Содержание
Предыдущая глава
Следующая глава
Создать закладку
Вверх
Нашли ошибку? Тык!

Шрифт

A
Helvetica
A
Georgia

Размер

Цвета

Режим

Глава 4. Как аукнется, так и откликнется

Социальная сеть «Twittia»

Кишши: А теперь — респиратор.

Кишши: И сегодня воздух, который я вдыхаю через респиратор, свеж.

Кишши: Мой сын сказал, что лучше сделать свой аккаунт закрытым. Но что же мне тогда написать?

Кишши: Хотя, если подумать, подписчиков у меня нет, и раз уж мой аккаунт закрыт, никто кроме меня не сможет прочитать, что я здесь пишу.

Кишши: А значит, я волен делать всё, что душе угодно.

Кишши: И пускай эта свобода у меня есть только в сети, именно о ней я и мечтал!

Кишши: Вообще, на самом деле я не так уж и гонюсь за свободой.

Кишши: Но здесь я могу говорить всё, что пожелаю, ни о чём не беспокоясь.

Кишши: И вообще, вряд ли кто-нибудь найдёт это место, так что из него получится удобный дневник.

Кишши: Если у вас есть доступ в интернет, вы можете прочитать это из любой точки земного шара.

Кишши: Я могу постить свои секреты, сколько захочу. Этот блог как пещера, в которой я могу прятать все свои тайны.

Кишши: В настоящее время Небула тратит огромные суммы денег на взятки под видом “представительских расходов”.

Кишши: Но эти деньги действительно идут на представительские расходы.

Кишши: Что ни говори, с помощью этих денег налаживаются контакты с некими ‘не совсем человеческими существами’.

Кишши: Отдел Небулы, к которому принадлежу я, как раз занимается поиском таких вот нечеловеческих объектов, о существовании которых не сообщается широкой публике.

Кишши: И Всадник без Головы, который в настоящее время производит в Икебукуро много шума, тоже является объектом наших исследований.

Кишши: Другие наши отделы занимаются исследованием таких сомнительных вещей, как ‘бессмертные’ и ‘эликсир бессмертия’ — это просто абсурд какой-то. Не может в нашем мире существовать бессмертных и тем более демонов.*

Кишши: Вру, конечно. Я знаю, что они существуют. Раз уж об этом пошла речь, то и вампиры тоже могут существовать. По некоторым сведениям, бывший председатель компании “Гардастанс Груп”*, конкурента Небулы, является вампиром.

Кишши: …а, ну и ладно. Что бы я ни написал, это всё равно никто не прочитает.

Кишши: Этот блог соединяет меня с миром, но никто не может его увидеть…

Кишши: Интересно, а когда эксгибиционисты ходят без одежды в темноте, они себя чувствуют так же?

Кишши: Хо-хо… если бы мой аккаунт был открытым, в Небуле меня бы наказали за разглашение конфиденциальной информации.

Кишши: Как возбуждает. Какое приятное чувство — быть в шаге от провала.

Кишши: Только представьте, если я нечаянно сделаю свой аккаунт открытым, то спать не смогу.

Кишши: Хотя своего настоящего имени я не оставил, так что если кто-нибудь посмотрит на содержимое этого блога, он, наверное, подумает, что всё это — бредни потерявшего рассудок человека.

Кишши: В какую же всё-таки ужасающую, но замечательную эпоху мы живём.

Кишши: С помощью интернета по миру разлилось бескрайнее море информации.

Кишши: Это очень похоже на взаимодействие клеток мозга через синапс*.

Кишши: Не удивлюсь, если скоро появится существо, превосходящее человечество по разуму.

Кишши: Впрочем, если я скажу такое в присутствии моих друзей-учёных, они надо мной от души посмеются.

Тсукку: @Кишши Такое существо, возможно, уже появилось, а вы пока не заметили.

Кишши: Кто ты такой?!

Кишши: Мой аккаунт же закрыт!

Кишши: Если дело в деньгах, то я заплачу, только пощадите, пожалуйста!

Тсукку: @Кишши Да я это, Тсукумоя. Давно не виделись, Кишитани-сан.

Кишши: А, Тсукумоя-кун.

Кишши: Я, конечно, рад, что это ты. Но у меня тоже есть личная жизнь.

Тсукку: @Кишши Простите. Просто Шинген-сан так редко бывает онлайн.

Тсукку: @Кишши Я хотел вам кое о чём рассказать.

Кишши: Я даже не буду спрашивать, как у тебя получается говорить со мной, когда мой аккаунт закрыт и у меня нет ни одного подписчика. Как будто для тебя нет ничего невозможного.

Тсукку: @Кишши Ну, мне всё равно не по силам обходить все запреты интернета.

Тсукку: @Кишши Я же не бог из машины.

Кишши: Погоди-ка. Ты что, можешь ставить фуригану* в твиттере?!

Тсукку: @Кишши Разве такое возможно? (подпись фуриганой: О чём вы таком говорите, об этих словах, что ли?)

Кишши: Прекрати раздражать меня двумя фразами одновременно!

Кишши: Ладно. Что ты там хотел?

Тсукку: @Кишши Ягири Сейтаро-сан и еще кое-кто, они начали действовать. Хотят поймать Намие-сан.

Кишши: Даже так.

Тсукку: @Кишши Похоже, они ещё охотятся за головой Селти-сан.

Тсукку: @Кишши Знаю, об этом не стоит волноваться. Но я просто подумал, что надо вам рассказать.

Кишши: Понятно. В любом случае большое спасибо за информацию.

Кишши: Но я уже давно не могу понять, зачем ты нам помогаешь?

Кишши: Не могу найти причину, зачем человеку вроде тебя придерживаться одной стороны.

Тсукку: @Кишши Всё потому что я состою в Долларах… хотел бы я сказать, но в последнее время Доллары перестали меня привлекать.

Кишши: Тогда на чьей ты, чёрт возьми, стороне?

Тсукку: @Кишши На стороне тех, кто любит этот город.

Тсукку: @Кишши Будь они людьми или кем-либо ещё.

Кишши: Вот как. В таком случае, больше мне сказать нечего. Пожалуйста, береги свою любовь.

Кишши: И, если возможно, я бы предпочёл, чтобы ты держался от моей личной жизни подальше.

Тсукку: @Кишши Это невозможно.

Кишши: …

────────

Системная информация: аккаунт “Кишши” и все его сообщения были удалены.

♂♀
В прошлом, у квартиры Намие

Ягири Намие находилась в критическом положении.

— Ты уже разучилась говорить как подобает, да, Намие?

Намие окружили возле собственной квартиры её дядя, Ягири Сейтаро, и Куджираги Касане.

— …

Не то чтобы у женщины был жизненный кризис. Сейчас её жизнь в каком-то смысле находилась в опасности, но она не считала её настолько ценной, чтобы признать эту ситуацию критической.

— Сейджи тебя возненавидит, если будешь меня оскорблять, поняла? Впрочем, его всё равно в этой жизни интересует только голова.

Младший брат Намие, Ягири Сейджи, был для неё всем.

И если она позволит им себя схватить, то у неё не будет возможности спасти Сейджи.

И, что самое главное, Сейджи собирались взять в заложники, чтобы заставить её плясать под их дудку. Жизнь её брата могла оказаться в смертельной опасности, а этого Намие допустить не могла.

В каком-то смысле можно было сказать, что жизнь женщины сейчас находилась на грани.

Сейтаро холодным тоном заговорил с Намие, которая, будучи обездвиженной Куджираги, сейчас была полностью бессильна.

— Не волнуйся. Я не собираюсь от тебя избавляться.

Однако предоставлять свободу он ей тоже не планировал. Холодно взглянув на окружавших их мужчин в костюмах, Сейтаро подал им знак.

Намие попыталась сопротивляться, но из-за воздействия электрического тока женщина не могла нормально пошевелиться. И в следующий момент, когда мужчины в чёрных костюмах уже потащили её, чтобы забрать с собой…

...Откуда ни возьмись подоспела помощь.

— Достаточно!

Этот голос эхом прокатился по округе. Потом из-за стены появилась белая тень и быстро, словно ветер, подбежала к сдерживающей Намие группе мужчин.

— ?!

Сейтаро раскрыл глаза от удивления при виде неожиданного гостя. Но когда он понял, что светлая тень на самом деле была белым халатом, он пробормотал одно имя:

— Кишитани?!

Кишитани Шинген.

Это был его старинный друг, деловой партнёр, который продал ему ‘голову’, и работник “Небулы”, иностранной компании, которая поглотила “Фармацевтическую Компанию Ягири”.

А сейчас этот человек являлся его противником.

Заметив белый респиратор у него на лице, Сейтаро, почти уверенный в том, что это Шинген, прокричал его имя…

...Но резкость движений человека в белом халате заставила его уверенность пошатнуться.

Насколько Сейтаро было известно, Кишитани Шинген не мог так быстро бегать.

И тем более он никак не мог делать то, что сейчас происходило у Ягири перед глазами: за одно мгновение побить всех мужчин в чёрном.

— …

Куджираги сделала шаг вперёд с намерением оказать сопротивление мужчине в респираторе.

