует с ним позабавиться.

Её голос был как у девочки-подростка. Но при таком плохом освещении было трудно определить истинный возраст этой женщины.

Никто из присутствующих не рассказал мужчине, чьё лицо было закрыто мешком, кто они такие. Тем временем женщина с короткой стрижкой продолжала вести себя, как самая главная.

— Так что, Господин Информатор, есть идеи, почему ты пребываешь в таком состоянии? — снова спросила она у пленника с мешком на голове.

Однако ответа в очередной раз не последовало.

Из-под мешка доносилось неровное дыхание, но сложно было сказать наверняка, был мужчина в сознании или нет.

— Я сделаю тебе подсказку. Меня называют… Червь. Теперь до тебя дошло?

Червь. Это было похоже скорее не на прозвище, а на оскорбление. Как только пленник услышал имя женщины, он медленно поднял скрытую холщовым мешком голову.

— А-ха! Он меня услышал, услышал! Что с ним? Он похож на куклу! Как смешно!

Женщина по имени Червь притворно захихикала. Надавив кончиком указательного пальца на лоб своего пленника, она, словно странноватая старшеклассница, обращающаяся к своему кохаю, сказала следующее:

— Я тебя научу кое-чему полезному, Орихара Изая-сан.

— …

В то время, как информатор не проронил ни слова, женщина продолжала говорить:

— Уж не знаю, из-за своей ли работы ты такой или нет, но, мальчик мой, не слишком ли сильно ты выделяешься?

— …

— Мы тут узнали, что кто-то нами настолько заинтересовался, что даже начал под нас копать, так что мы решили провести собственное небольшое расследование. И что же мы узнали? Мальчик мой, какой же ты интересный! Знаешь, почти такой же интересный, как игра в “Старую деву”* со старым набором из пятидесяти двух карт.

Понять сравнение женщины было очень сложно. От мужчины с мешком на голове, однако, кроме звука дыхания не было слышно ничего.

— Я-то думала, что информаторами обычно являются, ну, например, хостесс ночных клубов, копы, прислужники каких-нибудь крайне опасных шишек или сутенёры… Они продают другим то, что им известно и имеют с этого немного карманных денег, не так ли?

— …

— Но ты не только сделал этот бизнес своей основной профессией, а ещё и назвал себя ‘информатором’, и, помимо всего прочего, ты популярен! Ну разве для информатора это не богохульство в чистом виде? Видишь ли, если бы боссы тех копов или прислужников узнали, что они на самом деле информаторы, разве это не было бы для них полным крахом? Их бы арестовали, или отрезали пальцы. Ах да, или просто пустили бы на корм рыбе в Токийском заливе, не так ли?

Женщина, продолжая посмеиваться, произнесла столь опасные слова.

Она как будто рассказывала сказку ребёнку.

— Ах да, я же хотела научить тебя кое-чему ‘полезному’… такие выделяющиеся из толпы люди, как ты, меньше всего подходят для работы информатора. Я надеюсь, ты уже чувствуешь, что стал умнее?

— …

— Эй, ты меня слушаешь? То, что я тебе скажу, уже не столько подсказка, сколько ответ… Те страшные дяденьки из Авакусу-кай попросили тебя нарыть на нас как можно больше информации, да?

Червь по-прежнему давила указательным пальцем на лоб безмолвного пленника, и вдруг начала водить им круги. Мужчина, судя по тому, что он позволял ей двигать свою голову одним пальцем, был по-настоящему измотан.

— Но, всё же, хоть я и научила тебя таким ‘полезным’ вещам, шанса использовать полученные знания тебе, скорее всего, не представится.

— …

— Ведь ты уже вряд ли продолжишь свою работу, не так ли?

Женщина, которой на вид было чуть больше двадцати, сказала эти безжалостные слова с видом невинной девочки.

Кто все эти люди, и чем они занимались?

Что же на самом деле происходило в заброшенном баре?

Мы переместимся на несколько дней назад, к тому моменту, когда информатор по имени Орихара Изая получил заказ от Авакусу-кай.

Глава 1. Информатор

Начало августа, где-то в Токио

— Мне почему-то кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как я сидел в этой машине в последний раз, — пробормотал Орихара Изая, сидевший на заднем сидении дорогого на вид автомобиля, и, посмотрев в окно справа от него, насладился видом на город.

На нём были надеты чёрная футболка и летняя куртка такого же цвета. Ни капли не волнуясь, молодой человек повернулся к ещё одному пассажиру машины.

— Это было так давно, что лицо Шики-сана даже навевает воспоминания.

— Неужели? Для меня это как вчера, — спокойно ответил мужчина с раскосыми глазами. На вид ему было больше тридцати, и он производил впечатление человека, с которым трудно иметь дело.

Было совершенно невозможно понять, что Шики думает об Изае, когда он безразлично проговорил следующее:

— Я слышал, что кто-то попытался вспороть вам живот. Сейчас вы уже в порядке?

— Ах, да… Это же попало в новости. К счастью, они не показали мою фотографию.

— Кто это с вами сделал?

— Я тоже пытаюсь узнать, кто. В любом случае не побоюсь признать, что множество людей плохо ко мне относятся, а ведь я всего лишь хотел как лучше. …Но всё же, вы уже давно не запрашивали личной встречи со мной. И, разумеется, вы здесь не только для того, чтобы задать этот вопрос.

— Я утоляю своё любопытство, но и для работы это имеет значение. Если кто-либо пытается убить информатора, находящегося под нашим покровительством, то вполне естественно предположить, что они пытаются навредить нам, не так ли?

Шики в очередной раз склонил голову вбок и задал ещё один вопрос:

— Кстати говоря, Орихара-сан, известно ли вам что-нибудь о человеке по имени ‘Накура’?

Хоть Изая и был явно младше, Шики всё равно обращался к нему почтительно. Однако в его голосе было нечто настолько острое и холодное, что воздух в машине становился всё тяжелее.

В свою очередь, Изая, ни капли не изменившись в лице, ответил ему:

— Накура-сан? Это фамилия или имя? В моей средней школе был кто-то с похожим именем. Думаю… мы с ним и в один университет ходили. Но…

— Ну, этот Накура сказал внучке нашего Главы сделать кое-какие очень странные вещи…

— Ваша Мисс? А она разве не в начальной школе учится? Боже мой, даже если бы Икебукуро был одним из самых безопасных мест в округе, но вы не должны позволять плохим парням приближаться к ней. Или этот Накура — женщина?

Эти слова Изая пробормотал без тени беспокойства. Шики на некоторое время замолчал…

И, как ни в чём не бывало, перешёл к основной теме.

— …Ладно. Думаю, на сегодня достаточно болтовни. Я хочу, чтобы вы кое-что расследовали. Мы не можем сами совершать какие-либо действия и рисковать, а нанять частного детектива недостаточно для такой опасной ситуации.

— Мне прекрасно известно, что вы бы не связались со мной ради элементарного задания. Если дела пойдут хуже некуда, то пожертвовать мной всегда будет простым и безболезненным решением для Авакусу-кай.

Проигнорировав саркастическое замечание Изаи, Шики произнёс кое-какое слово.

— …“Амфисбена”. Вам что-нибудь известно о данном названии?

Услышав настолько необычное, непонятное слово, Изая тут же ответил:

— Амфисбена… Мифическая ящерица, которая, как предполагается, обитала в Ливии. Она ядовита, и у неё две головы, одна спереди, а другая сзади. Сквозь века её образ ‘развивался’ посредством поэзии, и ей, помимо всего прочего, приписали крылья летучей мыши. Со временем её изображение появилось на форме армий Западных аристократов.

— …Это так? Никогда об этом не слышал. Я знал только, что это какое-то подобное дракону существо из западной мифологии.

— Думаю, это мало кто знает. Об этом мифическом существе в Японии мало кому известно. …Кстати, это слово как-нибудь связано с делом, которое вы хотите мне поручить, Шики-сан?

Этой фразой Изая сдвинул разговор дальше. Шики с готовностью кивнул и продолжил:

— Есть одна организация под названием Амфисбена… Или будет лучше их назвать ночным клубом? В любом случае, они управляют подпольным казино.

— Ой, вот как. Не припомню, чтобы казино с таким именем было среди управляемых Авакусу-кай.

Изая произнёс эти слова так, будто ему был известен каждый предприниматель в Икебукуро, имевший дело с Авакусу-кай. Шики не дал ему ни положительного, ни отрицательного ответа. На самом деле он даже был доволен и продолжил спокойным тоном:

— …Вы знаете, как в наши времена сложно открыть подобный бизнес напрямую, Орихара-сан. Мы можем сделать так, чтобы на вид наше заведение казалось легальным, но нам всё равно не дадут разрешения на открытие, если имя Авакусу-кай хотя бы мимолетно всплывет в расследовании. Однако же, игорные клубы в квартирах — совсем другая история… ну, хватит об этом.

Шики вздохнул и, прежде чем заговорить снова, посмотрел Изае в глаза через зеркало заднего вида.

— Если бизнес не наш, но находится на нашей территории, то мы обычно пытаемся выбить из них как можно больше откупных, запугивая тем, что сообщим в полицию о нелегальном казино. Однако в этот раз нам оказалось трудно определить местоположение этого казино.

— Что вы имеете в виду?

— …Казино из разряда ‘только для своих’, как говорят, существуют уже очень давно. Но большая часть из тех, кто о них говорит, не верят, что они на самом деле существуют. И мы тоже не верили, пока не заметили спад посещаемости в тех казино, которые мы крышуем… и даже в тех, которые связаны с нами напрямую.

Согласно словам Шики, Авакусу-кай поверили в существование “Амфисбены” после того, как один из постоянных клиентов их казино сболтнул лишнего.

Они немедленно схватили этого посетителя и заставили его отвести их в то подпольное казино,— но там они обнаружили лишь помещение для вечеринок, выставленное на аренду. Когда они попытались копнуть глубже, в том месте уже устроило вечеринку брачное агентство.

Они хотели выбить из того клиента больше информации, но он, как и Авакусу-кай, не знал ровным счётом ничего. Он пошёл в то место только потому, что получил письмо с заголовком “куда сходить на вечеринку” от одного из своих контактов. В сообщении не было ни слова об азартных играх.

Обычно хозяева квартир никогда не сдавали свою жилплощадь под азартные игры. Но, судя по всему, в том подпольном казино и не происходил обмен денег на фишки или фишек на деньги.

— Вот как… значит, они меняли фишки на деньги где-то в другом месте? Очень похоже на выкуп призов из игровых центров.

Прослушав объяснения Шики, Изая слегка улыбнулся.

Шики же, в свою очередь, никак не изменил своё каменное выражение лица и продолжил:

— Они не производят обмен фишек на деньги в открытую. Похоже, в этом им помогает система вроде смарт-карт. Владельцам помещений, которые они снимают, будет казаться, что они просто устроили вечер настольных игр безо всяких ставок.

— Это точно.

— Если бы мы были полицией, то могли бы отследить отправителя того сообщения и покончить со всем этим… Но когда мы попытались это сделать, то столкнулись с некоторыми трудностями, так как номер был связан с прокси-сервером в другой стране. А устраивать переговоры с заокеанскими провайдерами прокси-серверов бессмысленно.

Шики пожал плечами, но его тон по-прежнему оставался неумолимо резким.

Хоть манера речи Шики в очередной раз напоминала Изае, что с этим человеком лучше не играть в игры, - он продолжил гнуть свою линию:

— Но, исходя из того, что вы мне сказали, мне кажется, что они слишком уж смело ведут свой бизнес… или, скорее, безрассудно? В смысле, из-за всего этого электронного казино без фишек. Если игрок проиграет, то он может найти множество оправданий, чтобы не платить. Он может скинуть это на ошибку системы или что-нибудь другое.

— Именно. Впрочем, владельцы этого казино должны были предвидеть подобное и принять меры предосторожности. …Но у нас с людьми из “Амфисбены” есть и другие счёты. То, что они делают, доставляет нам кучу неприятностей. Они не просто испытывают удачу, гуляя по натянутой верёвке. На самом деле они уже давно оступились и падают на землю, сами пока того не понимая.

— Значит, по сути, вы хотите впечатать их в землю, - я прав?

С самого начала разговора Изая был в отличном расположении духа. Шики, однако, просто проигнорировал его слова.

— Интересно, что тот самый посетитель, который дал нам информацию, прекратил выходить с нами на связь. И, так как они пытаются спрятаться от нас, будто с самого начала зная, что мы будем за ними наблюдать, нам необходимо немного изменить стратегию.

— И поэтому вы наняли меня, бесплатного работника со стороны, которым можно пожертвовать безо всяких раздумий.

— Дело не только в нашей территории, иначе бы мы не стали так беспокоиться. Всё может пойти хуже некуда, если до людей с территорий прочих семей из Медей Груп дойдёт этот слух. По крайней мере, мы должны узнать: подчиняется это казино якудза или нет. Если у нас не получится, то организации под крылом Медей Груп начнут подозревать друг друга.

Тихо вздохнув, он сказал Изае следующее:

— …И это значит вот что: мы просим вас узнать, кто эти люди на самом деле.

♂♀
Несколько минут назад, Токио, на дороге

[П-подождите, давайте поговорим.]

Такие слова возникли из руки фигуры в чёрном мотоциклетном костюме.

Или, сказать точнее, их можно было увидеть на экране КПК, который фигура держала в руках.

Гонщица сидела на мотоцикле без фар и номеров. Мотоцикл, как и костюм его хозяйки, был чёрным как смоль и поглощал весь свет вокруг. На самом деле даже корпус и колёса этого мотоцикла были чёрными; транспортное средство как будто появилось из своей собственной тени.

Однако для людей, которые стояли перед настолько невероятным и фантастическим мотоциклом…

…Просто не могло быть ничего более повседневного.

— И что теперь? …Ты наконец-то понял, насколько всё серьёзно? Готов звонить адвокату?

Мужчина, стоявший перед группой дорожный постовых на Белых Мотоциклах, победоносно ухмылялся. Гонщик на Чёрном Мотоцикле вздрогнул и снова начал печатать:

[Я-я провела небольшое расследование. В Токио лошадям не нужно иметь фар, хоть они и считаются легковым транспортом. Под статьёй о транспортных средствах, которые обязаны иметь фары, написано: “Коровы и лошади являются исключением из данного правила”.]

— Тфу… Так ты знал?

[‘Так ты знал’… да что вы имеете в виду?! Оборотень в погонах! Тиран! Клеветник! По уши погряз в коррупции!]

Наконец найдя, чем она может ответить, гонщица всё бросалась и бросалась всевозможными эпитетами в Кузухару Кинноске, главу группы постовых на Белых Мотоциклах. Тот же, в свою очередь, ещё шире ухмыльнувшись, спросил:

— Понятно. Значит, ты до конца будешь настаивать на том, что это лошадь.

[Я рада, что вы понимаете.]

«Может быть, он на это купится».

Подумав об этом, гонщица почувствовала уверенность. Кузухара же сильнее сжал ручки своего мотоцикла и продолжил:

— Так значит, ты ехал на этом легковом транспортном средстве, которое сам называешь лошадью, по дороге, как будто на мотоцикле?

[Что?]

— И как много ты знаешь о правилах, в которых расписано, по какой полосе должны ехать легковые транспортные средства, а по какой — двухколёсные?

[…Эмм… я…]

Гонщица мало-помалу начала понимать, что этот разговор для неё ничем хорошим не кончится. На экране её КПК многоточия занимали больше всего места; она будто пыталась выиграть немного времени.

— Ладно, видишь вон тот знак?

Кузухара указал рукой на знак ограничения скорости до 30 миль в час.

— Даже мотоциклы не имеют права превышать скоростной лимит, знаешь? И, как думаешь, насколько быстро ты сейчас ехал, когда пытался от нас сбежать?

[…?!]

— Я целых пять минут приказывал тебе остановиться. Понятия не имею, где ты взял столько наглости, чтобы так долго меня игнорировать… И ты дашь мне свой паспорт прямо се- …А ну стой, кому говорю!

Кузухара ещё не успел закончить говорить, как Чёрный Мотоцикл бесшумно ринулся вперёд.

При виде жуткого байка, чей мотор не производил абсолютно никаких звуков, дорожная полиция бесстрашно продолжала выполнять свою работу.

Хотя они прекрасно понимали, что могут иметь дело с настоящим монстром.

♂♀

Селти Стурлусон не была человеком.

Она была одной из шотландских или ирландских фей, обычно называемых “Дюллахан”, которые посещали дома тех, кому было вскоре суждено умереть, и сообщали им, сколько времени у них осталось.

Она наносила им визит, держа собственную голову в руках и управляя экипажем, приводимым в движение безголовой лошадью, известной как Коште-Боар. На любого, кто был достаточно глуп, чтобы открыть дверь тогда, когда она проезжала мимо, воительница выливала ведро крови… Такой была устрашающая легенда о Дюллахан, которая из поколение в поколение передавалась в Европе вместе с легендой о Банши.

Некоторые сравнивали её с упавшей на землю валькирией из скандинавских легенд, но сама Селти не могла сказать, насколько это было правдой.

Не потому, что она не знала.

Просто она не помнила.

Её голову украли, а вместе с ней исчезли и воспоминания.

Чтобы вернуть голову обратно, женщина следовала знакам и, в конечном счёте, прибыла в Икебукуро.

Свою лошадь она превратила в мотоцикл, а доспехи — в гоночный костюм, и уже несколько десятилетий она бродила по городу в таком виде.

Однако ни голову, ни воспоминания она вернуть так и не смогла.

Она знала, кто украл её голову.

Она знала, кто препятствовал её поискам.

Но всё же местонахождение головы ей узнать так и не удалось.

Сейчас Селти думала, что и так всё хорошо.

Она могла проводить время с любимым человеком и друзьями, которые принимали её такой, какая она есть.

Она верила, что в этом было её счастье и что она может продолжать такую жизнь.

Скрыв решимость глубоко в своём сердце, безголовая женщина свои намерения показывала действиями, а не несуществующим лицом.

Таким было… существо по имени Селти Стурлусон.

♂♀
Где-то в Токио, внутри дорогой машины

Всадник без Головы, которого любой нормальный человек посчитал за воплощение аномалии, обогнал машину Шики и Изаи.

Орихара проследил за Белыми Мотоциклами, которые тут же пронеслись вслед Чёрному.

Радостно улыбаясь, он пробормотал:

— Сегодня наши копы работают, как и всегда, усердно. Теперь я могу спать спокойно. В Токио, как и всегда, безопасно.

Изая произнёс слова, которые никто бы не осмелился сказать управляющему Авакусу-кай, - Шики не выглядел особо недовольным. Однако у него не было ни малейшего желания соглашаться со словами собеседника.

— С тех пор, как появился этот постовой на Белом Мотоцикле, нам стало сложнее просить этого курьера о чём-либо.

— Кузухара Кинноске. Фамилия “Кузухара” для ваших людей не пустой звук, не так ли?

— …

— Того, кто работает в отделе по борьбе с якудза, зовут Кузухара Юмеджи, да? Я, помнится, слышал, что именно он поспособствовал изгнанию Кине-сана из Авакусу-кай*

И тут Изаю перебил Шики.

— Чрезмерное любопытство убивает даже змею, информатор.

Мужчина в первый раз отошёл от привычной для него вежливой манеры речи, которую он использовал перед деловыми партнёрами, и заговорил, будто обращаясь человеку младше его самого более чем на десять лет.

Однако, несмотря на поднятую Изаей неприятную тему, на лице Шики не было ни тени раздражения — напротив, он едва заметно улыбался. Но эта улыбка всё равно не уменьшала резкости его слов.

Но даже под таким давлением Орихара не показал страха и, не меняясь в лице, сделал следующее колкое замечание:

— А разве не кота, Шики-сан?

— В Западных странах говорят, что у кошки девять жизней… Но ведь именно змея является символом омоложения и бессмертия, не так ли? Совсем как вы... Вы всё продолжаете сбрасывать старую кожу и возвращаться к жизни — не имеет значения, насколько сильно вас избили или порезали ножом.

— …Вы гораздо больше знаете о таких вещах, чем я думал, Шики-сан. Что, мангу почитываете?

Шики не обратил внимания на подколы информатора и спокойно продолжил:

— Нам всё равно, что тебе может или не может быть известно, информатор. Нам интересно только одно: можешь ты держать свой рот на замке или сболтнёшь лишнего… и больше ничего.

— Эти слова я вырежу на своём сердце.

— Любопытство может убивать кошку девять раз. А с наказанием за ‘чрезмерное’ любопытство немного дольше и немного сложнее справиться… Это всё, что я пытался тебе сказать, информатор.

— …

На некоторое время в машине повисла тишина.

— Так что, не вернуться ли нам к обсуждению работы?

Выражение лица Шики снова стало каменным, а голос вернул жёсткость и некоторую механичность, как будто он и не произносил ничего из того, что звучало в этом автомобиле ещё минуту назад.

— Во всём этом деле с Амфисбеной нам известно только одно.

— И что же это?

— Вы же знаете Акабаяши? Он один из нас.

Услышав вопрос Изаи, Шики назвал имя одного из своих коллег, управляющего Авакусу-кай, известного уличного бойца.

— Ага. Это же он ответственный за Джан Джан Джан, не так ли? Говорят, что раньше он был яростным бойцом, но я слышал, что в последнее время с ним стало намного проще иметь дело.

— Как знать? Может, он специально ведёт себя так и что-то скрывает. Вы же информатор. Вы, конечно, прекрасно знаете: не стоит слепо верить в то, что с человеком, с которым легко и просто общаться, безопасно иметь дело.

— А вы правы… Так, а что там насчёт Акабаяши-сана?

Изая таинственно улыбнулся. Со взглядом, полным ‘чрезмерного’ любопытства, он ждал ответа Шики.

— Когда вас ранили, и вы на некоторое время пропали, Орихара-сан, он попал в переделку с какими-то юнцами. Эти студенты, чтоб их, продавали наркотики собственного приготовления… Акабаяши отлично сработал и нанёс им сокрушительный удар. Это, конечно, хорошо, но мы всё ещё не нашли тех, кто за всем этим стоит.

— Вы подозреваете, что эти люди из ‘Амфисбены’?

Изая изо всех сил пытался догадаться, что Шики скажет на этот раз, но он ошибался.

— Нет… Есть вероятность, что эти ребята перешли дорогу людям из Амфисбены.

— Да ладно?

— Мы поймали одну из мелких сошек этих наркоторговцев. Оказалось, что его боссы сказали ему ‘копать под Амфисбену’. Но мы и понятия не имеем, сколько его боссам вообще известно об этом деле.

— Понятно. Значит, помимо всего прочего я должен и об этих наркоторговцах разузнать?

Это был довольно естественный вопрос, или, по крайней мере, он казался таковым.

Но Шики молча покачал головой и передал Изае конверт.

Орихара взял его, проверил содержимое — несколько купюр по 10000 иен — и положил его в карман своей летней куртки.

Убедившись, что информатор принял деньги, Шики начал отвечать на его вопрос:

— Мы выследим этих наркоторговцев другими способами, так что вам нет причин расследовать это дело. Однако, если они узнают, что вы ищете информацию об ‘Амфисбене’, то могут начать на вас охоту. Так что, пожалуйста, примите необходимые меры предосторожности.

Услышав слова собеседника, Изая потупил взгляд, как будто разговор стал ему неинтересен, но вдруг он взбодрился и задал Шики вопрос:

— Кстати, а что вы имели в виду под ‘другими способами’?

В ответ молодой человек получил лишь резкую, многозначительную улыбку.

— Чрезмерное любопытство, информатор…

— Знаю, знаю. Я больше не буду спрашивать. А если мне очень захочется узнать, то я найду эту информацию сам, без спроса.

— …

— Ведь я пока не хочу, чтобы из меня сделали змею кабаяки*.

Через несколько минут машина подъехала кое к какому месту в Икебукуро.

Изая сунул правую руку в карман и, приготовившись выходить из припарковавшегося на обочине автомобиля, левой рукой схватился за дверную ручку.

— Кстати говоря, вы всегда высаживали меня там же, где и подбирали, но не сегодня.

Хоть Изая и говорил с одним из управляющих Авакусу-кай, он совсем не был напуган. Шики, чьё лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций, озвучил причину:

— Ах, это? Всё очень просто. Я высаживаю вас здесь, потому что на это уйдёт не более минуты.

— ?

Пытаясь догадаться, что имеет в виду его собеседник, Изая открыл дверь и вышел на улицу…

Там стояла девочка.

— …

Увидев девочку младше его самого более чем на двенадцать лет, Орихара вспомнил, что это за место.

На здании неподалёку была огромная вывеска, гласящая: “СПОРТИВНЫЙ КЛУБ РАКУЭЙ”. Оттуда доносились звуки ударов по боксёрским грушам.

Пока Изая не знал, что сказать, из-за его спины послышались слова Шики.

— Просто так получилось, что я должен был встретить маленькую Мисс нашего Главы.

Услышав слова мужчины, Изая посмотрел на стоящую перед ним девочку.

В руках она держала сумку с формой для карате; эту девочку Орихара уже видел раньше.

Авакусу Акане.

Выполняя часть своего тайного заговора, он подбил эту девочку на попытку убийства Хейваджимы Шизуо.

Шики, в свою очередь, сверлил взглядом спину информатора и удивлённое выражение лица Акане.

Подчинённый управляющего Авакусу-кай, расположившийся на водительском сидении, задержал дыхание и со всей силы сжал руль.

Однако Авакусу Акане была всего лишь девочкой, которую раньше видел Изая, и никем более.

— Привет, не думаю, что мы раньше встречались! Ты Авакусу Акане-чан, да?

Изая произнёс эти слова так беззаботно, будто об этом было известно всем вокруг.

— Что? А, конечно… да!

Поначалу растерявшись, Акане посматривала на Изаю осторожно, но когда она увидела в машине, припаркованной за спиной молодого человека, Шики, она обрадовалась и ответила.

Мужчина же, непрерывно наблюдая за Орихарой и Акане, спросил:

— Мисс, вы встречали его раньше?

— Нет, эмм, меня зовут Авакусу Акане. Приятно с вами познакомиться! — взволнованно пробормотала девочка. Было не похоже, чтобы она говорила неправду. Волновалась она, скорее всего, из-за встречи с незнакомцем.

Шики некоторое время изучал лицо девочки, а потом повернулся к Изае.

— Так, насчёт работы… мы на вас рассчитываем.

— Хорошо. Тогда я пойду. До свидания.

Орихара, проходя мимо Акане, мягко похлопал её по голове.

Девочка, посмотрев на человека, которого она видела впервые в своей жизни, с интересом склонила голову вбок, но очень скоро забыла обо всём и села в машину.

«Шики-сан по-настоящему суров», — сказал Изая про себя, наблюдая за тем, как отъезжает машина.

«Я правильно сделал, что не игрался с сознанием Акане-чан лично».

Вспомнив, как он, обманув девочку, заставил её пойти на убийство Шизуо, Изая самодовольно ухмыльнулся.

Когда информатор подумал о несчастном человеке, который представился Акане именем ‘Изая’ по просьбе самого Орихары…

Его ухмылка стала немного теплее.

Он улыбался, как кошатник, представляющий, как друг с другом играются котята.

ЧАТ

.

.

.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Чистая вода 100%-сан в чате.

Чистая вода 100%: Как я и думала, днём здесь никого.

Чистая вода 100%: Все заняты?

Чистая вода 100%: Здесь так одиноко…

Чистая вода 100%: Кстати, думаю, первоначальные члены этого чата — Канра-сан, Сеттон-сан, Танака Таро-сан, Бакюра-сан, Сайка-сан, Кё-сан и Сан-сан?

Чистая вода 100%: Интересно, как они на самом деле связаны.

Чистая вода 100%: Знают ли они друг друга в реальной жизни? Или они знакомы только по интернету? Мне так хотелось бы узнать.

Чистая вода 100%: Сюда меня пригласила Кё-сан. Я дружу с Кё-сан и Сан-сан в реале. Но эти две ни за что не скажут мне, кто есть кто в чате. Но, может быть, здесь никто друг с другом по-настоящему и не знаком.

Бакюра-сан в чате.

Бакюра: Я слышал, как ты меня вызывала, и вот я здесь

Чистая вода 100%: Чегоо!? Впечатляет. Ты что, постоянно за всеми шпионишь?

Бакюра: Пока есть девчонки

Бакюра: Хулиган будет следить за любым местом!

Чистая вода 100%: Но как ты можешь быть уверен, что я девочка? Я могла поменять пол в сети, знаешь ли.

Бакюра: Но в таком случае

Бакюра: Гаки-сан и Шаро-сан могут на самом деле оказаться девушками!

Чистая вода 100%: Понятно. Никогда не знаешь, с кем говоришь.

Чистая вода 100%: Если Шаро-сан действительно девушка, то его поведение онлайн и в реале будет очень отличаться, lol

Бакюра: Различия — моэ

Чистая вода 100%: Ах, Бакюра-сан, ты из тех людей, которые говорят ‘моэ’?

Бакюра: Я использую любые слова до тех пор, пока они помогают мне заговорить с девушками

Чистая вода 100%: Но ты правда шпионишь за этим чатом?

Бакюра: Да не,

Бакюра: Я просто установил программу, которая оповещает меня, если кто-нибудь онлайн

Чистая вода 100%: Поверить не могу! Ты так зависим от этого чата?

Чистая вода 100%: Ой, только не говори мне, что тебе кто-нибудь здесь нравится! Ах, но это же невозможно. Ведь Бакюра встречается с Саки-сан!

Бакюра: Понятия не имею, о чём ты

Чистая вода 100: Да ладно тебе! Это же очевидно, судя по тому, как вы переписываетесь! Или ты думаешь, что мы ничего не понимаем?

Бакюра: У меня есть право хранить молчание

Чистая вода 100%: Что есть, то есть. Тогда я больше не буду спрашивать.

Чистая вода 100%: Так ты дружишь с кем-нибудь из старых пользователей чата в реале?

Бакюра: Не, не,

Бакюра: Просто сдайся,

Бакюра: Слежка за людьми в реале ни к чему хорошему не приведёт.

Чистая вода 100%: Ты такой серьёзный, Бакюра-сан. А тебе самому не любопытно? В смысле, узнать про людей, с которыми ты общаешься по интернету.

Бакюра: Как знать? Может быть, я пожалел бы, если бы узнал.

Бакюра: Если я здесь хорошо со всеми лажу,

Бакюра: Это ещё не повод следить за ними в реале

Бакюра: Пока —

Бакюра-сан покинул (а) чат.

Чистая вода 100%: Он ушёл.

Чистая вода 100%: Но иногда всё равно интересно узнать о людях.

Чистая вода 100%: Кстати, Танака Таро-сан уже давно здесь не появлялся.

Чистая вода 100%: Здесь куча новых участников, и ты должен с ними поздороваться!

Чистая вода 100%: Всё, я пошла, пока!

Чистая вода 100%-сан покинул (а) чат.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

.

.

.

В темноте 2

— Кстати говоря… ты же всё-таки начал искать информацию? — раздался в мрачном баре оживлённый голос Червя.

— О нас, ‘Амфисбене’.

С несколько чрезмерной готовностью раскрыв их истинную сущность, женщина снова начала с интересом рассматривать сидящего перед ней пленника с холщовым мешком на голове.

— Ну? И что же ты узнал? Ты же провёл расследование, или я не права?

— …

— Если это так, ты что, решил, что мы совсем не опасны?

— …

Как и раньше, из-под мешка доносился только звук выдыхаемого воздуха. Голоса слышно не было.

— Они не якудза, так что не будут же они меня похищать или делать что-нибудь опасное… Ты же именно так и подумал, да?

— …

— Так не пойдёт, не пойдёт. Совсеееем не пойдёт. Разве это не значит, что как информатор ты полный ноль? Разве ты не знаешь, что молодых в наше время легко вывести из себя? Недостаток кальция - вот в чём дело. Даже если они совершат преступление, то их, в соответствии с Законом о Молодёжи, не приговорят к смертной казни, так что до 14 у тебя есть прекрасная возможность испытать восторг убийства! Ну, вообще, мне уже больше двадцати, но в душе я ещё совсем как мальчишка из начальной школы, готовый в любое время дня и ночи давить муравьёв! Ой, только не волнуйся. Я же всё-таки девочка. А если девочки ведут себя как младшеклассники, то милыми их не назовёшь, не правда ли?

— …

Несмотря на непрекращающиеся подколы Червя, мужчина с мешком на голове оставался безмолвным.

— Эй, ты меня слушаешь, Орихара Изая-кун?

Пощёлкивая пальцами по холщовому мешку, женщина проговорил елейным голосом:

— Хочешь, чтобы я сняла с тебя мешок?

— …

Мужчина, поворачиваясь в направлении, от которого шёл голос Червя, слегка поднял голову.

— Ах, он услышал меня, услышал! Ну же, ну, почему бы тебе не кивнуть для меня?

Когда она сказала эту фразу, пленник настойчиво, даже с некоторым безумием, кивнул.

— Ага! Теперь я вижу, что ты в сознании! Наконец-то! Но нет уж. Я его с тебя не сниму.

Червь радостно прищурила глаза и ущипнула мужчину за нос через ткань мешка.

— Сидеть с мешком на голове гораздо страшнее, чем кажется, не правда ли?

— …

— Под ним так темно. Ты всё ещё можешь слышать и чувствовать запахи, но не есть, и всё, что захватывает твоё сознание — отчётливость и тепло собственного дыхания. Если бы ты съел чеснок, то у тебя бы ещё и изо рта пахло. Но ты, Орихара Изая-кун, не похож на парня, которому всё равно, чем у него пахнет изо рта, так что, думаю, такой проблемы у тебя нет. Я видела твои фотки. Ты всегда выбираешь такие классные шмотки.

Женщина продолжала выбивать пленника из колеи информацией, которую она достала Бог знает откуда.

— Холщовые мешки такие страшные, ну нет, правда. Я один раз попробовала надеть на себя такой и больше пяти секунд не выдержала, потому что в голову полезли мысли вроде: «Боже, у меня же вся косметика размажется!»

Закончив рассказ, женщина по имени Червь ткнула пальцем в лоб пленника.

— Мне так жаль, что мы, девочки, такие милые и горячие. Так тяжело сопротивляться желанию узнать о нас всё, не так ли?

Без какого-либо перехода переключившись к основной теме, женщина наигранным тоном продолжила:

— Но есть кое-какая проблема. Наш ‘хозяин’ ненавидит, когда его вот так преследуют. Лично я думаю, что мы можем позволить тебе узнать столько, сколько ты захочешь, но я не могу ответить «нет» на приказы нашего хозяина. Знаешь ли, это так тяжело — работать на дядю.

— …

— Снова молчишь? А, ты же до сих пор не сказал ни слова. Мне от этого только сильнее хочется услышать твой голос, ну хотя бы крик.

Червь схватила ножницы, лежавшие неподалёку от неё на столе, и с характерными звуками начала резать ими воздух прямо перед холщовым мешком.

Пленник изогнул верхнюю часть тела, словно пытаясь скрыться от этого звука, но женщина, продолжая хлопать ножницами, держала орудие прямо у его лица.

— Но, возможно, лучше тебе и не говорить, не правда ли? Я взболтнула, что у нас есть ‘хозяин’, и теперь ты в курсе, Господин Информатор, что надо мной в нашей организации стоит кто-то ещё.

— …

— Всё-таки, ты как информатор совсем не ноль. Ведь молчание — золото.

Червь издала игривый смешок и села обратно на своё место. И потом она леденящим душу, отрывистым голосом проговорила:

— Но это бесполезно. Просто бесполезно. Если ты сейчас продолжишь молчать, Господин Информатор, то это ничего не изменит: мы уже знаем о тебе то, что нам нужно.

Глаза женщины стали безжалостными, в то время как уголки губ в удовольствии изогнулись.

— Твои мамочка и папочка ведут бизнес за границей, не так ли?

— …

— Как плохо, что мы не можем уехать из страны и схватить их… Но это ничего, ведь у тебя есть две миленькие сестрёнки. По-моему, их зовут Курури-чан и Маиру-чан, я права?

Голова мужчины, скрытая за холщовым мешком, немного поднялась.

Словно отчаявшийся заключённый он замотал ей в знак протеста.

Червь наклонилась вперёд и с нетерпением наблюдала за процессом, будто не могла больше выносить прелести его движений…

…И продолжила говорить голосом, сквозь который сквозила злоба:

Мои друзья вот-вот их подберут. Я уверена, что ты, как любящий брат, с нетерпением ждёшь встречи с ними. Это ведь так, братик Изая?

И мы снова отправляемся на несколько дней назад.

Глава 2. Братик Изая

Где-то на шоссе Кавагое, квартира Шинры

[Ну и трудный же выдался денёк…]

Как только Селти напечатала эти слова на клавиатуре своего компьютера, в комнате раздался мягкий голос Кишитани Шинры, её соседа:

— Селти, ты в порядке!? Все твои печали и мои тоже! Как раз об этом и говорят: «Если жена сказала, то и гора подвинется»! Все в моей семье должны слушаться хозяйку дома! Формально мы ещё не женаты, но, когда моя будущая жена печально вздыхает, моё сердце словно разлетается на тысячу кусков! Но Селти, ты… кхе…

Шинра, сегодня болтающий более слабым, чем обычно, голосом, по какой-то причине был вынужден остановиться на полуслове. Как только Селти это услышала, то она тут же подбежала к нему.

— Ой, прости, Селти. Всё в порядке. Думаю, мне в трахею просто попало немного мокроты.

[Ясно… Слава Богу. Прости. Не надо было мне так говорить, потому что тебе сейчас намного хуже…]

Женщина посмотрела на лежащего на кровати под простыней Шинру.

На Кишитани напал один жестокий человек, который сломал подпольному доктору несколько костей и нанёс значительный ущерб внутренним органам. После этого Шинра целую неделю лежал, прикованный к постели, в Исследовательском центре Небулы. Когда его состояние стабилизировалось, то было решено отправить его домой для полного выздоровления.

Если бы не профессия Шинры, предполагающая наличие дома хоть какого-нибудь медицинского оборудования, то он был бы вынужден находиться в больнице ещё очень долго. Восстановление сил дома было вполне естественным решением, так как трудно было бы объяснить его текущее состояние врачам в больнице.

Сейчас он уже мог нормально разговаривать, но Селти должна была помогать ему со всем остальным. Мачеха Шинры, Эмилия,тоже иногда заглядывала, чтобы помочь.

Поначалу Селти приходилось поднимать возлюбленного с помощью теней, чтобы отнести в туалет, ведь она не знала, как пользоваться уткой. Когда она попыталась приготовить рисовую кашу, то та была больше похожа на жареные блинчики. Такие вещи выбивали её из колеи, но Шинре становилось всё лучше, и жизнь женщины мало-помалу возвращалась в прежнее русло.

Но на сердце у неё совсем не спокойно.

[Я буду работать и за тебя тоже, Шинра!] — сказав это, Селти использовала любую возможность, чтобы поработать курьером, когда ей не надо было заботиться о Шинре. Но это был всего лишь предлог, чтобы выйти из дома.

Истинной целью женщины было узнать как можно больше о напавшем на Кишитани человеке. Злость на преступника, причинившего боль её возлюбленному, стала для Селти мотивацией.

Шинра, скорее всего, обо всём догадывался. Похоже, он пытался заставить её отступить, изо всех сил показывая, что ему уже лучше.

— Но сейчас тебе нужно быть осторожной как никогда, Селти. Постовые придираются к тебе больше, чем обычно.

[Мне очень жаль.]

— Тебе не за что передо мной извиняться, Селти! Если уж кому и надо просить прощения, так это мне — за то, что я не могу двигаться и сжать тебя в своих объятиях!

Поначалу Шинра так часто пытался подняться с кровати и обнять Селти, что его кости начали хрустеть, причиняя мужчине невыносимую боль. Он прекратил только тогда, когда женщина сказала ему: [Если ты не перестанешь это с собой делать, то я… я уйду из этого дома!]

Над кроватью Кишитани был установлен небольшой столик для того, чтобы он мог пользоваться ноутбуком лёжа на спине. Когда подпольный доктор увидел, что написала Селти, то радостно улыбнулся.

— Всё равно, так здорово, что ты вернулась домой в целости и сохранности, Селти. Для меня это — лучшее лекарство.

[Шинра…]

— Я был так рад слышать твой рассказ о том, что творится в городе, что за последние два или три дня моя боль почти прошла. Ты рассказала мне, что появился Шизуо-самозванец*, что встретила девочку с пирокинезом и обо всём остальном, от самых обычных до невероятных вещей. Ты принесла к моей постели целый мир, Селти. Я подпольный доктор, так что если я скажу: «Человек заболевает из-за душевных переживаний» - это будет звучать неубедительно… Но Селти, для меня ты — лучшее лекарство.

Селти была невероятно благодарна, но в то же время невероятно огорчена после слов Шинры.

Если бы не новое обезболивающее Небулы, которое всё ещё находилось на этапе разработки, то травмы Шинры не позволили бы ему улыбаться и вот так просто разговаривать с ней. И, хотя его боль облегчалась лекарством, для восстановления организма требовалось некоторое время.

Когда он сможет выздороветь полностью? Через месяц? Три? Полгода? …Будут ли какие-нибудь последствия? Селти ничего не понимала в медицине и не могла найти ответа на эти вопросы.

«И о чём я только думала?..»

Если бы она знала, что такое может случиться, то вместо курьера стала бы помощницей Шинры. Тогда она могла бы помочь ему намного больше, не так ли?

Голова женщины просто кишела подобными мыслями.

Каждый раз, как Шинра пытался ласково подбодрить женщину, на неё снова и снова накатывало чувство вины.

Но Кишитани совсем не хотел, чтобы она чувствовала себя ответственной за произошедшее.

И, возможно, осознав, что Селти чувствует себя виноватой, он немного отклонился от темы разговора, чтобы убедить свою возлюбленную, что она была не причём.

— Может, это была, в каком-то роде, божественная кара.

[Божественная кара? …О чём ты говоришь? Я-я знаю, что быть подпольным доктором противозаконно, но ведь могут наказать только арестом и тюрьмой… Да, и ты же никого не калечил, Шинра… Ну, ты, конечно, делал плохие вещи, например, пластическую операцию Мике-чан… но… но… Всё равно, если ты собираешься сдаться полиции, Шинра, тогда я тоже сдамся Белому Мотоциклу! Даже в тюрьме мы будем вместе!]

— …В тюрьме мужчин и женщин содержат раздельно, Селти.

[Что?!]

Женщина была ошарашена; Шинра же нежно улыбнулся и продолжил:

— Говоря ‘божественная кара’, я имел в виду то, что сделал с Изаей.

[Изаей?]

— Когда его пырнули ножом, то он попал в больницу и позвонил мне, а я довольно грубо с ним обошёлся, помнишь? Моего друга ранили, а я даже не волновался о нём. Наверное, поэтому небеса и решили меня наказать.

[Нет… Изая это заслужил! Он же сам бродит по улицам, окутанный ненавистью других людей, будто это его одежда!]

Услышав несколько странное сравнение Селти, Шинра улыбнулся и перевёл взгляд на потолок.

— Ну, впрочем, это правда. Изая вряд ли думает, что у него есть возможность умереть спокойно в собственной постели.

[Разумеется.]

— Но всё же… Он один из моих немногих друзей в этом мире…

[…Я думаю, что одна дружба с ним уже доставляет тебе больше хлопот…]

Печатая эти слова, женщина вспомнила, что лежащему перед ней мужчине было всё равно, что она чудовище без головы, — он сказал ей, что любит её. Её грудь поднялась и опустилась, как будто она тяжело вздохнула.

[Кстати говоря, ты же знаешь Изаю ещё со средней школы?]

— Ага.

[Мне не очень-то известно, каким он был тогда, в средней школе… или он всегда был таким, как сейчас?]

— Ну, я не могу сказать об этом с уверенностью. В средней школе Изая держал все чувства при себе. Впрочем, сомневаюсь, что даже сейчас у него есть человек, которому он может по-настоящему раскрыться.

Когда Шинра вспомнил о прошлом друга, которого знал целых десять лет, то его взгляд стал более серьёзным.

— Скорее всего, больше всех говорил с ним именно я…

— Если и есть в этом мире кто-то, кто знает прошлое Изаи лучше, чем я, то это будут члены его семьи.

♂♀
Икебукуро, недалеко от спортивного клуба Ракуэй

— Браааатец Изааааая! Умри!

Этот крик принадлежал радостному и оживлённому голосу.

Как только Изая услышал откуда-то из-за спины эти слова, он почувствовал приближение резкого, сильного удара к своему затылку.

— !..

Информатор уклонился, и атака прошла в миллиметре от его головы. Стерев с лица привычную ухмылку, он вздохнул и проговорил:

— Значит, собственному родственнику говоришь “Умри”… печально. Когда ты успела заразиться всеобщим синдромом безразличия, а, Маиру?

— И он ещё смеет мне это говорить, как будто сам здоров! И с какой это радости ты уклонился?

Перед Изаей предстала надувшая губы девушка с косичками, одетая в чёрную форму для карате. Через пару секунд появилась ещё одна, но уже одетая в повседневную одежду.

— …Брат (Братик), порядок (ты в порядке)?..

— Да, только вот моя сестра только что хотела переломать мне шейные позвонки.

Услышав слова брата, Орихара Маиру — девушка в очках и спортивной форме — с досадой надула щёки.

— А что мне оставалось делать? Шизуо-сан сказал, что представит нас Юхей-сану, если ты со смехом кинешься под мусоровоз, братик Изая! Я подумала, у меня получится сделать так, чтобы всем показалось, что именно так оно и было!

— Признаюсь, я потрясён до глубины души. Думаю, что никто за всю историю человечества не убивал собственного брата, чтобы встретиться со знаменитостью.

— А кто сказал, что тебе надо умирать? Вот Шизуо-сан не умрёт, даже если его переедет грузовик!

— Спасибо, конечно, но мне бы не хотелось, чтобы меня сравнивали с этим говорящим Железным Големом*. Хотя нет, Железный Голем — это ещё комплимент. Ладно, давайте, идите на тротуар, иначе вас собьёт не мусоровоз, а какая-нибудь машина.

Как только в разговоре всплыло имя Шизуо, у Изаи заметно сузились глаза, и он начал ощущать отвращение. Информатор повёл своих сестёр к тротуару.

«И как это я сразу не догадался».

«Я должен был ожидать встречи с Маиру ещё тогда, когда увидел табличку “Ракуэй”».

Орихара зловеще посмеялся про себя. Сестры уставились на него.

— Мы не виноваты! Мы просто вышли попрощаться с Акане-чан, и вдруг ты вышел из машины Авакусу-кай, братик Изая! Мы подумали, что они наконец-то собираются заживо похоронить тебя в горах, и нам стало так интересно!

Маиру всё продолжала выкрикивать возражения, а Орихара Курури — та, что была в повседневной одежде — отвела взгляд и пробормотала:

— …Ещё (И ещё ты) …прошёл (даже не заметил) …сестёр (нас).

— Как будто вы сами не проворачиваете делишки у меня за спиной. Сколько же вам Намие-сан заплатила? Когда у детей много денег, то это никогда не заканчивается хорошо.

— Да как ты смеешь нас отчитывать, братик! Мы-то знаем, что в средней школе ты устроил бейсбольный тотализатор, чтобы заработать денег! Так-то!

Прокричав эти слова, Маиру, словно первоклашка, высунула язык. Выглядывавшая из-за сестры Курури, стесняясь, сделала то же самое. Наблюдая за сёстрами, ведущими себя как маленькие животные, Изая снова вздохнул.

— Ну правда, я и представить не могу, из-за кого вы стали такими ненормальными. Хотя вынужден признать, что, если не думать о вас, как о семье, вы очень любопытные объекты для наблюдений, — Изая всё бормотал и бормотал, но…

В следующее мгновение он почувствовал, что что-то было не так.

Маиру и Курури увидели кого-то у него за спиной и обе раскрыли рты, словно пытаясь сказать: «А!».

— !..

Опыт подсказал ему резко повернуться назад.

И он не просто развернулся, но ещё перенёс центр тяжести, приготовившись бежать, что есть мочи.

И, как оказалось, сделал он это не зря.

Ещё до того, как его глаза смогли что-либо уловить, сильный порыв ветра вызвал у Изаи мурашки.

Это был прямой удар в лоб.

Ещё до того, как информатор успел что-либо просчитать, инстинкты подсказали ему, чего следовало ждать от такой атаки.

Хуже всего было то, что удар по силе раза в три превосходил попытку Маиру.

Словно заводная игрушка, Изая изогнул тело вниз, в сторону непрерывно атакующего его незнакомца, и в тот же момент по кончику его носа прошлась подошва обуви нападавшего. У Орихары тут же онемела значительная часть лица, но он ни в коем случае не должен был останавливаться.

Информатор предпочёл уклониться, прижавшись к земле. Он упал на бок и покатился по асфальту, при этом напоминая гимнаста.

И в следующую секунду на землю один за другим обрушились удары ног, следующие за Изаей, пока тот катился. Происходящее на тротуаре напоминало эпизод фильма Джеки Чана.

И через пару мгновений Орихара, отдалившись на безопасное расстояние, достал карманный нож и встал на ноги.

Информатор всё ещё был на стороже, но уголки его губ изогнулись в ухмылке.

— Ну слава Богу. По виду своих сестёр я уж подумал, что это Шизу-чан.

— Понятно. И это всё? Больше ничего не хочешь сказать на прощание?

На небольшом расстоянии от Изаи стоял небритый мужчина в чёрной форме для карате.

Маиру тут же раскрыла его личность:

— Учитель! Зачем вы пришли?

— Эй, вы двое, назад. Я собираюсь выбить всё дерьмо из вашего старшего брата. Вы же не хотите наблюдать, как члена вашей семьи превращают в кровавое месиво?

С шумом размяв шею, мужчина в чёрной спортивной форме, Шараку Эйджиро, учитель Маиру по боевым искусствам, с уставшим видом сделал шаг в направлении Изаи.

— Если вы о братике Изае, то нам всё равно.

— …Ага (Это точно)…

— И как это я сразу не догадался, что от вас двоих не стоит ждать чувств, даже отдалённо напоминающих сестринскую любовь.

Орихара слегка скривил лицо. Его сёстры продолжали:

— А разве ты не относишься к папе, маме, сестрёнке Куру и мне как к любому незнакомцу, братик? Все мы всего лишь ‘предмет твоих наблюдений’. Ты сам говорил, что относишься ко всем людям одинаково, и вдруг требуешь к себе особого обращения только потому, что мы семья? Как странно!

— …Печально (Ну что за жалкий человек)…

— В подобных ситуациях такого не говорят… ох, чёрт!

Не успел Изая закончить говорить, как ему пришлось уклоняться от сильного удара Эйджиро.

От такой атаки новичку было ни за что не спастись, как бы он ни старался за ним уследить. Информатору же это удалось, хоть он и был на волосок от неудачи. И тут Орихара обратился к своему противнику:

— Не думаю, что профессиональному бойцу пристало нападать на новичка вроде меня посреди улицы, Эйджиро-сан.

— У тебя с собой всегда нож, и ты только что уклонился от моего удара. И ты ещё называешь себя новичком!

Эйджиро продолжил наносить своему оппоненту удары с едва скрываемым намерением убить, которое, однако, на его лице никак не проявлялось. На самом деле его уставший взгляд и отстранённое выражение лица выдавали в нём человека, который всё в этом мире считает утомительным и скучным. Он говорил так, будто делал собеседнику большое одолжение.

— Кстати говоря, а у тебя кишка не тонка, раз ты разгуливаешь у меня под окнами после всего того, что сделал с моей любимой сестрёнкой.

— Это общественная дорога. По ней может ходить кто угодно. И что-то я не припомню, чтобы когда-либо делал Микаге-чан второсортной*, если ты об этом.

— Я не имел в виду, что ты изнасиловал Микаге. Ты уговорил её бросить школу, сволочь. Что, уже забыл?

Шараку Эйджиро не был Хейваджимой Шизуо. Но, как бы то ни было, он относился к разряду людей, с которыми связываться было себе дороже.

«Если ситуация выйдет из-под контроля, и меня найдёт здесь Шизу-чан — это будет катастрофа».

Изая, обдумывая план побега, продолжал отвлекать противника разговорами:

— Если хочешь заставить меня испытать то же самое, что и ты, разве не лучше было бы выместить злобу на моих сёстрах? Просто заставь их сделать всё, что пожелаешь. Можешь хорошенько с ними позабавиться. Если это произойдёт то меня, наверное, разорвёт от потрясения.

Проговорив эти возмутительные слова, Изая усмехнулся.

— Какой ты бессердечный, братик! Торгуешь собственными сёстрами! А под словами ‘разорвёт’ ты имел в виду, что тебя разорвёт от смеха!?

— …Предатель (Хуже тебя нет никого)…

— И они ещё смеют такое говорить, когда сами кричали мне «Умри», чтобы встретиться с какой-то там знаменитостью. Ну правда.

В ответ на возражения сестёр информатор горько ухмыльнулся. Эйджиро, в свою очередь, не улыбался; его усталые глаза сузились ещё больше.

— Хоть она и сестра такого подонка, как ты, но я ни за что не сделаю такое с моей драгоценной ученицей.

— Учитель…

— Вот если бы она была лет на пять постарше и с более развитой фигурой, то я бы ещё подумал.

— Как и ожидалось от учителя! Чтобы изменить мнение о вас с хорошего на плохое, мне потребовалось всего три секунды!

Эйджиро, не обращая внимания на крики Маиру, продолжил атаковать. И когда он уже собирался использовать уникальный приём, присущий только школе Ракуэй…

Как вдруг третья сторона ударила его с разворота ногой прямо в затылок.

— Что за!?

Казалось, что нападающий ещё легко обошёлся с Эйджиро. Мужчина упал на землю лицом вниз, однако сознание не потерял. Увидев, кто именно его ударил, он, несколько ошарашенный, активно начал возмущаться:

— М-Микаге! Что это ты делаешь?! Только не говори мне, что ты всё ещё любишь этого парня!

Перед Эйджиро предстала женщина с короткими колючими волосами, похожая на мальчика.

Медленно вскипающая ярость Микаге, как её назвали раньше, не отражалась на её спокойном и собранном лице. Она обратилась к своему старшему брату:

— Так громко рассуждаешь о том, насиловали меня или нет, посреди улицы… Брат, неужели ты относишься к людям, которых сначала надо убить, чтобы они научились уважению и тактичности?

— Подожди немного! Погоди! Конечно, говорят, что только мёртвых можно назвать хорошими людьми, но он что, правда тобой не воспользовался!? Я требую, чтобы ты мне всё объясняла, по крайней мере до того, как я поведусь на слухи!

— Заткнись, глупый братец. Ко всему прочему, ты развязал драку на улице, средь бела дня. Ты хочешь, чтобы твой клуб был навеки опозорен?

— А разве ты сама не запятнала имя нашего клуба, когда напала на меня со спины и отправила в полёт одним ударом?! — поднимаясь на ноги, продолжал возмущаться Эйджиро. Микаге, однако, сухо возразила:

— Истинный мастер боевых искусств должен быть готов сражаться в любое время дня и ночи. Не надо жаловаться на неожиданные атаки.

— И ты думаешь, что сможешь оправдаться словами ‘Ты должен быть готов сражаться в любое время дня и ночи’?! И что ты скажешь в следующий раз?! Что можно расстрелять противника из снайперской винтовки, так как: «Это не просто бой, разве ты не в курсе? Конечно же огнестрельное оружие разрешено»?! А потом любой первоклашка подожжёт дом Трауготта Гайзендорфера*, пока тот спит, и назовётся следующим чемпионом боевых искусств! В любое время дня и ночи, чтоб меня! И разве мы сейчас о том разговариваем?

— Думаю, что этому человеку не страшны ни огонь, ни пули. Но все эти мудрые мысли не оправдывают твоей невнимательности, из-за которой у меня и получилось тебя подловить. И они уж тем более не объясняют необходимость оскорблять меня подобным образом.

Женщина уставилась на брата с таким мрачным видом, будто она была готова сорваться в любой момент.

— Подожди, Микаге! Я просто хочу кое-что у тебя прояснить!

— …И что же это?

Заметив серьёзный вид своего брата, Микаге замерла и решила послушать, что он скажет дальше.

— А это правда, что у тебя с мужчинами нет никакого опыта?

— …

— Ты что, даже ни с кем не целовалась?

— …

— …

Микаге замолчала. Маиру и Курури с нетерпением ждали её ответа.

Но то, что женщина сказала дальше, не имело никакого отношения к вопросу.

— Умри!

— Ты только что пожелала смерти своему брату… аааа?!

Эйджиро удалось заблокировать удар Микаге, направленный ему в кадык, но она тут же начала без остановки быть по различным больным точкам его тела.

— П-Погоди, что это - последовательные атаки в режиме нон-стоп, ой, погоди, да что это такое!? Новые приёмчики?! Какой-то там Танец или какое-то Инферно? Я прав?

Микаге не прекращала атаковать, в то время как Эйджиро, защищаясь, болтал без остановки.

Курури и Маиру, поглощенные практически театральным представлением избиения брата собственной сестрой, только через некоторое время поняли, что им следовало бы следить за своим братом…

Когда они огляделись по сторонам - Изаи уже нигде не было. Только любопытные прохожие наблюдали за происходящим издалека.

♂♀
Где-то на шоссе Кавагое, квартира Шинры

— …Вот какие у Изаи младшие сёстры. Думаю, они слишком большое испытание даже для него.

[Даже и не знаю, что сказать… эти близнецы кажутся вымышленными.]

Как будто не до конца убеждённая рассказом Шинры о сёстрах Изаи Селти напечатала эти слова.

— Курури-чан и Маиру-чан стали такими, когда я ходил в Старшую Школу Райджин. Тогда они ещё учились в первом или втором классе начальной школы.

[Правда?]

— Думаю, Изая в курсе, что это его влияние сделало сестёр такими, какие они есть.

В рассказе Шинры о прошлом чувствовались нотки ностальгии. Селти склонилась над его головой; через идеально обтягивающий её тело мотоциклетный костюм, подчёркивающий женственную фигуру, было прекрасно видно колени и голени. Ощущая при виде её ног некоторое беспокойство, подпольный доктор продолжил:

— Знаешь, что сказал своим сёстрам Изая, когда они ещё были в начальной школе? «Курури и Маиру, вы абсолютно одинаковы во всех отношениях. А какой тогда смысл жить, если вы всегда одинаковы, что бы вы ни делали?» Да, точно. Он сказал им что-то подобное, медленно и чётко, словами, которые и пятилетний ребёнок бы понял.

[Знаешь, если бы все близнецы в этой стране проголосовали за его повешение, я бы их не винила…]

— Да нет, я не думаю, что у него какие-нибудь предрассудки против близнецов. Он, наверное, просто хотел увидеть своих сестёр в отчаянии или посмотреть, как они дерутся. Он не желал им ничего плохого, ему просто было ‘интересно посмотреть’.

[Значит, он решил пойти дальше и посмотреть, что с ними будет? Но я думаю, что это ещё хуже…]

Слова, которые женщина написала на подключённом к сети КПК, тут же появились на экране ноутбука, на который смотрел лежащий на кровати Шинра.

Они придумали этот способ общения, чтобы Селти не приходилось показывать ему свой КПК каждый раз, как они решат поговорить. И благодаря этому разговор у них шёл довольно быстро.

— Но Изая кое-чего не рассчитал, а именно — его сёстры оказались куда более необычными, чем он думал.

[Необычными?]

— Они кинули жребий и разделили между собой ‘черты характера’, чтобы стать одним человеком с множеством сильных сторон, но без слабостей. Они верили, что, соединившись в одно целое, смогут компенсировать все слабости сильными сторонами. Вообще-то, они уже лет десять этим занимаются. Надо дать им за это должное.

[Думаю, это достойно восхищения… но, мне кажется, ‘восхищение’ — не совсем то слово.]

Селти сложила руки вместе и задумалась.

Шинра на некоторое время перевёл взгляд в потолок и озвучил своё предположение:

— Мне кажется… может быть, поначалу они делали это, чтобы понравиться Изае.

[Что?]

— Когда члены твоей семьи разочарованы в тебе - это куда большее потрясение, чем если бы они были на тебя злы. Папа постоянно мне об этом говорил. Сколько бы раз он ни обижал меня или маму, его бывшую жену, даже он до такого не опускался.

Вспомнив отца Кишитани, чудака в белом респираторе, Селти со смешанными чувствами напечатала следующее:

[…Ну, нельзя сказать, что я не ожидала такого отношения этого человека к тебе, судя по тому, какой он…]

— В любом случае, когда ученицам начальной школы собственный старший брат говорит, что в их жизни нет никакого смысла, то они обязательно сделают всё, чтобы понравиться ему, не так ли?

Едва заметно кивнув в знак согласия со словами Селти, Шинра горько ухмыльнулся.

— Но, думаю, цель и средства её достижения поменялись местами. Они столько времени потратили, чтобы стать идеальным человеком, что Изая их больше не волнует. Возможно, лучшее доказательство этому — их любовь к Ханеджиме Юхею, которого ещё называют “Идеальным Сверхчеловеком”. Хотя... я рад, что всё получилось именно так, иначе они так бы и остались марионетками Изаи.

[Ага. Я немного знаю об этих близнецах, но если ты так думаешь, Шинра, то, наверное, всё так и есть. Кстати говоря, я считаю, что никто не должен позволять Изае собой управлять.]

— Как знать? Может, он и с нами уже это делает.

[Тогда моя коса со всей яростью вонзится в его ногти.]

— Это, наверное, очень больно, — Шинра, прочитав слова Селти, улыбнулся и продолжил. — Селти, ты впадаешь в крайности.

Ответ женщины, однако, удивил Кишитани.

[Даже если у меня получится спасти только тебя одного, Шинра, то я всё равно обязательно вырву тебя из его лап. Не стоит волноваться.]

Шинра не некоторое время раскрыл рот, переваривая истинный смысл этих слов…

Когда же подпольный доктор наконец понял, то он несколько раз пытался заговорить, но получалось что-то нечленораздельное.

— Селти!.. Не надо больше так! Только не говори мне жить дальше одному… кхе…

«Шинра?!»

Не успев приподняться на кровати, Кишитани взвыл от боли. Селти даже ничего не успела напечатать — она подбежала к нему и обняла.

— Больно… ай… мир без тебя, ай… “Хакуга ломает свой кото”*… только так можно описать такую жизнь… кхе… отчаяние…

[Просто не двигайся! Прости меня! Теперь я понимаю, что ты хочешь сказать! Я просто пошутила! Мы вместе сбежим от него! Говорю же, вместе! Так что не волнуйся!]

Селти быстро напечатала это на КПК и ткнула экран Шинре в лицо, тем временем укладывая его обратно с помощью теней.

— Это всё я виноват, Селти! Всё, я успокоился, правда успокоился…

Ужимки Шинры могли показаться довольно забавными, но Селти, не в состоянии забыть, как ещё недавно он выл от боли, никак на них не отреагировала.

[Ладно, я позабочусь о домашних делах. Я сообщила Авакусу-кай о твоих травмах, так что не думаю, что они будут посылать срочных больных сюда.]

— Селти, не надо заставлять себя работать на них, если тебе не хочется.

[Всё будет в порядке. Если из-за работы мне придётся проводить вне дома много времени, то я просто от неё откажусь.]

Пока они говорили, у Селти зазвонил телефон. Это было оповещение о новом сообщении от одного приложения.

Это приложение женщина поставила себе совсем недавно, и в нём были записаны только те, с кем она общалась в реальной жизни.

Селти вдруг охватило невероятной силы неприятное предчувствие.

Лёгок на помине. Такое выражение тут же пришло ей на ум. «Ну правда, я всё чаще начинаю думать как Шинра»,- подумав это, гонщица посмотрела на экран КПК и — бинго! — и её предчувствие, и выражение оправдали себя.

Увидев надпись “Орихара Изая”, Селти начала хладнокровно печатать ответ.

Селти@МонХан•ОсноваДлинногоМеча* [Что ты хотел?]

Орихара Изая […Ты что, геймер?]

Осознав, что она всё ещё не поменяла ник с тех пор, как месяц назад переписывалась с другими игроками, Селти поспешно переименовала себя.

Селти@ [Это не так! Шинра Снайпер, а я вроде как пользуюсь Длинным мечом для зачистки.]

Орихара Изая [Честно говоря, я понятия не имею, о чём ты.]

Прочитав ответ Изаи, Селти поняла, что она не очень-то задумывалась, когда реагировала на замечание о своём имени. Стараясь сохранить спокойствие, женщина подождала ровно столько времени, сколько людям обычно требуется на глубокий вдох, и продолжила:

Селти@Очень занята [Прости. Что случилось?]

Орихара Изая [О, похоже, ты начала учиться выгодно использовать свой ник. Ладно, у меня для тебя работа.]

Селти@Очень занята [Нет.]

Орихара Изая [Ой, не будь такой суровой.]

Селти@Выходной [У меня нет времени на твои тёмные делишки. Прости.]

Орихара Изая [Боже.]

Орихара Изая [Забота о больном Шинре отнимает столько времени?]

Увидев это сообщение информатора, Селти ненадолго замерла.

«…»

«Откуда Изая узнал про травмы Шинры?»

«Хотя, он же информатор… или это Шинра ему сказал?»

В то время как женщина впала в раздумья, Изая продолжал печатать.

Орихара Изая [Судя по тому, что ты мне не отвечаешь]

Орихара Изая [Думаю, ты задаёшься вопросом: «Как же он узнал о состоянии Шинры?»]

Селти@Выходной [Именно так. Только не говори мне, что причастен к этому.]

Селти@Выходной [Если это...]

Селти@Выходной [Если это так, то я тенями заткну тебе глаза и рот и брошу перед Шизуо.]

Орихара Изая [Не злись. Успокойся и, по крайней мере, пиши поаккуратней. Кстати, я не имею к этому отношения. Я не настолько глуп, чтобы пытаться убить или травмировать друга. У меня их не так уж и много.]

Орихара Изая [Но я информатор, в конце концов. Сейчас я более-менее знаю, почему на вас напали. Я готов торговаться в любое удобное для тебя время.]

Селти@Выходной [Правда?]

Орихара Изая [Хотя, я конечно же попрошу тебя сделать для меня кое-что взамен.]

Селти@Выходной [Ты правда собираешься расплатиться со мной информацией о человеке, который напал на твоего друга?!]

Орихара Изая [Я сам сейчас нахожусь в опасной ситуации. Я пока не могу быть паинькой — это большой риск.]

Орихара Изая [Ну, так что ты будешь делать? Может, хотя бы захочешь выслушать меня?]

Селти@Выходной [Где и когда?]

— Селти, что случилось? — взволнованно спросил Шинра, увидев, как Селти застыла на месте с КПК в руках.

— Это Изая, да? Он опять хочет дать тебе какое-то опасное задание?

[Нет — в смысле, это Изая, но с работой, вроде, всё в порядке. Я отъеду ненадолго.]

— Селти?.. — с вопросительной интонацией проговорил Кишитани, когда Селти уже направилась к выходу.

— Эй, Изая тебе что-то сказал?

[Нет… мы говорили только о работе.]

— Можно мне посмотреть твой КПК?

[А разве ты сейчас не на него смотришь?]

Селти пожала плечами, будто Шинра сказал что-то совершенно бессмысленное.

Тот же абсолютно серьёзным тоном ответил:

— Нет, я хотел посмотреть на вашу переписку. Можно?

[У меня тоже есть личное пространство. Что, боишься, что я изменяю тебе с Изаей?]

— …Селти, знаешь, может, я и не силён в других вещах, но я по крайней мере могу распознать твою ложь.

Подпольный доктор говорил спокойно, ровно, но решимость и печаль так и сквозили из его голоса.

[…Я… хорошо.]

Селти могла бы просто уйти из дома через тайный ход, но голос Шинры вернул её обратно, сделав подобный исход событий невозможным.

Собравшись с мыслями, женщина включила чат и показала КПК возлюбленному.

— …Я так и думал. Я так и знал, о чём вы говорили.

[Прости меня. Я подумала, что ты остановишь меня, если узнаешь…]

— Я бы так и сделал… Но даже если я и попытался бы, то ты бы ответила мне: «Прости» - и ушла, не так ли, Селти?

[…Прости.]

Поняв, что Шинра видит её насквозь, гонщица поникла.

Шинра, однако же, улыбнулся и с теплом посмотрел на женщину:

— Ну, я уже давно привык, что он использует меня в своих заговорах. Всё это началось ещё в средней школе.

[Что?]

— Я желаю узнать, почему на меня напали, не меньше тебя, Селти… Но мне совсем не хочется, чтобы ты из-за меня нервничала. Поэтому я и пытался тебя остановить. Но, так как это не сработало, я сменю тактику.

Шинра, изменившись в лице, медленно приподнял своё перебинтованное тело. Пытаясь не обращать внимания на боль, он погладил шею Селти.

— Мы узнаем, кто именно вломился в наш дом, и сделаем это вместе. Встать с кровати я не могу, но, по крайней мере, мозги у меня на месте.

[Но если это на самом деле дело рук Изаи…]

— Разве мы об этом не говорили? Мы вырвемся из лап Изаи и сделаем это вместе, Селти.

[Шинра…]

Воздух в комнате пропитался романтикой; впрочем, Кишитани всегда окружал себя подобной аурой, куда бы он ни пошёл. Чтобы договориться раз и навсегда, подпольный доктор озвучил одно условие:

— Пообещай мне вот что, Селти. Если ты узнаешь личность преступника, не держи это в себе. Даже если Изая кого-нибудь с собой приведёт и скажет тебе: «Вот, это он» - сначала возвращайся домой и поговори со мной.

[А если я не сдержу слово? Ты возненавидишь меня за это?]

Женщина и не собиралась нарушать обещание, но она должна была знать ответ на этот вопрос.

Шинра медленно покачал головой и бодрящим голосом ответил:

— Я никогда не смогу тебя возненавидеть, Селти.

[А что же ты тогда сделаешь?]

— Если ты нарушишь обещание…

[Если я нарушу обещание…]

Помолчав немного, Кишитани озвучил наказание для Селти:

— Думаю, что… заплачу.

[Чего?]

— Я буду плакать… и кричать…

[Ты, что ли, заплачешь?]

Слова Шинры звучали так неправдоподобно, что Селти неосознанно напечатала этот вопрос. Тот, однако, с серьёзным видом продолжил:

— Да, если ты предашь меня, Селти, то я буду плакать и кричать! И плевать на то, что я мужчина и мне 25! Я буду плакать так громко, что даже Сагамихара-сан, наш сосед снизу, заволнуется и придёт проверить, что со мной! Неужели ты хочешь увидеть меня таким?

[Нет, в смысле, ты прав - не думаю, что мне этого хочется…]

Селти, не зная, что именно сказать любимому, наклонилась вперёд. Однако от его следующих слов у неё по спине пробежал холодок.

— А ещё я нажалуюсь твоим приятелям из МонХан и испорчу им игру. Как тебе?

[Да поняла я! Я обязательно сдержу слово, так что не переживай!]

Селти тут же напечатала ему эти слова. Потом, наспех собравшись, она вышла из дома.

И, пока женщина размышляла над всем ужасом последнего наказания Шинры, она не могла не порадоваться тому, как хорошо он знает, что ей нравится, а что нет.

ЧАТ

Кё: Мы уже давно ждём Канру-сан, но, похоже, она просто не может до нас снизойти.

Сан: Она не приходит.

Кё: Ну правда, от неё столько головной боли. Появляется тогда, когда мы с ней говорить не хотим вообще, устраивает неразбериху, а потом, когда нам действительно надо с ней поговорить, исчезает с лица земли. Интернет хорош тем, что связывает людей, находящихся друг от друга далеко. Но, судя по всему, Канра-сан далека от нас не только физически. Наши сердца, наверное, тоже пошли разными путями. Прискорбно.

Сан: Грусть-тоска.

Кё: Раз уж дело в этом, то мне ничего не остаётся, кроме как написать сюда все свои жалобы на этот мир, и таким образом успокоиться. Ах, в магазинчике неподалёку всегда продаются кешью и миндаль, но грецкий орех к ним завозят редко… Почему так, ведь в их ореховой смеси есть и кешью, и миндаль, и грецкий орех? Ну почему?

Сан: Мне вообще-то всё равно.

Сан: Ай!

Сан: Кё-сан, извращенка!

Кё: Эх, ты назвала меня извращенкой только за то, что я дотронулась до твоей голени? Плохая девочка. Интересно, как же ты меня назовёшь, если я потрогаю тебя где-нибудь ещё? Ради такого стоит провести эксперимент.

Сан: Стой... Стой...

Шаро-сан в чате.

Шаро: Эй, вы, маленькие извращенки, хватит уже.

Шаро: Не надо выносить ваши повседневные домогательства в интернет.

Сан: Добрый вечер.

Кё: Увы, я уже успела обрадоваться, что хоть кто-то пришёл, но это оказался тот, кого мы хотели видеть меньше всего.

Шаро: От всего сердца извиняюсь, что не оправдал ваших драгоценных ожиданий.

Шаро: Тьфу! Тьфу!

Кё: Ты плюёшься в чате. Мне думать, что у тебя нет совершенно никаких манер или же что ты прекрасно выражаешь свои эмоции текстом?.. В любом случае одна вещь остаётся неоспоримой — я недовольна.

Сан: Плеваться мерзко.

[Личное сообщение] Шаро: Кстати говоря, Маиру, Курури.

[Личное сообщение] Кё: Ой, что-то случилось, Шараку Эйджиро-сан?

[Личное сообщение] Сан: Учитель, что не так?

[Личное сообщение] Шаро: Значит, вы действительно обмениваетесь характерами в сети…

[Личное сообщение] Шаро: Ай, ладно. Ваш старший брат там не пропал после того, что случилось?

[Личное сообщение] Сан: Да.

[Личное сообщение] Кё: Пропал? Мы его сегодня видели в первый раз за долгое время.

[Личное сообщение] Шаро: Ясно. Ну, просто я думал, что этот подонок скрывается в Синдзюку…

[Личное сообщение] Шаро: И зачем он сегодня вообще припёрся в Икебукуро?

[Личное сообщение] Кё: Как знать? Хоть мы и семья, мы за ним не следим.

[Личное сообщение] Сан: Похоже, он что-то затеял с Авакусу-кай.

[Личное сообщение] Шаро: Понятно…

[Личное сообщение] Шаро: Если вы узнаете, что он затевает в Икебукуро, то дайте мне знать.

[Личное сообщение] Кё: Да не вопрос. Как его сёстры, мы тоже чувствуем себя виноватыми.

[Личное сообщение] Кё: Когда мы думаем, что вот так просто пускаем нашего дикого братишку в этот район…

[Личное сообщение] Кё: Кстати, я хотела спросить про Микаге-сан и нашего брата…

[Личное сообщение] Шаро: Я вам ничего не скажу. О подобных вещах не говорят в таких местах.

[Личное сообщение] Шаро: Да и вообще, не мне вам об этом говорить… Если вам интересно, то спросите у Микаге завтра на тренировке.

[Личное сообщение] Шаро: Кстати, Курури-чан, тебе бы тоже не помешало иногда тренироваться.

[Личное сообщение] Шаро: У тебя фигура лучше, чем у Маиру, и мне хоть будет, на что посмотреть.

[Личное сообщение] Кё: Ох, сексуальное домогательство к старшекласснице через интернет?

[Личное сообщение] Сан: Я в вас так разочарована.

[Личное сообщение] Сан: Я так разочарована в своём учителе.

[Личное сообщение] Шаро: Эй, мне что, даже в сети нельзя вести себя так, как хочется?

Кё: Да что это такое? Шаро-сан домогается до меня через личку. Из-за этого невероятного оскорбления под моим черепом вот-вот произойдёт взрыв мозга. Ах, проклятые слова Шаро-доно… Они словно когти порвали мою одежду на куски, пока я мирно наслаждалась сном в виртуальном пространстве под названием интернет!

Сан: Какое варварство!

Сан: Мы будем жаловаться.

Сан: Его сестре.

Шаро: НЕЕЕЕЕТ! Я всё понял! Я виноват! Простите! Я же просто пошутил, а вы на меня так взъелись! Мне нельзя ни до кого домогаться, только если они заранее не знают, что это шутка? Ненавижу этот мир.

Шаро: Вы двое — просто невероятная парочка. Честно.

Сан: Мы не парочка.

Кё: Мы — один человек. Называя нас парой, ты оскорбляешь все пары в этом мире. И хоть здесь нет ни одной из них, и они тебя не слышали, но ты всё равно должен извиниться.

Шаро: Да что ты вообще имела в виду?! Ну, здесь всё равно никого нет, так что я могу попросить прощения для вашего душевного спокойствия.

Сайка-сан в чате.

Сайка: Добрый вечер

Шаро: Чего?! Сайка-сан здесь?!

Сайка: Эмм...

Сайка: Простите, я вам помешала

Кё: Нет, нет. Тебе не о чем волноваться. Когда ты прочитаешь историю сообщений, то поймёшь, что это Шаро-сан выставляет себя на посмешище.

Кё: Кстати, Сайка-сан, я кое-что хотела у тебя спросить.

Сайка: Что такое

Кё: Сеттон-сан не заходил сюда уже целых десять дней. Может, тебе что-нибудь о нём известно?

Сайка: Нет

Сайка: Я ничего об этом не знаю

Сайка: Думаю, он просто занят

Кё: Ясно. Мы просто подумали, что в последнее время большинство старичков не заглядывают в чат.

Сайка: Мне тоже интересно - всё ли в порядке с Таро-саном?

Сан: Мы его не видели

Кё: Да, это так, мы уже давненько его не видели. Думаю, я про него забыла, потому что у него такое обычное имя! Но всё же, мне кажется, что этот чат унаследовало новое поколение. Я всегда за приглашение новых людей, чтобы здесь было веселей.

Кё: Но сейчас может показаться, будто мы скидываем чат на новичков, хотят они того или нет.

Сан: Давайте веселиться вместе.

Сан: Хотя мне очень хочется спать.

Кё: Да ты только посмотри на время! Увы, думаю, тут ничем не поможешь.

Кё: Давайте продолжим завтра. Лекарства и недостаток сна — враги коже твоей.

Кё: Кстати говоря, я слышала, что какие-то люди распространяют по городу препараты…

Сайка: Вы имеете в виду, что они открывают аптеки?

Шаро: Она не эти препараты имела в виду, lol.

Кё: …Ладно, мы это тебе как-нибудь потом объясним. Если кто-нибудь из вас знаком с Сеттон-саном и Танака Таро-саном в реале, пожалуйста, уговорите их почаще сюда заглядывать!

Кё: Когда людей больше, в чате веселее!

.

.

.

В темноте 3

— Эй, насчёт этой Шараку Микаге. Какие у тебя с ней на самом деле отношения, Господин Информатор?

— …

Мужчина с холщовым мешком на голове и женщина, которая назвала себя “Червём”, сидели друг напротив друга, как и раньше.

В руке женщина держала телефон. Было похоже на то, что с экрана она читала какую-то информацию.

А в пленнике с мешком на голове, в свою очередь, что-то изменилось.

Холщовый мешок был насквозь мокрым; он сжимался и расправлялся в такт дыханию мужчины.

— Я спросила, какие у неё с тобой отношения. Как бесчувственно с твоей стороны было меня проигнорировать.

Червь рассмеялась и потянулась к столу, где стояла пластиковая бутылка воды.

— Или ты так хочешь пить, что и слова выговорить не можешь?

Разразившись истерическим смехом, она схватила бутылку и выплеснула её содержимое на скрытую за мешком голову.

Вода вылилась из тары и маленьким водопадом обрушилась на ткань.

Жидкость с едва слышным всплеском стекла, судя по всему, с уже и так мокрого мешка на пол; из-за плохого освещения она даже не заблестела.

Женщина встала с места, наклонилась к холщовому мешку и начала слизывать струящуюся по нему воду.

Кончик её языка упёрся в лицо мужчины, скрытое тканью, и она почувствовала его тёплую плоть.

— Как грязно, госпожа Червь, — одна из женщин, сидевших позади неё, сказала это и рассмеялась.

Но Червь только усмехнулась ей в ответ, погладила язык указательным пальцем и ответила:

— Мне теперь всё равно, грязно это или нет. Кстати, я тут пролила нашу невероятно драгоценную воду, можешь сходить и купить ещё?

Сколько бутылок?

Её подчинённая задала несколько странный вопрос. Червь наклонилась прямо к голове мужчины с мешком на голове и громко прошептала ему в ухо:

— Мм, дай-ка подумать… принеси, наверное, дюжины три бутылок, каждой по два литра.

«Парень под холщовым мешком уже, наверное, догадался, зачем мне нужно столько воды» — подумала женщина, но на всякий случай задала своему пленнику вопрос:

— А теперь вопрос. Что же я буду делать со всей этой водой?

— …

— Дзинь! Время вышло!

Червь, скрестив указательные пальцы, обозначила ответ мужчины как неверный.

Она поднесла скрещенные указательные пальцы к лицу пленника, ткнула его в нос и покачала его голову туда-сюда.

— А теперь слушай! Правильный ответ: «Я собираюсь вылить её тебе на голову», — женщина беззаботно, радостным голосом озвучила свои истинные намерения.

— И в качестве наказания за неправильный ответ мы заставим твоих сестёр выпить всю эту воду, как только они прибудут сюда.

— …

— Ой, ты только не волнуйся. Наша вода — совсем не кислый сок, который показывают по телевизору. Мы не настолько плохие, так что не будем их заставлять пить такие опасные вещи.

Червь поспешно замахала рукой. Губы женщины изогнулись в кривой ухмылке, и она продолжила:

— Мы всего-навсего заставим их выпить по десять литров наивкуснейшей минеральной воды.

Пленник с мешком на голове, до сих пор так и не отреагировавший ни на один из её подколов, медленно поднял голову.

— Нет-нет, мы не собираемся их топить или ещё чего. Это будет слишком скучно. …А ты знаешь, Господин Информатор, что есть такая штука, как смертельная доза воды?

— …

— Но я не очень-то представляю, сколько нужно влить в человека, чтобы он умер. К сожалению, с точными науками у меня плохо. Хахаха. Как насчёт десяти литров? Что думаешь?

Женщина, продолжая говорить, с нетерпением ждала прибытия воды и близнецов.

— Ой-ой… почему это ты до сих пор не разволновался?