Она наклонилась вниз и попыталась сбить противника с ног ударом колена.

Но мужчина в респираторе тут же оттолкнулся от земли и взмыл в небо.

Казалось, так этот человек пытается атаковать Куджираги, но он оттолкнулся от припаркованной неподалёку машины, пролетел мимо Касане и ногой нанёс сокрушительный удар в подбородок мужчины в чёрном костюме, который сдерживал Намие со спины.

Тот потерял сознание, и мужчина в белом халате забрал Намие из его рук, а потом обернулся и посмотрел на Куджираги.

— У тебя какая-то странная аура… — повернувшись к противнику, пробормотала Касане; на лице ее, впрочем, не появилось даже тени эмоций.

Однако её прервали — из того же места, что и раньше, послышался голос.

— Достаточно!

И голос, и слова были те же, что и раньше.

Все обернулись в том направлении, откуда раздался звук, и увидели мужчину.

На нём, как и на человеке, который спас Намие, были надеты белый халат и белый респиратор.

И он несколько отличался от мужчины, который только что спас Ягири.

— Бва-ха-ха-ха-ха… видимо, я как раз вовремя. Как хорошо, что мне удалось защитить Намие-кун.

— …Кишитани… Шинген?

Намие ещё не до конца отошла от удара током, но, услышав слова мужчины, нахмурилась.

— Эй, ты… и ты тоже… подглядывать за людьми… нехорошо.

— И это говорит мне та, кто работает на Орихару Изаю? — ответил женщине человек в белом, который держал её.

Намие присмотрелась к нему повнимательнее и увидела, что форма его респиратора немного отличается от того, который носил Шинген. Ей тут же стало ясно, что это не Кишитани, а абсолютно другой человек.

Но женщина вовсе не выглядела удивлённой; она грубо ответила мужчине, которого видела первый раз в жизни.

— Ты права. Из всех людей в этом мире у него, вероятно, худшие манеры. Вас что-то смутило?

— Прошу прощения.

Человек в респираторе пожал плечами.

Он говорил на японском бегло, но с небольшим акцентом, и поэтому Намие решила, что он иностранец. Но у неё не было достаточно времени, чтобы над этим задумываться.

Ведь перед её глазами по-прежнему стояло препятствие по имени Куджираги Касане.

— Ну, и как вы собираетесь искать выход из этой ситуации? Если вы хотите, чтобы я заплатила вам за своё спасение, то я дам вам, сколько захотите, но не могли бы вы сначала объяснить мне свой план действий?

Куджираги, в свою очередь, не собиралась нападать на них необдуманно.

Возможно, посмотрев на своего противника в действии, она решила, что не сможет так просто с ним справиться.

Но Сейтаро, стиснув зубы, уже отдал Куджираги приказ снова захватить Намие.

И в это мгновение…

— Ты что стоишь? Мне всё равно как, но разделайся с ними…

Ягири не успел договорить, как его открытый рот вместе с телом отбросило в сторону на пять метров.

Третья по счёту белая тень, до этого тихо стоявшая у Сейтаро за спиной, одним ударом в спину, будто забивая сваю, повалила Ягири на землю.

Удар был такой силы, что если бы нападающий схватил Сейтаро за руку и потянул, он бы точно вывихнул ему плечо… но казалось, что он не этого добивался. В результате атаки, целью которой было всего лишь сбить Ягири с ног, директор превратился в подобие «перекати-поле», которое часто можно увидеть в вестернах.

Отлетев в сторону после удара, Сейтаро с шумом прокатился по земле и спиной врезался в стену.

Взгляд мужчины затуманился, а изо рта потекла струйка крови — вероятно, в полёте он прикусил язык.

При виде нового нежданного гостя Куджираги решила, что находится в невыгодном положении и сменила цель своей атаки с перехвата Намие на помощь Сейтаро.

Пока женщина помогала Ягири встать, тот поднял взгляд и увидел… рядом с Намие, которая, судя по всему, оправилась от воздействия тока до такой степени, что могла самостоятельно подняться на ноги, трое мужчин в респираторах выстроились в ряд и, словно бой-бенд из мира шоу-бизнеса, начали ритмично раскачиваться.

— Бва-ха-ха-ха-ха-ха, ты, похоже, поражён, что я разделился на три человека, Сейтаро. Но это ещё не конец. Моих клонов станет столько же, сколько и человеческих желаний, и рано или поздно весь земной шар окрасится в мой цвет.

— …гу… га…

Будто не слушая бредни Шингена, Сейтаро сплюнул кровь, смешанную со слюной, и одарил мужчин в респираторах суровым взглядом.

— Что ты… хочешь этим сказать?..

Затем один из людей в респираторах, тот, что стоял впереди, прекратил двигаться и, выпятив грудь, ответил:

— Ну и ну, ты, значит, уже забыл о нашем уговоре? Я же тебе говорил после того случая с моим сыном. Что я тебя стукну. А ты тогда ещё согласился при условии, что это будет всего один удар.

— Что за бред! Это был не ты, кто-то другой сделал это за тебя! И вообще, я разрешил тебе ударить себя, но никак не пнуть ногой! — разбрызгивая кровь со слюной, прокричал Сейтаро.

Шинген, вздохнув, покачал головой и ответил:

— Весьма любопытное умозаключение, но где доказательства? Мой удар… да, это неудивительно, что ты спутал мой удар Небулы с пинком, ведь он такой сильный.

— Да мне всё равно, что ты там говоришь! Зачем тебе вообще понадобилось нам мешать?

— Ну и ну, и почему это я должен рассказывать тебе о своих намерениях?.. Что-то ты в последнее время нос задрал, тебе так не кажется? Люди — не твои рабы. Человек продолжает двигаться вперёд, преодолевая вещи, которые он не в силах контролировать. Ты тоже так думаешь, да? Куджираги Касане-кун?

Услышав последнее замечание Шингена, Куджираги нахмурила брови.

— Не вижу необходимости отвечать на ваш вопрос. По какой причине я должна это делать?

— Я дам тебе десять тысяч иен.

Один из мужчин в респираторах, который стоял позади Шингена, бегло пробормотал в ответ на эти слова:

— Как подло, Шинген-сан.

— Мой клон, респиратор номер два, замолкни!

Куджираги немного подумала над этим предложением с каменным лицом.

Закрыв глаза ненадолго, женщина равнодушно ответила:

— Я нахожу такую оплату за ответ на вопрос, который даже не является секретными сведениями, непомерной. Следовательно, я не могу согласиться на такое сомнительное предложение.

— Тогда как насчёт пятисот иен? — пробормотал Шинген и, достав из кармана монету в 500 иен, кинул её Куджираги.

— …нет, ну ты на самом деле просто отвратителен, — сказал третий по счёту мужчина в респираторе, неприятно удивлённый происходящим.

Куджираги поймала монету одной рукой и, убедившись, что та не была подделкой, сказала:

— Слушаюсь. Теперь я могу дать ответ на ваш вопрос.

— Ты что, собралась ему отвечать?!

Куджираги сделала вид, что не слышит удивлённых слов респиратора номер три и, попутно помогая Сейтаро встать на ноги, заговорила:

— Разумеется, люди не являются рабами Ягири Сейтаро. Если он сумеет преодолеть нелепую действительность, она поможет ему вырасти. Тем не менее, если мы задумаемся о том, кто такие люди, какие у них есть правила, или скажем, что являемся рабами собственным привычкам… в таком случае, всех нас можно назвать рабами этого мира.

— Это твои собственные мысли? Или мысли тебя как Ёдогири Джинная? — с серьёзным видом спросил Шинген.

Куджираги с каменным лицом покачала головой:

— Я не понимаю, о чём вы говорите.

— Я дам тебе ещё 500 иен.

— Так меня учил директор Ёдогири, — поймав брошенную ей монету, честно ответила Куджираги.

— Да что это за разговор такой, — буркнул себе под нос респиратор номер три, словно эта беседа ему вконец осточертела.

Но его замечание так и осталось без внимания, а Шинген пробормотал, будто разговаривая с самим собой:

— Всё понятно. Ты совершенно не изменилась за эти двадцать лет. В те времена ты была ещё совсем юной девушкой… Тогда я решил, что ты была ядом, который общество ещё не успело испортить.

Проговорив эти не лишённые глубокого смысла слова, Шинген снова обратился к Сейтаро.

— Ну что ж, Сейтаро. Это я должен спрашивать, чего ты добиваешься. Ты не доложил Небуле о том, что намеренно начал сотрудничать с Ёдогири Джиннаем, а потом пытался манипулировать Куджираги-кун, его секретарём?

— Я не обязан…

— Обязан. Я думаю, в твоём контракте есть строчка: «В случае встречи с обстоятельствами, касающимися работы, сообщать о них заранее, даже если данные обстоятельства личные». Разумеется, я написал эти строчки так, чтобы всем казалось, что речь идёт о медицинских препаратах… но ты же понимаешь, что голова Селти-кун тоже попадает под это условие?