— …

— Какой ты бессердечный. Я расстроена. Я так хочу подпортить тебе нервишки, а ты ничего не понимаешь.

Червь развернула свой стул в противоположную сторону, оседлала его, словно лошадь, и покачалась туда-сюда.

— А, я всё поняла. Эй, или ты думаешь, что у нас могут возникнуть трудности с похищением твоих сестёр?

— …

Ухмылка женщины стала шире, и на какое-то мгновение показалось, что голова мужчины резко дёрнулась.

— Я слышала, что младшая из близнецов — способная ученица женской группы в спортклубе Ракуэй. А старшая носит с собой электрошокеры и перцовку, как будто это игрушки… Думаю, всё-таки есть вероятность, что у нас возникнут трудности с их похищением, если мы пошлём на дело всего лишь парочку заурядных ребят.

— …

— Поэтому-то мы и разработали особую стратегию. Мы собираемся взять Курури-чан в заложники, когда она останется одна. Что думаешь? Твои сёстры так близки, что даже смотреть противно, не так ли, Господин Информатор?

Червь большим и безымянным пальцами взяла пустую бутылку из-под воды и начала ритмично бить ей по лбу пленника. Она продолжила:

— Ты, наверное, сейчас думаешь: «Откуда она всё это знает?»

— …

— Ты действительно думаешь, что ты единственный всезнающий информатор в этом мире?

Скорее всего, женщина уже поняла, что не получит в ответ от мужчины ничего, кроме молчания.

— Видишь ли, кроме тебя есть и другие… Но ты, конечно же, не в курсе. Пока ты только и заботился о том, как привлечь к себе внимание, другой информатор просто идеально выполняет свою работу, не говоря никому своего имени и не показывая лица. Я уже это говорила, но скажу ещё раз: Орихара Изая-сан, ты же в этом бизнесе всего лишь новичок, не так ли? Ну, или, в лучшем случае, любитель? Боже мой, как это весело!

— …

Мужчина с мешком на голове немного покачал головой, будто пытаясь сказать, что радоваться тут нечему.

Червь, в свою очередь, не обратила на это внимания и надавила бутылкой на лоб пленника.

— Тот Господин Информатор… ой, эм. Я уже запуталась, так что буду называть его Информатор Б, ладно? А ты будешь Информатором А. Так, посмотрим… мы купили у Господина Б кучу информации о тебе, Господин А! Мы о тебе столько узнали, что меня веселит одна мысль об этом!

Женщина снова вскочила на ноги.

Обойдя стул мужчины и встав у него за спиной, она положила руки ему на плечи.

Почти касаясь грудью его спины, она начала говорить ему в шею, которая сейчас разделяла холщовый мешок, завязанный так, чтобы не задушить, и кожу мужчины.

— Эй, ты ведь тоже информатор, не так ли? Если так, то ты должен быть в курсе дел.

— …

Когда дыхание женщины достигло кожи мужчины, он немного развернулся.

Червю его реакция понравилась настолько, что она продолжила дышать ему в шею.

— Ты совершаешь свои денежные переводы в самых грязных и мрачных местах, и ты не ожидал, что когда-нибудь кончишь именно так? …Конечно же ожидал, или я неправа?

— …

— Хотя, даже если ты и был морально готов к подобному исходу, ничего не изменится.

Достаточно поиздевавшись над пленником, женщина прошептала ему на ухо один вопрос:

— …Тебе что-нибудь известно о ребятах, которые называют себя “Рабы небесные”?

— !..

Когда Червь почувствовала, что мужчина напрягся, её суженные глаза снова расширились, совсем как у змеи.

— Ах, как ты отреагировал! Ты что-то знаешь, да?..

— …

— Уже слишком поздно, теперь молчание тебе уже не поможет, нет, не поможет! …Хм, но прямо сейчас тебе не надо ничего рассказывать. Я хочу, чтобы ты медленно мне всё объяснил, когда сюда приведут твоих сестёр, и мы начнём с ними веселиться, Орихара Изая-сан.

Женщина изучила холщовый мешок, словно ребёнок, проверяющий упаковку подарка на день рождения.

— А сейчас… ах да, я хочу рассказать больше из твоей жизни, Господин Информатор.

Слегка улыбнувшись, как будто эта мысль только что пришла ей на ум, она пробормотала следующее:

— Так, где мы остановились? …Точно, мы говорили о ваших с Шараку Микаге-сан отношениях.

— …

— Она работает тренером в спортклубе, куда ходит твоя сестра… но это не всё, не так ли? Информатор Б нам ещё много чего рассказал, разве не так? — спросила Червь у своих коллег, рассевшихся по всему помещению. Те только переглянулись между собой и обменялись улыбками.

Как будто приняв их поведение за знак согласия, женщина удовлетворённо кивнула и проговорила:

— Микаге-чан была одной из твоих последовательниц в старшей школе, не так ли?

— …

— У тебя было столько последовательниц — просто потрясающе. Ты всё ещё поддерживаешь связь с кем-нибудь из них? Или ты уже изящно порвал со всеми?

Ещё немного — и Червь докатилась бы до пустых сплетен. И вдруг, как будто у неё неожиданно возник вопрос, она спросила о кое-чём другом:

— Ась?.. Если ты пользовался таким успехом, то должен был стать известным ещё очень давно. Кстати, — я, конечно, повторюсь, ибо эти слова никогда не потеряют актуальности — если ты был так популярен, почему тогда решил стать информатором? Разве это не опасно? Вообще-то, я удивлена, что ты всё ещё жив.

— …

Женщина всё продолжала провоцировать пленника с мешком на голове, но тот оставался безмолвным.

— Или ты думал, что никто не посмеет тронуть того, кому покровительствуют якудза? Тогда у тебя всё плохо. Да, мы действительно не хотим войны со всеми теми дяденьками из Авакусу-кай, но мы достаточно суровы, чтобы без малейших раздумий похитить жалкого прислужника вроде тебя.

— …

— Конечно, мы соврём, если скажем, что совсем не волнуемся… Но пока ‘Хозяин’ на нашей стороне, всё будет в порядке. Если что-то случится, то он поговорит за нас с якудза… Тебе стоит опасаться ‘Хозяина’, знаешь ли. Он намного опаснее меня. Но я сомневаюсь, что ты сможешь всецело это осознать, Орихара Изая-сан.

Уставившись в потолок, Червь пробормотала эти слова себе под нос, а потом вернулась на своё место.

— Ах да, об этом-то Информатор Б нам и не рассказал… или он решил, что все и так знают? Ты был популярен ещё со времён старшей школы, не так ли, Орихара Изая-сан?

— …

— Я слышала, что ты участвовал в довольно серьёзных драках… Я никогда не жила в Икебукуро, так что подробностей не знаю, но…

Она открыла свой мобильный, дважды проверила нужную информацию и сказала:

— Эмм… Хейваджима Шизуо-сан? Ты постоянно дрался с каким-то парнем, которого так зовут, не правда ли?

И теперь, мы снова посмотрим, что произошло несколько дней назад.

Глава 3. Блоха

Начало августа, вечер, где-то в Икебукуро, в парке

— Т-ты, гадёныш! Ты что, работаешь на этого грёбаного ублюдка?!

Послышался преисполненный ярости голос, и высоко в воздух поднялся нелегально припаркованный мотоцикл.

И это произошло вовсе не с помощью автокрана или грузоподъёмника.

Когда один из молодых людей увидел, как стоящий перед ним мужчина голыми руками поднимает намного превышающую стокилограммовую отметку массу стали, он почувствовал слабость в коленях и рухнул на землю.

Фигура владеющего сверхъестественной силой человека была сзади освещена парковыми фонарями. Для молодых людей, скорее всего, этот образ был сродни смерти с косой.

— П-подождите, мы не, не, не —

Ребята в отчаянии мотали головами; их зубы стучали. У Хейваджимы Шизуо — мужчины, только что поднявшего мотоцикл в воздух — на висках вздулись вены, и он заговорил:

— Вы не что? Ещё немного, — и вы превратитесь в кровавое месиво… поняли меня?

— Успокойся, Шизуо. Если ты кинешь его в них, они точно умрут. И ещё... хоть этот байк и припаркован с нарушением закона, но это не умаляет того факта, что он дорогой… Просто отпусти их, — за спиной у настоящего воплощения смерти и насилия послышался голос, сопровождённый вздохом.

Он принадлежал мужчине с дредами. За ним, наблюдая за происходящим без каких-либо эмоций, стояла европейка с хорошей фигурой.

— Будет так глупо убить этих ребят только за то, что они сказали его имя. Ты хорошенько подумай, ладно?

Голос мужчины никоим образом не давил на собеседника. Но Шизуо, однако, послушал своего начальника и опустил мотоцикл на землю.

— …Ага.

Но, похоже, его ярость по отношению к молодым людям не могла испариться с такой же легкостью.

Гнев в его взгляде был настолько силён, что каждому, кто встретился бы с ним глазами, показалось бы, что его сердце пронзил своими когтями сокол.

Танака Том — мужчина с дредами и в очках — встал между Шизуо и парнями и проговорил отстранённым голосом:

— Простите. Он вас, наверное, напугал.

— Что, а, да?

Молодые люди, не прекращая трястись с головы до пят, стояли как вкопанные и никак не могли понять происходящего.

Они выглядели как обычные студенты, если не принимать во внимание тот факт, что у каждого из них было по три мобильника: один в нагрудном кармане и по одному в брюках. Из-за этого можно было предположить, что они были как-то связаны с преступным миром.

Том посмотрел на ребят и, нахмурившись, продолжил:

— Но вы, парни, всё равно далеко зашли. Я не знаю, чего вы там вообще хотели добиться, но вы же всё-таки немного узнали о нём, прежде чем ввязываться в разговор. Тогда почему вы спросили: «Ну, ты, конечно же, знаешь Орихару Изаю. Вы же с ним вроде как хорошие приятели, да»? Во-первых, так с незнакомыми людьми вообще не разговаривают. Я не могу винить его в том, что он решил, будто вы пришли с ним подраться, знаете ли.

— П-простите! Простите! Нам очень жаль! Извините нас!

Шизуо, стоявший у Тома за спиной, услышав поспешные извинения парней, похоже, немного успокоился. Ровно дыша, он уставился на них сверху вниз.

— …Ну и? Что вы там хотели сказать про меня и блоху?

— П-п-паааастите!

Один из ребят настолько разволновался под пристальным взглядом Хейваджимы, что даже не мог нормально произнести «Простите». Чтобы вернуть самообладание, ему пришлось отвести взгляд, и только тогда у него получилось заговорить:

— Я-я против вас ничего не имею! В-вообще-то, если мы и на кого и злимся, так это тот подонок Изая… мы ищем его!

— Ааа…?

— М-мы… Это для нашего босса, этот ублюдок Изая впутал его девчонку кое во что… И поэтому мы изо всех сил пытаемся найти эту сволочь!

— И? Чего вам от меня было надо?

Через несколько минут.

Когда один из присутствовавших предложил для начала куда-нибудь отойти, они прошли дальше, вглубь парка, и тогда Шизуо повторил свой вопрос.

— Эм, да. Поэтому мы и хотели узнать больше об этом подонке Орихаре Изае… Но его не так уж просто выследить. На самом деле, мы даже не знаем, где его искать…

— Я и сам хотел бы знать, где. Найду его - изобью до смерти…

Ворона, женщина европейской внешности, услышав слова Шизуо, ровным тоном задала ему вопрос:

— Существует одно обстоятельство, которое уже некоторое время интересует меня. Является ли человеческое существо по имени Орихара Изая кровным врагом Шизуо-семпая?

— Нет, Орихара Изая — это что-то вроде блохи. Он присосётся к тебе, пока ты не видишь, а когда заметишь — уже высосет из тебя всю кровь. Вот такое он надоедливое насекомое, так что никогда не позволяй ему приближаться к тебе.

— Настоящим заявляю своё удовлетворение. Немедленно соглашаюсь и понимаю принятую информацию.

Ворона, кивая, проговорила на несколько странном японском эту фразу и зафиксировала имя “Орихара Изая” в своём сознании.

Когда женщина была ‘наёмницей’, она приняла работу под названием “травмировать Сонохару Анри” от Изаи через своего напарника Слона, но, так как клиенты её не интересовали, она, судя по всему, не потрудилась спросить имя Изаи или узнать, как он выглядит. Хотя, даже если бы она это сделала, точно забыла бы этого человека.

Не осознавая, что некоторым образом была близка к непосредственному контакту с Изаей и раньше, теперь Ворона ассоциировала это имя только с кличкой “блоха”.

Тем временем молодые люди, услышав их разговор, начали наперебой соглашаться с Шизуо:

— Д-да! Всё именно так и есть! Этот грёбаный ублюдок Изая как раз такой! Вообще-то, наш босс тоже хотел убить его за то, что тот увёл у него девушку!

Услышав эти слова, Том заговорил в успокаивающей манере:

— Эй, я, конечно, понимаю, как для него тяжело принять тот факт, что девушку увели, но не могли бы вы не вмешивать нас в крайности вроде убийства? Шизуо и так слетает с катушек от одного имени этого парня.

— …Всё в порядке, Том-сан. Когда я буду его убивать, то позабочусь о том, чтобы ни у кого не было из-за этого проблем. Ни у тебя, ни у Вороны, ни у Босса и так далее… — с мрачным видом проговорил Шизуо.

Том тут же возразил:

— Нет! Сейчас проблема не в этом… понимаешь?! Кстати говоря, ты не сможешь сделать это, не доставив никому проблем. Это просто невозможно. И ещё — я не успокоюсь, пока ты не поймёшь — не стоит рушить свою жизнь из-за такого ублюдка.

— …Ну, тогда давайте надеяться, что эта блоха отправится гнить куда-нибудь подальше и больше никогда ко мне не подойдёт…!

И в этот момент Ворона снова перебила Шизуо:

— Я всецело уверена в том, что при совершении убийства не оставлю абсолютно никаких улик. Существует множество способов устранения надоедливого насекомого по имени Изая.

Услышав настолько опасные слова своего кохая, Шизуо невольно нахмурился.

— Эй, эй, такие вещи даже в шутку говорить не надо.

Как будто забыв, что он сам уже несколько раз за этот день пообещал “убить” Изаю, Шизуо погладил Ворону по голове и пробормотал:

— Мне более чем достаточно знать, что ты так думаешь. Спасибо.

— …

Ворона замолчала, посмотрела Шизуо в глаза и тут же отвела взгляд.

«…Между Шизуо и Вороной что-то есть… да?»

«Ну, по крайней мере похоже, что между ними что-то происходит… или они?»

«Или мне просто кажется?»

Разговор его подчинённых был настолько опасен, что Тому было сложно понять происходящее.

А молодые люди уж тем более не имели об этом никакого понятия. Они склонили головы перед Шизуо и, нарушив молчание, заговорили:

— Ах да, мы, это, и не думали у вас узнавать, где можно его найти… Но так как вы дрались с Орихарой Изаей, то может знаете, есть ли у него какие-нибудь, ну, это, привычки или приёмчики или… что-то вроде слабых мест?

— Слабые места? Вы чё вообще мелете? Вы просто вбиваете этого карлика в землю сразу как найдёте. …Хотя, этот урод только и умеет, что убегать. Он быстрый, как блоха, этого у него не отнимешь. Только Шишизаки-семпай из нашей старшей школы мог догнать его и схватить за воротник… Да, этот подонок ещё со старшей школы…вот же чёрт! Да эта блоха всегда умела так скакать, в самом деле…!

Как будто вспомнив что-то из прошлого, Шизуо всё бормотал и бормотал, а в глазах у него вскипала ярость.

— Э-это правда так…

Почуяв неладное, парни хотели свернуть разговор и как можно быстрее убежать подальше, как вдруг…

В ночном парке раздался беззаботный голос, совсем не похожий на таковой у Шизуо.

— Вороооона-сааан! Добрый вееечер — кьяяя!

Приветствие внезапно переросло в необычный боевой клич, и на Ворону сзади полетела маленькая фигура.

— …

Не проронив ни слова, женщина поставила блок и тем же движением отбросила нападавшую на землю. Той, однако, удалось вырваться из захвата Вороны в тот момент, когда её тело коснулось земли. Сделав кувырок назад, она тут же встала на ноги.

— Вот чёрт… Операция “Обнять Ворону-сан Сзади” полностью провалена.

Маиру — девочка в очках — засмеялась и разочарованно проговорила эти слова. Из-за спины девушки появилась Курури и склонила голову перед Шизуо и остальными.

— …Ночи (Добрый вечер)…

— Прежде чем обменяться вечерними приветствиями, я настаиваю на необходимости допроса. Как произошло, что ты сделала попытку прыгнуть и тем самым вступить со мной в схватку? Существовала большая вероятность того, что я без раздумий проведу серьёзную контратаку. Опасность.

— Телесный контакт! Всё дело в телесном контакте, Ворона-сан! Вы так сексуальны и красивы, и нам, девочкам, ещё много нужно узнать друг о друге! И ещё - вы так хорошо дерётесь, Ворона-сан! Мне было интересно посмотреть, кто из нас двоих сильнее! Конечно же, я была бы не против, если бы вы или я победили с помощью приёмов соблазнения, ведь у вас такая гладкая кожа! Я хочу её потрогать! Можно?

— Ваши слова мне не понятны. Запрашиваю объяснений их значения.

Ворона склонила голову вбок и взялась за неё рукой, но Маиру, не успев ответить женщине, обратилась к Шизуо с поднятой рукой:

— Ой, Шизуо-сан! Привет! Мне так жаль: сегодня мы смогли поймать братика Изаю, но убить его у нас не получилось!

В эту самую секунду…

Молодые люди снова оживились.

— Братик Изая? — пытаясь понять смысл только что услышанных ими слов, они несколько раз пробормотали их себе под нос, однако яростный крик, который раздался в следующее мгновение, совершенно сбил их с мысли:

— Эй… вы, почему это у вас с собой по три мобильника?

— Что?

Когда один из ребят обернулся, он встретил невероятно пронзительный, проникающий даже сквозь солнечные очки взгляд Шизуо. Судя по его состоянию, он готов был раздавить молодых людей в любое время.

— Когда я вижу, что у человека с собой три или четыре телефона, мне в голову сразу же лезет эта блоха… Ты, придурок, что, проворачиваешь за спинами у людей какие-то тёмные делишки?.. Хотя нет, забудь, даже если вы мне не ответите, ничего не изменится: я убью вас всех раз и навсегда, поняли?..

— П-погодите…

— Если вы этого не хотите, чтобы через три секунды вас здесь не было… Всё понятно?..

И в следующее мгновение — ещё до того, как Хейваджима успел начать обратный отчёт — парни, словно кролики, побежали прочь из парка, опасаясь за свою жизнь.

Близнецы и Ворона стояли, понятия не имея, что происходит.

Похоже, только Том понял, в чём было дело. Похлопав Шизуо по плечу, он мягко проговорил:

— Умно, очень умно. Хотя... ‘трёх мобильников достаточно, чтобы меня разозлить’ — даже для тебя слишком: они могут подумать, что у тебя чересчур большие запросы… Впрочем, по крайней мере, они к тебе больше никогда и близко не подойдут.

— …Всё не так. Я на самом деле разозлился, потому что они напомнили мне эту блоху.

Ответив Тому, Шизуо повернулся к Маиру и Курури и резко бросил:

— Эй, вы двое, лучше бы вам в ближайшее время быть осторожнее, когда ходите по округе. И ещё — не рассказывайте направо и налево, что вы семья этой блохи.

— Что? Как, почему?

— …Непонятно (Что-то случилось)?..

Близнецы склонили головы вбок, а Шизуо со злостью стиснул зубы.

— Эта чёртова блоха, похоже, опять что-то затевает.

После этого он ненадолго замолчал, как будто не уверенный в том, стоит ли ему продолжать, но потом цокнул языком и всё равно заговорил:

— Мне не очень-то хочется говорить об этом в вашем присутствии, но, если с вами что-то случится, я думаю, что он именно из тех подонков, которые охотно бросят вас… Если вам кажется, что я не прав — простите. В любом случае я за вас беспокоюсь, так что хорошенько следите за тем, что делаете, ладно?

«Я сейчас был сам на себя не похож», — подумал Шизуо, практически жалея о сказанном. Однако в следующую секунду Курури и Маиру повисли у него на руках с обеих сторон.

— Эй, вы чего делаете?

Шизуо в удивлении наклонил голову. Маиру издала смешок. Курури молча улыбнулась.

— Шизуо-сан, вы на самом деле такой милый, не правда ли?

— …Уважаю (Это так здорово)…

— Я знала! Знала! Разве я не говорила, что Юхей-сан такой замечательный потому, что это его брат подал ему хороший пример?

— Прекратите, идиотки! Не сравнивайте кого-то вроде меня с Каской, этим вы его оскорбляете!

Даже несмотря на то, что у него на руках висели две старшеклассницы, Шизуо удалось разозлиться совершенно по другому поводу.

— Я требую от вас немедленного отделения от Шизуо-семпая. Ограничение движения его рук является помехой к работе. Причина подобных действий с вашей стороны недостижима для моего понимания, — ровным тоном обратилась Ворона к Курури и приготовилась оттащить близнецов от Шизуо.

Том поскрёб щёку при виде этой, в какой-то степени забавной сцены, и пробормотал:

— Боже мой. Какая же шумная компания.

— …Надеюсь, из-за этого проблем у нас не будет.

♂♀
В то же время, Икебукуро, на крыше здания

— Привет. Давно не виделись, курьер.

Селти стояла под ночным небом, на котором почти не было видно звёзд из-за неоновых огней; её чёрный как смоль костюм поглощал даже искусственное освещение. Стоявший напротив неё Изая расслабленно поднял руку в знак приветствия.

— Как дела у Шинры? Думаю, что с помощью новейшего оборудования Небулы он поправится намного быстрее, чем в Государственной Больнице Райра? …Но, с другой стороны, думаю, что его восстановительный период дома может перечеркнуть всю пользу, которую это оборудование дало. Хотя, конечно же, это зависит от качества ухода.

[…Как ты об этом узнал?]

— У меня есть собственная информационная сеть, в этом всё дело. Можешь думать, что я отправил шпиона в Небулу. Только вот мне не кажется, что ради такого дела стоит напрягаться. Даже если ты найдёшь шпиона, ничего не сможешь сделать.

Ничего не изменилось.

Изая вёл себя как и всегда, когда хотел поручить Селти какую-нибудь работу.

Но и именно это и выводило женщину из себя до такой степени.

Этого человека Шинра называл своим ‘другом’.

Человека, который знал о тяжелых ранениях Шинры, но вел себя так, будто ничего не случилось.

[Если в нападении на Шинру виноват ты, то думаю, что поиски твоего шпиона действительно того стоят.]

И поэтому женщина вложила всё своё раздражение, смешанное с сарказмом и подозрительностью, в напечатанные на КПК слова и ткнула экран в лицо информатору. Но даже это не изменило его поведения.

— Ой, ты меня пугаешь. Разве я тебе не говорил? Я не стою за нападением на Шинру. Я вообще не вижу в этом никакого смысла.

[А разве ты не такой человек, который что угодно сделает, лишь бы оно казалось весёлым?]

— Ох, а это было обидно. Ну неужели ты считаешь меня приверженцем гедонизма? Я не настолько свободен или всесилен, чтобы делать всё что угодно ради удовольствия. Я и не жду, что чудовище вроде тебя поймёт меня, но наши, людские жизни связаны множеством ограничений. Ничем не ограниченную свободу заслуживает только тот, кто готов идти до конца, пока не упадёт замертво прямо на улице. Я же пока умирать не хочу. Вот как всё просто.

Селти, всё больше раздражаясь из-за болтовни Изаи, напечатала на КПК следующие прямолинейные слова:

[…Шинра серьёзно ранен. Разве ты совсем ничего не чувствуешь?]

— Недавно, когда меня порезали ножом, он просто повесил трубку со словами «Пока!», знаешь ли. Всё, что я делаю — отношусь к нему достаточно холодно в ответ.

[Да ты… он так за тебя беспокоился после того звонка! А ты что сделал? Из-за тебя нам позвонила полиция!.. Если ты не хотел, чтобы с тобой так обращались, ты должен был удостовериться, что сам так к людям не относишься! И раз уж мы заговорили о тебе, то ножевое ранение ты, скорее всего, заслужил!]

— Да ну? А ты думаешь, что Шинра не заслужил своё?

Селти бесстрашно отреагировала на ответную колкость Изаи:

[Я всё выясню. Именно поэтому я пришла сюда и потребовала у тебя информацию о преступнике, разве мы об этом не говорили? Если ты мне соврёшь, я на самом деле свяжу тебя и кину перед Шизуо.]

— Это правда, что я обманываю и себя, и других людей. Но я никогда не вру, если дело касается работы, иначе я бы уже давно стал банкротом. Можешь считать, что ложь — одно из моих хобби.

[Но у тебя, однако, есть привычка делать из хобби работу.]

— Ой, ты всё-таки это сказала. Ну что же. Тогда, может, сначала поговорим о работе?

Изая, который до этого стоял, облокотившись на ограждение крыши, направился в сторону Селти.

Но та, как будто пытаясь его остановить, осмотрелась по сторонам и напечатала:

[Подожди-ка минутку.]

— Что случилось?

[…Кто все эти люди?]

Селти смотрела на мужчин, которые наблюдали за происходящим, скрываясь в тени баков для воды, расположенных у стены.

Когда Селти увидела их кожаные куртки со своеобразным рисунком, ей на ум пришло одно название.

[Эй, а эти люди случайно не из “ Драконов-Зомби”?]

Прочитав эти слова, информатор хлопнул в ладоши и радостно ответил:

— Бинго! Я удивлён, что ты их помнишь. Ведь их уже давненько не видно на дорогах.

Драконы-Зомби были группировкой босозоку; их можно было встретить во всех двадцати трёх специальных районах Токио. Поговаривали, что они соперничают с “Джан Джан Джан”, которые, в свою очередь, по слухам были связаны с Авакусу-кай. Но в последнее время эта банда практически полностью исчезла из города.

Так как "Джан Джан Джан" пропали из виду практически одновременно с Драконами-Зомби, Селти решила, что это произошло из-за их страха перед ужасным Белым Мотоциклом. И она уж никак не ожидала встретить членов этой банды на крыше здания, куда мотоциклы практически никогда не заезжали.

[Зачем они здесь?]

«Только не говорите мне, что он действительно стоит за нападением на Шинру».

«Неужели он привёл с собой всех этих людей, чтобы прикончить меня?»

Пока всё новые подозрения роились в сознании Селти, женщина не теряла бдительности. Она заставила тени струиться вокруг себя.

Если бы всё пошло по худшему сценарию из возможных, она бы просто накрыла всю крышу дома тенями.

Когда Селти более-менее продумала этот план, Изая без тени враждебности во взгляде помахал рукой.

— А, всё в порядке, в порядке. Не стоит так волноваться. Они что-то вроде моего транспорта и телохранителей в одном флаконе, вот и всё.

[Телохранителей?..]

— Ты забыла, что меня ранили? Я всё ещё не нашёл того, кто это сделал. Знаешь, люди же начинают меня ненавидеть, даже когда у меня к ним самые благие намерения. Поэтому я и заплатил этим ребятам, и они стали моими телохранителями. …Преследование банд босозоку стало в последнее время очень жёстким, ты же знаешь.

[Согласна, но…]

Вспомнив напряжённую погоню с Кузухарой Кинноске у неё на хвосте, которая произошла всего полдня назад, женщина вздрогнула. Потом она продолжила печатать:

[Но я более чем уверена, что ты обычно не имеешь благих намерений.]

— Я просто пошутил. Учитывая мою работу и личностные качества, я вполне заслуживаю всю ту ненависть, которую ко мне испытывают. Такие вещи даже я способен охотно признать.

[Если ты понимаешь, неужели не можешь хотя бы попытаться немного измениться?]

— Если мне когда-нибудь захочется — конечно, — говоря эти слова, Изая совсем не выглядел заинтересованным. А Селти, похоже, решила оставить попытки убедить его.

[Ладно, хорошо, я ничего больше не буду спрашивать про всех этих людей. Так какую доставку ты хотел мне поручить?]

— Ну, поговорим обо всём по порядку. Работа займёт несколько дней.

[Эй, постой! Мне же надо ухаживать за Шинрой! Я не могу не появляться дома несколько дней подряд!]

Селти начала возражать. Изая, в свою очередь, покачал головой, как будто никакой проблемы в этом не видел.

— Всё будет в порядке. Тебе не придётся находиться там постоянно. Я сказал несколько дней, но на самом деле в день тебе нужно будет работать по чуть-чуть.

[По чуть-чуть?]

— Да, короче говоря, я хочу, чтобы ты стала моей помощницей. Мне необходимо много чего узнать касательно одного дела. Поэтому мне и нужен кто-то, не связанный вещами вроде зарегистрированной личности или семейных уз, тот, кто сможет сделать то, чего не смогу я.

[А почему ты не попросишь вон тех ребят из Драконов-Зомби?]

Когда Селти задала ему этот вполне естественный вопрос, выражение лица Изаи ни капли не изменилось.

— Если они не сосредоточатся на работе телохранителей, у меня могут быть проблемы. Жизнь для меня превыше всего.

[Хоть ты так говоришь, просить курьера собирать для тебя информацию — просто не правильно. Я этим не занимаюсь…]

Хоть женщина и сомневалась, она понимала, что у неё просто нет выбора. Ей придётся согласиться на эту работу.

И тогда взамен она получит информацию о напавшем на Шинру человеке.

Даже если бы она связала информатора по рукам и ногам и запугала его, он бы не раскололся.

Женщина прекрасно понимала, что — каким-то странным образом — психической выносливости Изае было не занимать. Она решила продолжить переговоры, хотя в какой-то степени уже и сдалась.

[Я сделаю всё, что от меня зависит, но ты не же откажешься платить мне, если тебя не устроит результат?]

— Не откажусь. Ну, если ты только меня не предашь или не перегнёшь палку с издевательствами, я дам тебе всю информацию, какую захочешь. И вообще, не думаю, что твои обязанности будут как-то сильно отличаться от доставки. На самом деле ты мне нужна именно в качестве курьера.

[Что именно я должна буду делать?] — раздражённо спросила Селти, в очередной раз прослушав хождение Изаи вокруг да около.

Тот по-детски злорадно ухмыльнулся, положил руку Селти на плечо и уселся на самый верх ограды крыши.

Любой бы заволновался, что он может упасть с крыши вниз, но женщина и не пыталась остановить Орихару. Вместо этого, она молча ждала ответа информатора.

Тот, в свою очередь, посмотрел на Селти со своего возвышения и громко хлопнул в ладоши.

— Я хотел сказать, Курьер, что в этот раз попрошу тебя доставить…

…информацию.

♂♀
Час спустя, где-то в Токио, в клубе

Интерьер этого места был настолько привычным для клубов, что даже напоминал некоторые голливудские декорации.

На тускло освещённом танцполе, то и дело пронизываемом лучами света, звучала энергичная музыка. А на третьем этаже, отрезанная от шума и вспышек света, находилась одна комната…

Внутри собралось несколько студентов, совершенно выбивавшихся из атмосферы.

Стены комнаты были окрашены в тёмно-синий цвет, напоминающий городское ночное небо.

Здесь стоял стол из белого мрамора, а вокруг него — несколько чёрных кожаных диванов, что как будто подчёркивало важность данного помещения.

— Неплохое местечко, не так ли? — эти слова принадлежали мужчине с дротиком в руке.

На стене висела истыканная дротиками мишень для игры в дартс. Другие игры в комнате также были вполне обычными, что создавало атмосферу некоторой старины.

— На втором этаже до конца прошлого года собирались ребята, которые занимались тем же, чем и мы. Не помню точно, когда это было, — в конце прошло года или в начале этого — но они каким-то образом привлекли внимание Авакусу-кай и копов и были уничтожены.

— Эй-эй, ну и не повезло же им, да?

— Почему бы не взглянуть на это с другой стороны? Например, что эти парни забрали вместе с собой все неудачи. Этот клуб принадлежит моему отцу, так что мы можем себе позволить намного больше. Я ему сказал, что нам нужно место для учёбы, и он разрешил нам пользоваться этой комнатой, если она не забронирована.

Эти слова принадлежали молодому человеку, на вид образцовому студенту, который никогда не ходит по клубам. Он кинул дротик в мишень.

Бум. В комнате раздался хруст, и все собравшиеся здесь ребята замолчали.

Молодой человек, попав в самое яблочко, не шевельнулся ни на миллиметр. Хоть он и походил на образцового студента, тощим и хрупким его назвать было никак нельзя. Судя по заметным мышцам, он, скорее всего, занимался каким-то видом спорта. Благодаря лицу и телу он производил впечатление человека из успешной семьи, и стоял посреди этой изысканно обставленной комнаты, словно сошедший с картины.

И этот самый молодой человек, заговорив, нарушил, наконец, воцарившееся молчание.

— …Но всё же, вы действительно считаете, что этот Хейваджима Шизуо вам поверил? Он купился на большую и ужасную ложь, что у меня увели подружку?

Стоявший в дверях парень — тот же самый, что разговаривал с Шизуо в парке несколько ранее — льстиво ухмыльнулся, почесал в затылке и сказал:

— Да, поверить не могу, как просто он на это повёлся. Слухи не врут — этот парень настоящий монстр, но нам так повезло, что его голова работает именно так! И у нас получилось узнать больше об этом ублюдке Орихаре Изае! Ну, это правда, что он информатор и всё такое, но, по правде говоря, он не настолько хитёр, чтобы заслуживать вашего внимания, Шиджима-сан.

— А, вы же ещё нашли девочку, похожую на его сестру… не так ли?

— Да, это так! Мы слышали, как эта девчонка в очках громко и чётко сказала «Братик Изая»! С ней была и другая, очень похожая на неё, так что она тоже может быть его сестрой!

— Вот как, понятно. У него есть сёстры. Воистину, многообещающий материал для шантажа.

Мужчина, которого только что назвали ‘Шиджима’, взял в руку ещё один дротик и прицелился.

— Так что, где этот ребёнок живёт?

— Что?

Услышав этот вполне естественный вопрос, парень, судя по всему, подчинённый человека с дротиком, застыл на месте.

Причина была проста: ответить ему было нечего.

— Вы же поэтому всё ещё не привели сюда этих детей? Наверное, вы собираетесь сделать это позже? Если это так, то вы должны знать, где они живут, разве не так?

— Эм, нет… ну, этот урод Шизуо начал на нас злиться, так что мы убежали…

— Что, правда? Плохо. Тогда решим завтра, что будем с этим делать.

Шиджима беспечно рассмеялся. Его подчинённый также выдавил из себя смешок.

В следующую секунду, однако, Шиджима склонил голову вбок и спросил у парня:

— …Хм? Что это у тебя такое с глазами?

— А?

— У тебя там на веке какое-то пятно… прикрой глаза на секунду.

— О, конечно, простите за беспокойство.

Однако когда он закрыл глаза…

Через долю секунды почувствовал, как что-то пронзает его нос.

— Аааа… чего?!

Парень, не понимая, что происходит, открыл глаза.

Когда он это сделал, перед его взором, между левым и правым глазом, предстали два объекта, на вид напоминающих палочки. Хотя, впрочем, он был всего один. Ему, судя по всему, показалось, что их два, так как предмет был слишком близко и глаза не могли хорошо сфокусироваться.

Поначалу парню казалось, что его укусила крошечная ящерица или ужалила пчела. Он тут же попытался прогнать рукой нависшую над ним тень.

Однако, когда он отмахнулся от неё, его лицо прожгла сильная боль, будто кто-то пытался проделать отверстие в его носу.

— Э!

Предмет, только что находившийся у него в носу от столкновения с рукой упал на пол и прокатился.

Молодой человек зажал кровоточащую рану рукой и посмотрел на этот предмет.

— Э…

«Это что… острие дротика?..»

Как только парень понял это, откуда-то сбоку к нему приблизилась тёмная фигура.

— Ши-шиджи-…ма-…сан!? Ааааа!

Он и не заметил, когда Шиджима успел переместиться из центра комнаты прямо к нему и вонзить дротик ему в плечо.

Боль в носу и плече слилась воедино и усилилась до такой степени, что он практически потерял рассудок.

Ещё до того, как он успел осознать, что же произошло, его сознанием полностью овладела боль.

— Ч-чего! Меня, да за что! За что!

Зажав плечо рукой и вжавшись в угол комнаты, подчинённый резко развернулся и прокричал этот бессвязный вопрос. Кто-то из остальных собравшихся здесь людей, поперхнувшись, пристально наблюдал за происходящим, кто-то усмехался, были и другие реакции.

— Ой, ты, наверное, хотел спросить: «За что вы так со мной поступили»?

Шиджима закончил говорить за своего подчинённого и тут же ответил на собственный вопрос:

Ну конечно же потому, что ты не сделал ничего, — обыденным тоном проговорил Шиджима и пошёл поднимать дротик, катившийся по полу неподалёку.

Без малейших раздумий он кинул его в трясущегося в углу комнаты парня.

— Чег—!? — тот закричал — сначала от страха, а потом сразу же от боли.

Шиджима прошёл вперёд и, сделав мах ногой, вдавил острие дротика глубже в бедро парня.

— Гяаааа?! Ааааааа!

Раздавшийся в комнате голос был больше не способен изъясняться по-человечески.

Стены в комнате были сделаны из звукоизолирующего материала — благодаря им сюда не проникала музыка с танцпола, и, более того, никто снаружи не услышал бы криков подчинённого.

Боль начала влиять на спинной мозг парня. Из его глаз, наполненных страхом и смятением, потекли слёзы.

Шиджима ободряюще улыбнулся этому человеку, сейчас представляющему собой жалкое зрелище, и, всё ещё держа ногу на вонзённом в бедро жертвы дротике, заговорил:

— И ты думаешь, нам повезло, что у Хейваджимы Шизуо такие мозги?.. Ну, тогда, думаю, ткани твоего мозга сотканы из ещё более удачно подобранного материала?.. В этом деле мы не можем позволить себе потерять ни секунды. Просто не можем. Просто. Не. Можем. Понял меня?

Медленно пробормотав последние пять слов, он снова надавил на дротик.

Из горла его подчинённого, как из приводимого в движение его ногой испорченного инструмента, вырвались стоны.

— А теперь поблагодари меня. Если бы я не сказал тебе закрыть глаза, ты бы мог лишиться одного из них: у меня же могла дрогнуть рука, — проговорив эти слова, Шиджима опустил ногу и повернулся к стонущему парню спиной.

Словно потеряв всякий интерес к этому конкретному подчинённому, мужчина, похожий на выходца из какой-нибудь успешной семьи, обратился ко всем собравшимся:

— Если вы думаете, что мы с вами — что-то вроде университетского кружка, то это большой повод для беспокойства… Хотя нет, на самом деле мне всё равно. Да, мне действительно всё равно, но… в конечном счёте, именно мне придётся испытать на себе весь гнев Кумои-сана.

Кумои.

От одного лишь упоминания этого имени в комнате повисло напряжение.

Все собравшиеся здесь люди не испытывали такого давления даже тогда, когда перед ними с помощью дротика наказывали их товарища. Однако, как только слуха ребят достигло имя ‘Кумои’, даже те, кто при виде крови ухмылялся, замолчали.

Ведь сейчас крики и стоны одного человека едва ли могли произвести впечатление как на их барабанные перепонки, так и на сознание.

Сейчас они полностью сконцентрировались на имени ‘Кумои’.

— Э-эй, Шиджима. А Кумои-сан с тобой не связывался в последнее время?

— Конечно же связывался.

В то время как его товарищи рассаживались по кожаным диванам, Шиджима беспечно улыбнулся.

— …Ведь Кумои-сан просто не мог не заметить …как те придурки не только не смогли прикончить Акабаяши из Авакусу-кай, но ещё и подрались с какими-то совершенно левыми якудза, не забыв при этом засветиться в новостях?

Даже когда по лицу Шиджимы потекла капля холодного пота, оно не потеряло своей беззаботности.

Он пробормотал:

— …Мы стали таким позором для “Рабов небесных”, просто не то слово.

Закончив говорить, молодой человек расстегнул правый рукав рубашки и полностью закатал его.

— …

В комнате снова воцарилось молчание.

Некоторые из собравшихся отвели взгляды, в то время как остальные уставились на его руку, не веря своим глазам.

Там они увидели странные шрамы, длинные и красные.

Несколько длинных, параллельных друг другу красных линий, извиваясь, поднимались от запястья до плеча.

«Очень похоже на нотный стан», — подумал один из ребят, но потом тут же исправил себя —

Ведь полосы были не просто ‘очень’ похожи —

Эти шрамы ‘именно это’ собой и представляли: нотный стан с пятью параллельными строками.

Между линиями, то тут, то там, искажённые складками кожи, виднелись красные точки. Некоторые из них были аккуратно дописаны, образуя знак “♪”.

— Э-эти шрамы… как это… как они…

— Хм? А, так это Кумои-сан на мне нарисовал.

— Ножом… что ли?

Говорящий, судя по всему, боялся, что, если он не задаст этот вопрос, его поглотит это необычное, аномальное явление.

Мужчина решил сказать ‘нож’ потому, что на такой вопрос он, скорее всего, получил бы удовлетворительный ответ.

«Да, эти порезы от ножа».

«Если это так, то они не выходят за рамки нормы. Малолетние бандиты иногда делают такое сами с собой, когда им крышу сносит».

«Это как прижигать людей сигаретами для проверки на смелость».

«Ага».

«В этом нет ничего такого».

«Уверен, что в любом сериале или манге можно встретить вещи и похуже».

«И, к тому же, такое и сравнить нельзя с отрубанием пальцев».

Подобные мысли то появлялись, то исчезали у мужчины в сознании.

Но представшие перед ним щрамы были наиболее красноречивым олицетворением боли из всех, что он только мог представить.

Хоть эти шрамы и были лучше потери пальца или кисти руки, они не были похожи на обычные порезы. Такие следы могли остаться только от очень глубоких порезов, доходящих до самых мышц.

Молодые люди никак не могли справиться со своим воображением.

Им казалось, что это ещё самая легкая форма наказания, которому они могут подвергнуться.

И чтобы развеять их стремление сбежать от действительности, Шиджима слегка покачал головой:

— Если бы это был нож, они бы, наверное, быстрее зажили.

Все присутствовавшие в комнате замерли; Шиджима плавно подошёл к мишени для дартс.

Сорвав с неё три дротика, он покатал их по ладони и продолжил:

— Видите, острием такого дротика он по одной вырезал все эти линии на моей руке.

— …

По спинам у мужчин пробежал холодок; они вспотели.

Разрушить мышечную ткань, чтобы нарисовать нотный стан предметом, даже не предназначенным для резки. Стоило мужчинам лишь представить эту сцену — и кровь застыла у них в жилах.

— О, но это всё равно было намного лучше, чем когда он просверлил мне дырку в резце без анестезии. Хотя он тогда ещё приказал мне что-то невыполнимое, вроде «Пой по нотам, когда кричишь». Ну правда, шутки Кумои-сана всегда самые лучшие.

Шиджима невинно рассмеялся. Только вот никто не поддержал его веселья.

Судя по всему, Кумои был лидером этой группировки, и все его наказания были направлены на Шиджиму, второго по важности человека.

— «Мы станем тенью Долларов», так сказал мне Кумои-сан.

В то время как температура в комнате, казалось, упала до абсолютного минимума, Шиджима единственный продолжал говорить с теплом. Он снова повернулся к мишени.

— Да, мы не первые, а вторые, но это ничего. Мы можем спрятаться за необъятной фигурой Долларов и стать их тенью… Одна проблема — чтобы защитить это место, мы должны немного поднапрячься.

Бум. Послышался хруст, и дротик снова попал в яблочко.

— …“Рабы небесные” захватят “Амфисбену” целиком и сделают её своей собственностью.

Бум. Когда очередной дротик попал в самый центр, во взгляде мужчины появилось нечто маниакальное.

— Потому что так хочет Кумои-сан.

Бум. Последний дротик встретился с мишенью, и…

Следующие слова Шиджимы, больше похожие на жест отчаяния, эхом прокатились по комнате.

И только сам говорящий улыбался. Очень, очень радостно.

— Ведь нам уже нет пути назад.

ЧАТ

.

.

.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сайка-сан в чате.

Сайка: Добрый вечер

Сайка: Рада вас видеть

Учёный-домосед-сан в чате.

Учёный-домосед: Приятно познакомиться, меня зовут Учёный-домосед!

Учёный-домосед: Эм, вообще-то, я здесь в первый раз

Учёный-домосед: Меня пригласил Сеттон-сан! Я рад всех видеть!

Сайка: Приятно познакомиться

Сайка: Меня зовут Сайка

Сайка: Как здорово что вы пришли

Сайка: Вы знакомы с Сеттон-сан?

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Анри-чан, это я.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Я просто вспомнил, что Селти пыталась уговорить меня присоединиться.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Много чего произошло. И теперь меня, вроде как, заключили в игре в гляделки с ноутбуком.

Учёный-домосед: Ну да, вроде того! Приятно познакомиться!

[Личное сообщение] Сайка: Кишитани-сенсей, это вы?

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Бинго! Но тогда получается, что Селти больше в чат пригласить некого.

[Личное сообщение] Сайка: Вы уже поправились

[Личное сообщение] Учёный-домосед: О, понятно, тебе Селти рассказала.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Ну, в последнее время мне стало проще печатать на клавиатуре.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Хотя я могу этим заниматься только лёжа на спине, с помощью этого специального стола.

[Личное сообщение] Сайка: Пожалуйста, будьте осторожней

[Личное сообщение] Сайка: Желаю вам скорейшего выздоровления

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Хорошо, так и сделаю. В любом случае не стоит так сильно из-за меня волноваться.

[Личное сообщение] Сайка: Понятно Спасибо

[Личное сообщение] Сайка: Кстати вы начали пользоваться личными сообщениями как только пришли

[Личное сообщение] Сайка: Это так здорово

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Ну, я хорошо разбираюсь в компьютерах, так что более-менее понимаю, что здесь делать.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Я думал, что стоило бы мне поздороваться с остальными пользователями чата, но, похоже, никого нет.

[Личное сообщение] Сайка: Простите

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Анри-чан, не надо… ой, тебя же нужно называть Сайка-сан. Тебе не за что передо мной извиняться, lol

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Кстати говоря, ты что, пишешь с телефона? Это же так тяжело.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Да, тебе, наверное, очень трудно, судя по тому, что печатаешь ты только хираганой *.

[Личное сообщение] Сайка: Простите

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Я же сказал: тебе не за что извиняться, lol

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Если я буду заставлять тебя постоянно извиняться, Селти потом на меня разозлится!

[Личное сообщение] Сайка: Как дела у Селти-сан

[Личное сообщение] Учёный-домосед: О, у неё всё отлично. Хотя домой она ещё не вернулась.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Ой, точно, если ты хочешь научиться переключаться между хираганой и кандзи на телефоне и компьютере

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Почему тогда не попросишь Микадо-куна или кого ещё научить тебя?

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Микадо-кун, похоже, в таких вещах неплохо разбирается.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: О, а ты не можешь поговорить с ним об этом в чате? Думаю, никто не будет против.

[Личное сообщение] Сайка: Простите

[Личное сообщение] Сайка: Я тоже об этом думала

[Личное сообщение] Сайка: Но я не хочу чтобы Рюгамине-кун узнал что Сайка это я

[Личное сообщение] Сайка: Я пока не готова к этому

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Ясно. Я понимаю твои чувства.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Микадо-кун, похоже, знает, что Сайка как-то связана с Рубакой.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Да, ты права. Если он узнает, что твой ник — название Демонического Клинка, у тебя могут быть неприятности, Анри-чан.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Тогда, думаю, ты можешь подождать столько, сколько хочешь.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Вы с Микадо-куном на меня не похожи. Вы более сдержанные.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Но, если тебе о чём-нибудь нужно поговорить, будь то жизнь с Демоническим Клинком, или же просто твоя жизнь…

[Личное сообщение] Учёный-домосед: или если ты захочешь рассказать Микадо-куну правду…

[Личное сообщение] Учёный-домосед: можешь приходить к нам с Селти в любое время.

[Личное сообщение] Сайка: Большое вам спасибо

[Личное сообщение] Сайка: Я рада это слышать

[Личное сообщение] Сайка: Я только с вами и с Селти-сан могу поговорить о Сайке

[Личное сообщение] Сайка: Это придаёт мне уверенности

[Личное сообщение] Сайка: Но вы уверены что я не причиню вам неудобств

[Личное сообщение] Сайка: Кишитани-сенсей я не хочу чтобы из-за меня у вас и Селти-сан были проблемы

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Тебе правда не о чем волноваться.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Для Селти ты очень важный друг, знаешь ли.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: А друзья Селти — и мои друзья тоже.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Ну, тебе только нужно выбрать время, удобное и для Селти, и для меня, и прийти к нам.

[Личное сообщение] Сайка: Я рада это слышать

[Личное сообщение] Сайка: Очень рада

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Мне становится немного неловко, когда ты так сразу начинаешь меня благодарить, lol.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: Я, наверное, попрощаюсь на сегодня.

[Личное сообщение] Учёный-домосед: А теперь — выхожу из лички!

Учёный-домосед: Ну, тогда будем прощаться! Я зайду поздороваться, когда здесь будет больше людей!

Учёный-домосед: Сайка-сан, спасибо, что стали моим первым собеседником!

Сайка: Вам спасибо

Сайка: Мне было приятно

Учёный-домосед: И мне! Ну, тогда до свидания…

Учёный-домосед-сан покинул (а) чат.

Сайка: Спасибо

Сайка: Я тоже закончу на сегодня

Сайка: Большое вам спасибо

Сайка: Надеюсь когда-нибудь мы вместе соберёмся и поговорим

Сайка: Я буду очень стараться

Сайка: Тогда до свидания, извините

Сайка-сан покинул (а) чат.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

.

.

.

В темноте 4

— А теперь представься нам, Орихара Изая. Хотя... мне, кажется, стоит тебе помочь. Хлоп-хлоп-хлоп ~

Когда Червь начала издавать хлопающие звуки, её коллеги зааплодировали по-настоящему.

В темное помещение проникла частичка тепла, исходящая от маленьких свечек.

На стол неподалёку кто-то поставил пирожное Монблан, истыканное более чем двадцатью такими свечами.

Из-за этого казалось, что лакомство было одной большой свечой, источающей волны тепла своим мерцающим пламенем.

— День Рождения Орихары Изаи-куна — 4 мая! Так круто! Ты, наверное, был одним из первых в классном журнале*! Ты был самым старшим! Ух ты!

— …

— Орихара Изая-кун, тебе же уже 25, не правда ли? Но ты, похоже, всем вокруг рассказываешь, что тебе 21. Почему? Ну почему? Ты что, боишься, что без этого тебе будут давать тридцатник?

В ответ на эту провокацию безмолвный мужчина с мешком на голове покачал головой.

— Ты действительно нечто! Ты молчишь уже целых два часа. Можно я скажу начистоту? Мы могли бы избить тебя, или порезать, или просверлить в тебе дыру, или вырвать тебе все волосы, чтобы заставить кричать, - но это было бы тааак скучно. Вот когда сюда притащат младших сестрёнок Орихары Изаи-куна, начнётся настоящее веселье! Да, да!

Будто удовлетворённая собственным умозаключением, женщина по имени Червь кивнула и, подняв со стола поднос с тортом, поднесла его прямо к холщовому мешку, надетому на голову пленника.

— Даже с мешком на голове ты способен понять, что этот свет исходит от пламени, не так ли?

— …

Пленник, тяжело дыша, попытался изогнуть своё тело назад.

Пучок свечей, которыми был утыкан небольшой десерт, поднесли близко-близко к его лицу.

— Прости, я такая плохая девочка: насквозь твой мешок промочила. Смотри, сейчас я его для тебя высушу!

Хоть ткань мешка и была мокрой, мужчина всё равно ощущал жар.

Но по его реакции было трудно понять, что он чувствует.

Под холщовым мешком могло скрываться что угодно: страх, отчаяние - или же безграничная злость по отношению к женщине.

Червь, скрывая свои эмоции за спокойным выражением лица, на самом деле перебирала в уме многочисленные варианты.

Она могла сорвать холщовый мешок с его головы в любое время. Стоило ей только захотеть.

Но было ещё рано. Слишком рано.

Поэтому женщина, купаясь в истинном блаженстве, изо всех сил пыталась подавить в себе безумные желания.

У Червя было одно хобби: оскорблять других и давать волю своему воображению.

В те моменты, когда она вся была охвачена желанием увидеть лицо своей утопающей в отчаянии жертвы, она чувствовала себя по-настоящему живой.

«Я хочу немного прижечь его. Может быть - руки?».

«Нет, нельзя. Мне надо потерпеть, пока сюда не приведут его сестёр…»

Сердце женщины дало волю опасным фантазиям, порождаемым извращёнными желаниями. Но она, поборов их, сохранила на своём лице ласковую улыбку.

Ей хотелось поднести свечи ещё ближе и поджечь холщовый мешок.

Она жаждала увидеть, как привлекательное лицо с фотографии, исказившись от боли, будет превращено огнём в омерзительное месиво.

Он будет измотан и больше не сможет шевелиться, и тогда она проведёт языком по его ожогам.

Женщина представила вкус крови во рту и крики Орихары Изаи.

Только лишь воображение позволяло Червю упиваться тем, что она жива.

Она уже делала такие вещи с огромным множеством людей любого возраста и пола, с врагами Амфисбены — врагами для неё и её ‘Хозяина’.

Когда те люди теряли сознание или катались по полу в агонии, женщина иногда снимала с них мешки. Так она узнала, что это разрушает её состояние экстаза.

Если судить по фотографиям, Орихара Изая был как раз во вкусе Червя.

И поэтому она решила терпеть до последнего...

...Пока не наступит высшая точка его отчаяния, чтобы забрать его самое драгоценное выражение, пока она бог знает сколько раз не испытает высшее наслаждение, и пока ей не надоест строить в своём воображении образ человеческого существа по имени Орихара Изая.

Скрывая в сердце все эти желания и мысли, женщина поставила торт обратно на стол.

— Ну ладно, на самом деле этот торт не для тебя, Орихара Изая-сан, а по случаю моего дня рождения в этом месяце. Как жаль, что я не могу предложить его тебе.

Потом Червь устремила взгляд в экран мобильного и зачитала текст под заголовком “Личные данные Орихары Изаи”.

— Рост: 175 см. Вес: 58 кг. Ух ты, а у тебя фигура очень даже ничего. Хотя... если тебе прибавить пару сантиметров роста, ты бы нравился мне ещё больше.

— …

Увидев, как пленник с мешком на голове в замешательстве и бессилии отвернул голову в сторону, женщина усмехнулась.

— Ты хочешь спросить: "Откуда я даже о твоём весе знаю?". Понимаю. Разве я тебе не рассказывала? Мой информатор - самый лучший.

— …

‘Представляя’ ещё более запутанное выражение на лице мужчины, Червь продолжила читать ему ещё больше данных о нём:

— Хотя, судя по тому, что это информация полугодичной давности, твой вес, наверное, уже не такой. Орихара Изая-сан, ты же в прошлом году застраховал свою жизнь, не так ли? И ты ввёл в анкету рост и вес на то время, помнишь? …Моему информатору удалось раскопать о тебе даже это. Ну, разве он не хорош?

— …

Мужчина задышал так, как будто хотел что-то сказать, но, в конечном счёте, сохранил молчание.

Червь наслаждалась болью, исходившей откуда-то изнутри, и, наблюдая за то поднимающимися, то опускающимися плечами мужчины, продолжила зачитывать вслух информацию с телефона:

— Включая тебя, Господин Информатор, в твоей семье семь человек. Твоего деда по отцу зовут Торакичи, а бабушку — Нацу. Родители твоей матери уже умерли. Ты хотя бы был на их похоронах?

— …

Звук дыхания на этот раз сопровождался движением головы, которое могло расцениваться и как положительное, и как отрицательное.

Мужчина, скорее всего, уже даже не мог соображать.

Однако он точно слышал женщину.

Как только Червь получила ответ на свой вопрос, она заговорила снова:

— Имя твоего отца — Широ, а матери — Кёко… И остаются только твои сёстры, которые вот-вот должны быть здесь.

— …

— Начальная школа Райджин, средняя школа Райджин, старшая школа Райджин и, наконец, Университет Райра. Какой прекрасный эскалатор*! Круто! Хотя в Райру, похоже, не так уж и сложно попасть. Рай-Рай-Рай-Рай. Да у тебя целая цепочка этих “Рай”. Звучит как название лапшичной.

Закончив травить понятные только самой себе шутки, женщина поднялась на ноги, ожидая ответной реакции от своих коллег.

Поставив свой стул прямо перед пленником с мешком на голове, она села ему на правое колено.

Указательным пальцем левой руки она начала водить круги по бедру мужчины.

Тому, судя по всему, было щекотно; он сбивчиво задышал.

— Эй… а я слышала, что в начальных классах ты был образцовым учеником.

— …

— Господин Информатор, в старшей школе ты много дрался с тем парнем, Хейваджимой Шизуо, о котором я уже говорила, да? Но больше всего потрясает то, что ты сделал в средней школе, не правда ли?

— …

В этот раз от пленника с мешком на голове не последовало никакой реакции.

— Что случилось? С тобой всё в порядке?

Женщина снова потянулась к стоявшему на столе пирожному.

Держа пирожное в руке, она попыталась поставить его на скрытую мешком голову мужчины.

Чтобы совладать с твёрдой тканью и удержать баланс, Червю понадобилось некоторое количество времени, но, в конечном счёте, она справилась.

— …

— Только сделай так, чтобы он не упал, понятно? Постарайся не чихать. Если он упадёт, то твоя одежда загорится! Ой, так у нас же ещё осталась вода, так что я просто вылью её на тебя, и всё будет в порядке!

Увидев, что пленник снова напрягся, женщина снова начала представлять, какое выражение лица кроется под мешком.

Какой же стыд — или страх, или злость — будут искажать его прекрасные черты, когда он учует сладкий аромат торта?

Она вся задрожала в предвкушении. Словно пытаясь себя загипнотизировать, Червь посмотрела на пламя и взяла себя в руки.

И потом она, как ни в чём не бывало, продолжила:

— Так что, продолжим с того места, на котором остановились?

— …

— Ты был вице-президентом школьного совета в начальной школе, не так ли? А ещё ты был звездой любого спортивного соревнования. Конкурсы исследований, стихов, лозунгов — это не имело абсолютно никакого значения… ты выигрывал их все. Здесь ещё написано, что ты участвовал в конкурсах эссе. Как бы я хотела почитать твоё эссе, Орихара Изая-сан. …Как бы я хотела прочитать его вслух здесь и сейчас.

Похихикав, она продолжила:

— А потом начинается невероятное. В старшей школе ты стал проблемным ребёнком, полной противоположностью тому образцовому студенту, каким ты был… На самом деле, ты всё ещё походил на образцового студента, но что же ты творил за спинами других! Я слышала, что у Старшей школы Райджин за три года твоей учёбы была масса проблем, Орихара Изая-сан.

— …

— Но тебя практически никогда никто не подозревал. Некоторые учителя вроде как догадывались, но тебя так и не отстранили от учёбы, и не исключили.

Кивнув в знак восхищения, женщина встала и снова прошлась вокруг пленника, отчитывая его слащавым голоском:

— И как же ты превратился в такого плохого мальчика, Орихара Изая-сан?

— …

— Этой информации не было даже у нашего Информатора Б. Но если бы он всё-таки знал такие подробности, то был бы уже скорее экстрасенсом, нежели информатором, а это совсем не круто. Мне было интересно, как наш ‘Хозяин’ докатился до создания “Амфисбены”, и я спросила его об этом не так давно… но ответа не получила.

Она, утвердительно что-то промычав, кивнула и протянула руки к потолку.

Тот, освещённый пламенем, напоминал мерцающий красный океан.

— Но всё-таки нам более-менее известно, когда ты стал плохим мальчиком, знаешь ли.

Словно плывя вперёд по морю света, Червь маленькими шажками двигалась вперёд и произнесла имя одного человека:

— Кишитани Шинра.

Исходящие от пламени волны света заколебались сильнее, чем раньше.

Женщина не повернулась к пленнику. Она всё продолжала говорить в потолок:

— Вы с ним были одноклассниками в средней школе, не так ли?

— …

— Понятия не имею, как это произошло, но…

— Орихара Изая-сан, в средней школе ты ранил Кишитани Шинру ножом и был взят под стражу.

И мы снова переместимся в прошлое.

Глава 4. Вице-президент клуба

Ночь, где-то на шоссе Кавагое, квартира Шинры

[Кстати, а этот шрам всё ещё не зажил.]

Селти написала эти слова, одновременно протирая тело Шинры мокрым полотенцем, чтобы сменить бинты.

Сняв с мужчины пижамную рубашку, женщина пристально осмотрела его тело.

До вчерашнего дня она была слишком сосредоточена на новых ранах подпольного доктора, так что не обращала на это внимания, но на боку у мужчины был шрам как будто от ножевого ранения.

— Ааа! Я немного смущаюсь, когда Селти смотрит на мой старый шрам, но в то же время мне становится так радостно на душе! Что же делать, что же делать? Да что же я должен сделать?! Эй, Селти, да что мне вообще делать?!

[Просто лежи и не двигайся.]

Ткнув КПК с этими словами Шинре в лицо, Селти молча продолжила вытирать пот и менять ему бинты.

Она, в конце концов, приняла предложение Изаи и, так как он сказал ей ждать дальнейших указаний, вернулась домой.

Когда женщина рассказала обо всём подпольному доктору, тот, вздохнув, проговорил: «Он точно что-то затевает». И Кишитани, желая, чтобы с любимой всё было хорошо, не уставал повторять следующие слова: «В любом случае, будь осторожна».

Селти понимала, что предложение информатора было подозрительным, но просто не могла отказаться. Теряясь в сомнениях, она сначала решила позаботиться о Шинре, но…

Так получилось, что она заинтересовалась его шрамом.

Закончив перебинтовывать мужчину, Безголовая Гонщица одела его в чистую пижаму и снова спросила про шрам.

[Он у тебя уже давно, да? Где-то лет десять?]

— Да, вроде бы так. Хотя мне кажется, что это было только вчера. В таком случае, в следующее мгновение я доживу до почтенного возраста, который будет выше средней продолжительности жизни, и умру.

[Да что ты такое говоришь? Ты ещё и половины жизни не прожил… Но какие же следы оставляют эти шрамы — просто ужас…]

Селти была одной из дюллахан и внешне напоминала человека. Но всё-таки тела этих мифических созданий отличались от людских.

Например, её было немного сложнее убить. Женщину можно было порезать ножом или скальпелем, но благодаря невероятным способностям организма к регенерации порезы не оставляли шрамов.

Поэтому Селти и казалось, что шрам Шинры разделяет их словно стена. Это обстоятельство несколько обескураживало её.

— Ну, этот шрам, скорее всего, останется у меня на всю жизнь.

Подпольный доктор, похоже, прекрасно понимал, о чём думает Селти. Он постучал себя по боку, будто пытаясь сказать, что шрамы для него ничего не значат.

— Оооой…

Однако как только мужчина это сделал, он застонал от накатившей из-за недавних повреждений боли.

[Ты в порядке?]

— Ох, в порядке. Пока Селти рядом, мне кажется, что раны заживают сами собой.

[Угу, вот бы и на твои старые шрамы это тоже распространялось.]

Зная, что Шинра о ней беспокоится, женщина шутливо написала ему в ответ эти слова.

Вспомнив, что ещё совсем недавно ей было любопытно узнать одну вещь, она снова задала подпольному доктору вопрос:

[Да нет, ну как ты только умудрился так пораниться? Я помню, как ты говорил, что попал в драку между одноклассниками…]

— Ну, кое-кто, вроде как, пырнул меня ножом.

[Ножом?!]

Селти, услышав беззаботный ответ Шинры, похоже, была потрясена; она напечатала ему в ответ:

[Ножом? Как ты можешь говорить об этом так, будто ничего не произошло?! Когда ты говорил, что попал в драку, я была уверена, что тебя столкнули с лестницы, или что-то вроде того!..]

— Тогда мы всё ещё были разделены непреодолимой пропастью, Селти.

Романтические отношения между ними начались всего год и несколько месяцев.

Однако под одной крышей они жили уже более двадцати лет.

Когда Селти только услышала, что её сосед с сыном принадлежат к человеческому виду, который, пусть и не совсем, но так похож на неё саму, ей стало интересно. Но всё же ей не хотелось спрашивать больше, и, более того, она думала, что в таких вещах лучше не копаться.

— Но я любил тебя так же, как и сейчас, вместе с твоей пропастью!

[Ну, мне стоило бы обидеться на тебя из-за того, что ты меня смущаешь, но мне всё равно приятно, так что… ладно, мы ушли от темы. Ты сказал, тебя ранили ножом, так что это уже не тянет на простую школьную драку… да что там вообще произошло?!]

— Эээ… ну и ну. Если подумать, я тебе никогда не рассказывал о том, что случилось тогда, Селти.

[Раз ты так говоришь… значит, так и есть.]

«Если вспомнить прошлое, то это действительно очень странная ситуация».

«В подростковом возрасте Шинра всегда приходил ко мне, чтобы поговорить о всякой ерунде».

«Он это делал даже тогда, когда поправлялся от того ранения. Однако, что любопытно, он никогда не рассказывал мне, как именно он поранился».

Селти казалось, что она проникает в самые сокровенные, самые глубокие уголки души человеческого существа по имени Шинра. Она всё думала: стоит ли ей просто задать очевидный вопрос, как…

— Но у меня с этим шрамом связано слишком много тяжёлых воспоминаний… Прости, Селти.

Шинра, вяло развалившись на кровати, сконфуженно потупил взгляд.

Увидев, как повёл себя её любимый, женщина решила отказаться от допроса.

«Он прав».

«Да, мне очень интересно, но я не могу наваливать на тело и душу Шинры ещё больший груз».

«Да и у каждого есть пара вещей, о которых не хочется ни с кем разговаривать».

Но Шинра и не задумывался о происходящей в голове у Селти беседе; не поднимая глаз, он вдруг проговорил:

— Так-так, с чего же мне начать… ага, всё началось, когда я только поступил в среднюю школу…

[Чего? Так ты всё-таки собирался мне обо всём рассказать?!]

♂♀
12 лет назад, Средняя школа Райджин, Класс 1-3

— Эй, а ты не хочешь вступить в клуб биологии? Ну, точнее, вместе создать его?

— Прости, меня это не интересует, — коротко бросил один мальчик в ответ на вопрос одноклассника в очках.

Это был первый разговор Кишитани Шинры и Орихары Изаи.

Они остались в классе после церемонии открытия и первого классного часа, на котором каждый из учеников рассказал о себе.

Когда урок подошёл к концу, те, кто закончил одну младшую школу, собрались вместе, чтобы обсудить свои ожидания и страхи по поводу начала новой жизни в средней школе. Только Шинра с Изаей немного не вписывались в подобную обстановку.

В классе, конечно, было несколько выпускников Начальной школы Райджин, но было не похоже, чтобы кто-либо из них горел желанием поговорить с Орихарой Изаей.

Однако Изая вовсе не чувствовал себя не в своей тарелке. Он думал, что так и должно быть.

Да, у него были самые лучшие в классе оценки.

Но на этом его заслуги заканчивались: его никак нельзя было назвать образцовым учеником.

Изая был доброжелательным и девочкам нравился, но предпочитал держаться в стороне от всех школьных мероприятий.

Потом его одноклассники из начальной школы, усмехаясь, говорили о нём: «Он вёл себя как пришелец. Но парнем был неплохим». Впрочем, этим 'неплохим парнем' его считало большинство людей. Так что, скорее всего, назвать его среднестатистическим хорошим учеником не было бы смертельной ошибкой.

Его не особо ненавидели. Но и не любили тоже.

Когда на переменах остальные ребята болтали в классе или выходили поиграть в кикбол*, Изая всегда сидел в библиотеке. Из-за этого он даже мог показаться кому-нибудь одиночкой или отчуждённым человеком.

Когда классы переформировывали для школьных поездок, он практически всегда оставался без класса, но как только остальные это осознавали, начиналось: «Изая, ты что, один остался?! Тогда иди к нам!», «Нет, к нам!», - и вопрос неизменно решался только после нескольких раундов игры в “камень-ножницы-бумага”. Это может показаться странным, но именно таким Орихара Изая и был в начальной школе.

Ему самому нравилось быть в какой-то мере отстранённым от всего, что творится вокруг.

Изая знал, что его считают лучшим учеником.

Но он никогда ни над кем не подшучивал по этому поводу и ни на кого не смотрел сверху вниз.

Ему нравилось это место под названием 'школа', где дети проводили время в группах.

Некоторые из его одноклассников дружелюбно болтали и смеялись, некоторые дрались, некоторые тайно обсуждали, что над ними издеваются, а некоторые плакали, когда с ними делали то же самое — ему нравилось наблюдать за всем этим.

Однако чем больше он смотрел на них, тем меньше в них оставалось интересного.

Когда в кинотеатре у Изаи был выбор: сесть на последний ряд, чтобы не только смотреть фильм, но и наблюдать за людьми, или расположиться в первом ряду, чтобы с головой погрузиться в фильм, - он без сомнений выбирал первое.

И поэтому такая жизнь в стороне от всех была как раз для Орихары. Он радостно наблюдал за тем, как в классе формируются компании, с нетерпением ожидая, как же они будут развиваться, как вдруг…

Улыбчивый и невинный на вид мальчик в очках прервал его веселье.

Это был мальчик, который только что представился классу как Кишитани Шинра.

Он помнил, что мальчик говорил: «Мама развелась с папой, потому что разлюбила его, так что теперь мы живём втроём». Судя по этим словам, семья для парня должна была быть больной темой, но его голос был беззаботным.

«Родители в разводе, но он сказал, что их трое. Наверное, у него есть брат или сестра».

С такими мыслями Изая уже приготовился снова сконцентрироваться на наблюдении за классом…

— Если тебе не интересно, то это ничего. Давай просто создадим его вместе. В смысле, кружок биологии.

— …

Мальчик продолжал болтать как ни в чём не бывало. Изаю это начало немного раздражать.

Но из-за того, что Орихара редко к кому испытывал такие чувства, интерес к этому мальчику по имени Кишитани Шинра начал расти сам собой.

— Ты Кишитани-кун, не так ли?

— Можно просто Шинра. …Эм, прости, а тебя зовут…

— …Орихара Изая.

— Да, точно! Орихара-кун! Я буду называть тебя Орихара-кун, но ты можешь обращаться ко мне просто Шинра!

Шинра уже начал говорить на какие-то странные темы. В свою очередь Изая, всё ещё дивясь происходящему, спросил:

— Почему ты просишь меня вместе основать кружок биологии, если даже не знаешь, как меня зовут?

— Потому что так сказал учитель. В этой школе можно основать кружок, если в него наберётся по крайней мере два человека.

— Нет, я не это имел… в смысле, почему именно я?

«Наверное, он выбрал меня, потому что ему казалось, что я выпадаю из общества».

«Но он ни за что в этом вслух не признается».

Изая, которому было интересно узнать ответ, хоть он и знал его заранее, всё равно спросил…

Но ответ превзошёл все его ожидания.

— Ты любишь наблюдать за живыми существами, не правда ли? Так что мой клуб тебе как раз подойдёт.

— Чего?

Орихара не помнил, чтобы он, представляясь, говорил что-то подобное.

Сначала он даже подумал, что этот мальчик его с кем-то спутал. Но, насколько ему было известно, ни один из их одноклассников не упоминал в своей речи ничего вроде 'я люблю живых существ'.

Изая нахмурился. Шинра, в свою очередь, не унимался:

— Хм? Разве ты сам об этом не говорил, когда представлялся?

— Говорил что?

— Да ладно, ты же сказал: «Я люблю наблюдать за разными людьми».

— …

Ему нравилось наблюдать за людьми.

Хоть парень и понимал, что это уже превратилось в одержимость, но всё равно считал, что было бы нетактично заявить перед всеми: «Моё хобби — наблюдение за людьми». Но никаких других хобби у него особо не было. Поэтому Изая и решил рассказать о своём пристрастии именно таким образом, но и подумать не мог, что из-за этого кто-либо попытается уговорить его вступить в кружок биологии.

— И как это может быть связано с кружком биологии?

— Люди тоже живые существа.

— …

Орихара снова почувствовал интерес к этому мальчику, который только что с простотой утверждал, что люди 'тоже живые существа'. Действительно, фраза: “Человек — лишь один из многих видов живых существ, населяющих Землю” - была не такой уж и редкой в условиях расцвета движений зелёных. Он был просто уверен, что кому-то из их одноклассников этот слоган тоже нравится.

Но если говорящий вкладывал в него смысл: “Поэтому и люди тоже являются объектами изучения кружка биологии!” - это значило, что с этим человеком что-то не так.

Немного помешкав, Изая покачал головой:

— Прости, но я по-прежнему не считаю, что мне интересен кружок биологии.

— Ясно. Тогда ничего не поделаешь, — мальчик так быстро сдался, что Изая просто не мог не расстроиться.

— Я спрошу у тебя ещё раз завтра. Похоже, что подавать заявление о создании кружка можно в любое время.

— Подожди немного. Тебе не кажется, что я и завтра отвечу точно так же?

Орихара даже не поленился попросить Шинру больше не задавать ему этот вопрос, так что это была не просто рефлекторная реакция на нелепое высказывание.

Его не просто распирало любопытство — было чувство, что что-то здесь 'не так'.

Изая задал мальчику этот вопрос, пытаясь понять это странное чувство . Но ему пока так и не удалось в этом разобраться.

— А как насчёт послезавтра?

— Аналогично.

— Ну пожалуйста! Можешь быть президентом кружка.

— Почему ты заранее пытаешься доставить мне как можно больше неприятностей? — спокойно отреагировал Изая.

Такие вещи обычно не говорят человеку, которого видят первый раз в жизни, но для Изаи подобного рода разговоры сами по себе были в новинку.

— Разве ты не можешь попросить кого-нибудь ещё? Друзей из начальной школы, например.

Шинра раскрыл глаза от удивления.

— А похоже, что у меня есть друзья?

— …Ошибочка. Ты совсем не похож на человека, у которого есть друзья.

— К сожалению, ты ошибаешься! На самом деле один у меня есть!

— Хм. Можно мне тебя ударить?

Изая сузил глаза; Шинра не обратил внимания на его слова и спокойно продолжил:

— Но он пошёл в другую школу, так что здесь у меня в любом случае совсем нет друзей.

— Не думаю, что у тебя получится завести новых. Мои соболезнования. Но ты же в какой-то мере этого заслуживаешь, разве нет?

Изая, у которого эти слова только что сорвались с языка, был немного ими потрясён.

И он никак не ожидал, что его позиция со времён начальной школы, по которой он держал остальных “не слишком близко, но и не слишком далеко”, так быстро потерпит крах.

«Неужели все ученики из других начальных школ такие?»

Из-за подобных мыслей Орихаре стало не по себе, но он тут же попытался убедить себя, что этот мальчик, Кишитани Шинра, был всего лишь исключением.

— Ну, если ты ищешь тех, кто интересуется биологией, то уверен, что в нашем классе такие есть.

— Ага. Но я подошёл именно к тебе ещё по одной причине. Если бы я уговорил присоединиться кого-то, кто действительно увлекается биологией, они бы слишком усердно работали, и это бы действовало мне на нервы. Если это возможно, я хочу как можно больше ограничить деятельность кружка: держать только морских обезьян, например.

— ?.. О чём ты? Я думал, что тебе нравится биология.

В этой школе кружки вовсе не были обязательными. Если этот мальчик не хотел ходить ни в один кружок, то мог просто идти домой после школы, как и другие. Так почему же ему было так необходимо этим заниматься?

У Изаи возникли абсолютно естественные вопросы, но Шинра ответил на них ещё до того, как он успел спросить.

— Ну, если честно, я вообще не хотел ходить в кружки… Но моя любимая сказала: «Шинра, ещё с тех пор, как ты пошёл в начальную школу, мне казалось, что у тебя очень мало друзей. Может, тебе попробовать пойти в кружок?». …Мои чувства ещё, вроде как, безответны, так что я не хочу, ну, чтобы она меня возненавидела…

— …Значит, ещё одно человеческое существо о тебе беспокоится? Это удивляет. То, что твои чувства безответны, удивляет меньше.

— Ты со мной слишком честен для первой встречи. Кстати, кое-что в словах 'ещё одно человеческое существо, которое о тебе беспокоится' нужно подправить, но это подождёт.

В любом случае, мне показалось, что если ты присоединишься, я могу быть уверен, что ты не будешь слишком серьёзно относиться к кружку биологии. Пожалуйста, присоединяйся! Вместе мы сможем найти Цутиноко*!

— Как это вообще относится к кружку биологии?

И так в свой первый день в школе Изая отказался от предложения…

Однако, заинтригованный ощущением, что что-то с человеком по имени Кишитани Шинра было не так, со следующего дня он начал концентрировать своё наблюдение на нём.

И конечно он расспросил учеников из одной с Шинрой начальной школы, чтобы больше узнать о нём, как о личности.

— А, я слышал об этой школе… эй, а вы с Кишитани-куном не вместе учились?

— Да, так и есть. О, Орихара-кун, а ты с Кишитани в одном классе?

— Ну, да.

— Он странный, согласен? Я вообще не понимаю, о чём он только думает.

До сих пор Изая не услышал о Шинре ничего, что превосходило бы его ожидания, но он всё равно продолжил:

— Я не очень хочу говорить такие унизительные вещи… но непохоже, чтобы у него было много друзей.

— Я бы сказал, что у него их вообще не было… Ну, хотя был Шизу-чан.

— Шизу-чан?

Звучало, как женское имя*. Изая подумал, что это, может быть, именно тот человек, который волновался о Шинре; о какой-то девушке парень как раз слышал несколько дней назад.

Но, как только его товарищ по школе сказал следующие слова, эта возможность отпала.

— С нами учился этот ужасный парень по имени Шизуо… В драке он мог побить кого угодно, и он так легко выходил из себя, что все держались от него подальше. Только Кишитани как ни в чём не бывало подходил к нему и говорил вещи вроде: «Дай мне хотя бы один раз вскрыть тебя!». Я его совсем не понимаю.

— Ясно. Странно, не то слово.

— Но этот ужасный парень хотя бы с Шинрой говорил нормально… но он был по-настоящему страшным. Он учительскими столами в людей кидался!

«Кидался учительскими столами?»

«А, он, наверное, имел в виду, переворачивал. Он так сказал, чтобы звучало более убедительно».

— Понятно. Спасибо. Этот парень, похоже, опасен. Надеюсь, его скоро арестуют, — Изая, сгорая от любопытства, поблагодарил мальчика и вышел из коридора.

У него даже в мыслях не было, что он будет снова и снова сражаться с этим 'страшным парнем' в будущем.

Потом Орихара продолжал жить так, как он это делал и в начальной школе, не переставая наблюдать за человеком по имени Кишитани Шинра…

Но в один день он кое-что понял.

Этому не было никакой причины.

Осознание пришло, словно внезапная вспышка света, как будто он только что заметил пропажу.

Изая понял, что они с Кишитани Шинрой были полными противоположностями.

Шинра не желал наблюдать за огромным разнообразием людей.

Грубо говоря, Кишитани Шинра, похоже, совсем не интересовался людьми.

И точно так же, как Орихара любил смотреть на разных людей...

...Шинра совсем ими не интересовался.

«Тогда что же это?»

«Чем он интересуется в этой жизни?»

В первый раз за всё то время, пока Изая наблюдал за людьми, он увидел в человеческом существе что-то 'другое'.

Понимание этого привело его к новому вопросу…

Больше, чем через месяц после церемонии открытия, он сказал Кишитани Шинре:

— Насчёт кружка биологии: я думаю, что смогу тебе помочь, если ты не против, что я буду Вице-президентом.

Почему Кишитани Шинре неинтересны люди? Ему хотелось это знать.

И ради удовлетворения этого извращенного желания, скрытого глубоко в его сердце…

...Средняя школа Райджин наконец-то увидела рождение первого клуба биологии в своей истории.

♂♀
12 лет спустя, Икебукуро, рядом с бассейном в Академии Райра

— …Так вот, похоже, братик Изая… наш брат опять что-то затевает.

— …Шок (Мне это уже так надоело)…

Бассейн Академии Райра и в летние каникулы был открыт для учащихся.

Две девушки, переговариваясь, создавали на воде рябь опущенными в бассейн ногами.

Их собеседник — прислонившийся к стенке мальчик — пробежался взглядом по помещению, снова посмотрел на их спины и заговорил:

— …Зачем вы мне это рассказываете?

Потом Куронума Аоба, тот самый мальчик, более открыто, чем при встречах с Микадо, продолжил:

— Зачем вы вообще меня сюда притащили?

Аоба, похоже, плавать не собирался. Вместо того, чтобы переодеться в плавки, он остался в летней куртке, надетой поверх расстёгнутой спереди чёрной рубашки с короткими рукавами. Парень держался на безопасном расстоянии, чтобы до него не долетали брызги из бассейна.

Однако Орихара Маиру плеснула к его ногам целую ладонь воды.

На её заметно натренированном теле был спортивный купальник. А на Курури было надето бикини с рисунком паутины.

Их купальники не были школьными, но, так как сейчас было лето, носить такие было не запрещено.

В здании Академии Райра было восемь этажей, и поэтому оно больше походило на университет. Как ни странно, бассейн располагался на шестом этаже. Стеклянная крыша позволяла ученикам заниматься здесь даже в дождливые дни, а из окон открывался вид на Икебукуро.

Летом, за исключением того времени, когда в бассейне тренировался Клуб Плавания, им могли пользоваться все студенты при предъявлении студенческого.

Судя по всему, тренировок сегодня не было. Ученики находились на дорожках и для соревнований, и просто для плавания, каждый по-своему извлекая для себя пользу из бассейна.

Курури и Маиру, конечно же, сидели и брызгались в зоне для плавания. Находившиеся поблизости ребята или присвистывали, увидев двух девушек в купальниках, или украдкой смотрели на них и тут же отводили взгляд.

Аоба скорее принадлежал к последней категории, но, в отличии от мальчиков из бассейна, он мог наслаждаться тем фактом, что сами девочки пригласили его сюда.