В ответ на слова человека в респираторе, Шингена, которые тот пробормотал с величественным видом, Сейтаро стиснул зубы и хотел было ответить…

…Но Кишитани продолжил говорить:

— Ты всё слишком усложняешь. В мои обязанности не входит слежка за тобой. Но именно поэтому, если ты сделаешь что-нибудь подозрительное, я не смогу убедить остальных, будто этого не было.

— Да о чём ты вообще… да моё директорское кресло — мелочь по сравнению с тем, чему мы стали свидетелями.

— Часто говорят, что охотник на мумий сам становится мумией. Но у такого человека, как ты, который не относится к своей мумии по-хорошему, нет качеств, чтобы стать ей. В конечном счёте ты превратишься в целиком замотанное в бинты подобие мумии и сгоришь в адском пламени.

— И это мне говорит человек, который украл голову дюллахан с помощью демонического клинка?

На это полное ненависти саркастическое замечание Сейтаро Шинген ответил невозмутимым, спокойным тоном:

— А я и так уже мумия. Поэтому я, как друг, дал тебе совет не становиться таким же, а ты так наплевательски обошёлся с моей заботой… Какие же люди печальные и пустые существа!

Сейтаро хотел что-то прокричать в ответ, но, ощутив прилив боли по всему телу, застонал и сильно закашлялся.

Куджираги ответила за него:

— А я не заметила в вашем разговоре проявлений заботы.

— Хо-хо… а ты, похоже, весьма проницательна. Ладно. Разбрасываться информацией перед врагом — глупо, но я, так уж и быть, отвечу тебе только из уважения к догадливости Куджираги-кун. Точно! Я прямо сейчас! Нёс перед Сейтаро полный бред! Да… такой я человек, что могу спокойно соврать старому другу… а это значит, я плохой парень! Можно сказать, в этом городе хуже меня нет никого!

— …

— Впрочем, добро и зло — две стороны одной медали… наверное, можно сказать, что они тождественны. Короче говоря! Я могу назвать себя лучшим человеком в этом городе, потому что я здесь самый плохой парень! Какие же вы ужасные люди — враждуете с таким хорошим человеком. Так что, давайте назовём ту силу, которую я использовал, чтобы освободить Намие-кун, допустимой самообороной. Ааа, я думал, что Сейтаро убьёт её. Я так испугался… ха-ха-ха-ха-ха.

Было не понятно, серьёзен Шинген или нет. Договорив, он достал что-то из кармана.

Мужчины в костюмах, которых до этого обезвредил респиратор номер два, начали подниматься на ноги, что накалило обстановку до предела.

Однако как раз до того, как противники смогли полностью восстановиться, Шинген сорвал чеку с дымовой гранаты, которую до этого и достал из кармана, и бросил её посреди улицы.

— Бва-ха-ха-ха-ха-ха, ещё увидимся, Сейтаро! Поменяй своё имя на Акечи к следующей нашей встрече! Тогда я с гордостью смогу назвать себя загадочной двуликой личностью!*

В следующее мгновение дымовая граната разорвалась…

…И этот уголок Синдзюку целиком заволокло густым белым дымом.

♂♀
В тот же день, вечером, где-то на шоссе Кавагое, в квартире Шинры

— А теперь — следующая новость. В реке префектуры Сайтама найден дружелюбный морской крокодил длиной в пять метров. Местные жители зовут его Рие-чан и кормят сырым мясом…

Действие происходило в роскошной квартире, расположенной на последнем этаже многоэтажного дома.

Селти Стурлусон всё слушала хвастливые речи Кишитани Шингена, а телевизор с большим экраном работал на заднем плане в качестве фона.

— Ну и ну, если бы я тогда не спас Намие-кун с помощью своей техники двойников, она бы попала в руки к бандитам, и с ней бы могли понаделать всякого.

[Вот как. Ну и слава богу.]

В ответ на сухие слова Селти, который та напечатала на своём КПК, Шинген, полный уверенности, выпятил грудь и проговорил:

— Кстати, а что конкретно ты представила, когда я сказал “понаделать всякого”? Ну, это такой психологический тест. Мне просто хочется знать, насколько тебе, как чудовищу, не чуждо половое влечение людей. Короче говоря, мне интересно, насколько далеко вы с Шинрой зашли.

Из комнаты с раздвижными дверями в Шингена полетел поднос и ударил его по лбу; мужчина, держась за голову, посмотрел на виновника.

— Что ты такое делаешь, Шинра! Зачем ты кинул в своего отца подносом? Не так я тебя воспитывал!

— А я не так тебя воспитывал, чтобы ты домогался до девушки собственного сына!

— Э… что-то я не помню, чтобы ты меня воспитывал… Говорят, ребёнок учится у отца, а отец у ребёнка, но раньше я не мог как следует за тобой присматривать из-за работы… Если ты до такого докатился из-за этого, то я не могу перестать винить в этом себя!

Взгляд Шингена был обращён на Шинру в инвалидном кресле.

Судя по всему, он был ещё не в состоянии ходить, но уже садился в кресло с помощью Селти.

— Но не волнуйся, Шинра. Как я и говорил, я сходил ударить того, кто стоял за нападением на тебя! Сначала я собирался подать на этого человека в суд и уничтожить его окончательно, но потом подумал, что привлекать тебя и Селти-кун к судебному процессу — не самая хорошая идея. Тебе стоило бы сказать мне спасибо за то, что я не раздул из всего этого скандал…

[Чего? Не раздул скандал?]

— Мы с тобой относимся к тёмной стороне, так что должны смиренно жить в тени.

Шинген — хотел он показаться нигилистом или нет — начал играться с подносом, до этого прилетевшим ему в лоб.

Однако…

— А теперь — следующая новость. Сегодня днём в жилом квартале в Синдзюку произошёл взрыв, судя по всему, дымовой гранаты, и по улицам распространился дым…

Шинген, услышав голос диктора, выронил поднос из рук.

— Согласно показаниям местных жителей, с места преступления скрылись несколько мужчин в белом…

Но тут голос диктора внезапно прервался, и вместо него послышался смех из комедийной программы.

Шинген с пультом в руках медленно поднял голову… и увидел сына, уставившегося на него холодными глазами, и Селти, на экране КПК которой были напечатаны лишь многоточия.

— В нашу информационную эру больше нет места, где можно укрыться… информационная сеть превратилась в луч, который способен осветить даже кромешную тьму. Вам не кажется, что она по размерам уже превзошла людские владения? Научно-техническая революция… возможно, это ужасающий план по превращению человека в высшую форму жизни.

[Не увиливай!]

Тени Селти обвились вокруг Шингена и стиснули его.

— Ааааааа?! Селти-кун, подожди! Если я тебе всё объясню, ты поймёшь! Давай поговорииииим…

В этот момент Кишитани помог мужчина, которого Селти не знала.

— Пожалуйста, остановитесь. Это всё моя вина, я дал ему ту дымовую гранату.

В этом молодом человеке с первого взгляда можно было угадать иностранца, однако японским он владел свободно.

[Кстати, мне всё было интересно… кто вы такой?]

Селти, не узнав в собеседнике того самого перебинтованного мужчину, которого ей однажды доводилось ‘доставлять’, робко напечатала этот вопрос.

— Прошу прощения. Меня зовут Егор. Мы с Саймоном из Русских Суши старые приятели.

[С Саймоном?]

По словам мужчины можно было догадаться, что он из России.

Но почему друг Саймона дал кому-то дымовую гранату?

Селти снова впала в замешательство, хотя она уже успела привыкнуть к этому чувству.

Разговаривая с этим незнакомым ей иностранцем, женщина странным образом ощущала спокойствие… хотя, пожалуй, причиной этому был контраст с другими людьми, находившимися в этой комнате.

У окна большой комнаты сидели Юмасаки Уолкер и Тогуса Сабуро.

До недавнего времени они были довольно напряжены, но когда им позвонила Карисава со словами: «Кадота пошёл на поправку и, может, уже завтра придёт в себя» — это стало для них огромным облегчением.

— Нет, всё-таки отец Кишитани-сана крут. Интересно, какое лицо прячется под его белым респиратором? Можно ожидать всего, что угодно, от полудракона до прекрасной девушки!

— У него такой низкий голос, а ты ещё что-то говоришь о девушке…

Шинген отреагировал на разговор Юмасаки и Тогусы следующим образом:

— Бва-ха-ха-ха-ха, если бы моим истинным обликом было лицо прекрасной девушки, я бы не стал противиться такой участи… Конечно, мы с моей бывшей женой… то есть, с матерью Шинры, обменивались одеждой. Это очень возбуждало.

Шинген кивнул; Селти, услышав эти слова, украдкой показала Шинре экран КПК.

[Шинра, как ты себя чувствуешь, когда вот так внезапно узнаёшь о наклонностях своего отца?]

— Я буду рад, если ты утешишь меня без лишних слов, Селти.

— Не переживай, Шинра! Нижним бельём мы не обменивались, так что твой папа не извращенец!

[ЗАТКНИСЬ, ИЗВРАЩЕНЕЦ!]

Показав Шингену эти слова, написанные заглавными буквами, Селти перевела взгляд на другую сторону комнаты.

— Сейджи, Сейджи! Почему бы нам не поменяться одеждой?

— Н-нет, звучит отвратительно.

— Тогда ты не против, если я буду и дальше сидеть в твоём пиджаке?

— …Ну, если так, то мне без разницы, — безразлично бросил Ягири Сейджи, будто заигрывания Харимы Мики его совершенно не волновали.

После этого у сидевшей напротив Намие вздулась вена на виске; она взяла Сейджи за руку и проговорила:

— Ой-ой, о чём только говорит эта кошка-воровка? Когда Сейджи был маленьким, он носил мою старую пижаму. Может, хватит подражать, как обезьяна?

— А? Значит, он носил их после тебя, сестрёнка? Но это же была мужская пижама…

— Я носила пижаму первой, чтобы Сейджи в ней потом было удобно.

Намие покрылась румянцем, словно школьница, а Сейджи, не принимая эти новости близко к сердцу, ответил ей:

— Вот как. Спасибо, сестра.

Намие улыбнулась Сейджи, искусно скрывая от него свою ярость к Мике.

Увидев то, что происходило в комнате, Селти мысленно глубоко вздохнула.

«Да что только творится в этой комнате».

«Похоже, единственные нормальные люди здесь — это тот человек по имени Егор и водитель фургона».

«Но Егор работает на Шингена, так что, скорее всего, он относится к преступному миру».

Словно взывая о помощи, Селти посмотрела на молодого человека с длинными волосами, но…

— Слушай, Юмасаки… как думаешь, если я куплю право обмениваться пижамой с Хиджирибе Рури-чан, то это будет считаться неискренним поведением? Не думаю, что смогу сдержаться, когда такое право выставят на продажу…

«Ну вот, исчез последний нормальный человек!..»

Отчаявшись окончательно, Селти сделала вид, что глубоко вздыхает.

Однако вздохнуть по-настоящему она не могла.

Вместо этого из разреза на шее женщины струились и подрагивали чёрные тени.

Селти Стурлусон не была человеком.

Она была одной из шотландских или ирландских фей, обычно называемых “Дюллахан”, которые посещали дома тех, кому вскоре было суждено умереть, и сообщали им, сколько времени у них осталось.

Она наносила им визит, держа собственную голову в руках и управляя экипажем, приводимым в движение безголовой лошадью, известной как Коште-Боар. На любого, кто был достаточно глуп, чтобы открыть дверь тогда, когда она проезжала мимо, воительница выливала ведро крови… Такой была устрашающая легенда о Дюллахан, которая из поколение в поколение передавалась в Европе вместе с легендой о Банши.

Некоторые сравнивали её с упавшей на землю валькирией из скандинавских легенд, но сама Селти не могла подтвердить правдивость этого сравнения.

Не потому, что она не знала.

Просто она не помнила.

Её голову украли, а вместе с ней исчезли и воспоминания.

Чтобы вернуть голову обратно, женщина следовала знакам и, в конечном счёте, прибыла в Икебукуро.

Свою лошадь она превратила в мотоцикл, а доспехи — в гоночный костюм, и вот уже несколько десятилетий бродила по городу в таком виде.

Однако ни голову, ни воспоминания она вернуть так и не смогла.

Она узнала, кто украл её голову.

Она знала, кто препятствовал её поискам.

Но всё же местонахождение головы ей узнать так и не удалось.

Сейчас Селти думала, что и так всё хорошо.

Она могла проводить время с любимым человеком и друзьями, которые принимали её такой, какая она есть.

Она верила, что в этом было её счастье и что она может продолжать такую жизнь.

Скрыв решимость глубоко в своём сердце, безголовая женщина свои намерения показывала действиями, а не несуществующим лицом.

Таким было… существо по имени Селти Стурлусон.

Вспомнив о положении, в котором она находилась…

Селти показала экран КПК спасённой Шингеном Намие.

[Первым делом… мне надо сказать тебе одну вещь.]

— С чего бы мне тебя слушать? Ой, не слушать, а читать. В твоём-то случае.

[…ты хоть понимаешь, в каком положении находишься?! И какие вещи ты творила с моей головой?!]

Тени Селти рассеялись, и она ткнула КПК в лицо Намие, будто пытаясь её запугать.

Та в свою очередь равнодушно ответила ей с невозмутимым лицом:

— Да, прекрасно понимаю. Вон тот подпольный доктор в инвалидном кресле был моим соучастником.

«Да чтоб тебя».

«Вот, значит, как ты заговорила…»

Женщина по имени Ягири Намие долгое время исследовала голову Селти, а после первого собрания Долларов скрылась, прихватив её с собой. И хоть привязанность Безголовой Всадницы к своей голове ослабевала, но всё же неправильно было утверждать, что ей нечего сказать по этому вопросу.

Но Шинру, который, сговорившись с Намие, пытался спрятать её голову и сделал пластическую операцию старшекласснице, она уже простила, так что причин ненавидеть свою собеседницу у неё не было. Если бы Селти была борцом за справедливость, она бы обвинила Ягири Намие в экспериментах над людьми, но так как женщина сама, работая курьером, имела отношение к якудза и прочим группировкам, она не могла набрасываться на неё с такой силой.

[…хоть я к ней уже не так привязана, всё же спрошу на всякий случай. Моя голова у Орихары Изаи. Это так?]

— А вот это я бы тоже хотел знать, сестра, — украдкой подсмотрев, что было написано на экране КПК, спросил Сейджи.

— Сейджи…

Намие посмотрела на младшего брата и, запутавшись, на некоторое время погрузилась в молчание…

Наконец, она вздохнула, словно признав своё поражение, стрельнула глазами в Селти и ответила:

— Именно так… я отдала твою голову этому циничному человеку. Сразу после того, как сбежала от тебя тогда, перед Токио Хендс.

[…сразу?]

— Да, думаю, где-то в течение двенадцати часов.

Услышав ответ Намие, Селти с силой сжала кулаки.

«Вот же дрянь».

«А во время того случая с Сайкой он где-то спрятал мою голову и ещё потребовал у меня тридцать тысяч иен».

«Но тогда я не так явно почувствовала присутствие своей головы, как в тот раз…»

— Этот извращенец не хранил твою голову в одном месте. Он много раз перевозил её с то туда, то сюда, а потом притащил в офис и игрался с ней, как с мячиком.

«Этот… как он мог делать такое с человеческой головой…»

Селти вся напряглась, но первым свой гнев показал Сейджи:

— Он… устраивал себе с этой девушкой такие развлечения…

[Ну, вообще-то она не человек, а моя голова.]

— Орихара Изая… никогда не прощу…

Сейджи, обычно не проявляющий никаких эмоций, сжал кулаки от ярости. Намие, обняв его за плечи, проговорила:

— Не волнуйся, Сейджи. Если хочешь ударить его ножом, я могу показать тебе, как это сделать как можно глубже. А вообще, тебе не следует пачкать руки. Ради тебя я даже в тюрьму на пятнадцать лет сесть готова.

[Хоть немного поучилась бы чести!]

— Чего? Не желаю слушать нравоучения о чести от чудовища, проживающего в человеческом доме в качестве приживалки. Особенно учитывая, что это чудовище выполняет противозаконные заказы о доставке и разъезжает на мотоцикле без номеров!

Когда Селти указали на все её слабые места, ей как будто проткнули сердце насквозь.

В этот момент Шинра посмотрел на неё и подумал: «Вот почему Селти такая милая — вместо того, чтобы вспыхнуть, она чувствует себя подавленной». Но если бы подпольный доктор сказал это вслух, она бы, наверное, заколола его до смерти, так что пока он решил помолчать.

Селти сделала паузу, которой было бы достаточно для глубокого вдоха, и, почувствовав, что Шинра поглядывает на неё, беспомощно запечатала:

[…ладно. Хватит уже. На всякий случай скажу тебе то, что хочу, и забудем. Только не думай, что я тебя простила. Шинра, между прочим, сполна получил своё наказание.]

— Ух ты. Наказание. Ты наверняка стукнула его один раз, перевела это в шутку, а потом вы грязно переспали. Совсем как животные.

[Да откуда тебе знать!]

Тени Селти взвились вверх, словно пар от кипящей воды.

Шинра, услышав слова Намие, прокричал в защиту своей возлюбленной:

— Как грубо называть кого-то животным, Намие-сан! Ночью Селти становится похожа на маленького милого кролика, ай, мммффф…

И тут чёрные тени потянулись в рот Шинре, лишая его способности говорить.

[Э-э-э-эй, о чём ты таком говоришь!]

— Погоди, Селти-кун! Можно поподробней про то, чем вы там занимались с моим сыном ночью?

[А ну заткнулись оба, извращенцы!]

И среди этой неразберихи, не способный разобраться, что к чему, подал голос Юмасаки:

— Эм, а что значил тот разговор про голову? Что сделал Изая-сан?

[О. Нууу… это...]

«Вот же чёрт. Теперь придётся всё объяснять с самого начала».

[Ну, сказать по правде, моя потерявшаяся голова сейчас находится у Изаи…]

— Чтооо?! Выходит, у вашего тела отношения с Кишитани-саном, а у головы — с Изаей-саном?! Вы такая ветреная?! Если бы вы написали такое в своём блоге, интернет бы просто взорвался!