Но он всё ещё не понимал, зачем его позвали. Он только и мог, что с напускным спокойствием ждать от них ответа, и его ожидание обременялось облачёнными в купальники фигурами сестёр.

Тем временем, Маиру, улыбаясь, брызнула в Аобу ещё раз.

— Ну же, Аоба-кун, разве тебе не интересно, что затеял наш странный братец?

— …

От слов девушки Аоба едва заметно улыбнулся.

— Вот что я вам скажу: понятия не имею, о чём вы.

Для Куронумы Аобы их брат — Орихара Изая — был одним из глубоко презираемых врагов.

В прошлом он уже несколько раз сталкивался с Изаей. И после одного случая их вражда переросла в открытую стадию.

Он ни Курури, ни Маиру об этом не рассказывал, но они, похоже, уже кое о чём знали.

Аоба был удивлён, но никак не напуган этим фактом.

Всего четыре месяца прошло с тех пор, как он впервые заговорил с этими близнецами. Но у него уже были мысли на их счёт.

Если сравнить семью сестёр с любой другой, они практически не общались со своим старшим братом. Однако у них, судя по всему, была собственная информационная сеть, и они были весьма осведомлены о криминальном мире города, к которому принадлежал Аоба.

— Не надо от нас ничего скрывать. Всё в полном порядке. Братику Изае мы не скажем.

— Рассказывайте, если хотите. А вообще я думаю, что он и так всё знает сам.

Потом, осмотревшись по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости нет никого и его услышат только близнецы, он пробормотал:

— Хотя думаю, что в любой нормальной семье вас бы предупредили 'держаться подальше от Куронумы Аобы', если бы знали, что я за человек, Курури-чан, Маиру-чан.

— Когда ты так говоришь, кажется, что ты такой самовлюблённый, знаешь ли.

— Ты (Аоба-кун)…ожидания (ты такой интересный)…

Услышав их слова, Куронума снова вздохнул и мрачно ухмыльнулся:

— Простите, что-то я задумался.

— Ну, вообще-то мы хотели увидеть, что ты представляешь из себя на самом деле, но ненавидеть тебя за это не будем. Только не после того, как ты помог нам в таком грандиозном деле, Аоба-кун.

— Вы слишком хорошо обо мне думаете.

— Раньше здесь была девчонка, строившая планы поиздеваться над нами на секретном сайте Академии Райра, но она внезапно пропала из сети, или я не права?

Маиру с Курури посмотрели на Аобу снизу вверх, а тот тут же отвёл взгляд и попытался сменить тему.

— Ясно, не дотягиваю я до вашего уровня. …Так что же ваш извращённый старший брат собирается сделать на этот раз?

— Ах да, тот человек по имени Том-сан рассказал нам… Не знаю, кто это был, — цветная банда или босозоку — но он впутал в какое-то дело подружку их босса. Братик Изая всегда разгуливал с кучей девчонок. Он плейбой, что ли?

— Разврат (Какой он безнравственный)…

Услышав от девушек больше подробностей, Аоба задумался.

«Значит, дело в женщинах».

«Но стал бы этот Орихара Изая так открыто навлекать на себя гнев?»

«…Кажется, я не понимаю, на что мужчины готовы ради женщин».

«Не думаю, что он из тех, у кого увлечение женщиной отнимает возможность нормально соображать».

Пока парень отвлёкся на эти мысли, привлекательные близняшки продолжали резвиться в воде.

— Куру-нээ, у тебя грудь ещё выросла, что ли? В таком случае, ещё немного — и ты будешь как Сонохара-семпай, президент Клуба Искусств Кине или вице-президент школьного совета Юмикава-семпай!

— Нет (прекрати).

— Ты продолжаешь меня отталкивать, но в бассейн всё равно надеваешь бикини, Куру-нээ. Ты такая хмурая и одновременно такая сексуальная! Люблю тебя!

— …Смотрят (Здесь есть другие люди)…

Девушки переместились воду, и там продолжилось ощупывание и весёлые шутки. Аоба оставался неизменно спокойным, но всё-таки отвёл взгляд и покраснел.

— …Ну и на что же мне смотреть?

Поведение парня всё ещё было немного детским, как и его лицо. Аоба, сопротивляясь растущему в груди волнению, продолжил размышлять над сомнениями по поводу Орихары Изаи.

«Так вот».

«Я знаю, что он вернулся в Икебукуро».

«Если я расскажу Хейваджиме Шизуо, где его квартира, у меня хотя бы получится над ним поиздеваться, но…»

«Скорее всего, он просто сменит адрес и сбежит».

«Лучше я буду знать наверняка, где его найти, чем снова заставлю его исчезнуть без хорошей на то причины».

«И ещё, наверное, можно с уверенностью предположить, что он в курсе, что я знаю, где он живёт».

Аоба был уверен, что лучший способ оставаться бдительным — не сомневаться в компетентности своего противника.

«Стоит ли мне копнуть дальше?»

«Пока будет лучше держать Микадо-семпая подальше от всего этого…»

В то время, как парень впал в раздумья, на него обрушился сильный поток воды.

— Холодно же!

Промокла даже рубашка под курткой. Сначала ему было холодно, но потом стало теплее.

Повернувшись посмотреть, что происходит, парень увидел, как Маиру брызгается вытянутыми вперёд руками, словно маленькая девочка. Вот как ей удалось выплеснуть на Аобу столько воды.

— Ведёшь себя, как первоклашка!

Судя по тому, что никто не засвистел, она сделала это, пока не смотрели спасатели.

— Ахаха! Прости-прости! Ты такое страшное лицо состроил, что я просто не смогла удержаться!

— Только не надо мне этих 'прости'. Теперь у меня вся одежда мокрая. Ну и что мне теперь делать? Ну правда.

«Неужели по мне было так заметно, о чём я думаю», — думал Куронума, жалуясь Маиру на промокшие вещи, и сделал шаг в сторону девушки…

Но к его спине вдруг прислонилось что-то мягкое.

— Играем (Мы просто шутим)…

— Чего?

Рядом с его ухом послышался тихий, обольстительный женский голос.

Когда до него дошло, что голос принадлежал Курури, он, наконец, осознал, что девушка его обняла.

«А?! Чего?!»

«Курури-чан? Когда это она успела?!»

«Погодите, это мягкое ощущение на спине… только не говорите, что это…»

«Я что, попал в эротическую игру?»

«Эй, она что, ко мне прислонилась?»

«Так, спокойно, спокойно…»

Волнение и шок застыли на лице Аобы, пока он, падая в бассейн, обернулся назад…

А там он увидел Курури со спущенным пляжным мячом в руках.

«А».

«Пляжный мячик?!»

«Так значит, это всё-таки была не грудь Курури-чан».

«Не знаю, благодарить мне её или расстраиваться, но сначала — успокойся-ааааа...»

Не додумав фразу до конца, Аоба упал в бассейн прямо рядом с Маиру.

Парень в спешке нащупал дно ногами, девочка в очках усмехнулась, а Курури спросила:

— Порядок (Ты в порядке)?..

— Эй, вы, прекратите валять дурака! — похоже, в этот раз спасатель их заметил. По бассейну эхом прокатился его голос.

— Простите~!

— …Сожалеем (Нам очень жаль)…

— Ой, простите… хотя на самом деле мне не за что извиняться…

Когда все трое извинились, каждый по-своему, Куронума снял насквозь промокшую рубашку и положил её рядом с бассейном. Парень приоткрытыми глазами продолжал следить за Курури и Маиру.

— Если честно, не ожидал, что Курури-чан на такое способна.

— Когда мы подшучиваем над людьми, можешь считать нас одним человеком!

— Одним (Это точно)…

— Курури-чан, только не говори мне, что ты так воодушевилась только потому, что сейчас лето и мы в бассейне?

Вместо того, чтобы ответить на вопрос, Курури залезла в бассейн и с помощью сестры загнала парня в ловушку между ними.

— Погодите, с меня хватит, я ухожу отсюда.

Аоба, зажатый между двумя девушками, больше не мог этого выносить и попытался выйти из бассейна по лестнице. Однако его с обоих сторон схватили за руки и утащили обратно.

— Тебе же на самом деле это нравится, да? Куронума-кун, да ты же постоянно ходишь с такой кислой миной только чтобы крутым казаться!

— …Нравится (Это так мило)…

Одноклассники Аобы, в это время проходившие у бассейна, начали с завистью говорить о слабаке, которого донимают две девчонки.

— Эй-эй, Аоба, это ещё что такое? Ты что, правда встречаешься с этими двумя?

— А мне кажется, с ним просто играются.

— Да у Куронумы силёнок не хватит встречаться с девчонкой.

Чтобы скрыть зависть и горечь парни начали шутить над Аобой, и это помогло им успокоиться. Подружек у них, конечно же, не было.

Однако Куронума никак им не возразил, потому что всё, что они сказали, было правдой.

У нашего злодея, который создал “Синие Квадраты”, заискивал перед Микадо и в настоящее время что-то планировал с помощью Долларов, практически не было опыта общения с противоположным полом. Даже как с друзьями. Сейчас он понятия не имел, что делать с близняшками, которые взяли его в капкан.

Но одноклассникам, которые не знали настоящего Аобу, казалось, что этому бесполезному парню удалось закрутить роман сразу с двумя симпатичными близняшками.

Мальчики продолжили переговариваться, а Куронума ничего не мог сказать им в ответ.

— Но тогда я реально завидую этому маленькому придурку.

— Может, нам тоже пойти клеить девочек?

— Кстати, я слышал, что в прошлом году один наш семпай из Райры по всему городу клеил девочек, пока ему не надоело.

— А, в средней школе я его постоянно видел. Но я слышал, что он бросил учёбу.

— Что, правда?

— Да, он вроде бы сбежал со своей девчонкой.

— А я слышал, что он устроился на работу, чтобы накопить денег на свадьбу.

— В любом случае я ему так завидую. У него есть подружка!

— …Прекращай мне настроение портить.

Ребята, больше не обращая на Аобу внимания, опустили головы и направились в сторону раздевалки.

Проследив за ними, Куронума погрузился под воду и с силой выдохнул, охлаждая тело и разум.

Если бы он этого не сделал вовремя, плавающие рядом с ним девочки растопили бы сидящую в нём злобу.

♂♀
Где-то в Токио

— …Так вот, это меня так достало. Они обе такие милые. Я был готов спрятаться у Курури-чан на груди и послать всё к чертям.

— …Да я сейчас прибью тебя!

Услышав голос Аобы по телефону, высокий парень со скрипом сжал зубы и прокричал эти слова.

Однако голос Куронумы оставался неизменно спокойным.

— Я уже это от тебя сто раз слышал, Ёшикири. Но эти две по-настоящему сохнут только по Ханеджиме Юхею. И я скажу сразу, что они не просто его фанатки - они реально его любят. Не могу обвинять их в том, что они уверены в своих шансах, ведь они знакомы с его братом и всё такое.

— Аоба, урод… ты специально напомнил мне об этой знаменитости? Он же само олицетворение всех популярных парней этого мира! Ты так сказал просто чтобы позлить меня? Да?

— Попридержи свою злость к популярным парням до тех пор, как мы уничтожим Орихару Изаю.

— А что, этот Орихара Изая настолько популярен?

— Ещё со школы у него были девчонки-последователи, которые его, вроде как, боготворили. И более того! Курури-чан и Маиру-чан обращаются к нему “братишка” или “братик Изая”. Нужны ещё доказательства?

— …Замечательно, я всё понял. Так как ты смеялся, когда близнецы в бассейне обливали тебя водой, тебя я тоже убью.

— Похоже, смерти мне в любом случае не избежать.

Усмешка Аобы по ту сторону телефонной трубки ещё больше вывела парня по имени Ёшикири из себя.

— Значит, ты хочешь разозлить меня, потому что уже придумал предсмертное желание? Поэтому ты мне и позвонил? Да, как раз поэтому, я прав?

— Всё совсем не так. После ужина с Курури-чан и Маиру-чан я узнал кое-что о деле, которым Изая сейчас занимается.

— Ужин?! С двумя девушками?!

— Да, но сейчас не это важно. Послушай. В Токио есть одна странная группа наркоторговцев, “Рабы небесные”. Они ещё попали в заварушку с Авакусу-кай.

— …Никогда об этом не слышал. Так где вы ужинали?

— В Русских Суши. …”Рабы небесные” не очень-то светятся в Икебукуро, так что неудивительно, что ты о них не знаешь. Икебукуро по сути относительно безопасное место, а тот, кто обычно проверяет места, связанные с такими организациями, — Акабаяши из Авакусу-кай, он вроде как известен за ненависть к наркотикам.

— Понял. Значит, ты не принимаешь нелегальную наркоту и можешь позволить себе угостить двух девчонок ужином? Везёт же тебе.

— Нет, это они меня угостили. У этих двух откуда-то большая куча денег.

— 'Это меня угостили'! Чегооооо! Если бы вы разделили счёт — было бы совсем другое дело, но ты позволил двум девушкам купить себе суши? Жиголо хренов! 'Это меня угостили'! И ты ещё осмелился сказать мне это в лицо! Эээээээээ! Да я убью тебя! Умри!

— Знаю я, знаю. Значит, “Рабы небесные” — это и название наркотика, и группировки, которая ими торгует. Впрочем, это мои личные догадки. В любом случае, эти ребята, похоже, зачем-то копают под Орихару Изаю.

— …А ты об этом откуда знаешь?

— Один мой старый знакомый работает в клубе, который они сейчас используют как штаб-квартиру… Я спрашивал у него про Изаю, а он к слову упомянул об этом. Он говорил, что эти парни всегда собираются в одной и той же комнате и иногда выходят в клуб, чтобы накопать информации на Орихару Изаю.

— Погоди-ка. Если даже Аоба знает, где их найти, тогда якудза из Авакусу-кай уже давно должны были о них знать. Почему они с ними ещё не разделались? Может, их крышует другая группировка якудза?

— Не знаю, замешаны ли здесь другие якудза, но Авакусу-кай, наверное, думают, что сейчас не самое подходящее время. Среди этих ребят есть один по имени Шиджима… он учится в колледже, но похож на человека из богатой и влиятельной семьи с высоким положением в обществе. Сколько бы я не пытался, но найти информацию об их главе оказалось невозможно. Авакусу-кай могли бы просто поймать одного из его подчинённых и выбить нужные сведения. Они, наверное, просто ждут подходящего момента, чтобы выполнить работу как можно чище.

— Ясно. Так мы будем делать с ними что-нибудь?

— Просто присматривай за ними. Я не знаю, замешан ли в этом Орихара Изая, а если да, то как именно? Но сначала будет лучше закрепиться на своей территории. Разумеется, мы не можем оставить их действия незамеченными, так что организуй за ними постоянную слежку.

— Понял. Умри.

— Я вижу: ты больше вообще не понимаешь, что говоришь, когда желаешь мне умереть, Ёшикири… Но это не важно. В любом случае это правда, что в последнее время некоторые банды начали вести себя как-то непонятно. Я слышал, что остатки Жёлтых Платков тоже ведут себя немного странно.

— Это твой брат постарался?

— Нет… я не про Синих Квадратов, которые не так давно внедрились в их банду… я говорю о тех людях, которые с нами сражались в самом начале.

— А. Те парни. Это было на первом или втором году средней школы, да?

— Ты тогда уже дрался со старшеклассниками, Ёшикири. И почти никогда не проигрывал.

— Да это вообще была полная бессмыслица. Они были старше, но слабее. Старшинство теперь стало городской легендой, что ли?

— В этом случае слово старшинство не используется. Кстати, а я удивлён, что ты вообще это слово знаешь, Ёшикири. От кого ты его услышал? От бабушки?

— …Да я прикончу тебя!

— Твои угрозы убить меня всё менее и менее убедительны, Ёшикири. Я к ним так привык, что уже совсем не боюсь… Ну серьёзно, это всё, что есть в твоём словарном запасе, Ёшикири? Ты кроме 'я убью тебя' и 'старшинство' по-японски больше ничего не знаешь, что ли?

— !..

Телефон так сильно сжали, что он даже затрещал, а Ёшикири прокричал что-то совсем бессвязное.

Как только он закончил, сзади его окликнул какой-то мальчик.

— Эй, Ёшикири, дай мне телефон.

— …

— Я закончил. Теперь только один остался.

Услышав эти слова, Ёшикири стиснул зубы и передал мобильный только что говорившему парню…

И другой рукой тут же остановил стальную биту, летевшую к нему со стороны .

— Алло? Я это, я. Отправь мне немного денег.

Аоба ровным тоном ответил на подкол парня:

— А, Гин. Куда пропал Ёшикири?

— Пошёл добивать последнего.

Мальчик по имени Гин наблюдал, как Ёшикири выбивает бандиту передние зубы каблуком ботинка.

— Этот парень — нечто. Каким образом он умудряется драться и болтать по телефону одновременно?

Когда Гин снова посмотрел на драку, он увидел, что у ног Ёшикири, без сознания или воя от боли, валяются ещё несколько парней. Судя по всему, он, разговаривая с Аобой по телефону, дрался со всеми этими людьми одной рукой, ногами и лбом.

— Ну правда, а мне всего с тремя пришлось попотеть. В любом случае ни мне, ни Ёшикири не пришлось недавно драться со сталкером. Этот сталкер хорошенько избил нескольких наших ребят из Синих Квадратов. Позор, какой позор.

— Не говори так. Этот сталкер был гораздо сильнее, чем мы думали. Мне, вообще-то, больше интересен тот парень из Жёлтых Платков, который двоих наших ребят уложил.

— Ну, это тоже довольно неприятный инцидент, ведь мы проиграли двое на одного. Позор для наших ребят — позор для нас, не так ли? Мне так стыдно, что сегодня нам пришлось сражаться на полную. И Ёшикири чувствует то же самое. Я думал, что мы сегодня за пару минут справимся, ведь я позвал наших лучших людей, но братья Нитари* сказали, что хотят посмотреть какое-то аниме, Неко* со своей подружкой, а Ходжо спит, так что нам пришлось самим с этими ребятами разделаться, если ты не в курсе.

На земле у ног Гина растянулось несколько мужчин. У парня была повреждена голова. Из его виска сочилась кровь.

Из трубки, перепачканной кровью Гина, послышался голос Аобы:

— Ну, Ёшикири хорошо дерётся, хоть и думает не очень. Всё, что он мне говорил по телефону, может уместиться в одной фразе: «Я убью тебя».

— Что? Ты ему что-то сказал, Аоба?

— Я рассказал, что ходил вместе с Курури-чан и Маиру-чан в бассейн.

— Умри, слышишь. Просто умри. А ты почему не здесь?

Аоба засмеялся, а Гин задал ему прямой вопрос.

— Я умру. Я же человек всё-таки. Хотя я бы хотел дожить до восьмидесяти.

— Посмотрим, останешься ли ты в живых через 80 секунд. Заткни свой рот.

— Почему это все Синие Квадраты так огрызаются?

— Скажи спасибо, что мы с тобой вообще тусуемся. Если бы не мы, то ублюдок вроде тебя превратился бы в никому не нужного уголовника.

Услышав это злобное замечание, Куронума, будто специально пытаясь вывести Гина из себя, ответил:

— В школе я не показываю своего истинного лица, так что друзей у меня довольно много.

— Что, правда? Теперь-то я понял. Умри. Или, как там на английском, S-H-I-N-E*!

— Ты же всё равно сказал по-японски. SHINE по-английски значит “сиять”.

— Я приказал тебе устроить внутри себя ядерный взрыв, излучить как можно больше света и умереть. И взорваться наконец, придурок.

Гин продолжал вести себя, как первоклассник, а Аоба тем временем, зная, что остановить товарища уже невозможно, со всей серьёзностью вернулся к теме разговора:

— …Ну что, как там у вас дела? С Микадо-семпаем всё в порядке?

— Да, он жив. Но, честно говоря, боец из него никакой. Он отключился ещё посреди заварушки, так что я отнёс его в фургон поспать. Он почти так же плох, как ты или Ятсуфуса. Понятия не имею, почему он так хочет лично присутствовать на чистках Долларов. Он же вроде бога в портативном храме, так что должен просто стоять позади и улыбаться нам.

— Нет, вообще-то… Не думаю, что сам смог бы победить его в бою.

Аоба радостно рассмеялся и пробормотал себе под нос:

— Потому что я понятия не имею, каким Микадо-семпай в нём может оказаться.

♂♀

Повесив трубку, Аоба посмотрел на шрам на левой ладони и пробормотал:

— Мне не терпится узнать, как всё сложится, Микадо-семпай.

В то же время, парень вспомнил, о чём они недавно говорили с Гином.

— …А что, если бы со мной действительно никто не захотел общаться? И думать об этом не хочу.

Перед глазами у Куронумы возник образ мужчины, чьи сёстры ему немного нравились, — к нему он ничего кроме враждебности чувствовать не мог.

— Потому что я ни за что не хочу становиться таким, как этот чёртов ублюдок.

Сузив глаза, Аоба закрыл телефон и задумался.

«Кстати, раз уж я вспомнил о приятелях, интересно, какие отношения между тем подпольным доктором и Изаей?»

Когда парень ходил поговорить со Всадником без Головы, мужчина в белом халате прижал к его шее скальпель. Тогда этот человек показался ему опасным.

— Ты очень похож на Изаю.

Аоба вспомнил, с каким лицом доктор говорил ему эти слова. Он продолжил раздумывать дальше.

«…»

«Они просто друзья? …Да быть такого не может».

Ему было очень интересен этот вопрос, так что он провёл небольшое расследование.

И нашёл он...

...Запись о том, что в средней школе Орихара Изая ранил Кишитани Шинру — подпольного доктора — ножом в бок, что вылилось в серьёзные повреждения.

«Да любой бы подумал, что этот доктор ненавидит его или считает врагом…»

«Но, судя по слухам, они и в старшую школу вместе ходили…»

«Так какие же у них всё-таки отношения?»

♂♀
12 лет назад, на летних каникулах, в кабинете биологии Средней школы Райджин

— Ну же, у меня на ваш счёт большие ожидания, Господин Вице-президент!

Когда Шинра похлопал его по плечу, Изая мрачно улыбнулся и ответил:

— Так, короче говоря, ты сам ничего делать не собираешься… да?

— Ну конечно же собираюсь! По крайней мере, я буду здесь, чтобы поднимать тебе настроение!

Шинра сел на вращающееся кресло кабинета биологии и закрутился, играя с ним, словно с игрушкой.

Они всё-таки основали вместе Клуб Биологии и теперь использовали для своих нужд кабинет одноимённой дисциплины.

Шинра был президентом клуба, а Изая — вице-президентом.

Подавляющую часть их работы занимало выращивание растений. Однако, так как большинство этих растений были плотоядными, они едва ли могли понравиться большинству людей. Остальные относились к этим растениям или с любопытством, или с некоторым пренебрежением. Практически никто в клуб вступать не хотел.

Количество работы с растениями, которые и так не требовали особого ухода, стало совсем незначительным, когда она была разделена между несколькими чудаками, вступившими в клуб вскоре после его создания. Всё получилось именно так, как того хотели Шинра и Изая. Чтобы быть уверенными в своём успехе, они даже выбрали неприхотливые виды растений.

И поэтому члены кружка биологии уходили домой чуть ли не раньше всех, уступая только тем, кто вообще не участвовал ни в какой активности. Их ящики с зеленью и клумбы были у всех на виду, так что вряд ли кто-нибудь подумал бы, что в клубе биологии практически ничего не делают.

Однако незадолго до начала летних каникул их куратор сообщил, что на ежегодном культурном фестивале для кружка биологии заготовлено место:

— Ведь вы же хотите что-нибудь показать своим школьным приятелям? Чем быстрее вы придумаете, тем лучше.

Им бы и так пришлось ходить в школу, чтобы заботиться о растениях, но Изая вызвался делать за остальных почти всю работу. (В отчётах для школы, конечно же, они всё равно писали, что обязанности разделены между не очень увлекающимися членами клуба).

Сегодня был первый день каникул. Ребята планировали устроить собрание, которое сам Президент почтил своим присутствием, но немногочисленные товарищи по клубу, похоже, с самого первого дня отдыха и не собирались утруждать себя походами в школу.

— Тогда, ребят, оставляю всё на вас, — сказав эти слова на церемонии закрытия или Шинре, или Изае, они разошлись кто куда и сегодня не появились.

— Никто из остальных сегодня не придёт, а это значит, что всё будем решать только мы. А я подумал, что все решения лежат на вице-президенте, так что на самом деле право голоса есть только у тебя. Превосходно!

— И то верно. Тогда, если ты вдруг умрёшь, я прослежу за разложением твоего тела и предоставлю исследование на Культурном Фестивале.

Эти слова будто принадлежали какому-нибудь маньяку-убийце. Но, если не обращать на это внимания, провести такое исследование самостоятельно в Японии было невозможно. Впрочем, насколько Изае было известно, такая наука действительно существовала. В мире даже были специальные центры для наблюдения за изменениями трупов в различных экосистемах.

«Да, думаю, такие вещи называются…»

Изая уже начал копаться в своей памяти, как Шинра, будто желая сохранить ему время и нервы, кивнул и проговорил:

— Ага, учёные из исследовательского центра в университете Теннесси ставят такие эксперименты. Они это называют “Фермой трупов”, не так ли? Пожертвованные тела они помещают в самые разнообразные природные условия и собирают данные об особенностях разложения или поглощения насекомыми. Полиция, в свою очередь, использует полученные от них данные для проведения судмедэкспертизы: для установления времени убийства, например.

Шинра болтал без остановки, а Изая не мог не поражаться ему.

— …А ты много всего знаешь.

— Это потому что мой папа работает исследователем в Небуле. За обедом он всегда рассказывает мне о таких вещах.

— За обедом?.. Не удивительно, что твоя мама разлюбила его и развелась.

— Ты всё ещё помнишь такие вещи из моей речи — это впечатляет.

Даже когда о его семье говорили с некоторой иронией, Шинра не прекращал ухмыляться.

С неизменной улыбкой на лице он задал Изае странный вопрос:

— Но что если… оно не подвергнется разложению?

— Чего?

— Я сейчас не об омылении говорю. Если тело никогда не разложится, оно сможет вступать в контакт с людьми?

«Он что, рассказывает мне сейчас какую-то крупную тайну?»

В какой-то момент Изае даже показалось, что сейчас одноклассник расскажет ему о своей некрофилии или другой ужасающей склонности. О таких вещах Орихаре было бы интересно послушать.

Поэтому он молчал и ждал, пока Шинра продолжит.

Тот же, в свою очередь, совсем не тянул на человека, готового признаться в чём-то важном. Парень ровным тоном продолжил:

— …Представь себе, что существует прекрасное, великолепное тело женщины, чьё сердце перестало биться.

«Так значит, он действительно некрофил?..»

Наконец-то он узнает о странностях этого парня, который с первого дня своим поведением не давал ему покоя — так думал Изая, с надеждой слушая Кишитани…

...Но такого ответа от парня Орихара немного не ожидал.

— Это тело никогда не подвергнется разложению. Оно просто пленяет тебя своей невероятной красотой. Но, так как общаться с телом невозможно, она никогда не сможет ответить тебе взаимностью, если ты полюбишь её, не так ли? Она же всего-навсего тело.

— Ну, нет, конечно же. Но если у тебя с воображением всё в порядке, ты всегда сможешь применить на ней чревовещание.

— А что если это тело может двигаться?

— …Чего? Ты про зомби, что ли? — на внезапный вопрос Шинры Изая смог ответить только так. Тот, однако, с серьёзным видом покачал головой.

— Всё равно будет неуместно называть её зомби, ведь они всё-таки немного разлагаются… В любом случае представь, что это тело может двигаться без всяких следов разложения… Другими словами, представь, что вместо разлагающегося трупа оно становится никогда не разлагающимся зомби… Можно ли будет с ней взаимодействовать… или, другими словами, любить её?

— О чём ты вообще говоришь?

— Что, если зомби послушная и не ест мозги или плоть людей? Что, если эта зомби умна, как собака, и понимает, что ей говорят люди? Что, если эта зомби может нежно тебе улыбаться? Что, если зомби может нормально общаться с людьми и шутить несмотря на то, что её сердце не бьётся? Как думаешь?

Президент кружка биологии, всё продолжая и продолжая говорить, похлопал горшок, в котором было посажено плотоядное растение.

Его спокойные слова совсем не были похожи на шутку, но они были настолько невероятны, что их просто невозможно было воспринимать всерьёз.

— …Красивая зомби, которая не разлагается и даже умеет шутить… А разве это не просто особый вид человека, способный двигаться без сердца… я полагаю?

— А что, если у этой зомби отсутствует верхняя часть тела? Что, если она, покачивая своей соблазнительной талией, пишет на бумаге стройными ногами для связи с людьми?

— Такое существо с трудом назовёшь человеком, но…

Изая понятия не имел, о чём говорит Шинра. И не знал, как ему реагировать на всё это.

Едва ли когда-нибудь он чувствовал себя настолько выбитым из колеи из-за слов или действий людей. То, что только что сказал этот мальчик, просто сбивало его с толку.

Что-то в этом парне по имени Кишитани Шинра существенно отличало его от всех людей, которых Орихара встречал раньше.

К такому выводу Изая пришёл за последние несколько месяцев.

— А полюбить зомби, у которой от тела осталась только нижняя часть, - это ненормально?

— Думаю, если считать это крайней формой фетиша на ноги, всё в порядке.

— Понятно! Никогда об этом не думал, — восхищённо воскликнул Шинра.

Изая, в свою очередь, так и не смог понять, что в его саркастичном комментарии так поразило одноклассника.

— Если любить людей нормально, а любить что бы то ни было ещё — нет, тогда где же стоит провести грань? Хотя думаю, что любить кошек, собак или других питомцев как членов семьи — это немного другое.

— ?..

— Вот представь, что мы провели черту между любовью к живым и мёртвым существам. Как ты думаешь, нормально ли полюбить существо, не живое и не мёртвое, которое не человек, но практически им является?.. Вот что я пытался тебе объяснить. Как понять, где предел допустимого? Думаю, что каждый человек ответит по-своему...

Уже какое-то время летавшая по комнате муха подловила момент и подлетела к выстроенным в ряд горшкам с хищными растениями. Как только насекомое село на венерину мухоловку, раскрытые листья, словно створки раковины моллюска, захлопнулись, заключив его в своей зелёной темнице.

Шинра, понаблюдав за происходящим, устремил свой взгляд куда-то вдаль и продолжил:

— Так же и с этими плотоядными растениями. Если бы они могли общаться с людьми с помощью, к примеру, телепатии, наступило бы между ними понимание? Были бы странными любовь к таким растениям или желание с ними подружиться?

«…»

«О чём. Он. Вообще. Говорит?»

Изая, теряясь в догадках, пытался сохранять спокойствие…

И, наконец, у него появились кое-какие мысли на этот счёт.

«Ни живая, ни мёртвая…»

«Он что, про персонажа манги мне сейчас рассказывает?..»

«Всё понятно. Значит, он влюбился в девушку, которая существует только в аниме?»

«Если это действительно так, тогда зомби без верхней части туловища — слишком уж странная аналогия».

— Да, я тоже не вижу здесь никакой проблемы. Особо увлекающиеся растениями люди даже дают им имена. Не знаю, сколько из них любят растения так же, как любили бы лиц противоположного пола, но, думаю, ты волен любить что угодно, пока твоя любовь не причиняет никому вреда.

На самом деле, Изае нравилось наблюдать, как люди причиняют кому-либо боль из-за любви. Однако отвечая на вопрос Шинры так, как любой другой человек ответил бы, парень запрятал эту свою особенность подальше.

Но сидящий перед Орихарой мальчик в очередной раз умудрился превзойти все его ожидания.

— Я буду любить, даже если для этого мне придётся ранить других.

— Эй, эй, да что же ты, всё-таки, так хочешь любить?

Получив от Шинры этот резкий и недвусмысленный ответ, Изая вздохнул и загадочно ухмыльнулся.

«Кишитани Шинра. Как я и думал…»

«Он немного ненормальный».

«Он даже не обращает внимания на людей».

«Он абсолютно отличается от меня, да и от всех остальных тоже».

«Люди его совсем не интересуют».

«Но это всё равно ничего не объясняет».

«Он не презирает людей и не смотрит на них свысока. Он не питает ненависти к этому миру. Людьми он не интересуется вовсе не поэтому».

«Для них в его голове просто-напросто нет места».

«Он настолько поглощён чем-то, что весь род человеческий отошёл на второй план».

«…Что же это?»

«Чем же он так увлечён?»

«Сейчас я и представить не могу, что это такое».

«Если это героиня манги или фильма… это я ещё понять смогу. Много кто ими увлекается…»

«Но я не думаю, что Шинра из таких людей…»

Кишитани, заметив, что мысли Изаи были где-то далеко-далеко, пренебрежительно помахал рукой.

— Ой, совсем не обязательно так много думать над тем, что я сказал про причинение боли другим людям. Это просто словесный оборот такой. В любом случае я надеюсь, что ты будешь ухаживать за растениями. Я и сам буду заниматься этим пару раз в неделю.

Когда Шинра сменил тему, Изае ещё больше захотелось расспросить его подробнее. Однако, всё ещё уверенный в своей позиции держаться от остальных “не слишком близко, но и не слишком далеко”, от вопроса в лоб он воздержался.

«У меня ещё будет на это время».

«Я буду узнавать правду медленно, понемногу».

И на этом Изая, сумев выдавить из себя свою добродушную повседневную улыбку, пожал плечами и сказал:

— Конечно, конечно. Если вместо того, чтобы сидеть дома, ты регулярно будешь приходить сюда и всё проверять, то волноваться будет не о чем.

— Думаешь? Ну, если бы у меня был выбор, я бы предпочёл остаться дома вне зависимости от обстоятельств. Но если моя семья заподозрит, что я не уделяю кружку достаточно времени, то проблем не оберёшься.

— Конечно не оберёшься. Ну, ты бы мог взять растения на дом, чтобы притворяться, но их слишком много.

Посмотрев на расставленные на подоконнике горшки, Изая снова пожал плечами.

Шинра, будто осознав, что он слишком много рассказал о чём-то важном в своей жизни, засобирался домой.

— Ну, тогда я пошёл. Я приду сюда в пятницу, чтобы полить цветы, так что если тебе что-нибудь понадобится раньше, звони.

— Да без проблем. Тогда до пятницы я буду наслаждаться титулом Короля Кабинета Биологии.

— Опасайся гильотины. Мне кажется, что таких как ты, если не проявлять должной осторожности, чернь запросто может свергнуть, Изая.

— Как подло с твоей стороны.

«Хоть ему совсем не интересны люди, он прекрасно в них разбирается».

«Потому что в этом я и сам с ним согласен».

Пока Изая, подвергшись самоанализу, мысленно представлял себя в плохом свете, Шинра быстро покинул кабинет.

Кишитани радостно улыбался, словно первоклассник, наконец отправляющийся в такую желанную школьную поездку.

Вероятно, дома его ожидало нечто очень желанное.

«Ну и странный же парень».

«Я просто продолжу наблюдать за ним дальше».

«Но мне надо быть осторожным. Подбираться к нему слишком близко может быть опасно».

Изая уставился в потолок и усмехнулся себе под нос, мысленно ещё раз подтвердив ненормальность человека по имени Кишитани Шинра.

— Король Кабинета Биологии… да уж.

Изая повторил титул, которым сам себя и наградил, и тихо пробормотал:

— Это как раз начинает мне подходить.

Через месяц, однако…

Правление Короля Кабинета Биологии завершится самым неожиданным образом.

За нанесение ножевого ранения Кишитани Шинре, президенту, его возьмут под стражу — такого Изая даже в самых смелых фантазиях не мог предположить.

♂♀
12 лет спустя, спортивный клуб Ракуэй

— Это был твой брат?..

Маиру, одетая в чёрную форму для каратэ, без остановки нанося удары по боксёрской груше, ответила на вопрос Авакусу Акане:

— Ага!.. Киия! Тот, который, вышел из… машины! До того, как ты… села в неё! Акане-чан... это был мой старший… брат! Орихара… Изая!

Каждый раз, когда девушка делала паузу, она била по груше по-разному. От соприкосновения груши с её ногами в зале раздавались тяжелые, глухие звуки ударов.

— Изая?

Услышав это имя, Акане тут же впала в раздумья.

— Хм? Слышала это имя раньше? Страшные дяденьки из Авакусу-кай обсуждали его при тебе?

— Нет, просто я знаю кое-кого с таким же именем.

Как только Акане сказала эти слова, Маиру прекратила тренировку. Одной рукой придержав раскачивающуюся грушу, девушка спросила:

— Правда? Изая — очень редкое имя… а ты уверена, что это был не переодетый братик Изая?

— Нет, мой знакомый ещё более худой, чем твой брат, сестрёнка Маиру… И он сказал, что Изая — это не его имя, а фамилия.

— Правда? Я рада, что это не мой братец. Знаешь, на твоём месте я бы держалась от него подальше.

Дальше Маиру решила не продолжать, потому, видимо, что ей не очень уж было и интересно. Через какое-то мгновение она снова начала бить по груше.

Акане, в свою очередь, задумалась о человеке по имени 'Изая'.

Она вспомнила, как познакомилась в сети с женщиной по имени Накура. Мужчина, представившийся Изаей, уверил её в том, что он друг той женщины, и посоветовал Акане сбежать из дома.

Ещё он рассказал ей про Хейваджиму Шизуо и дал тот злосчастный электрошокер. Теперь же этот человек казался девочке довольно странным.

Но Акане никогда не упоминала имён Изаи и Накуры при ком-либо из Авакусу-кай, даже при отце. Если бы они узнали, что эти две личности приложили руку к её побегу из дома, они бы, скорее всего, сделали бы с ними что-нибудь жестокое, пока девочка не видит. Она не могла позволить, чтобы с ними так поступили.

Поэтому, как бы члены Авакусу-кай ни расспрашивали Акане, она не раскололась. Но теперь девочка, наконец, поняла, что в той парочке всё-таки было что-то подозрительное.

«После всего, что случилось, Накура-сан мне так и не написала…»

И, несмотря на это, Акане всё ещё молила небеса, чтобы эти два человека не попались Авакусу-кай.

«Интересно, как они поживают».

♂♀
Где-то в Токио, в машине

— Так значит, вы подозреваете этого Орихару, Господин Шики?

На вопрос молодого водителя Шики ответил с заднего сидения ровным тоном:

— …Нет, это просто предчувствие. Доказательств у меня, по сути, нет.

— Но он так был таким беззаботным, когда встретился вчера с Мисс Акане… А Мисс Акане вела себя так, как будто видит его впервые.

— Действительно. Но, даже если он и приложил руку к побегу Мисс из дома, он бы ни за что не показался ей лично. Вчера я и правда просто подвозил его перед тем, как забрать Мисс.

Голос Шики оказывал на собеседника значительное давление; мужчина говорил так, чтобы свести всякое проявление эмоций к минимуму.

После этого он замолчал и, похоже, не собирался озвучивать свои мысли дальше.

Поняв это, молодой водитель сменил тему:

— Вы действительно думаете, что этот Орихара что-нибудь раскопает об “Амфисбене”?

— Я не сильно от него чего-либо ожидаю, но не буду его недооценивать. Его информационная сеть всё-таки отличается от нашей.

— А разве нельзя просто отобрать у него эту информационную сеть?

Водителю, похоже, было очень интересно узнать об Изае; даже сменив тему, он не прекратил о нём спрашивать. Но в ответ Шики лишь покачал головой и устало проговорил:

— Если бы эта его информационная сеть была такой простой, я бы давно это сделал. На угрозы он тоже не поддаётся. Но если его убить, то информационная сеть просто развалится. Использовать его по полной — наиболее правильный вариант… хотя я бы сказал, что это второй наиболее правильный вариант.

Будто опровергая только что сказанные слова, Шики задумался. Через несколько секунд мужчина продолжил, словно остерегая водителя:

— …Возможно, Авакусу-кай будет лучше прикончить его, пока есть такая возможность, вместо того, чтобы использовать. Но сейчас слишком рано принимать такие решения — вот как сложно вести с ним дела.

— Я уверен, что для вас, Господин Шики, он не проблема.

— На твоём месте я не был бы так уверен. Я слышал, что он работает и на Медей Груп тоже. Чтобы убить его без разрешения от Медей Груп у Авакусу-кай должна быть очень хорошая на то причина. Возможно, чтобы сделать это, нам придётся убедить их, например, в том, что “он играет с огнём, способным их погубить”.

Вероятно, Шики хотел пошутить, но водитель невольно вздрогнул, будто ему в спину всадили сосульку. Больше он вопросов об Изае решил не задавать.

Шики, в свою очередь, тоже замолчал, задумавшись о произошедшем на Золотой неделе.

«Самый большой вопрос — Хейваджима Шизуо».

«Зачем он пришёл в квартиру, где только что убили наших подчинённых?»

На Золотой неделе Авакусу Микия — Молодой Глава Авакусу-кай — приказал 'наёмникам' Слону и Вороне прикончить закравшихся в их организацию шпионов. Всё шло по плану до тех пор, пока на место убийства не заявился Хейваджима Шизуо, что привело ко всей той неразберихе с охотой Авакусу-кай на Шизуо по всему городу.