[Эээ, нет, всё не так. У моих тела и головы разное сознание.]

— …э… так значит…

К горлу Шингена, который всё порывался что-то сказать, был приставлен чёрный клинок.

— Ч-что ты делаешь, Селти-кун?! Я же ещё ничего…

[Я и так понимаю, что ты хотел. Ты собирался сказать какую-то пошлую шутку.]

— Как глупо. И где твои доказательства…

После того, как мужчина, не стесняясь, отвёл взгляд в сторону, стало понятно, что его подловили.

Пока Селти пыталась научить Шингена уму-разуму с помощью своих теней, Намие сделала колкое замечание:

— Да, всё так и есть. Изая и твоя голова любили друг друга.

[Чего?!]

Селти развернулась на сто восемьдесят градусов и напечатала Ягири вопрос, но та обратилась к Сейджи:

— Вот поэтому, Сейджи, ты и должен отказаться от такой легкомысленной девушки. Изая и голова каждый вечер только и делают, что болтают о любви. И пока голова всё вторит: «Изая, Изая» — её тело желает подпольного доктора… Сейджи, это распутная женщина тебя не достойна!

[Эй, эй-эй-эй, прекрати нести бред!]

Напечатав эти слова крупным шрифтом, чтобы выразить переполняющие её эмоции, Селти на некоторое время замерла, а потом снова спросила:

[…Ну, ты же это не всерьёз… правда? Не может же быть, чтобы моя голова… просыпалась?]

— Ой, что-то я не уверена. Но это ведь тебя никоим образом не касается, да?

[Очень даже касается!]

Пока Селти печатала, Шинра наклонился вперёд и прокричал:

— Не касается, Селти! Ты же бросила затею найти свою голову!

[А. Эм, нет. Д-да. Я бы хотела так сказать, но… она же всё-таки была частью моего тела, и то, что она с Изаей, меня беспокоит…]

— Всё в порядке! С какими бы трудностями ни столкнулась твоя голова, я сделаю тебя в сто раз счастливее!

[Шинра…]

Тронутая словами любимого, Селти показала ему экран КПК, но вдруг, словно что-то вспомнив, запечатала снова:

[…Нет, подожди. Неужели это правильно — оставить всё как есть?]

— Не переживай. Селти, всё будет хорошо. Изаю кроме людей ничего не интересует. Скорее всего, он относится к твоей голове как к мячику или дорогой вазе.

[Это меня совсем не успокаивает…]

После того, как Селти отреагировала на последние слова Шинры, Сейджи, повернувшись к своей старшей сестре, решительно кивнул:

— Всё в порядке, сестра. Мне всё равно, как сильно она любит других людей. Я просто хочу стать последним человеком, которому она улыбнётся, когда настанет конец.

— Сейджи… ах, я так расстроена, но… то, как ты её любишь, очень похоже на тебя, и это прекрасно…

«Это что ещё за обстановка?!»

— Не волнуйся! Даже если голова окончательно исчезнет из этого мира, я буду улыбаться тебе вечно!

— Молчать, кошка-воровка. После того, как ты умрёшь все девять раз, надо из тебя сделать сямисэн*.

— Какой ужас, Намие-сан! Но если после того, как стану сямисэном, я смогу сыграть для Сейджи красивую мелодию, я буду счастлива!

«Это просто странный разговор или соревнование, кто больше его любит? Вы уж определитесь!»

Селти одна в этой комнате хоть как-то реагировала на происходящее, при этом совершенно не понимая, что происходит.

— Я понял, Сейджи-кун. Король Постапокалипсиса* тоже что-то такое говорил! Хорошо, когда особенная девушка остаётся с тобой до самого конца! Это и называется любовью!

— Большое спасибо!.. Я не сдамся!

— Ну и ну, если ты любишь голову дюллахан, то твоя связь с двухмерным миром довольно сильна! Если хочешь, могу подарить тебе додзинси, где в качестве героини есть дюллахан или голова монстра.

«Что, такие действительно существуют?!»

«Да как же велик этот мир! Вот, значит, какие у Юмасаки вкусы!»

Селти только сильнее запуталась, а Шинра в это время спросил у Уолкера:

— Юмасаки-кун, а ты можешь и мне тоже показать эти книги в следующий раз? Той, что про дюллахан, мне будет вполне достаточно.

[Шинра?!]

— Не переживай, Селти! Не то чтобы мне нравились все девушки-дюллаханы! Я просто хочу, чтобы мы с тобой потом повторили эротические сцены из той книги! Я просто хочу немного пошалить с тобой, Селти! Ну пожалуйста!

[Как ты можешь так невозмутимо говорить такое перед остальными!]

В этот момент Селти перенесла свои тени с Шингена на Шинру и крепко стиснула его.

— Ай-ай-ай-ай, Селти, прости, не надо так злиться… больно.

На какое-то время на лице Шинры отобразилась гримаса боли, возможно, тени задели один из его шрамов.

Селти, похоже, очень испугалась. Она рассеяла тени и подбежала к сидящему в инвалидном кресле Кишитани.

[Прости, Шинра! Я нечаянно повела себя как обычно… ты в порядке?]

— Всё нормально, нормально. Очень даже неплохой способ реабилитации.

[Мне так жаль…]

И в этот момент Шинген, освободившись из теней, заметил, как притихла Селти, и заговорил:

— В этом вся Селти-кун. Обычно ты такая сильная и уверенная в себе, но перед Шинрой смягчаешься, не так ли? Я должен добавить это в свой исследовательский доклад для Небулы.

[Подожди, какой такой доклад?]

— Ха-ха-ха, если я предоставлю Небуле доклад о наблюдениях за потусторонним существом вроде тебя, мне дадут премию! Даже если там будет написано о таких вот любовных отношениях!

На заявление Шингена отреагировал Юмасаки:

— Пожалуйста, отец Кишитани-сенсея, подождите! Неужели, действительно есть такие вещи, как доклады о потусторонних существах?! Как юная девушка-вампир, которая жила сотни лет, или волчица-цундере?!

— Хе-хе-хе-хе… Что ж, дорогой друг моего сына, пусть то, что я скажу, останется между нами, но они действительно существуют! Это, конечно, не моя область исследований, но мне попадались на глаза доклады, где фигурировали древняя маленькая девочка-вампир, которая очень любит видеоигры, а также прекрасная и постоянно голодная девушка-оборотень*.

После некоторых слов, раздавшихся из-за респиратора Шингена, спрятанные за полузакрытыми веками раскосые глаза Юмасаки заблестели.

— О, как неожиданно. Значит, вы понимаете такие вещи, отец Кишитани-сенсея! Я так тронут! Наконец-то я нашёл вход в двухмерный мир! Пожалуйста! Я готов пол души продать, только представьте меня вампиру! Тогда я смогу найти преступника с особыми силами, который сбил Кадоту-сана, и разорвать его на части!

— Сбил? Кадота? О чём ты говоришь? Хотел бы я тебя ей представить, но, боюсь, это невозможно: связей у меня нет, и, кстати, за такое могут уволить или урезать зарплату.

Селти, предвидев, что вскоре обстановка в этой комнате может стать ещё более запутанной, наклонила верхнюю часть тела так, будто делает глубокий вдох. Затем она, словно персонаж из манги, который вот-вот закричит, сосредоточилась и создала на потолке огромные буквы из тени:

[Перестань всё только сильнее усложнять!..]

♂♀
Где-то в Икебукуро

В то же время Орихара Изая — человек, которому было известно местонахождение головы — пребывал в критическом положении.

В самый разгар телефонного разговора с Куджираги Касане Слон, находившийся под контролем ещё одной ветви Сайки, принадлежавшей этой женщине, напал на Изаю, из-за чего тот полностью потерял сознание.

Взяв неподвижное тело Изаи за плечи, Слон, мужчина ростом более двух метров, потащил его вниз по пожарной лестнице.

— Прости, Орихара Изая.

Он был русским, но говорил с потерявшим сознание Изаей на довольно свободном японском.

— Значит, ты хотел убедить меня стать двойным агентом для тебя и Авакусу-кай… но ты не заметил, что я служу только матери*.

Сайка.

Однажды “Ёдогири Джиннай” продал этот демонический клинок Кишитани Шингену, и тот с его помощью отрубил голову Селти Стурлусон.

Прошло время, и клинок перешёл от женщины по имени Сонохара Саяка к её дочери, Сонохаре Анри, и, поселившись в её теле, продолжал воспевать свою любовь к человечеству.

И хотя вся суть Сайки заключалась в том, чтобы резать людей во имя любви, заражать их своим проклятием и, создавая всё больше и больше ‘детей’, подтачивать человечество, Анри этого не хотела, и было не похоже, что количество этих ‘детей’ увеличится в ближайшее время.

Однако в действительности то, чем обладала Сонохара Анри, не было истинной сущностью Сайки.

Уже тогда, когда меч продали Шингену, у демонического клинка было два лица.

Лезвие было сломано, и из него выковали два разных меча.