«Я совсем не удивлюсь, если Орихара Изая знал, какую 'работу' поручили Слону… Даже если это не Слон сам ему рассказал, Изая мог попросить кого-нибудь проследить за ним или использовать на нём прослушку».

«И, как только Слон закончил ту 'работу' для Авакусу-кай, он заманил Шизуо на место преступления…»

«…И всё же… он никак не мог этого сделать, если не знал, на какую именно работу был нанят Слон».

«Наверное, будет правильней предположить, что у него со Слоном есть не только рабочие связи».

«Никогда нельзя всецело доверять Орихаре Изае».

Шики всё продолжал думать. Но водитель, похоже, больше не мог выносить тяжести повисшего молчания.

Он посмотрел на начальника через зеркало заднего вида и сказал следующее:

— А как обстоят дела с другой группировкой? Я имею в виду тех, кто попал в переделку с Акабаяши-саном.

— А… мы уже узнали, кто у них главный. Но отец и дед этого парня — большие шишки в Токио… Если мы их разозлим, то нам придётся иметь дело с людьми не только из Медей Груп.

— Тогда что нам делать?

— Честно говоря, если эти ребята из “Рабов небесных” и “Амфисбены” в гонке за лидерством переубивают друг друга — это будет для нас лучшим из возможных вариантов.

После этого Шики замолчал, додумав остальное про себя.

«И, чтобы всё было именно так, мне придётся подождать, пока Орихара Изая соберёт нужную мне информацию… Вот уж неприятное стечение обстоятельств».

♂♀
Где-то в Токио, на крыше высотного дома

— Привет, курьер. Хорошо провели вчера время с Шинрой?

Даже не представляя, какое недовольство он вызывает у Шики, своего клиента, Изая поприветствовал Селти привычной улыбкой.

Женщина же, и не пытаясь скрыть раздражения, напечатала на КПК следующее:

[И что ты хотел сказать этим 'хорошо'? Прекрати представлять, как проходит личная жизнь у других.]

— А это было грубо. “Он так говорит только потому, что считает нас с Шинрой милой парочкой” — вот какая у тебя должна была быть реакция на мои слова.

[Довольно. Я всё знаю.]

— О чём же? — беззаботно спросил Орихара.

Селти тут же ткнула КПК ему в лицо.

[О шраме у Шинры на боку.]

— …

[Он мне обо всём рассказал.]

— Ну конечно же, он рассказал только тебе. Никому другому он об этом и не заикнулся, даже в старшей школе.

Изая, будто пребывая в небольшом потрясении, покачал головой. Но когда Селти заметила, что улыбка не пропала с его лица, ей показалось, что он в какой-то степени предвидел такой поворот событий. Улыбка этого человека только укрепила мнение женщины о нём.

[Тебе нельзя доверять.]

— И что ты сделаешь? Откажешься работать на меня?

[Нет, я имела в виду не это. Не имеет значения, что произошло в прошлом, ты всё равно один из немногих друзей Шинры.]

— Друзей, говоришь… Но ты действительно думаешь, что Шинра считает Шизу-чана или меня друзьями? — усмехнувшись, проговорил Изая.

Селти тут же задала ему вопрос:

[Что ты имеешь в виду?]

— Люди его просто не интересуют. В этом огромном мире ты единственное существо, на которое он по-настоящему 'смотрит'. Даже если Шизу-чан и я относимся к нему, как к другу, для него мы всё равно остаёмся, в лучшем случае, на второстепенных ролях. При любых обстоятельствах ты останешься для него самой важной в жизни. Думаю, он хорошо относился к нам с Шизу-чаном только из-за того, что ты как-то сказала что-то вроде «Ты должен ценить своих друзей».

Дослушав Изаю, Селти на какое-то время прекратила печатать.

Да, в прошлом она действительно часто говорила Шинре подобные вещи.

Ради любви Кишитани даже оказал помощь Фармацевтической Компании Ягири.

«Он даже мне может соврать, чтобы быть вместе со мной».

Но, в конечном счёте, в ту же самую ночь, как женщина узнала об его лжи, она полюбила его.

Сейчас, подумав об их отношениях, женщина вспомнила, каким человеком был Шинра. Плечи Селти опустились, как от тяжёлого вздоха, и она продолжила печатать дальше:

[…Не могу сказать, что полностью с тобой не согласна. Он не из тех, кто проводит чёткую грань между добром и злом. Сложно сказать, что он когда-либо ощущал нормальные дружеские чувства по отношению к тебе или Шизуо.]

— Не то слово, ты согласна?

[Но 'нормальные дружеские чувства' — само по себе крайне сомнительное понятие, не правда ли?]

Селти прекрасно знала, каким был Шинра…

Но она по-прежнему не могла справиться с раздражением, когда Изая нелестно отозвался об её возлюбленном.

[Тогда, если ты сам считаешь человека другом только тогда, когда он предпочитает тебя остальным, неужели твоё понятие о дружбе не такое же искажённое?]

— Маленькая поправочка. Я каждое человеческое существо в этом мире по определению считаю своим другом, любовником и частью семьи… кроме Шизу-чана, конечно же.

[Тебя интересуют все люди. Шинру же не интересует ни один из них… И мне всё равно кажется, что Шинра куда нормальней тебя.]

Хоть Селти и хотелось как можно быстрее перейти к обсуждению работы, она не смогла удержаться и ответила на провокацию Изаи.

У того, однако же, на этот счёт было своё мнение. Раскинув руки, он ответил:

— Шинра нормальнее меня? Не то, чтобы я хочу его оскорбить или ещё чего, но раз уж он рассказал тебе о том шраме, я полагаю, что нормальным его назвать язык не повернётся, да?

[Возможно.]

— Вне всяких сомнений, с ума его свела именно ты, не так ли? Даже если ты и не хотела этого, Кишитани Шинра полюбил дюллахан — нечто нечеловеческое, нечто более возвышенное… ну, по крайней мере, он так думал сам. Поэтому-то он и считал, что люди недостойны его внимания, согласна? Потому что он узнал о твоем существовании.

Эти слова будто были предназначены для того, чтобы выбить Селти из колеи. Однако женщина сохранила спокойствие и продолжила печатать, не уклоняясь от темы:

[Да. Мне прекрасно об этом известно. Не думаю, что хоть как-то похожа на тот идеал, что он себе вообразил, но я согласна, что он стал таким ненормальным именно из-за меня.]

— Так что ты собираешься делать?

[А что мне остаётся? Я останусь с ним до самого конца, конечно же.]

Ответ Селти был прямолинейным.

Изая отвёл взгляд немного в сторону и саркастично подметил:

— Это ты себе так представляешь искупление? Если продолжишь так защищать Шинру, то он станет ненавидеть людей ещё больше… Хотя я бы не сказал, что именно ненавидеть… Из-за тебя люди будут заботить Шинру ещё меньше, чем сейчас.

[Возможно. Но я… я не хочу оставлять его. После того, как на него напали, я в очередной раз в этом убедилась. Поэтому я никогда не прощу нападавшего. По этой причине я и приняла твоё подозрительное предложение.]

— …

[Я люблю Шинру, равно как и он любит меня.]

Когда Изая прочитал эту строчку, уголки его губ изогнулись в ухмылке. Пожав плечами, он ответил Селти:

— Меня это несколько смущает. Как это ты можешь говорить такие вещи без тени смущения? Это потому, что ты более человечна, чем люди, или же потому, что всё как раз наоборот? …Впрочем, всё равно. Ты чудовище, а чудовищами я не интересуюсь.

[Давай, говори всё, что угодно.]

— Мне больше нечего сказать.

Изая подошёл к ограждению крыши и взял в руки одну сумку.

— Тогда лучше поговорим о работе.

♂♀
Через несколько минут

Курьер в чёрном гоночном костюме покинула здание. Она погладила сидение своего Чёрного Мотоцикла.

В руке она держала чёрный кожаный чехол для ноутбуков. Похоже, именно его ей доверил Орихара Изая.

Мужчина, следивший за каждым шагом гонщицы из-за торгового автомата, проговорил в телефонную трубку следующее:

— Это Чёрный Мотоцикл. Ошибки быть не может.

В ответ из трубки послышался сдержанный мужской голос:

— Значит, он всё-таки связан с Орихарой Изаей.

— Шиджима, что именно тебе сказал Кумои-сан?

— Ему интересно, что именно Орихара Изая попросил его перевезти, но я уверен, что он проводит расследование насчёт “Амфисбены”. Возможно, он уже о кое о чём догадался.

— Так что нам делать? Просто подождать и понаблюдать, как всё пойдёт?

— …Нет. Если мы не начнём действовать, Авакусу-кай может разделаться с “Амфисбеной” ещё до того, как мы захватим их сеть. Тогда наши действия потеряют всякий смысл.

Шиджима и другие ребята из “Рабов небесных” узнали о существовании “Амфисбены” только после встречи с Акабаяши, ставшей для них катастрофической.

Один из их клиентов посещал подпольные казино “Амфисбены”, и они попытались внедрить в эти казино несколько своих людей.

Однако через несколько встреч в этих заведениях, ни один из них не получил приглашения на следующее.

«Они нас заметили», — такой вывод сделал Шиджима.

Тот самый клиент, что рассказал им об “Амфисбене”, тоже перестал получать приглашения. Этот человек обвинил во всём “Рабов небесных”, но прекратил, как только они пригрозили ему прекратить поставки наркотиков.

Когда они копнули глубже, им удалось узнать, почему всё произошло именно так.

Весь секрет был в специальных фишках, по форме напоминающих крупные монеты, которые раздавались только тем, у кого было членство в казино.

Когда молодые люди аккуратно разобрали эти продукты высоких технологий, они выяснили, что эти фишки служили не только для доказательства членства и подтверждения выигрыша или поражения…

В них также были записывающие и передающие информацию детали.

Возможно, именно так владельцы казино и узнавали о любой подозрительной деятельности своих клиентов и незамедлительно прекращали присылать им приглашения на встречи.

Конечно же, заряда фишек хватало на ограниченное время, но новые фишки раздавались вместо старых на каждом мероприятии. Посетителям казино это объясняли тем, что так они хотят предотвратить мошенничество с хранящейся внутри устройств информацией. Но после расследования Шиджима и его команда поняли, что это делалось скорее для того, чтобы заряд батареи в фишках не заканчивался.

Совместив устройство GPS с прослушкой, владельцы казино могли наилучшим образом собирать информацию о своих клиентах и с помощью неё запугивать их, если возникала необходимость.

С другой стороны, если бы посетители узнали об этих следящих устройствах, у “Амфисбены” появились бы большие проблемы. Шиджима предположил, что при открытии фишка автоматически посылают сигнал в казино, и её владелец больше не приглашается на последующие встречи.

— Кумои-сан очень хочет заполучить их сеть. И мне она тоже кажется невероятно привлекательной. Если мы будем осторожны в выборе точек сбыта, то сможем создать новую систему ведения дел для “Рабов небесных”. Более того, никогда не помешает захватить такое количество прослушивающих устройств и передатчиков.

— Значит, мы не будем их уничтожать? — спросил мужчина, не сводя глаз с Чёрного Мотоцикла.

Шиджима кивнул и ответил:

— Нет, не будем… Меня устроила бы сделка, наиболее честная из возможных. Но для этого нам потребуется их секретная информация.

— Ты хочешь сказать, что полагаешься на этого информатора по имени Орихара Изая?

— Именно. Если в этом деле он работает на Авакусу-кай, нам просто придётся позаботиться о нём до того, как он закончит своё дело.

— Позаботиться?

Мужчина, услышав настолько нейтральную фразу, не мог не поинтересоваться её значением.

Шиджима же, однако, ответил ему ещё более холодным тоном, без всякой жалости:

— Если Авакусу-кай обо всём прознает, у нас будут большие проблемы. Как только мы получим от него информацию, будет лучше, чтобы он исчез по-тихому.

— Ты имеешь в виду: мы убьём его?

— Не надо говорить такое посреди улицы. Что, если кто-нибудь услышит?

— Погоди, даже если всё пойдёт хуже некуда… почему бы нам просто не сотрудничать с ним…?

Мужчина не мог побороть свой страх перед Шиджимой, вот так просто решившим кого-то убить. Тот, в свою очередь, ответил товарищу в тоне, явственно намекающем: «Да что с тобой не так?».

— Мы с тобой сейчас говорим об “Амфисбене”. Они враги Авакусу-кай, так что в сотрудничестве с ними не будет никаких проблем. Однако, Орихара Изая действует по приказу Авакусу-кай. Каким это образом мы заставим его работать с нами?

— Но…

— Как же ты трусливо мыслишь. Да, тогда мы провалились, но мы же один раз собрались убить Акабаяши из Авакусу-кай, помнишь?

— Но он же не якудза, — всё настаивал мужчина. Шиджима спокойно ответил:

— Я бы не сказал, что человек, выполняющий приказы Авакусу-кай, не якудза.

— Но…

— Подожди. Мне пришло сообщение от Кумои-сана.

— !..

Только услышав имя “Кумои”, и так сомневающийся молодой человек буквально застыл на месте, будто ледяная рука схватила его за макушку.

— Я пойду встречусь с ним.

— …Правда?

— Ага… даже если для меня это значит ещё больше шрамов.

Шиджима вздохнул и, ухмыльнувшись, продолжил:

— Я заставлю Орихару Изаю страдать за каждый полученный мной шрам.

Шиджима, наконец, позволил себе усмехнуться, а потом снова заговорил:

— Теперь ты понял? У нас появилась ещё одна причина убить его.

♂♀
12 лет назад, Средняя школа Райджин, последний день летних каникул

— Я всё ещё не думаю, что ты поступаешь правильно.

— Да какое это вообще имеет к тебе отношение?

— Знаешь, я рассказал семье, что мы друзья.

— И?

— Это значит, что если я не остановлю друга, когда он делает это прямо у меня на глазах, то, ну... попаду в затруднительное положение.

— Ты совсем спятил, Шинра? Говоришь, как безвольная марионетка. Что бы ты ни делал — всё только для того, чтобы выпендриться перед родными.

— Я не против быть марионеткой, если это связывает меня с моей возлюбленной.

— Да это всё просто бессмысленно.

Этому 'мирному спору' стал свидетелем ученик из Клуба Искусств, которому посчастливилось пройти мимо кабинета биологии.

Не было похоже, чтобы такой спор мог привести к драке, так что ученик просто продолжил идти дальше, будто ничего не случилось.

Но всего через пять минут…

— Что это за шум!?

Учитель физкультуры, проводивший урок на открытом воздухе для секций, услышал звук разбивающегося стекла. Он как можно быстрее прибежал в кабинет биологии…

И там он увидел перемотанного бинтами ученика с кровоточащей раной на боку. Мальчик был бледен; его плечи тяжело вздымались при каждом вздохе.

— Кишитани?! Что случилось?

На бледном лице Кишитани Шинры расцвела ободряющая улыбка, и он пробормотал слабым голосом:

— Меня просто… пырнули ножом… можете… вызвать скорую, пожалуйста?

Через несколько часов…

Орихара Изая, скрывшийся с места преступления, сдался полиции. Он был временно взят под стражу.

Обстоятельства были такие: Вице-президент Биологического кружка ранил ножом Президента этого же кружка и сбежал.

Ни Кишитани Шинра, ни его отец не подавали в суд из-за данного происшествия. Школа, больше заботясь о своём статусе, не желала придавать это событие огласке. Поэтому инцидент никак не был освещён в прессе и медленно ушёл в небытие.

Лишь два шрама остались навсегда: один на боку у Шинры, второй — в биографии Изаи.

ЧАТ

.

.

.

Танака Таро-сан в чате.

Танака Таро: Привет.

Танака Таро: Давно не виделись.

Танака Таро: Я посмотрел историю сообщений. Похоже, здесь куча новых людей, с которыми я ещё не общался.

Танака Таро: Я Танака Таро.

Танака Таро: Простите, у меня не было времени заходить сюда чаще.

Танака Таро: Думаю, перед тем, как я приду сюда в следующий раз, пройдёт много времени.

Танака Таро: Ой, не то, чтобы у меня были какие-то проблемы. Я просто немного занят…

Танака Таро: Когда у меня будет время, чтобы прийти сюда снова, я буду стараться, как новичок.

Танака Таро: С нетерпением жду бесед с Сеттон-сан и остальными о событиях в Икебукуро.

Танака Таро: Тогда, на сегодня всё.

[Личное сообщение] Танака Таро: А теперь я делаю так, чтобы только вы, Канра-сан… точнее, Орихара-сан, могли видеть мои слова.

[Личное сообщение] Танака Таро: Не знаю, увидите ли вы это, но я хотел вам сказать.

[Личное сообщение] Танака Таро: Прямо сейчас я занимаюсь кое-какими делами.

[Личное сообщение] Танака Таро: О них вы, наверное, уже знаете, Орихара-сан.

[Личное сообщение] Танака Таро: Но я делаю их не потому, что мне кто-то так сказал.

[Личное сообщение] Танака Таро: Я хотел убедиться, что хотя бы вы знаете, что я делаю это, потому что хочу, Орихара-сан.

[Личное сообщение] Танака Таро: Сказать по правде, мне страшно.

[Личное сообщение] Танака Таро: Но я знаю, что должен так поступать…

[Личное сообщение] Танака Таро: И ещё я знаю, что мои слова вас только обременяют. Простите.

[Личное сообщение] Танака Таро: Если вы просто пробежитесь глазами по моим сообщениям и ничего не ответите — всё в порядке…

[Личное сообщение] Танака Таро: Я просто хотел, чтобы хоть кто-то ещё стал свидетелем моего теперешнего состояния…

[Личное сообщение] Танака Таро: Этого для меня достаточно, чтобы двигаться вперёд.

[Личное сообщение] Танака Таро: В день нашего первого собрания вы сказали мне, Орихара-сан

[Личное сообщение] Танака Таро: «Если действительно хочешь распрощаться с нормальной жизнью, — у тебя нет другого выбора, кроме как продолжать развиваться».

[Личное сообщение] Танака Таро: Но я даже не смог начать развиваться.

[Личное сообщение] Танака Таро: И теперь я так хочу вернуться к повседневной жизни.

[Личное сообщение] Танака Таро: Я хочу назад в те времена, когда мы с Сонохарой-сан и Масаоми были вместе.

[Личное сообщение] Танака Таро: Поэтому я и хочу сделать их, как раньше.

[Личное сообщение] Танака Таро: Я хочу, чтобы Доллары снова стали такими, как в ту ночь.

[Личное сообщение] Танака Таро: Я больше не хочу скрываться от нормальной жизни.

[Личное сообщение] Танака Таро: Я просто хочу назад в те дни. Вот и всё.

Бакюра-сан в чате.

Бакюра: Привет

Бакюра: Танака Таро-сан,

Бакюра: Мне жаль, что вы какое-то время не будете появляться

Бакюра: Тогда поговорим потом

[Личное сообщение] Бакюра: Микадо,

[Личное сообщение] Бакюра: Если это из-за того, что недавно случилось,

[Личное сообщение] Бакюра: Мне всё равно

[Личное сообщение] Бакюра: Вообще-то,

[Личное сообщение] Бакюра: Тебе и Анри,

[Личное сообщение] Бакюра: Наверное, будет сложно понять, почему я так внезапно исчез

[Личное сообщение] Бакюра: Но

[Личное сообщение] Бакюра: Сначала я должен кое о чём с тобой поговорить

Танка Таро: Привет, Бакюра-сан

Танка Таро: Передавайте тогда привет от меня остальным.

Танка Таро: Пока.

Танака Таро-сан покинул (а) чат.

[Личное сообщение] Бакюра: Микадо

[Личное сообщение] Бакюра: После того, как ты сказал, что уходишь, ты ещё ненадолго задержался,

[Личное сообщение] Бакюра: Ты посылал личные сообщения кому-то другому?

[Личное сообщение] Бакюра: Я не буду спрашивать, кому,

[Личное сообщение] Бакюра: В любом случае,

[Личное сообщение] Бакюра: Мне надо с тобой поговорить.

[Личное сообщение] Бакюра: Когда зайдёшь в следующий раз, проверь историю,

[Личное сообщение] Бакюра: А если захочешь поговорить со мной, просто ответь мне здесь

[Личное сообщение] Бакюра: Я тебе позвоню

Бакюра-сан покинул (а) чат.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

Сейчас в чате никого нет.

.

.

.

В темноте 5

— Скажи, Орихара-сан, а вы с Чёрным Гонщиком дружите?

— …

— Эта городская легенда в последнее время копает под нас. Это ты ему приказал, что ли? А про “Рабов небесных” ты у него узнать не просил? Собираешься отправить Чёрного Гонщика на встречу с ними?

— …

В тускло освещённом баре всё ещё продолжался разговор между Червём и мужчиной с холщовым мешком на голове.

Сложно было определить, сколько уже прошло времени. Торта уже нигде не было. Вместо него на барной стойке стояло три дюжины двухлитровых бутылок с водой.

Женщина по имени Червь всё не прекращала говорить. Пленник с мешком на голове так и не проронил ни слова.

Её односторонний поток слов, конечно же, едва ли можно было считать разговором, но женщина искренне полагала¸ что всё так и есть.

— Как я и говорила, мы с ‘Хозяином’ не очень-то осведомлены об этих ребятах… но если они собираются доставить нам проблем, то нам придётся разобраться с ними немедленно. Так что, если ты что-нибудь знаешь о “Рабах небесных”, лучше говори прямо сейчас.

— …

— В любом случае, когда твоих сестрёнок сюда притащат, думаю, что ты заговоришь: у тебя просто не останется выбора. Или ты хочешь, чтобы я тебе все пальцы, один за другим, переломала молотком? Видишь вон тот столик? Там всё ещё осталась кровь человека, пальцы которого я ломала в прошлый раз… Хочешь посмотреть? Ой, я совсем забыла, из-за этого мешка на голове у тебя ничего не получится! Ха-ха! Прошу про-ще-ни-я!

Женщина представила, как, искажая лицо и разрывая сердце, страх медленно расползается у него в голове, — а всё потому, что она запугивает его снаружи, за холщовым мешком.

Это она и считала полноценным разговором: повторять такие действия раз за разом. Именно так Червь чувствовала связь с другими людьми.

— Ну же, ну. Если мы постараемся, сможем стать ещё ближе друг к другу.

— …

Женщина обвила руку вокруг шеи пленника. В этой же руке она держала бутылку.

Она потрясла её, чтобы мужчина услышал, как о стенки сосуда плещется вода.

— Хочешь, чтобы тебя спасли?

— …

— Не хочешь умирать?

— …

— Волнуешься за своих сестёр? Или больше за себя?

— …

Червь задала мужчине с мешком на голове сразу несколько вопросов, но тот, похоже, был решительно настроен молчать.

Но для женщины этого было достаточно.

Ведь тишина для её души была лучшей пищей.

Хоть Червю ещё только предстояло подвергнуть этого человека физическим пыткам, но она уже была под впечатлением от его упорства. В то время, как любой другой на его месте хотя бы несколько раз огрызнулся бы, - этот упорно молчал.

— Эй, только не говори мне, что почувствовал себя лучше? Ты же не думаешь, что мы не прикончим ни тебя, ни твоих сестёр?.. Да быть такого не может. Ты же успел провести расследование, так что думать такого просто не можешь.

Червь захихикала и открыла бутылку.

— Я всегда любила ‘Хозяина’, так что, знаешь ли, ради него я готова на всё.

— …

— Готова… на всё…

На её лице расцвела мрачная улыбка.

Женщина слегка наклонила бутылку над головой пленника, чтобы её содержимое медленно впиталось в ткань мешка.

Жидкость была почти полностью поглощена холщовым мешком, отскочило лишь несколько капель.

Червь кругами поводила бутылку над головой мужчины, чтобы убедиться, что весь мешок пропитался равномерно. И всё это она проделывала очень аккуратно, стараясь не пролить воду на себя или на пол.

— Знаешь, я бы могла превратить твоё лицо и мешок в полное месиво, но даже для меня это слишком большое коварство. Так что лучше мне хорошенько убедиться, что оно как следует впиталось… вот так!

В это время по комнате начал распространяться специфический запах.

Каждый, кто раньше уже имел дело с жидкостью, которая имела такой запах, с уверенностью мог сказать — это был керосин.

Запах ещё не был сильным, но его интенсивности было более чем достаточно, чтобы с точностью распознать.

— Ты в порядке? Уверен, что не задохнёшься? Даже если вдохнёшь слишком много, ты там сознание не теряй, ладно? Погодите, а разве от керосина люди вырубаются как от растворителя? Хотя кому какое дело.

— …

— Ладно, когда сюда приведут твоих сестрёнок, мы с ними на славу позабавимся… А где-нибудь в середине веселья я подожгу мешок, ладненько? Если он как следует разгорится, то даже сможешь увидеть, что стало с твоими сёстрами, понял? Ой, только ни в коем случае не дыши, пока он горит, а то можешь умереть от удушья. Огонь заберёт у тебя весь кислород, знаешь ли… Впрочем, понятия не имею, как долго он будет гореть.

Если бы она действительно подожгла мешок, мужчине было бы настолько больно от ожогов, что он бы и не вспомнил задержать дыхание. Женщина, конечно же, прекрасно понимала всю нелепость своего предостережения — она так сказала специально.

«Какое же я увижу лицо, когда на самом деле подожгу мешок?»

«Полное страха перед смертью? Или опечаленное судьбой своих сестёр? Нескончаемая злоба? Отчаяние? Или же я увижу полный решимости, никогда не теряющий надежду взгляд?»

«Что угодно подойдёт», — так подумала Червь.

— Что же сделает человек? Находясь вместе с любимым в настолько ужасной ситуации, о ком он будет заботиться больше? О себе или о близком человеке? Я бы сказала, что люди в итоге всегда ставят себя превыше всего. Что-нибудь можешь сказать на этот счёт, Господин Информатор? Ты же вроде бы знаешь о людях всё.

Женщина снова задала бессмысленный вопрос. Ответа она, конечно же, не ждала.

Её единственной целью было выбить пленника из колеи. Однако мужчина и так завоевал её восхищение полным отсутствием реакции.

Что же ей нужно было сделать, чтобы заставить его заговорить? Вырвать ему все ногти? Раздеть догола и рисовать на теле раскалённым железом?

Больше не в силах сопротивляться собственным желаниям, она уже подумала о переходе к телесным пыткам, как вдруг…

У входа в бар раздался шум шагов по крайней мере нескольких людей.

— Ой. Что, так быстро…?

— !..

— Думаю, это твои сестрёнки пожаловали! ☆

Женщина поднялась на ноги в расслабленной манере, будто домохозяйка, которой только что доставили заказанные по интернету товары. Однако вместо того, чтобы открыть дверь самой, она сказала одной из подчинённых:

— Иди и открой.

Молодая женщина кивнула и направилась к выходу.

Червь проследила за ней. Она обратилась к сидящему у неё за спиной пленнику с мешком на голове:

— Наконец-то вся семья в сборе! Сейчас расплачусь!

— …

Говоря эти слова, она всё продолжала посмеиваться…

Через несколько секунд, однако, её веселью пришёл конец.

Как только подчинённая открыла дверь, в бар вошло около десяти молодых парней.

Но их Червь видела первый раз в свой жизни

«Кто они такие?!»

«Они что, работают на информатора?» «Да быть такого не может!»

«Авакусу-кай?» «Нет, они слишком молодые!»

«Откуда они узнали об этом месте?» «Чёрт, да кто они такие!»

«Это точно не копы». «Они, наверное, моложе меня…»

«Кто они?» «Враги?» «Друзья?» «Они опасны?»

«‘Хозяин’…» «Помоги мне, ‘Хозяин’!»

У женщины в голове возникло множество вопросов. В конечном счёте она обратилась к тому, кому доверяла больше всех.

Но, разумеется, на её мольбы о помощи ответа не последовало.

А подчинённые Червя были точно так же удивлены и обеспокоены появлением молодых людей.

По бару эхом прокатился громкий голос одного из этих ребят, того, что стоял по центру:

— Приятно с вами познакомиться, “Амфисбена”. Мы с вами пока не друзья, но и не враги тоже.

— …Кто вы такие?

Женщина забеспокоилась только сильнее. Этот свой вопрос она задала уже совсем другим тоном, полностью отличавшимся от того, в котором она допрашивала пленника с мешком на голове.

Молодой человек, судя по всему, понял, что главной здесь была она. Без малейших промедлений он учтиво поклонился и представился:

— Прошу прощения за вторжение. Меня зовут Шиджима.

— Более известный как второй по значению в группировке по продаже наркотиков под названием “Рабы небесные”.

Отправимся на полдня назад.

Глава 5. Орихара Изая

Где-то в Токио, на дороге

— Эй… а что это там у курьера?

Один из “Рабов небесных”, ответственный за продажу наркотиков, задал своему приятелю такой вопрос.

Тот вздохнул и поделился наблюдениями:

— …То же, что и вчера. Чехол для ноутбука.

— Значит, внутри он перевозит ноутбук?

— Возможно. Хотя это вполне могут быть деньги или фишки из казино.

Вот уже третий день они следили за Чёрным Гонщиком и Орихарой Изаей.

Да, они подумывали похитить Орихару, так как тот уже собрал какие-то данные, но не могли: куда бы информатор ни пошёл, везде его, словно телохранители, сопровождали байкеры из “Драконов-Зомби”. А когда они пытались узнать, где Изая ночует, чтобы напасть на него во время сна, ему всегда удавалось уйти от погони.

Точно так же обстояли дела и с Чёрным Гонщиком. Когда он был на работе, следить за ним ребятам удавалось, но, как только они старались узнать, где эта городская легенда живёт, всегда теряли его из виду. Но в любом случае им удалось выдвинуть хотя бы несколько предположений, какую именно работу поручил ему Орихара.

По всему городу курьер встречался с людьми разных профессий и социального статуса.

Один из них оказался клиентом “Рабов небесных”. Когда гонщик уехал, они поговорили с этим человеком и выяснили, что он также частенько захаживал в подпольные казино “Амфисбены”. Ещё он сказал, что курьер подробно расспросил его о разных казино.

Когда они припугнули его прекращением поставки наркотиков, то смогли выбить из мужчины ещё кое-что: Чёрный Гонщик за бешеные деньги купил у него фишку “Амфисбены”.

Он наивно полагал, что сможет отделаться, сказав работникам казино, что просто потерял устройство. Но, судя по всему, следующего приглашения ему было не видать.

Их по-настоящему напряг тот факт, что курьер скупает электронные фишки.

Каким образом ему удалось с такой точностью определить владельцев устройств - это для них тоже было полной загадкой. И поэтому ребята решили пристальнее следить за Чёрным Гонщиком и отстать от Изаи на какое-то время…

Однако, пока члены “Рабов небесных” ехали за своей целью, они заметили, что она начала совершать какие-то непривычные для себя действия.

Он остановился у обочины и достал из чехла ноутбук.

— …Что он делает?

Один из преступников, тот, что был на пассажирском сидении, достал бинокль и направил его на Чёрного Гонщика.

На экране ноутбука отображалось что-то похожее на карту.

Курьер захлопнул компьютер и убрал обратно в сумку. Скорее всего, он переключил ноутбук в спящий режим.

Наркоторговец, продолжая преследовать Чёрный Мотоцикл, решил посоветоваться по этому поводу с Шиджимой:

— Вы сможете как-нибудь отобрать у него этот ноутбук?

Такое решение вынес их лидер.

Парню, конечно, хотелось бы сказать «Нет», но он вспомнил, как ещё позавчера Шиджима проколол дротиком нос одному из своих подчинённых, и всё-таки выдавил из себя «Посмотрим» перед тем как повесить трубку.

— Он сказал выхватить у него ноутбук… но как?

— Здесь слишком много людей… Мы не можем просто врезаться в него на машине, чтобы остановить, или ещё чего…

Наркоторговцы , пребывавшие не в самом лучшем настроении, продолжали погоню.

Вскоре, однако, перед их взором предстало нечто неожиданное.

Через какое-то время Чёрный Гонщик резко сбавил скорость и припарковался у входа в парк, где было совсем немного посторонних глаз.

Несколько раз что-то перепроверив по ноутбуку, он направился прямо в парк.

Курьер подошёл к какому-то человеку, сидевшему на скамейке, достал из нагрудного кармана телефон и показал экран незнакомцу.

«Этот мужик тоже постоянный клиент подпольного казино?»

Когда наркоторговцы подумали об этом, до них дошло кое-что ещё.

Та самая сумка с ноутбуком свисала с одной из ручек мотоцикла.

Чёрный Гонщик, наверное, оставил её здесь, потому что планировал быстро разобраться с текущим поручением. Но это было слишком легкомысленно с его стороны.

— !..

Наркоторговцы решили, что вот он — их шанс. Они медленно приблизились к мотоциклу…

И, высунув руку из окна автомобиля, тихонько сорвали чехол с его ручки.

«Мы сделали это!»

«Курьер ничего не заметил!»

Ребята из “Рабов небесных” уже собирались вжать педаль газа в пол и скрыться, пока Чёрный Гонщик ничего не заподозрил.

Но…

— ИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ.

Откуда-то изнутри Чёрного Мотоцикла послышался звук, напоминающий ржание огромной лошади, и одинокий байк встал на заднее колесо, будто приготовившись рвануть на нём вперёд.

— ?! Д-Д-Да что за хрень?!

Присмотревшись получше, парни увидели, как очертания мотоцикла растворяются подобно туману — и преобразуются в огромную безголовую лошадь!

— Противоугонка? …Нет, да что же это?!

— Монстр… ч-ч-чудовище?! Ааааааа?! Ааааааа!

Курьер, стоявший у скамьи, похоже, услышал ржание лошади и обернулся.

— Ж-ж-жми на гаааааз! Вааааалим!

Пока его пассажир, заикаясь, пытался выговорить эти слова, водитель уже успел тронуться с места.

Они получили, что хотели.

Компьютер курьера был теперь в их руках.

Теперь им оставалось только сбежать — так думал водитель и, стиснув зубы, продолжил гнать по шоссе.

В зеркале заднего вида уже показался Чёрный Гонщик.

— Ааааааааа! Ааааааааааааа!

Бежать.

Бежать, гнать, лететь…

Наркоторговцев больше не беспокоили ни вероятность дорожного происшествия, ни даже перегрев двигателя. Они просто делали всё возможное, чтобы скрыться от Чёрного Мотоцикла.

Ребята какое-то время ехали по шоссе с превышением скорости.

Чтобы избавиться от курьера, они повернули раза два.

Когда позади остался третий поворот, водитель, затаив дыхание, посмотрел в зеркало заднего вида — и не увидел там никого.

Повернув уже в четвёртый раз, они слились с основным транспортным потоком; парень на пассажирском сидении в отчаянии осмотрелся вокруг в поисках Чёрного Гонщика.

Но он как сквозь землю провалился. Только другие водители сигналили им, возмущённые тем, что их так внезапно подрезали.

Они вернулись к нормальной, повседневной жизни.

На улицах больше не было никаких чудовищ вроде того, что предстало перед ними ранее.

Всё ещё не уверенные в своём успехе, они проверили наличие ноутбука в сумке. Парень, сидевший рядом с водителем, достал телефон и набрал номер Шиджимы.

— Спасибо. Привезите мне этот компьютер сейчас же. Я немного подниму настроение Кумои-сану.

Голос молодого человека был весёлым, но какая-то часть его радости относилась только к его собственному положению.

Наркоторговцы, как и он, вздохнули с облегчением.

Как только их сердца перестали биться в бешеном ритме, и всё наконец-то утряслось, ребята переглянулись.

«Теперь мы в безопасности».

И, таким образом, всё пути вели в “Темноту”.

♂♀
Где-то в Токио, в заброшенном баре

— Рабы… небесные!

Это случилось в заброшенном баре, тихо и незаметно расположившемся где-то в пределах Токио.

Женщина по имени Червь широко раскрыла глаза от удивления, когда Шиджима — мужчина, только что ворвавшийся внутрь — представился.

Она сама хотела пытать информатора, чтобы выбить из него какую-нибудь информацию об этой группировке — так почему же они сами пришли к ней?

Судя по слухам, союзниками Орихары Изаи они не были, но вероятность того, что они начали работать вместе, была высока.

Если дело было в этом, то она со своими подчинёнными, вне всяких сомнений, была в большой опасности.

Червь уже всерьёз задумалась использовать пленника с мешком на голове, сидящего позади неё, как заложника…

Но благодаря следующим словам Шиджимы она поняла, что такие действия совершенно излишни.

— А это что, тот информатор, который по указке Авакусу-кай следил за вами… Орихара Изая?

Женщина, услышав слова Шиджимы, невольно нахмурилась и украдкой глянула на мужчину с мешком на голове.

— …А вы с ним разве не знакомы?

— Ни в коем случае. Впрочем, пытаясь найти это место, я извлёк из него определённую пользу.

Шиджима щёлкнул пальцами. Из толпы только что ввалившихся сюда парней вышел один и поставил на видное место ноутбук.

На мониторе виднелась карта с раскиданными по ней красными точками.

— Похоже, что с помощью этой программы можно отследить все прослушки и передатчики из ваших фишек. Хотя понятия не имею, как эта штука устроена.

Судя по всему, эта карта была точной копией той, по которой управляющие “Амфисбены” отслеживали оборот фишек.

— !.. Да как такое вообще возможно?!

Червь была потрясена. Шиджима пожал плечами.

— Как знать? А про то, как получилось расшифровать код передатчика… думаю, что Господин Информатор обо всём расскажет куда лучше меня.

— …Господин Информатор?

— Это он попросил Чёрного Гонщика разыскать необходимую информацию именно с помощью этого ноутбука, в конце концов.

Шиджима — незваный гость — бросил взгляд на связанного и неподвижного мужчину и радостно улыбнулся.

Женщина, в свою очередь, с удивлением посмотрела на закрытую мешком голову пленника и сказала:

— Я и подумать не могла, что он о нас так много знает… Значит, Господин Информатор… уже давным-давно нашёл нашу штаб-квартиру?

— Сложно сказать. Когда мы следили за Изаей, случайно наткнулись на нескольких ваших людей. Они как раз выходили из здания, куда он только что зашёл, с чемоданом настолько большим, чтобы вместить в себя взрослого мужчину. И в то же время одна из красных точек на экране начала двигаться вместе с ними.

Шиджима медленно подошёл к пленнику и обыскал все его карманы.

Из третьего по счёту он извлёк электронную фишку.

— Видишь? Всё здесь. У него была одна с собой… Настолько всё просто.

— …Это всё мои люди виноваты — не разузнали всё как следует.

Червь одарила своих подчинённых яростным взглядом. Те разволновались, и, пытаясь уйти от ответственности, начали смотреть друг на друга.

В воздухе повисло напряжение; Шиджима осмотрелся и спросил:

— Значит, главная в “Амфисбене” ты?

— …Это не так. ‘Хозяин’ почти никогда не предстаёт перед нами лично. Даже не знаю, где он.

— Умно. Так похоже на нашего босса. Но это сейчас подождёт. Сначала надо разобраться с информатором.

Шиджима немного покачал головой и резко положил руку мужчине на голову.

— Мы хотели прикончить его самостоятельно. Вы сохранили нам время и нервы. Наверное, всё-таки не было смысла посылать за его сёстрами.

— ?.. Вы что, тоже хотели похитить сестёр информатора?

— А? И вы тоже?

Хоть Шиджима и был немного удивлён, женщина не теряла бдительности. Она, не спуская с него глаз, ответила:

— Около часа назад я приказала своим людям похитить их по отдельности как можно быстрее.

— …А вот с этим могут быть проблемы. Мы слышали, что его сёстры опасны, так что отправили на дело лучших людей. Меня не очень то волнует, если они решат подраться за них с твоими людьми, но, если копы про обо всём прознают, у нас будут неприятности… В любом случае я сообщу своим людям, что заложники нам больше не нужны и что они могут быть свободны.

Шиджима достал свой мобильный.

— Мы не хотим с вами ссориться. Надеюсь, ты поверишь мне на слово. Сюда мы пришли исключительно по работе… И поэтому я хочу убедиться, что Авакусу-кай не узнают об этом ничего. Вот и всё, — объяснил Шиджима, параллельно ища в телефоне номер одного своего приятеля-наркоторговца, которого он отправил похищать Орихару Курури и Маиру…

Но ещё до того, как он нашёл его, в баре раздался звонок мобильного.

Но это был не телефон Шиджимы; звук шёл от барной стойки.

— …Мой, что ли?

Червь схватила телефон и увидела на экране надпись “Номер не определён”.

«Кто это?»

«Только не говорите, что это…‘Хозяин’?»

Волнуясь и надеясь одновременно, женщина нажала на кнопку “принять вызов”.

— …Алло?

— …

В ответ она получила лишь молчание.

Шиджиме было интересно, кто звонит женщине, так что он прекратил копаться в своём мобильном и внимательно на неё посмотрел.

Но вдруг телефон парня, завибрировав, тоже оповестил о входящем звонке.

— ?..

На экране у Шиджимы тоже высветилось “Номер не определён”; когда молодой человек принял вызов, у него возникло жутковатое ощущение.

И он услышал…

— Алло? Алло?

…всего лишь голос стоявшей перед ним с телефоном в руке женщины.

— …Чего?

По спине парня пробежал холодок.

Когда Червь услышала, как он сказал по телефону своё «Чего?», она тут же к нему повернулась.

Никто из них и не подозревал, что происходит…

Однако всего через несколько секунд их слуха достиг ещё один, третий голос.

— Эй.

— Кто ты?

— …Кто это?

Червь и Шиджима через телефон услышали слова друг друга. И тут третий, незнакомый голос заговорил снова, чётко и сдержанно:

— Похоже, эта трёхсторонняя конференция работает. Я так волновался: никогда этим раньше не пользовался.

— Кто ты такой?..

— А, простите, забыл представиться. Хотя разве мы с вами уже не знакомы?

— …Быть не может...

...И у Шиджимы, и у Червя было на этот счёт плохое предчувствие.

Как будто специально дожидаясь нужного момента, мужчина назвал им своё имя:

— Орихара Изая… или это имя вам ни о чём не говорит?

Скрип — такой звук отразился от барабанных перепонок Шиджимы и Червя.

С таким звуком напряглись их мышцы, когда они стиснули зубы от волнения.

«Почему сейчас?»

«Откуда у него наши номера?»

Об этом они подумали в первую очередь. События сделали настолько невероятный поворот, что наиболее главный вопрос даже не сразу пришёл им на ум.

Они, будто связанные телепатией, медленно — очень медленно — перевели взгляд в одно определённое место.

А именно — на фигуру пленника, всё также с мешком на голове, который молчал всё это время.

И, словно у них по-прежнему был один разум на двоих, мужчина и женщина озвучили про себя самый важный вопрос:

«Если это так…»

«...То это тогда кто?»

♂♀
В то же время, офис в Икебукуро

— Хмм? Так странно…

— Что не так, Танака?

Осмотревшись, Танака Том ответил на вопрос коллеги:

— У нас с Шизуо и Вороной сегодня ночная смена… но Шизуо всё ещё не появился.

Неподалёку Ворона тоже глядела по сторонам, но мужчины в костюме бармена, который и в толпе прекрасно выделялся, нигде не было видно.

— Только не говорите, что он опять попал в беду.

♂♀
В темноте

— Знаете что, ребята, вы впадаете в такие крайности, разгуливая как ни в чём ни бывало и похищая людей. Это из-за вас пропали несколько моих осведомителей?

Доносившийся из телефонной трубки голос болтал без умолку.

Но женщина по имени Червь больше не слышала его.

«Кто?..»

«Если это Орихара Изая звонит, тогда кто этот мужчина… с холщовым мешком на голове?»

Она видела фотографии информатора, по которым, купаясь в блаженстве, и представляла себе его выражения лица, скрытые тканью мешка. Теперь же казалось, что её блаженство с самого начала было всего лишь иллюзией.

Тысячи вариантов того, что сейчас здесь творилось, то возникали в сознании женщины, то пропадали из него.

Каждое её умозаключение, в конечном счёте, оказывалось неверным и исчезало в пучине хаоса. Присутствие людей из “Рабов небесных” только усложняло ситуацию. Её сознанием постепенно завладела тьма.

— …

Червь как будто полностью лишилась способности соображать; она потянулась к холщовому мешку и попыталась приподнять его края пальцами.

Но его так хорошо завязали, что женщине не удалось рассмотреть ничего.

— …Сними его, кому говорю… Сними его! — попытавшись сорвать завязанный мешок с головы мужчины, пробормотала Червь — одному только богу известно, ей самой предназначались эти слова или пленнику.

Сжав края мешка, она всё тянула и тянула.

Когда верёвки немного расслабились, показался затылок мужчины и пряди чёрных волос.

♂♀
Икебукуро, в офисе

— А, простите, я опоздал.

Когда открылась дверь и в офисе появился Шизуо, Том вздохнул и проговорил:

— Что-то случилось? Ты раньше почти никогда не опаздывал.

— Прости. Босс попросил оказать ему услугу.

— А, вот как. Всё понял.

— Каково содержание задания Босса? — Ворона, похоже, была в замешательстве. Том снова тяжело вздохнул и ответил:

— Что-то вроде работы телохранителя. У нашего Босса тоже есть враги… Как-нибудь потом тебе об этом расскажу.

Том, обрадовавшись, что Шизуо задержался не потому, что снова влип в неприятности, направился к выходу с телефоном в руках.

«Всё-таки, мир и спокойствие — самое важное на этой планете».

Сегодня не было никаких особых происшествий. Том благодарил судьбу за это — и они снова начали выполнять свои невероятно опасные обязанности коллекторов.

— Ладно, давайте уже пойдём на работу.

— Ага.

— Так точно.

Впрочем, напарники Тома были даже более опасны, чем их повседневная работа.

♂♀
В то же время, спортивный клуб Ракуэй

— Хмм? Куда подевался Эйджиро?

Эти слова принадлежали крепкому мужчине, чьё тело больше напоминало ствол огромного дерева.

Он был крепкого телосложения, но не низким — на самом деле, даже довольно высоким. Создавалось такое впечатление, что на нём были надеты доспехи из мускул, прочных, как автомобильные покрышки.

— Ага! После обеда я тоже ни разу не видел Эйджиро-сана!

— Он снова отлынивает? Каков засранец…

Услышав ответ одного из своих учеников, Шараку Эитиро — старший брат Эйджиро — тяжело вздохнул. По тяжести этот вздох соответствовал его личности.

— Эх, надеюсь, что он действительно увиливает от работы… Лучше бы ему не начинать участвовать в уличных драках снова.

♂♀
В темноте

Шиджима был взволнован не меньше Червя.

«Этот парень не Орихара Изая?»

Женщина безуспешно пыталась стащить с головы пленника мешок, а он прислушался к голосу из телефонной трубки.

— Значит, это Шиджима-кун? Знаешь, а я всё-таки ожидал услышать Кумои. С ним было бы намного веселее.

— …Ты знаешь о Кумои-сане?

— Нет, не сказал бы, что мне настолько хорошо о нём известно. Я сначала не хотел так много над тобой издеваться, но вы слишком явно дали понять, что желаете моей смерти, и даже хотели использовать моих сестёр в своих грязных играх. Поэтому-то я и не смог удержаться.

Услышав эти слова, Шиджима стиснул зубы.

«Да сколько же… ему известно?»

«Ладно, сейчас лучше думать не об этом, но мне-то что делать? Пойти пока в другое место?»

«Здесь что, есть шпионы Изаи?»

«Да в такой ситуации я даже своим подчинённым доверять не могу!»

«Тогда что это за мужика они связали?»

«Он на Изаю работает, или как?!»

Если этот человек выйдет из себя, станет ли здесь опасно?

Если это коп или кто-нибудь из Авакусу-кай, то разве не рискованно будет показать ему свои лица?

Для начала Шиджиме всё-таки удалось развеять страхи по поводу этих вариантов возможного развития событий.

А всё потому, что привязанный к стулу мужчина на вид не был подготовлен к схватке — на самом деле, он совсем не походил на человека, имеющее что-либо общее с невероятной физической силой или способностями к боевым искусствам.

♂♀
В то же время, Токио, в каком-то переулке

— …Ну и ну. Сколько же с ними было хлопот. Э-ээээх, эти идиоты и правда думали, что смогут всё, если навалиться целой толпой?

Шараку Эйджиро, растягивая слова, общался сам с собой. Он стоял в центре группы из десяти распластавшихся на земле мужчин.

И тут, в настолько неподходящем для этого окружении, раздался невинный девичий голос:

— Учитель! Вы в порядке? Вы не ранены?

— Нет. Разве не я должен задавать тебе этот вопрос? — смиренно ответил Эйджиро.

Маиру — та самая девушка — рассмеялась и сказала своему учителю:

— Если бы я была здесь одна, всё могло бы плохо кончиться. Эти парни хороши!

— Эх, а я планировал сбежать с работы, пока не увидел, как эта кучка идиотов за тобой следит. Тебе повезло, что я оказался рядом, девчонка.

— Так вы же, получается, сами за мной следили! А всё потому, что я рассказала вам этим утром, как меня уже какое-то время выслеживают какие-то странные люди! Учитель, вы иногда меня так удивляете! Спасибо, учитель! Так вы всё-таки педофил?

— Эй, подожди, что это ещё за последняя фраза? Она же никак не связано с твоим предыдущим “Спасибо”!

Пока парочка продолжала обмениваться репликами, издалека за ними следил мужчина.

Он был частью “Рабов небесных”, но к банде, ранее атаковавшей Маиру, не относился.

В руках он держал арбалет, нацеленный на тело Эйджиро.

«Чёрт, я же хотел прострелить девчонке ногу, чтобы похитить её было проще простого…»

«Здесь никого нет. Может, у меня получится сначала разобраться с мужиком».

Похоже, парень всё ещё не отказался от плана похищения. Он решил, что лучше всего будет свалить всю вину за преступление, которое он только собирался совершить, на таинственных нападавших, а самому забрать девчонку.

Его арбалет был усовершенствован настолько, что при неточном прицеле мог и убить. Но воочию убедившись, каким яростным его противник был в схватке, парень без сомнений выпустил стрелу.

Однако…

— Кстати говоря, Маиру, ты… ой-ой!

Эйджиро вдруг вскрикнул и изогнулся назад.

В то же время, в маленьком переулке раздался глухой хлопок.

Мужчина практически сразу же занёс ногу высоко-высоко над головой — и в следующий момент на него, вращаясь с бешеной скоростью, полетел остроконечный предмет.

Эйджиро поймал его правой рукой; как оказалось, это была стрела из арбалета.

— …

Без лишних слов мужчина поднял с земли камень…

И кинул его в сторону куста, растущего в парке на выходе из переулка.

Камень, словно пушечное ядро, полетел в сторону дерева…

— Аааа!

Раздался тихий вскрик; потом что-то упало на землю.

Прекрасно зная, что он попал в цель, Эйджиро нехотя размял шею и сказал:

— Боже мой. Если он всерьёз собрался на меня напасть, лучше было, по крайней мере, выстрелить откуда-нибудь подальше, ну или дом мой поджечь, пока я сплю. Разве не так?

— Вы слишком сильно бросили тот камень. Знаете, вы могли его и убить, — обернувшись в сторону парка, проговорила Маиру.

Эйджиро спокойно ответил:

— …Я скажу тебе прямо, что у меня на уме. Кое-кто недавно сказал, что мастер боевых искусств должен быть готов сражаться в любое время дня и ночи, так что не стоит жаловаться на внезапные атаки… Но, если судить по этому принципу, тот, кто внезапно атакует мастера боевых искусств, тоже не должен жаловаться, даже если его убьют, не так ли? В конце концов, это не игра - здесь всё по-настоящему.

— Надеюсь, полиция на это купится.

Маиру издала смешок, а Эйджиро, в свою очередь, продолжил жаловаться. Как раз в это время мужчина проходил мимо куста.

Маиру же достала мобильный и вдруг стала заметно серьёзней.

Она как раз собиралась встретиться с сестрой, так что волновалась, что и на неё тоже могли напасть.

Однако Курури практически сразу ответила на звонок, так что Маиру смогла вздохнуть с облегчением.

Когда девушка сказала сестре:

— Подожди меня там, где побольше людей, ты можешь быть в опасности.

Она получила весьма неожиданный ответ.

— Порядок (Всё хорошо)… ведь (всё уже)… конец (закончилось)…

— Что? «Всё уже закончилось»? Что ты имеешь в виду, сестрёнка Куру?

— Монстр (Всадник без Головы)… помог (защитил)… мне (меня от них)…

♂♀

— …Спасибо (Я очень)… вам (благодарна)…

Повесив трубку, Курури в очередной раз склонила голову перед одним ‘существом’ в знак признательности.

Услышав то и дело пропадающий голос девушки, Селти мягко напечатала на КПК следующее:

[Если кого и нужно за это благодарить, так это твоего брата.]

— …Брата (Моего брата)?

[Да. Он попросил меня позаботиться о твоей безопасности, пока твоя сестра в спортзале.]

Вокруг Селти на земле неподвижно лежало несколько людей.

Все они были одеты в тёмные очки и маски, будто вышли из какой-нибудь игры на выживание.

Вероятно, узнав о некоторых приспособлениях Курури, как спрей чили, например, они приняли необходимые меры предосторожности. Что любопытно, на девушку и Селти пыталась напасть и другая банда. Но, конечно же, сбежали эти ребята быстро.

Похоже, женщины наконец-то были в безопасности. Селти расслабилась и подумала:

«И всё же, куда подевался сам Изая. Что он делает?»

В темноте

— Эх, так прекрасно слушать, как вы там волнуетесь.

Услышав из телефонной трубки эти слова, Шиджима сильнее стиснул зубы. Однако, говоря следующее, он сохранял спокойствие:

— Что тебе надо?

— Что мне надо? Сейчас подумаем. Почему бы нам для начала… не попросить Червячка — это та, что из Амфисбены — подобрать телефон ради меня? Мне показалось, она его обронила. Без этого я не смогу продолжить беседу, знаешь ли.

Шиджима, весь в нетерпении, мысленно щёлкнул языком. Он подошёл к женщине, которая всё ещё отчаянно пыталась разорвать холщовый мешок.

— …Он сказал, чтобы ты подняла телефон.

— Да что такое… мне с ним не о чем говорить… ааа, как же меня это бесит!

Червь, судя по всему, никак не могла разобраться сама с собой. Левой рукой продолжая растягивать мешок, правой она снова схватила мобильный.

— Эй, я слышу чьё-то дыхание. Ты снова подняла трубочку? Ну наконец-то.

— …Подожди… кто этот человек?

Женщина полностью потеряла контроль над собой. В её словах отчётливо читалось волнение.

Их таинственный собеседник, в свою очередь, с ещё большей радостью заявил:

— А теперь, самое время для викторины~!

— Чего?

— Шутишь, что ли?

— Вопрос первый: что общего между Господином Ящером, главой “Амфисбены”, и Кумои-саном, лидером “Рабов небесных”?

Сердца Червя и Шиджимы на мгновение остановились.

Возможно, это для них было сродни опрокинутому на голову ведру холодной воды.

Настолько леденящим душу был вопрос незнакомца для этих двоих.

— Как… как ты узнал, что ‘Хозяина’ называют “Ящером”…

Не обращая внимания на всхлипывания женщины, зачинщик разговора рассмеялся.

— Бииип~ к сожалению, время вышло. Правильный ответ: “Под уголками глаз у каждого из них есть две симметричные родинки”! Вопрос второй!

— Откуда… откуда ты знаешь, как… ‘Хозяин’… выглядит!?

— …

Червь закричала. Шиджима, в свою очередь, побледнел и потерял дар речи.

Не представляя, о чём эти двое говорят по телефону, все вокруг — подчинённые как Червя, так и Шиджимы — в замешательстве продолжали ждать, что из этого выйдет.

— Так вот, есть ли у того человека с мешком на голове, что сидит позади вас… на лице подобные родинки?

— Что?..

— !..

— Почему бы не перейти к Вопросу номер три? Так чьё же лицо скрывается за тем мешком — Господина Ящера или Кумои-сана?

Эти двое на какое-то время полностью лишились способности соображать.

Червь не хотела понимать смысл только что услышанного.

Шиджима тем временем был скован совершенно другим страхом.

«Он же просто шутит, да?»

«Орихара Изая… Он что, правда посадил Кумои-сана?..»

«Если да, то дела плохи. Очень плохи».

Как только парень пришёл в чувства, у него возник ещё один вопрос. Он решил действовать незамедлительно.

— Н-Невозможно! Это не может быть ‘Хозяин’! Лжеееец!

Вспомнив всё, что она сделала мужчине с мешком на голове, Червь схватилась за голову и рухнула на пол.

Шиджима, в свою очередь, встал между ней и пленником. Он проговорил с напускным спокойствием:

— Мы ни к чему не придём, если будем сидеть без дела. Я порежу верёвки.

Из нагрудного кармана парень достал небольшой ножик и медленно поднёс его к затылку мужчины.

Но…

Его рука была с силой перехвачена пленником с мешком на голове.

— Э?..

— Чего?..

Мужчина, чьи руки должны были быть связаны у него за спиной, сам освободился от верёвок.

Левой рукой он остановил руку Шиджимы, а в правой тоже держал нож, который достал непонятно откуда.

— И что это ты сейчас… собирался сделать?

Всё ещё держа Шиджиму на расстоянии вытянутой руки, он провёл ножом между мешком и собственной шеей.

Раздался едва слышный хлопок; верёвка была разрезана, как и сам мешок.

Мужчина закрыл нож и медленно поднял холщовую ткань, насквозь вымоченную в керосине.

И под ним оказалась… улыбка.

На его лице, до сих пор скрытом мешком, всем открылась улыбка, ни снисходительная, но и не дружелюбная. Эта улыбка вовсе не была символом удовольствия, её нельзя было назвать ни жутковатой, ни ободряющей. Под тканью мешка пряталась улыбка, которую можно было счесть за попытку скрыть истинные чувства.

— Хей.

Вот что сказало это улыбающееся лицо.

Нет. И Червю, и Шиджиме было прекрасно известно, что такое никак нельзя было назвать ‘улыбающимся лицом’. У него было другое имя.

Именно это осознание загоняло их сердца в пучину смятения и дальше — прямо в бездну полной темноты.

— Приятно познакомиться. Ну, я, по крайней мере, должен был это сказать.

— Орихара…

— Изая…

Червь и Шиджима по очереди назвали его фамилию и имя.

Вне всяких сомнений — человек перед ними был именно тем “Орихарой Изаей” с фотографий.

«Тогда кто говорит с нами по телефону?»

«И почему он здесь?»

«Почему он улыбается?»

Загадки, загадки, всё больше загадок.

Только что перед ними произошло столько уму непостижимых вещей. Шиджиме ещё каким-то образом удавалось сохранять спокойствие, так как он появился здесь относительно недавно, но Червь, уже сама не своя, бормотала себе под нос:

— ‘Хозяин’… ты же поможешь мне, правда?

— Эх, ну никак не ожидал, что кто-нибудь обольёт меня керосином. А, кстати, от запаха керосина не теряют сознание как от растворителя.

— Э?

— И кстати — я же ещё на кучу твоих вопросов не ответил. Во-первых, эгоистичны ли люди, или же они ставят других превыше всего? …Думаю, придётся ответить избитой фразой: “всё зависит от человека”. За ними так интересно наблюдать именно потому, что в разных случаях они ведут себя по-разному. Добры ли люди в душе - или же злы? Что оказывает на их поступки большее влияние: разум или желания? Надежда или отчаяние — что овладеет ими в конечном счёте? Люди не в силах с уверенностью ответить на эти вопросы, и именно поэтому они интересны.

Орихара Изая со своей необычной улыбкой по одному отвечал на вопросы женщины, которые она задавала ему, когда будто говорила сама с собой.

— О, думаю, что смертельная доза воды — где-то от десяти до тридцати литров. Всё зависит от веса и тому подобного, так что Курури или Маиру даже десять литров могли причинить вред.

— …

— Что касается Шараку Микаге-чан и меня, ну, она раньше была одной из моих последовательниц. А вот о том, что Микаге-чан думает обо мне- это тебе стоит спросить у неё лично. Я втянул её кое в какое происшествие, и из-за этого ей пришлось бросить старшую школу… ааа. Может быть, она ненавидит меня с тех пор.

— …

С той самой секунды, когда Изая стянул мешок со своей головы, их с Червём роли полностью поменялись.

Мужчина теперь говорил без умолку, в то время как женщина словно потеряла дар речи.

Слова Орихары только доказывали, что именно он был пленником с холщовым мешком на голове.

— …А, что? Господин Информатор?

— О, так ты наконец-то мне ответила? Боже, твои пытки — просто умора. Я был готов к тому, что мне вырвут все ногти, но и подумать не мог, что ты так упорно будешь избегать физических увечий.

— …Мм, ааа…

— Ну так что? Прости, что не кричал — знаю, тебе бы это очень понравилось. Мой голос хотя бы соответствует твоим ожиданиям? Ты, похоже, получала удовольствие, представляя моё выражение лица под тканью мешка. Но я же, вместо того, чтобы давать волю воображению, предпочитаю наблюдать всё от и до: процесс, результаты… Ага, как раз такое ошарашенное лицо, как у тебя сейчас. Ой, только я не имел в виду, что ты лично мне нравишься. Как-то так.

Червь вдруг кое-что поняла…

Голос этого человека совсем отличался от того, что говорил с ними по телефону.

— Э, эм, ну… кто… кто это тогда был по телефону?

Женщина перевела взгляд с мобильного на Изаю и обратно.

Однако когда их телефонный собеседник услышал эти слова, то его голос стал развязным и совсем не таким, как раньше; незнакомец громко рассмеялся.

— Хаха… хахахахахахаха! Так вы уже обо всём узнали? Вот уроды! Хотя мне всё равно! И теперь Вопрос четвёртый! А кто… я такой?

В то же мгновение входная дверь резко распахнулась, и за ней оказался мужчина с прижатым к уху телефоном.

На лице у него были шрамы от ожогов. Через солнцезащитные очки были видны глаза с резким, острым взглядом.

За спиной у него стояли ещё несколько мужчин в кожаных куртках с нарисованными на них рёбрами. Теперь казалось, что бар забит под завязку, несмотря на то, что само помещение было относительно просторным.

Последней в дверь вошла женщина с короткими волосами и рельефными мышцами. Но для Червя это больше не имело никакого значения.

— Д-да что за?.. Кто все эти… люди?..

Банда Шиджимы, как будто опасаясь новоприбывших, отошла в сторону, к одному из углов. В просторном помещении бара возникло странное треугольное пространство.

Однако с точки зрения расстановки сил, стороны этого треугольника были неравнозначны. При виде третьей силы, сформировавшейся вокруг Изаи, “Рабы небесные” и “Амфисбена” отпрянули назад в ужасе.

«Что нам им приказать?»

Шиджима и Червь впали в замешательство. Изая, в свою очередь, не слишком обращая внимание на перемену баланса сил, продолжал говорить:

— Хмм, что же ты ещё у меня спрашивала… о, точно! По поводу моего роста и веса... ты же не думаешь, что страховые компании так просто дают посторонним свои данные? Если бы Тсукумоя их попросил — это было бы другое дело, но не думаю, что он принял бы твоё предложение, если бы ты его спросила.

— …

— Тот рост и вес, которые тебе известны, сообщил тебе я сам. Не похоже, чтобы я так уж сильно заботился о своём здоровье, не так ли? Но вот что я тебе скажу: я каждый день взвешиваюсь после душа.

— …Что?

«Замолчи».

Женщина уже хотела закричать, но её полностью сбитый с толку разум был больше не в состоянии заставлять её говорить или делать глубокие вдохи.

— Что - ты - только - что… сказал? Ааа?

Она как будто говорила во сне.

Изая усмехнулся и продолжил:

— Тот восхитительный Информатор Б, которого ты наняла, который никогда и никому не показывал своего лица… в интернете подписывался как “Хром”, не так ли?

— Откуда - ты - об этом…

— Нет никакого ‘откуда’. Это был я.

— ?.. Чего?

Червь застыла на месте; Изая положил ладонь ей на лицо.

Он медленно, будто воспитывая щенков, проговорил:

— На самом деле я слышал о вас ещё до того, как получил задание от Авакусу-кай, потому что ты связалась с системой предоставления информации онлайн, которую я открыл под другим именем.

— Ты лжёшь…

— Уверяю, это не так. Ох, я так обрадовался, что ты прислала мне тот запрос, когда я только начал выполнять задание Авакусу-кай. “Мне нужна информация об Орихаре Изае” или что-то вроде того. Давненько я так не смеялся. Шрам от раны, который я получил этой весной, снова чуть не разошёлся.

Изая погладил бок; к его улыбке добавился ещё один оттенок.

А именно — злобный оттенок, оттенок обманщика.

— И, когда мы начали сотрудничать, я заметил одну вещь.

— Затк… нись…

— Твой ‘Хозяин’ уже некоторое время с тобой не связывался, не так ли? Может, он решил тебя бросить…

— Заткнись! — крикнула женщина. На какое-то время показалось, что в баре стало шумно, но потом снова воцарилась тишина.

— Убить… его…

— Ой-ой.

— Быстро! Мне всё равно, кто. Просто убейте этого человека, пусть он исчезнет!

Червь в бешенстве кричала на своих подчинённых.

Шиджима, решив, что сейчас самое подходящее время, подал знак и своим людям тоже.

Он кивком головы указал на женщину с короткими волосами с целью взять её в заложники.

Прекрасно поняв его намёк, пятеро ребят резко набросились на женщину, но…

Бум!

По бару эхом пронёсся гул, как будто кто-то растоптал картонную коробку.

— …Парни, ваша атака даже не была неожиданной, — со скучающим выражением лица пробормотала Шараку Микаге, женщина с короткими волосами.

Первому, кто попытался схватить её за воротник, женщина ударом локтя с разворота сломала нос.

— Ааааа?!

Парень упал на пол; из его носа во все стороны захлестала кровь. Увидев это, остальные его приятели в ужасе отпрянули назад.

И в следующее мгновение Микаге кончиком ступни со всей силы ударила другого бандита в висок.

Опираясь на одну ногу, другой она нанесла ему этот удар. На женщине была надета специальная обувь со стальными защитными вставками у пальцев, поэтому мужчина рухнул на пол без сознания, не произнеся ни звука.

После этой атаки она опустила ногу не сразу. Напротив, Микаге, согнув занесённую ногу в колене, осталась в той же позе.

Прекрасно балансируя на одной ноге, кончиком другой она поразила очередного парня в горло.

Кожу она не повредила, однако изо рта и носа мужчины резко вышел воздух. Он, поддавшись земному притяжению, упал на пол с закатанными глазами.

— …

Микаге, не проронив ни слова, опустила ногу и движением руки поманила остальных ребят из “Рабов небесных”.

Байкеры из “Драконов-Зомби”, стоявшие неподалёку, похоже, были в курсе, что помощь ей не требуется. Они, думая о своём, просто наблюдали за происходящим.

— Да что не так с этой женщиной?.. — увидев яростный стиль боя Микаге, пробормотал Шиджима.

Изая пожал плечами и ответил:

— А это Микаге-чан, я, вроде бы, только что о ней рассказывал. Давайте тогда продолжим, что ли…

Не успел Изая сказать что-либо ещё, как у него за спиной раздался звук разбивающегося стекла.

Повернувшись, все присутствующие в баре увидели Червя, которая была сама не своя; в каждой руке она держала по разбитой бутылке.

— Да что ты сделал… ты… почему ты нас обманул?! Зачем ты позволил себя похитить… зачем?!

— Теперь твой голос такой настоящий. Мне он нравится куда больше, чем тот фальшивый сладенький голосок, которым ты говорила раньше.

— Отвечай на мой вопрос!

— Ну, скажем так... у нас с Шиджимой-куном почти одинаковые цели.

Услышав своё имя, молодой человек не смог унять дрожь.

Изая, в свою очередь, не обратил на него никакого внимания; он не спеша сел на барную стойку и спокойно проговорил:

— Я мог бы просто рассказать Авакусу-кай об этом месте, чтобы дальше они разбирались сами, знаешь ли. Но оставлять таких молодых людей, как вы, на милость Авакусу-кай было бы слишком жестоко. Так что я сам решил прийти сюда и убедить вас прикрыть ваши подпольные казино… Ну, думаю, мы с вами не враги.

— ?..

— Ну, ещё я хотел понаблюдать за людьми. Из-за мешка мне было на удивление хорошо всё видно. Знаешь, нечасто выпадает возможность так близко лицезреть такого симпатичного и самовлюблённого палача. Ради такого я бы с радостью отдал ноготь или палец, — поэтому и позволил вам похитить себя. Вот и всё.

Женщину аж передёрнуло от прямолинейного ответа Изаи. Не выпуская бутылок из рук, она крикнула своим подчинённым, которые должны были быть позади неё:

— Да что вы стоите?! Давайте быстро с ним…

Однако её слова оборвались на середине.

— Быстро… с ним?..

Увидев, во что превратились её подчинённые, Червь, наконец, замолчала.

— ?

Не понимая, в чём дело, Шиджима повернулся посмотреть на людей из “Амфисбены” — и точно так же встал, как вкопанный.

Изая, сидя на барной стойке прямо напротив этих двоих, поболтал ногами.

— А знаете, почему меня привезли сюда полностью невредимым? Почему никто даже ударить меня не пытался? И почему мои руки были связаны так слабо, что я и сам мог прекрасно освободиться?

— …О чём, о чем ты…

— Ты, наверное, не в курсе. Но, хотя даже если я тебе расскажу, ты ничего и не поймёшь.

Орихара улыбнулся и сам повернулся, чтобы посмотреть…

Глазные яблоки всех членов “Амфисбены” окрасились в багряно красный. Они, не двигаясь, стояли и улыбались.

— Я мог бы выкроить для работы немного больше времени и заставить твоих подчинённых предать тебя на самом деле. Но из-за того, что были проблемы ещё и с “Рабами небесными”, у меня не хватало времени, и пришлось прибегнуть к немного нечестному методу. Хотя если подумать, попросив Чёрного Гонщика о помощи, я тоже смухлевал.

Слова “Чёрный Мотоцикл” навели Шиджиму на одну мысль.

«Не может быть…»

«Когда мы украли ноутбук… это тоже было частью его плана?..»

«Заманить нас… нет, заманить сюда меня?»

Перед красноглазой армией Шиджима больше не мог нормально соображать.

Он даже предположить не мог, что это за сверхъестественное явление такое, так что решил, что эти люди были под каким-то наркотиком.

Червь, судя по всему, подумала точно так же. Крепко сжимая бутылки, она резко развернулась и обратилась к Изае:

— Орихара Изая… что ты сделал с моими подчинёнными?

— Разве я не говорил? Ты вряд ли это поймёшь, — прямо ответил информатор.

Червь, словно считая, что это достаточная причина убить его, рванулась с места…

Мгновенная взрывная мощь.

Её скорость превзошла ожидания как Шиджимы, так и остальных. Даже Микаге, всё ещё сражавшаяся у входа в бар, на мгновение остановилась и сказала:

— Ого…

Словно горя желанием доказать, что она не просто помешанная на пытках женщина, Червь, не сбавляя скорости, вонзила бутылку из правой руки Изае в горло.

Вместе с тем она изогнула руку с орудием так, что острые края стекла наверняка порвали бы Орихаре аорту.

Информатор, однако же, ухитрился увернуться от её удара и прокатился по барной стойке в противоположный её конец.

Женщина тут же ринулась за ним. Но, когда она приземлилась на стойку с другой стороны, Изаи там уже не было.

— Где ты прячешься?!

Изая, каким-то образом успевший убежать обратно на то место, где сидел раньше, в ответ на выкрик Червя смиренно опустил плечи.

Информатор беззаботно проговорил:

— Ты всё так усложняешь. Мне совсем не интересно избивать девушек.

— Смешно слышать это от тебя, Орихара Изая! Всё ещё строишь из себя феминиста?.. В таком случае ты не будешь жаловаться, даже если я изобью тебя до смерти?

— Не думаю, что феминист — уместное в данной ситуации слово. Ну и, конечно, умирать мне тоже не хочется.

Женщина запрыгнула на барную стойку с помощью своих невероятно сильных ног и уже приготовилась наброситься на усмехающегося Изаю…

— Поэтому я и доверяю это дело одному своему другу.

Как только Орихара закончил говорить, Червь почувствовала сильный удар в колено.

— Ааа… что?!

Ей только что сломали кость.

Как только женщина это поняла, то рухнула на стойку, не чувствуя ничего ниже сломанного колена.

— Ааа! Ааа!

Всё её тело затряслось из-за ужасной боли. Ей не то что говорить — дышать было сложно.

Стеклянные бутылки, выскользнув у неё из рук, упали на пол и разлетелись вдребезги.

Что же с ней случилось? Червь отчаянно пыталась понять что к чему, пока боль окончательно не завладела её разумом.

Ответ, однако, она получила не с помощью своей головы, а, скорее, глаз и ушей.

— Тогда, в викторине… ты получила 0, не так ли?

Повернувшись в сторону голоса, женщина увидела, как на неё, облокотившись локтем на барную стойку, сверху вниз смотрит мужчина.

Его голос был ей знаком — это он не так давно позвонил им, представившись Изаей.

— И поэтому, моя маленькая красавица, в качестве наказания мы с тобой немного позабавимся!

— Ааа… гаа… вот урод…

Червь, всеми силами пытаясь сдержать боль, отказалась от своей женственной манеры речи и бросила на мужчину яростный взгляд.

Словно специально дожидаясь именно этого момента, мужчина в солнечных очках и со шрамами от ожогов на правой стороне лица безжалостно ударил женщину по пальцам пластиковым молотом.

- Ааа!

Попавшей под удар руке Червя посчастливилось лежать именно на том месте, где она сама превращала пальцы своих пленников в кровавое месиво.

Её кровь смешалась с запёкшимися багряными следами.

Когда женщина открыла рот, пытаясь закричать, Изуми Ран — тот самый мужчина в солнечных очках — воткнул ей в рот что-то вроде куска ткани.

— Ммм!

Червь тут же поняла, что это была за тряпка.

Странный привкус во рту и запах керосина — всё говорило о том, что это был тот самый мешок с головы Изаи.

— С Днёёёём Рождееееения!

Изуми, нараспев проговорив эти слова, достал зажигалку и, как всегда без промедлений, поджёг мешок во рту у женщины.

Меньше, чем через минуту…

Она, вся израненная, лежала на полу у ног Изуми.

Чтобы потушить мешок, которым мужчина заткнул ей рот, она скатилась с барной стойки на пол — и хотя ей это удалось, рассыпанные по полу осколки стекла оставили на её теле множество порезов.

Более того, её второе колено, до сих пор нетронутое, теперь тоже было сломано молотом Изуми. Из-за нахлынувшей боли женщина потеряла сознание.

— Хаха, это… навевает воспоминания. Ну, разве я не прав?

Изуми маниакально рассмеялся и ногой перевернул Червя на спину.

— Хм, а если присмотреться к ней поближе, то она очень даже ничего.

Словно не обращая внимания на собравшихся здесь людей, Ран потянулся к её одежде…

— Прекрати, Изуми.

Но, услышав выкрик Микаге, он резко остановился.

— Чего? Почему это ты меня останавливаешь? Ты же в курсе, скольких людей эта девка искалечила?

— Да, и именно поэтому я бы и слова не сказала, если бы ты просто разнёс ей лицо своим молотом или сжёг заживо.

Спокойно пробормотав настолько опасные слова, Микаге как ни в чём не бывало продолжила:

— Но если ты собираешься надругаться над ней, как над женщиной… я убью тебя, Изуми.

Ран, щёлкнув языком, явно показал своё недовольство, но руку с Червя всё-таки убрал.

— Я не обязан тебя слушаться… но, скажем так... один раз я тебе поддамся. Ты теперь моя должница, так что поиграешь со мной, да? Хмм?

— Если думаешь, что у тебя получится меня изнасиловать, тогда давай, действуй.

Услышав полный желания убивать тон Микаге, Изуми снова щёлкнул языком. Ухмыльнувшись, он вышел из бара.

«…»

Шиджима, ставший свидетелем этой сцене, был рад, что один из наиболее опасных людей покинул место происшествия.

Но в то же время он понял кое-что ещё.

А именно — что каждый из “Рабов небесных”, кто пытался напасть на Микаге, без сознания валялся на полу.

«Ч-что всё это значит?»

«Что только что… здесь произошло?..»

Впрочем, кое-что Шиджима совершенно ясно понимал.

В этом баре больше никто не был на его стороне, и теперь с ним могло произойти всё что угодно.

Орихара Изая медленно подошёл к парню и прошептал ему на ухо:

— Эй, похоже, мы с тобой наконец-то можем поговорить.

— …

Когда я всё ещё был с мешком на голове, ты пытался зарезать меня ножом до смерти... не так ли?

— !..

Услышав слова Изаи, Шиджима вздрогнул; он машинально отвернулся и осмотрелся по сторонам.

Все его приятели были или отправлены Микаге в нокаут, или выли от боли на полу. Никто из них даже стоять не мог. Не похож было, чтобы кто-нибудь из них слышал, о чём говорит Изая.

— Всё в порядке, я никому из твоих людей об этом рассказывать не собираюсь. И всё же: а у тебя кишка не тонка, если ты, зная, что под мешком может быть Кумои-сан, пытался убить меня. Какое смелое решение.

— …

— Похоже, что ваши отношения с Кумои-саном именно такие, как я себе и представлял.

Изая довольно кивнул.

У Шиджимы вспотели ладони; он взволнованно спросил:

— Что… что ты собираешься делать со мной?

Орихара, услышав простой вопрос молодого человека, кинул взгляд на Червя и ответил:

— Если будет возможность, то можешь просто прекратить своими действиями привлекать внимание Авакусу-кай и присоединиться к Долларам. Я пришлю тебе приглашение.

— Знаешь, с помощью информационной сети Долларов… у тебя, может быть, даже получится узнать, что замышляют глава “Амфисбены”… и Кумои-сан.

♂♀

— Так держать. Ты заключил сделку с внуком большой шишки.

Не успел Изая выйти из бара, как с ним заговорила стоящая у входа девушка.

— Не совсем. Но я в любом случае был здесь не из-за этого. Он всего лишь приятный бонус к работе на Авакусу-кай.

В ответ на слова информатора Ниекава Харуна — женщина с длинными волосами — едва заметно улыбнулась и проговорила:

— Ну, так что мне делать дальше?

— Не думаю, что у меня получится уговорить Червя присоединиться к нам. Можешь сделать это за меня?

Харуна, у которой вокруг шеи по какой-то непонятной причине были намотаны бинты, всё улыбалась и улыбалась, улыбалась и улыбалась, сверкая глазами.

— Эй, если я тебе помогу, ты правда дашь мне увидеться с Такаши?

— Всё зависит от тебя. Я просто предоставлю тебе информацию.

— Вот как…

В следующее мгновение по улице прокатился металлический лязг.

Это Изая ножом остановил клинок Харуны.

— …Я разочарована. Я думала, что здесь и сейчас смогу узнать, где Такаши… если поглощу тебя.

— Я люблю людей, так что не хочу, чтобы моим разумом завладело какое-то чудовище.

— Ты сам используешь силу этого чудовища для своих целей и всё равно продолжаешь так говорить. Как интересно.

В ответ на прямолинейность Харуны Изая пожал плечами и проговорил:

— Ты права — сначала я и не собирался таким заниматься. Но несколько раз мне пришлось воспользоваться помощью чудовища, именуемого дюллахан, так что пришлось немного изменить собственные принципы. Я очень не хотел пользоваться твоей силой, но на этот раз без неё было не обойтись.

Информатор ненадолго задумался, а потом сказал девушке следующее:

— И ещё... как человек, я всегда тобой восхищался. В отличие от Сонохары Анри, которая полностью приняла Сайку и добровольно перестала быть человеком, ты своими силами одержала над Сайкой верх и, оставшись собой, подчинила её себе.

— По сравнению с Сайкой этой маленькой воровки моя ещё слишком слаба.

Харуна склонила голову вбок и захихикала.

— И я одержала над ней верх не своими силами… я сделала это с помощью моей любви к Такаши.

Изая, наблюдая за девушкой, улыбнулся сам себе. Он помахал рукой, словно опровергая слова Ниекавы, повернулся к ней спиной и сказал:

— Не волнуйся. Может быть, твоя Сайка и слабее той, что у Сонохары Анри, но ты благодаря этому сильнее её.

— Ведь ты, всё-таки, уже дважды вырвалась из-под контроля Сайки.

♂♀
Через несколько дней, где-то в Токио, в дорогой машине

— …Так вот, как я уже говорил, похоже, “Амфисбена” больше не подаёт признаков жизни. Их лидера, ‘Ящера’, было невозможно найти ещё до того, как я начал его искать. Думаю, он сбежал отсюда подальше. Находящиеся под покровительством Авакусу-кай казино в скором времени получат обратно своих клиентов.

Когда Изая, сидя на левой стороне заднего сидения машины, закончил свою беззаботную речь, Шики, находившийся рядом с ним, проговорил привычным тоном:

— …Значит, вы не знаете, где находятся другие члены этой организации?

— Ну, я покопался в этом деле, но почти никто из них не был связан с якудза. Не думаю, что, даже если бы я спросил, они смогли бы мне рассказать достаточно. Они уже бросили свою деятельность, так что не думаю, что стоит так жестоко их наказывать, или я не прав?

— Это решать нам… но это не столь важно. Если они снова примутся за старое, вы дадите нам их имена бесплатно.

— Тогда, спасибо. Мне так и не удалось узнать, где прячется их лидер, так что вам не придётся мне доплачивать. Хватит и того, что вы уже дали.

Изая, как будто расстроившись, пожал плечами. Шики решил именно сейчас задать ему кое-какой вопрос:

— …Кстати, одной кучки студентов-наркоторговцев… с позавчера нигде не видно. Есть идеи?

— Как знать? Может, они и остатки “Амфисбены” умерли, пытаясь оторвать друг другу головы.

Орихара радостно улыбнулся. Шики сделал тоже самое и заговорил тоном, показывающим его отношение происходящему:

— Информатор… лучше не будьте так уверены, что всё в этом мире всегда будет идти по вашему плану.

Да, эти слова мужчина сказал с улыбкой, но, как бы то ни было, они были достаточно тяжёлыми и резкими, чтобы пронять до костей любого.

Изая, однако же, встретился с ними лицом к лицу и ответил:

— Ни в коем случае. Мир потому и интересен, что не всегда идёт в том направлении, в котором хочу я.