Да, клинок на какое-то время стал короче, но когда он становился частью человеческого тела, его форма переставала иметь значение. Для человека, который умел управлять им, как, например, мать Анри, ничего не стоило удлинить меч в несколько раз, если того захочет сам клинок.

Как бы то ни было, одной частью некогда сломанной Сайки владела Сонохара Анри. А вторая осталась внутри Куджираги Касане.

Слон, в неизвестный промежуток времени раненый Куджираги, по её приказу напал на Орихару Изаю, и когда тот потерял сознание, потащил его в логово Касане.

Раскрыв сильно налитые кровью глаза — отличительную черту всех детей Сайки, — Слон начал спускаться по пожарной лестнице.

И в тот момент, когда он уже собирался сесть в свою машину…

— Что вы делаете, Слон-сан?

Он обернулся на голос и увидел перед собой двух мужчин, одетых в куртки с эмблемой дракона.

Они были из банды “Драконы-Зомби”, которая находилась под контролем Изаи.

— …Похоже, он упал с лестницы и ударился затылком об пол. Я собирался отвезти его в больницу, — тут же выдумал ответ Слон.

Однако, судя по его голосу, произошедшее его совершенно не волновало, — будто он давно привык к таким вещам.

Переглянувшись, Драконы-Зомби спросили у него:

— Может, мы его отвезём?

— Нет, я и сам справлюсь.

— Мы не можем этого допустить. Ты же помощник из Авакусу-кай. Будет плохо, если ты отнесёшь его в их штаб-квартиру.

Похоже, они с самого начала не доверяли Слону.

Изая настороженно относился к Авакусу-кай, не говоря уж об этом происшествии с Сайкой, и поэтому предупреждал своих людей не доверять ему.

— …Что верно, то верно. Тогда я, пожалуй, отдам его вам.

Не успев договорить, Слон кинул тело Изаи в одного из Драконов-Зомби.

— Чег!..

Мужчина, в которого он кинул Изаю, не смог удержать его и рухнул назад.

Слон, не теряя времени, бросился вперёд и нанёс второму Дракону-Зомби удар в подбородок, а потом развернулся и ногой стукнул по лицу первого, только что упавшего противника.

Урон был не очень сильный, но они оба тут же потеряли сознание; удар головой, видимо, вызвал у них сотрясение мозга.

— …хорошо, что это были вы двое. Если бы сюда пришли Кине или Шараку, это заняло бы у меня немного больше времени.

Слон больше ничего не сказал и, снова подняв Изаю, затащил его в машину.

Оставив двух потерявших сознание мужчин лежать на земле, он завёл мотор.

Когда его машина скрылась за поворотом, из тени дома вышел ещё один член Драконов-Зомби.

Не сказав ни слова, он достал из кармана рацию и с кем-то связался.

— …Это я.

— Я поймал вашего клиента.

♂♀
Через 15 минут, где-то в городе

Действие разворачивалось в жилом районе, удалённом от оживлённых улиц города; прохожих тут было немного.

Здесь находился один дом с задним двориком.

В гараже этого абсолютно нормального на вид жилища Слон и оставил свою машину.

Затем он открыл дверь, которая напрямую вела из гаража в дом, и как можно более незаметно постарался занести туда Изаю…

Но вдруг на небольшом расстоянии от него послышался шум мотора мотоцикла.

Судя по звуку, он не собирался проезжать мимо, а останавливался. Не похоже, чтобы он ждал какого-либо сигнала.

«За мной следили?»

Слон обернулся, и тогда его догадка подтвердилась.

Перед входом в гараж стояла молодая женщина, чем-то напоминающая мужчину.

Это была Шараку Микаге, женщина с короткими, торчащими во все стороны волосами и с заметными мышцами на руках и ногах.

Она была одной из людей Изаи, и они с ней виделись много раз. Посмотрев на Слона с Изаей в руках, Микаге пробормотала:

— Не совсем понимаю, что здесь происходит.

— …

— Я так понимаю, шпион из Авакусу-кай показал своё истинное лицо?

— Это не совсем так. Но не могу сказать, что твои догадки полностью неправильны.

Слон решил воспользоваться тем же способом, что и раньше, и подошёл к Микаге с Изаей на руках.

— Не думаю, что ты пришла сюда одна. Водитель, наверное, остался там, где вы припарковали мотоцикл? Так позволь же мне избавиться и от тебя, а потом подождать дальнейших распоряжений матери*.

— Ма… каких ещё распоряжений? — Микаге, не расслышав русское слово, задала этот вопрос.

Слон, однако, проигнорировал её слова и сделал ещё один шаг вперёд.

И затем он с силой кинул бездыханное тело Изаи в женщину.

Но Микаге ударом ноги отшвырнула Изаю обратно к Слону, и когда тот поймал его, прыгнула и оказалась рядом с ним.

Отталкиваясь то от машины, то от стены гаража, она поднималась всё выше и выше.

Она уже занесла ногу, чтобы с силой ударить Слона по голове, но тот увернулся в последнюю минуту.

— А ты неплохо дерёшься, барышня.

— Не увиливай, урод, — грубо бросила Микаге и пронзила Слона взглядом.

Тот кинул Изаю на пол и постарался пока держаться от противницы на расстоянии.

Однако в следующее мгновение…

Слон почувствовал острую боль в районе поясницы, как будто его внутренности разлетелись на части, и, не успев издать ни звука, рухнул на землю.

— …Со всем покончено, — обратился к Микаге лысый мужчина, параллельно выключая электрошокер в форме дубинки, который он держал в руках.

Но женщина, нахмурившись, посмотрела на него сверху вниз, и выразила своё недовольство:

— Нам же было так весело. Кине-сан, зачем вы вмешались?

— Это моя работа, — честно сообщил мужчина, которого Микаге назвала Кине. Достав наручники из кармана, он сковал большие пальцы валявшемуся на земле Слону, изо рта у которого пошла пена.

Говорят, что если речь идёт об электрическом токе, то удар в область почки самый болезненный. Слон, испытав это на себе в течение несколько секунд, не был мёртв, но никак не мог унять дрожь в теле.

Микаге поняла, что затеянный ей разговор ни к чему не приведёт, поэтому решила больше не жаловаться; она спрыгнула с машины и сменила тему разговора:

— Я тут вспомнила, что за этим человеком ходила слава мастера на все руки из России, но он так просто пал от вашего неожиданного удара. Мне стоит похвалить ваши навыки, Кине-сан?

— Нет… он сражался не в полную силу. У меня было такое чувство, что им кто-то управлял. Может, поэтому его чувства и притупились.

— …А ведь точно, его глаза были кроваво-красными. Совсем как у людей, которых резала Харуна.

Ниекава Харуна.

В прошлом её ранила Сонохара Саяка, и девушка стала ‘ребёнком’ её Сайки. Но она одной силой воли победила проклятие и начала пользоваться способностями клинка в личных интересах.

После этого её во второй раз порезали — на этот раз, Сонохара Анри — и она снова оказалась во власти проклятия, но снова вырвалась из-под контроля и теперь, сотрудничая с Изаей, скрывалась в Икебукуро.

Микаге на некоторое время задумалась, а потом рассказала Кине о своих догадках:

— …получается, эта девочка предала Изаю?

— Не уверен. И, насколько мне известно, этот дом Авакусу-кай не принадлежит.

Скрепив ноги Слона очередной парой наручников, Кине обратился к ещё одному лежащему на полу человеку:

— Хочу послушать, что думаешь ты, Орихара Изая.

И затем…

Мужчина, который, как предполагалось, должен был лежать без сознания, медленно поднял голову и улыбнулся своим спасителям.

— Ну и ну, когда это вы догадались, что я только притворялся спящим? А, Кине-сан?

— Когда Шараку-чан била по тебе, ты стиснул зубы, как будто был к этому готов. Как давно ты пришёл в себя?

— Наверное, когда машина остановилась в этом гараже. Ну, я просто подумал, что лучше мне вести себя тихо.

Изая посмотрел на Микаге и, горько усмехнувшись, проговорил:

— Уж не думал, что моим телом когда-нибудь воспользуются в качестве отвлекающего манёвра, но я и предположить не мог, что ты вот так отобьёшь его обратно. Хотя нет, прости. Вру. Я предвидел подобный расклад событий, поэтому и стиснул зубы по-быстрому.

— Вот оно что… может, мне тогда ударить тебя посильнее?

— Спасибо, не надо. Мне кажется, у меня сломано ребро.

Изая, усмехнувшись, не воспринял слова Микаге всерьёз и ответил ей, а потом посмотрел на тело Слона.

И тогда, будто пытаясь показать им, что он профессиональный информатор, Орихара ответил на вопросы своих компаньонов:

— Слона определённо контролировала Сайка. Но управляла им не Сонохара Анри и не Ниекава-сан.

— Неужели?

— Это была Куджираги Касане. Она тоже является владельцем Сайки.

— А? Что ты имеешь в виду?

Микаге нахмурилась; Изая рассмеялся и ответил ей:

— Пожалуй, как-нибудь потом расскажу вам об этом подробней.

Информатор осмотрел гараж и с ещё большей радостью рассмеялся.

— Но как же мне всё-таки повезло. Не успел я объявить, что дам отпор Ёдогири Джиннаю — то есть, Куджираги Касане — как мне удалось найти одно из её укрытий!

— …Тебе надо будет и это тоже нам объяснить.

— А, ну конечно! Уверен, что если мы немного подождём, то сможем, наконец, познакомиться с Куджираги-сан лично. Она, наверное, думает, что я тут задыхаюсь, связанный Слоном.

— Тогда почему бы нам первым делом… не устроить засаду и не сделать ей сюрприз?

♂♀
Шоссе Кавагое, квартира Шинры

[Ладно, давайте для начала кое-что проясним.]

Селти, наконец, дослушала их разговор до конца, пошевелила плечами вверх-вниз, словно совершая несколько глубоких вдохов, и чтобы подтвердить кое-что для себя, начала печатать на КПК.

[Так, получается, что Юмасаки и водитель ищут преступника, который сбил Кадоту. А когда на них в процессе поисков напал какой-то странный тип, они выбрали наш дом в качестве временного убежища.]

Прочитав слова Селти, Тогуса покрылся холодным потом и спросил:

— Вы что, не помните моё имя?..

[…Прости.]

— И вы даже не попытались придумать себе оправдание?! Меня зовут Тогуса, Тогуса! Тот Тогуса, чью траву может переходить только Рури-чан*!

Тогуса, который, судя по всему, после настолько прямых извинений Селти опечалился ещё сильнее, со слезами на глазах представился словами, не имеющими никакого смысла.

Безголовая Всадница ещё раз извинилась перед ним и продолжила упорядочивать информацию:

[Дальше. На Ягири Намие напал её дядя Сейтаро, который охотится за моей головой, и секретарша Ёдогири. И согласно Шингену, Ёдогири скрыто управляла его эта самая секретарша, Куджираги.]

— Ну, на самом деле раньше настоящий Ёдогири Джиннай сам управлял ими через неё, но он уже умер.

Согласившись с замечанием Шингена, Селти печатала дальше:

[Вот как. А тем временем Ягири Сейджи-кун и Харима Мика-чан предположили, что их могут похитить и пришли сюда, чтобы спросить совета и спрятаться.]

— Да, всё верно. Это всё Мика предложила. А потом я подумал, что Кишитани-сан, как подпольный доктор, должен хорошо знать, где можно укрыться.

[Ясно… в любом случае хорошо, что Мика-чан почувствовала неладное.]

— Ага. Я прослушивала телефонные разговоры Фармацевтической Компании Ягири и, натолкнувшись на ту беседу, очень испугалась…

[…Мне кажется, что ты сейчас сказала кое-что пострашнее, но я притворюсь, что ничего не слышала.]

Мысленно покрывшись испариной, Селти продолжила разговор:

[Что ж, в итоге мы узнали, что Изая ещё больший отброс, чем мы предполагали. Надо бы избить его и вернуть мою голову.]

— Селти! — с тревогой воскликнул Шинра.

Чтобы успокоить его, женщина запечатала:

[Не беспокойся, Шинра. Давай вернём мою голову без моего прямого участия, а потом оставим её компании Шингена. И они смогут провести над ней небольшие исследования при условии, что не причинят ей вреда.]

Селти засомневалась, но потом добавила к своим словам следующее:

[Если я и верну свою голову назад, то случится это через многие десятилетия. Я останусь с тобой до самой последней минуты.]

— Селти!..

Шинра был тронут её словами; Шинген же, будто пытаясь успокоить сына, возразил:

— Подожди-ка, Селти-кун! Мне в твоих словах не понравились две вещи!

[…и какие?]

У Селти не было глаз, чтобы взглянуть на мужчину, так что она устало протянула ему КПК.

И тогда Шинген, выпятив грудь, ответил:

— Во-первых! Мне кажется, или ты путаешь Небулу с каким-то удобным банком, который займёт тебе кучу денег на неопределённое время?!

[Я же сказала, что вы можете исследовать мою голову, так что лучше бы поблагодарил меня… ладно, что ты там ещё хотел сказать?]

— Ты только что назвала меня “Шинген”! Я тебе это уже давно говорил, называй меня “отец” или “папа”!

[Заткнись!]

После этого Эмилия, новая жена Шингена, которая до этого была в другой комнате, пришла к ним и с широкой улыбкой заговорила на ломаном японском:

— Покорно соглашусь. Не вижу ни малейшей проблемы в том, что Небула спрячет у себя голову Селти-сан.

— Э-Эмилия, что это ты такое говоришь…

— Всё в порядке, в порядке. Всё будет хорошо, стоит только польстить.

[Кому польстить-то, мне или вашей компании?..]

Селти эта тема очень взволновала, но она решила пока оставить этот разговор на потом и спросила Намие о теперешнем владельце головы:

[И что этот Изая замышляет? У него есть сообщники?]

Ягири на какое-то время отвела взгляд и над чем-то задумалась, а потом одарила Селти взглядом, полным ненависти, и ответила:

— Я не обязана отвечать на такие вопросы. Я, конечно, признательна тому извращенцу в белом халате за спасение, но не забывай, что не переношу я здесь только тебя.

[Э… а я что, сделала что-то такое, за что ты меня теперь ненавидишь?.. Да, я тогда спасла Микадо и развалила твою исследовательскую команду, но вы же сами были виноваты…]

— Да меня это не волнует! А ненавижу я тебя за то, что твоя голова совратила Сейджи!

[А я-то здесь причём!]

Селти, будто пытаясь издать крик, напечатала эти слова.

Ненависть Намие, однако, никуда не делась; она с отвращением посмотрела на собеседницу.

— Если ты хочешь прогнать меня за то, что я не хочу тебе отвечать, то я уйду, ни минуты не сомневаясь.

Затем Ягири, словно желая сменить тему, указала на Шингена и заговорила снова:

— Кстати, вон тот извращенец в белом знал, что твоя голова у Изаи. И знал уже давно.

— Э… тебе бы следовало присмотреться к обстановке и промолчать, Намие-кун! Тем более что у меня только получилось провести её своим извращённым поведением!

Шинген, судя по всему, разнервничался и начал протестовать, а Селти медленно подошла к нему.

[Кишитани Шинген… опять ты…]

Мужчина на некоторое время отвёл взгляд в сторону, но потом из-под его респиратора послышался вздох, будто он признал поражение.

— Фух… раз уж ты об этом узнала, ничего не поделаешь. Я действительно знал, где находится твоя голова, но решил не обращать на это внимания, ведь мне было интересно, что Орихара-кун будет делать с головой; его подход совсем не такой, как у Небулы. Так что это получилась не “инспектирование” головы, а эксперимент над ней*!

[Чего?.. А, ты настолько глуп, что твои шутки с омонимами понять очень сложно.]

— Я не глупый! И я сказал тебе называть меня папой!

[Заткнись, извращенец!]

Селти сначала хотела связать Шингена с помощью теней, но потом решила наказать его только с помощью слов: в присутствии Эмилии ей было неудобно вести себя как-то по-другому.

На этом их разговор закончился, и женщина начала размышлять, стоит ли обсудить со всеми тему “Доллары против Жёлтых Платков”.

«Что бы мне лучше сделать?»

«Если я расскажу им о том, что произошло между мной и Микадо-куном, это их запутает только сильнее…»

«Ведь Акабаяши-сан… Авакусу-кай тоже в этом замешаны. Намие и Шинген — ладно, но я не могу вмешивать это Юмасаки, Мику-чан и остальных».

И вдруг Шинра, убедившись, что Селти перестала печатать, подал голос из своего инвалидного кресла:

— Ну что ж, давайте поговорим о том, что мы будем делать дальше.

[Шинра?]

— Раз уж мы все здесь собрались, значит, мы как-то связаны. Почему бы нам тогда не объединить усилия? Может, это прозвучит громко, но давайте создадим команду.

— Такую, как Доллары?

Шинра молча покачал головой в ответ на вопрос Тогусы.

— Мы с вами не цветная банда. Мы здесь собрались не потому, что нас привлекают Доллары или Жёлтые Платки.

— Ну, раз уж вы говорите, что мы собрались здесь по чистой случайности, значит, это случайность.

— Мы все здесь, потому что у нас одна цель. Мы должны поделиться друг с другом полезной информацией. Точно, мы совсем как общество взаимопомощи, члены которой разделяют одну цель… общество взаимопомощи… может, пока назовём это “гильдией”, как вам?

— У меня такое чувство, что вы слишком много играли в компьютерные игры.

Тогуса натянуто улыбнулся, а Юмасаки, наоборот, вскочил на ноги со сверкающими глазами.

— Я согласен! Гильдия! Ну разве не прекрасно? Я словно вижу прекрасный сон! Гильдия! Ааа, гильдия Гильдии! Моё сердце бьётся в такт этой идее!

— Юмасаки, успокойся.

Тогуса попытался остановить друга с таким видом, будто устал от него, но Уолкер всё не унимался.

— Но раз так, нам надо придумать название нашей гильдии, например, гильдия наёмников, гильдия воров! У меня есть прекрасная идея: как насчёт названия гильдии магов, в которой состою я сам, “Shadow the Emperor”? Или “Queen of Nightmare”? Или “Огромная девушка, парящая в небе”?