Шики, скрестив руки на груди, посмотрел на Орихару и сказал:

— Вы же не думаете, что нам ни о чём не известно?

— …

Изая не ответил ничего; Шики же решил не давить на него больше.

— Так вот, по поводу работы… а, точно. Акабаяши из нашего клана хочет с вами переговорить. Надеемся, что вы сможете связаться с ним, когда вам будет удобно.

Шики вдруг снова переключился на рабочие темы; Изая, немного изменившись в лице, ответил ему:

— Понятно. Свяжусь с ним немедленно.

Он едва заметно улыбнулся и с долей иронии продолжил:

— Я должен дать как можно большему количеству людей использовать себя ради информации: именно этим я и зарабатываю себе на жизнь.

— Вот почему мне нравится быть информатором… нет, быть Орихарой Изаей.

Эпилог и следующий пролог. Я

Что ж, Накура-кун. Прекрасно постарался.

— …

Я всё слышал по беспроводному соединению. Ты просто великолепно сыграл, и лжёшь так же хорошо, как и всегда.

— Всё потому, что ты так много раз обводил меня вокруг пальца.

Но всё же: «Как только вы его увидите, сразу станет понятно, что он ненормальный»? Ты на ходу придумал довольно занятную фразу.

— А что, с ней что-то не так?

Нет-нет. С ней всё в порядке. Но если бы тебе с самого начала было ‘понятно’, что я ненормален, твое имя по-прежнему было бы твоим, и тебе бы не пришлось ради меня устраивать такие безвкусные шоу. Вот что кажется мне таким смешным.

— Изая-сан, пожалуйста, прекрати. Ты прекрасно знаешь, что эта Куджираги на деле не работает ни в какой страховой компании, да?! Сжалься надо мной и хотя бы не вмешивай меня в переделки с якудза, ну пожалуйста!

Ну ничего себе, ты всё лучше начал разбираться в людях. Ты прав: когда она сказала, что работает на страховую компанию, то это была ложь. Но то, что её имя Куджираги — чистая правда. Не переживай. Её род деятельности несколько отличается от якудзы.

— П-Правда?

Да, конечно. Кстати говоря, я тут подумал, что заслуживаю твоей благодарности. Ещё немного — и Авакусу-кай начали бы на тебя охоту по двум фронтам.

— …Что?

Ты что, забыл? На последнем году старшей школы мы вместе основали организацию под названием “Амфисбена”. Помнишь такое?

— Д-да… за основу мы взяли бейсбольный тотализатор из средней школы, да? Мы основали организацию, но свои личности скрыли.

Именно. Тогда ты называл себя “Ящером”, не так ли?

— Но её же в скором времени распустили, разве нет?..

Помнишь, среди членов организации была одна девушка по кличке “Червь”?

— Нет, совсем такую не помню.

Вот видишь? Даже я понятия не имел, кто она такая. Возможно, она была подчинённой одного из наших подчинённых или вступила только потому, что ей нравился кто-то из наших людей.

— И что сделала эта девчонка, Червь?

Она использовала имя “Амфисбены”, чтобы вогнать территорию Авакусу-кай в хаос. Её сеть подпольных казино сейчас намного больше, чем наша когда-то.

— …Чего?

Ах да, а знаешь, что самое смешное? Ты, Ящер, испарился несколько лет назад… но она по-прежнему называет тебя своим ‘Хозяином’. Она поклоняется тебе.

— Погоди немного, что ты имеешь в виду?

Она, возможно, считает себя… любовницей своего Хозяина и убедила в этом всех подчинённых. Что только она может связываться с тобой, или что-то вроде того.

— Нет, я совсем не понимаю, о чём ты!

Сейчас всё в порядке. Не волнуйся. Я со всем разобрался.

— П-Правда?

Но кого я готов назвать настоящим произведением искусства… так это того, кто работал против них… Шиджиму.

— Чего?! Ш-Шиджима… тот самый Шиджима из клуба экспериментальных легальных наркотиков… который мы основали после университета?

Именно. Богатенький мальчик Шиджима-кун. Я никогда не показывал им своего лица, но ты, Накура, общался с ними лично в качестве создателя группировки, носившего имя Кумои, не так ли?

— Ч-Что наделал тот парень?

Он вместо легальных наркотиков делал противозаконные.

— …Что?

А своим людям говорил, что “так приказал ему Кумои-сан”.

— М-Минутку! Погоди! Да этого не може... ты издеваешься надо мной?!

Какая забавная реакция. Ты там что, спать хочешь?

— Да нет же! П-Почему он так пользовался моим ненастоящим именем?!

Шиджима-кун знает, на какие рычажки надавить. Он сделал себя вторым по значимости в группировке и говорил своим людям, что Кумои его ‘наказывает’. Так он заставил подчинённых бояться Кумои.

— …

И всё же, он просто нечто. Он на самом деле просверлил дырки в резцах и порезал себя дротиками… Думаю, если что-то даёт тебе сил делать с собой такое — это, в какой-то мере, можно назвать судьбой.

— Я не желаю больше слушать об этом. Пожалуйста! Что мне делать… пожалуйста, спаси меня!..

Я и так это сделал, разве нет? Тебе больше не стоит волноваться о Шиджиме-куне.

— Правда?..

Да. Тебе больше совсем не о чем волноваться.

В любом случае мне всё равно ещё потребуется твоя помощь.

— …

Если дела пойдут хуже некуда… просто попроси Шинру сделать тебе ещё одну пластическую операцию. Он ведь уже успел убрать тебе обе родинки и изменить ещё парочку черт лица? Не думаю, что Червь и Шиджима-кун теперь смогут тебя узнать.

— Да что… что мне вообще делать?!

Тебе не надо делать ничего.

— …

Если ты когда-нибудь будешь сожалеть о случившемся, вини во всём прошлого себя. Поговорим позже.

— Х-Хорошо, пока.

Пока-пока.

— …

— …Ааааа!

— Уваааааааааааааааа! Черт, чёрт, чёёёёёёёрт!

— Почему… почему это случилось именно со мной… ну почему?!

— Да что это, чёрт возьми, такое?! Что... да что я вообще такого сделал?! Ну, я… сделал, сделал кое-что, да, это так, блин, блин…

— Почему… да какого хрена… зачем я вообще это сделал?!

♂♀
12 лет назад, последний день летних каникул, в кабинете биологии Средней школы Райджин

— Так вот, как я и говорил, мне совсем не кажется, что бейсбольный тотализатор — хорошая затея.

— Ты до сих пор промываешь мне по этому поводу мозги? Бесишь.

Как долго они спорили?

Изая в какой-то степени раздражительно посмотрел на Президента клуба.

Он вызвался ухаживать за растениями на летних каникулах, руководствуясь кое-какими личными целями.

Кабинет биологии был нужен ему для собраний делающих ставки на бейсбольные матчи студентов.

Обычно ученики заглядывали в кабинет биологии, чтобы взглянуть на плотоядные растения. Однако большая их часть приходила сюда вовсе не из-за зелени — они хотели встретиться с Изаей, основателем тотализатора.

Пока эти студенты использовали отговорку с растениями, они могли делать что душе вздумается, не привлекая внимания учителей. Но в последний день летних каникул Кишитани Шинра — Президент клуба биологии — неожиданно нагрянув в школу, застал игроков врасплох.

И с того самого момента он упорно пытался убедить Изаю бросить это занятие.

Президент, Кишитани Шинра, делал это вовсе не из-за собственных моральных принципов.

Это Орихара был в состоянии понять.

Вероятно, этот парень строил из себя такого святошу только чтобы понравиться своей ‘возлюбленной’.

Впав в раздражение от поведения Шинры, Изая и слушать не хотел, что тот говорит…

Но Кишитани, в свою очередь, упрямство одноклассника не разозлило и не расстроило. Он просто, как ни в чём не бывало, пытался отговорить Орихару.

— Ты совсем спятил, Шинра? Говоришь, как безвольная марионетка. Что бы ты ни делал — всё только для того, чтобы выпендриться перед родными.

— Я не против быть марионеткой, если это связывает меня с моей возлюбленной.

— Да это всё просто бессмысленно.

Изая вышел из себя. После его последних слов в кабинете на какое-то время воцарилось молчание…

Но его нарушил не Изая и не Шинра, а мальчик, который открыл дверь и зашёл в кабинет.

— …Изая, — тихо проговорил парень.

Шинра, заулыбавшись, помахал ему рукой.

— О, Накура-кун? Пришёл посмотреть на плотоядные растения?

Мальчик, в уголках глаз у которого были две симметричные родинки, проигнорировал приветствие одноклассника и медленно подошёл к Изае.

— …Что ты хочешь? Ставки на сегодня закончены.

Со слов Орихары стало очевидно, что Накура частенько заглядывал сюда, чтобы сделать ставки на бейсбольные матчи. Шинра, однако же, посмотрев на обоих своих одноклассников, никак не изменился в лице.

— П-Пожалуйста, помоги мне. Займи немного денег.

Накура выглядел несколько подавленным. Его лицо было словно каменным, губы дрожали; парень подошёл ещё ближе к Изае.

— Мелкими займами я не занимаюсь, знаешь ли.

— Тогда верни мне все те деньги, которые я ставил до вчерашнего дня… Дела плохи, отец может в любое время обнаружить, что я крал деньги из его кошелька…

— А разве ты не сам в этом виноват? Я же никогда не заставлял тебя участвовать в тотализаторе, — усмехнулся Изая.

Лицо Накуры вдруг исказилось, и…

...Дрожащими руками он достал из кармана нож и крепко сжал рукоятку.

— …Ты это всерьёз, Накура-кун?

Изая сузил глаза. Накура же бросил сквозь стучащие друг о друга зубы:

— Давай их сюда! Деньги гони, кому говорю! Дай, дай их… давай их сюда!

Скорее всего, парень уже не понимал, что несёт. Заикаясь, он двинулся на Изаю с ножом в руке…

— Сказать по правде, не думаю, что ты заслуживаешь эти деньги. Я знаю, что ты несколько раз пытался проследить до дома за теми, кто победил. Знаешь, они мне на тебя жаловались.

Только Изая закончил говорить, как Накура дрожащим голосом закричал:

— Я… я же сказал — отдай их! Отдай… ааааааа!

— …Какой же ты, всё-таки, идиот.

На лице Изаи на мгновение проявилось волнение. Он, приготовившись дать нападавшему отпор, уже потянулся к стулу…

Как вдруг, Шинра встал между этими двумя.

— Подождите… ааааааа!

Вероятно, он хотел сказать «Подождите немного».

Но, даже когда Шинра встал между одноклассниками, это Накуру не остановило.

И сильный удар в бок заставил Кишитани прокричать эту странную фразу.

И ещё из-за этого удара по всему кабинету биологии брызгами разлетелась кровь.

Как только Накура увидел, что нож в его руке весь в крови, он побледнел…

— А… чего? Н-Нет, всё совсем не так, я, я просто, я просто хотел его припугнуть… припугнуть Изаю…

Накура, возможно, не мог осознать, что только что произошло. Его губы задрожали ещё сильнее, чем раньше; парень отчаянно замотал головой.

— Это не я! Это не моя вина! Я, ааа, вааааааааа!

Он кинул нож на пол и со всех ног бросился прочь из кабинета биологии.

Изая подбежал к лежащему на полу Шинре и посмотрел на бок парня, в который должно было войти лезвие.

Рана была не очень глубокой, так что внутренние органы, скорее всего, были в порядке, но кровотечение было таким сильным, что вся одежда мальчика была пропитана кровью.

— Лежи здесь! Я вызову скорую…

Изая достал из школьной сумки мобильный, который в те времена ещё был довольно редким явлением. Но Шинра вдруг схватил его за руку.

— Сначала… открой шкаф… и принеси мне скотч…

— Что?

— …Мне надо… сначала остановить кровотечение…

— …Ладно.

Увидев, что Кишитани даже в таком плачевном состоянии уверенно раздаёт указания, Изая подчинился и сходил за скотчем.

Шинра с необычайной ловкостью обмотал рану клейкой лентой и улыбнулся Изае.

— Ха-ха. Похоже, я... не... подхожу на роль героя… всё-таки.

— Разве тебе не будет лучше помолчать? — сказал Изая.

Шинра, смутившись, ответил:

— Я тут подумал… что моя возлюбленная будет мной восхищаться, если я стану героем… ааааа!

— Эй, эй…

— Всё в порядке. От такой раны не так-то просто умереть. Похоже, мои органы не пострадали. Он чудом не задел мою брюшную полость… ааа…

Наблюдая за тем, как мертвенно бледный Шинра всё продолжает и продолжает болтать, Изая чувствовал…

Зависть.

Он всегда полагал, что был рождён для наблюдения за другими и, следовательно, стоял выше всех окружающих его людей.

Но Кишитани Шинра, в отличие от него, в прямом смысле жил в совершенно другом мире.

Он без малейших сомнений подставил себя под нож. Он это сделал не из-за моральных устоев и не из-за хорошей реакции, а просто потому, что хотел заслужить чьё-то признание. Было ли это для него настолько просто? Да, любовь действительно может делать людей слепыми, но в случае Шинры это переходило все границы.

Жизненные принципы Шинры были невероятно далеки от таковых у остальных людей, даже от принципов Изаи.

В тот момент Орихара был слишком взволнован, чтобы как следует разобраться в своих чувствах. Оглядываясь назад, он решил, что Шинра на самом деле “смотрит на людей из какого-то другого мира”.

Этот парень, в отличие от Изаи, совсем не испытывал к людям тёплых чувств.

Но Орихара всё равно ему завидовал.

Он завидовал однокласснику, который жил в совершенно другом мире. В мире, который был так далек от миров всех остальных...

Пока Изая наблюдал за Шинрой, его рука вдруг остановилась, когда он уже готов был набрать номер скорой помощи.

— …Слушай, Шинра.

Кишитани взвыл от боли, и он тихим голосом задал ему вопрос:

— Твоя рана, можешь сказать им, что это сделал… я?

— Ай, больно… чего?

— А взамен… Я до конца своих дней буду делать всё возможное, чтобы этот Накура пожалел о том, что сотворил.

♂♀
12 лет спустя

[Ну, и что ты ему ответил?]

— Эм… думаю, что-то вроде ‘Ладно, как скажешь’.

После того, как Шинра из-под одеяла проговорил эти слова, Селти несколько удивлённо напечатала следующее:

[Ты… я знаю, что ты из-за своей страсти делал просто поразительные вещи, но я и подумать не могла, что ты начал ещё ребёнком.]

— Хехе. Перед Селти-то я всегда строил из себя примерного студента.

[Прости, но тогда ты тоже не казался мне примерным.]

— Чего?! Ну вот… — прокричал Шинра, не подумав, и его сломанные кости тут же заболели так, будто их начали точить друг о друга.

Селти поспешила успокоить мужчину и полотенцем вытерла пот с его шеи.

Шрам на боку подпольного доктора остался с тех пор, как одноклассник пырнул его ножом. Изая взял всю вину на себя и пользовался этим, чтобы, запугивая преступника, сделать его своей игрушкой.

Вот о чём Шинра рассказал женщине несколько дней назад.

Теперь же, когда Селти услышала, как Кишитани говорит об этом случае, она начала думать, что его отношение ко всему в этой жизни само по себе было проблемой.

С другой стороны, ей пришлось признать, что всё это было “как раз в стиле Шинры”. Со смешанными чувствами женщина продолжила:

[Но неужели это было для тебя наилучшим вариантом? Трудно, наверное, мирно сосуществовать с человеком, который тебя ранил.]

— Не очень-то трудно. Во-первых, он меня вообще не интересовал. Хотя, если задуматься, тогда он поступил просто непростительно. Я даже рад, что Изая сделал из него своего раба.

[…Не часто ты испытываешь к кому-либо такие чувства.]

— Если бы он тогда убил меня… Ну, я не очень-то боюсь смерти, но ведь если я умру, то больше никогда не увижу Селти! Это всё равно что отнять у меня Селти. Разве бы я смог простить его за это?

Столкнувшись с такими напористыми словами Шинры, Селти ненадолго потеряла дар речи. Вздохнув, она пожала плечами и снова стала обсуждать количество полученных за работу денег.

Ей было поручено только покупать у людей какие-то странные фишки, позволить бандитам украсть ноутбук и защитить сестру Изаи. Но Изая остался ей доволен. Он сообщил женщине, что её работа окончена, и назначил ей встречу на улице.

Помимо конверта, где лежало даже больше денег, чем она ожидала, Селти получила от него кое-какую информацию…

Ёдогири Джиннай.

Изая рассказал ей, что именно этот человек виновен в нападении сталкера на Шинру.

«В это, конечно, трудно поверить, но Изая в таких случаях никогда не врёт».

«Он, в конце концов, бывший глава агентства Рури-чан, так что вполне может стоять за нападениями сталкера».

«…»

«Но я куда больше волнуюсь не об этом, а о…»

«О…»

— Селти, что случилось?

Когда Шинра назвал её по имени, женщина потеряла мысль и запечатала на КПК:

[Ничего.]

— Селти, ты что-то от меня скрываешь?

Селти честно ответила на вопрос мужчины:

[Да, скрываю. Но я не расскажу тебе, что именно.]

— …Так не честно, Селти. Теперь я и спросить тебя ни о чём не смогу.

На мгновение показалось, что Шинра вот-вот заплачет. Однако вместо этого он, смиренно вздохнув, нежно улыбнулся Селти.

— Всё хорошо, я не буду заставлять тебя рассказывать, если ты этого не хочешь. Но я просто на всякий случай спрошу: ты мне ни с кем не изменяешь?

[Конечно нет! Можешь спать спокойно.]

— Как здорово… мне так полегчало, что даже спать захотелось… ааа…

Шинра с улыбкой на губах закрыл глаза и уснул.

Селти с тревогой смотрела на него.

Её беспокойство не имело ничего общего с полученной от Изаи в качестве вознаграждения информацией.

Скорее, оно имело отношение к ощущению абсолютно точного присутствия кое-чего — к чувству, которое она испытала, когда получала эту самую информацию.

Она была не в состоянии забыть это чувство. Чувство того, что её голова совершенно точно была где-то рядом.

«Ошибки быть не может…»

«Моя голова… у Изаи».

Какая-то женщина из фармацевтической компании Ягири скрылась вместе с головой. Учитывая особенности информационной сети Изаи, он давно уже мог встретиться с ней и заполучить голову.

Селти всегда ощущала лёгкий след присутствия головы, но так сильно, как в этот раз, она не чувствовала его никогда.

Она никак не могла выкинуть это из головы, поэтому через несколько часов вернулась на место их с Изаей встречи. Но к тому времени она, как и раньше, почувствовала лишь тонкий след.

«Как я и думала… Изая точно принёс с собой голову!»

«Но… зачем?»

«Я знала. Ни в коем случае нельзя доверять Изае».

«Но… если я пойду к нему и попрошу вернуть её… что тогда будет?»

«Что станет с моей жизнью и моими воспоминаниями, если я получу голову обратно?»

«Забуду ли я все те времена, что мы прожили с Шинрой в Икебукуро? Я снова стану выполнять обязанности дюллахан и оставлю это место навсегда?»

Пока Селти размышляла о возможной встрече с головой, ей стало страшно как никогда.

Она снова посмотрела на лицо любимого, чтобы сдержать свои чувства.

«Шинра».

Она, в конечном счёте, так и не смогла решить, что ей делать…

Но, наблюдая за его лицом, она успокоила своё сердце.

Когда на Шинру напали, вспышка злобы помогла женщине понять, что для неё он незаменим…

Теперь, исцелившись от одного его присутствия, Селти в очередной раз убедилась в этом.

Женщина вдруг задумалась над вопросом, который в прошлом уже не давал ей покоя.

Были ли её чувства к этому человеку равны любви или привязанности, которую люди обычно испытывают друг к другу? Ответа на этот вопрос она не знала.

Но надеялась, что всё-таки были. Она надеялась, что они с Шинрой всё так же будут связаны одинаковыми чувствами…

Но богов для мольбы у неё не было. Она могла лишь молча молиться городу под названием Икебукуро.

♂♀
Где-то в Икебукуро, на улице

— Так что, в итоге, курьер ничего мне не сказала. Хотя думаю, она заметила.

— Я знаю, что говорю это уже, наверное, в тысячный раз, но ты самый ужасный человек, которого только можно представить… Да, я ненавижу Всадника без Головы, но в этот раз даже мне её немного жаль. Это же не она, в конце-то концов, соблазнила Сейджи, а её голова.

Услышав эти слова Намие по телефону, Изая изогнул шею и сказал:

— Твои принципы любви и ненависти так же просты, как и всегда. Впрочем, я с самого начала знал, что она ни за что не попросит вернуть ей голову сию же секунду. Я, скорее, надеялся посмотреть, как это повлияет на голову… но на неё это не повлияло никак, по крайней мере, на вид.

— Какая ирония. Ты постоянно всем рассказываешь, как любишь людей, и всё равно надеешься на хорошую загробную жизнь.

— Ты неправильно поняла. Я люблю людей, и поэтому хочу наблюдать за ними вечно.

— Ты что, считаешь себя богом? — с отвращением выпалила Намие.

Изая, в свою очередь, просто пожал плечами и парировал:

— Это не так. Я никогда не хотел делать с людьми ничего — мне просто хочется за ними наблюдать. Конечно, если я могу одним маленьким движением сделать вещи интереснее, так будет гораздо лучше.

— Как раз это бог-обманщик и делает. Возомнил себя Локи из скандинавской мифологии?

— Сначала Шики-сан, а теперь и ты. Неужели мифология резко стала популярна, а я всё ещё не в курсе?

Разговор продолжался ещё некоторое время. Сообщив женщине, что им необходимо сделать дальше, Изая повесил трубку.

Продолжая идти по улице, он вспомнил, что ему на прощание написала Селти.

[И всё же сегодня я увидела тебя с другой стороны. Никогда бы не подумала, что ты попросишь меня защитить твою сестру… Похоже, в тебе всё-таки ещё есть что-то человеческое, и этого достаточно, чтобы понимать, что нужно заботиться о своей семье.]

Женщина сказала это только для того, чтобы скрыть беспокойство из-за присутствия головы, или же она была искренней? Можно было только гадать.

Но в душе Изая был не согласен с Селти.

«Нет, курьер, всё совсем не так».

«Ты всё совершенно неправильно поняла».

«Я попросил тебя защитить мою сестру…»

«Потому что не мог допустить, чтобы ты пришла в бар… пока там Ниекава Харуна. Вот и всё».

Прогуливаясь по улочкам Икебукуро, Изая ненадолго задумался.

Его сёстры были сплошной головной болью, но для него они никак не отличались от всех остальных людей.

Орихара Изая считал своих родственников друзьями точно так же, как и незнакомцев.

Но вдруг... информатору вспомнился один случай из средней школы.

А именно то, как Накура ранил Шинру — это, можно так сказать, и послужило причиной недавних событий.

«Если подумать…»

«Это, скорее всего, единственная вещь, которая настолько сильно повлияла на становление моего сознания».

Вспомнив чувство зависти и собственного поражения, которые он почувствовал тогда, информатор понял, что Кишитани Шинра, вероятно, был ему скорее соперником, чем другом.

В отличие от Хейваджимы Шизуо, которого Орихара ненавидел, Шинра, наверное, должен был стать идеалом, к которому необходимо стремиться.

Но как только Изая вспомнил, как Кишитани выглядит сейчас, он тут же отмёл эту идею.

— Ни за что.

В прошлом Шинра, с уверенностью считавший себя выше этого мира, пробуждал в нём какую-то долю зависти.

И всё же он попытался предать даже такого друга. Не друга по понятиям Изаи, а по стандартам человечества.

«Если он узнает, что я на встречу с Селти принёс её голову, то, наверное, сильно на меня разозлится».

— Ха-ха!

Представив, как его единственный по меркам большинства людей друг злится на него, Изая не смог сдержать смеха.

«Мне нечего бояться».

«Именно так я жил всю свою жизнь», — думая об этом, он смеялся...

...Смеялся...

...Смеялся...

...Смеялся...

Информатор сжал правый кулак и со всей силы ударил им по телефонному столбу.

Раздался громкий гул, но поскольку Изая находился в отдалённом переулке, никто не обратил на это внимания.

Какое выражение лица у него было?

Почему он ударил по телефонному столбу?

Ни один человек, наверное, не смог бы дать ответа на этот вопрос.

Потому что…

— О, сюда, сюда! Братик Изая! Брааааатик Изааааааая!

— …Семья (Брат)…

— Ой-ой, что с вами не так? Редко вы со мной здороваетесь перед тем, как ударить.

Обернувшись, чтобы посмотреть на своих сестёр, информатор изогнул губы в привычной, повседневной улыбке.

— Наконец-то я увидела тебя и с другой стороны, братик Изая! Это же ты сказал Всаднику без Головы защитить сестрёнку Куру, да?!

— …Сомневаюсь (Это правда)?

— Боже, да вы мне льстите. На самом деле я использовал вас лишь для того, чтобы отвлечь Всадника без Головы, пока сам делаю то, о чём она ни в коем случае не должна узнать.

Когда сёстры поблагодарили информатора, он честно поведал им истинную причину своего поступка.

Однако девушки, переглянувшись, улыбнулись и сказали:

— Да нас всё устраивает! Спасибо, братик!

— …Большое (Спасибо тебе)…

— Знаете, очень сложно предугадать, что вы сделаете.

— Это просто потому, что ты с нами нечестен, братик Изая.

Близнецы с обоих сторон подошли к Изае, когда тот, с горькой улыбкой на губах, начал двигаться дальше.

Маиру, встав справа от него, подняв голову, посмотрела на брата и проговорила привычным тоном:

— Эй, братик. Мы в курсе, что ты, скорее всего, относишься к нам точно так же, как и к другим, но помни — мы всё равно считаем тебя частью своей семьи, ладно?

— Ты вдруг неожиданно говоришь вещи, которые могут меня осчастливить. Что случилось?

Изае показалось, что такие слова были немного странными для Маиру, которая обычно при встрече желала ему смерти и била. Он посмотрел на своих сестёр, и увидел их невинные улыбки; девушки продолжили:

— Поэтому, братик, если Шизуо-сан тебя убьёт, мы обязательно поплачем немного перед тем, как хорошенько посмеяться.

— Мало (Совсем немного)…

— …Глупо было ожидать от вас какой-либо сестринской любви.

Изая усмехнулся и пошёл быстрее.

Маиру, увидев его правую руку, склонила голову вбок и спросила:

— Братик, что случилось? Твоя правая рука как-то распухла.

— …Здоров (Ты в порядке)?

Курури взволнованно посмотрела на него. Изая погладил правую руку левой и, вздохнув, солгал:

— Ну, я поранился, когда убегал от Шизу-чана.

— Значит, ты это заслужил...

— Держитесь подальше от тупых качков вроде него. Видите ли, в противном случае вы можете умереть.

И родственники, продолжая разговаривать, растворились в ночи.

А город, принимающий всё, что ему предлагают, поглотил их слова своей полночной какофонией, как сделал бы с любой беседой любой обычной семьи.

♂♀
На следующий день, в Русских Суши

— В городе в последнее время так спокойно, — сидя за барной стойкой в ожидании порции суши, проговорил Юмасаки.

Тогуса, находившийся рядом с ним, ревностно возразил:

— Спокойно? Ты что, не слышал, что арестовали человека, пытавшегося устроить пожар в доме друга Рури-чан?.. Этот мир слишком опасен!

— Ты же сказал, что его арестовали? Тогда зачем так об этом волноваться?

— Идиот! Они ещё не поймали того ублюдка Адабаши! Он стоит за всем этим! Чёрт!.. Если бы у меня только была его фотография, я бы весь город исколесил. Я бы не остановился, пока не нашёл его и не превратил в ржавчину с колёс моего фургона!

— Успокойся, Тогуса.

Кадота, сделав глоток горячего чая, попытался остепенить друга.

Саймон, занятый мытьём прилавка, спросил у компании:

— Оооо, сегодня Карисава остаться дома? Она заболела? Когда она болеет, суши придать ей сил, принесите ей суши — будет хорошо!

— Нет, Карисаве-сан надо встретиться со своими друзьями из косплей-бэнда. Сейчас некому поболтать со мной о манге, поэтому я просто умираю со скуки.

Юмасаки тяжело вздохнул. Саймон продолжил:

— Оооо — ты вздыхаешь и счастье покинуть тебя. Куда убегает такое счастье? Говорят, что в лососёвую икру. Вы заказать икру лосося — нам хорошо. Карисава не с вами, но ваши сердца с ней рядом. Полон живот — полно и сердце. Три человека есть за четыре — хорошо. Давайте поедим вместе в честь похорон Карисавы!

— Никакие это не похороны…

Кадота только собирался указать на ошибку в словах Саймона, как вдруг…

..Распахнулась входная дверь, и вошёл новый посетитель.

— Эй, добро… оооо! Сколько лет сколько зим! Господин Начальник!

Кёхей и его друзья, увидев посетителя, которого так воодушевлённо приветствовал Саймон, просто не могли не удивиться. Денис, хозяин ресторана, спокойно повернулся к банде Кадоты с новым клиентом и спросил:

— Ну так что? Отдельная комната свободна. Не хотите ли туда переместиться?

Посетитель склонил голову перед Кадотой и проговорил:

— Кадота-сан, могу я попросить вас об одолжении?

— Кида…

— Простите. Я видел, как вы сюда зашли, так что я… я хотел спросить совета кое о чём.

— А, конечно…

Кадоту и его друзей удивили две вещи.

Первая — что Кида Масаоми вернулся в город.

И вторая — вокруг его шеи был повязан Жёлтый Платок.

♂♀
Где-то в Икебукуро

Когда Сонохара Анри вышла из книжного магазина Дзюнкудо, солнце уже висело над западным горизонтом.

Девушка купила кучу книг по готовке для начинающих, и, положив их в пакет, несла в руках.

Из-за всего того, что произошло этим летом, она была в предвкушении чего-то неопределённого.

«Кида-кун вернулся».

«Может, это было и совсем недолго…»

«Но мне показалось, что дела у него идут неплохо. Я так рада».

Несколько дней назад, во время происшествия со сталкером, Кида Масаоми спас кота, за которым Анри присматривала по просьбе одного человека.

Она не знала, как Масаоми там оказался. Он убежал раньше, чем она успела хоть о чём-нибудь его спросить.

Но у Анри всё равно было легко на душе.

Если бы Микадо узнал, он бы стал ещё веселее.

В последнее время её друг вёл себя немного странно. Если бы он снова встретился с Масаоми, то точно стал бы таким, как прежде.

На это Анри и надеялась, но с тех самых пор так ничего и не произошло.

Но Кида сказал ей: «Я обязательно вернусь к вам, ребята. Обещаю!». И только этих слов ей было достаточно, чтобы двигаться вперёд.

Анри думала, что к тому времени, как Масаоми в целости и сохранности вернётся к ним, она должна научиться делать две вещи.

Первая — готовить, чтобы он и Микадо смогли попробовать её блюда.

И вторая — полностью контролировать Сайку.

И, держа в голове эти две совершенно различные мысли, девушка решила начать с покупки книжек по готовке.

А вот что делать со второй своей проблемой? Анри и понятия не имела. И даже при том, что её волновал этот вопрос, Сайка по-прежнему нашёптывала ей всё те же слова любви.

Пытаясь запереть этот голос в ‘картинной раме’ глубоко в своём сердце, девушка вздохнула и продолжила идти…

— О! Анри-чан! Яху~!

Когда Сонохара услышала откуда-то сзади этот голос, она, остановившись, обернулась.

Перед ней предстали две женщины.

Одна из них была ей не знакома, но вторую она узнала — это была Карисава Эрика.

— Карисава-сан, здравствуйте!

Увидев Карисаву, Анри воспряла духом; её лицо даже просветлело.

Эрика собственными глазами видела девушку в облике “Сайки”. Но даже после такого она не стала относиться к Сонохаре как-то по-другому и осталась для неё очень дорогим другом.

— Ты ходила в Дзюнкудо? Что купила? Мангу?

— Нет, только книги по готовке… а, эм…

Анри, повернувшись к девушке, стоявшей рядом с Карисавой, и не знала, что ей делать. Эрика улыбнулась и представила их друг другу:

— А, это Цуцукава Азуса-чан *, моя подруга, мы косплеим вместе. Она иногда тоже катается с нами в фургоне Тогусаччи.

— А, вот как! Эм, меня зовут Сонохара Анри. Приятно познакомиться…!

— Со мной не надо заморачиваться и говорить вежливо! Я Цуцукава Азуса, рада встрече!

Эта девушка выглядела очень изящно, но говорила прямолинейно, почти как парень.

Анри удивилась. Снова опустив голову, она заговорила с Карисавой:

— Почему вы сегодня не с Юмасаки-саном и ребятами?

— О, я ходила на встречу нашего косплей-бэнда. А, раз уж ты сама подняла эту тему, я всё хотела спросить тебя, Анри-чан…

— ?

Сонохара в замешательстве склонила голову вбок. Карисава, в свою очередь, с блеском в глазах продолжила говорить.

Она даже не представляла, что её слова немного, но довольно существенно изменят жизнь девушки по имени Сонохара Анри.

— Анри-чан… ты не думала попробовать себя в косплее? Вообще-то, ты просто обязана попытать в этом счастья!

— …Э?

Анри, не понимая, что Эрика имеет в виду, снова наклонила голову. Карисава продолжила объяснять дальше:

— Ты можешь начать, например, не с манги или аниме! Костюмы горничной или мико как раз подойдут!

♂♀
Ночью, в парке западных ворот Икебукуро

Один из управляющих Авакусу-кай, Акабаяши, который в самых смелых мечтах не мог предположить, что кто-нибудь попытается нарядить ранее находившуюся под его опекой маленькую девочку в костюм мико, пришёл на встречу с одним мужчиной.

Дети, обычно играющие в парке днём, уже разошлись по домам. Акабаяши, сидя на качелях, протянул конверт информатору, сидящему напротив.

— Работа, в общем-то, не такая уж и сложная, но человек вроде дядюшки не может лично шпионить за кем-либо и днём и ночью, понимаешь?

Орихара Изая улыбнулся, как и всегда, и взял конверт.

Он спросил у мужчины:

— Я, на самом деле, даже немного удивился. Я думал, Акабаяши-сан, что вы меня в чём-то подозреваете.

— А, так я тебя до сих пор подозреваю, чтобы ты знал. Дядюшке кажется, что ты ведёшь дела и с Асуки Груп, мальчишка. Неплохое предположение, ты так не считаешь?

Акабаяши, неподвижно сидя на качелях, ухмыльнулся.

— Асуки Груп теперь такая же часть Медей, как и вы, так что не вижу здесь никакой проблемы. Впрочем, это не значит, что я с ними сотрудничаю.

— Тебе должно быть лучше всех известно, что всё не так просто, как кажется, разве нет?

В ответ Изая лишь улыбнулся. Из конверта информатор достал фотографию.

Однако, в тот момент, когда он увидел, кто именно изображён на снимке, выражение его лица едва заметно изменилось.

Что не ускользнуло от зоркого левого глаза Акабаяши.

— Ты изменился в лице... Тебе знаком этот человек?

— Это кохай из школы, в которую я когда-то ходил. Он что-то натворил?

— Не то чтобы. Просто дочка одного невероятно важного для дядюшки человека в последнее время очень с ним сблизилась… По слухам, этот пацан состоит в какой-то Цветной банде. Я ни в коем случае не хочу рушить их отношения, но мне очень надо узнать, не делал ли этот парень ничего странного.

Пока Акабаяши вводил его в курс дела, Изая всё больше и больше настораживался.

«Акабаяши, значит».

«Как и ожидалось, с ним неприятно иметь дело».

«Только не говорите мне, что с помощью этого задания он хочет меня проверить?»

В душе улыбаясь, информатор сохранил на лице обычное выражение и заговорил:

— Понятно. Если он действительно вовлечён во что-то странное, я обязательно его от этого отговорю.

— Прошу прощения за предоставленные неприятности. Я просто подумал, что такой информатор, как ты, который ближе к нему по возрасту, подойдёт лучше, чем профессиональный детектив. Родители девушки когда-то присматривали за дядюшкой, но оба уже скончались. Если с ней когда-нибудь что-нибудь случится, я не посмею взглянуть им в глаза на небесах.

Акабаяши продолжал свой рассказ. Изая, в свою очередь, в практически провокационной манере спросил у него следующее:

— А вы уверены, что её отец на небесах?

— Ха-ха-ха. Меньшего я от тебя, Господин информатор, и не ожидал. Ну конечно же, ты уже обо всём знаешь.

Изая знал не только то, что девочку, о которой рассказывал Акабаяши, зовут Сонохара Анри - ему также было известно, что отец её избивал. Орихара своими словами подтвердил эти знания, однако выражение лица Акабаяши никак не изменилось. Собственно, мужчина ответил ему почти сразу же, и информатор сделал вывод, что его вопрос вовсе не оказался для собеседника неожиданностью.

«Какой неприятный человек».

«А ведь ещё есть Шики-сан. В Авакусу-кай слишком много людей, с которыми надо считаться».

Изая горько усмехнулся про себя, а потом вежливо поклонился Акабаяши и убрал конверт в карман.

— Тогда... я как следует постараюсь выполнить ваше задание.

— Я постараюсь найти всё, что только ‘возможно’ о мальчике с этой фотографии — о Рюгамине Микадо-куне.

Сердца подростков всё так же упускали друг друга на самую малость. Сердца взрослых, с другой стороны, только-только забились и задвигались…

В городе под названием Икебукуро назревал огромный ураган.

И никто из них даже предположить не мог, что ждёт их посреди этого вихря.

Примечания

  1. Старая дева (Old maid) — карточная игра, возникшая в викторианской Англии.
  2. Кине: в аудио комментариях к седьмому тому DVD говорится, что, когда между Шизуо и Изаей разразилась невероятная схватка незадолго до их выпуска из Школы Райджин, Кине из Авакусу-кай случайно проезжал мимо и остановил их. С этого момента и началось сотрудничество Изаи с Авакусу-кай.
  3. Кабаяки: так называют филе любого морепродукта, поджаренное на гриле со сладким соевым соусом.
  4. Шизуо-самозванец: это происшествие описывается в первоапрельском рассказе Dufufufu!! (2010 год). На английский он пока не переведён.
  5. Железный Голем: монстр, который появился во многих играх, таких как Wizardry, серия the Final Fantasy и Dungeons & Dragons. И хотя во всех этих играх эти чудовища объединены общими чертами (устрашающие гиганты из стали и т.п.), Изая, скорее всего, имел в виду одного из Wizardry.
  6. Здесь Изая использует фразу, которая дословно означает “испорченная вещь” (в сленге она используется по отношению к девушкам, потерявшим девственность, особенно не по своей воле).
  7. Трауготт Гайзендорфер - персонаж ранобэ Vamp! Нариты Рёго, уважаемый боец во вселенной Нариты. Он родом с острова в Германии, на котором разворачивается действие данного ранобэ. Он преподаёт боевые искусства через сеть спортивных клубов, к которой и относится Ракуэй. В 7 томе говорится, что Хейваджима Шизуо — преданный фанат Гайзендорфера.
  8. Хакуга ломает свой кото: подробнее http://en.wikipedia.org/wiki/Bo_Ya
  9. МонХан — сокращение от Monster Hunter, популярной онлайн игры, разработанной японской компанией Capcom.
  10. В чате Анри пишет только хираганой. В переводе эта её особенность обозначается почти полным отсутствием знаков препинания. Все остальные пользователи знают, как переключаться на кандзи и катакану, если возникнет необходимость.
  11. В Японии порядковый номер каждого учащегося иногда определяется по дню рождению, начиная с 1 апреля. Другие системы (по алфавиту или хирагане) тоже имеют место быть.
  12. Эскалатор — в японском сленге означает систему частного образования, в которой студенты могут переходить с одного уровня на другой без вступительных экзаменов.
  13. Кикбол — разновидность бейсбола.
  14. Цутиноко — легендарное японское змееподобное существо. В центральной части туловища оно шире, чем у головы и хвоста.
  15. Суффикс “-чан” чаще используется с именами девочек, чем с именами мальчиков для выражения привязанности. По мере того, как дети растут, пробел между суффиксами по половому признаку становится более явным: старший по возрасту человек может обратиться к девушке-подростку “-чан”, но стандартный суффикс для юношей — “-кун” (при обращении “-чан”, подразумевается, что говорящий к ним очень близок: это может быть мать или девушка). Но, если не обращать внимания на суффикс, уменьшительно-ласкательное имя “Шизу” очень популярно среди молодых японок (как правило, это сокращение от имени Шизука или Шизуне).
  16. Нитари, Неко — скорее всего, клички. Нитари — “морская лисица”.
  17. Здесь подразумевается игра слов. Shine (сиять) и английская транскрипция слова “умри” ([shine] — “синэ”) пишутся одинаково.
  18. Цуцукава Азуса — эта девушка была персонажем в одной из историй сборника «Все мы хорошие друзья» (а именно — «Июнь»). На русском эта конкретная история есть (а из сборника переведена половина, всё с японского). Прочитать можно только здесь: http://choumiryoubako.diary.ru/p189091079.htm (регистрация на сайте обязательна). Все эти истории — канон.

Комментарии