После этого Шинра улыбнулся Юмасаки и сказал:

— Ну, название мы можем оставить на потом, но пока как насчёт того, чтобы сделать Селти главой нашей гильдии? Особой власти у неё не будет, но она станет кем-то вроде ‘человека, к которому надо обращаться в первую очередь’.

[Чегооо?!]

Когда Шинра вдруг назвал её имя, Селти изумлённо ткнула ему в лицо КПК.

[Подожди! Ничего не понимаю! Почему вы так внезапно об этом заговорили?]

— Ну, ты же замешана во многих происшествиях, и я подумал, что будет проще, если вся информация будет сразу поступать к тебе.

[Н-но… у меня такое чувство, что вместе с ней я получу лишних проблем…]

Шинра склонил голову перед сомневающейся Селти.

— Пожалуйста, Селти. Всю ответственность возьму на себя я.

[Н-ну, если ты так просишь… но что на этот счёт скажут остальные?]

Селти посмотрела по сторонам, но никто, похоже, особо не был против.

А что до Намие, её, судя по тому, что она не присоединилась к разговору и рассматривала профиль Сейджи, общество взаимопомощи не заинтересовало изначально.

— Ну, если тебе не понравится, ты всегда можешь отказаться. Это всего лишь на первое время. Я буду помогать тебе всем, чем смогу, так что пожалуйста, Селти.

[…Ладно. Что ж, я буду стараться.]

Все прочитали слова, которые напечатала Селти; Юмасаки захлопал, а после к нему присоединились Шинген, Эмилия, Мика и остальные.

[М-мне даже как-то неловко…]

Селти, которая переживала совершенно новые для себя вещи, как будто её только что выбрали старостой класса, начало казаться, что её тело краснеет.

И таким образом в Икебукуро родилась маленькая организация, которую и организацией-то было сложно назвать.

Сейчас никто не мог предположить, что всего через несколько дней эта группа людей изменит баланс сил между цветными бандами в Икебукуро.

Как они в результате изменят облик города…

…Этого даже Шинра, основатель организации, был не в силах предвидеть.

♂♀
ЧАТ

Сан: Ненавижу одиночество

Сан: Взбодриииитесь

Кё-сан покинул (а) чат.

Сан-сан покинул (а) чат.

В чате никого нет.

В чате никого нет.

В чате никого нет.

.

.

.

.

В чате никого нет.

В чате никого нет.

В чате никого нет.

Шаро-сан в чате.

Шаро: Ну вот.

Шаро: Как же так, упустил Курумаи*.

Шаро: Вот скучища…

Шаро-сан покинул (а) чат.

Сан-сан в чате.

Кё-сан в чате.

Кё: О, вижу, в чат заходил кто-то ещё, мы его только-только упустили.

Кё: Ну правда, Шаро-сан такой нетерпеливый. Нетерпеливых парней никто не любит.

Сан: Добрый вечер

Сан: Как жаль

Чистая вода 100%-сан в чате.

Чистая вода 100%: Добрый вечер

Кё: О, добро пожаловать. Мы тут страдали от одиночества, как духовно, так и физически.

Кё: А я уже подумывала зализать рану одиночества вместе с Сан-сан. Но вот явилась ты, за что я тебя и благодарю!

Чистая вода 100%: Ну хватит, Кё-сан, перестань!

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Эй, Курури, Маиру.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Вы не заняты?

[Личное сообщение] Кё: О, ты хочешь поговорить о чём-то таком, что нельзя сказать в открытую?

[Личное сообщение] Сан: Я сейчас пишу через личку?

[Личное сообщение] Сан: Что такооое?

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Ну, ничего особо серьёзного.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Лучше вам на какое-то время перестать гулять по Икебукуро.

[Личное сообщение] Кё: Знаешь, я не могу просто так взять и сказать: «Конечно, не вопрос» — на такую внезапную просьбу.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: А, и то верно. Я вам сейчас всё подробно объясню.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Понимаете, сейчас в городе много что творится

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Вполне вероятно, что ваш брат в этом замешан

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: И из-за этого с вами могут что-нибудь сделать

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Я тоже имею отношение к происходящему, так что мне будет очень жаль, если с вами что-нибудь случится.

[Личное сообщение] Кё: То есть, ты тоже замешан в этих интригах?

[Личное сообщение] Сан: Ужас

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Да, я замешан в них по самое не хочу

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Я этого и не отрицаю.

[Личное сообщение] Кё: Я думала, ты ненавидишь нашего глупого братца до глубины души…

[Личное сообщение] Кё: В таком случае, разве не будет лучше всего взять нас в заложники?

[Личное сообщение] Сан: Что ты собираешься делать?

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Нет, я считаю вас двоих своими друзьями.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Ой, простите, я не совсем точно выразился.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Для меня вы

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Из такой категории друзей, которых я не хочу втягивать в свои дела.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Ну, хоть я вас и предупредил, вы же всё равно сами во всё вмешаетесь, да?

[Личное сообщение] Кё: Само собой. Твои слова нас заинтересовали только сильнее.

[Личное сообщение] Кё: Ты хочешь, чтобы твои слова дали обратный результат… то есть, этого ты пытаешься добиться?

[Личное сообщение] Сан: Звучит интересно

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Как знать

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Я же сам ещё такой нерешительный

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Стоит ли мне втягивать вас в эту опасную игру

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Если честно, вы обе мне нравитесь

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Я бы хотел заботиться о вас, если смогу

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Но в то же время мне кажется, что именно потому, что вы мне нравитесь, я должен втянуть вас во всё это

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Если я всё-таки погибну, я хочу, чтобы вы были со мной.

[Личное сообщение] Кё: Ты хочешь, чтобы мне все вместе совершили самоубийство влюблённых по принуждению?

[Личное сообщение] Сан: Мне страшно

[Личное сообщение] Кё: Ты очень похож на нашего глупого братца, но в одном ты от него совершенно отличаешься.

[Личное сообщение] Кё: Наш глупый братик никогда бы не стал говорить нам такие вещи.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Неужели? Никогда не думал, что нас с ним будут относить к одной категории

[Личное сообщение] Кё: Прости, это было грубо.

[Личное сообщение] Кё: Но мне уже несколько дней кажется, что что-то идёт не так…

[Личное сообщение] Кё: Так значит, за этим стоишь ты?

[Личное сообщение] Кё: Это ты сбил Кадоту-сана из Долларов?..

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: А если я скажу, что правда ничего об этом не знаю, вы мне поверите?

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Мне нет смысла оправдываться, я ведь сейчас спутался с опасными людьми.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Так что не знаю, получится ли у нас встретиться после летних каникул.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Поэтому я подумал, что должен сказать вам кое-что, раз уж представилась хорошая возможность

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Курури, Маиру, мне с вами было очень весело.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Но я хочу совсем другого веселья

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: И если вы согласитесь остаться моими друзьями, когда я получу достаточно этого веселья

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: …ну, как бы сказать. Я буду очень рад.

[Личное сообщение] Чистая вода 100%: Ну, я пойду.

Чистая вода 100%: Ой, я только вспомнила, что мне надо кое-что сделать!

Чистая вода 100%: Увидимся!

[Личное сообщение] Кё: Эх, я всё не могу понять, он или кристально чистый, или чёрный насквозь.

[Личное сообщение] Сан: И правда?

Кё: Тогда до встречи, будь она здесь или в реальной жизни.

Сан: До встречи.

Чистая вода 100%-сан покинул (а) чат.

Кё-сан покинул (а) чат.

Сан-сан покинул (а) чат.

В чате никого нет.

В чате никого нет.

В чате никого нет.

.

.

.

Примечания

  1. Отсылка к “Baccano!” и множеству бессмертных персонажей.
  2. Руд Гардастанс — персонаж другой серии Нариты “Vamp!”
  3. Место контакта между двумя нейронами или между нейроном и получающей сигнал эффекторной клеткой (с) википедия.
  4. Фуригана — фонетическая подсказка, маленькие знаки каны, которые стоят над кандзи и отображают их чтение. В данном случае, над кандзи было катаканой надписано выражение «Deus ex machina» (что отражало смысл, но не чтение этих кандзи), так что чисто теоретически туда можно написать что угодно.
  5. Отсылка к серии произведений японского писателя Эдогавы Рампо.
  6. японский щипковый трёхструнный музыкальный инструмент
  7. отсылка к манге Hokuto no Ken
  8. Отсылка к персонажам ранобэ “Vamp!”, Роми Марс и Ватсон
  9. Слово 母さん (“ka:san”, мама) было подписано кириллицей как “МаТеРеЙ”.
  10. На этот раз “мать” тоже была написана по-русски, и опять с ошибкой.
  11. Фамилия “Тогуса” состоит из кандзи “渡” (переходить, пересекать) “草” (трава).
  12. Слова “инспектирование” и “эксперимент” на японском звучат одинаково, но для записи используются разные кандзи.
  13. Куру и Маи — альтернативные чтения Кё (狂) и Сан (参) соответственно.

Комментарии